Замужем за батюшкой. Как живут и в чем находят радость супруги священников

Роль жены священнослужителя не каждой женщине под силу. Потому как это и не роль, а, наверное, особое состояние души. Быть матушкой почетно. Но ею надо именно быть, а не казаться, своим примером являя любовь, терпимость, верность, смирение, радость. Так какие они, эти женщины, помогающие нести мужьям священнический крест?

Матушкино счастье

Идеальных браков, как и людей, не бывает. Хотя поначалу любой девушке, мечтающей о замужестве, кажется, что очень легко быть верной и послушной женой, заботливой матерью. Но на деле не всегда получается. Скандалы, взаимные претензии — и вот уже пара на грани развода. Сохранить семью — тяжелый труд, а вот развестись действительно легко. Но если муж — священник, об этом речи быть не может. И не только потому, что «нельзя». Пообщавшись с матушками, понимаешь: для женщин, нашедших свое, не мирское счастье, мысли на эту тему уже неуместны. «Меня часто спрашивают: ”Тяжело ли быть матушкой?,—- говорит моя собеседница, матушка Галина, супруга священника Валерия Генсицкого, настоятеля храма во имя святого апостола Андрея Первозванного в г.Марксе.— Скажу так: матушкой быть — это счастье. Тяжело тем, кто без Бога. Особенно женщинам, семьи которых разваливаются, а они не знают, что делать. Один монах в Санаксарах, когда я обмолвилась о трудностях, сказал мне: ”У тебя есть нерушимая опора — это Бог. Поэтому подумай лучше про тех, у кого ее нет”. Это истина, к которой нечего добавить, и мне кажется, все матушки должны быть счастливы. Просто, выходя замуж за семинариста, нужно думать не о мирских утехах и развлечениях, а понимать, что в Церкви совсем другая радость, которая не поддается описанию. В миру радости молниеносны, они приходят и уходят, а здесь радость вечная… И нужно помнить, что священник женится один раз. А если девушку мирское притягивает больше, то не стоит такой шаг делать и связывать свою жизнь со священнослужителем».

Матушка Надежда, супруга священника Илии Кузнецова, клирика саратовского храма во имя преподобного Серафима Саровского, о реалиях семейной жизни со священником знает не понаслышке. Она родом из Челябинска, отец Илия — из Владимирской области, а их знакомство состоялось в Санкт-Петербурге, где будущая матушка училась в университете культуры и искусств, батюшка — в Духовной академии. По окончании учебы они оказались в незнакомом Саратове, куда направили служить мужа. Как говорит матушка Надежда: «В отношениях супругов в семьях священников больше терпения, смирения друг перед другом. Мы же понимаем, что наш брак навсегда, и поэтому мелким неурядицам уже не придаем значения. Матушка как бы растворяется в муже, детях, живет их нуждами, и в этом ее счастье. Мы понимаем, что у батюшки на первом месте служение Господу. Матушка должна быть тенью, которая ни в коем случае не мешает, но в то же время является надежным и верным тылом».

Правая рука

Вообще в какой-то мере доля священника перекликается с воинской службой: батюшки тоже часто не задерживаются надолго в одном храме, постоянно в переездах. У супруга матушки Галины, отца Валерия, например, в трудовой книге аж шестнадцать указов о переводах. И преимущественно по Саратовской области, хотя сами супруги родом из украинского села близ Почаевской Лавры: «Первый приход у нас был в Хвалынске, куда мы попали еще молодыми и неопытными,— вспоминает матушка Галина.— Приезжаем впервые в чужую страну, в неизвестный городок, заходим в церковный дом, а там стол накрыт: наваристый борщ, тыквенная каша, пироги, и никого нет. ”Как так?” — поразилась я. А оказалось, сестры приготовили и сразу ушли, чтобы нас не беспокоить. Такой прием, конечно, поразил. В Хвалынске батюшка прослужил 11 месяцев. Нашей дочке было всего две недели, как его перевели в Вольск. Оттуда — в Новоузенск. Приобрели два дома, один для проживания, другой — под церковь. Но дома – громко сказано, это были две мазанки. Первые годы очень непросто нам пришлось. Там пустыня была в душах человеческих. Учили людей всему — брать благословение, обращаться к батюшке «отец Валерий». Стоило мне только назвать его Валерием, как все говорили точно так же. Нужно было учить продавцов правильно себя вести в церковной лавке. Ведь в храме распространение свечей, икон очень отличается от мирской торговли, где могут товар швырнуть на прилавок. И первое время, пока никто ничего не умел, и просфоры печь и всю работу хозяйственную в храме делать мне приходилось самой».

Как признается матушка Галина, она в то время хронически не высыпалась. Замесит тесто, затем поставит просфоры в духовку на пятнадцать минут, а сама ложится спать в кухне прямо на полу. Понимала, что если ляжет в кровать, то уснет и просфоры сгорят. Но постепенно, с Божьей помощью, жизнь наладилась. После восьми лет службы отец Валерий и матушка Галина оставили уже цветущий приход, а сами получили очередное назначение. Спрашиваю:

— Насколько тяжело давались все жизненные перипетии?

— Вы знаете, я очень люблю своего батюшку. У апостола Павла сказано про любовь, которая долготерпит, милосердствует, не превозносится. Прости, Господи, за эти слова, но мне кажется, моя любовь к нему такая и есть. И мне никогда не были в тягость переезды. Я всегда думала: а как батюшка будет один?Если любишь человека, храм и Господа, то всё, что делаешь, не считаешь за тяжелый труд. Переезды все были на мне — батюшка на службе, у него нет свободного времени. Дети тоже вырастают благодаря матушкам, потому что у их пап редко выдается свободная минутка. Особенно много забот, если батюшка — настоятель. Я порой пожалуюсь ему, что устала, а он в ответ просто скажет: «Тебя же матушкой называют». И как холодным душем обдаст. Или скажу, что кто-то из прихожан, как мне показалось, неправильно поступил, а он мне говорит, что я должна прихожанам кланяться, а не осуждать их.

На приходе порой матушку любят не меньше, чем батюшку. Возможно, к священнику кто-то стесняется подойти, поэтому идут к его супруге,— она кажется мирянам более близкой, чем священнослужитель в рясе.

Не менее, чем помощь в хозяйственных нуждах, священнику важна молитвенная поддержка; как рассказывает матушка Галина, за отца Валерия молились вместе с детьми на коленях. Дети даже жаловались, что коленки болят. Но матушка была неуступчива, отвечала: «Пока папе не будет хорошо, будем молиться».

И строгость в помощь

Отдельный разговор — воспитание детей. У матушки Галины и отца Валерия их двое, сын учится в духовной семинарии, дочь — студентка мединститута. С родителями они на «вы», так принято на Украине.

Материальная сторона жизни священников

Как привыкли с малых лет к такой форме общения, так и повелось, хотя никто из родителей на этом не настаивал. «Батюшка с детьми очень ласков, всегда выслушает, когда время есть. Я, наверное, скорее строгая мама,— улыбается матушка Галина.— Хотя сейчас дети говорят «спасибо», признаются, что теперь им легко идти по жизни. Но может это и правильно, когда один из родителей может побаловать, а второй более строг. Дети растут тогда более собранные, ответственные. Я сама росла в верующей семье. И когда приходило время молиться, нас, например, не спрашивали — устали мы или нет. Может это и жестко, но в ребенке много лени, и порой его просто нужно заставлять.Пусть и не в строгой форме, а с любовью. Детям нужно прививать любовь к Богу, к храму, молитве. Если у ребенка будет любовь к Богу — он в любой ситуации останется человеком».

В общем же, по словам матушки Галины, их детки росли, как все, ходили в детский сад, потом в школу. Разве что регулярно ходили на богослужения, причащались и еще совсем не болели. Когда матушка приходила с ними в больницу, врачи советовали другим мамам узнать у нее рецепт детского здоровья.

«К нам всегда, как к семье священника, приковано повышенное внимание, и благодаря нашим детям,— вспоминает матушка, — многие воспитатели, учителя впервые пришли впервые в храм. Потому что по детям было видно, что семья живет в радости и здравии. Людей только собственным примером можно подтолкнуть сделать шаг навстречу Богу. Я когда перебираю в памяти события своей жизни, мне она кажется сплошным чудом, честно. И мы никогда не ощущали ни в чем нужды, все, что нужно, нам дал Господь».

У отца Илии и матушки Надежды — двухлетний сынок, через несколько месяцев они ждут очередного пополнения в семействе.

Матушка Надежда рассказывает, что маленькому двухлетнему Арсению супруги стараются сейчас в первую очередь прививать послушание, особенно по отношению к папе. Чтобы следовал сказанному с первого раза.

Матушка считает, что женщина совсем необязательно должна работать. Хотя она до замужества три года трудилась ризничной в храме и если ее помощь будет нужна, когда подрастут детки, готова при необходимости приступить к работе. Но всё же считает — самое важное для женщины быть мамой, в этом ее призвание. А детишки должны быть обласканы, и как можно дольше, если есть такая возможность, воспитываться в семье, минуя детские сады.

«Стаж» супруги отца Илии как матушки пока небольшой, но главные выводы о своем «статусе» матушка Надежда уже сделала: «Главное — проявлять больше смирения, терпения и любви. Быть женой священника — большая ответственность, важно не выглядеть и не вести себя вульгарно, не сказать лишнего, не вводить людей в заблуждение, помогать по мере сил и возможностей. Но эта ответственность не угнетает, я счастлива в семье, и для меня большая радость помогать мужу и быть с ним рядом».

Виктория Федорова

«Взгляд-Православие»

Существует, по крайней мере, три возможных толкования фразы «одной жены муж», записанной в 1 Послании к Тимофею 3:2. Во-первых, это просто может значить, что многоженец не подходит для служения старейшиной, диаконом или пастором. Это является наиболее буквальным толкованием данной фразы, но оно кажется неуместным, так как полигамия было довольно редким явлением во времена Павла. Во-вторых, фраза может быть также переведена, как «мужчина-одноженец». Это бы значило, что епископ должен быть исключительно верен женщине, на которой женат. Такое толкование в большей степени фокусируется на моральной чистоте, чем на семейном статусе. И в-третьих, эта фраза также может подразумевать, что мужчина должен быть женат только однажды, чтобы стать старейшиной / диаконом / пастором, а не быть вновь женатым вдовцом.

Второе и третье толкование кажутся наиболее уместными сегодня.

О судьбе церковной общины в современном мире

Толкование №2 кажется самым сильным, в первую очередь потому, что Писание разрешает развод только в исключительных случаях (Матфея 19:9; 1 Коринфянам 7:12-16). Также важно проводить различие между мужчиной, который был разведен и вновь женат до того, как стал христианином, и тем, кто был разведен и женат после этого. Человека не следует исключать из церковного руководства из-за поступков, совершенных им до того, как он узнал Господа Иисуса Христа как своего Спасителя. Хотя текст в 1 Тимофею 3:2 не следует воспринимать как указание к обязательному исключению разведенного или вновь женатого мужчины от служения старейшиной / диаконом / пастором, существуют другие моменты, которые следует принимать во внимание в этом вопросе.

Главной характеристикой старейшины / диакона / пастора является «непорочность» (1 Тимофею 3:2). Если развод и/или повторный брак приводит к негативному свидетельству о мужчине в церкви или общине, тогда скорее пункт о непорочности будет фактором, требующим отстранения, чем требование об «одной жены муже». Старейшина / диакон / пастор должен быть человеком, на которого церковь и община могли бы равняться как на пример следования Христу и благочестивого руководства. Если ситуация с его разводом и/или повторным браком отвлекает от этой цели, то, возможно, будет лучше, если он не будет исполнять такое служение. Тем не менее, важно помнить, что, несмотря на факт отстранения от исполнения обязанностей старейшины / диакона / пастора, такой человек остается ценным членом Тела Христова. Каждый христианин владеет духовными дарами (1 Коринфянам 12:4-7), и его призванием является участие в обучении этим дарам других верующих (1 Коринфянам 12:7). Человек, отстраненный от служения старейшиной / диаконом / пастором может учить, проповедовать, служить, молиться, поклоняться и играть важную роль в церкви.

© При написании данного ответа на сайте частично или полностью использовались материалы сайта gotQuestions?org!

Владельцы ресурса Библия Онлайн, могут частично или вовсе не разделять мнение данной статьи.

предыдущая глава     К оглавлению     следующая глава

Ответы на вопросы

Ответы Епископа Саратовского и Вольского Лонгина на вопросы посетителей портала «Православие и современность» и корреспондентов разных изданий: информационных агентств «Интерфакс», «СаратовБизнесКонсалтинг», «Взгляд-инфо», федеральных и региональных выпусков газет «Известия», «Российская газета», «Московский комсомолец», «Аргументы и факты», журналов «Альфа и Омега», «Фома», «Нескучный сад», «Православие и современность».

Монашество, пастырство

Все ли высшие иерархи Русской Православной Церкви являются монахами или они могут иметь семью? Не является ли монашество неким институтом, закончив который православные священнослужители могут продолжать расти по карьерной лестнице? Или, наоборот, монах — это высшая стадия служения, к которой приходят после долгих раздумий и духовной подготовки? Может ли священник иметь семью, до какого момента в карьере это может быть? Может ли монах перестать быть монахом, вернуться в мирскую жизнь, служить Церкви, но иметь семью? Пожалуйста, помогите нам получить правильную информацию.

Человек может принять монашество только по одной причине — по желанию посвятить всю свою жизнь без остатка служению Богу. Именно поэтому, по давно установившейся традиции, иерархи Русской Православной Церкви избираются из монашествующего духовенства: епископское служение — великий крест, оно требует от человека полного самоотречения.

Одним словом, монашество — это следование за Христом, и важнейший образ такого служения дан нам в Евангелии: Сын Человеческий не пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих (Мф. 20, 28). При таком отношении к служению понятие «духовная карьера» невозможно, в Церкви его не существует. Однако в миру часто можно встретить подобное искаженное представление о церковной жизни просто потому, что, не имея понятия о христианстве, о его принципиальной инаковости, люди, далекие от Церкви, пытаются судить о ней со своих привычных позиций.

Священнослужители Русской Православной Церкви делятся на так называемое «белое» и «черное» духовенство. «Белое» духовенство — это женатые священнослужители, «черное» — монашествующие. Человек, желающий принять священный сан, обязан сделать выбор до рукоположения: или вступить в брак, или принять монашеский постриг. Для «белого» духовенства, по канонам Церкви, обязательно единобрачие. История знает несколько случаев, когда «белые» священники, овдовев, принимали монашество и становились епископами.

Монашеские обеты приносятся однажды и на всю жизнь. Оставление монашества — всегда шаг исключительно болезненный и гибельный. Человек, оставляющий монашество, нарушает обет, данный Самому Богу, и, как клятвопреступник, он лишается церковного общения, не может участвовать в таинствах, а значит, и вступить в церковный брак. В древности монахов, ушедших из монастыря, хоронили за оградой кладбища, как самоубийц.

Применимо ли понятие «карьера» в церковной среде?

Не могу говорить за всех,- возможно, действительно есть люди, которые руководствуются карьерными соображениями, но скажу так: количество монахов, достигших высоких должностей, настолько мало, что я с трудом представляю себе человека, который бы принял монашество только потому, что мечтает достичь каких-то высоких постов — стать настоятелем монастыря, архиереем. Слишком мала вероятность. Образно говоря, на несколько десятков тысяч монахов «открывается вакансий» несколько десятков. И потом, я думаю, что любой человек, который пришел в Церковь, все-таки искренне пришел к Богу и не ставит перед собой утилитарных задач. Конечно, есть исключения, я не хочу приукрашивать действительность, но церковное служение очень трудное, сложное. Про себя могу честно сказать: я совершенно не хотел стать архиереем, у меня не было такого стремления никогда, тем более что чем глубже входит человек в церковный мир, тем лучше он понимает, какая огромная ответственность — архиерейское служение, насколько оно выше человеческих сил. И это не просто расхожие слова — это действительно так. Так что, уверен, в большинстве своем монашествующие не страдают болезнью карьеризма.

Почему Вы так боретесь за открытие новых храмов?

Если в большом населенном пункте всего один или два храма, священник неизбежно утопает в требах: покрестить, отпеть, молебен отслужить. Община при таких условиях сложиться не может: у священника не остается ни духовных, ни нравственных, ни физических сил на что-то еще. Я считаю, что норма на приход — сто человек, по праздникам — двести. Тогда священник будет знать всех своих прихожан: кто к нему пришел, как он живет. Именно тогда и появляется смысл в обращении к священнику — «отец». Священник обязан быть отцом для людей, и прихожане должны в нем видеть отца. Как можно быть отцом, когда у тебя в храме на службе восемьсот человек и ты даже поздороваться со всеми не успеваешь? К тому же подобная ситуация мешает многим людям прийти в храм по-настоящему.

Многих мирян чрезвычайно интересует явление старчества. Какие проблемы с этим связаны?

Наверное, это специфически отечественная проблема. Старец — это, собственно говоря, монастырский духовник, а монастырь — место, как правило, удаленное от жительства других людей. Синонимы слова «монастырь» в нашем языке вполне характерны — «пустынь», «скит». В России в XIX веке, в период расцвета монашества и старчества, монастыри стали центрами духовной жизни, и туда совершало паломничество множество обычных людей, которые стремились исповедоваться и посоветоваться со старцем. Так постепенно старцы стали и духовными руководителями мирян.

Старец в то время был монахом, всю жизнь прожившим в монастыре, опытно наученным монашеству. У него были наставники, от которых он воспринимал традиции духовной жизни, духовного руководства. Он проходил все ступени монашества, прежде чем по благословению священноначалия самому стать наставником, духовником, старцем.

Старцы были и в советское время и на приходах, и в тех немногих монастырях, которые действовали,- и люди ехали к ним издалека. Это и прославленный ныне в лике святых преподобный Севастиан Карагадинский, и архимандриты Иоанн (Крестьянкин), Серафим (Тяпочкин), Кирилл (Павлов), которого я знаю лично, так как он был в Лавре духовником.

К сожалению, сегодня происходит не так. Со времени массового возрождения монастырей прошло совсем не так уж много времени, чтобы в них появились настоящие старцы. Как в свое время архимандрит Кирилл (Павлов) на вопрос, есть ли в наше время старцы, ответил: «Старцы — не знаю. Старики — есть». С другой стороны, сегодняшние миряне, которые так же не росли в церковной традиции, но начитались разных хороших книг, ищут руководства, ищут старцев, но при этом иной раз наполняют слово «старец» каким-то нелепым содержанием. Ищут на самом деле некоего чудотворца, который, только взглянув на пришедшего, должен сразу понять всю его жизнь и решить все его проблемы, Это, конечно, неправильно.

В том, что есть «повышенный спрос» на старцев, видимо, виновата еще и такая наша национальная классическая особенность — недоверие официальным институтам.

Почему происходят переводы священников из храма в храм?

Переводы священнослужителей из храма в храм происходят по практической необходимости: открытие новых приходов, увеличение штатов уже действующих храмов. Кроме того, как Вам известно, люди отличаются друг от друга по своим деловым качествам: кто-то не справляется в должной мере со своими обязанностями. При наличии разных причин принцип всегда один — польза Церкви.

Как быть, если священники разъезжают на иномарках, даже в деревнях? Мне, например, становится уже не по себе, и подойти к такому священнику неудобно…

Наличие или отсутствие машины не повод судить о человеке, тем более священнике. Для священника сегодня машина, и иномарка в том числе,- это зачастую необходимость, потому что он должен быть готовым в любое время дня и ночи ехать к тем, кому необходим священник: к больным, умирающим… До революции духовенство тоже старалось обязательно иметь какой-то транспорт. Например, святой праведный Иоанн Кронштадтский имел собственный выезд, очень неплохой по тем временам,- и разве можно было в этом упрекать? Ведь иначе батюшка просто не мог бы посетить столько людей, сделать столько дел, сколько он успевал за день. Хотя упрекали…

И в те времена, до революции, были люди, которые воспринимали выезд у городского священника или телегу с лошадью у сельского как символ достатка и относились к этому с ненавистью. Есть люди, которые не переносят чужого благополучия, злятся, если имущественное состояние другого человека хоть немного отличается от их собственного. Это чувство неправильное, совершенно нехристианское, и его следует избегать, в какие бы формы оно ни маскировалось.

Так что если священник приобретает автомобиль для того, чтобы он был ему подспорьем в исполнении пастырского долга, я не вижу в этом ничего плохого. Что касается иномарок, сегодня иномарка не редкость, скорее, наоборот: простые иномарки зачастую даже дешевле и экономичнее в использовании, чем многие отечественные машины. Поэтому я думаю, что отношение, высказанное в Вашем вопросе,- неправильное.

Почему нельзя получить благословение у батюшки, когда в храме служит архиерей? Есть ли какое-то апостольское правило насчет этого? Ведь Спаситель сказал: «Пусть тот, кто хочет стать главным среди вас, будет вам слугой».

В Церкви есть иерархия, и в присутствии архиерея священник не благословляет вот по какой причине: священник исполняет служение, которое ему поручено, не в силу своего сана, а в силу того, что это право как бы делегирует ему архиерей. Говоря современным языком, когда источник полномочий священника находится рядом с ним, его полномочия упраздняются. Поэтому если архиерей служит в храме, то именно он совершает таинство Евхаристии и прочие священнодействия. Это происходит в полном соответствии с каноническими правилами, которые определяют обязанности и полномочия епископов и клира. Каноны же Церкви выработаны соборно и установлены во исполнение слов Спасителя, а не для противоречия им.

Разъясните, пожалуйста, почему мужчине нельзя сначала принять священный сан, а потом жениться? Почему, если он не женился до рукоположения, этого потом делать нельзя? Это традиция или этому есть каноническое основание?

Согласно 45 правилу Карфагенского Собора, пресвитер поставляется «не прежде, как сделает всех, находящихся в доме его, православными», то есть, по канонам Церкви, опыт семейной жизни священника — это как бы репетиция его руководства приходом.

Сегодня, к сожалению, «нужды ради» обходятся некоторые канонические правила. Это плохо, но при катастрофической нехватке духовенства мы вынуждены рукополагать молодых людей, которые женились за год, за два до хиротонии в лучшем случае. А в принципе должно быть по-другому: человек взрослеет, создает семью, строит правильные христианские отношения со своей супругой, воспитывает в вере своих детей… И этот опыт, в том числе и в семейной жизни, возрастание в этом опыте являются как бы предшествующей ступенькой для дальнейшего служения уже большой семье — Церкви. Состоявшись в семье — «малой Церкви», человек допускается и к священническому служению. Поэтому, по древней традиции, мы и называем священника отцом: он относится ко всем, кто составляет его паству, как к своим собственным детям.

Поэтому плохо, что сейчас мы рукополагаем и называем отцами совсем молодых людей. Остается только надеяться, что со временем, когда наша церковная жизнь нормализуется (а мы на это надеемся и в это верим), мы постепенно будем возвращаться и к тому, чтобы наполнять смыслом полузабытые уже канонические основания.

1. Может ли девушка, по незнанию, по глупости своей совершившая аборт, но уже сильно раскаявшаяся, когда-нибудь стать женой священника? Если я собираюсь принять сан, должен ли я расстаться с этой девушкой?

2. Возможен ли брак между девушкой, бывшей замужем и будущим священнослужителем?

3. Я учусь на теолога. Не женат, но не сохранил чистоты. Могу ли я стать священником? Говорят, что решать должен архиерей.

Я могу ответить только одно: есть церковные правила — каноны, который четко определяют не только требования к будущему священнику, кандидату на рукоположение, но и требования к его будущей супруге, и они абсолютно однозначны: они должны быть девственниками. Девушка, желающая стать супругой священника, не только не может быть второбрачной или совершившей аборт до брака, но у нее не должно быть опыта интимных отношений с кем бы то ни было.

Что же касается конкретных ситуаций, всегда очень трудно давать ответы на такие вопросы по одной простой причине: многие люди, будучи неверующими, совершают непоправимые ошибки, а потом приходят к Богу. Можно ли, после того как они начали новую жизнь, все грехи, бывшие до их воцерковления, считать «яко не бывшими»? Наверное, в отношении ставленника в каждом отдельном случае это должен решать архиерей той епархии, где он планирует рукополагаться: у архиерея есть такое право.

Бывает, что решение дается крайне непросто. Современный человек живет в мире, в котором трудно сохранить чистоту. Этот мир сегодня примерно такой же, каким был во время пришествия Христа на землю,- языческий. В нем господствует идеология потребления и гедонизма. Огромное количество молодых людей приобретает сексуальный опыт в самом юном возрасте, когда они не задумываются ни о существовании Бога, ни о каких-то других серьезных вопросах, в том числе о том, смогут ли они потом создать полноценную семью. А опыт показывает, что это как раз практически невозможно, чему свидетельство — огромное количество разводов, совершающихся на наших глазах. И вот бывает так, что эти люди, будучи призываемы Господом, приходят в Церковь, переосмысливают свою жизнь, каются, начинают воцерковляться. Для них открывается новый, совершенно особый, глубокий мир веры и церковной жизни. У кого-то из этих людей возникает мысль посвятить себя священнослужению. Но вот беда: есть каноны, запрещающие рукополагать людей, в жизни которых были определенного рода падения…

Но если мы живем в мире языческом, может, стоило бы отнестись к этим людям так, как в первые века христианства, когда в священный сан возводили новообращенных язычников? Ведь когда апостолы, как сказано в книге Деяний апостольских, ходили по городам Римской империи, проповедовали Христа и при этом создавали общины и рукополагали кого-то во диаконы и пресвитеры,- конечно, они не проводили канонических исследований: самих канонов еще не существовало. Никто не задавал вопросов о подробностях жизни людей до того, как они уверовали в Бога. Часто цитируют слова апостола: Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники — Царства Божия не наследуют (1 Кор. 6, 9-10). Но, цитируя, порой опускают другую половину этого апостольского высказывания: И такими были некоторые из вас; но омылись, но освятились, но оправдались именем Господа нашего Иисуса Христа и Духом Бога нашего (1 Кор. 6, 11).

Казалось бы, можно применить этот исторический прецедент к сегодняшнему времени. Но вот проблема: сегодня практически все крестят своих детей, не задумываясь об ответственности. И вот получается, что человек, пришедший в Церковь практически из язычества, совершавший поступки, достойные язычника, был при этом по факту Крещения православным христианином!

Виноваты в такой ситуации многие. Я не снимаю вины и с духовенства. Мы крестим детей по вере их родителей — это древний церковный обычай, который ведет свое начало с апостольских времен. Но получается, что зачастую мы крестим младенцев, родители которых не знают и знать ничего не хотят о вере. Никто не задумывается о том, что, покрестив ребенка, он берет на себя обязательства по его христианскому воспитанию. А в результате получается проблема, о которой мы говорим…

Поэтому, если человек до своего воцерковления был крещен, мы не можем проявлять к нему полное снисхождение и вменить как не бывшие те грехи, которые он совершил до своего прихода в Церковь.

Мне кажется, что во мне есть священническое призвание. Однако проверить, так ли это, не могу. Что бы Вы могли посоветовать?

В первую очередь человеку, желающему стать священником, надо спросить самого себя, выяснить очень простые вещи: как долго он ходит в церковь, исповедуется ли он, причащается ли, соблюдает ли он посты, исполняет ли домашнее правило? Важна ли для него церковная жизнь, старается ли он жить по заповедям Христовым? Если человек может честно сказать: да, уже долгое время я действительно человек церковный, стараюсь исполнять заповеди, хочу стать священником,- значит, надо поступать в семинарию.

За пять лет учебы в духовной школе (а чаще всего это время бывает очень напряженным) человек сможет понять, готов ли он к священническому служению, его ли это путь или не его.

И конечно, для поступления в семинарию обязательно нужна рекомендация духовника — священника, который знает внутреннюю жизнь претендента на священство, потому что этот человек исповедовался у него регулярно на протяжении ряда лет.

Расскажите, пожалуйста, о благословении на иночество. Обязательно ли быть послушником? Можно ли россиянину принять постриг за границей и остаться там в монастыре, не имея подданства этого государства?

Для того чтобы стать монахом, обязательно надо быть послушником. Во всех православных монастырях, в любой стране человек, желающий принять монашество, приходит к настоятелю монастыря, говорит ему об этом. После некоторого испытательного срока он принимается в состав братии послушником. С этого момента до пострига может пройти от нескольких месяцев до нескольких лет или даже нескольких десятков лет. Никаких определенных сроков не существует: все зависит от человека, его характера, его восприимчивости к тому, чему он обучается, живя в монастыре.

Принять постриг в монастыре за границей возможно: случаи такие имеются. А что касается подданства, то в каждой стране свои правила. В любом случае придется подчиняться законам той страны, в которой человек хочет жить.

Очень хочу в монастырь. Но не знаю, как это сделать? Есть определенные обязанности: родители пожилые, больные, сын поступил в институт. В монастырь нужен какой-то капитал, чтобы тебя взяли?

Желание монашества — желание доброе само по себе, но в Вашем случае, скорее всего, пока неисполнимое. У Вас есть сын, но пока он еще не может жить самостоятельно. Трудно представить себе, что мама оставит его и уйдет в монастырь… Думать о монастыре можно будет после того, как сын будет устроен,- может быть, когда будет устроена его семейная жизнь, когда он получит образование, чтобы не получилось так, что, спасая свою душу, Вы оставили его одного в трудной или опасной ситуации — в этом возрасте молодежь еще очень беззащитна. Кроме того, обязанности по отношению к родителям тоже нужно исполнять.

Для того чтобы поступить в монастырь, никакого капитала не нужно, но необходимо «примерить» на себя монастырскую жизнь, укрепиться в своем решении. Пока, судя по Вашему письму, представление о монашестве у Вас достаточно смутное. Думаю, что для начала хорошо было бы время от времени, по возможности, приезжать в какой-то монастырь для того, чтобы нести в нем какое-то послушание. Постепенно это время могло бы увеличиваться, в соответствии с Вашими семейными обстоятельствами и Вашим осознанием сути монашеской жизни.

Могу ли я принять тайный монашеский постриг? Мои родители против монашеской жизни.

Такое явление, как тайный монашеский постриг, получило распространение в советские годы, когда в России практически не было действующих монастырей и человек, желающий принять монашество, не мог сделать это открыто, то есть уйти в монастырь и жить в нем. В наше время необходимость в тайных постригах полностью отпала.

Что касается родительского благословения, в истории Церкви были случаи, когда люди уходили в монастырь вопреки родительской воле (как, скажем, преподобный Феодосий Киево-Печерский) или, наоборот, становились монахами, упокоив старость родителей, дождавшись их согласия на монашеской постриг (как преподобный Сергий Радонежский).

Вы точно человек?

Какой путь изберете Вы — зависит от вас и Ваших обстоятельств, в том числе от Вашей решимости, желания и вообще от серьезности Вашей мысли о монашестве.

Является ли каноническим препятствием для совершения таинства Священства то обстоятельство, что кандидат в священники ранее, будучи военным, по долгу службы (исполняя приказ) стрелял из огнестрельного оружия в других людей и убивал их (например, во время боевых действий или при побеге преступников из мест лишения свободы)?

Безусловно, убийство — тяжкий грех. Согласно 5 и 6 правилу Григория Нисского и 43-му правилу Василия Великого, убийц не надо вводить в клир. Однако церковные каноны различают убийство вольное, невольное (ненамеренное) и убийство на войне.

В церковной практике хиротония для воинов возможна. Дело в том, что препятствием к рукоположению в священный сан становятся грехи, влекущие за собой отлучение от Причастия. Правило 13 святителя Василия Великого (оно содержится в Первом каноническом послании к Амфилохию Иконийскому) гласит: «Убиение на брани отцы наши (см.: Послание святителя Афанасия Великого Аммуну монаху) не вменяли за убийство, извиняя, как мнится мне, поборников целомудрия и благочестия. Но, может быть, добро было бы советовать, чтобы они, как имеющие нечистые руки, три года удержались от приобщения только Святых Таин». Как видно из слов святителя, эта рекомендация не носит безусловно обязательного характера. А в упомянутом выше Послании святителя Афанасия Великого к монаху Аммуну говорится: «Убиение врагов на войне и законно, и достойно похвалы».

Следует учесть также, что, согласно 83-му Апостольскому правилу, священнослужители не могут одновременно заниматься военным делом и занимать священническую должность. Однако военнослужащие, ушедшие в отставку и не берущие более в руки оружия, могут быть допущены к хиротонии.

В любом случае решение о возможности хиротонии, ознакомившись со всеми обстоятельствами, будет принимать правящий архиерей той епархии, где проживает ставленник.

Можно ли принять монашество, если хотя бы один из родителей против?

Выбор между супружеской и монашеской жизнью христианин делает сам, по велению сердца, в зависимости от того, к чему призывает его Господь. Другое дело, если человек связан необходимостью помогать действительно нуждающимся в сыновней заботе родителям. Полагаю, что лучше всего решать этот вопрос совместно с духовником.

Помните при этом, что все зависит лишь от одного: от воли Божией. Если Господу угодно, чтобы Вы выбрали для себя стезю монашества, то Он, видя Ваше устремление, Сам устроит все обстоятельства жизни так, что они будут способствовать этому и ничто не сможет воспрепятствовать Вам. Молитесь словами Псалмопевца: Скажи мне, Господи, путь, воньже пойду, яко к Тебе взях душу мою (Пс. 142, 8) и старайтесь жизнь свою сделать практическим исполнением заповедей Евангелия, ибо именно к этому призван всякий христианин, а тем более — монах.

  1. О духовничестве. Клин: Фонд «Христианская жизнь», 2001.- С. 136.^
  2. Святитель Григорий, епископ Нисский (ок. 335-395; память 10/23 января). Младший брат святителя Василия Великого, святитель Григорий славился строгостью жизни, ученостью и превосходным даром слова; ему принадлежит классическое произведение святоотеческой антропологии «Об устроении человека».^
  3. Творения святителя Василия Великого стали основой церковного права. В состав Канонов Церкви вошло девяносто два правила Василия Великого из восьми его посланий и книги «О Святом Духе». Первые воесемьдесят пять правил содержатся в трех посланиях, которые святитель Василий отправил святителю Амфилохию, епископу Иконийскому (†395). Питая особое уважение к святителю Василию, святитель Амфилохий часто обращался к нему, прося его разрешить различные вопросы церковного управления и общей церковной дисциплины.^
  4. Святитель Афанасий Великий (ок. 298-373; память 18/31 января, 2/15 мая). Был известен как защитник Православия от арианской ереси. Оставил многочисленные сочинения апологетического, полемического, историко-догматического и нравственного содержания. В состав Канонов Церкви вошло три послания святителя Афанасия Великого: монаху Аммуну, XXXIX послание о праздниках и послание епископу Руфиниану.^

предыдущая глава     К оглавлению     следующая глава

Батюшка! Скажите, пожалуйста, может ли священник развестись и жениться во второй раз? А если развелся и женился во второй раз, то как это отражается на его служебном положении?
…………………………………….
Марина — (Марина)

Ответ

http://www.dimitrysmirnov.ru/blog/otvet-20552/?stt=1147

Прот. Димитрий Смирнов:Конечно, священник может и развестись, и жениться, и не одни раз, а десять или двадцать, это зависит от того, сколько ему лет. Но он, к сожалению, перестаёт быть священником.

Прот. Александр Березовский:То есть, он запрещается в служении?

Прот. Димитрий Смирнов:Да.

Прот. Александр Березовский: А почему такая строгость к священству?

Прот. Димитрий Смирнов: Потому что священник и его семья должны быть образцом для паствы. Если священник двадцать раз женится, то сколько раз можно жениться мирянину? Сорок? И что тогда это будет за Церковь?

У нас есть учение о браке в христианской Церкви, которого все должны придерживаться, а священник – выполнять неукоснительно.

Прот. Александр Березовский: А в случае смерти супруги? Бывает же, что вот молодые люди поженились, и по болезни супруга вскорости умерла…

Прот. Димитрий Смирнов:И даже в случае смерти. Есть вещи, которые выше брака. Священство выше брака. И если человек стал священником, он уже жениться не может.

Прот. Александр Березовский:То есть, если мужчина не женился до рукоположения, то после этого Таинства он уже жениться не может?

Прот. Димитрий Смирнов:Нет. Порядок такой: брак, потом священство, потом епископство. Нельзя менять местами. Такова церковная традиция, так благословлено Богом.

Прот. Александр Березовский: Но почему такая строгость именно в отношении священников?

Прот. Димитрий Смирнов:Да нет тут никакой строгости. Строгость, если было бы сказано: таких вешать, или ещё более строго: таких сжигать на костре.

Прот. Александр Березовский:Живьём…

Прот. Димитрий Смирнов: Не живьём неинтересно… Вот это было бы строго. А так – ты оставляешь своё служение и живёшь как мирянин.

Прот. Александр Березовский:Вот если бы такое было по отношению к мирянам, может, не было бы у нас столько разводов, брошенных детей?

Прот. Димитрий Смирнов:Было бы.

Как живут священники

Я как-то рассказывал, что в Германии многие люди отказываются платить налог на церковь и тем самым письменно свидетельствуют, что они перестали быть христианами. И никак их это не волнует. Если современному человеку поставить условия пребывания в Церкви, какие были во времена Василия Великого, то Церковь попросту опустеет. Поэтому Церковь в каждую эпоху оказывает всё большее и большее снисхождение человечеству (по мере приближения к торжественной встрече антихриста).
…………………………………….
Ответ: о.Димитрий Смирнов

Метки

брак , брак священника , вдовство священника , повторные браки священников , разводы священников , священство , семья

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *