Юстиниан и Феодора

Флавий Петр Савватий Юстиниан, или Юстиниан Великий, родился в 483 году. Он был византийским императором с 527 вплоть до своей смерти в 565 году. Сам Юстиниан в указах называл себя Цезарем Флавием Юстинианом Аламанским, Готским, Франкским, Германским, Антским, Аланским, Вандальским, Африканским. Это был один из наиболее выдающихся монархов поздней античности. Его правление знаменует собой важный этап перехода от античности к Средневековью.

Юстиниан Великий происходил из бедных крестьян Иллирии. Императором он стал благодаря своему дяде, императору Юстину. В начале 525 года Юстин тяжело заболел, ослабел умом и не мог уже управлять государством. Тогда молодой и энергичный его племянник Юстиниан начал полностью править империей. В 527 году Юстин назначил Юстиниана своим соправителем с титулом августа. Когда император Юстин умер в 527 году, власть наследовал его племянник Юстиниан.

Незадолго до смерти дяди 40-летний Юстиниан познакомился с прекрасной Феодорой. Родилась она в 501 году на Кипре в семье простолюдина, оттуда семья перебралась в Константинополь, где отец Феодоры получил место сторожа при зверинце на ипподроме. Около 511 года отец умер, и семья осталась совершенно без средств. Вдова сошлась с помощником сторожа в надежде, что ему дадут должность умершего мужа, что со временем и произошло, а малолетние дочери начали выступать в цирке.

В 15 лет Феодора стала настоящей красавицей. Она была небольшого роста, тонкая, изящная, грациозная, с огромными черными глазами, полными огня и страсти, и роскошной волной длинных черных волос, при этом остроумная и веселая. Случай свел ее с префектом какой-то провинции Эсеболом, который, потеряв голову от ее красоты, увез девушку к себе домой. Но он так увлекся ее ласками, что забыл о своих обязанностях, из-за чего лишился должности и выгнал Феодору на улицу, так как не имел больше средств на ее содержание. Она была вынуждена сама зарабатывать себе на жизнь, став бродячей актрисой и дешевой куртизанкой, скитаясь по разным городам Востока.

Прокопий Кесарийский, современник Феодоры, в своей «Тайной истории» не уставал обличать ее за позорные грехи молодости, говоря, что «чары ее сделались всеобщим достоянием». Она осознавала порочность своей жизни и стремилась вырваться из этой среды.

Случайно Феодора попала в Александрию, которая в то время была оплотом христианской религиозности. Там Феодора познакомилась с монахом Севиром, любившим проповедовать падшим женщинам. Вероятно, проповеди Севира сильно подействовали на Феодору, полностью изменив ее жизненную позицию. Вернувшись в Константинополь, Феодора стала вести жизнь сдержанную и целомудренную, старалась приобрести знание и лоск, что ей вполне удалось благодаря природному уму, а на жизнь зарабатывала тем, что ткала холсты.

История умалчивает о том, где и как Юстиниан познакомился с Феодорой. Эта встреча не только принесла счастье им обоим, но и способствовала расцвету Византии. Обладая небывалой красотой, светлым умом, остроумием, твердым и решительным характером, она могла вызвать глубокие чувства у Юстиниана, не столь уже молодого человека, занятого политикой и своим будущим.

Феодора буквально околдовала Юстиниана. Безумно влюбленный, он не отказывал ей ни в чем. Феодора любила деньги — он осыпал ее богатствами, она жаждала поклонения и почестей — он выхлопотал у дяди причисление ее к патрицианскому сословию. Связь с Феодорой оказалась настолько прочной, что Юстиниан решил во что бы то ни стало на ней жениться. Юстин, который мало придавал значения знатности происхождения, без колебания дал своему любимому племяннику согласие на этот брак. Суровая императрица Евфимия, блюдя честь императорского звания, запретила ему жениться на бывшей куртизанке. Судьба, однако, сопутствовала влюбленным. В 523 году умерла императрица Евфимия, а добрый император Юстин разрешил племяннику жениться по любви.

Чувствуя приближение смерти, Юстин короновал в базилике святой Софии императора Юстиниана I и императрицу Феодору. В августе 527 года император Юстин умер.

Началось правление Юстиниана. Он собрал вокруг себя умных и способных людей, а Феодора, решительная и умная, во всех делах мужа сразу начала проявлять деятельное участие и была ему опорой. Она была верной женой Юстиниану и держала себя с достоинством императрицы. Юстиниан не скрывал, что во всех делах он советовался с Феодорой, называя ее в манифестах «благочестивейшей супругой, ниспосланной нам Господом Богом».

Редкий человек незнатного происхождения, пробившийся в аристократическое общество, так быстро осваивался со своим новым положением, так быстро привыкал к своему величию, как это произошло с Феодорой. Редкая императрица, даже царской крови, испытала, подобно Феодоре, столько радостей и удовольствий, которые дает обладание высшей властью. Феодора очень заботилась о своей красоте, для этого она в прямом смысле день и ночь спала, днем — до сумерек, ночью — до рассвета, любила хорошо покушать. Ее обслуживал огромный штат парикмахеров, служанок. Зато Юстиниан был правителем-аскетом, постоянно постился, почти не ел и не пил, веля унести кушанья, к которым едва прикоснулся, очень мало спал, все, что касалось жизненных потребностей, казалось ему ничтожным. Юстиниан всегда был в движении, постоянно занимаясь государственными делами.

Указом императора, желавшего превзойти Соломона и легендарный Иерусалимский храм, был полностью перестроен сгоревший собор святой Софии в Константинополе, поражающий своей красотой и великолепием и остававшийся на протяжении тысячи лет самым грандиозным храмом христианского мира.

Однажды в Константинополе начался бунт, грозивший трону и жизни императора. Феодора проявила большое мужество и силу воли. «Пурпур власти — вот лучший саван!» — заявила она. К императору вернулось присутствие духа. В жестокости она не знала меры. Бунт был подавлен, 30 000 человек было убито, власть императора еще более укрепилась. После восстания Юстиниан начал более решительно проводить свою собственную политику, направленную на усиление военной и политической мощи Византии.

Его жена много сделала для улучшения положения женщин. Феодора проявила бескорыстную заботу и о тех несчастных девушках, которых довела до падения скорее нужда, чем порок. Она основала для покаявшихся монастырь на берегу Босфора в старинном императорском дворце. Чтобы освободить этих бедных девушек от «ига их позорного рабства», она обеспечила это благотворительное учреждение богатым вкладом. Феодора, помня свои молодые тяжелые годы, проявляла чувство жалости к бедным женщинам, особенно невольницам. Она их выкупала сотнями, а затем давала им убежище в монастырях. Она добилась издания закона, запрещавшего торговлю женщинами.

Влияние Феодоры на мужа продолжалось до самой ее смерти. Феодора умерла от рака в 548 году, едва достигнув 47 лет. Память о ней для Юстиниана была священной, он был безутешен после ее смерти. Современники рассказывали, что даже много лет спустя после смерти государыни, когда император хотел дать торжественное обещание, он клялся именем Феодоры. Однако его энергия в государственных делах стала спадать, дух был надломлен.

Юстиниан умер в 565 году в Константинополе.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Царица Феодора. Мозаика. Храм св. Виталия в Равенне (фрагмент)

Феодора (+ 548), знаменитая императрица Византийская, супруга св. Юстиниана Великого, благоверная царица.

Память 14 ноября

Родилась в самые первые годы VI столетия в семье очень низкого звания: она была дочерью некоего Акакии, служившего хранителем медведей в константинопольском амфитеатре. Не получив никакого правильного воспитания и образования, она провела детство, так сказать, за кулисами гипподрома; ее вырастила атмосфера, окружавшая этот центр развлечений громадной развращенной столицы. Старшие сестры ее играли на сцене; она сама выступала еще почти ребенком в мелких выходных ролях и скоро приобрела известность как участница в живых картинах и пантомимах самого непристойного содержания. Панегиристы и даже противники восторгались ее оригинальной красотою, «которую не в состоянии изобразить ни слово, ни искусство». Небольшого роста, тонкая, несколько бледная, она поражала не столько величественностью осанки, сколько грацией фигуры и изяществом движений, не столько правильностью черт, сколько блеском глаз, полных вызыващего огня и страсти, роскошной волной длинных черных кудрей, искристым остроумием и бесконечной веселостью. Прокопий, главный обвинитель ее за позорные грехи молодости, прямо говорит, что чары ее сделались всеобщим достоянием и что бесчисленные любовные похождении ее дерзостью и цинизмом превзошли подобного же рода подвиги Мессалины.

Успехи на подмостках и соблазнительная прелесть наружности сближали Феодору и с сильными мира; она очень рано, как кажется, покинула Константинополь, увезенная каким-то провинциальным наместником. Скоро покинутая им, она принуждена была некоторое время влачить существование бродячей актрисы и куртизанки низшей пробы в различных городах Востока. Обстоятельства вновь привели ее в столицу, когда ей было только двадцать с небольшим лет. Здесь она поднялась в более высокие сферы; не удовлетворяясь знатными поклонниками и щедрыми подарками, она искала прочного величия и власти. Она стала вести жизнь более сдержанную, старалась приобрести знания и лоск, что ей и удалось, благодаря ее природной даровитости.

Судьба свела ее с Юстинианом, который был тогда уже первым сотрудником дяди своего, императора Юстина. Она зажгла в его сердце глубокую страсть. Это было не только чувственное влечение, но и серьезная, пылкая привязанность, прочно подчинившая волю Юстиниана. Когда в 523 г. умерла жена Юстина, Евфимия, не желавшая вводить в царственный дом женщину с таким запятнанным прошлым, Юстиниан сделал Феодору своей супругой.

В 527 г. она была коронована, вместе с ним, в храме св. Софии.

Одной необычайностью красоты и безграничностью порочной смелости Феодоры нельзя обяснить тот неослабный авторитет, который она приобрела над Юстинианом и который захватывал не одну частную жизнь ее мужа, но и его государственную деятельность. Разделяя с Юстинианом труды правления, она несомненно проявила выдающиеся таланты. Это заставляет предполагать, что в мрачных рассказах пристрастного Прокопия о распутстве и даже злодеяниях Феодоры много клеветы или, по крайней мере, преувеличений. Другие современники не повторяют инвектив автора «Тайной истории», а ряд сложившихся около Феодоры легенд дает гораздо более почтенную картину ее происхождения и юности. Во всяком случае Феодора была верной женою Юстиниана и держала себя с достоинством императрицы, хотя и продолжала заботиться о своей красоте. Придворные почести, которые она, по-видимому, очень ценила, требуя строжайшего выполнения даже унизительных правил этикета от всех, хотя бы высших сановников, льстили ее тщеславию, но в ней горело более широкое честолюбие: она хотела настоящего, реального могущества.

Вместе с сильной и страстной волей ей были присущи те силы, которые обеспечивают власть над другими: твердый и ясный ум, бодрое настроение, находчивость, самообладание, стойкость в трудных положениях. Всем этим она сумела сделаться драгоценною для Юстиниана, легко терявшегося среди опасностей. В страшные дни мятежа «ника» в 532 г. Юстиниан Великий именно жене своей обязан был сохранением царства. Когда восстание охватило всю столицу и бунтовщики теснили самый дворец, отчаяние овладело государем и его главными советниками. Подавить движение им казалось невозможным. Все говорили, что императору остается бежать, увозя сокровища, пользуясь свободным выходом из дворца к морю. Такому решению воспротивилась одна Феодора. Сохранены слова, которыми она возвратила энергию в упавшие души окружающих: «Если даже в самом деле нет другого спасении кроме бегства, я не хочу бежать. Кто раз надел диадему, тот не должен переживать ее гибели, и я не увижу дня, в который меня перестанут величать императрицей. Если ты хочешь бежать, Цезарь, иди: средства в твоих руках; суда готовы, море открыто. Но я остаюсь. Я люблю старое изречение, что пурпур — лучший саван!…» Присутствие духа вернулось к императору, он призвал лучших полководцев, мятеж был подавлен, и Феодора заслужила то место в верховном совете империи (sacrum consistorium), которое ей предоставлялось раньше по сердечной слабости императора. Непобедимое влияние ее на мужа продолжалось до самой ее смерти. Он называл ее, играя значением ее имени, «даром Божьим», и долго после ее кончины клятва ее памятью была для него самой священной.

Феодора принимала участие во всех государственных делах; Юстиниан ни в чем не мог противостоять ее желаниям. Ее имя красуется рядом с его именем на посвятительных надписях общественных зданий и в заголовках законодательных актов. Ей воздвигали статуи, официально приносили хвалу, присягали на верность. Она во всем была равною императору и настоящей его правой рукою. Она гордо писала царю Хозрою персидскому: «Император никогда ничего не решает, не посоветовавшись со мною». Юстиниан сам признавал это в своих новеллах.

Трудно сказать, оказывалась ли она для него доброй советницей чаще, чем злым гением. Последнее вероятнее, так как ею руководили больше эгоистические расчеты, чем политические идеи, которых ей некогда было выработать. Она руководилась симпатиями и антипатиями, интриговала за друзей, ненавидела врагов. Дух нетерпимости, окрашивающий царствование Юстиниана, находил в Феодоре постоянную поддержку. Она без всякой сдержанности пользовалась своим влиянием; самые могущественные сановники, если причиняли ей обиду, не могли спастись от ее мести. Один из самых влиятельных министров императора, Иоанн Каппадокийский, сумевший приобрести полное доверие Юстиниана своей финансовой изворотливостью, стал подкапываться под авторитет императрицы. Она решила его погубить: кругом советника, казавшегося всемогущим, сплелась сеть настоящего заговора. Феодора призвала на помощь виртуозку интриги, жену знаменитого полководца Велисарии, Антонину. Много потрачено было энергии для достижении цели, и в конце концов сильный враг пал с позором. От гнева Феодоры не был обеспечен и такой человек, как Велисарий. Она не простила партии зеленых презрение, с которым члены ее отнеслись к ней, когда она начинала сценическую карьеру. Все склонялись перед нею, страшась жестокости, в которой она не знала меры.

Сама «женщина до мозга костей», Феодора, как императрица, работала для улучшения положения лиц своего пола. Законы, расширявшие гражданскии права женщин, оберегавшие жену от произвола мужа, девушку — от насилия соблазнителя, были изданы под ее влиянием. Она сильно стояла за прочность и святость брака и учредила для раскаявшихся падших женщин богатый приют-монастырь.

Царица Феодора. Мозаика. Храм св. Виталия в Равенне

Как большинство византийских женщин, она была пылко религиозна и суеверно благочестива, но личные пристрастия мешали ей понимать высшие интересы церковной политики. Она упорно защищала всю свою жизнь монофизитов, может быть больше как своих друзей, всегда стоявших за нее, чем воодушевляясь задачей восстановить в империи религиозный мир. В покровительстве исповедникам любимого для нее учения Феодора не останавливалась перед коварством и насилием; папа Сильверий был низложен под ее давлением за упорство в Православии. Она оказывалась вдохновительницей императора при репрессиях во многих церковных смутах.

По мнению историка А. В. Карташева именно Феодора «искусственно размножила монофизитские хиротонии и прямо создала и укрепила историческое существование монофизитских церквей вплоть до наших дней» .

Скончалась 28 июня 548 году, еще не достигнув старости; как полагают, от рака. Юстиниан не мог утешиться в ее кончине; со времени исчезновения супруги-сотрудницы энергия и инициатива его начали падать, самая мысль его — вырождаться.

Была канонизирована вместе с её мужем Юстинианом в лике благоверной. Церковь признает раскаяние Феодоры в её неправедной жизни в молодости и считает, что она всё же отошла от монофизитской ереси и стала защитницей Православия. Житийная литература содержит о Феодоре очень краткие сведения.

Литература

Использованные материалы

  • Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона.

Карташев А.В. Вселенские Соборы.

Изображение воспроизводит левую часть мозаичного декора нижней зоны алтарной части храма и переносит зрителя в атмосферу пышных царских выходов в Византии. Ставшая самостоятельным государством в 385 году, восточная часть Римской империи достигла расцвета в правление императора Юстиниана, который предпринял ряд завоевательных походов с целью восстановить единство государства и подчинить себе западные области империи, завоеванные варварами. Юстиниан изображен на мозаике в центре торжественной процессии. На нем пурпурные одежды и императорская диадема, вокруг головы нимб, как у святого. Персона императора рассматривалась в Византии как священная, он считался наместником Бога на земле, его власть носила, как верили, абсолютный характер. В руках Юстиниана – золотой сосуд для причастия, дискос, сосуд для евхаристического хлеба. Властитель изображен предстоящим перед Христом как даритель (ктитор) церкви, в правление которого храм был освящен. По левую сторону от Юстиниана – воины во главе, как полагают, с полководцем Велисарием в белых одеждах с пурпурной вставкой и окладистой бородой. Именно он завоевал Равенну в 540 году. По другую сторону – служители церкви. Их возглавляет епископ Максимиан, о чем свидетельствует латинская надпись над его головой. Лица участников торжественного выхода сохранили индивидуальные черты: любезная, но коварная улыбка играет на лице Юстиниана; тяжелое, насупленное выражение у строителя церкви Юлия Аргентария (справа от Юстиниана); аскетический облик Максимиана. Однако взгляд широко рас­крытых глаз усиливает духовную экспрессию образов, а одинаковые фронтальные позы обезличивают участников выхода. Их фигуры, едва касающиеся ступнями земли, под длинными одеждами, расчерченными сухими складками, кажутся бесплотными. На сверкающем золотом фоне вся сцена предстает как видение. Авторы мозаики стремились утвердить власть императора над новыми землями и показать его величие.

Феодора, жена Юстиниана: жадная, развратная и циничная — в описании современника, раскаявшаяся грешница, ставшая святой, — в описании другого святого

Подготовила Юлия Богатко

Свидетельства о жизни византийской царицы Феодоры (500–548; на троне с 527 года) чрезвычайно противоречивы. С одной стороны, она героиня разнообразных исторических сочинений (прежде всего — скандального памфлета Прокопия Кесарийского о нравах византийского двора). С другой — о ней идет речь в рассказах о жизни божьих угодников. Святой Димитрий Ростовский проповедник и писатель конца XVII — начала XVIII века. упоминает ее в своих «Житиях святых» — правда, в связи с мужем Юстинианом  Память благоверного царя Юстиниана и царицы Феодоры чтят 14 ноября.: «Так, живя в чистоте и благочестии, он царствовал 39 лет и мирно скончался о Господе. За заслуги Церкви и за благочестие он причислен по смерти к лику святых. Вместе с ним причислена к лику святых и его супруга, царица Феодора, которая была сначала грешницей, но потом раскаялась и провела остаток жизни в чистоте и благочестии».

Двор императрицы Феодоры. Фрагмент мозаики в базилике Сан-Витале, Равенна, VI век © Wikimedia Commons

Сегодня уже точно известно, что «Тайная история» — исторический подлинник. Прокопий, имевший возможность непосредственно наблюдать жизнь Феодоры, описывал не только ее юность, но и ее замужнюю жизнь как имеющую мало общего с благочестием. Например, так: «Никто никогда не видел, чтобы Феодора примирилась с тем, кто досадил ей, даже после его смерти. Но и сын умершего, словно нечто, принадлежавшее отцу, заполучив в наследство вражду василисы, передавал ее до третьего колена. Ибо ее пыл, крайне расположенный возбуждаться для того, чтобы губить людей, был совершенно не способен к умиротворению».

Как же случилось, что эта противоречивая женщина была признана святой?
Судя по описанию Прокопия, юность Феодоры и вправду была яркой:

«Часто в театре на виду у всего народа она снимала платье и оказывалась нагой посреди собрания, имея лишь узенькую полоску на пахе и срамных местах, не потому, однако, что она стыдилась показывать и их народу, но потому, что никому не позволялось появляться здесь совершенно нагим без повязки. В подобном виде она выгибалась назад и ложилась на спину. Служители, на которых была возложена эта работа, бросали зерна ячменя на ее срамные места, и гуси, специально для того приготовленные, вытаскивали их клювами и съедали. Та же поднималась, ничуть не покраснев, но, казалось, даже гордясь подобным представлением. <…> С таким безграничным цинизмом и наглостью она относилась к своему телу, что казалось, будто стыд у нее находится не там, где он, согласно природе, находится у других женщин, а на лице. Те же, кто вступал с ней в близость, уже самим этим явно показывали, что сношения у них происходят не по законам природы. Поэтому когда кому-либо из более благопристойных людей случалось встретить ее на рынке, они отворачивались и поспешно удалялись от нее, чтобы не коснуться одежд этой женщины и таким образом не замарать себя этой нечистью. Для тех, кто видел ее, особенно утром, это считалось дурным предзнаменованием».

Прокопий Кесарийский «Тайная история»

Однако историк конца XIX — начала XX века Шарль Диль, автор многих работ по истории Византии, в своих «Византийских портретах» замечает, что «еще при жизни ее необычайное счастье так поражало современников, что константинопольские обыватели для объяснения его выдумывали самые невероятные истории, множество всяких сплетен, тщательно собранных Прокопием для потомства в «Тайной истории». После смерти Феодора стала еще больше достоянием легенды».

Актриса и куртизанка Феодора до знакомства с императором Юстинианом. Франция, 1888 год © Leemage / Bridgeman Images / Fotodom

Сам Диль рисует ее портрет так: Феодора совсем еще девочкой была привезена родителями в Византий и выросла в развращенной столице империи. Когда ее отец, дрессировщик медведей, скоропостижно умер, матери пришлось «сойтись с другим мужчиной», тоже из цирковых. Девочка росла среди актеров цирка, обе сестры ее уже имели успех на сцене, и все трое стали посещать светские собрания, где «познакомились с грязными прикосновениями и нескромными разговорами». Довольно рано Феодора стала пленять народ как актриса, принимая участие в живых картинах, «где она могла выставлять без всякого прикрытия свою красоту, которой гордилась, и в пантомимах, где могли проявляться вполне свободно ее веселость и живой комизм».

«Сверх всего остального она обладала исключительно страстным темпераментом и быстро добилась успеха, и не только на сцене.
В профессии, не требующей добродетели, она развлекала, забавляла
и скандализировала Константинополь. На сцене она решалась на самые нескромные выходки и показывалась самым откровенным образом.
В городе она скоро прославилась безумной роскошью своих ужинов, смелостью речей и множеством любовников. Ей не было тогда
и двадцати лет».

В общем, заключает Диль, немудрено, что в таких обстоятельствах у нее было «мало развито нравственное чувство».

И вот в разгар своей славы Феодора исчезает со сцены светской жизни. Историки установили, что в ту пору она сошлась с любовником — правителем одного из городов римской провинции, была им брошена и осталась без средств к существованию. Тогда ей пришлось перебраться в египетскую столицу — Александрию, которая кроме того что была большим коммерческим центром, также известна с IV века как одна из столиц христианства. Богословские споры, религиозные фанатики всех мастей — в такой обстановке оказалась Феодора. Тут она попала под влияние некоторых церковных деятелей, в частности святителя Чин святых высшей степени священства — архиереев. Тимофея IV Александрийского и будущего святого Севира Антиохийского  Антиохийский патриарх (512–518 годы), основатель севирианства. Почитается некоторыми древневосточными церквями как святой., обращавшегося с проповедями к женщинам. Так что, пишет Диль, «когда она возвратилась в Константинополь, это уже была женщина более положительная, зрелая, чувствовавшая усталость от скитальческой жизни и безумных приключений; она старалась, искренно ли или нет, вести самую уединенную и целомудренную жизнь. Одно предание гласит, что она жила в маленьком домике, скромно и честно, занималась пряжей и охраняла дом, как римские матроны доброго старого времени. Тут она и встретилась с Юстинианом». Юстиниан влюбился до безумия, сошелся с ней сначала как с любовницей, потом ее возвел в сан патрикии, осыпал всевозможными милостями, богатствами и наделил полномочиями.

Вероятно, здесь и начинается другая Феодора — «великая императрица, занимавшая значительное место возле Юстиниана и часто игравшая в делах правления решающую роль, женщина ума выдающегося, редкой сообразительности, энергичная, существо деспотическое и высокомерное, неистовое и страстное, настолько сложное, что часто могла всякого сбить с толку».

В течение двадцати одного года царствования Феодора вникала во все государственные и церковные дела, ко всему приложила руку: назначала
и смещала пап, патриархов, министров и генералов, не боялась открыто противостоять воле Юстиниана и даже заменять своими приказами его собственные. Влияние ее на мужа не всегда было положительным и часто оборачивалось печальными последствиями, но историки все же отдают должное тому, что часто она правильно оценивала интересы государства.

Одна из самых ярких политических побед Феодоры — усмирение бунта, названного словом «Ника»: бунтовщики объединились против Юстиниана, сожгли центр города (храмы, термы, сенат) и выдвинули в качестве претендентов на престол племянников бывшего императора Анастасия — Ипатия и Помпея. Юстиниан, забрав деньги и сокровища, хотел бежать, но Феодора произнесла в синклите вдохновенную речь, в результате которой все одумались, вооруженные силы были приведены в готовность, бунтовщики подкуплены, разделены и перебиты, претенденты на престол казнены, и порядок восстановлен.

Действительно (и тут все историки соглашаются), колеблющийся
и нерешительный Юстиниан много своих решений не смог бы провести
без жены. А его неоценимый вклад в политику государства и церкви Димитрий Ростовский перечисляет в «Житиях…»: он вел успешные войны с врагами Византийской империи, издал полное собрание римских законов, предпринял немало забот к распространению христианства и искоренению язычества, закрыв языческие школы в Афинах и поручив преподавание инокам, крестил
с помощью епископа Иоанна Эфесского 70 тысяч язычников в Малой Азии
и построил для обращенных 90 церквей. Борясь с монофизитами, он составил песнь «Единородный Сыне и Слове Божий», которую и сейчас исполняют
в литургиях, созвал Пятый Вселенский собор для осуждения несторианской ереси и прекращения раздора в церкви. Издал закон об обязательном праздновании Рождества, Крещения, Воскресения Господня и Благовещения. Кроме того, Юстиниан построил множество храмов, самый величественный
из которых — храм Святой Софии в Константинополе.

Даже критически настроенный Прокопий отмечает верность и единодушие супругов по многим вопросам: » в своей совместной жизни ничего не совершали друг без друга. Долгое время всем казалось, что они всегда совершенно противоположны друг другу и образом мыслей, и способом действий, но затем стало понятно, что они намеренно создавали такое представление о себе, чтобы подданные, составив о них единое мнение, не выступили против них».

Императрица Феодора. Испания, XIX век © Look and Learn / Bridgeman Images / Fotodom

В частности, дружба Феодоры с монофизитами (она вернула их из изгнания и разрешила пользоваться своим дворцом для служб и уставной жизни) объяснялась историками как дальновидная милость и благоволение
к диссидентам, что в случае их победы могло гарантировать Юстиниану милость теперь уже к нему и его династии.

Конечно, пишет Диль, возможно, что в «силу своего властолюбивого характера и привычки подчинять все целям своей политики Феодора иногда несколько нескромно вмешивалась в дела, ничуть ее не касавшиеся». Здесь имеются в виду браки, которые любила устраивать императрица. Вот как Прокопий описывает этот ее обычай в «Тайной истории»:

«…все браки она устраивала с неким божественным могуществом.
До совершения брака люди не устраивали никакой помолвки
по добровольному согласию. Но у каждого мужчины жена объявлялась неожиданно, и не потому, что она ему понравилась, что в обычае даже
у варваров, но потому, что того пожелала Феодора. И то же самое приходилось претерпевать женщинам. Зачастую она удаляла новобрачную из брачного чертога, оставив новобрачного в одиночестве лишь потому, что это ей не нравилось, как в ярости говорила она».

Феодора действительно считала институт брака святым и пеклась о его упрочении, иногда заставляя силой почитать священные узы. По словам одного историка, она также была «по природе склонна помогать женщинам, попавшим в беду». Сама пройдя через нужду и унижение, она пользовалась своим влиянием, чтобы облегчить участь падших женщин и актрис или же тех,
кто неудачно вышел замуж и с кем дурно обращались.

«Феодора радела и о том, чтобы придумать наказания для тех, кто грешил своим телом. И вот, собрав более пятисот блудниц, которые торговали собой, только чтобы не умереть с голоду, и отправив их
на противолежащий материк, она заключила их в так называемый монастырь Раскаяния, принуждая их переменить образ жизни.
Некоторые же из них ночью бросились с высоты и таким путем
избавились от нежеланной перемены».

К концу Феодориной жизни Севир именует ее «царицей, которая чтит Христа». Для Иоанна Эфесского  Иоанн Эфесский (ок. 507–586) — епископ Асийский. она — «правоверная царица». Михаил Сириянин  Михаил Сириянин — историк, патриарх Антиохии с 1166 по 1199 год. свидетельствует, что она заботилась ο мире церквей больше, чем муж,
и побуждала его работать в этом направлении. Умело двигая политические фишки, Феодора и Юстиниан сохранили единство империи и церкви.

29 июня 548 года Феодора умерла от рака. Память о ней для Юстиниана была священной, он имел обыкновение клясться ее именем, а те, кто хотел понравиться императору, напоминали ему о прекрасной и мудрой царице, которая «быв тут, на земле, его верной сотрудницей, молила теперь Бога о своем супруге». 

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *