Страницы ← предыдущая следующая → может быть построена на базе математики, физика есть наука о движе- нии и изменении природы. По мнению Аристотеля, платоновско-пифагорейская школа не уделяла достаточно внимания естествознанию. Поэтому Аристотель, обращаясь к ранним «физикам» – Анаксагору, Эмпедоклу, Демокриту, стремился преодолеть логико-математическую ориентацию Платона. Материя как возможность. У Платона материя выступает в ка- честве небытия, что исключает возможность движения. Аристотель трактует материю как возможность бытия, как потенцию бытия, тем самым открывает возможность движения материи. Материя – возмож- ность, а материальный предмет – действительность. Таким образом, категории возможности и действительности вводятся для решения ос- новного вопроса физики: что такое движение? Теория движения. Аристотель первый в античной философии сформулировал понятийный аппарат для определения движения, тем самым создал физику как науку. По Платону движение и изменение – то, что противоположно ми- ру бытия, сущего, идей, а значит это небытие, не сущее. Аристотель определяет движение как переход материи от возможности к действи- тельности, от потенции к энергии. Виды движения – качественное из- менение, рост и убыль, возникновение и уничтожение, перемещение. Движение, таким образом, имеет начало и конец, существует ме- жду двумя точками. Движение нельзя отделить от того, что движется, поэтому движение не становится самостоятельным объектом, как ста- ло в физике нового времени. Аристотель выделяет четыре вида движения: в отношении сущ- ности – возникновение и уничтожение; в отношении количества – рост и уменьшение; в отношении качества – качественное изменение; в от- ношении места – перемещение. Ни один из этих видов не может быть выведен из другого. Иерархия видов движения. Перемещение. Без перемещения, по мнению Аристотеля, невозможно никакое другое движение, поэтому оно обуславливает все остальные виды движения. Перемещение, сле- довательно, выступает как такое движение, которое опосредует все остальные виды движения. Аристотель полагал, что перемещение следует считать первым среди движений ещё и потому, что оно непрерывно. Понимание непрерывности. Для того чтобы движение было не- прерывным, должно быть выполнено три условия: единство (тождест- венность) вида движения, единство движущегося предмета и единство времени. Ни одного из этих условий, взятого отдельно, недостаточно для того, чтобы движение было непрерывным. 21 Решая проблему Зенона, Аристотель разрабатывает своё понима- ние непрерывности. Непрерывное – это то, что делится на части, все- гда делимые. Значит непрерывное не может состоять из неделимых частей, например, линия из точек, если линия непрерывна, а точка не- делима. Понятие бесконечного. Аристотель определяет бесконечное как то, вне чего всегда есть ещё что-то. Там, где вне ничего нет, – говорит Аристотель, это законченное и целое. Аристотель делает акцент имен- но на конце, границе, ибо тут – начало оформления, а вместе с ним и начало познания: неоформленное, беспредельное – непознаваемо. По- этому и бесконечное, число или величина, не может быть бесконечным «в обе стороны»: ибо в этом случае о нём вообще ничего нельзя было бы знать. Хотя бы один «конец» должен быть налицо: для числа – нижняя граница, для величины – верхняя. Первый двигатель. Аристотель вводит понятие «первый двига- тель». Есть движущее и движимое, движущее и движимое. Гегель, из- лагая идеи Аристотеля в своей истории философии, назовёт это «дур- ной бесконечностью». По Гегелю источником движения выступает противоречие, движение он трактует как самодвижение. Аристотель никакого самодвижения не допускает. Первый двигатель неподвижен, он есть исходное начало движе- ния, всё остальное есть лишь передаточные звенья этого движения. Если в природе движение существует всегда и никогда не кончается, то должно, по мнению Аристотеля, существовать нечто вечное, что движет как первое – первый неподвижный двигатель. Первый двигатель неделим, не имеет никаких частей, никакой ве- личины. Ничто конечное не может двигать в течение бесконечного времени, в конечной величине немыслима бесконечная сила. Поэтому вечный двигатель есть живой, деятельный разум, есть бог. Бог есть живое, вечное существо. Таким образом, Аристотель при обосновании физической теории движения вынужден опираться на метафизику, философию объективного идеализма. Время. Аристотель характеризует время как меру движения. По- скольку время есть число, то «теперь», предшествующее, и всё подоб- ное ему также находится во времени, как единица, нечётное и чётное в числе, предметы же находятся во времени, как в числе. Средством из- мерения времени является равномерное круговое движение, движение небесного свода. Аристотеля не случайно называют создателем научной филосо- фии, создателем научного метода, наукоучения, науки о науке. Ученики Аристотеля продолжили традицию исследования исто- рии науки. Феофраст написал исследование «Мнения физиков», где 22 излагал взгляды и открытия учёных по отдельным вопросам; Евдем Родосский написал историю геометрии, арифметики и астрономии – сочинения, которые, к сожалению, до нас не дошли. Менон написал историю медицины. Дикеарх Мессинский – историю литературы. Наука на пустом месте не возникает, необходима традиция, куль- тура, культурно-исторический контекст. Такой подход является заслу- гой Аристотеля. Аристотель был убеждён, что научное исследование требует со- единение усилий группы учёных, научного коллектива. Поэтому Ари- стотель выступал как организатор работы своих учеников. Развитие науки требовало материальных, вспомогательных средств, приборов, коллекций животных, минералов, библиотеки. Аристотель, благодаря Александру Македонскому, был обладателем коллекции животных и растений, а также библиотеки. Идеи и научная деятельность Аристотеля привели к перестройке прежнего способа деятельности учёного, к появлению нового типа учёного и новой организации науки. Наука и научное познание для Аристотеля есть высшие нравст- венные ценности, жизнь учёного есть высшая форма жизни, она связа- на со сферой высшего бытия, наиболее адекватное осуществление че- ловеческой сущности. Высшее наслаждение, «блаженство» есть созер- цание истины. Тема 3. CРЕДНИЕ ВЕКА. НАУКА И РЕЛИГИЯ Средние века (с I–II до XIV–XV веков н.э.) – это господство рели- гиозного мировоззрения, теоцентризма. Высшей реальностью в нём признаётся не природа, а Бог, как беспредельное всемогущество, опре- деляющее и творящее всё сущее. Принцип творения Богом мира – креационизм (от лат. creatio – сотворение). Бог и его творение – мир представляют собой две реальности с разным онтологическим статусом, абсолютно не переходящие друг в друга. Бог вечен, неизменен, ни от чего не зависит, Он источник всего сущего и недоступен для познания. Бог – это высшее благо. Мир, на- оборот, изменчив, непостоянен, преходящ, совершенен и хорош по- стольку, поскольку сотворён Богом. Таким образом, если Бог – высшая реальность, то он и становится предметом познания. Проблема веры и знания в средневековой философии. Решение этой проблемы имело прямое значение для развития средневековой науки. Если в начале средних веков приоритет однозначно отдавался в пользу веры, то по мере развития роль знания возрастала, когда, нако- нец, в XIII веке Фома Аквинский провозгласил науку и религию рав- ноценными. 23 Августин Блаженный (345 – 430) выдвинул идею о тождестве ве- ры и знания, при котором господствующее положение оставалось всё- таки за Откровением, а разуму отводилась подчинённая роль. Знаменитая формула Августина «верю, чтобы понимать» стала основой рационалистической традиции в философии средних веков. Её приверженцы: Иоанн Скотт Эриугена (810 – 877), Пьер Абеляр (1079 – 1142) поднимали на достаточную высоту роль разума, открыто крити- ковали противоречия в рассуждениях «отцов Церкви». Существовала так называемая теория «двух истин», согласно ко- торой вера и разум оказываются двумя независимыми областями, раз- личия между которыми столь радикальны, что никогда не могут быть преодолены. Для сторонников этой теории, Сигера Брабантского (1240 – 1281), Уильяма Оккама (1300 – 1350), разграничение веры и разума является фактически требованием эмансипации науки и фило- софии, освобождения её из-под контроля религии. Огромный вклад в решение проблемы веры и знания, теологии и науки внёс Фома Аквинский (1225 – 1274), величайший представитель схоластической философии. Во всех католических учебных заведени- ях, в которых введено преподавание философии, систему святого Фо- мы предписано преподавать как единственно истинную философию; это стало обязательным со времени рескрипта, изданного Львом XIII в 1879 году. Фома Аквинский утверждал, что есть два вида наук: сакральные науки и естественные. Первые науки опираются на вторые. Значит, с точки зрения Фомы Аквинского, священное знание опирается на есте- ствознание. Каким образом? Цель естественных наук и сакральных, священных одна и та же – доказательство бытия Бога. Священное зна- ние доказывает бытие Бога онтологически (Бог есть, потому что суще- ствование его очевидно), а естествознание приходит к доказательству бытия Бога, опираясь на аналогию, аналогически. Изучая природу, объективный мир, наука, тем самым, по аналогии, показывая совер- шенство творца, доказывает его бытие. Значит религия и наука пре- следуют одну и ту же цель – доказательство бытия Бога, но идут к этой цели разными путями, а эти пути не противоречат друг другу. Поэтому, с точки зрения Фомы Аквинского, религиозная истина может быть постигнута как при помощи веры, так и доказана при по- мощи разума. Рациональные доказательства доступны лишь учёным людям, невежественным – достаточно сакрального знания. Учёные люди приходят к Богу при помощи разума, невежественные – при по- мощи откровения. Опираясь на Аристотеля, Фома Аквинский формулирует пять до- казательств бытия Бога. В «Сумме теологии» приводится пять доказа- тельств существования Бога. Во-первых, доказательство неподвижного 24 двигателя, о котором речь шла выше. Во-вторых, доказательство пер- вой причины, покоящееся опять-таки на невозможности бесконечного регресса. В-третьих, доказательство того, что должен существовать конечный источник всякой необходимости. В-четвёртых, доказатель- ство того, что мы обнаруживаем в мире различные степени совершен- ства, которые должны иметь свой источник в чём-то абсолютно со- вершенном. В-пятых, в доказательство того, что мы обнаруживаем, служат цели, установленные неким существом вне их, Богом. Таким образом, по мере развития элементов рационального мыш- ления, элементов научного знания, рациональная истина, в конце кон- цов, что мы видим у Фомы Аквинского, получает если не домини- рующее, то равноправное место по сравнению с откровением. Всё это позволяло в условиях средних веков, в условиях господства религиоз- ного мировоззрения, пусть не достаточно быстро и эффективно, но всё же, развиваться науке и научному знанию. Философия и наука в мусульманском мире. В средние века фило- софия и наука сначала наиболее эффективно развивались в мусуль- манском мире. Лишь в XI веке европейская цивилизация пришла в соприкосновение с арабским миром. В силу господства религиозного мировоззрения в средние века европейская наука переживала период упадка вплоть до XII–XIII ве- ков. На Востоке же, наоборот, наблюдался прогресс науки. В Араб- ском халифате отсутствовало монопольное право на знание со стороны религиозных деятелей в период исламизации культур покорённых на- родов. Поэтому в сфере знания имел место выход далеко за рамки ре- лигиозных догм. Когда византийский император Юстиниан в VI веке запретил языческие философские школы, многие учёные переселились в Пер- сию и здесь переводили на арабские языки знания, накопленные в прошлом. В VII веке в Кордове, в Х веке в Каире созданы университе- ты, понятие грамотности было расширено до научного знания. Со второй половины VIII века научное лидерство явно перемес- тилось из Европы на Ближний Восток. На арабский язык были переве- дены «Начала» Евклида и сочинения Аристотеля. Таким образом, древнегреческая научная мысль получила известность в мусульман- ском мире, способствуя развитию астрономии и математики. Одним из первых философов арабского востока был Аль-Фараби (870 – 950). Он, подобно Аристотелю, пытался построить всеобъем- лющую систему, охватывающую все стороны жизнедеятельности. В этой системе он мистико-религиозные аспекты подчиняет рацио- нальным, продолжает разработку логики. Аль-Фараби первым попытался решить вопрос о соотношении философии (науки) и религии. Люди приобщаются к истине двумя 25 путями – с помощью логики (философии) и с помощью риторики, по- этики (религии). Наиболее известные арабские философы того времени: Авиценна (Ибн Сина; 980 – 1037), Аверроэс (Ибн Рошд; 1126 – 1198). Авиценна родился в Бухарской провинции, когда ему исполни- лось 24 года, переехал в Хиву – «уединенную Хиву в пустыне», затем в Хорасан – «к уединённым Хорезмийским берегам». Некоторое время Авиценна преподавал медицину и философию в Исфахане, затем обосновался в Тегеране. Авиценна был знаменит более в области ме- дицины, чем в философии. Врачебный трактат Авиценны служил в Европе руководящим пособием медиков. В своей философии Авиценна опирался на Аристотеля. Как и ев- ропейских схоластов, Авиценну интересовала проблема универсалий. В решении этой проблемы Авиценна примиряет противоположные точки зрения, представленные номиналистами и реалистами, и даёт своё, более верное решение данной проблемы. Авиценна дал свою формулу: «Мышление выводит всеобщее из отдельных вещей». Однако Авиценна не был материалистом, как мож- но было бы подумать, исходя из данной формулы. Он смотрел не- сколько шире материализма и идеализма, полагая, что универсалии существуют одновременно до вещей, в вещах и после вещей. Этот взгляд должен был примирить номиналистов и реалистов. Аверроэс (Ибн Рошд; 1126 – 1198) жил в противоположном по отношению к Авиценне конце мусульманского мира. Он родился в Кордове, в Испании. Аверроэс изучал сначала теологию и юриспру- денцию, затем медицину, математику и философию. Почти все иссле- дователи рассматривают Аверроэса как вершину рационализма му- сульманской средневековой науки. Аверроэс с большим уважением относился к Аристотелю. Авер- роэс утверждал, что бытие Бога может быть доказано разумом незави- симо от откровения, – взгляд, которого придерживался также Фома Аквинский. Что касается бессмертия, то, видимо, Аверроэс примыкал к воззрению Аристотеля, полагая, что душа не обладает бессмертием, разум же (nous) бессмертен. Аверроэс разводит философию (науку) и религию, считая, что хотя они занимаются одним предметом – Богом, однако делают это разными методами: теоретически строго, логически, научно – с по- мощью философии и псевдонаучно, риторически – с помощью рели- гии. Первым методом пользуется большинство населения, вторым – большинство. Аверроэс оказал большее влияние на христианскую философию и науку, чем на мусульманскую. Аверроэс был переведён на латинский язык Михаилом Скоттом в начале XIII столетия. 26 В целом в арабской науке того времени был достигнут достаточно высокий уровень. Арабские учёные не только разрабатывали рацио- нальные методы в общетеоретическом плане, но и применяли их в конкретных исследованиях в области физики и математики, медицине. Между античной и новоевропейской цивилизацией века господства догматического религиозного мировоззрения, века мрака. Мусульман- ская философия и наука сохранили в определённой степени античную традицию, аппарат цивилизации, книги, учёный досуг. Мусульмане дали импульс Западу для выхода из состояния варварства. В этом историче- ское значение мусульманской философии в средние века. Европейская наука Возрождение западного христианства начинается с X–XI веков. Христианская церковь не отвергала познавательной деятельности и даже покровительствовала учёности, заботясь о её расширении, глав- ным оставалось комментирование догматики. Поэтому средневековая наука делала акцент на интерпретации и осмыслении уже имеющегося знания. В средневековых школах, а позднее в университетах велось обу- чение семи дисциплинам: тривий (грамматика, риторика, диалектика) и квадрий (арифметика, музыка, астрономия, геометрия). Если ариф- метика традиционно занималась изучением практических приёмов вычисления площадей треугольника, четырёхугольника, круга и т.д., то к геометрии относились знания, описывающие землю, существ, её населяющих, т.е. географические и космографические сведения. Огромный толчок для развития западной христианской науки сыграли университеты (Парижской, Болонский, Кембриджский др.), которые стали возникать, начиная с XII века. Основание парижского университета относится к 1160 году. Болонский университет был ос- нован в одно и то же время с Парижским. Оксфордский основан как филиал Парижского в 1167 году, Кембриджский в 1209 году. И хотя эти университеты первоначально предназначались для подготовки духовенства, но в них уже тогда начинали изучаться пред- меты математического и естественнонаучного направления, а обуче- ние носило систематический характер. Главной целью университетов было отнюдь не производство зна- ния, а воспроизводство образованных людей на основе изучения тек- стов, написанных на латинском языке. Большую часть изучаемого ма- териала составляли произведения Аристотеля. Наука в средневековье была в основном книжным делом, она опиралась на абстрактное мыш- ление, поскольку откровение было дано не в прямой, а в зашифрован- ной форме. Схоластика задавала тон в методологии познания. Схола- 27 стические диспуты способствовали формированию умения анализа понятий, поиску слабых сторон в аргументации противника. В XII веке в Европе наступает новая фаза технико-экономи- ческого развития (в сельском хозяйстве появляется железный плуг, изобретён маховик, кривошип). Происходит быстрый рост городов. В XIII веке научные и философские исследования приобретают большую ценность, появляется натурфилософский взгляд на мир, про- тиворечащий теологической картине мира. Ярким выразителем этого мировоззрения был Роджер Бэкон (1214 – 1294). Наука во времена Бэкона была переплетена с алхимией, думали также, что она переплетена и с чёрной магией. Это естественный и необходимый этап развития науки, сыгравший свою в роль в станов- лении научного знания. В этот период получила распространение теоретическая и прак- тическая алхимия. Теоретическая алхимия размышляла над вопросом единой материальной природы вещества, исходила из идеи, что ключ к истине (превращение металла в золото) дан свыше, надо лишь выявить его путём магического ритуала. Алхимия, по мнению Бэкона, есть наука о том, как приготовить некий состав или эликсир, который, если его прибавить к металлам неблагородным, превратит их в совершенные металлы; как возникли вещи из элементов; и о всех неодушевлённых вещах: об элементах и жидкостях как простых, так и сложных, об обыкновенных и драгоцен- ных камнях, о мраморе, о золоте, остальных металлах; о видах серы, солях и чернилах; киновари, сурике и прочих красках; о маслах и го- рючих смолах, находимых в горах; и о бесчисленных вещах. Бэкон обладал энциклопедическими познаниями, но они не были систематизированы. В отличие от большинства философов своего времени, он высоко ценил опыт и иллюстрировал его значение на примере теории радуги. В сочинениях Бэкона много полезного мате- риала по географии. Колумб читал эту часть его труда, которая оказала на него бесспорное влияние. Бэкон был отличным математиком, он цитировал шестую и девятую книги Евклида. Бэкон разрабатывал про- блему перспективы, следуя арабским источникам. Логику он считал занятием бесполезным, алхимию, напротив, ценил достаточно, чтобы писать о ней. В целом, алхимия имела положительное значение в развитии средневековой науки. Экспериментальная алхимия стала предтечей научного эксперимента. Алхимикам удались открытия новых способов получения смесей, веществ, металлов, минеральных и растительных красок, стёкол, эмалей, металлических сплавов. Были открыты новые химические элементы, реакции, изобретена печь для длительного на- гревания. 28 К концу XVI века хорошо были отработаны такие операции, как растворение, перегонка, выпаривание, сублимация, осаждение, кри- сталлизация, настаивание, возгонка применением водяной и песчаной бань. Открытие этилового спирта в Евpone (Южная Италия), по всей вероятности, относится к периоду 1050 – 1150 гг. Уже в XIII в. этило- вый спирт был известен как медицинское средство. Его называли «мать, государыня, царица всех лекарств». С 1600 года спирт стали применять для экстракции веществ. В 1270 году Ф. Бонавентура описал приготовление царской водки действием азотной кислоты на раствор нашатыря. После этого было сделано важное открытие – способность царской водки растворять золото. Оказалось, что не поддающийся никаким изменениям «царь» металлов, подобно неблагородным металлам, также может растворять- ся. Исследование взаимодействия кислот и щёлочей привело химиков к открытию реакции получения солей. Производя манипуляции с веществами, воздействуя на них раз- личными способами (обжиг, растворение, растирание, и т.д.) с целью получения сокровенной квинтэссенции, алхимики непроизвольно на- чинали изучать зависимость свойств веществ от их состава. В извест- ной мере именно они за многие столетия подготовили основу для по- следующих исследований в области химии. Многие исследователи оценивают существование алхимии, аст- рологии как промежуточное звено между натурфилософией и техниче- ским ремеслом. В XIII веке начинается разработка некоторых вопросов механики. Успехов достигла группа учёных Парижского университета во главе с Иорданом Неморарием. Было развито античное учение о равновесии простых механических устройств, решена задача, с которой античная механика справиться не могла – о равновесии тела на наклонной плос- кости. В XIV веке лидерство переходит к группе учёных Оксфордского университета, среди которых наиболее значительная фигура – Томас Брадвардин (1290 – 1349). Ему принадлежит трактат «О пропорциях» (1328), который в истории науки оценивается, как первая попытка на- писать «Математические начала натуральной философии» (именно так почти триста шестьдесят лет спустя назовёт свой знаменитый труд Исаак Ньютон). Таким образом, несмотря на тотальное господство догматическо- го религиозного мировоззрения, научная традиция в средние века не угасла. Но наука ограничивалась изучением отдельных явлений, кото- рые укладывались в умозрительные натурфилософские схемы, создан- ные ещё Аристотелем. Но в то же время в области познания природы 29 просматривается чёткая направленность на естественные науки, по- степенно начинает вырисовываться опытный, детерминистический подход. Сегодня существует мнение, что религиозное мировоззрение иг- рает положительную роль в развитии науки. Многие исследователи считают, что изучение природы подкреплено религиозным мировоз- зрением. На наш взгляд, следует однозначно сделать вывод о том, что ре- лигиозное мировоззрение оказало негативное влияние на развитие науки, поскольку религиозное мировоззрение по своей сути прямо противоположно научному. Если научное познание направлено на изучение природы, то согласно религии, истина содержится в Откро- вении. Согласно науке, мир подчиняется объективным законам, кото- рые не зависят от чьей-то воли. Согласно религии, все процессы в ми- ре определяются волей Бога и т.д. Неслучайно, что в средние века ни- каких качественных скачков в развитии науки не произошло. И если сейчас из этических соображений не принято называть средневековье мрачным, то и светлым, с точки зрения развития научного знания, его никак назвать нельзя. Тема 4. ФИЛОСОФИЯ И НАУКА В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ Возрождение (XIV – XVI вв.) – переходный период в истории культуры стран Западной и Центральной Европы от средневековья к Новому времени. Термин «Возрождение» впервые встречается у итальянского историка искусства Дж. Вазари (XVI в). Возрождение трактовалось как возрождение античной философской и научной тра- диции, как возрождение того, что было утрачено в средние века, в пе- риод господства религиозного мировоззрения. Идеология Возрождения получила своё выражение в трудах Ни- колая Кузанского, Л. Валлы, Дж. Пико делла Мирандолы, Леонардо да Винчи, П. Помпонацци, Бруно, Кампанеллы, Макиавелли, Монтеня, Ф. Рабле, Т. Мюнцера, И. Кеплера, Эразма Роттердамского и др. Научные открытия и изобретения свидетельствовали о своеобраз- ной научной революции, происходившей в таких областях знания, как астрономия, механика, география, геометрия. В результате этого про- изошёл переход от созерцательной к активной установке познающего разума, математизация науки, разрушение представлений о статичном, иерархически упорядоченном Космосе и открытие бесконечной Все- ленной. Эпоха Ренессанса – это переход от геоцентрического к антропо- центрическому мировоззрению. Новое мировоззрение – центром ми- ром становится человек, человеческая личность. Человек не божья 30 Страницы ← предыдущая следующая →

Введение.

III. Диалог религии и науки в современной культуре.

Список использованной литературы.

Введение.

Вопрос относительно соотношения науки и религии является классическим в европейской культуре, ведь проблема их взаимопонимания имеет длинную историю, от возникновения новоевропейских наук по сей день, и еще более длинную предысторию, от зарождения рациональной мысли до Нового времени. Впрочем, длинная история напряженности и недоразумений между верой и разумом красноречиво свидетельствует против их радикальной гетерогенности и большинство ученых, философов и богословов современности считают, что сегодня они обречены на диалог. В этом диалоге как наука, так и религия, сохраняя собственную автономию — метода, данные, язык, опыт, стараются отыскать ответы на неизменные, и постоянно новые, важнейшие вопросы, что касаются мира и человека.

Тем не менее, следует заметить, что популярные обобщения на тему этих взаимоотношений, вне зависимости от того, провозглашают ли они состояние войны или мира, иногда оказываются слишком искусственными. Ведь проблематичное взаимодействие между наукой и религией изменялась со временем, и потому, вырывать его из исторического и культурного контекстов невозможно, некорректно, это угрожает укоренениям анахронизмов. Итак, следует отметить, что отношение между религией и наукой не проектируются лишь на страницах работ философов науки и богословов: они формируются культурными и историческими процессами и проявляются же в культурных и социальных явлениях. Без изучения истории этих взаимоотношений невозможно правильно понять природу этих отношений.

Таким образом, актуальность темы исследования определяется необходимостью многоаспектного анализа и освещения многообразия взаимоотношений между научным и теологическим положениями, и попыткой концептуализации этого диалога. Особое значение это задание приобретает в современной многообразной цивилизации.

I. Соотношение религии и науки от древнейших времен до нашего времени, их влияние на культуру.

Религия в современной философской, исторической и культурологической дисциплинах понимается как особая форма социального сознания, мировоззрения, совокупность духовных представлений, основанных на вере в существование бога (богов) или сверхъестественных сил, а также соответствующее поведение и специфические действия (культ). Принято считать, что изначально религия зародилась в виде тотемизма, фетишизма и анимализма, от первобытной веры в духов, управляющих природой и поклонения им. Позже эти верования преобразовались в монотеизм, то есть веру в одного Бога, Творца. Знаменитый психоаналитик З. Фрейд полагал, что религия является проявлением общественного невроза, который, однако, не вреден для индивидуумов, а скорее наоборот создает предпосылки для здорового социального взаимодействия.

По широте охвата различных групп населения можно выделить племенные, локальные верования, национальные и мировые религии, выполняющие мировоззренческие, адаптационные, социально-критические, идентификационные и пр., функции. При этом следует отделять понятие религии как социального государственного института — конституционно-правового объединения, при котором, определенная церковь признается частью официальной организации государства с участием государственных органов в финансировании и управлении ею, а церкви — в некоторых социальных процессах.

Наука же представляет собой особый вид мыслительной познавательной деятельности, целью которой является получение, уточнение и накопление объективных, системно-организованных и обоснованных знаний о мире: природе, человеке, обществе и Вселенной. Основой этой деятельности является сбор научных фактов, их постоянное обновление и систематизация, в результате которой формируется научное мировоззрение.

Наука, как и религия, может выступать в узком смысле как научная дисциплина — область знания, характеризующаяся общими объектами исследования, фундаментальными научными работами и институтами исследования и обучения.

На протяжении всей истории культуры, то есть развития материальных и духовных ценностей, жизненных представлений, образцов поведения, норм, способов и приемов человеческой деятельности, отражающих определенный уровень развития общества, соотношение религии и науки было неодинаковым и существенно менялось. Религия зародилась гораздо раньше науки и была основой формирования человеческой культуры вплоть до XVI в.

Рассмотрим подробнее периодизацию истории культуры и положение религии и науки в ней. Всего можно выделить шесть этапов развития человеческой культуры:

•период первобытно-общинного строя (10 тыс. — 4 тыс. л. до н.э.): зарождение и формирование первых культур, появление примитивных верований, как прототипов религии, формирование мифологической картины мира;

•период Античности (4 тыс. л. до н.э — V в. н. э.): зарождение и расцвет первых мировых культур городов-государств Междуречья, Египта, цивилизации Майя, Древней Греции, государств Индии и Китая. В этот период человеческое общество начинает осознанно относиться к культуре как части социального развития, образования и технологий, появляются первые научные знания в социуме Древней Греции с провозглашением геометрии, как науки об измерении земли. Объектом исследования выступал — мегамир, вселенная во всем многообразии, но работа велась с абстрактными моделями, а не реальными объектами. Главной целью становится получение знаний, а методом — наблюдения. Параллельно с мифологической картиной мира формируются религиозная и философская картины;

•период Средневековья (V — XIV вв. н.э.): развитие на основе иудаизма мировых монотеистических авраамических религий — христианства и ислама, возникновение европейских и восточных теологических государств. В этот период в Европе религия играет главенствующую роль, определяет наличие единой религиозной картины мира, порой замедляющей развитие общества и культуры. В то же время наука продолжает развиваться незначительно как опора богословия и религии, проводятся исследование макромира — Земли и Космоса. В этот период активно развиваются основы физики, в т.ч. механики, теологической философии, появляются первые научные школы, например, номиналисты и реалисты;

•период Возрождения (XIV — XVI вв.): уменьшение влияния религии на культуру, рассвет европейских светских культур и науки. Этот период знаменуется истинным рождением классической науки, развитие которой, сосредоточенно на микромире — элементарных частицах, формировании частно-научных картин мира, и активном развитии диалектики;

•период Нового Времени (XVII — XIX вв.): религия уступает место науке, благодаря которой осуществляется комплексное исследование мега-, макро-, и микромиров, на основании рационального и эмпирического познания, формирование общенаучной картины мира, пришедшей на смену религиозной;

•период Новейшего Времени (XХ — XХI вв.): дальнейшее развитие постнеклассической науки, переход от антропоцентризму к биосфероцентризму, то есть целостному изучению Земли, появление постиндустриального и информационного общества с новой техно-культурой, открытие диалога между религией и культурой и формирование синтетической картины мира.

То есть, анализируя данную периодизацию истории культуры, мы можем прийти к выводу, что соотношение религии и науки в истории культуры на первых этапах развития культуры находилось, в пользу религии, а, начиная с XVII в. н э. наметился перевес науки. При этом преобладание этих компонентов в культуре отражалось на мировоззрении общества, а затем уже на его устройстве, искусстве и технологиях. В результате общество последовательно прошло стадию мифологической, религиозной, философской, научной и смешанной картин мира.

Мифологическая картина мира отражала предоставление людей о мире как об образах явного мира, трансформированных в вымышленные персонажи: Боги, герои, демоны и пр. Она сформировалась под влиянием первых религий примитивных верований без научного освоения мира. В результате человеческая культура носила на себе отражение мифов в форме культового архитектурного строительства, искусств, чьи произведения были посвящены мифологическим сюжетам, а технологии развивались по мере развития и усложнения традиционных ремесел. В то же время сами мифы отражали влияние естественных биологических и географических условий жизни людей.

С развитием более сложных религий, постепенно формируется религиозно-мифологическая и непосредственно религиозная картины мира. Религиозная картина мира включает обязательно Бога-Творца, акт творения мира и человека, разделение мира на естественный и сверхъестественный, потусторонний, наличие тайных мистических сил, оказывающих влияние на природу и жизнь человека. Культура также продолжает отражать религиозные взгляды, а научное познание мира ограничивается прикладными бытовыми наблюдениями.

В отличие от религиозной философская картина мира пытается объяснять мир рационально, не на основе чувственного познания, а на основе мышления — логики и анализа. Она является спутницей или предтечей научной картины мира. При этом философская картина мира развивалась нелинейно, например, она имело место уже в Древней Греции, но затем отошла на второй план в Средневековой теоцентристской культуре.

Под научной картиной мира понимается систематизированная совокупность научных представлений о строении Вселенной, процессах, которые в ней происходят, основных ее закономерностях. В основе каждой научной картины мира лежат основополагающие принципы, способы объяснения мира, которые называют парадигмами (от греч. paradeіgma — «пример», «образец», «доказательство»), т.е. это определенный признанный учеными на данное время образец научного мышления, принципиальный подход к решению научных проблем.

В своем развитии научная картина мира прошла пять периодов: античная физическая картина мира;

Ньютоновская механистическая картина мира; электромагнитная картина мира от М. Фарадея то А. Эйнштейна; квантово-полевая картина мира М. Планка, Н, Бора; современная научная картина мира, как сочетание разработки единой теории поля, диалектического подхода к естественным наукам, дифференциации и интеграции естественных наук.

Каждый из указанных периодов неизбежной смены научных картин мира был обусловлен развитием научных знаний, что порой принимало форму научной революции. Так, на смену античному атомизму пришла механика Л. Да Винчи, гелиоцентрическая система Н. Коперника, экспериментальное естествознание Г.Галилея, законы механики И. Ньютона и К. Кеплера. Их сменили, в свою очередь, электромагнетизм М. Фарадея, теория электромагнитного поля Д. Максвелла, электронная теория Г.А. Лоренца, и теория относительности А. Эйнштейна. Они дополнились квантовыми теориями М. Планка. В. Гейзенберга, Н. Бора и волновой теорией Э. Шредингера. В результате мир рассматривается как материя, состоящая из 16 элементарных частиц и античастиц, их взаимопревращение и взаимодействие образовывает многообразие мира.

Для современной картины мира свойственно сочетание естественнонаучной и философской картин. Первая является упорядоченной целостностью систематизированных знаний о Вселенной, Земле и человеке на базе фундаментальных открытий и научного опыта, а вторая — упорядоченной целостностью систематизированных знаний об теориях и концепциях, отражающих представление о мире.

Таким образом, современная культура — это сложное явление, сочетающие в себе духовные и материальные результаты чувственного и эмпирического освоения мира. Основной ей приметой является многообразие форм искусства, духовных практик, научных дисциплин и занятий, стремительное развитие технологий. Эта фаза истории культуры стала закономерным итогом изменения соотношения религии и науки.

Так, согласно концепции постиндустриального общества в зависимости от уровня технологий, в культуре последовательно преобладают три сферы. Это «первичная» сфера деятельности (т.е. сельское хозяйство), «вторичная» (т.е. промышленность) и, в конце концов, новая «третичная» сфера деятельности (т.е. сфера услуг). Каждой с этих трех стадий присуще доминирование определенных форм социальных институтов: в аграрной культуре, в религии и вооруженных силах. Так в доиндустриальной культуре ведущую роль играют — феоды и монастыри, индустриальной — — корпорации, в постиндустриальной — университеты и другие научные учреждения. Приблизительно с 80-х гг. прошлого века на основании теории постиндустриального общества получает развитие концепция «информационного общества» Под этим термином понимается стадия развития человеческой культуры, на которой основными продуктами становятся информация, знания, а ведущей частью общества — профессионалы, занятые в сфере информационных технологий.

Раздел II. Культура эпохи Средневековья Западная Европа 11. Глава 11. Культура Западной Европы в эпоху Раннего и Классического Средневековья

Крупный исторический период, именуемый «Средними веками», не имеет общепринятых хронологических рамок. Во многом это определяется различием взглядов на своеобразие и место данной эпохи в истории западноевропейских стран, культуру их народов. Так, до настоящего времени еще сохраняется взгляд на Средние века как период некоего провала в культурном развитии между античностью и Новым временем. Этот взгляд был сформирован еще в эпоху Возрождения и получил более полное обоснование в творчестве просветителей (однако подобную распространенную оценку, например, опровергала историко-культурологическая литература романтиков). Лишь в условиях кризисных явлений, поразивших западную цивилизацию на рубеже XIX-XX столетий, ученые-культурологи стали постепенно отходить от господствовавшей в науке (впрочем, как и в обыденном сознании) оценки на основе более всестороннего изучения несомненно противоречивой и многообразной культуры Средневекового мира.

Во всяком случае сегодня можно с известной долей вероятности считать, что период культуры Раннего и Классического Средневековья охватывает по меньшей мере десять веков, с V в. по конец XIV в., т.е. с момента падения Западной Римской империи до момента активного формирования культуры Возрождения. Период Раннего Средневековья занимает период V в. — XI вв., а Классического — XII-XIV вв.

11.1. Общая характеристика Раннего Средневековья

Основными чертами Раннего Средневековья являются процесс формирования европейской общности народов, складывание феномена западноевропейского христианского типа культуры на основе повсеместного распространения христианства.

Укрепление и распространение христианства

Христианство возникло в условиях тяжелого социально-экономического кризиса, охватившего рабовладельческие устои Римской империи и на ее излете в IV в. становится государственной религией в Риме. Первоначально в I в. н. э. христианство еще не знало церковной организации. Институт священства заменяли пророки, учителя, апостолы, проповедники, которые выходили из числа рядовых верующих и отличались в общей их массе харизмой.

По мере сосредоточения руководства в христианских общинах в руках пресвитеров, диаконов, а затем епископов формируется институт священства. Епископы становятся блюстителями веры, пастырями, надзирающими за прихожанами, а также начинают бесконтрольно распоряжаться имуществом христианской общины. По мере роста отдельных общин епископы окружали себя должностными лицами, в круг обязанностей которых входила проповедническая деятельность наряду с финансовой, судебной и пр. На фоне упадка городского самоуправления, ослабления института светской власти епископы становятся первыми лицами в городах и городских округах. Столица дряхлеющей Римской империи тем не менее оставалась центром христианства, а ее христианская община стремилась придать римскому епископу особое значение. Так, получает распространение версия о том, что основателем римской общины и первым ее епископом был сам апостол Петр, а начиная с IV в. римский епископ стал именоваться папой римским.

Укреплению и распространению христианства и формирующейся церкви способствовали Никейский (325 г.) и Константинопольский (381 г.) Вселенские соборы, на которых были приняты основополагающие положения христианского вероучения, сформулированные в 12 пунктах «Символа веры». Они-то и становятся обязательными для всех христиан. Никейский собор принял догмат о троичности Бога: «Сын Божий есть истинный Бог, рожденный от Бога Отца прежде всех веков и так же вечен, как Бог Отец; Он рожден, а не сотворен, и единосущен с Богом Отцом». Константинопольский собор утвердил

догмат о равенстве и «единосущности» Божественной Троицы. Вера в воскресение Христа, в воскресение мертвых, в Божественную Троицу стала основой христианского учения. Вместе с тем христианство учило, что человек является земным воплощением Бога, любовь которого к человеку всеобъемлюща, зло же — результат первородного греха и нарушения заповедей. Слабый и склонный к греху человек может получить спасение с помощью церкви.

Христианство все более становится универсальным учением, охватывая огромные массы людей, занимавших различное социальное положение. Этому способствовал прежде всего его мировоззренческий аспект, трактующий человека вне зависимости от социального статуса как земное воплощение Творца, призванного стремиться к совершенству тернистым путем отказа от бренного, земного и бесконечной любви к Создателю и любви к ближнему по примеру Иисуса Христа. Одновременно христианство вовсе не отбрасывало, а на первоначальном этапе скорее синтезировало культурные достижения предшествовавших эпох, что облегчало обращение в него различных народов. Кроме того, идея единого происхождения рода человеческого как нельзя лучше отвечала тенденции к образованию крупных раннефеодальных государств, получив воплощение в Вестготском королевстве, королевствах бургундов, франков и наиболее ярко — в империи Карла Великого (конец VIII — первая треть IX вв.) .

Однако столь однозначно позитивная оценка новой религии не отвечает на вопрос о том, почему на протяжении всего существования христианство было вынуждено бороться с многочисленными враждебными ему доктринами, и более того, претерпевать под воздействием этой борьбы изменения, модернизации как в отношении содержательной части вероучения, так и организационных его форм. По всей видимости следует обратить внимание на то, что христианство, как и любой тип культуры, претендующий на господство, по-своему сформулировало главное противоречие, лежащее в основе мира. Это противоречие между земным и небесным, телом и духом бескомпромиссно решалось христианством в пользу последнего. Христиане были призваны таким образом отрицать a priori проявления земной жизни, что вело на практике к жесткой регламентации извне всех видов культурной деятельности человека со стороны церкви. Отсюда берут корни многочисленные ереси и прочие виды сопротивления, столь жестоко подавлявшиеся церковью в рассматриваемый период.

Положение римско-католической церкви с момента падения Рима отличалось от положения греко-католического христианства. Так, уже в V в. византийские императоры добились существенного подчинения церкви своей власти, включения ее в политическую систему. Несмотря на то, что высшим органом греко-католической церкви являлись соборы, решение об их созыве принимал византийский император. На Западе Европы положение церкви было иным. Она не только не подчинялась верховной политической власти, но и сохранила практически полную самостоятельность в решении внутренних и целого ряда политических вопросов, начиная с IV в., с момента оформления института папства. Впрочем, история папства знала и период резкого ослабления (X — сер. XI вв.), когда в условиях обострившейся междоусобицы папский престол был временно подчинен светской власти германских императоров. Но уже с середины XI в. могущество и независимость пастырей римско-католической церкви были восстановлены. А в последующий период Классического Средневековья (XII-XIII вв.) влияние католической церкви и папства на все сферы общественной жизни еще более возросло. Достаточно упомянуть о самом могущественном главе католической церкви папе Иннокентии III (1198-1216). Если его предшественнику Григорию VII (1073-1085) пришлось бороться за разграничение власти духовной от светской, то спустя сто лет Иннокентию III уже удалось не только получить практическую независимость от светской власти, но и заставить отдельных монархов признать вассальную зависимость от Ватикана. Преемник Григория VII имел уже полное основание сравнивать власть духовную и светскую с солнцем и луной: подобно тому как луна получает свой свет от солнца, так и королевская власть получала при Иннокентии III свой блеск и величие от власти папской. Соответственно активизировалось вмешательство церкви в международные дела, расширилась миссионерская деятельность, возросло ее экономическое могущество.

В значительной степени росту влияния католической церкви, а вместе с этим и утверждению западноевропейского типа культуры способствовал окончательный разрыв между западной и восточной христианскими церквами. Разногласия между блюстителями веры приобрели форму теологического спора о филиокве (filioque) , т.е. о том, исходит ли Дух Святой только от Бога-Отца (как утверждали византийские теологи) или от Бога-Отца и Бога-Сына (на чем настаивал Рим). В течение столетия разногласия приобретали все более непримиримый характер, и в 1054 г. обе церкви (православная и католическая) провозгласили полную независимость друг от друга. Этот разрыв способствовал в известной мере закреплению различий и некоторых особенностей в культурном развитии Западной Европы и народов, оказавшихся в орбите православия.

11.2. Влияние религии на культурную жизнь

Для характеристики состояния средневековой культуры необходимы комплексное рассмотрение и оценка достижений различных ее отраслей (сфер). Однако при этом необходимо учитывать духовную доминанту социокультурного процесса Средневековья, или религиозные ориентиры общества. Религиозное миропонимание, как уже отмечалось, было основано на требовании подавления плоти и освобождения духа (философия аскетизма). На практике не представлялось возможным полное устранение рациональной человеческой деятельности, в силу чего церковь создает достаточно прочную систему регламентации общественной жизни путем ограничения ее проявлений различными правилами, предписаниями, обычаями и т.п. С другой же стороны, для поддержания беспрекословного авторитета церкви, сохранения чистоты ее догматов делается упор на развитие не рационального, а главным образом эмоционального восприятия действительности и основ вероучения. Проявления плотских страстей, признанные за греховные, заменялись страстной, подчас фанатической любовью к Христу, Деве Марии, с одной стороны, и фанатической ненавистью к врагам христианства. Вот что замечает в связи с этим известный исследователь средневековой культуры А.Я. Гуревич:

Эмоциональная насыщенность средневековой жизни при жестком ограничении всех форм рациональности делала средневековых людей чрезвычайно легковерными. Вера в видения, чудесные исцеления, посещения людей нечистой силой были неотъемлемой частью индивидуального и общественного сознания. Люди жили в атмосфере чуда, считавшегося повседневной реальностью.

Так постепенно вместе с распространением и укреплением позиций христианства и католической церкви религия становилась в центре всего социокультурного процесса, подчиняя и регламентируя основные его сферы. Расцвет данного типа культуры пришелся на период Классического Средневековья.

Богословие. Еретизм

Неудивительно, что в иерархии сфер средневековой культуры бесспорное лидерство имело богословие (теология), в рамках которого осуществлялись распространение идеи христианства, воспитание священнослужителей, разработка эффективных методов воздействия на человека. Остальные сферы культуры так или иначе призваны были служить богословию, существовать в рамках выдвигаемых теологией доктрин и постулатов. Теология сыграла не последнюю роль в защите официальной церковной доктрины в области догматики и культа от многочисленных ересей (от греч. hairesis — особое вероучение), возникновение которых относится ко времени Раннего Средневековья и без учета которых нельзя представить социокультурную ситуацию этого времени.

Среди наиболее распространенных ранних ересей можно выделить монофизитство (отрицало учение о двойственной, богочеловеческой природе Христа), нестроианство (доказывало положение о «самостоятельно существующей» человеческой природе Христа), адопцианскую ересь, в основе которой лежала идея об усыновлении (adopcio) Богом человеческого сына Христа и многие другие. Если в период Раннего Средневековья ереси отражали во многом процесс становления института церкви, ее иерархического строя, а во главе еретических движений часто стояли представители епископата (например, адопциане-толедский епископ Элипанд и ургельский епископ Феликс), то во времена расцвета Средневековья ереси были направлены уже против института церкви, значительной части клира, погрязшего в алчности и разврате, против всепроникающей церковной регламентации жизни. Таковыми были весьма распространенные в странах Западной Европы ереси катаров (Италия, Фландрия, Франция XI-XII вв.), вальденсов (Франция, конец XII в.), лоллардов (Антверпен, особое распространение получила в Англии), альбигойцев (Франция XII-XIII вв.) и др. Еретические движения Классического Средневековья носили достаточно ярко выраженный сословный характер, отражали интересы в основном малоимущих сословий, выступали против церковного землевладения, церковной десятины и т.п., проповедовали философию аскетизма. Одновременно они выдвигали постулаты, направленные против отдельных догматов церкви.

Римско-католическая церковь с момента своего оформления активно боролась с распространением ересей. Среди различных методов борьбы с ними в период Классического Средневековья наибольшее распространение получила инквизиция (от лат. inqusitio — розыск), действовавшая с XIII в. как регулярный церковный суд. Террор инквизиции был направлен не только против еретиков, но и против различных проявлений вольнодумства, колдовства, знахарства и т.п. Итогом тайного дознания с применением пыток в застенках инквизиции стали не менее устрашающие публичные казни, сожжения еретиков (так называемые аутодафе, букв. акт веры ). Наибольшая активизация деятельности инквизиции пришлась на период Реформации (см. гл. 12).

Небезынтересно отметить, что расходы по содержанию этого репрессивного органа церкви покрывались из сумм, конфискованных у еретиков. Наряду с традиционными источниками пополнения церковной казны, широкой коммерческой, общеэкономической деятельностью, доходами по линии инквизиции и пр. значительное распространение получает продажа индульгенций (от лат. indulgentia — милость). Схоластика разработала целое учение об индульгенциях — грамотах об отпущении грехов как уже совершенных, так и предполагаемых. Цена индульгенции зависела от тяжести совершенного преступления, цена же индульгенции, отпускающей будущее преступление, зависела также и от срока действия индульгенции. По сути церковь, призванная стоять на страже христианской морали и законности, в действительности поощряла преступления, что не могло не вызывать роста возмущения, в частности, распространения еретических движений.

Философия

Заметное место в иерархии сфер средневековой культуры занимала философия. Она являлась первой «служанкой» богословия. Главной ее задачей относительно религии было предоставлять доказательства истинности христианской веры. Особенно преуспели в решении данной задачи схоласты, многими положениями которых пользуются и современные теологи. Самое веское доказательство существования Бога представил Томас Аквинат (1225-1274), доминиканский монах, объявленный католической церковью во второй половине XIX в. непререкаемым авторитетом в области богословия, философии, истории, политики и права. Т. Аквинат, в частности, утверждал, что в поисках причин всех явлений человеческий разум, восходя по лестнице причин, неизбежно должен прийти к идее верховной причины всех явлений и процессов, коей и является Бог. Впрочем, наряду с вопросами апологии религии философия Средневековья разрабатывала и собственную проблематику: формальную логику, диалектику понятия, искусство спора и т.д.

Строго определенный иерархический порядок, соответствующий феодальной сословной лестнице, подчинял остальные «низшие» науки (астрономию, геометрию, историю и т.д.) философии, которая в свою очередь, как отмечалось, сама служила теологии. Но так же, как и философия, «низшие» науки решали свои внутренние задачи, постепенно накапливая опыт и знания, подготавливая следующий этап культурного развития западноевропейского общества. Одним из примеров такого накопления знаний под неусыпным оком теологии было создание энциклопедий или энциклопедических сводов («сумм») в форме ответов на вопросы, соединявшие богословие, рациональную методику, формально-логические проблемы. Энциклопедии не просто предоставляли читателю сумму знаний, а должны были, по замыслу составителей, доказывать единство мира как создания Творца. В них содержались сведения по различным отраслям знаний. Наряду с энциклопедиями были созданы учебники по медицине и математике.

Институт монашества

Огромную роль в распространении религиозного мировоззрения как на Западе, так и Востоке, играл институт монашества. Максимально приближенная к христианскому идеалу аскетизма, самоотреченной любви к Всевышнему и ближнему, организация монастырской жизни позволила не только добиться значительных успехов в области ведения хозяйства, о чем достаточно широко известно, но и превратить монастыри в подлинные центры средневековой культурной жизни, образования, воспитания, науки. Например, еще в период Раннего Средневековья, в 529 г. Бенедикт Нурсийский основал католический монашеский орден в Монтекассино (Италия), по образцу монастырей на Востоке, поставив задачу накопления знаний и развития науки. Монахи бенедиктинских монастырей вскоре стали известны как искусные врачеватели и фармацевты, научившиеся выращивать лекарственные растения и изготавливать лекарственные средства. На рубеже VII и VIII вв. англосаксонский летописец монах Беда Достопочтенный (672-755) произвел расчет церковного календаря, связанного с периодичностью астрономических явлений. Известность получили энциклопедический сборник аббата Грабана Мавра (VIII в.), в котором были собраны сведения по различным наукам: «Книга о делении чисел», «Правила счета на абаке», а также трактат по геометрии французского монаха Герберта (X в.); «Записки о различных ремеслах» монаха Теофила (X в.) и т.д. В период Классического Средневековья монастыри не потеряли своего значения как центры культурной жизни. В начале XIII в. возникли нищие монашествующие ордены, члены которых в поисках хлеба насущного бродили по городам и селам, оказывая влияние на народную культуру.

Главную роль в становлении системы образования сыграли школы, находившиеся в V-IX вв. в руках церкви. Целью школ была подготовка служителей церкви, которая составляла программы обучения и осуществляла отбор учащихся. Наряду с изучением богословских наук в церковных школах сохранились предметы, доставшиеся ей в наследство от античной системы светского образования: грамматика, риторика, диалектика с элементами логики, арифметика, геометрия, астрономия и музыка. Параллельно с этими школами церковь открывала «внешние» школы, где обучались юноши, не предназначенные для церковной карьеры. Во второй половине XI в. в Европе стали появляться светские школы для обучения детей из знатных семей.

В 1088 г. на основе Болонской юридической школы был открыт первый университет (от лат. universitas — совокупность, общность).

В XII-XIII вв. возникают университеты в других странах Западной Европы. В Англии первым был университет в Оксфорде (1167), вторым — университет в Кембридже (1209). Первый университет Франции был основан в Париже (1160). Это был типичный средневековый университет, где преподавание велось на латинском языке, поэтому здесь могли обучаться студенты со всей Европы. В Парижском университете имелось четыре факультета: общеобразовательный (младший, подготовительный, где преподавались семь свободных искусств) и богословский, медицинский, юридический (старшие факультеты, куда принимались студенты, окончившие общеобразовательный факультет). Церковь достаточно успешно осуществляла контроль за преподаванием в университетах. Так, по требованию церкви из университетов изгонялись неугодные ей преподаватели, а богословы получали привилегированное положение среди коллег, как это произошло, например, в 1255 г. в Парижском университете на основе специальной буллы папы Александра IV.

Искусство и архитектура

Художественное творчество Средневековья также испытывало сильнейшее влияние церкви. Средневековый художник был призван отображать лишь совершенство миропорядка, строго следуя все более ужесточавшимся церковным канонам. Характерно в этой связи распространенное название художника — геометр, которое лишь в XIV в. было заменено на аджест (художник). И тем не менее универсальные каноны церкви накладывались на специфику национальных культур, что выражалось в особенностях архитектурных форм, в разнообразии приемов изобразительного искусства и пр. Подтверждением этого может служить, в частности, наличие нескольких стилей, характеризующих архитектуру Средневековья.

Для Западной Европы периода Раннего Средневековья был характерен романский стиль, особенно получивший развитие с конца Х в. Сам же термин «романский» был введен в научный оборот в начале XIX в. французскими археологами, которые увидели сходство обнаруженных построек с древнеримской архитектурой, с ее полукруглыми арками, элементами украшений и т.д. Светские постройки романского стиля отличаются массивностью форм, узкими оконными проемами, значительной высотой башен, так как они выполняли функции фортификационных сооружений. Те же черты массивности характерны для храмовых сооружений, которые изнутри покрывали настенные росписи — фрески, а снаружи — ярко раскрашенные рельефы. Рыцарский замок, монастырский ансамбль, церковь — основные виды романских сооружений, дошедшие до нашего времени. Характерными образцами романской архитектуры являются собор Нотр-Дам в Пуатье, соборы в Тулузе, Орсинвале, Велезе, Арне (Франция), соборы в Оксфорде, Винчестере, Нориче (Англия), в Станагере (Норвегия), в Луиде (Швеция), церковь монастыря Мария Лах (Германия) и др.

Для росписи и скульптуры романского типа характерно плоскостное двухмерное изображение, обобщенность форм, нарушение пропорций в изображении фигур, отсутствие портретного сходства с оригиналом, напряженная духовная выразительность. Изображения исполнены строгостью, зачастую крайне наивны.

К концу XII в. романский стиль сменяется готическим .

Расцвет его относится к XIII-XV вв. Эпоха готики совпала со временем становления и развития городских центров в период Классического Средневековья. Первые храмовые постройки готического стиля, ставшие образцом для более поздних сооружений, характеризуются уносящимися ввысь стройными колоннами, собранными как бы в пучки и раскрывающимися на каменном своде; огромными вытянутыми вверх окнами, украшенными витражами и непременной «розой» над входом в храм. В основе общего плана готического храма лежит форма латинского креста.

Снаружи и изнутри соборы украшались статуями, рельефами, витражами, живописью, подчеркивавшими наиболее характерную черту готики — устремленность ввысь. Таковы были готические соборы в Париже, Шартре, Бурже, Бове, Амьене , Реймсе (Франция).

Несколько отличались соборы Англии, для которых были характерны большая протяженность и своеобразное пересечение стрельчатых арок сводов. Наиболее яркими образцами готического стиля Англии являются Вестминстерское аббатство в Лондоне, соборы в Солсбери, Йорке, Кентербери и др.

Переход от романского стиля к готике в Германии был более медленным, чем во Франции и Англии. Этим объясняется наличие большого количества сооружений эклектического стиля. Недостаток строительного камня, особенно в северных районах Германии, вызвал к жизни кирпичную готику, распространившуюся достаточно быстро по всей Европе. Первым кирпичным готическим храмом была церковь в Любеке (XIII в.)

В XIV в. возникает новая техника — пламенеющая готика, для которой было характерно украшение здания каменным кружевом, т.е. тончайшей резьбой по камню. К шедеврам пламенеющей готики можно отнести соборы в городах Амбере, Амьене, Аласоне, Конше, Корби (Франция).

Готическая архитектура выдвинула новые требования к скульптуре и живописи. Появляется круглая скульптура, изображение становится более реалистичным, богаче палитра красок.

Литература

Важным элементом художественной культуры Средневековья было литературное творчество. Высокого развития достигает устная поэзия. Лучшими образцами ее являются произведения героического эпоса Англии и Скандинавии. Крупнейшее произведение героического эпоса Англии «Поэма о Беовульфе», созданная около 700 г. и повествующая о ратных подвигах мужественного, справедливого и бесстрашного витязя Беовульфа.

Памятник скандинавского эпоса — «Старшая Эда» представляет сборник древненорвежских и древнеисландских песен и сказаний о героях. Эти произведения исполнялись певцами-музыкантами.

Весьма важный элемент устного творчества — саги, сохранившие память народа о действительных исторических событиях («Сага о Ньяле», «Сага об Эгиле», «Сага об Эрике Рыжем» и др.).

Еще одно крупное направление художественного творчества — рыцарская литература, получившая повсеместное развитие в период Классического Средневековья, в условиях феодальной раздробленности. Героем ее был воин-феодал, совершающий подвиги. Наиболее известны «Песнь о Роланде» (Франция), рыцарский стихотворный роман «Тристан и Изольда» (Германия), «Песнь о Нибелунгах» (Германия), «Песнь о моем Сиде» и «Родриго» (Испания) и др.

К западноевропейской рыцарской литературе относится и распространенная рыцарская лирическая поэзия, воспевавшая образцы верности даме сердца, ради которой рыцари подвергали себя всевозможным испытаниям с риском для жизни. Поэты-певцы, прославлявшие в своих песнях рыцарскую любовь, в Германии назывались миннезингерами (певцы высокой любви), на юге Франции — трубадурами, а на севере страны — труверами.

Весьма значительным явлением в литературном творчестве средневековой Европы была поэзия вагантов (от лат. vagari — бродить), родиной которой считается Франция. Вместе с появлением нецерковных школ в XII в. и возникает данная субкультура — в форме поэтического творчества учащихся этих школ, бродивших по городам и весям. Особенностью творчества вагантов была его яркая антиклерикальная направленность, что безусловно вызывало ответные репрессивные меры со стороны церкви.

Городская культура

С развитием городской культуры связано творчество жонглеров (Франция) и шпильманов (Германия), которые выступали в XI-XII вв. на площадях городов как актеры, акробаты, дрессировщики, музыканты и певцы. Среди шпильманов (spilman — букв. игрец) можно было встретить и небогатого рыцаря, и школяра, и подмастерья. Церковь, как и светская власть, издавна преследовала шпильманов. Например, по судебнику («Саксонское зерцало», VIII-IX вв.) шпильманы, как преступники, стоят вне закона. Тот же, кто против воли отца становился шпильманом, по судебнику лишался наследства. Однако, когда в XII в. среди шпильманов стали появляться странствующие клирики, отношение к игрецам стало меняться. Известно достаточно много случаев, когда знатные особы не только принимали их на службу, но и доверяли шпильманам посольские поручения в силу специфики их образа жизни и достаточно высокого образовательного уровня. В целом для эпического искусства шпильманов были характерны анонимность, т.е. автор не называл своего имени и не давал собственных оценок действующим лицам своих произведений, а также гиперболизм (намеренное преувеличение числа или силы).

Театр

Одной из основных форм театрального искусства был церковный театр. Приблизительно с XI в. во время литургии в храмах стали разыгрываться драматические религиозные сценки, основанные на библейском сюжете, называемые мистериями. В XIII в. эти действа стали выноситься на площади перед храмом. Участники представлений были горожане. По ходу представления появились различные импровизации, включавшие сценки из обыденной жизни, которые получили название фарса. Позднее фарсом стали называть самостоятельную форму средневекового сатирического, юмористического, зачастую фривольного содержания спектакля, персонажи которого представляли определенные социальные типы.

Одновременно широкое распространение с XIII в. получает особый жанр драмы в стихах — моралите, назидательной аллегорической пьесы, персонажи которой были олицетворениями добродетелей и пороков.

Уже в XIV в. в культурной жизни европейских стран возникают новые тенденции, проявляющиеся в усилении интереса к человеческой личности, реалистическому отображению действительности. Особенно эти тенденции стали заметны в культуре средневековой Италии. Приближался новый период в культурном развитии Западной Европы — Ренессанс.

Эпоха Средневековья не может рассматриваться как период провала в развитии западноевропейской культуры от античности к Новому времени. Также едва ли можно смотреть на нее как на период своеобразного застоя. При всей противоречивости культурологического процесса более правомерно утверждение о том, что именно в это время сложились важнейшие черты западноевропейского христианского типа культуры на основе повсеместного распространения христианства. Институт церкви, христианское вероучение занимали в рассмотренный период доминирующие позиции практически во всех сферах культурной жизни средневекового общества. Однако на излете эпохи Классического Средневековья отчетливо проявилась тенденция к секуляризации прежде всего в духовной сфере на основе распространения гуманистических идей.

  • Авторы
  • Резюме
  • Файлы
  • Ключевые слова
  • Литература

Сидоров Г.Н. 1 Шустова О.Б. 2 1 ФГАОУ ВО «Юргинский технологический институт (филиал) Национального исследовательского Томского политехнического университета» 2 Омский государственный аграрный университет Взаимоотношения науки и религии на протяжении всей истории рассматривались с учетом типа доминирующей в обществе рациональности: классической, неклассической и постнекласической. Представления Тертуллиана и Ф. Аквинского выстраивались от пропасти между наукой и религией до их гносеологического единства. Многолетний примат богословия над наукой вызвал встречную атеистическую реакцию, переросшую в абсолютизацию науки во всех сферах бытия. К настоящему времени в понятие классической реальности не вписываются: теория относительности, квантовая физика, геометрия Лобачевского. На основании мнений крупнейших ученых естествоиспытателей: К. Бэра, В. Гейзенберга, М. Планка обращается внимание на гносеологическую ценность не только материалистических законов природы, но и на трансцендентную составляющую мироздания. В статье акцентируется внимание на наличии компонентов познания, как в науке, так и в религии и компонентов веры не только в религии, но и в науке. Наука порождает метафизику, которая формулируется теологией. А теология способна выдвигать рациональные утверждения, которые способствуют оценке конкретных научных теорий. 99 KB Рациональность наука религия познание вера общество 1. Аквинский Фома Антология мировой философии. — М.: Мысль, 1969. — Т.1, ч. 2. — С. 824-862. 2. Бэр К. Взгляд на развитие науки //Избранные произведения русских естествоиспытателей первой половины XIX века. — М.: Наука, 1959. — С. 219. 3. Гейзенберг В. Шаги за горизонт. Естественнонаучная и религиозная истина. — М.: Прогресс, 1987. — С. 328. 4. Морленд Дж. П. Гипотеза творения. — Симферополь: Крым-Фарм-Трейдинг, 2000. — С. 6. 5. Планк М. Религия и естествознание // Доклад, прочитанный в мае 1937 года в Дерптском (Тартуском) университете. Мах Planck. Religion und Naturwissenschaft. Vortrag gehalten im Baltikum (Mai 1937) von Dr. Max Planck. 2 te unverand. Auflage. Ambrosius Barth Verl. Leipzig, 1938. http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Science/Article/plank_rel.php. 6. Сидоров Г. Н., Шустова О. Б. Естественнонаучные возражения относительно дарвиновской и синтетической теорий эволюции // Омская биологическая школа: Межвузовский сборник научных трудов: Ежегодник / Под. ред. Б. Ю. Кассала. — Омск: Изд-во ОмГПУ, 2010. — Вып.6. — С.158-164. http://www.scienceandapologetics.org/text/422.htm. 7. Тертуллиан. О прескрипции еретиков. Избранные сочинения. — М.: Прогресс, Культура , 1994. — С. 108. 8. Фейерабенд П. К. Избранные труды. — М: Прогресс, 1986. — С. 514. 9. Шустова О. Б., Сидоров Г. Н. Эволюционизм и креационизм: наука или философия? — Омск: Изд-во ФГОУ ВПО ОмГАУ, 2009. — С. 176, 181. http://scienceandapologetics.com/pdf/evoljucionizm_i_kreacionizm.pdf 10. Hildebrand 1988, 10 http://ru.wikiquote.org/wiki/Вернер_Карл_Гейзенберг.

Долгое время наука рассматривалась как эталон рациональности. Однако многообразие и богатство окружающей нас реальности требует существования различных форм духовного и практического освоения мира. Познание не ограничивается сферами науки, но в той или иной форме существует и за пределами науки. Известный философ-постпозитивист П. Фейерабенд (1924-1994) писал: «превосходство науки можно утверждать только после многочисленных сравнений её с альтернативными точками зрения» . В современной гносеологии существует некий дисбаланс религиозного и светского начал, для анализа которого, по нашему мнению, необходимо обращаться к проблеме рациональности.

Исторически выделяют три типа научной рациональности: классическую, неклассическую и постнеклассическую. В рамках классического понимания рациональности все относящееся к субъекту удалялось, поскольку считалось, что истина только одна, а заблуждений много. Неклассический тип рациональности уже учитывал роль субъекта по отношению к реальности. Постнеклассическая трактовка истины признает не только наличие субъекта в социальной реальности, но и его практическую роль в конструировании самой реальности. Выдвижение той или иной формы рациональности на первый план определяется социальными и историческими условиями.

Плюрализм подходов к анализу рациональности дает положительные результаты, которые одновременно выступают как ориентиры для дальнейшего исследования.

В современном обществе все отчетливее наблюдается мировоззренческий конфликт, который касается взаимоотношений науки и религии. Проблема эта, как известно, не нова. Она существовала ещё со времен Раннего Средневековья. Тертуллиан (ок.155 — ок. 220) жестко настаивал на пропасти между верой и разумом: «Что Афины — Иерусалиму? Что Академия — Церкви? Что еретики — христианам?» . В эпоху схоластики Фома Аквинский (1225-1274) пытался примирить веру и разум, причисляя к науке Священное учение и одновременно отдавая должное естественным наукам: «Нет никаких препятствий, чтобы те же самые предметы, которые подлежат исследованию философскими дисциплинами в меру того, что можно познать при свете естественного разума, исследовала наряду с этим и другая наука в меру того, что можно познать при свете Божественного Откровения» . В целом в период Средневековья религия и церковь монополизировали интеллектуальную и духовную деятельность общества настолько, что места для светской научной деятельности практически не оставалось. Это и послужило основной причиной резкого прорыва атеистических взглядов в эпоху Нового времени в работах П. А. Гольбаха, Д. Дидро, Ж. Ламетри и др. Как только было ослаблено влияние церкви и устранены запреты на научные исследования (например, в области анатомии), началось освобождение светского образа жизни от религиозного. Западный мир, отбросив мировоззрения Античности и Средневековья как наивные и деспотичные, устремился к новым достижениям.

В настоящее время кризис между научным и религиозным мировоззрением углубился, поскольку в обществе происходит борьба за монополию в интеллектуально-духовной сфере. Если раньше религия воспринималась как некий Абсолют, то в настоящее время на роль Абсолюта претендует наука. Именно она проникла во все сферы нашей жизни. Наука выступает как интеллектуальный лидер светского общества. Научный способ объяснения окружающих вещей и явлений стал сегодня непременным атрибутом человеческого сознания. Науке принадлежит безоговорочное право формировать мировосприятие людей уже со школьной скамьи. Это привело к тому, что в настоящее время ученому и вообще образованному человеку, десятилетиями испытывавшему прессинг со стороны диалектико-материалистического учения и атеистического наследия советской эпохи в средней школе и в вузе, в научной литературе и научных кругах, далеко не просто перестроиться на новые парадигмальные позиции . При этом люди, которые основывают свои материалистические взгляды на базе естественнонаучного мышления, воспринимают научные постулаты и аксиомы совершенно так же, как верующий воспринимает постулаты религиозные — фанатично. Например, дискуссионные вопросы на серьезных научных конференциях, касающиеся роли естественного отбора в биологии, даже не доходили до сознания докладчиков, настолько те были уверены, что отрицать естественный отбор в эволюции не может никто. И только в кулуарах конференции они с запоздалым удивлением соглашалась с тем, что академик Л. С. Берг (1876-1950), автор эволюционной теории номогенеза, отрицающий естественный отбор, конечно же, не является «темным дедушкой на завалинке». А верующий ученый-естественник (особенно если он не скрывает своей веры в научных воззрениях) воспринимается в лучшем случае как человек со странностями, в худшем же, как мракобес. При отсутствии же каких-либо возражений на предлагаемую серьезную научную дискуссию, предлагаемая эмпирическая аргументация оппонента игнорируется либо молча, либо раздраженно .

В современной науке существует множество направлений, не укладывающихся в понятие классической рациональности: теория относительности, квантовая физика, геометрия Лобачевского и т.д. Стало понятным и то, что сфера науки не имеет жестких границ, поскольку содержание самой науки неоднородно. В гуманитарных науках, как правило, возражений по этому вопросу не возникает. Но поскольку в естественных науках критерии научности почти всюду ограничиваются рамками «классической рациональности» 18-19 вв., попытка выхода за эти затверженные рамки с целью объединения с другими формами рациональности чаще всего не находит поддержки у большинства материалистически-ориентированных исследователей. Поэтому понятие «наука» часто используется как спекулятивный термин, несмотря на размытость критериев и шаткость основания.

Методологический натурализм, взятый на вооружение в естественных науках, не позволяет ученому выйти за рамки затверженных стандартов, формируя порочный круг: критерии научности, изобретенные человеческим разумом, не позволяют этому же разуму выходить за рамки собственных ограничений. Методологически и верные, и дискуссионные, но парадигмальные теории существуют в некоем выделенном пространстве, из которого зачастую не хотят искать выхода.

В настоящее время наступает необходимость освободиться от противопоставления религии (как иррациональной) науке (как рациональной). Ещё в средневековой Европе пытались с помощью рационального подхода обосновать и веру, и религиозные догматы. Современное богословие также содержит в себе в немалой степени рациональные подходы. И наука, и по ряду вопросов религия, в сущности, заняты одним и тем же — познанием окружающего человека мира. Однако материалистическая наука признаёт только материальную природу, а религия, в силу метафизичности своих специфических знаний, смотрит значительно дальше и шире, рассматривая материальную и трансцендентную реальности, а также трансцендентальную природу человека и мироздания. Компонент веры также присутствует как в религии, так и в науке, причем практически в равной степени. В науке это разнообразные аксиомы, на которых базируются многие законы физики, химии и математики. Такой уход в обоюдную аксиомальную веру наводит на мысль об искусственной природе и надуманности мировоззренческого конфликта между наукой и религией. Перед наукой, как и сотни лет назад, стоит множество неразрешенных вопросов, а для религии, как ни парадоксально, неразрешимых вопросов практически не существует. Но это совсем не означает, что религиозно настроенные ученые отказываются от поиска их естественнонаучного объяснения. Таким образом, научные вопросы современности, через их исследователей, также внедряются в сферу компетенции религии. Об этом писали и говорили и давно, и недавно, и не только богословы, но и ученые — столпы многих научных направлений. По образному выражению основоположника эмбриологии и сравнительной анатомии К. М. Бэра (1792-1876): «Все естественные науки — только длинное пояснение единого слова: да будет!» . Создатель матричной квантовой механики Вернер Гейзенберг (1901-1976) сто лет спустя, занимаясь совсем другими естественнонаучными вопросами, писал: «Хотя я убежден в неоспоримости естественнонаучной истины в своей сфере, мне все же никогда не представлялось возможным отбросить содержание религиозной мысли просто как часть преодоленной ступени сознания человечества — часть, от которой в будущем все равно придется отказаться. Так что на протяжении моей жизни мне постоянно приходилось задумываться о соотношении этих двух духовных миров, ибо у меня никогда не возникало сомнения в реальности того, на что они указывают. Речь пойдет сначала о неоспоримости и ценности естественнонаучной истины, затем — о гораздо более обширной области религии, и наконец — об отношении этих двух истин друг к другу, что всего труднее поддается формулировке» . Вернеру Гейзенбергу принадлежит и крылатое выражение, цитируемое нами по крупнейшему философу современности Дитриху фон Гильдебрандту (1889-1977): «Первый глоток из стакана естествознания делает нас атеистами, но на дне стакана ожидает Бог» .

Как бы обобщая тысячелетние дискуссии по вопросу взаимоотношения гносеологических проблем науки и религии, основоположник квантовой физики Макс Планк (1858-1947) уверенно утверждал следующее: «Религия и наука нисколько не исключают друг друга, как это полагали раньше и чего боятся многие наши современники: наоборот они согласуются и дополняют друг друга. Обе — религия и естественная наука — требуют для своего обоснования веры в Бога, но для первой (религии) Бог стоит в начале, для второй (науки) — в конце всего мышления. Для религии он представляет фундамент — для науки венец разработки миросозерцания» .

В контексте вышеприведенного анализа мы не окажемся оригинальными, присоединяясь к процитированным авторитетам, и в очередной раз повторим сентенцию, с которой ранее уже обоснованно соглашались: «Наука и теология — взаимодополняющие подходы к одной и той же реальности. Наука порождает метафизику, в контексте которой формулируется теология. А теология способна выдвигать рациональные утверждения, на основе которых может оцениваться конкретная научная теория» .

Рецензенты:

  • Федяев Дмитрий Михайлович, доктор философских наук, профессор, проректор по научной работе Омского государственного педагогического университета, г. Омск.
  • Денисов Сергей Федорович, доктор философских наук, профессор, заведующий кафедрой философии Омского государственного педагогического университета, г. Омск.

Сидоров Г.Н., Шустова О.Б. ГНОСЕОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ВЗАИМООТНОШЕНИЯ НАУКИ И РЕЛИГИИ В СОВРЕМЕННОМ ОБЩЕСТВЕ // Современные проблемы науки и образования. – 2012. – № 4.;
URL: http://www.science-education.ru/ru/article/view?id=6702 (дата обращения: 25.09.2020). Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания» (Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления) «Современные проблемы науки и образования» список ВАК ИФ РИНЦ = 0.791 «Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074 «Современные наукоемкие технологии» список ВАК ИФ РИНЦ = 0.909 «Успехи современного естествознания» список ВАК ИФ РИНЦ = 0.736 «Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований» ИФ РИНЦ = 0.570 «Международный журнал экспериментального образования» ИФ РИНЦ = 0.431 «Научное Обозрение. Биологические Науки» ИФ РИНЦ = 0.303 «Научное Обозрение. Медицинские Науки» ИФ РИНЦ = 0.380 «Научное Обозрение. Экономические Науки» ИФ РИНЦ = 0.600 «Научное Обозрение. Педагогические Науки» ИФ РИНЦ = 0.308 «European journal of natural history» ИФ РИНЦ = 1.369 Издание научной и учебно-методической литературы ISBN РИНЦ DOI

Н.А. САВЧЕНКО

НАУКА И РЕЛИГИЯ: ТОЧКИ СОЕДИНЕНИЯ И ПРОТИВОСТОЯНИЯ

В статье рассматривается область интересов науки и религии. Делается попытка определить причины противостояния науки и религии. Описываются измерения человеческой жизни, за которые ответственны наука и религия. Рассматри-

Религия, наука, мировоззрение, атеизм, этика.

Всякий ученый рано или поздно приходит к осмыслению проблемы соотношения науки и религии. Выбор осуществляется между возможными альтернативами: религия и наука независимы, и одна не должна мешать другой; религия и наука противостоят друг другу, и одна должна одержать вверх над другой; религия и наука связаны между собой и могут служить друг другу на пути человеческого блага. Каждый ученый в своей практике выбирает это соотношение самостоятельно, но оно настолько щепетильно, что не может найти однозначного ответа в масштабах человечества.

Данная статья предполагает определить ту область человеческой мысли, которая порождает проблему противостояния и борьбы науки и религии.

Прежде всего, необходимо ответить на вопрос, когда возникла наука. В данном контексте будем понимать под наукой классическую опытную науку, которая дала человечеству технический прогресс и расцвет. И отвечая на данный вопрос, можно уловить две важные детали: наука в обозначенном смысле появилась в Западной Европе в ХУГ-ХУГГ вв. и связана с именами Г. Галилея, И. Ньютона, Н. Коперника, Р. Декарта, И. Кеплера, Б. Паскаля, Г. Лейбница и др. Почему ее возникновение не связано с другими местами земного шара? С Россией, с Китаем, с Индией и т.д.? Классическая опытная наука возникает именно в Западной Европе совсем не случайно. В этом смысле интересен взгляд диакона А. Кураева, который размышляет о причинах возникновения науки . Чтобы исследовать мир, человек должен верить в то, что этот мир познаваем и что он сам (человек) может этот мир познавать. Если человек не верит в эту возможность, то он и не разворачивает исследовательскую деятельность. Если обратиться к восточному способу познания мира, то в нем мир сакрален либо непознаваем. Помнятся слова буддийского мальчика из кинофильма «Матрица»: «Ложки не существует!». Уверенность Р. Декарта в том, что наличие собственной мысли сообщает человеку, что он истинно существует, совсем не очевидна для восточного человека. Подобный мир познать невозможно. Никто не будет тащить свою «священную корову» в лабораторию и ставить с ней эксперименты, это будет воспринято как кощунство. И действительно, во всем мире та самая опытная наука «европейцев», подтвержденная опытом и выраженная числовым значением, является эталонной. В связи с этим, возвращаясь к мьели диакона

вается вопрос о негативных последствиях неограниченного научного исследования и невозможности для светской этики создать границы научного познания. Указывается направление соединения науки и религии.

А Кураева, эту самую опытную науку сделали возможной вера в познаваемость мира, вера в способность человека познать мир и процесс десакрализации природы. И сделать это было возможно в лоне христианства (единобожия), потому что только в христианстве человек несет в себе возможность стать подобным Богу. В разуме основателей западноевропейской науки, многие из которых были священниками, богословами и просто верующими людьми, мы видим союз науки и религии. Они ни в коей мере не сомневались ни в своем естествознании, ни в своей религии. Это можно почувствовать в словах И. Кеплера: «Я окончил теперь подвиг своей жизни, вполне уверенный, что Творец дал мне силу совершить его. Я поведал людям славу Твоих творений настолько, насколько мой ум мог понять их величественную бесконечность» . Это первая точка соединения науки и религии, и возможна она была в четком понимании смысла и назначения науки и религии.

Не будем впадать в долгое описание специфики науки и религии, остановимся на самом главном, описывая зону интересов религии и науки.

Религия изучает связь человека с Богом. Ей не интересен этот мир сам по себе, он интересен ей в связи с чем-то большим, т.е. трансцендентный мир, мир в его отношении к Создателю, где Он является мерой и смыслом всего сущего. Бог — это нечеловеческая, нетварная сила, которая стоит сверх человека. Все, что помогает приблизиться к Нему, изучается, оценивается, интересует. А единственное, что нас может приблизить к Господу, это наш дух, поэтому развивается духовность.

Наука изучает мир материальный, механику мира самого по себе, данного нам в наших органах чувств или в их продолжениях (что и являет собой техника). Наука не изучает Бога, но пытается понять, как устроен мир, каким механизмам и законам он подчиняется. Поэтому развивается мир технический, механика мира — тракторы, компьютеры, Интернет и т.д.

Эта разница в направленности помыслов видна невооруженным глазом, и если держать ее в голове, то противоречий между наукой и религией нет. Наука изучает горизонталь мира, а религия — его вертикаль. Так, религия ничего не говорит о химическом составе клетки, строении головного мозга, как наука ничего не говорит о смысле жизни.

Эта разница, которую хорошо понимали основатели науки, потерялась в процессе развития человеческой мысли. В ХУГГ-ХГХ вв. из наследия

основателей науки изымают их вертикальный взгляд на мир и оставляют только горизонтальный, а религию начинают понимать как тьму, застой, серость и забвение, что обусловило победу атеизма и воплотилось в ХХ в. в кровавой бойне с традиционными религиями. Бурное развитие мысли ослепило мыслителей, и науку начали понимать как самодостаточную силу, способную собственными усилиями найти правду жизни. И достижения науки стали противопоставляться религии. Разногласия в этом вопросе хорошо иллюстрируют слова С. Франка: «Многим полуобразованным людям кажется, будто быть ученым и знающим — значит быть сторонником натурализма, значит питать гордую уверенность, что на свете нет ничего, кроме слепых сил природы, и допущение чего-либо иного презирать, как невежественное суеверие и предрассудки» . В эпоху разбиения двух измерений жизни человека (вертикального и горизонтального) появляются мифы о науке и религии.

В частности, мифы о религии: это отсталое, выдуманное человеком явление, темница разума, не помогающая, а, наоборот, мешающая жить, ложная мысль и прочее. Мифы о науке — это свет, она всесильна, правдива, она сможет указать нам путь в будущее, ее достижения мы положим в основу жизни, поскольку они проверены и доказаны. Миф о всесильности науки, который в данный момент развенчан (не все во власти научного, т.е. опытного постижения), породил довольно притягательную мысль. Мысль, которая заключается в том, что наука сможет дать человеку мировоззрение. Пренебрегая изначально горизонтальным смыслом науки, ей пытаются навязать еще и вертикальное значение, а именно дать смысл нашей жизни. Действительно, все было бы стройно и последовательно, если бы не одно «но», которое хорошо иллюстрируют слова М.-Л. Кинга: «То интеллектуальное и моральное удовольствие, которое мне не удалось получить от утилитаризма Бентама и Милля, от революционных методов Маркса и Ленина, от теории общественного договора Гоббса, от оптимистического призыва Руссо «назад к природе», от философии сверхчеловека Ницше, я нашел в философии ненасильственного сопротивления Ганди» . Так и хочется спросить: по кому будем жить, господа-товарищи? По Миллю, Гоббсу, Ганди или по Фрейду? По Ленину уже пожили, впечатления остались противоречивые. Онтология каждого автора уникальна, а зачастую встает в противоречие, поскольку в этом и есть часть смысла науки — опровергать старое и давать более полезное новое. Ошибочно полагать, что наука сможет дать мировоззрение. Мировоззрение — это система взглядов на мир, на место человека в мире, на отношение людей к миру и к самому себе, на обусловленные этим отношением убеждения, идеалы, принципы. Наука изучает каждый из этих феноменов отдельно, их механику: отношения, «Я», физического мира, идеала и т.д. А вот качества этих феноменов совершенно различны в каждой онтологии. Несложно себе представить, как будет шататься человечество от одной онтологии, одного

смысла жизни к другой, пока люди не договорятся, какая онтология все-таки самая правдивая.

Но на самом деле всегда и сейчас в описании мира есть всего два вида мировоззрения: теистичес-кое (вера в то, что Бог есть) и атеистическое (вера в Его отсутствие). И под соусом науки и ее достижений подается атеистическое мировоззрение. Наука и религия становятся несовместимыми, когда в основу науки закладывается атеизм.

Смысл науки в том, чтобы обеспечить наше материальное благо, она суть средство, служащее человеку. Очень опасно применение науки в двух ситуациях : когда она используется в целях насаждения атеизма и когда она из средства обращается в цель, т.е. в науку ради науки. Если встать на данные позиции, то в первой ситуации человек и его деятельность лишаются смысла, а во второй одариваются смыслом служения материальному производству, т.е. сам человек превращается в средство.

В настоящий момент мы наблюдаем ситуацию, когда наука является самодостаточной целью (познанием ради познания), без необходимости этого для человека. Негативные последствия XX в. показали, какова сила научного исследования, какая опасность заложена в таком доминантном (вертикально-горизонтальном) значении науки. Эту опасность можно обозначить двумя словами — кризис и угроза. Экологический, экономический, политический, смысловой, ценноетный, нравственный кризисы и следующие за ними угрозы масштабной войны, экологического коллапса, порабощения человека. Очевидно, что данные аспекты не могут игнорироваться ответственными перед другими людьми учеными. XX век исканий смысла родил проблему «экзистенциального вакуума», а поиск вечного счастья обернулся поиском «лишней копейки». Итог, к которому пришел человек, показывает, что проблема — в потере координат современного общества, координат, которые содержатся в религии и призваны создать вертикальное измерение мира.

Возможность восстановления системы координат мира иллюстрируют слова М. Планка: «Естествознание нужно человеку для познания, а религия — для того, чтобы действовать. Для верующих людей Бог означает фундамент, а для ученых — вершину построения любых мировоззренческих принципов. И религия, и естествознание нуждаются в вере в Бога, при этом для религии Бог стоит в начале всякого размышления, а для естествознания — в конце» . Наука должна вернуться в свою горизонтальную плоскость и не занимать мировоззренческую и идеологическую позиции, тем более когда эта позиция атеистическая. Вернуть науку в ее изначальную систему — значит дать ей новый толчок созидания и естественное ограничение поля исследования.

Угрозы современного мира показывают, что наука должна быть ограничена, но ограничиться средствами светской этики она не может. Религия ограничена сама по себе конечной инстанцией -Богом. Все, что говорит Он, есть истина непреложная. Что угодно Богу, то угодно человеку, что Ему не угодно, то вредно и плохо для самого человека, т.е.

человек ограничен нечеловеческими энергиями, преступая которые, он приближает свою смерть.

Чем ограничено научное знание? Законом юридическим, светской этикой. Эти явления суть человеческие размышления о добре и зле, о хорошем и плохом, где мое «Я» своими органами чувств определяет границы. Именно мое «Я» решает здесь, что правильно, а что нет. Насколько можно доверять способности человека определить, что правильно, а что неправильно? Откуда исходят критерии правильности? Их рождает человеческое «Я». Они, как и юридический закон, являются «моими творениями» исходя из «моего уровня» развития, интеллекта, логики. Суть этого понимания этики сводится к следующему: хочу доказать, что клонирование -плохо, докажу, хочу доказать, что клонирование -хорошо, докажу. При этом и то и другое может сделать один человек и равно верить как в первое, так и во второе. Как тут не вспомнить слова Попан-допуло из кинофильма «Свадьба в Малиновке», когда он, покупая кресту священнослужителя, давал ему нарисованные ассигнации, приговаривая: «Бери! Бери! Я себе еще нарисую». Нужно что-то «нарисовать» в этических принципах, или в законе, или в критериях правильности, в чем проблема? Все же наше! Далеко углубляться в историю не нужно, пример фашистской идеологии демонстрирует все эти атрибуты логики. В светской этике человек пытается ограничить себя своими же человеческими энергиями, которые, конечно же, подчинены ему и служат только ему. Насторожить человека, верящего, что он способен самостоятельно понять, что такое добро, а что зло, должен и другой факт — большая часть самых ужасных дел на этой земле творилась при безусловной уверенности в правильности совершаемых поступков, которые только потом оценивались, как заблуждение. У человека в его собственном разумении нет ни критерия правильности, ни гарантии его исполнения. В религии же есть и критерии, и гарантия, а цена вопроса — вечная жизнь.

В связи с этим представляется актуальным определение науки, которое рассматривает религия, как вида познавательной деятельности венца Божьего творения — человека, направленного на получение знаний о сотворённом Богом из ничего материальном мире, попытки воспроизвести замысел Творца, оперируя созданной Им материей . В этом есть точка соединения религии и науки. А точки разъединения науки и религии концентрируются в областях предрассудков, борьбы атеизма и теизма, борьбы сверхчеловеческого и человеческого.

ЛИТЕРАТУРА

2. Фомин A.B. Доказательства существования Бога.

М.: Изд-во «Новая мысль», 2005 . URL: http://svitk.ru/004_book_book/

6b/1395_fomin-dokazatelstva.php (дата обращения:

17.12.2012).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

3. Франк С.Л. Религия и наука. Брюссель: Изд-во «Жизнь с Богом», 1953 .

URL: http ://azbykaru/vera_i_neverie/nauka_i_religiya/ Frank_Religiya_1g-all. shtml (дата обращения:

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *