Содержание

Церковь как место работы дает верующим людям возможность проводить продолжительное время в храме, поэтому православные, особенно новообращенные, нередко готовы оставить высокооплачиваемую должность «в миру» и согласиться работать за малую плату в своем приходе. Однако, трудясь в церковной ограде, человек сталкивается порой с не меньшими, а то и с большими искушениями, нежели в прежней деятельности.

Безусловно, во многих случаях человеку стоит по-прежнему служить людям в том же призвании, что и до прихода к Богу, не меняя резко свою жизнь и не становясь церковным певчим или уборщицей. А тем, для кого храм всё же становится местом, где он ежедневно проводит свое рабочее время, стоит набраться терпения и постараться быть мудрее. Об опыте переживания такого рода трудностей — в рассказе нашего внештатного автора.

Когда-то в 90-х, закончив Саратовский государственный университет, я устроилась работать на государственное предприятие — там прошли многие годы моей жизни.

Что значит быть работником церковной лавки?

Несколько лет назад, после сокращения, решила, что искать работу буду в Церкви. К тому времени я уже была воцерковлена, периодически оставалась после службы, чтобы помочь убраться, почистить подсвечники, но постоянную работу в храме, прихожанкой которого я являюсь, мне не предложили. Наверное, это и можно считать первым искушением. Стоит понимать, что штат сотрудников в храме, особенно небольшом, зачастую совсем невелик, расширить его нет материальных резервов, так что, возможно, всё, что вам смогут предложить, — это быть добровольным помощником, не получая за это платы. Может быть, стоит смириться и принять это предложение, а оплачиваемую работу поискать в другой сфере — ведь если настойчиво требовать от Бога желаемого, оно может оказаться нам не во благо. Но я решила расширить зону поисков и продолжить попытки отыскать свое место в церковной организации…

Через несколько месяцев мне удалось найти вакансию не в храме, но в православной организации. Меня приняли, однако работа была очень низкой квалификации, не требовавшей никакого образования — не то что моего высшего. Кроме того, она была физически тяжелой — с непривычки можно надорваться. Но я так мечтала войти в коллектив собратьев по вере, что согласилась сразу и на всё.

Меня переполняла жажда деятельности, служения, и я ревностно выполняла любое поручение, задерживаясь надолго после окончания рабочего дня. Однако спустя совсем недолгое время мне довелось понять, почему, как я это сама для себя формулировала, излишний энтузиазм в церковной работе не приветствуется. На одно из заданий мне пообещали выделить помощников, но я, решив, что начальство медлит, а мне вполне под силу справиться одной, ринулась сражаться с проблемой в одиночку. Дело я сделала — в кратчайшие сроки, как хотела, — но начались проблемы со здоровьем. И это стало первым серьезным духовным уроком на новом месте.

Работа в Церкви для вчерашнего светского специалиста неизбежно влечет за собой изменения в образе жизни. И речь не только о том, что придется всю рабочую неделю соблюдать «юбочно-платочный» дресс-код, отправив на антресоль офисные брючные костюмы, не только о том, что в какие-то дни придется очень рано вставать — если ранняя Литургия в 7 часов утра и нужно быть в свою смену в церковной лавке или на клиросе… Честно говоря, для меня самым большим изменением стало то, что моя зарплата по сравнению с прежней «светской» уменьшилась вдвое. Для церковной служащей это был вполне средний доход — я понимала, что люди вокруг меня живут на примерно такие же средства, выходя из положения, кто как может. Вернее, выход, по большому счету, только один: не брать больших кредитов, не позволять себе лишних трат, находить дополнительные источники дохода и экономии (подработки, сад-огород и т. д.). Мне удалось выстроить свой бюджет и жить на эти деньги, имея всё необходимое (и удивляясь тому, как много и бестолково я прежде покупала вещи, маскируя «разумными» доводами страсть мшелоимства). Но к искушениям, связанным с финансами, тоже нужно готовиться: понять для себя, на что вы будете жить, на чем согласны экономить, как это отразится на жизни людей, от вас зависящих, и только после этого определить свою готовность к переходу со светской работы на (в большинстве случаев) скромнее оплачиваемую церковную.

И еще нельзя забывать, что, приходя трудиться в Церковь, нужно быть предельно требовательным к себе и снисходительным к немощам других людей. Обиды, конфликты, недопонимание — неизменные спутники в нашей работе. И если человек рассчитывал найти в церковной организации сообщество ангелов и святых (которые его, совсем не святого, будут во всём бесконечно терпеть), он, скорее всего, быстро разочаруется и уйдет обиженным. Если же вместо обиды на человека, который с нами несправедлив, мы помолимся за него, то оба станем сильнее духом. И тогда повсе­дневное пребывание в Церкви действительно станет для нас благотворным — храм станет тем местом, где мы с трудом, с разными нестроениями, но будем учиться любить и прощать.

Приведу в пример свой опыт участия в крестном ходе в Вавилов Дол. У меня было послушание помогать чистить и резать овощи на полевой кухне. Какие там были искушения! Во-первых, раздражительность: каждый привык у себя на кухне делать, как ему удобнее, а тут нужно делать так, как говорят. Во-вторых, ропот: спать приходилось совсем мало, и в этой усталости хотелось обвинять всех и вся. Однако мы понимали, что крестный ход будет идти еще долго, и надо либо покидать его, либо как-то пристраиваться друг к другу. И тогда, желая все-таки остаться, мы научились молиться во время совершаемого дела, научились объяснять, как правильно, тому, кто делает что-то неправильно, а не предъявлять претензии, научились просить прощения, если кого-то обидели. И потихоньку из разрозненной группы людей мы становились братьями и сестрами во Христе, а в конце крестного хода нам уже до боли не хотелось расставаться друг с другом, да и на кухне у нас дело спорилось.

Не могу не затронуть вопрос о послушании начальству: как быть, когда на твоих глазах вышестоящие обижают, иногда по навету, других сотрудников? В действительности ответ прост до чрезвычайности: если видишь, что притесняют слабого, неоправданно клевещут на человека, нужно обязательно заступиться. В Писании сказано: ударившему тебя по щеке подставь и другую (см.: Мф. 5, 39), но нигде не сказано, что когда другого бьют, нужно пройти мимо. Также сказано, что нет больше той любви, если кто жизнь свою отдаст за друга своего (см.: Ин. 15, 13). Так и здесь. Послушание, безусловно, должно иметь место в Церкви, но послушание с рассуждением. Конечно, возражения руководству лучше высказывать не в присутствии подчиненных, а наедине, по возможности помолясь перед этим, — тогда критика может быть воспринята совсем иначе. Но как бы там ни было, нельзя заниматься человекоугодием и бояться сказать правду человеку, потому что он начальник и ты у него в подчинении.

Очень важно научиться ощущать себя неотъемлемой частью Церкви и всё, что в ней совершается, считать общим делом, а не «я свою работу сделал, другие пусть делают свою». Здесь иногда требуется взаимовыручка. Просят тебя помочь — сделай над собой усилие, помоги, тогда и тебе придут на помощь, когда в этом будет необходимость. Хотя, конечно, когда на ком-то из сотрудников начинают «выезжать» во всех ситуациях, постоянно перегружая его, нужно ставить вопрос об этом так же, как и на любой работе.

Еще одно из искушений в Церкви — преимущественно женский коллектив и то, что обычно такому сообществу присуще: сплетни, пересуды, зависть. Всё это встречается и в стенах храма или церковной организации. Даже если ты сам в этом не принимаешь участия, это ранит: как же так, они же христианки!

Бороться с этими проявлениями в других людях, наверное, невозможно — главное, самой ни о ком не сплетничать. К сожалению, клевета от церковных людей тоже бывает и страшной, и грязной. Враг нашего спасения всегда стремится поссорить, разобщить людей в церковной ограде, настроить их друг против друга. И тут главное его оружие — это ложь. Он показывает нам то, чего реально нет, мелкие промахи представляет ужасными преступлениями, делает из мухи слона. Но на самом деле, если посмотреть объективно, практически любой церковный коллектив в большинстве своем состоит из совестливых, отзывчивых людей, пришедших работать именно ради Бога. Иные уходят сами и очень быстро — не нравится то, не устраивает другое, и в конечном итоге становится невыносимым всё. А чтобы остаться и находить в своих повседневных обязанностях в храме радость — не в чаду новоначального энтузиазма, а год за годом, — нужны бывают любовь к людям, любовь к Богу и, не побоюсь сказать, высокая идея. В глазах и в поступках тех, кто работает рядом со мной, я всё это вижу.

Газета «Православная вера» № 04 (600)

Проститутка — регент церковного хора

19.12.2016Дарья Косинцева

Нина так и не определилась, грех проституция или нет. Склоняется к тому, что не грех. «Да, наверное, моя работа не совсем правильная с точки зрения морали, но я не получаю от нее удовольствия, это просто способ заработка. И ведь именно проституция позволяет мне работать в церкви! Я бы не смогла работать здесь так долго, потому что надо растить ребенка — искала бы другие, более высокооплачиваемые варианты. Так что получается, что проституция меня и держит в церкви».

История, конечно, жесть.

Самая жесть — это то, что человек работает регентом в храме, а исповедуется не батюшке, а журналистке.

Изнасиловали, не могла справиться с травмой. Параллельно попала в церковь. Воцерковилась по полной — и параллельно стала подрабатывать проституцией. Потому что зарплаты регента кормить дочь не хватало. То есть ни душевную травму никто не лечил, ни материальным положением регента особо не интересовался. Ну да, ну да, не до того, и так дел в церкви хватает… Угу. Мне кажется, это прямо притча. Регент — это же воплощенная "эстетика" православия, которая так ценится ревнителями красивых и долгих богослужений с песнями на церковнославянском.

Кто есть кто в храме, или С помощью каких людей совершаются службы

В противовес, знаете, всему этому простому и скучному "читать Евангелие", "разбираться, как оно относится к жизни", "разговаривать с прихожанами по-русски и разбираться в их жизни не только три минуты на исповеди". Вот она, эстетика-то вся. Как итог — вот это: ну и что, что проститутка, главное, что служит церкви! "Какая разница, что у нее за душой, если другим хорошо?"

Читаешь на выходных Лосева, вся такая духовная, готовая нести православную философию в массы, и тут в понедельник — опаньки, сразу погружение в реальность.

Особенно, хорош, конечно "Бог в душе" у героини: "Церковь и проституцию Нина для себя разделяет. Говорит, верит в Бога, но не в того, в которого велит верить Библия. Икон у Нины дома нет. Она молится, но по-своему, разговаривает с Богом как с другом". Наглядное подтверждения тому, что богвдуше, как правило, — это не про то, чтобы "не покупать свечки", он про то, что ты выдумываешь себе особенного бога-друга, который тебя не учит жить, не мелочится и не считает проституцию грехом.

>>"Со многими заповедями Нина не согласна, говорит, они загоняют человека в состояние греховности. «Как можно жить, когда ты себя червяком ощущаешь? Если слушать церковников, грех — это вся твоя жизнь. Есть — грех, любить — грех. Поэтому я не слушаю, а просто живу».

"Церковь и проституцию Нина для себя разделяет…" Этот пример на грани абсурда, но это просто отражение тенденции, что очень многие люди церковь и ЖИЗНЬ для себя разделяют. Типа заповеди заповедями, но жить же как-то надо!

>> В 25 лет Таис стали нравится девушки, она поняла, что бисексуальна.

Вот вам и источник якобы "бисексуальности" — изнасилование. И страх перед мужчинами, неспособность построить с ними отношения, кроме тех, что за деньги. Давайте рассказывайте мне теперь, что это "равноправное самоопределение".

Главное, жалко человека ужасно. Уже видишь финал всего этого: не нужна ни матери, которая когда-то не присылала денег за то, что забеременела, а теперь делает вид, что не знает, что дочь — проститутка. И дочери тоже не нужна — той дочери, ради которой она на квартиру зарабатывает и которая тоже вроде как не в курсе. А честно заработанную хатку, вполне возможно, отжимает очередной хахаль, который делает вид, что люююююбит.


Об ошибках, которые часто допускают церковные люди в общении с теми, кто впервые пришел в храм, рассказывает кризисный психолог Михаил Хасьминский, руководитель Православного кризисного центра при Патриаршем подворье — храме Воскресения Христова на Семеновской (Москва).

Патриарх Кирилл много раз говорил о недопустимости грубого или формального подхода к впервые пришедшим в храм людям. Ситуация, на мой взгляд, схожа с приемным покоем больницы. Представьте: туда привезли больного, а врач или медсестра встретили его так, что тот ужаснулся и убежал оттуда навсегда. Кто ответит за смерть этого человека, не получившего лечения? А ведь храм — это та же лечебница, только духовная.
В эту лечебницу приходят разные люди, из разных соображений, их мотивация — тема отдельного разговора, но большинство из них приходит из-за переживаемого жизненного кризиса, серьезных испытаний и тягостей. Такой человек находится на крутом повороте своей судьбы. Старые его представления о смысле жизни уже потеряли свою силу, а новые еще не сформировались. Он подобен стоящему на одной ноге — куда его толкни, туда и полетит. Это состояние крайней уязвимости, с одной стороны, открывает огромные возможности для духовного роста, а с другой — чревато огромными опасностями. Ведь от того, как человека в храме встретят и что ему предложат, будет зависеть спасение как пришедшего, так, возможно, и того, кто его встретил: оттолкнул ли он своим отношением пришедшего или, наоборот, поддержал?
Надо признать: ошибки при встрече с людьми, впервые зашедшими в храм, могут совершать абсолютно все, начиная с уборщицы и кончая даже настоятелем. Как говорили древние римляне, hominum errare est — человеку свойственно ошибаться. Мы все прекрасно знаем, что Церковь — это собрание кающихся грешников, что все мы несовершенны, за исключением святых. Но и святые порой тоже ошибались.

Какая опасность подстерегает тех, кто впервые зашел в храм? В церковных делах они пока совершенно не разбираются и поэтому убеждены, что здесь им всё скажут точно и верно. Они пока не отличают алтарника от настоятеля, и поэтому могут отнестись с полным доверием ко всему услышанному. Даже если им скажут откровенную чушь. А такое, увы, бывает. Либо они остро, болезненно могут отреагировать на то, что более опытным людям покажется сущим пустяком.

Ко мне, как к психологу, нередко приходят люди, травмированные первой попыткой войти в жизнь Церкви. Мне много чего пришлось выслушать, обдумать. На основании таких бесед я постараюсь выделить наиболее часто встречающиеся ошибки.

1. Твердая пища вместо молока

Это когда говорят человеку, еще практически не верующему, что-то такое, что можно сказать лишь подготовленным в церковном отношении людям. Например, могут сказать тому, кто недавно потерял ребенка: «Радуйся, теперь у тебя есть ангел на небе». Чтобы это принять, нужно иметь очень сильную веру, а ее ведь пока нет: человек впервые пришел в храм, да еще и в кризисном состоянии.
Или можно, например, услышать, что болезнь — это расплата за какой-то грех. Такие вещи можно говорить лишь подготовленным людям, тем, кто уже сознает себя грешником. Тем более что болезнь может и не быть такой расплатой. А здоровые люди, что, не грешат?

2. Неосторожные слова

Приведу случай из своей практики психолога. Ко мне обратилась женщина. У ее отца выявили тяжелое заболевание, она пришла в храм, а свечница ее спросила, сколько раз та молится в день. Женщина призналась, что очень мало молится, да и то обычно дома, а не в храме. А свечница ей отвечает: «Вот поэтому он и заболел»! В результате — чувство вины на всю жизнь.

3. Невнимательность

У молодой женщины умерла пятилетняя дочка. Ужасное горе, ее мучительные переживания, масса вопросов. Ни родные, ни друзья — никто не может дать вразумительный ответ, за что ей это. Она пришла в храм в надежде на помощь, на утешение, а там один священник почти на бегу сказал, что это ей наказание за ее грехи. А свечница, тоже без особых объяснений, посоветовала: «Радуйся». И как прикажете относиться к подобным духовным утешениям?

4. Формализм

Девушка пришла на исповедь в джинсах, с накрашенными ногтями, без платка. Батюшка отказался исповедовать ее, поскольку она пришла в неподобающей одежде. Батюшке объяснили, что девушка из другого города и у нее нет с собой другой одежды, а исповедь ей была в тот момент очень нужна. Однако тот был непреклонен и отказал ей. В другом же храме священник понял ее ситуацию и принял исповедь у этой девушки. С тех пор она стала там постоянной прихожанкой, воцерковилась.

5. Нарушение пределов своей компетенции

Это бывает, когда священник не благословляет, например, на лечение, которое рекомендуют специалисты. Тут он тоже берет на себя огромную ответственность. Ведь когда этот человек умрет из-за того, что не лечился, на поминках люди начнут обвинять Церковь в смерти своего родственника. Возможно, кто-то из этих людей мог бы прийти в храм, а теперь уже не придет.

Да, бывают ошибки и у священников, они тоже люди и поэтому могут поступать неправильно. Есть же, например, понятие «врачебная ошибка».

Церковь – место работы: готовьте душу свою во искушение

А священник — тот же врач, только духовный. Но у его компетенции тоже есть предел. Так, надо понимать, что батюшка не может категорично высказываться о психиатрии, о проблемах психически больных людей. Или, не будучи подкованным профессионально, говорить о проблемах алкоголиков и наркоманов. Если священник хочет заниматься их спасением, это обязательно нужно делать в контакте со специалистами-медиками.
Не менее опасно брать ответственность за чужую семью. Одно дело — духовный совет, другое — прямое вмешательство. Да, любой христианин должен опекать другого христианина, не только священник. Но нельзя радикально вторгаться в чужую жизнь и устраивать там что-то по собственному желанию и разумению. У людей есть свобода выбора, дарованная им Господом.
Если мы будем сострадательны, милосердны, если постараемся понять и полюбить приходящих к нам людей, то это и будет самым лучшим миссионерством.

по материалам сайта фома.ру

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *