В. Борисов-Мусатов "Цветы"

Творчество любого художника искусствоведы относят к определённому стилю или направлению.

Так, творчество В. Борисова-Мусатова относят к символизму, считая художника певцом «дворянских гнёзд». Действительно, на полотнах Борисова-Мусатова чаще всего мы видим изображение старинных усадеб, прудов, тенистых парков, а на их фоне – прекрасных девушек (чаще всего это сестра художника и его жена), очарованных красотой природы и погружённых в лёгкую грусть. Но вот друг художника, скульптор А. Матвеев, не согласен с таким определением Борисова-Мусатова: «Матвеева приводило в ярость определение Мусатова как певца «уходящих усадеб» (Врангель) или «зыбкого мира старых теней» (Эфрос)… Это не аллегорические обитательницы «дворянских гнёзд», воплощающие «тоску по прошлому». Скорее, это мусатовская «Прекрасная дама», она такая же условность и такая же реальность, как лирическая муза поэта». А современник художника, поэт Андрей Белый, дополняет: «Всюду у Мусатова за зеркальной поверхностью тишины буря романтики». Но очевидно, что творчество Борисова-Мусатова очень близко к импрессионизму.

В. Борисов-Мусатов "У реки"

Ну что ж, с такими определениями творчества Борисова-Мусатова невозможно не считаться, но зритель всегда сам определяет для себя место в своём сердце и уме, где находится то или иное произведение искусства. Для меня, например, картины Борисова-Мусатова сродни музыке, они «поют», излучают нежную мелодию, и этим похожи на романсы.

Биография В. Борисова-Мусатова (1870-1905)

В. Борисов-Мусатов "Автопортрет"

Виктор Эльпидифорович Борисов-Мусатов родился в Саратове в семье железнодорожного служащего Э.Б. Мусатова. Первую часть своей фамилии (Борисов) художник добавил по имени своего деда, Бориса Александровича Мусатова, который, говорят, был незаурядным человеком и оказал большое влияние на становление личности будущего художника.

Художественные способности проявились у мальчика рано. Он учился изобразительному искусству в студии Саратовского общества изящных искусств, затем в Московском училище живописи, ваяния и зодчества и в  Академии художеств в Петербурге, где его учителем был Павел Петрович Чистяков – русский художник и педагог, мастер исторической, жанровой и портретной живописи. Следует сказать, что учениками Чистякова были и многие другие известные русские художники: М. Врубель, В. Васнецов, В. Поленов, В. Серов, В. Суриков и др.

Позже Борисов-Мусатов совершенствовал своё мастерство в Париже у известного французского художника Ф. Кормона.

К сожалению, жизнь В. Борисова-Мусатова прервалась очень рано, в расцвете его творчества. Причиной тому была детская травма позвоночника, после которой он тяжело болел всю жизнь.

А жизнь его протекала в основном в Саратове или саратовских имениях Слепцовка и Зубриловка. С 1903 г. художник живёт в Подольске, а затем в Тарусе. Здесь он и скончался в 1905 г. и похоронен на окраине Тарусы, на высоком берегу реки Оки. В 1910 г. на его могиле был установлен памятник работы его друга скульптора А. Т. Матвеева.

Могила В.Борисова-Мусатова в Тарусе

Творчество В.Э. Борисова-Мусатова

Хотелось бы немного сказать об имении Зубриловка Саратовской губернии, которое так вдохновляло художника.

Имение Зубриловка Балашовского уезда принадлежало князю Сергею Фёдоровичу Голицыну. Он построил роскошный каменный дом с двумя флигелями и церковь напротив дома, разбил парк с водоёмами, цветниками и оранжереями. Архитектуру дома и парка связывают с именем Кваренги. Когда при Павле I князь Голицын попал в немилость, и в 1797 г. его вместе с сыновьями сослали в имение Зубриловка, с ними приехал в качестве учителя детей и секретаря И.А. Крылов. В Зубриловке не раз бывал и Г.Р. Державин, а также будущий декабрист К. Рылеев.

В. Борисов-Мусатов «Зубриловка»

В 1899 г. художник В. Борисов-Мусатов написал управляющему усадьбой Н. В. Соколову письмо с просьбой посмотреть старинное имение. В 1901 г. он приехал в Зубриловку. Уже тогда усадьба пребывала в запустении, редко посещаемая тогдашними хозяевами. В 1902 г. Борисов-Мусатов вновь посетил усадьбу вместе с сестрой Еленой и художницей Еленой Владимировной Александровой (будущей женой). Его сестра Елена вспоминала: «Глубокая осень в Зубриловке также увлекла брата по своим блеклым тонам красок умирающей природы… Возле дома, где он нас писал в солнечные летние дни, краски уже были печальные, серые, всё гармонировало с тёмным осенним небом, покрытым тучами. Казалось, что и дом замер с окружающей его увядающей зеленью. Это и дало настроение брату написать картину «Призраки»… Он лично пояснял нам, как я помню, будто с окончанием жизни опустевшего помещичьего дома «всё уходило в прошлое», как изображены им на первом плане картины удаляющиеся призрачные фигуры женщин».

В. Борисов-Мусатов «Призраки» (1903). Южный фасад дворца в усадьбе Зубриловка

Осенью 1905 г.

Под сенью Борисова-Мусатова. Елена Александрова и Марианна Борисова-Мусатова

Саратовская губерния оказалась в центре крестьянских волнений. Зубриловка стала одной из первых жертв обозлённых крестьян. Был учинён погром и пожар усадьбы, после которого она уже не восстанавливалась.

В. Борисов-Мусатов «Водоём» (1902)

В. Борисов-Мусатов «Водоём» (1902). Государственная Третьяковская галерея, Москва

Эта картина считается одной из самых известных полотен художника. Она была написана летом 1902 г. в Зубриловке. Это был самый счастливый период в жизни художника: критики заметили его картины и хорошо отзывались о них, картины также пользовались успехом у зрителей, а  девушка, в которую он долгое время был влюблён, дала ему согласие выйти замуж. Именно свою невесту Елену Владимировну Александрову художник изобразил на картине в синем платье, сидящей на берегу. Стоящая в розовом платье девушка – его сестра.

Конечно, следует понимать, что в данном случае написаны не портреты конкретных людей, переданы лишь образы двух молодых девушек.

Современники сразу же обратили внимание на новизну красок и поэтичность картины. Спокойная и безмятежная природа, отражённые в воде деревья и небо… Фигуры девушек не излучают той безмятежности, что природа, но их внутренняя жизнь полна тайной…Никакого конкретного действия в сюжете картины нет, но она даёт ощущение внутренней свободы. Вот как пишет о первом впечатлении от этой картины В. Станюкович: «Мы пришли к Виктору из мутной жизни. Мы были ослеплены красками, не понимали… Изумленные, мы сидели перед картиной и долго молчали. Стояла тишина. Виктор ходил в другой комнате. «Как хорошо… Боже, как хорошо!» – прошептал кто-то тихо. И широкая струя счастья залила наши сердца, словно не было низенькой мастерской, дождя за окном, этих длинных провинциальных буден. Мы сразу встрепенулись, заговорили, зашумели – счастливые, радостные. И Виктор улыбался, радостно смущенный».

В. Борисов-Мусатов «Автопортрет с сестрой» (1898)

В. Борисов-Мусатов «Автопортрет с сестрой» (1898). Холст, масло. 143х177. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Образы на картине находятся как бы вне времени. Четырнадцатилетняя Елена – воплощение хрупкой женственности. Художник будто намеренно обрезает «кадр», оттесняя себя от погружённой в собственные мысли девушки, но это только сиюминутное движение. Между ними ощущается взаимопонимание и глубокая внутренняя связь. Ничего не хочется выражать словами, глядя на эту картину, просто надо смотреть на неё и дышать ароматом природы и внутренней гармонии.

Ощущение волнующей и неизъяснимой тайны присутствует уже в ранних пленэрных картинах Борисова-Мусатова, например, в картине «Окно».

В. Борисов-Мусатов «Окно» (1886)

В. Борисов-Мусатов «Окно» (1886), Государственная Третьяковская галерея

Эта картина является не только одной из первых, но и задающей дальнейший тон его творчества: уголки парка и женские фигуры, загадочные и немного грустные; всегда окутанный тайной пейзаж и недосказанность…

Картины художника привлекают возможностью размышлять над сюжетом, дополнять его мысленно и фантазировать. Борисов-Мусатов и не скрывал своей поэтичности и мечтательности, в 1905 г. он пишет А. Бенуа из Тарусы: «Живу в мире грёз и фантазий среди березовых рощ, задремавших в глубоком сне осенних туманов».

Художник любил акварель, темперу или пастель, добивался особой, «тающей» легкости мазка.

В. Борисов-Мусатов «Колокольчики» (1903). Гуашь, акварель, бумага. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Последней картиной Борисова-Мусатова был «Реквием». Он написал полотно в память Надежды Юрьевны Станюкович, жены его близкого друга. Здесь уже целое многофигурное таинство, где умершую сопровождают не только реальные люди, но и те, кто когда-то был ей дорог, но которых уже нет, а есть только их воплотившиеся души…

В. Борисов-Мусатов «Реквием» (1905). Акварель, бумага. 52,7 x 76 см. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Многое из задуманного художник не успел совершить, но и то творческое наследие, которое он оставил, радует зрителей и помогает хотя бы чуть-чуть стать лучше и добрее.

Творчество Борисова-Мусатова можно сравнить и с поэзией, и с лирической прозой, особенно с произведениями И. Бунина и А. Чехова, которые так же, как и он, предчувствовали приближающиеся роковые и катастрофические потрясения в стране. Возможно, именно поэтому его творчество воспринимают иногда как лирический реквием, посвященный старой России.

Теги: Автопортрет, биография, Борисов-Мусатов, Водоём, Зубриловка, описание картин Борисова-Мусатова, Призраки, символизм, У реки, художник, Цветы

Биография

В начале 1904 года работы Борисова-Мусатова были показаны в нескольких городах Германии, потом в Париже и вызвали восторженные отклики критиков. К сожалению, это высокое признание, как на родине, так и за ее пределами, ничего не меняло в существовании художника, жившего с женой и ребенком довольно бедно: коллекционеры его работ почти не покупали, и даже Третьяковская галерея, уступая настойчивости В. А. Серова, приобрела у него лишь однажды картину и два эскиза.

Виктор Эльпидифорович Мусатов (впоследствии добавивший себе в качестве второй фамилии отчество отца) родился в семье мелкого железнодорожного служащего. Полученная в детстве травма сделала его горбуном, но не отняла у него ни любви к жизни, ни энергии. Его художественное образование было беспорядочным: он обучался то в Московском училище живописи, ваяния и зодчества (МУЖВЗ) (1890-1891 и 1893-1895), то в Академии художеств (АХ) (1891-1893) и одновременно работал самостоятельно. Три зимы (1895-1898) молодой художник провел в Париже, занимаясь в мастерской отличного педагога Ф. Кормона и внимательно приглядываясь к тому, что происходило во французском искусстве. Особенно его интересовала живописная система импрессионистов и искания символистов.

Вернувшись в Саратов, Борисов-Мусатов написал картину "Автопортрет с сестрой" (1898), в которой впервые обнаружилось его стремление представить реальный мир как напоминание об ином — нереальном и прекрасном мире прошлого, выразилась склонность к декоративизму, превращающему картину в подобие панно, и даже любовь к характерному сине-зеленому колориту. Правда, последующие попытки развить намеченное не сразу привели к успеху: картины "Осенний мотив" (1899) и "Гармония" (1899-1900) выглядели как наивные изображения костюмированных сцен. Но вскоре он создал несколько произведений очень высокого уровня, которые принесли ему известность. Постоянными персонажами этих (и большинства других) картин стали молодые женщины в старинных платьях на фоне барской усадьбы; но это не были исторические картины. Самые общие, приблизительные приметы старины нужны были художнику для того, чтобы с их помощью передать свое элегическое чувство, питаемое размышлениями о невозвратно ушедшем прошлом. Таковы двухфигурные композиции "Гобелен" (1901) и "У водоема" (1902). После них художник обратился к композиции более сложной — "Изумрудное ожерелье" (1903-1904), включающей в себя уже шесть фигур, связанных общим сложным движением и отчетливо ощущаемым ритмом.

Еще в 1899 году Борисов-Мусатов стал членом Московского товарищества художников (МТХ) и вскоре, несмотря на слабое здоровье и на то, что жил не в Москве, оказался одним из его лидеров: он энергично занимался устройством выставок в Москве и Петербурге и заметно влиял на художественные позиции объединения. Картина "Водоем", показанная на одной из выставок МТХ, имела громадный успех и принесла популярность ее автору, до того ценимому только в узком кругу коллег и знатоков. В 1903 году художник покинул Саратов и перебрался в Подольск, чтобы быть ближе к московской художественной жизни. Он тесно сошелся с литераторами-символистами, сплотившимися вокруг журнала "Весы" и воспринявшими Борисова-Мусатова как единомышленника — символиста в живописи. Многие молодые художники, в том числе П. В. Кузнецов, М. С. Сарьян, Н. Н. Сапунов, Н. С. Уткин, А.

Борисов-Мусатов В. Э.

Т. Матвеев, видели в нем своего идейного вождя. В начале 1904 года работы Борисова-Мусатова были показаны в нескольких городах Германии, потом в Париже и вызвали восторженные отклики критиков. К сожалению, это высокое признание, как на родине, так и за ее пределами, ничего не меняло в существовании художника, жившего с женой и ребенком довольно бедно: коллекционеры его работ почти не покупали, и даже Третьяковская галерея, уступая настойчивости В. А. Серова, приобрела у него лишь однажды картину и два эскиза.

Правда, в том же 1904 году Борисов-Мусатов получил заказ на четыре росписи для богатого особняка. Исполнение заказа могло помочь не только как-то поправить материальное положение, но и реализовать наконец тяготение художника к монументально-декоративной живописи, которое все более явственно проступало в его станковых вещах. Предложенную тему "Четыре времени года" он трактовал очень своеобразно, продолжив начатое в прежних работах, даже используя полюбившиеся ему мотивы и детали, но подчинив их совершенно новому композиционному решению. Акварельные эскизы, исполненные им, обещали незаурядное произведение, однако росписи не были осуществлены по неизвестным причинам. Вскоре художник вновь переменил местожительство, переехав в Тарусу, где провел последние месяцы жизни.

Работал он так же напряженно, как и раньше: создал несколько превосходных пейзажных этюдов, ставших вехами в русской пейзажной живописи, и почти закончил картину "Реквием", намечавшую в его искусстве постепенный поворот к новой стилистике. Но сердце художника не выдержало нагрузки. Борисова-Мусатова похоронили на берегу Оки, в месте, которое он сам указал незадолго до смерти. Позднее на могиле поставили памятник работы его друга, А. Т. Матвеева, с изображением спящего мальчика.

Борисов-Мусатов Виктор Эльпидифорович

(1870 – 1905)

Борисов-Мусатов – крупнейший мастер эпохи русского серебряного века. Живописец-станковист, график. Создатель символических композиций, пейзажей и портретов, эскизов декоративных панно, мастер художественной постановочной фотографии.
Творчество художника, пришедшееся на период перелома ХIХ –ХХ веков определяет вторую волну русского символизма и модерна. Для этого этапа художественных поисков характерно стремление к обобщению опыта предшествующих исканий, более последовательное освоение опыта европейского искусства. Борисов-Мусатов создатель картин – элегий, в которых пришел к синтезу станкового и монументального начал. Он справедливо считается творцом уникальной авторской художественной системы и первым среди мастеров «волжской школы» (П.Кузнецов, П.Уткин, К.Петров-Водкин),
Борисов-Мусатов создал относительно небольшое количество законченных произведений, но каждое из них определяет важный этап в его творческого развития.
Виктор Эльпидифорович Борисов-Мусатов родился в Саратове, в семье железнодорожного служащего. 2(14) апреля 1870 в детстве получил тяжелую травму позвоночника. С 1886-1890 занимался в частной студии художника В.В.Коновалова и в студии при Саратовском обществе любителей искусств.
С 1890 учился в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. В 1891–1893 в Петербурге занимался в качестве вольнослушателя Академии художеств в классах П.П.Чистякова. В 1893 учился в Москве у В.Д.Поленова.
От юношеского этапа формирования художника в Саратове под руководством позднего передвижника В.В.Коновалова сохранилась картина «Окно», в которой тщательность изображения соединяется с поэтизацией натуры.
Наиболее важным этапом в сложении живописной системы Борисова-Мусатова является период его обучения в Париже. В 1895 он отправился в Париж, где посещал мастерскую Ф. Кормона и получил сильное впечатление от монументальной живописи символиста Пюви де Шаванна.
Увидев монументальные росписи Пюви да Шаванна, молодой художник предпринял неудачную попытку стать его учеником. В дальнейшем он познакомился с работами французских импрессионистов и постимпресионистов. Особенно близкими художнику оказались Б.Моризо, О.Ренуар. П.Гоген. Борисов-Мусатов оказываются созвучно творчество группы художников символистов «Наби», (М.Дени, П.Серюзье, П.Боннар. Э.Вюйар) стремившихся к созданию картин-панно.
Разговор о художественных влияниях в творчестве Борисова-Мусатова – это не просто разговор о школе. Взаимодействие традиций и новаторства – ведущая тема его творчества. Его искусство обращено к мировой художественной традиции. Одна из центральных проблем живописной системы художника – обогатить достижения современной живописи великолепием живописных приемов старых мастеров. Борисов-Мусатов применяет многослойность, проступание одного культурного слоя сквозь другой.
Большое значение для него имело изучение мастеров раннего и высокого итальянского возрождения в Лувре. Кумиром Борисова-Мусатова был Леонардо да Винчи – мастер прозрачных теней (сфумато), с репродукцией «Джоконды» которого он никогда не расставался. Ближе всего был ему хрупкий мир Фра Анджелико и изощренность линейных стилизаций Сандро Боттичелли. Многое в колористическом отношении и даже в технике (в зрелый период Борисов-Мусатов писал темперой по крупнозернистому холсту) мастер почерпнул из опыта великих венецианцев: Тициана, Веронезе, Тинторетто.
Большую роль в формировании языка художника также сыграло увлечение японской гравюрой, которая была сильнейшим импульсом в эпоху модерна при обращении к плоскостно-декоративной системе живописи. Из русских мастеров ХVIII века его предшественником воспринимается Ф.С. Рокотов.
Вслед за непродолжительным периодом пленэрно-импрессионистических экспериментов, художник обратился к поиску форм синтеза. Таким образом, импрессионистический опыт преломляется в его сознании сквозь призму декоративных тенденций.
По возвращении в Россию в 1897 году художник пытался создать символистическую композицию «Maternite», от процесса работы над которой остались этюды. Свет понимался художником в этот период как некая духовная энергия, пробуждающая материю к высшему существованию.
Своего рода попыткой сформулировать авторского кредо воспринимается «Автопортрет с сестрой».
После ряда экспериментов в области композиций романтического характера «Гармония», «Осенний мотив», «Мотив без слов», художник отказывается от сюжетной фабулы.
Каждое лето с 1897 Борисов-Мусатов проводил в Саратове, работая над этюдами с натуры. В эти годы он познакомился с П.Кузнецовым, П.Уткиным, А.Матвеевым, К.Петровым-Водкиным – будущими мастерами «Голубой Розы». Самые известные произведения созданы в 1901 – 1905 годах.
Сюжеты его картин не поддаются однозначной аллегорической или литературной трактовке. Они погружают зрителя в очарованное созерцание жизни формы, в самодостаточную жизнь символа. Они раскрываются подобно тому, как мы восхищаемся великими произведениями искусства прошлого, не зная их смыслового содержания. Это мир прекрасного сновидения, полупрозрачным покровом застилающий мир реальный.
Три центральные темы русского Серебряного века, заглянувшего в тайны души человека, природы, прошлого, слились в его картинах в драгоценный сплав.
Этот мир художественной гармонии, неподвластен времени. В отличие от конкретного исторического адреса ретроспективных картин К.А.Сомова и А.Н.Бенуа, сюжеты произведений Борисова-Мусатова навеяны идеальными воспоминаниями о "прекрасной эпохе". Эстетические грезы о прошлом художника окрашены в неповторимые оттенки светлой меланхолии.
Не тоска по прошлому, а ознаменование некой прекрасной реальности существующий вне времени в душе мастера. Художник мог бы сказать о мире своих образов строкой Ф.И.Тютчева: "Моя душа – элизиум теней, теней бесплотных, светлых и прекрасных".
Заброшенные парки населены Прекрасными Дамами. Поэтический культ Вечной женственности, ставший центральной темой русского поэтического символизма, получил в творчестве художника последовательное воплощение. Его музой становится отвлеченный идеал прекрасной дамы минувших веков, в котором угадываются черты его современниц. Он пишет «Ценю я такую женщину, к которой применимо выражение: «Она является охраной душ». Я верю в русскую женщину, надеюсь, что среди них есть души идеальные». Мир созданный Борисовым-Мусатовым в живописи находит многочисленные переклички в творчестве поэтов-символистов А.Блока, А.Белого, И.Анненского, К.Бальмонта и даже у акмеиста О.Мандельштама. Околдованные музыкальными созвучиями линий и красок, героини Борисова-Мусатова погружены в вечное созерцание окружающего их храма природы. Постоянными моделями художника были женщины его ближайшего окружения: сестра Елена Мусатова, жена художника Елена Александрова и др. Но на полотнах художника их портретные черты растворены внутренним светом души. Борисов-Мусатов часто во время размышлений над композицией пользовался фотографией, впоследствии полностью уходя от непосредственной передачи натуры. Эти фотографии теперь воспринимаются как самостоятельная область творчества художника.
Для Борисова-Мусатова большую роль сыграла встреча с опустевшими «дворянскими гнездами» в окрестностях Саратова. Усадьбы стали мистическим пространством, своего рода элисейскими полями, в которых обитают души их прежних обитателей. В окружении руин сильнее ощущается присутствие гения места. Образы усадеб стали призрачными чертогами авторского мифа художника.
Сильным художественным импульсом явилась портретная галерея усадьбы Слепцовка, но излюбленным фоном для его композиций становятся дом и парк усадьбы Зубриловка, имение князей Голициных-Прозоровских, образами которых навеяны композиции «Гобелен» и «Водоем». Впоследствии саратовские усадьбы сменило подмосковное Введенское.
Период зрелого творчества художника приходится на первое пятилетие ХХ века. Впервые в 1901 году экспонирует картину «Гобелен». Весной 1903 года женится на художнице Елене Александровой. В декабре того же года семья переезжает в Подольск. В декабре 1904 года родилась дочь Мариамны.
С 1904 Борисов-Мусатов – член Союза русских художников, в Германии состоялась его персональная выставка. В 1905 году художник экспонирует свои полотна на парижском салоне, участвует в выставках Московского товарищества художников и Союза русских художников.

Просто красивая эпоха: Виктор Эльпидифорович Борисов-Мусатов

Наиболее известные картины художника составляют как бы части симфонии, сплетаются подобно венку сонетов, продолжают друг друга. Главные полотна художника, созданные с 1901 по 1904 год: "Гобелен", "Водоем", "Призраки", "Изумрудное ожерелье".
Мастер предпочитал работать темперными красками, часто обнажая зернистую текстуру холста, уподобляя изображение тканому гобелену. Тем самым он добивался двойственного ощущения эфемерности изображения и многослойности прозрачной живописи. Живопись уподоблялась истлевающей от воздействия времени поверхности тканого гобелена, краски которого поблекли. Плотные поверхности вещей стирались, обнажая духовную подоснову явлений.
В последний год жизни у Борисова-Мусатова появилась надежда реализовать свои замыслы в декоративных монументальных росписях. Он создал эскизы декоративных панно на тему времен года: «Весенняя песнь», «Летняя мелодия», «Осенний вечер», «Сон божества» для оформления гостиной построенного Ф.Шехтелем особняка Дерожинской. Техника акварели прекрасно передавала призрачные тона будущих фресок. К сожалению, эти замыслы не удалось воплотить.
Последние полгода, живя в Тарусе под Москвой, художник создал ряд пейзажей «Осенняя песнь», работал над композицией «Венки васильков».
Смерть прервала работу над большой графической картиной в технике акварели «Реквием», посвященная памяти одной из муз художника, безвременно ушедшей Надежде Станюкович. Страдая от тяжелой травмы позвоночника, Борисов-Мусатов переносил мучительные операции, что стало причиной ранней смерти в октябре 1905. Похоронен на кладбище в Тарусе. На могиле художника в 1910 году был установлен памятник «Спящий мальчик» работы скульптора А. Матвеева.
Подлинное признание художника началось только после его смерти, но уже художники-символисты "Голубой розы" ощущали себя его преемниками. Большое влияние живописная система Борисова-Мусатова оказала и на будущих авангардистов, Н.Гончарову. М.Ларионова, В.Кандинского.

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *