Содержание

Стихи про войну на конкурс чтецов до слез ― Длинные и короткие грустные и трогательные стихи для детей

Война… В этом коротком слове накопилась боль миллионов, их смерть, потери, разлуки, расставание с родиной. Наверное, никто не относится к Отечественной войне как люди нашей страны, понесшие наибольшие потери в 1941-1945. Эта страшная катастрофа была навязаны СССР Адольфом Гитлером, никогда не скрывавшим того, что его главным врагом является именно советский народ и, как его большая часть, русские люди. Фашистский диктатор знал, что некогда могучая держава, самая большая в мире и прекрасно оснащенная Красная Армия была к тому времени ослаблена в результате сталинских «чисток», прошедших в конце 1930х годов. Около 75% офицерского состава Советского Союза была расстреляна или осуждена. Несмотря на кажущуюся мощь, внутри страны наблюдалось падение армейского духа и боеспособности. Тем не менее, в стане остались люди, зачастую «штатские», верные свей державе, готовые постоять за свою малую и большую землю до смерти. Более двадцати (по последним данным, двадцати семи) миллионов потерял СССР во время ВОв. Сегодня подвиг людей, не оставивших Родину, не сдавшихся в плен врагу, боровшихся до последнего вздоха вспоминают в красивых, но грустных стихотворениях и поэмах. Короткие и длинные, трогательные до слез, стихи про войнувоенных поэтов дошли и до наших дней. Современные творцы также пишут детские стихотворные произведения, а школьники представляют их сегодня на конкурсах чтецов. Некоторые из таких замечательных строф мы и представляем вашему вниманию.

Грустные стихи про Великую Отечественную войну до слёз

Операция по молниеносному захвату Советского Союза под названием «Барбаросса» началась в 3.15 утра 22 июня 1941 года. На рассвете немецкие самолеты атаковали наши аэродромы. Одновременно началось и наземное наступление – фашисты быстро перешли реку Буг на границе с соседней Польшей. Уже скоро немецкие танки буквально «вгрызлись» в советскую территорию, в течение двух дней углубившись вглубь страны более, чем на 80 километров. Уже тогда десятки тысяч наших солдат попали в плен, потери несла авиация. Столь стремительный натиск, казалось, парализовал силы Красной Армии. Фашистская Германия была уже готова праздновать победу, оккупировав часть городов на западе страны. Началось продвижение вражеских войск на Москву. Однако, ликовать фашистам было рано. Они не догадывались о силе духа советского народа, его сплоченности и готовности отстаивать свои земли и дома до последнего. Начались ожесточенные бои, в ходе которых ССР постепенно начал оттеснять немцев назад. Мало-помалу, но русские и советские солдаты отвоевывали все новые и новые территории, ценой собственной кровью спасая своих близких, укрывая в подвалах от фашистского гнева коммунистов. Именно в самом начале войны СССР понес наибольшие потери – матери похоронили сотни тысяч своих детей и внуков. Сегодня подвигу советских людей разных национальностей, в том числе, первым дням войны 1941-1945 посвящены грустные до слез стихи. Их изучают в школах, декламируют на собраниях, посвященных военным сражениям и нашей победе, учат в детсадах.

Примеры грустных до слез стихов про войну

В самом начале войны, когда, в результате вероломного нападения на СССР, были захвачены многие населенные пункты, некоторых граждан Советского Союза охватила паника – а что, если Гитлер, действительно, захватит все то, что долгие годы взращивалось миллионами? Тем не менее, большинство жителей страны, в том числе, и мирных граждан, взялись за оружие, и пошли против оккупантов. В то время, когда до Москвы оставалось чуть более трехсот километров, все жители СССР, начиная с мальчишек 14 лет, объединились и поднялись защищать Отечество. Благодаря подвигу простого народа наша страна позже была полностью освобождена от немецко-фашистских захватчиков. Именно обычным гражданам, ребятам, недавно покинувшим школьные парты или даже еще недоучившимся, посвящают до сих пор поэты свои трогательные до слез стихи. Изучая такие произведения, современные школьники узнают больше о 1941-1945 годах, об истории, связанной с попыткой захвата страны, о детях, защитивших Родину ценой собственной жизни.

«Я убит подо Ржевом» А.Твардовский

Я убит подо Ржевом,
В безымянном болоте,
В пятой роте,
На левом,
При жестоком налете.

Я не слышал разрыва
И не видел той вспышки, —
Точно в пропасть с обрыва —
И ни дна, ни покрышки.

И во всем этом мире
До конца его дней —
Ни петлички,
Ни лычки
С гимнастерки моей.

Я — где корни слепые
Ищут корма во тьме;
Я — где с облаком пыли
Ходит рожь на холме.

Я — где крик петушиный
На заре по росе;
Я — где ваши машины
Воздух рвут на шоссе.

Где — травинку к травинке —
Речка травы прядет,
Там, куда на поминки
Даже мать не придет.

Летом горького года
Я убит. Для меня —
Ни известий, ни сводок
После этого дня.

Подсчитайте, живые,
Сколько сроку назад
Был на фронте впервые
Назван вдруг Сталинград.

Фронт горел, не стихая,
Как на теле рубец.
Я убит и не знаю —
Наш ли Ржев наконец?

Удержались ли наши
Там, на Среднем Дону?
Этот месяц был страшен.
Было все на кону.

Неужели до осени
Был за н и м уже Дон
И хотя бы колесами
К Волге вырвался о н?

Нет, неправда! Задачи
Той не выиграл враг.
Нет же, нет! А иначе,
Даже мертвому, — как?

И у мертвых, безгласных,
Есть отрада одна:
Мы за родину пали,
Но она —
Спасена.

Наши очи померкли,
Пламень сердца погас.
На земле на проверке
Выкликают не нас.

Мы — что кочка, что камень,
Даже глуше, темней.
Наша вечная память —
Кто завидует ей?

Нашим прахом по праву
Овладел чернозем.
Наша вечная слава —
Невеселый резон.

Нам свои боевые
Не носить ордена.
Вам все это, живые.
Нам — отрада одна,

Что недаром боролись
Мы за родину-мать.
Пусть не слышен наш голос,
Вы должны его знать.

Вы должны были, братья,
Устоять как стена,
Ибо мертвых проклятье —
Эта кара страшна.

Это горькое право
Нам навеки дано,
И за нами оно —
Это горькое право.

Летом, в сорок втором,
Я зарыт без могилы.
Всем, что было потом,
Смерть меня обделила.

Всем, что, может, давно
Всем привычно и ясно.
Но да будет оно
С нашей верой согласно.

Братья, может быть, вы
И не Дон потеряли
И в тылу у Москвы
За нее умирали.

И в заволжской дали
Спешно рыли окопы,
И с боями дошли
До предела Европы.

Нам достаточно знать,
Что была несомненно
Там последняя пядь
На дороге военной, —

Та последняя пядь,
Что уж если оставить,
То шагнувшую вспять
Ногу некуда ставить…

И врага обратили
Вы на запад, назад.
Может быть, побратимы.
И Смоленск уже взят?

И врага вы громите
На ином рубеже,
Может быть, вы к границе
Подступили уже?

Может быть… Да исполнится
Слово клятвы святой:
Ведь Берлин, если помните,
Назван был под Москвой.

Братья, ныне поправшие
Крепость вражьей земли,
Если б мертвые, павшие
Хоть бы плакать могли!

Если б залпы победные
Нас, немых и глухих,
Нас, что вечности преданы,
Воскрешали на миг.

О, товарищи верные,
Лишь тогда б на войне
Ваше счастье безмерное
Вы постигли вполне!

В нем, том счастье, бесспорная
Наша кровная часть,
Наша, смертью оборванная,
Вера, ненависть, страсть.

Наше все! Не слукавили
Мы в суровой борьбе,
Все отдав, не оставили
Ничего при себе.

Все на вас перечислено
Навсегда, не на срок.
И живым не в упрек
Этот голос наш мыслимый.

Ибо в этой войне
Мы различья не знали:
Те, что живы, что пали, —
Были мы наравне.

И никто перед нами
Из живых не в долгу,
Кто из рук наших знамя
Подхватил на бегу,

Чтоб за дело святое,
За советскую власть
Так же, может быть, точно
Шагом дальше упасть.

Я убит подо Ржевом,
Тот — еще под Москвой…
Где-то, воины, где вы,
Кто остался живой?!

В городах миллионных,
В селах, дома — в семье?
В боевых гарнизонах
На не нашей земле?

Ах, своя ли, чужая,
Вся в цветах иль в снегу…

Я вам жить завещаю —
Что я больше могу?

Завещаю в той жизни
Вам счастливыми быть
И родимой отчизне
С честью дальше служить.

Горевать — горделиво,
Не клонясь головой.
Ликовать — не хвастливо
В час победы самой.

И беречь ее свято,
Братья, — счастье свое, —
В память воина-брата,
Что погиб за нее.

«Блокадная ласточка» О.Берггольц

Весной сорок второго года
множество ленинградцев
носило на груди жетон —
ласточку с письмом в
клюве.

Сквозь года, и радость, и невзгоды
вечно будет мне сиять одна —
та весна сорок второго года,
в осажденном городе весна.

Маленькую ласточку из жести
я носила на груди сама.
Это было знаком доброй вести,
это означало: «Жду письма».

Этот знак придумала блокада.
Знали мы, что только самолет,
только птица к нам, до Ленинграда,
с милой-милой родины дойдет.

…Сколько писем с той поры мне было.
Отчего же кажется самой,
что доныне я не получила
самое желанное письмо?!

Чтобы к жизни, вставшей за словами,
к правде, влитой в каждую строку,
совестью припасть бы, как устами
в раскаленный полдень — к роднику.

Кто не написал его? Не выслал?
Счастье ли? Победа ли? Беда?
Или друг, который не отыскан
и не узнан мною навсегда?

Или где-нибудь доныне бродит
то письмо, желанное, как свет?
Ищет адрес мой и не находит
и, томясь, тоскует: где ж ответ?

Или близок день, и непременно
в час большой душевной тишины
я приму неслыханной, нетленной
весть, идущую еще с войны…

О, найди меня, гори со мною,
ты, давно обещанная мне
всем, что было,- даже той смешною
ласточкой, в осаде, на войне…

«Хотят ли русские войны?» Е.Евтушенко

Хотят ли русские войны?
Спросите вы у тишины,
Над ширью пашен и полей,
И у берез, и тополей,
Спросите вы у тех солдат,
Что под березами лежат,
И вам ответят их сыны
Хотят ли русские, хотят ли русские,
Хотят ли русские войны.

Не только за свою страну
Солдаты гибли в ту войну,
А чтобы люди всей земли
Спокойно ночью спать могли.
Спросите тех, кто воевал,
Кто вас на Эльбе обнимал,
Мы этой памяти верны.
Хотят ли русские, хотят ли русские
Хотят ли русские войны?

Да, мы умеем воевать,
Но не хотим, чтобы опять
Солдаты падали в бою
На землю грустную свою.
Спросите вы у матерей,
Спросите у жены моей,
И вы тогда понять должны
Хотят ли русские, хотят ли русские
Хотят ли русские войны.

Трогательные стихи про войну до слёз на конкурс чтецов

Один из самых трагических моментов во время Великой Отечественной войны – блокада Ленинграда, длившаяся с сентября 1941 по конец января 1944 года. К тому времени на всей территории Советского Союза шли бои за освобождение других городов, но самый красивый город станы был полностью отрезан от всего мира. Ленинградцы, старики и дети, голодали и умирали от отсутствия пищи, но не один из них не сдался в плен оккупантам. Их подвиг и великое противостояние описаны во многих трогательных до слез стихах, как взрослых, так и детских. Школьники часто выбирают стихотворения не тему блокады Ленинграда на конкурс чтецов. Разумеется, они рассказывают и о битвах под Курском, и о взятии Брестской крепости, и о других значимых сражениях той страшной войны.

Примеры трогательных до слез стихов про войну на конкурс чтецов

Сегодня школьники рассказывают в трогательных до слез стихах о войне, еще не до конца понимая, насколько глубоко трагичны были события тех дней. Например, блокада Ленинграда, длившаяся более 800 дней, унесла жизни большей части горожан, жителей северной столицы. Гитлер не пошел на наступление города, надеясь просто заморить ленинградцев, довести их до полного истощения. Ни старики, ни дети не сдались и не покинули родные места. До сих пор сохранились щемящие душу страницы дневников детей, описывающих события тех лет. Единственный канал связи с остальной частью СССР проходил по Ладожскому озеру, но лишь небольшие объемы продовольствия могли поступать водным путем. Мирные жители сегодняшнего Питера, не борясь с фашистами с оружием в руках, сумели победить вражескую армию силой духа. С такой же отвагой защищали на всех фронтах СССР солдаты, о подвигах которых сложено много стихов и песен.

По Ленинграду смерть метет,
Она теперь везде,
Как ветер.
Мы не встречаем Новый год –
Он в Ленинграде незаметен.
Дома –
Без света и тепла,
И без конца пожары рядом.
Враг зажигалками дотла
Спалил
Бадаевские склады.
И мы
Бадаевской землей
Теперь сластим пустую воду.
Земля с золой,
Земля с золой –
Наследье
Прожитого года.
Блокадным бедам нет границ:
Мы глохнем
Под снарядным гулом,
От наших довоенных лиц
Остались
Лишь глаза и скулы.
И мы
Обходим зеркала,
Чтобы себя не испугаться…
Не новогодние дела
У осажденных ленинградцев…
Здесь
Даже спички лишней нет.
И мы,
Коптилки зажигая,
Как люди первобытных лет
Огонь
Из камня высекаем.
И тихой тенью
Смерть сейчас
Ползет за каждым человеком.
И все же
В городе у нас
Не будет
Каменного века!
Кто сможет,
Завтра вновь пойдет
Под вой метели
На заводы.
… Мы
не встречаем Новый год,
Но утром скажем:
С Новым годом!

(Ю. Воронов)

Я не был на фронте, но знаю
Как пули над ухом свистят,
Когда диверсанты стреляют
В следящих за ними ребят,
Как пули рвут детское тело
И кровь алым гейзером бьёт…
Забыть бы всё это хотелось,
Да ноющий шрам не даёт.
Я не был на фронте, но знаю
Сгоревшей взрывчатки угар.
Мы с Юркой бежали к трамваю,
Вдруг свист и слепящий удар…
Оглохший, в дымящейся куртке,
Разбивший лицо о панель,
Я всё же был жив, а от Юрки
Остался лишь только портфель.
Я не был на фронте, но знаю
Тяжелый грунт братских могил.
Он, павших друзей накрывая,
И наши сердца придавил.
Как стонет земля ледяная,
Когда аммонала заряд
могилы готовит, я знаю,
Мы знаем с тобой, Ленинград.
(А. Молчанов)

Где-то около Бреста
Вдруг вошла к нам в вагон
Невеселая песня
Военных времен.
Шла она по проходу
И тиха, и грустна.
Сколько было народу —
Всех смутила она.
Подняла с полок женщин,
Растревожила сны,
Вспомнив всех не пришедших
С той, последней войны.
Как беде своей давней,
Мы вздыхали ей вслед.
И пылали слова в ней,
Как июньский рассвет.
Песня вновь воскрешала
То, что было давно,
Что ни старым, ни малым
Позабыть не дано.
И прощалась поклоном,
Затихала вдали…
А сердца по вагонам
Всё за песнею шли.

Б. Н. Полевому
— Ну, что ты плачешь, медсестра?
Уже пора забыть комбата…
— Не знаю…
Может и пора.-
И улыбнулась виновато.
Среди веселья и печали
И этих праздничных огней
Сидят в кафе однополчане
В гостях у памяти своей.
Их стол стоит чуть-чуть в сторонке.
И, от всего отрешены,
Они поют в углу негромко
То, что певали в дни войны.
Потом встают, подняв стаканы,
И молча пьют за тех солдат,
Что на Руси
И в разных странах
Под обелисками лежат.
А рядом праздник отмечали
Их дети —
Внуки иль сыны,
Среди веселья и печали
Совсем не знавшие войны.
И кто-то молвил глуховато,
Как будто был в чем виноват:
— Вон там в углу сидят солдаты —
Давайте выпьем за солдат…
Все с мест мгновенно повскакали,
К столу затихшему пошли —
И о гвардейские стаканы
Звенела юность от души.
А после в круг входили парами,
Но, возымев над всеми власть,
Гостей поразбросала «барыня».
И тут же пляска началась.
И медсестру какой-то парень
Вприсядку весело повел.
Он лихо по полу ударил,
И загудел в восторге пол.
Вот медсестра уже напротив
Выводит дробный перестук.
И, двадцать пять годочков сбросив,
Она рванулась в тесный круг.
Ей показалось на мгновенье,
Что где-то виделись они:
То ль вместе шли из окруженья
В те злые памятные дни,
То ль, раненного, с поля боя
Его тащила на себе.
Но парень был моложе вдвое,
Пока чужой в ее судьбе.
Смешалось все —
Улыбки, краски.
И молодость, и седина.
Нет ничего прекрасней пляски,
Когда от радости она.
Плясали бывшие солдаты,
Нежданно встретившись в пути
С солдатами семидесятых,
Еще мальчишками почти.
Плясали так они, как будто
Вот-вот закончилась война.
Как будто лишь одну минуту
Стоит над миром тишина.

Стихи про Отечественную войну для детей

Сегодня современные дети знают о войне только понаслышке – многие из них видели оружие только на фотографиях и в кадрах кинофильмов. Однако, стихи военных лет, дошедшие до сегодняшних дней, трогают ребят и сегодня. Конечно же, мальчишкам и девчонкам сегодняшних дней непросто вообразить себе, что пережили их ровесники и ровесники их родителей во времена Отечественной войны. Они не знают, что это – слышать свист пуль около уха и заклеивать окна бумагой для того, чтобы те не выпали во время бомбежек. В детских стихах про ту войну они находят ответы на многие вопросы о 1941-1945, умалчиваемые учебниками истории.

Примеры стихов для детей про Отечественную войну

Наступление немецко-фашистских захватчиков шло по всем фронтам. Была захвачена часть Белоруссии, Украины, запада России. Жителей оккупированных территорий уговаривали перейти на сторону фашистской Германией. Под угрозой расстрела некоторые были вынуждены согласиться на такой шаг. Тем не менее, остались герои, не предавшие Родину, выдержавшие пытки и психологический напор. Формировались отряды партизан, уходивших в леса, чтобы оттуда отстреливать фашистов по одному. О таких подвигах простых людей рассказывают стихи для детей. Их примеры вы найдете здесь.

Идут вперед неустрашимо
Бойцы — товарищи мои.
И Ельня — город мой родимый —
Опять в кругу своей семьи.
Пусть он разрушен, искалечен,—
Он возродится из руин!
И подвиг твой да будет вечен,
Советский воин-исполин!
(М. Исаковский, 31 августа 1943)

Орёл и Белгород сегодня снова наши!
И радости великой нет предела!
Салют в Москве! По небу розы пляшут.
Великий перелом. К Победе дело!
Солдат вздохнул. Он вытер пот ладонью
И самокрутку сделал из газеты.
Он видел смерть и кровь. Он слышал стоны.
Ещё совсем не близко до Победы!

(Т. Нестерова)

Недаром Первый Белорусский
Громил оплот германо-прусский –
Гнездо зачинщиков войны.
Недаром Первый Украинский
Ворвался в лабиринт берлинский,
С другой ударив стороны.
Соединясь, они Берлину
Несли возмездье в этот день
За Беларусь, за Украину,
За черный пепел деревень!
Во время залпов в честь победы
Обрывок дружеской беседы
Случилось ночью слышать мне:
«Москва – в огнях, Берлин – в огне!»

(С. Маршак)

Короткие стихи про войну

В современных коротких стихах про войну рассказывается о простых солдатах и гражданских людях, противостоящих фашистским оккупантам. Планы захватчиков, планирующих полностью разрушить коммунистическое общество и развалить Советский Союз, полностью провалились именно благодаря сплоченности людей различных национальностей, их открытой борьбе на фронтах и действиях в подполье. Про таких героев и рассказывается в коротких стихах про войну.

Примеры коротких стихов – Произведения про войну

В течение Великой Отечественной войны немецко-фашистскими захватчиками были оккупированы территории не только России, по и современной Белоруссии, Украины, Молдавии, Литвы, Латвии, Эстонии. Авианалетам подверглись сотни городов и тысячи деревень. Несмотря на постоянную угрозу жизни, советские граждане отстаивали свое право на жизнь в стране, свободной от захватчиков. Про их подвиг рассказано в стихах современных поэтов и произведениях писателей военных лет.

Мужество

Анна Ахматова

Мы знаем, что ныне лежит на весах
И что совершается ныне.
Час мужества пробил на наших часах,
И мужество нас не покинет.
Не страшно под пулями мертвыми лечь,
Не горько остаться без крова,
И мы сохраним тебя, русская речь,
Великое русское слово.
Свободным и чистым тебя пронесем,
И внукам дадим, и от плена спасем
Навеки!

1942

Куда б ни шёл, ни ехал ты…

Михаил Исаковский

Куда б ни шёл, ни ехал ты,
Но здесь остановись,
Могиле этой дорогой
Всем сердцем поклонись.
Кто б ни был ты — рыбак,
шахтёр,
Учёный иль пастух, —
Навек запомни: здесь лежит
Твой самый лучший друг.
И для тебя, и для меня
Он сделал все, что мог:
Себя в бою не пожалел,
А Родину сберёг.

Тот самый длинный день в году…

Константин Симонов

Тот самый длинный день в году
С его безоблачной погодой
Нам выдал общую беду —
На всех. На все четыре года.
Она такой вдавила след,
И стольких наземь положила,
Что двадцать лет, и тридцать лет
Живым не верится, что живы.
И к мертвым, выправив билет,
Все едет кто-нибудь из близких.
И время добавляет в списки
Еще кого-то, кого-то нет.
И ставит, ставит обелиски.

1971

Длинные стихи про Великую Отечественную войну

Современные писатели и поэты прошлых лет посвятили подвигу советского народа, сумевшего не только выжить во время ВОв, но и полностью поменять мнение всего мира о фашизме, стихи. Во многих длинных балладах о войне рассказывается о битвах, происходящих над Ровно, под Харьковом, Курском, Минском, Тулой, Смоленском… Сегодня жители этих мест могут покойно глядеть в мирное небо, наблюдая там стаи перелетных птиц, а не пикирующие «Мессершмитты».

Примеры длинных стихов про войну

Сегодня в живых осталось слишком мало свидетелей самой страшной из войн на земле – Великой Отечественной. Кого-то унесли долгие годы жизни, другие – погибли уже в мирное время от последствий ранений. Тем не менее, память о подвиге нашего народа живет сегодня в длинных стихах, посвященных простым людям, сумевшим защитить ту землю, где родились они, их родители, деды и прадеды.

Баллада о матери

Постарела мать за много лет,
А вестей от сына нет и нет.
Но она всё продолжает ждать,
Потому что верит, потому что мать.
И на что надеется она?
Много лет, как кончилась война.
Много лет, как все пришли назад,
Кроме мёртвых, что в земле лежат.
Сколько их в то дальнее село,
Мальчиков безусых, не пришло.
…Раз в село прислали по весне
Фильм документальный о войне,
Все пришли в кино — и стар, и мал,
Кто познал войну и кто не знал,
Перед горькой памятью людской
Разливалась ненависть рекой.
Трудно было это вспоминать.
Вдруг с экрана сын взглянул на мать.
Мать узнала сына в тот же миг,
И пронёсся материнский крик;
— Алексей! Алёшенька! Сынок! —
Словно сын её услышать мог.
Он рванулся из траншеи в бой.
Встала мать прикрыть его собой.
Всё боялась — вдруг он упадёт,
Но сквозь годы мчался сын вперёд.
— Алексей! — кричали земляки.
— Алексей! — просили, — добеги!..
Кадр сменился. Сын остался жить.
Просит мать о сыне повторить.
И опять в атаку он бежит.
Жив-здоров, не ранен, не убит.
— Алексей! Алёшенька! Сынок! —
Словно сын её услышать мог…
Дома всё ей чудилось кино…
Всё ждала, вот-вот сейчас в окно
Посреди тревожной тишины
Постучится сын её с войны.

Расул Гамзатов

Нас двадцать миллионов
От неизвестных и до знаменитых,
Сразить которых годы не вольны,
Нас двадцать миллионов незабытых,
Убитых, не вернувшихся с войны.
Нет, не исчезли мы в кромешном дыме,
Где путь, как на вершину, был не прям.
Еще мы женам снимся молодыми,
И мальчиками снимся матерям.
А в День Победы сходим с пьедесталов,
И в окнах свет покуда не погас,
Мы все от рядовых до генералов
Находимся незримо среди вас.
Есть у войны печальный день начальный,
А в этот день вы радостью пьяны.
Бьет колокол над нами поминальный,
И гул венчальный льется с вышины.
Мы не забылись вековыми снами,
И всякий раз у Вечного огня
Вам долг велит советоваться с нами,
Как бы в раздумье головы клоня.
И пусть не покидает вас забота
Знать волю не вернувшихся с войны,
И перед награждением кого-то
И перед осуждением вины.
Все то, что мы в окопах защищали
Иль возвращали, кинувшись в прорыв,
Беречь и защищать вам завещали,
Единственные жизни положив.
Как на медалях, после нас отлитых,
Мы все перед Отечеством равны
Нас двадцать миллионов незабытых,
Убитых, не вернувшихся с войны.
Где в облаках зияет шрам наскальный,
В любом часу от солнца до луны
Бьет колокол над нами поминальный
И гул венчальный льется с вышины.
И хоть списали нас военкоматы,
Но недругу придется взять в расчет,
Что в бой пойдут и мертвые солдаты,
Когда живых тревога призовет.
Будь отвратима, адова година.
Но мы готовы на передовой,
Воскреснув, вновь погибнуть до едина,
Чтоб не погиб там ни один живой.
И вы должны, о многом беспокоясь,
Пред злом ни шагу не подавшись вспять,
На нашу незапятнанную совесть
Достойное равнение держать.
Живите долго, праведно живите,
Стремясь весь мир к собратству сопричесть,
И никакой из наций не хулите,
Храня в зените собственную честь.
Каких имен нет на могильных плитах!
Их всех племен оставили сыны.
Нас двадцать миллионов незабытых,
Убитых, не вернувшихся с войны.
Падучих звезд мерцает зов сигнальный,
А ветки ив плакучих склонены.
Бьет колокол над нами поминальный,
И гул венчальный льется с вышины.

РОДИНА
Касаясь трех великих океанов,
Она лежит, раскинув города,
Покрыта сеткою меридианов,
Непобедима, широка, горда.
Но в час, когда последняя граната
Уже занесена в твоей руке
И в краткий миг припомнить разом надо
Все, что у нас осталось вдалеке,
Ты вспоминаешь не страну большую,
Какую ты изъездил и узнал,
Ты вспоминаешь родину — такую,
Какой ее ты в детстве увидал.
Клочок земли, припавший к трем березам,
Далекую дорогу за леском,
Речонку со скрипучим перевозом,
Песчаный берег с низким ивняком.
Вот где нам посчастливилось родиться,
Где на всю жизнь, до смерти, мы нашли
Ту горсть земли, которая годится,
Чтоб видеть в ней приметы всей земли.
Да, можно выжить в зной, в грозу, в морозы,
Да, можно голодать и холодать,
Идти на смерть… Но эти три березы
При жизни никому нельзя отдать.
1941г.

Современные дети, рассказывая на конкурсах чтецов длинные и короткие, грустные и трогательные стихи для слез, отдают дань памяти дедам и прадедам, отвоевывающих свободу своей Родины в самой долгой и кровопролитной войне XX века – Великой Отечественной. Надеемся, наши примеры произведений о тех днях битв и затишья помогут вам погрузиться в атмосферу 1941-1945.

Муса Джалиль «Варварство»

Они с детьми погнали матерей
И яму рыть заставили, а сами
Они стояли, кучка дикарей,
И хриплыми смеялись голосами.
У края бездны выстроили в ряд
Бессильных женщин, худеньких ребят.
Пришел хмельной майор и медными глазами
Окинул обреченных… Мутный дождь
Гудел в листве соседних рощ
И на полях, одетых мглою,
И тучи опустились над землею,
Друг друга с бешенством гоня…
Нет, этого я не забуду дня,
Я не забуду никогда, вовеки!
Я видел: плакали, как дети, реки,
И в ярости рыдала мать-земля.
Своими видел я глазами,
Как солнце скорбное, омытое слезами,
Сквозь тучу вышло на поля,
В последний раз детей поцеловало,
В последний раз…
Шумел осенний лес. Казалось, что сейчас
Он обезумел. Гневно бушевала
Его листва. Сгущалась мгла вокруг.
Я слышал: мощный дуб свалился вдруг,
Он падал, издавая вздох тяжелый.
Детей внезапно охватил испуг,—
Прижались к матерям, цепляясь за подолы.
И выстрела раздался резкий звук,
Прервав проклятье,
Что вырвалось у женщины одной.
Ребенок, мальчуган больной,
Головку спрятал в складках платья
Еще не старой женщины. Она
Смотрела, ужаса полна.
Как не лишиться ей рассудка!
Все понял, понял все малютка.
— Спрячь, мамочка, меня! Не надо умирать! —
Он плачет и, как лист, сдержать не может дрожи.
Дитя, что ей всего дороже,
Нагнувшись, подняла двумя руками мать,
Прижала к сердцу, против дула прямо…
— Я, мама, жить хочу. Не надо, мама!
Пусти меня, пусти! Чего ты ждешь? —
И хочет вырваться из рук ребенок,
И страшен плач, и голос тонок,
И в сердце он вонзается, как нож.
— Не бойся, мальчик мой. Сейчас вздохнешь ты
вольно.
Закрой глаза, но голову не прячь,
Чтобы тебя живым не закопал палач.
Терпи, сынок, терпи. Сейчас не будет больно.—
И он закрыл глаза. И заалела кровь,
По шее лентой красной извиваясь.
Две жизни наземь падают, сливаясь,
Две жизни и одна любовь!
Гром грянул. Ветер свистнул в тучах.
Заплакала земля в тоске глухой,
О, сколько слез, горячих и горючих!
Земля моя, скажи мне, что с тобой?
Ты часто горе видела людское,
Ты миллионы лет цвела для нас,
Но испытала ль ты хотя бы раз
Такой позор и варварство такое?
Страна моя, враги тебе грозят,
Но выше подними великой правды знамя,
Омой его земли кровавыми слезами,
И пусть его лучи пронзят,
Пусть уничтожат беспощадно
Тех варваров, тех дикарей,
Что кровь детей глотают жадно,
Кровь наших матерей…

Ольга Берггольц «Ленинградская поэма», отрывок.

О да — иначе не могли
ни те бойцы, ни те шоферы,
когда грузовики вели
по озеру в голодный город.
Холодный ровный свет луны,
снега сияют исступленно,
и со стеклянной вышины
врагу отчетливо видны
внизу идущие колонны.
И воет, воет небосвод,
и свищет воздух, и скрежещет,
под бомбами ломаясь, лед,
и озеро в воронки плещет.
Но вражеской бомбежки хуже,
еще мучительней и злей —
сорокаградусная стужа,
владычащая на земле.
Казалось — солнце не взойдет.
Навеки ночь в застывших звездах,
навеки лунный снег, и лед,
и голубой свистящий воздух.
Казалось, что конец земли…
Но сквозь остывшую планету
на Ленинград машины шли:
он жив еще. Он рядом где-то.
На Ленинград, на Ленинград!
Там на два дня осталось хлеба,
там матери под темным небом
толпой у булочной стоят,
и дрогнут, и молчат, и ждут,
прислушиваются тревожно:
— К заре, сказали, привезут…
— Гражданочки, держаться можно…-
И было так: на всем ходу
машина задняя осела.
Шофер вскочил, шофер на льду.
— Ну, так и есть — мотор заело.
Ремонт на пять минут, пустяк.
Поломка эта — не угроза,
да рук не разогнуть никак:
их на руле свело морозом.
Чуть разогнешь — опять сведет.
Стоять? А хлеб? Других дождаться?
А хлеб — две тонны? Он спасет
шестнадцать тысяч ленинградцев.-
И вот — в бензине руки он
смочил, поджег их от мотора,
и быстро двинулся ремонт
в пылающих руках шофера.
Вперед! Как ноют волдыри,
примерзли к варежкам ладони.
Но он доставит хлеб, пригонит
к хлебопекарне до зари.
Шестнадцать тысяч матерей
пайки получат на заре —
сто двадцать пять блокадных грамм
с огнем и кровью пополам.

Георгий Рублев «Памятник»

Это было в мае, на рассвете.
Настал у стен рейхстага бой.
Девочку немецкую заметил
Наш солдат на пыльной мостовой.
У столба, дрожа, она стояла,
В голубых глазах застыл испуг.
И куски свистящего металла
Смерть и муки сеяли вокруг.
Тут он вспомнил, как прощаясь летом
Он свою дочурку целовал.
Может быть отец девчонки этой
Дочь его родную расстрелял.
Но тогда, в Берлине, под обстрелом
Полз боец, и телом заслоня
Девочку в коротком платье белом
Осторожно вынес из огня.
И, погладив ласковой ладонью,
Он ее на землю опустил.
Говорят, что утром маршал Конев
Сталину об этом доложил.
Скольким детям возвратили детство,
Подарили радость и весну
Рядовые Армии Советской
Люди, победившие войну!
… И в Берлине, в праздничную дату,
Был воздвигнут, чтоб стоять века,
Памятник Советскому солдату
С девочкой, спасенной на руках.
Он стоит, как символ нашей славы,
Как маяк, светящийся во мгле.
Это он, солдат моей державы,
Охраняет мир на всей земле.

Юлия Друнина «Бинты»

Глаза бойца слезами налиты,
Лежит он, напружиненный и белый,
А я должна приросшие бинты
С него сорвать одним движеньем смелым.
Одним движеньем — так учили нас.
Одним движеньем — только в этом жалость…
Но встретившись со взглядом страшных глаз,
Я на движенье это не решалась.
На бинт я щедро перекись лила,
Стараясь отмочить его без боли.
А фельдшерица становилась зла
И повторяла: «Горе мне с тобою!
Так с каждым церемониться — беда.
Да и ему лишь прибавляешь муки».
Но раненые метили всегда
Попасть в мои медлительные руки.

Не надо рвать приросшие бинты,
Когда их можно снять почти без боли.
Я это поняла, поймешь и ты…
Как жалко, что науке доброты
Нельзя по книжкам научиться в школе!

Р. Рождественский

Помните! Через века, через года,- помните!
О тех, кто уже не придет никогда,- помните!
Не плачьте! В горле сдержите стоны, горькие стоны.
Памяти павших будьте достойны! Вечно достойны!
Хлебом и песней, мечтой и стихами, жизнью просторной,
Каждой секундой, каждым дыханьем будьте достойны!

Люди! Покуда сердца стучатся,- помните!
Какою ценой завоевано счастье,- пожалуйста, помните!
Песню свою отправляя в полет,- помните!
О тех, кто уже никогда не споет,- помните!
Детям своим расскажите о них, чтоб запомнили!
Детям детей расскажите о них, чтобы тоже запомнили!

Во все времена бессмертной Земли помните!
К мерцающим звездам ведя корабли,- о погибших помните!
Встречайте трепетную весну, люди Земли.
Убейте войну, прокляните войну, люди Земли!
Мечту пронесите через года и жизнью наполните!..
Но о тех, кто уже не придет никогда,- заклинаю,- помните!

Эдуард Асадов «В землянке»

Огонек чадит в жестянке,
Дым махорочный столбом…
Пять бойцов сидят в землянке
И мечтают кто о чем.

В тишине да на покое
Помечтать оно не грех.
Вот один боец с тоскою,
Глаз сощуря, молвил: «Эх!»

И замолк, второй качнулся,
Подавил протяжный вздох,
Вкусно дымом затянулся
И с улыбкой молвил: «Ох!»

«Да»,- ответил третий, взявшись
За починку сапога,
А четвертый, размечтавшись,
Пробасил в ответ: «Ага!»

«Не могу уснуть, нет мочи! —
Пятый вымолвил солдат. —
Ну чего вы, братцы, к ночи
Разболтались про девчат!»

Юрий Твардовский «Монолог убитого солдата»

Я упал. Я убит… Отчего — то снег кажется теплым,
Как перина, которую в детстве стелила мне мать…
И в глазах, как на снимке засвеченном, все стало темным.
Я упал некрасиво… Но я не хотел умирать…
И с хрипящим дыханьем стон вырвался слабый,
Грудь разорвана пулей и забрызган я кровью своей…
Все не так, как я думал и как представлялось когда — то:
Бесполезные крики уже бесполезных друзей…
Я не думал о смерти, хоть видел я смерть неоднажды,
Я стрелял в человека — я спасал свое право на жизнь.
Я не ранен — убит… И такое не может быть дважды.
Боже! Если ты есть, что ж меня не сберег ты, скажи?…
Я убит так нелепо и так удивительно просто,
Мне уже все равно за кого и за что я погиб,
Для меня без ответа осталось так много вопросов,
Знаю я не последний, но я был на свете один…
И в застывший зрачок окунаясь, снежинка не тает…
Для чужих не опасен, своим я помочь не смогу…
Я упал. Я убит. И никто никогда не узнает —
Почему же меня выбрал тот, кто стрелял, почему?…

Наталья Демиденко «У Вечного Огня»

Стоял парнишка в парке зимнем,
Там где звезда у вечного огня.
Снежинки закружились вихрем:
«Ну вот и свиделись, друзья»

И зазвенят сильней набата
Их позывные, как тогда,
Где называли друга братом,
Где пухом не была земля.

Прошепчет тихо: «Вы простите,
Пусть вечным будет ваш покой.
Мы победили их! смотрите!
Вот только я пришел живой…»

Хоть нету праздника Победы,
Как на бумаге не было войны,
Свой долг отдали как их деды —
России лучшие сыны!

Тут на колено парень встанет,
Прощальные произнесет слова,
Героев Родины помянет…
Блеснут седые ордена…

Голос родины

В суровый год мы сами стали строже,
Как темный лес, притихший от дождя,
И, как ни странно, кажется, моложе,
Все потеряв и сызнова найдя.

Средь сероглазых, крепкоплечих, ловких,
С душой как Волга в половодный час,
Мы подружились с говором винтовки,
Запомнив милой Родины наказ.

Нас девушки не песней провожали,
А долгим взглядом, от тоски сухим,
Нас жены крепко к сердцу прижимали,
И мы им обещали: отстоим!

Да, отстоим родимые березы,
Сады и песни дедовской страны,
Чтоб этот снег, впитавший кровь и слезы,
Сгорел в лучах невиданной весны.

Как отдыха душа бы ни хотела,
Как жаждой ни томились бы сердца,
Суровое, мужское наше дело
Мы доведем — и с честью — до конца!

Стих написан: 1941

Юрий Твардовский «Сорок первый»

Приказ — к высоте прорываться,
А в ротах не больше взвода.
В атаку идут новобранцы,
Призыв сорок первого года…

Устали судьбе доверяться,
Надежда — удел живых…
В атаку идут новобранцы,
Кто вспомнит потом о них…

И нету нужды сомневаться,
Что двум не бывать смертям.
В атаку идут новобранцы,
Глотнув фронтовых двести грамм…

Готовы за небо цепляться,
Собой выстилая путь…
В атаку идут новобранцы,
Зажмуриваясь от пуль…

Священное право бояться
Забили ботинками в грязь,
В атаку идут новобранцы,
Неистово матерясь…

Смогли от земли оторваться,
Собой эту землю закрыв…
В атаку идут новобранцы
Сквозь рокот зарниц на прорыв…

Владимир Фабрый «Прости, солдат…»

Приходим к «Неизвестному солдату»
И вспоминаем всех, кто пал в бою,
В том страшном сорок первом-сорок пятом
Сложил геройски голову свою…
Кладём цветы к нему с земным поклоном,
Слезу роняем горько на гранит
И чувствуем, как боем опалённый,
Он сквозь десятилетия глядит.
Победа им досталась морем крови,
Не все пришли к родному очагу…
Сердца потомков светятся любовью
К тем, кто хребет сумел сломать врагу…

Прости, солдат, что имя потеряли,
Не доглядели, не уберегли…
И кости павших так и не собрали…
И медальоны смерти не прочли…

Прости, солдат…

Михаил Ножкин «Глядят на нас фронтовики»

Прошла война, ушла за поворот.
В чехлах стоят гвардейские знамена.
И жизнь, и время движутся вперед,
Отстали только двадцать миллионов.
Остались в поле брани навсегда,
Легли живой дорогою Победы.
За нас легли, затем, чтоб никогда
Нам этой боли в жизни не изведать.

И память нам покоя не дает,
И совесть нас с тобой частенько гложет,
И тридцать лет, и триста лет пройдет,
Никто у нас войны забыть не сможет!

А тех, кто жив, кто чудом уцелел,
Сегодня мы, как чудо изучаем,
Но даже чуду, чуду есть предел –
Все реже их на улице встречаем.
Сквозь шторм свинца, сквозь ураган огня,
Сквозь смерть саму прошли, не зная брода.
Весь мир не может до сих пор понять, —
Как их хватило на четыре года!

Глядят на нас исчезнувшие роты,
Глядят на нас ушедшие полки,
Глядят на нас с надеждой и заботой:
Ну как мы тут, и что у нас за жизнь,
Куда идем семьею многоликой,
Готовы ль так же Родине служить,
Достойны ли истории великой?

Н. Томилина «День Победы 9 Мая»

День Победы 9 Мая –
Праздник мира в стране и весны.
В этот день мы солдат вспоминаем,
Не вернувшихся в семьи с войны.

В этот праздник мы чествуем дедов,
Защитивших родную страну,
Подарившим народам Победу
И вернувшим нам мир и весну!

Жди меня…

Жди меня, и я вернусь.
Только очень жди,
Жди, когда наводят грусть
Желтые дожди,
Жди, когда снега метут,
Жди, когда жара,
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда из дальних мест
Писем не придет,
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждет.

Жди меня, и я вернусь,
Не желай добра
Всем, кто знает наизусть,
Что забыть пора.
Пусть поверят сын и мать
В то, что нет меня,
Пусть друзья устанут ждать,
Сядут у огня,
Выпьют горькое вино
На помин души…
Жди. И с ними заодно
Выпить не спеши.

Жди меня, и я вернусь,
Всем смертям назло.
Кто не ждал меня, тот пусть
Скажет: — Повезло.
Не понять, не ждавшим им,
Как среди огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как я выжил, будем знать
Только мы с тобой,-
Просто ты умела ждать,
Как никто другой.

Стих написан: 1941

22 июня 1941 года

Казалось, было холодно цветам,
и от росы они слегка поблёкли.
Зарю, что шла по травам и кустам,
обшарили немецкие бинокли.

Цветок, в росинках весь, к цветку приник,
и пограничник протянул к ним руки.
А немцы, кончив кофе пить, в тот миг
влезали в танки, закрывали люки.

Такою все дышало тишиной,
что вся земля еще спала, казалось.
Кто знал, что между миром и войной
всего каких-то пять минут осталось!

Я о другом не пел бы ни о чем,
а славил бы всю жизнь свою дорогу,
когда б армейским скромным трубачом
я эти пять минут трубил тревогу.

Стих написан: 1943

Его зарыли в шар земной,
А был он лишь солдат,
Всего, друзья, солдат простой,
Без званий и наград.
Ему как мавзолей земля —
На миллион веков,
И Млечные Пути пылят
Вокруг него с боков.
На рыжих скатах тучи спят,
Метелицы метут,
Грома тяжелые гремят,
Ветра разбег берут.
Давным-давно окончен бой…
Руками всех друзей
Положен парень в шар земной,
Как будто в мавзолей…

/автор неизвестен/

Катя Ступак

В годы, когда не было мобильных, планшетов,
Когда не просиживали дни с друзьями по скайпу,
Мальчики шли в бои в то жаркое сорок первое лето,
Родные их просто ждали, держались, не плакали.

Мальчики были друг другу защитой — щитами живыми,
Мальчики в одночасье стали взрослыми, смелыми,
Сейчас это дедушки – с глазами по прежнему молодыми…
Ведь юности у них тогда просто н е б ы л о…

Я, ребята, на войне
В бой ходил, горел в огне.
Мёрз в окопах под Москвой,
Но, как видите, — живой.
Не имел, ребята, права
Я замёрзнуть на снегу,
Утонуть на переправах,
Дом родной отдать врагу.
Должен был прийти я к маме,
Хлеб растить, косить траву.
В День Победы вместе с вами
Видеть неба синеву.
Помнить всех, кто в горький час
Сам погиб, а землю спас…
Я веду сегодня речь
Вот о чём, ребята:
Надо Родину беречь
По-солдатски свято!

Александр Твардовский «Рассказ танкиста»

Был трудный бой… Всё нынче как спросонку…
И только не могу себе простить!
Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку,
Но как зовут, забыл его спросить.

Лет десяти-двенадцати. Бедовый.
Из тех, что главарями у детей.
Из тех, что в городишках прифронтовых
Встречают нас как дорогих гостей.

Шёл бой за улицу. Огонь врага был страшен.
Мы прорывались к площади вперёд.
А он гвоздит! Не выглянуть из башен!
И чёрт его поймёт откуда бьёт!

Вдруг, угадай-ка, за каким домишком, он примостился
Столько всяких дыр!
И вдруг к машине, подбежал парнишка:
«Товарищ командир! Товарищ командир!

Я знаю где их пушка! Я разведал! Я подползал!
Они вон там, в саду!»
«Да где-же, где?!». «А дайте я поеду в танке с вами!
Прямо приведу!»

«Что ж, бой не ждёт! Влезай сюда дружище!»
И вот мы катим к месту вчетвером!
Стоит парнишка. Мины пули свищут!
И только рубашонка пузырём!

«Подъехали — вот здесь!» и с разворота
Заходим в тыл и полный газ даём!
И эту пушку, заодно с расчётом,
Мы вмяли в рыхлый, жирный чернозём.

Я вытер пот. Душила грязь и копоть.
От дома к дому шёл большой пожар.
И помню я сказал: «Спасибо хлопец!»
И руку, как товарищу пожал!

Был трудный бой… Всё нынче как спросонку…
И только не могу себе простить!
Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку,
А как зовут забыл его спросить!

Над могилой, в тихом парке
Расцвели тюльпаны ярко.
Вечно тут огонь горит,
Тут солдат советский спит.

Мы склонились низко-низко
У подножья обелиска,
Наш венок расцвёл на нём
Жарким, пламенным огнём.

Мир солдаты защищали,
Жизнь за нас они отдали.
Сохраним в сердцах своих
Память светлую о них!

Как продолжение жизни солдат
Под звёздами мирной державы
Цветы на ратных могилах горят
Венками немеркнущей славы.

С. Погореловский «Имя»

К разбитому доту
Приходят ребята,
Приносят цветы
На могилу солдата.
Он выполнил долг
Перед нашим народом.
Но как его имя?
Откуда он родом?
В атаке убит он?
Погиб в обороне?
Могила ни слова
О том не проронит.
Ведь надписи нет.
Безответна могила.
Знать, в грозный тот час
Не до надписей было.

К окрестным старушкам
Заходят ребята –
Узнать, расспросить их,
Что было когда-то.
— Что было?!
Ой, милые!..
Грохот, сраженье!
Солдатик остался
Один в окруженье.
Один –
А не сдался
Фашистскому войску.
Геройски сражался
И умер геройски.
Один –
А сдержал,
Поди, целую роту!..
Был молод, черняв,
Невысокого росту.
Попить перед боем
В село забегал он,
Так сказывал, вроде,
Что родом с Урала.
Мы сами сердечного
Тут схоронили –
У старой сосны,
В безымянной могиле.

На сельскую почту
Приходят ребята.
Письмо заказное
Найдёт адресата.
В столицу доставят
Его почтальоны.
Письмо прочитает
Министр обороны.
Вновь списки просмотрят,
За записью запись…
И вот они –
Имя, фамилия, адрес!
И станет в колонну
Героев несметных,
Ещё один станет –
Посмертно,
Бессмертно.

Старушку с Урала
Обнимут ребята.
Сведут её к сыну,
К могиле солдата,
Чьё светлое имя
Цветами увито…
Никто не забыт,
И ничто не забыто!

Т. Белозёров «День Победы»

Майский праздник —
День Победы
Отмечает вся страна.
Надевают наши деды
Боевые ордена.
Их с утра зовёт дорога
На торжественный парад.
И задумчиво с порога
Вслед им бабушки глядят.

Что за праздник?
В небе праздничный салют,
Фейерверки там и тут.
Поздравляет вся страна
Славных ветеранов.
А цветущая весна
Дарит им тюльпаны,
Дарит белую сирень.
Что за славный майский день?

С. Михалков «Нет войны»

Спать легли однажды дети –
Окна все затемнены.
А проснулись на рассвете –
В окнах свет – и нет войны!

Можно больше не прощаться
И на фронт не провожать –
Будут с фронта возвращаться,
Мы героев будем ждать.

Зарастут травой траншеи
На местах былых боёв.
С каждым годом хорошея,
Встанут сотни городов.

И в хорошие минуты
Вспомнишь ты и вспомню я,
Как от вражьих полчищ лютых
Очищали мы края.

Вспомним всё: как мы дружили,
Как пожары мы тушили,
Как у нашего крыльца
Молоком парным поили
Поседевшего от пыли,
Утомлённого бойца.

Не забудем тех героев,
Что лежат в земле сырой,
Жизнь отдав на поле боя
За народ, за нас с тобой…

Слава нашим генералам,
Слава нашим адмиралам
И солдатам рядовым –
Пешим, плавающим, конным,
Утомлённым, закалённым!
Слава павшим и живым –
От души спасибо им!

Что такое День Победы

Что такое День Победы?
Это утренний парад:
Едут танки и ракеты,
Марширует строй солдат.

Что такое День Победы?
Это праздничный салют:
Фейерверк взлетает в небо,
Рассыпаясь там и тут.

Что такое День Победы?
Это песни за столом,
Это речи и беседы,
Это дедушкин альбом.

Это фрукты и конфеты,
Это запахи весны…
Что такое День Победы –
Это значит – нет войны.

Наталья Демиденко

А ты сегодня прошагаешь
Среди Героев боевых.
В одном полку как прежде встанешь,
Пускай и нет тебя в живых.

А может рядом встанет кто-то,
С кем ты тогда делил ночлег.
Курили вместе вы махорку,
Иль он давал тебе совет.

В одном ряду теперь пехота,
Десант, сапер, артиллерист.
Бойцы небесного здесь фронта,
И медик есть, и есть артист.

Пусть не у всех звезда Героя,
Но каждая семья хранит
Частичку радости и горя,
И с гордостью за вас стоит.

Солдат в полку ты этом вечном
Бессмертных войнов и живых,
Поток героев бесконечный,
Как будто снова молодых.

Пожалуй, нет ни одного события для советского и российского народа, которому бы было посвящено такое множество стихотворений, сколько посвящено Великой Отечественной войне. Стихи о войне были написаны и в сороковые-роковые и десятилетиями позже и сейчас. Их писали и непосредственные участники войны, и те, кто слышал о войне только из книжек или из фильмов. Мы постарались собрать для вас самые лучшие и трогательные стихи о войне, пробирающие до слез, как советских, так и современных авторов.

Стихи о войне 1941-1945 до слез

Была война в сороковых,
Там на смерть дрались за свободу,
За то, чтоб не было невзгоды,
За то, чтоб не было войны.

На минах танки подрывались,
Солдаты на смерть там сражались.
И в восемнадцать лет свои,
За нас отдали жизнь они.

То, что случилось, не забудем,
И до конца мы помнить будем
Про подвиг тот в сороковых,
Про тех, кого уж нет в живых.
Иван Ващенко

Летела с фронта похоронка

Летела с фронта похоронка
На молодого пацана,
А он еще лежал в воронке…
Ах, как безжалостна война!

И проходили мимо танки…
Чужая речь… а он лежал,
И вспоминал сестру и мамку,
Лежал и тихо умирал.

Пробита грудь была навылет,
И кровь стекала в черный снег,
А он, глазами голубыми,
Встречал последний свой рассвет.

Нет, он не плакал, улыбался,
И вспоминал родимый дом,
И пересилив боль поднялся,
И, автомат подняв с трудом,

Он в перекошенные лица
Горячий выплеснул свинец,
Приблизив этим на минуту
Войны, безжалостной, конец.

Летела с фронта похоронка,
Уже стучался почтальон,
Солдат, глаза закрыв в воронке,
На миг опередил её.
Степан Кадашников

Запас прочности

До сих пор не совсем понимаю,
Как же я, и худа, и мала,
Сквозь пожары к победному Маю
В кирзачах стопудовых дошла.

И откуда взялось столько силы
Даже в самых слабейших из нас?..
Что гадать! — Был и есть у России
Вечной прочности вечный запас.
Юлия Друнина

Слава

За пять минут уж снегом талым
Шинель запорошилась вся.
Он на земле лежит, усталым
Движеньем руку занеся.

Он мертв. Его никто не знает.
Но мы еще на полпути,
И слава мертвых окрыляет
Тех, кто вперед решил идти.

В нас есть суровая свобода:
На слезы обрекая мать,
Бессмертье своего народа
Своею смертью покупать.
Константин Симонов

Сороковые, роковые

Сороковые, роковые,
Военные и фронтовые,
Где извещенья похоронные
И перестуки эшелонные.

Гудят накатанные рельсы.
Просторно. Холодно. Высоко.
И погорельцы, погорельцы
Кочуют с запада к востоку…

А это я на полустанке
В своей замурзанной ушанке,
Где звездочка не уставная,
А вырезанная из банки.

Да, это я на белом свете,
Худой, веселый и задорный.
И у меня табак в кисете,
И у меня мундштук наборный.

И я с девчонкой балагурю,
И больше нужного хромаю,
И пайку надвое ломаю,
И все на свете понимаю.

Как это было! Как совпало —
Война, беда, мечта и юность!
И это все в меня запало
И лишь потом во мне очнулось!..

Сороковые, роковые,
Свинцовые, пороховые…
Война гуляет по России,
А мы такие молодые!

Он не вернулся из боя

Почему все не так? Вроде все как всегда:
То же небо – опять голубое,
Тот же лес, тот же воздух и та же вода,
Только он не вернулся из боя.

Мне теперь не понять, кто же прав был из нас
В наших спорах без сна и покоя.
Мне не стало хватать его только сейчас,
Когда он не вернулся из боя.

Он молчал невпопад и не в такт подпевал,
Он всегда говорил про другое,
Он мне спать не давал, он с восходом вставал,
А вчера не вернулся из боя.

То, что пусто теперь, – не про то разговор,
Вдруг заметил я – нас было двое.
Для меня будто ветром задуло костер,
Когда он не вернулся из боя.

Нынче вырвалась, будто из плена, весна,
По ошибке окликнул его я:
– Друг, оставь покурить! – А в ответ – тишина:
Он вчера не вернулся из боя.

Наши мертвые нас не оставят в беде,
Наши павшие – как часовые.
Отражается небо в лесу, как в воде,
И деревья стоят голубые.

Нам и места в землянке хватало вполне,
Нам и время текло для обоих.
Все теперь одному. Только кажется мне,
Это я не вернулся из боя.
Владимир Высоцкий

Жди меня

Жди меня, и я вернусь.
Только очень жди,
Жди, когда наводят грусть
Желтые дожди,
Жди, когда снега метут,
Жди, когда жара,
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда из дальних мест
Писем не придет,
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждет.
Жди меня, и я вернусь,
Не желай добра
Всем, кто знает наизусть,
Что забыть пора.
Пусть поверят сын и мать
В то, что нет меня,
Пусть друзья устанут ждать,
Сядут у огня,
Выпьют горькое вино
На помин души…
Жди. И с ними заодно
Выпить не спеши.
Жди меня, и я вернусь,
Всем смертям назло.
Кто не ждал меня, тот пусть
Скажет: «Повезло».
Не понять, не ждавшим им,
Как среди огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как я выжил, будем знать
Только мы с тобой, —
Просто ты умела ждать,
Как никто другой.
Константин Симонов

Материнские слезы

Как подули железные ветры Берлина,
Как вскипели над Русью военные грозы!
Провожала московская женщина сына…
Материнские слезы, Материнские слезы!

Сорок первый – кровавое знойное лето.
Сорок третий – атаки в снегах и морозы.
Письмецо долгожданное из лазарета…
Материнские слезы, Материнские слезы!

Сорок пятый – за Вислой идет сраженье,
Землю прусскую русские рвут бомбовозы.
А в России не гаснет свеча ожиданья…
Материнские слезы, Материнские слезы!

Пятый снег закружился, завьюжил дорогу
Над костями врага у можайской березы.
Сын седой возвратился к родному порогу…
Материнские слезы, Материнские слезы!
Алексей Недогонов

Слушайте! Это мы говорим. Мёртвые (отрывок из поэмы «Реквием»)

Слушайте!
Это мы говорим.
Мертвые.
Мы.
Слушайте!
Это мы говорим.
Оттуда.
Из тьмы.
Слушайте! Распахните глаза.
Слушайте до конца.
Это мы говорим,
мертвые.
Стучимся в ваши сердца…

Не пугайтесь!
Однажды мы вас потревожим во сне.
Над полями свои голоса пронесем в тишине.
Мы забыли, как пахнут цветы.
Как шумят тополя.
Мы и землю забыли.
Какой она стала, земля?
Как там птицы?
Поют на земле
без нас?
Как черешни?
Цветут на земле
без нас?
Как светлеет река?
И летят облака
над нами?
Без нас.

Мы забыли траву.
Мы забыли деревья давно.
Нам шагать по земле не дано.
Никогда не дано!
Никого не разбудит оркестра печальная медь…
Только самое страшное,—
даже страшнее, чем смерть:
знать,
что птицы поют на земле
без нас!
Что черешни цветут на земле
без нас!
Что светлеет река.
И летят облака
над нами.
Без нас.

Продолжается жизнь.
И опять начинается день.
Продолжается жизнь.
Приближается время дождей.
Нарастающий ветер колышет большие хлеба.
Это — ваша судьба.
Это — общая наша судьба…
Так же птицы поют на земле
без нас.
И черешни цветут на земле
без нас.
И светлеет река.
И летят облака
над нами.
Без нас…
Роберт Рождественский

Неизвестному солдату

Он на горбу войну тащил в пехоте,
И запах крови знал, и горький быт траншей.
Он воевал в стрелковой третьей роте
И от столицы фрицев гнал взашей.

А на крутой дуге Орлово-Курской
С гранатой против «тигра» выходил,
И «тигр» тот средь равнины русской,
Свернувши ствол, в числе других чадил.

Лицом твердея в рукопашной драке,
Он душу тяжко вкладывал в удар…
И телом мял не пахнущие маки,
Когда тащил его с надсадой санитар.

Несли бойца в палатку медсанбата,
Он, зубы стиснув, каменно молчал.
В бреду палящем матом крыл медбрата.
Очнувшись — от безсилия кричал.

И снова — в бой! Немеряные вёрсты
Вели его маршрутом на Берлин,
Но… виден судьбоносный перекрёсток
В осколках разрывающихся мин.

И до Победы не дойдя полшага,
Сражённый у Зееловских высот,
Он не стоял на лестнице Рейхстага,
Закончив многотрудный свой поход.

А встретил смерть в отчаянной атаке
И в рост упал, обняв руками склон…
Сдержите слёз непрошеную накипь.
Всем НЕИЗВЕСТНЫМ — наш земной поклон…
Олег Бучнев

Пропавшим безвести

Без суеты и перебранки,
В неполных восемнадцать лет,
Бросались мальчики под танки,
В последний раз сказав: «Привет!»

Повсюду взрывы грохотали,
И рвался крупповский металл,
Но сердце Феди крепче стали —
Он за Отчизну жизнь отдал.

А матери пришлют бумагу:
Мол, без вести пропал солдат.
И от солёной горькой влаги
Насквозь промокнет старый плат.

И как сказать о том невесте,
Что верность и любовь хранит.
Не может сын пропасть без вести,
Не верит мать, что он убит.

А годы мчатся чередою,
Сидит старушка у окна,
Давно уж сделалась седою,
Но ждёт по-прежнему она.

И всё ей чудится ночами
Сквозь шум дождя и ветра вой,
Что наконец вернулся к маме
Её Федюша дорогой.
Александр Раков

Вечный огонь

Минули двадцатого века года,
Стирается память… Но знаю,
Я помню, я вижу везде и всегда
Российское небо – над нами.

Его озаряет священный огонь,
Что в сердце пылает столицы.
Гранит монумента с геройской звездой,
А свыше – твердыни бойницы.

Никольская, Спасская башни стены
Стократ принимали парады,
Свидетели самой безбожной войны
Святые иконы – преградой.

Ковалась Победа в тревожные дни,
История, русская слава…
Гранитные бюсты – «народа вожди»,
Вершители судеб державы…

В гражданскую, дико кромсая страну,
Трагедию мы разделили.
Безмерную чашу до дна — чью вину? —
За нашу планету допили…

Не вычеркнешь строки: стоит мавзолей,
Пожарский и Минин… Всё было.
И сад Александровский в грусти аллей.
Россию ничто не сломило!

Эпический Жуков верхом на коне…
Второй мировой полководцы
Уснули навеки в Кремлёвской стене,
И космоса — первопроходцы…

От царских династии вознёс купола —
Собором — Василий Блаженный.
На мраморе – «Ленин». Хула и хвала…
На Красной, — кто ангел, кто тленный?

«Несут караул»… И чеканят шаги
По площади…, в белых перчатках.
Полки — каблуками и тянут «носки»,
Звенит метрономом брусчатка.

Удары Курантов — в рубиновый свет,
Салютов победных раскаты…
Утраты и горе немыслимых бед,
И радость весны в сорок пятом.

В бессмертье ушедших, легендою вдаль.
Для них не хватило бы места…
Солдат безымянный внесён на алтарь,
Один – но за всех! – неизвестный.

Не маршал пускай тот боец-рядовой,
Блокаду прорвал Ленинграда…,
Он вечно живой, не погиб под Москвой,
В окопах стоит Сталинграда…,

На Курской дуге, на Кавказе, в Крыму…
Так было! Так есть! И так будет!
За всех поклонится к нему одному
Идут – континентами – люди…
Кутышев Евгений

Безвести пропавший

В той деревне затерянной, малой,
Что была и темна, и бедна,
Говорили: корова пропала.
Это значит: сдохла она.

И жила там старушка в избушке.
И в углу ей сверчок напевал.
И сказали однажды старушке:
— Сын твой без вести где-то пропал.

— Значит, умер? — всплеснулась старушка, —
И его не воротишь ничем?
И померкла, погасла избушка
После новости этой совсем.

Но один днём и ночью, единый
Ей покоя вопрос не давал:
Ведь не зверь же какой, не скотина,
Почему же не умер — пропал?

В этой дикой нечаянной вести
Ей великий являлся позор.
Ей глубокое снилось безчестье.
Ей жестокий звучал приговор.

Отрывая её от раздумья,
Говорила соседка не раз:
— Но пропал ведь не значит, что умер.
— Это хуже, чем умер, в сто раз.

Это слово, как чёрное горе,
Тяготило, тревожило, жгло.
И когда умерла она вскоре,
Тяжким камнем на сердце легло.

Даже самой немыслимой дали
Отдалённее в мире есть даль.
Даже самой бездонной печали
Есть бездоннее в мире печаль.
Василий Казанцев

Просто безвести пропавшие

Не зажечь свечи за здравие,
И нельзя в помин души,
Мне досталось испытание
Быть ни мертвым, ни живым.

И взлетев в объятья вечности,
Словно птицы над рекой,
Мы в бою пропали без вести,
Не найдя в земле покой.

Мы не погибли, мы просто ушли
Просто ушли в небеса
На безымянных высотах земли
Наши слышны голоса.

Будут вечно наши матери
Ждать о нас любую весть,
Все, кто веры не утратили
В то, что мы свете есть.

Не живые и не павшие
Не пришедшие с войны,
Просто без вести пропавшие
Сыновья своей страны.

Мы не погибли, мы просто ушли
Просто ушли в небеса
На безымянных высотах земли
Наши слышны голоса.

Тёплый дождь моросит весной,
Пряча слёзы в закат.
До утра в тишине ночной
Наши вдовы не спят.

Мы не погибли, мы просто ушли
Просто ушли в небеса
На безымянных высотах земли
Наши слышны голоса.
Александра Вулых

Ходят по небу солдаты…

Ходят по небу Солдаты.
Ходят строем, Бога ждут.
У него спросить им надо:
«Отче, нас когда найдут?

На исходе уже силы
И не пухом нам Земля.
Безымянные могилы…
Погибали, что, за зря?»

Аты — баты, аты — баты…
Врата, Боже, открывай.
Шаг печатают Солдаты,
Что идут из из ада в рай.

Регистрируй поименно:

— Пал Серега под Смоленском.
До сих пор лежу под склоном.

— Я — Петро, лежу под Ржевом,
В первом перелеске, слева
У огромнейшей сосны.

— Пал под Ленинградом… Сева…
Сплю в болоте с той весны.

— Николай — я под Херсоном
В безымянной сплю могиле
И таких нас — миллионы,
Тех, кто Родину любили
И погибли за Победу…
Почему о нас забыли?
Места в памяти нам нету?

Аты — баты, аты — баты…
Врата, Боже, открывай.
Безымянные Солдаты
Что идут из из ада в рай.
Людмила Дубинская

Георгиевская ленточка

За окнами весенний лес летит,
Я еду в ленинградской электричке.
Напротив меня девочка сидит
С Георгиевской ленточкой в косичке.
Сегодня эту ленточку носить
На сумке можно, можно в виде брошки.
Но я прекрасно помню и без лент,
Как бабка не выбрасывала крошки.
Как много лишнего мы слышим в дни побед.
Но только этой патоке с елеем
Не очень верят те, кто в десять лет
Питался в основном столярным клеем.
А время умножает всё на ноль,
Меняет поколение поколением.
И вот войны подлеченная боль
Приходит лишь весенним обострением.
Над этой болью многие кружат
Как вороньё, как чайки. И так рады,
Как будто свой кусок урвать хотят
Бетонной героической блокады.
Я еду в поезде, смотрю на все подряд:
В окно, на девочку с прекрасными глазами…
А за окном солдатики лежат
И прорастают новыми лесами.

Стихи о войне для школьников трогательные до слез

Нам не дано спокойно сгнить в могиле —
Лежать навытяжку и приоткрыв гробы,-
Мы слышим гром предутренней пальбы,
Призыв охрипшей полковой трубы
С больших дорог, которыми ходили.

Мы все уставы знаем наизусть.
Что гибель нам? Мы даже смерти выше.
В могилах мы построились в отряд
И ждем приказа нового. И пусть
Не думают, что мертвые не слышат,
Когда о них потомки говорят.

Мы

Есть в голосе моём звучание металла.
Я в жизнь вошёл тяжёлым и прямым.
Не всё умрёт. Не всё войдёт в каталог.
Но только пусть под именем моим
Потомок различит в архивном хламе
Кусок горячей, верной нам земли,
Где мы прошли с обугленными ртами
И мужество, как знамя, пронесли.

Мы жгли костры и вспять пускали реки.
Нам не хватало неба и воды.
Упрямой жизни в каждом человеке
Железом обозначены следы –
Так в нас запали прошлого приметы.
А как любили мы – спросите жён!
Пройдут века, и вам солгут портреты,
Где нашей жизни ход изображён.

Мы были высоки, русоволосы.
Вы в книгах прочитаете, как миф,
О людях, что ушли, не долюбив,
Не докурив последней папиросы.
Когда б не бой, не вечные исканья
Крутых путей к последней высоте,
Мы б сохранились в бронзовых ваяньях,
В столбцах газет, в набросках на холсте.

Но время шло. Меняли реки русла.
И жили мы, не тратя лишних слов,
Чтоб к вам прийти лишь в пересказах устных
Да в серой прозе наших дневников.
Мы брали пламя голыми руками.
Грудь раскрывали ветру. Из ковша
Тянули воду полными глотками
И в женщину влюблялись не спеша.

И шли вперёд, и падали, и, еле
В обмотках грубых ноги волоча,
Мы видели, как женщины глядели
На нашего шального трубача.
А тот трубил, мир ни во что не ставя
(Ремень сползал с покатого плеча),
Он тоже дома женщину оставил,
Не оглянувшись даже сгоряча.
Был камень твёрд, уступы каменисты,
Почти со всех сторон окружены,
Глядели вверх – и небо было чисто,
Как светлый лоб оставленной жены.

Так я пишу. Пусть неточны слова,
И слог тяжёл, и выраженья грубы!
О нас прошла всесветная молва.
Нам жажда зноем выпрямила губы.

Мир, как окно, для воздуха распахнут
Он нами пройден, пройден до конца,
И хорошо, что руки наши пахнут
Угрюмой песней верного свинца.

И как бы ни давили память годы,
Нас не забудут потому вовек,
Что, всей планете делая погоду,
Мы в плоть одели слово «Человек»!
Николай Майоров

Героям Победы — спасибо!

СПАСИБО ГЕРОЯМ,
СПАСИБО СОЛДАТАМ,
Что МИР подарили,
Тогда — в сорок пятом!

Вы кровью и пОтом
Добыли ПОБЕДУ.
Вы мОлоды были,
Сейчас — уже дЕды.

Мы ЭТУ ПОБЕДУ —
Вовек не забудем!!!
Пусть МИРНОЕ солнце
Сияет всем людям!!!

Пусть счастье и радость
Живут на планете!!!
Ведь мир очень нужен —
И взрослым, и детям!!!
Ольга Маслова

Рассказ ветерана

Я, ребята, на войне
В бой ходил, горел в огне.
Мёрз в окопах под Москвой,
Но, как видите, — живой.
Не имел, ребята, права
Я замёрзнуть на снегу,
Утонуть на переправах,
Дом родной отдать врагу.
Должен был прийти я к маме,
Хлеб растить, косить траву.
В День Победы вместе с вами
Видеть неба синеву.
Помнить всех, кто в горький час
Сам погиб, а землю спас…
Я веду сегодня речь
Вот о чём, ребята:
Надо Родину беречь
По-солдатски свято!
Владимир Степанов

Кукла

Много нынче в памяти потухло,
а живет безделица, пустяк:
девочкой потерянная кукла
на железных скрещенных путях.

Над платформой пар от паровозов
низко плыл, в равнину уходя…
Теплый дождь шушукался в березах,
но никто не замечал дождя.

Эшелоны шли тогда к востоку,
молча шли, без света и воды,
полные внезапной и жестокой,
горькой человеческой беды.

Девочка кричала и просила
и рвалась из материнских рук,—
показалась ей такой красивой
и желанной эта кукла вдруг.

Но никто не подал ей игрушки,
и толпа, к посадке торопясь,
куклу затоптала у теплушки
в жидкую струящуюся грязь.

Маленькая смерти не поверит,
и разлуки не поймет она…
Так хоть этой крохотной потерей
дотянулась до нее война.

Некуда от странной мысли деться:
это не игрушка, не пустяк,—
это, может быть, обломок детства
на железных скрещенных путях.
Вероника Тушнова

Баллада о маленьком человеке

На Земле безжалостно маленькой
жил да был человек маленький.
У него была служба маленькая.
И маленький очень портфель.
Получал он зарплату маленькую…
И однажды — прекрасным утром —
постучалась к нему в окошко
небольшая, казалось, война…
Автомат ему выдали маленький.
Сапоги ему выдали маленькие.
Каску выдали маленькую
и маленькую — по размерам — шинель.
…А когда он упал — некрасиво, неправильно,
в атакующем крике вывернув рот,
то на всей земле не хватило мрамора,
чтобы вырубить парня в полный рост!
Роберт Рождественский

Нет у Бога без вести пропавших

«Без вести пропал…» Неправда это!
Он солдат — его терять нельзя.
Он остался там, на дне кювета,
Где его засыпала земля.

Он сожжён, расстрелян иль повешен,
Танковою гусеницей смят.
Он, как все простые люди, грешен,
Как солдат, он безупречно свят.

Славлю жизнь за Родину отдавших,
Смерть принявших в роковом бою.
Нет у Бога без вести пропавших,
Все они стоят в одном строю!
Николай Рачков

Белая береза

Я помню, ранило березу
Осколком бомбы на заре.
Студеный сок бежал, как слезы,
На изувеченной коре.

За лесом пушки грохотали,
Клубился дым пороховой.
Но мы столицу отстояли,
Спасли березу под Москвой.

И рано-раненько весною
Береза белая опять
Оделась новою листвою
И стала землю украшать.

И с той поры на все угрозы
Мы неизменно говорим:
Родную русскую березу
В обиду больше не дадим.

Куда б ни шёл, ни ехал ты…

Куда б ни шёл, ни ехал ты,
Но здесь остановись,
Могиле этой дорогой
Всем сердцем поклонись.

Кто б ни был ты –
Рыбак, шахтёр,
Учёный иль пастух, –
Навек запомни: здесь лежит
Твой самый лучший друг.

И для тебя, и для меня
Он сделал все, что мог:
Себя в бою не пожалел,
А Родину сберег.
Михаил Исаковский

«Есть!»

Я не раз, и не два, и не двадцать
слышал, как посылают на смерть,
слышал, как на приказ собираться
отвечают коротеньким «Есть!».

«Есть!», – в ушах односложно звучало,
долгим эхом звучало в ушах,
подводило черту и кончало:
человек делал шаг.

Но ни разу про Долг и про Веру,
про Отечество, Совесть и Честь
ни солдаты и ни офицеры
не добавили к этому «Есть!»

С неболтливым сознанием долга,
молча помня Отчизну свою,
жили славно, счастливо и долго
или вмиг погибали в бою.
Борис Слуцкий

Еще тогда нас не было на свете…

Еще тогда нас не было на свете,
Когда гремел салют из края в край.
Солдаты, подарили вы планете
Великий Май, победный Май!

Еще тогда нас не было на свете,
Когда в военной буре огневой,
Судьбу решая будущих столетий,
Вы бой вели, священный бой!

Еще тогда нас не было на свете,
Когда с Победой вы домой пришли.
Солдаты Мая, слава вам навеки
От всей земли, от всей земли!

Благодарим, солдаты, вас
За жизнь, за детство и весну,
За тишину, за мирный дом,
За мир, в котором мы живем!
М. Владимов

У обелиска

Ты всё твердишь, что вечно одинок,
Что жизнь прошла, что песня не сложилась.
Но здесь — ты видишь — почернел венок,
И проволока каркаса обнажилась.
Мы никого с тобою не спасём,
Но по-иному дни свои оценим,
Когда цветы к подножью принесём,
Когда венки увядшие заменим.
Давай с тобой, не отвернув лица,
Опять читать бойцов погибших списки.
Им нет конца.
Им нет и нет конца!
Земля моя!
Поля да обелиски…
Владимир Суворов

Березы

Я люблю, когда шумят березы,
Когда листья падают с берез.
Слушаю — и набегают слезы
На глаза, отвыкшие от слез.

Все очнется в памяти невольно,
Отзовется в сердце и в крови.
Станет как-то радостно и больно,
Будто кто-то шепчет о любви.

Только чаще побеждает проза,
Словно дунет ветер хмурых дней.
Ведь шумит такая же береза
Над могилой матери моей.

На войне отца убила пуля,
А у нас в деревне у оград
С ветром и дождем шумел, как улей,
Вот такой же желтый листопад…

Русь моя, люблю твои березы!
С первых лет я с ними жил и рос.
Потому и набегают слезы
На глаза, отвыкшие от слез…
Николай Рубцов

Мальчики

Уходили мальчики – на плечах шинели,
Уходили мальчики – храбро песни пели,
Отступали мальчики пыльными степями,
Умирали мальчики, где – не знали сами…
Попадали мальчики в страшные бараки,
Догоняли мальчиков лютые собаки.
Убивали мальчиков за побег на месте,
Не продали мальчики совести и чести…
Не хотели мальчики поддаваться страху,
Поднимались мальчики по свистку в атаку.
В черный дым сражений, на броне покатой
Уезжали мальчики – стиснув автоматы.
Повидали мальчики – храбрые солдаты –
Волгу – в сорок первом,
Шпрее – в сорок пятом,
Показали мальчики за четыре года,
Кто такие мальчики нашего народа.
И. Карков

Стихи о победе в Великой Отечественной войне

Весть о Победе разнеслась мгновенно…
Среди улыбок, радости и слез
Оркестр Академии военной
Ее по шумным улицам пронес.

И мы, мальчишки, ринулись за ним –
Босое войско в одежонке драной.
Плыла труба на солнце, словно нимб,
Над головой седого оркестранта.

Гремел по переулкам марш победный,
И город от волненья обмирал.
И даже Колька, озорник отпетый,
В то утро никого не задирал.
А. Д. Деменьтьев

Победа

Победа! Победа! Победа!
Проносится весть по стране.
Конец испытаньям и бедам,
Конец многолетней войне,

Разрушено логово зверя,
Войны очаги сметены.
И с вестью в открытые двери
Врывается солнце весны.

Победа, добытая кровью,
Ты сердцу дороже стократ.
Ты с нами была в Подмосковье.
Ты помнишь Кавказ, Сталинград.

Ты с нами ходила в колоннах,
Вела нас в решительный бой.
Сегодня на наших знаменах
Ты солнце затмила собой.
Иосиф Василевский

День Победы (первый день после войны)

Весна на улицах. По майскому теплеет,
И гром войны сменяет гром с дождём,
Лист распускается, и травы зеленеют,
Лучами, припекая, солнце греет.
Солдаты где-то гибнут под огнём.

И пал Берлин, и флаг над рейхстагом,
Над раненым склонилась медсестра.
И, проявляя с храбростью отвагу,
Стремительным броском мы взяли Прагу.
На землю опустилась … тишина.

Победу, приближая, долго ждали…
И растянулись сутки на года,
Когда с кровавыми боями отступали,
Разбив врага, страну освобождали.
Война закончилось сегодня — навсегда.

И был тот день обычным и похожим
На все другие будничные дни.
Нет! Этот день святой и не похожий!
Вглядитесь в лица граждан: у прохожих
Светились счастьем, радостью они.

Из репродукторов торжественным размером,
— По-бе-да! – объявляет Левитан.
Четыре года – мужество и вера…
Страна скорбела, плакала и пела
По деревням, по сёлам, городам…

Трудились фабрики, работали заводы,
В полях колхозных высевали хлеб,
По рекам плыли баржи, пароходы,
Пройдя все испытания и невзгоды,
Победу праздновал советский человек.

Молились и, крестясь пред образами,
Семьёю собирались у стола.
Солдаты, офицеры — с орденами…
И, похоронку пробежав стократ глазами,
Жена иль мать стояли у окна.

Смешались слёзы, горе, плачь и песни,
Гармошке в такт подыгрывал баян,
Грустили, веселились, пили вместе,
Салюты грохотали в поднебесье,
А кто-то умирал в госпиталях от ран.

На фронте смолкли пушки, пулемёты,
Кричали горомогласное: Ура-а-а-а!!!
В знамёнах — Бранденбургские ворота,
«На брудершафт» — связистки и пилоты,
Танкисты обнимаются с пехотой.
Мир наступил… Победная весна.
Кутышев Евгений

Спасибо деду за Победу

Спасибо деду за Победу,
За все военные года…
За то, что он за нашу землю
В атаку смело шёл всегда…

За то, что годы молодые
Не пожалел он потерять…
За то, что Родину не дрогнув,
Ушёл мальчишкой защищать…

За то, что не было там трусов,
Среди друзей — однополчан…
Узбеков, русских, белорусов,
Грузин, татар и молдаван…

За то, что грудь свою подставил
Под пули, бомбы и штыки…
Освобождая нашу землю —
Деревни, сёла, городки…

За то, что плакал, как мальчишка
Когда друзей он хоронил…
За то, что память о погибших
В душе и сердце сохранил…

За то, что мы живём на свете
Без взрывов бомб и без стрельбы
За счастье жить, как вольный ветер
Не зная ужасов войны…

Спасибо деду за Победу
От всех российских матерей…
За то, что он во имя мира
Собой закрыл чужих детей…
Михаил Кривов

Отрывок из поэмы «Реквием» (3 часть)

Плескалось
багровое знамя,
горели
багровые звёзды,
слепая пурга
накрывала
багровый от крови
закат,
и слышалась
поступь
дивизий,
великая поступь
дивизий,
железная поступь
дивизий,
точная
поступь
солдат!
Навстречу раскатам
ревущего грома
мы в бой поднимались
светло и сурово.
На наших знамёнах
начертано
слово:
Победа!
Победа!!
Во имя Отчизны —
победа!
Во имя живущих —
победа!
Во имя грядущих —
победа!
Войну
мы должны сокрушить.
И не было гордости
выше,
и не было доблести
выше —
ведь кроме
желания выжить
есть ещё
мужество
жить!
Навстречу раскатам
ревущего грома
мы в бой поднимались
светло и сурово.
На наших знамёнах
начертано слово
Победа!
Победа!!
Р. Рождественский

Тот самый долгожданный май

Услышав о военных фразу,
И повернувшись вдруг ко мне,
Бывает, спрашивают сразу:
— А это о какой войне?

О той войне – ужасной самой,
О бесконечной той войне
Где смерть ходила вслед за славой,
Где год за десять был вполне!

О той — отечественной, страшной,
Где жизнь была ценой в пустяк…
Мужчины погибали наши,
А иногда — запросто так.

Потом, конечно, были войны,
Но всех их не сравнишь с одной,
Так будем памяти достойны,
Оплаченной такой ценой!

И, если говорят «Победа!»,
То никогда не забывай,
Про ту войну, про кровь, про деда…
Про самый долгожданный май!
Петр Давыдов

Выпьем, папа, за твою победу

Отгремят салюты и парады.
Тем, кто жив, достанутся награды.
Скажут речи громко, с чувством долга,
А потом забудут всех надолго.
Сколько их осталось ветеранов?
Сколько их не стало слишком рано?
И сейчас никто не скажет точно
Сколько судеб разорвало в клочья!
В памяти еще грохочут войны.
Временами это очень больно…

В мае шумно праздник отмечали,
А теперь душа моя в печали…

Я к тебе на кладбище приеду,
Выпить, папа,
За твою Победу.
Петр Давыдов

Летят, со свистом, пули той войны

Наверно я сегодня не усну…
Мне кажется – я слышу в отдаленье
Летят, со свистом, пули сквозь весну,
Как страшные военные мгновенья…

Пусть выстрелы назначены не мне,
Смертельный дождь идет над полем брани,
Есть чувство страха, в самой глубине,
От пуль, летящих в сумрачном тумане.

Я знаю, что пройдут один-два дня,
И все забудут про войну на время.
И этим пулям не попасть в меня –
Я в разную фантастику не верю…

… 8 мая не могу уснуть –
Все вспоминаю тех, кого не стало.
И сквозь бои четырехлетний путь,
И что домой вернулось слишком мало…

Что с каждым годом меньше, меньше тех,
Кто на руках победу вынес с боя.
Мне кажется – у них особый смех,
Над ними небо очень голубое!

Скажу «Спасибо!» одному из них,
Спрошу «Какие просьбы есть, вопросы?»
И прочитаю им вот этот стих.
И поклонюсь, не сдерживая слезы…

Летят со свистом пули сквозь года.
О прошлом надо помнить… Иногда…
Петр Давыдов

Стихи о войне до слез

На этой странице автор публикации подобрал стихи о Великой Отечественной Войне 1941-1945 г. , которые пробирают для слез. Горечь потерь и разлук , материнские слезы, радость встречи и побед, месть, ярость, любовь к родине — чувства, которые порождает война.

Наш сайт в основном для детей школьного возраста, но чем больше мы подбирали проницательных стихов о войне, тем понятней становилось, что даже у известных авторов, например у Константина Симонова есть очень тяжелые для детской психологии стихи о войне.

Пусть все же в нашей жизни будет больше радостных солнечных дней и меньше слез матерей, детей и отцов.

Роберт Рождественский
БАЛЛАДА О МАЛЕНЬКОМ ЧЕЛОВЕКЕ

На Земле безжалостно маленькой
жил да был человек маленький.
У него была служба маленькая.
И маленький очень портфель.
Получал он зарплату маленькую…
И однажды — прекрасным утром —
постучалась к нему в окошко
небольшая, казалось, война…
Автомат ему выдали маленький.
Сапоги ему выдали маленькие.
Каску выдали маленькую
и маленькую — по размерам — шинель.
…А когда он упал — некрасиво, неправильно,
в атакующем крике вывернув рот,
то на всей земле не хватило мрамора,
чтобы вырубить парня в полный рост!

***

В мае 1945 года

А. Д. Деменьтьев

Весть о Победе разнеслась мгновенно…
Среди улыбок, радости и слез
Оркестр Академии военной
Ее по шумным улицам пронес.

И мы, мальчишки, ринулись за ним –
Босое войско в одежонке драной.
Плыла труба на солнце, словно нимб,
Над головой седого оркестранта.

Гремел по переулкам марш победный,
И город от волненья обмирал.
И даже Колька, озорник отпетый,
В то утро никого не задирал.

Мы шли по улицам,
Родным и бедным,
Как на вокзал,
Чтобы отцов встречать.
И свет скользил по нашим лицам бледным.
И чья-то громко зарыдала мать.

И Колька, друг мой,
Радостно и робко
Прохожим улыбался во весь рот,
Не зная,
Что назавтра похоронка
С войны минувшей на отца придет.

***

Давно уже его на свете нет,
Того русоволосого солдата…
Письмо плутало двадцать с лишним лет,
И все таки дошло до адресата.
Размытые годами как водой
От первой буквы до последней точки,
Метались и подпрыгивали строчки
Перед глазами женщины седой…
И память молчаливая вела
По ниточке надорванной и тонкой,
Она в письме была еще девчонкой,
Еще мечтой и песенкой была…
Он все сейчас в душе разворатил…
Как будто тихий стон ее услышал-
Муж закурил и осторожно вышел
И сын куда-то сразу заспешил…
И вот она с письмом наедине,
Еше в письме он шутит и смеется,
Еще он жив, еще он на войне,
Еще надежда есть-что он вернется…

***

РЕКВИЕМ (Роберт Рождественский)
(Отрывок)

Помните!
Через века,
через года, —
помните!
О тех,
кто уже не придёт
никогда, —
помните!
Не плачьте!
В горле
сдержите стоны,
горькие стоны.
Памяти
павших
будьте
достойны!
Вечно
достойны!
Хлебом и песней,
Мечтой и стихами,
жизнью
просторной,
каждой секундой,
каждым дыханьем
будьте
достойны!
Люди!
Покуда сердца
стучатся, —
помните!
Какою
ценой
завоёвано счастье, —
пожалуйста,
помните!
Песню свою
отправляя в полёт, —
помните!
О тех,
кто уже никогда
не споёт, —
помните!
Детям своим
расскажите о них,
чтоб
запомнили!
Детям
детей
расскажите о них,
чтобы тоже
запомнили!
Во все времена
бессмертной
Земли
помните!
К мерцающим звёздам
ведя корабли, —
о погибших
помните!
Встречайте
трепетную весну,
люди Земли.
Убейте
войну,
прокляните
войну,
люди Земли!
Мечту пронесите
через года
и жизнью
наполните!..
Но о тех,
кто уже не придёт
никогда, —
заклинаю, —
помните!
1962

***

Алексей Недогонов «МАТЕРИНСКИЕ СЛЕЗЫ»

Как подули железные ветры Берлина,
Как вскипели над Русью военные грозы!
Провожала московская женщина сына…
Материнские слезы, Материнские слезы!

Сорок первый – кровавое знойное лето.
Сорок третий – атаки в снегах и морозы.
Письмецо долгожданное из лазарета…
Материнские слезы, Материнские слезы!

Сорок пятый – за Вислой идет сраженье,
Землю прусскую русские рвут бомбовозы.
А в России не гаснет свеча ожиданья…
Материнские слезы, Материнские слезы!

Пятый снег закружился, завьюжил дорогу
Над костями врага у можайской березы.
Сын седой возвратился к родному порогу…
Материнские слезы, Материнские слезы!

***

Ю. Друнина

Я столько раз видала рукопашный,
Раз наяву. И тысячу — во сне.
Кто говорит, что на войне не страшно,
Тот ничего не знает о войне.

***

ТЫ ДОЛЖНА!
Ю. Друнина

Побледнев,
Стиснув зубы до хруста,
От родного окопа
Одна
Ты должна оторваться,
И бруствер
Проскочить под обстрелом
Должна.
Ты должна.
Хоть вернешься едва ли,
Хоть «Не смей!»
Повторяет комбат.
Даже танки
(Они же из стали!)
В трех шагах от окопа
Горят.
Ты должна.
Ведь нельзя притворяться
Перед собой,
Что не слышишь в ночи,
Как почти безнадежно
«Сестрица!»
Кто-то там,
Под обстрелом, кричит…

***

Сергей Орлов
ЕГО ЗАРЫЛИ В ШАР ЗЕМНОЙ…

Его зарыли в шар земной,
А был он лишь солдат,
Всего, друзья, солдат простой,
Без званий и наград.
Ему как мавзолей земля-
На миллион веков,
И Млечные Пути пылят
Вокруг него с боков.
На рыжих скатах тучи спят,
Метелицы метут,
Грома тяжелые гремят,
Ветра разбег берут.
Давным-давно окончен бой…
Руками всех друзей
Положен парень в шар земной,
Как будто в мавзолей…

***

Перед атакой
(С. Гудзенко)

Когда на смерть идут – поют,
А перед этим можно плакать.
Ведь самый страшный час в бою –
Час ожидания атаки.
Снег минами изрыт вокруг
И почернел от пыли минной.
Разрыв – и умирает друг.
И, значит смерть проходит мимо.
Сейчас настанет мой черед.
За мной одним идет охота.
Будь проклят сорок первый год
И вмерзшая в снега пехота…

***

Блокада
Надежда Радченко

Чёрное дуло блокадной ночи.
Холодно,
холодно,
холодно очень.
Вставлена вместо стекла
картонка.
Вместо соседнего дома —
воронка.
Поздно.
А мамы всё нет отчего-то.
Еле живая ушла на работу.
Есть очень хочется.
Страшно.
Темно.
Умер братишка мой.
Утром.
Давно.
Вышла вода.
Не дойти до реки.
Очень устал.
Сил уже никаких.
Ниточка жизни натянута тонко.
А на столе —
на отца похоронка.

***

Муса Джалиль (1943)
ВАРВАРСТВО

Они с детьми погнали матерей
И яму рыть заставили, а сами
Они стояли, кучка дикарей,
И хриплыми смеялись голосами.
У края бездны выстроили в ряд
Бессильных женщин, худеньких ребят.
Пришел хмельной майор и медными глазами
Окинул обреченных.. .Мутный дождь
Гудел в листве соседних рощ
И на полях, одетых мглою,
И тучи опустились над землею,
Друг друга с бешенством гоня.. .
Нет, этого я не забуду дня,
Я не забуду никогда, вовеки!
Я видел: плакали, как дети, реки,
И в ярости рыдала мать-земля.
Своими видел я глазами,
Как солнце скорбное, омытое слезами,
Сквозь тучу вышло на поля,
В последний раз детей поцеловало,
В последний раз.. .
Шумел осенний лес. Казалось, что сейчас
Он обезумел. Гневно бушевала
Его листва. Сгущалась мгла вокруг.
Я слышал: мощный дуб свалился вдруг,
Он падал, издавая вздох тяжелый.
Детей внезапно охватил испуг,
Прижались к матерям, цепляясь за подолы.
И выстрела раздался резкий звук,
Прервав проклятье,
Что вырвалось у женщины одной.
Ребенок, мальчуган больной,
Головку спрятал в складках платья
Еще не старой женщины. Она
Смотрела, ужаса полна.
Как не лишиться ей рассудка!
Все понял, понял все малютка.
— Спрячь, мамочка, меня! Не надо умирать!
Он плачет и, как лист, сдержать не может дрожи.
Дитя, что ей всего дороже,
Нагнувшись, подняла двумя руками мать,
Прижала к сердцу, против дула прямо.. .
— Я, мама, жить хочу. Не надо, мама!
Пусти меня, пусти! Чего ты ждешь?
И хочет вырваться из рук ребенок,
И страшен плач, и голос тонок,
И в сердце он вонзается, как нож.
— Не бойся, мальчик мой. Сейчас вздохнешь ты вольно.
Закрой глаза, но голову не прячь,
Чтобы тебя живым не закопал палач.
Терпи, сынок, терпи. Сейчас не будет больно.
И он закрыл глаза. И заалела кровь,
По шее лентой красной извиваясь.
Две жизни наземь падают, сливаясь,
Две жизни и одна любовь!
Гром грянул. Ветер свистнул в тучах.
Заплакала земля в тоске глухой,
О, сколько слез, горячих и горючих!
Земля моя, скажи мне, что с тобой?
Ты часто горе видела людское,
Ты миллионы лет цвела для нас,
Но испытала ль ты хотя бы раз
Такой позор и варварство такое?
Страна моя, враги тебе грозят,
Но выше подними великой правды знамя,
Омой его земли кровавыми слезами,
И пусть его лучи пронзят,
Пусть уничтожат беспощадно
Тех варваров, тех дикарей,
Что кровь детей глотают жадно,
Кровь наших матерей.

***

НИКТО НЕ ЗАБЫТ
А. Шамарин

«Никто не забыт и ничто не забыто» —
Горящая надпись на глыбе гранита.
Поблекшими листьями ветер играет
И снегом холодным венки засыпает.
Но, словно огонь, у подножья – гвоздика.
Никто не забыт и ничто не забыто.

***

«Мальчик из села Поповки»

С. Я. Маршак

Среди сугробов и воронок
В селе, разрушенном дотла,
Стоит, зажмурившись ребёнок —
Последний гражданин села.
Испуганный котёнок белый,
Обломок печки и трубы —
И это всё, что уцелело
От прежней жизни и избы.
Стоит белоголовый Петя
И плачет, как старик без слёз,
Три года прожил он на свете,
А что узнал и перенёс.
При нём избу его спалили,
Угнали маму со двора,
И в наспех вырытой могиле
Лежит убитая сестра.
Не выпускай, боец, винтовки,
Пока не отомстишь врагу
За кровь, пролитую в Поповке,
И за ребёнка на снегу.

***

«ВРАГИ СОЖГЛИ РОДНУЮ ХАТУ…»
Исаковский М.

Враги сожгли родную хату
Сгубили всю его семью
Куда ж теперь идти солдату
Кому нести печаль свою
Пошел солдат в глубоком горе
На перекресток двух дорог
Нашел солдат в широком поле
Травой заросший бугорок
Стоит солдат и словно комья
Застряли в горле у него
Сказал солдат
Встречай Прасковья
Героя мужа своего
Готовь для гостя угощенье
Накрой в избе широкий стол
Свой день свой праздник возвращенья
К тебе я праздновать пришел
Никто солдату не ответил
Никто его не повстречал
И только теплый летний вечер
Траву могильную качал
Вздохнул солдат ремень поправил
Раскрыл мешок походный свой
Бутылку горькую поставил
На серый камень гробовой
Не осуждай меня Прасковья
Что я пришел к тебе такой
Хотел я выпить за здоровье
А должен пить за упокой
Сойдутся вновь друзья подружки
Но не сойтись вовеки нам
И пил солдат из медной кружки
Вино с печалью пополам
Он пил солдат слуга народа
И с болью в сердце говорил
Я шел к тебе четыре года
Я три державы покорил
Хмелел солдат слеза катилась
Слеза несбывшихся надежд
И на груди его светилась
Медаль за город Будапешт
Медаль за город Будапешт

***

Дедушкин рассказ

Андрей Порошин

Вчера мне рассказывал дедушка Женя:
Отряд партизанский попал в окруженье.
Осталось у них восемнадцать гранат,
Один пистолет и один автомат.
Всё больше в отряде погибших бойцов,
Всё крепче фашисты сжимают кольцо, —
Они за кустами, они за камнями.
И крикнул мой дедушка: «Родина с нами!».
И все побежали навстречу врагу,
И стали гранаты бросать на бегу.
Все храбро сражались, о смерти забыв, —
И вот, удалось совершить им прорыв.
Сквозь лес по болоту они уходили:
А деда медалью потом наградили.

***

На носилках, около сарая,
На краю отбитого села,
Санитарка шепчет, умирая:
— Я еще, ребята, не жила…

И бойцы вокруг нее толпятся
И не могут ей в глаза смотреть:
Восемнадцать — это восемнадцать,
Но ко всем неумолима смерть…

Через много лет в глазах любимой,
Что в его глаза устремлены,
Отблеск зарев, колыханье дыма
Вдруг увидит ветеран войны.

Вздрогнет он и отойдет к окошку,
Закурить пытаясь на ходу.
Подожди его, жена, немножко —
В сорок первом он сейчас году.

Там, где возле черного сарая,
На краю отбитого села,
Девочка лепечет, умирая:
— Я еще, ребята, не жила…

Ю. Друнина

***

Эдуард Асадов
Чулочки
Их расстреляли на рассвете,
Когда вокруг белела мгла.
Там были женщины и дети
И эта девочка была.
Сперва велели всем раздеться,
Потом ко рву всем стать спиной,
Но вдруг раздался голос детский.
Наивный, тихий и живой:
«Чулочки тоже снять мне дядя?» —
Не упрекая, не грозя
Смотрели, словно в душу глядя
Трехлетней девочки глаза.
«Чулочки тоже!»
Но смятением на миг эсэсовец объят.
Рука сама собой в мгновенье
Вдруг опускает автомат.
Он словно скован взглядом синим,
Проснулась в ужасе душа.
Нет! Он застрелить ее не может,
Но дал он очередь спеша.
Упала девочка в чулочках.
Снять не успела, не смогла.
Солдат, солдат! Что если б дочка
Твоя вот так же здесь легла?
И это маленькое сердце
Пробито пулею твоей!
Ты – Человек, не просто немец!
Но ты ведь зверь среди людей!
… Шагал эсэсовец угрюмо
К заре, не поднимая глаз.
Впервые может эта дума
В мозгу отравленном зажглась.
И всюду взгляд светился синий,
И всюду слышалось опять
И не забудется поныне:
«Чулочки, дядя, тоже снять?»

***

К. Симонов
» Убей его!»(«Если дорог тебе твой дом…»)

Если дорог тебе твой дом,
Где ты русским выкормлен был,
Под бревенчатым потолком,
Где ты, в люльке качаясь, плыл;
Если дороги в доме том
Тебе стены, печь и углы,
Дедом, прадедом и отцом
В нем исхоженные полы;
Если мил тебе бедный сад
С майским цветом, с жужжаньем пчел
И под липой сто лет назад
В землю вкопанный дедом стол;
Если ты не хочешь, чтоб пол
В твоем доме немец топтал,
Чтоб он сел за дедовский стол
И деревья в саду сломал…
Если мать тебе дорога —
Тебя выкормившая грудь,
Где давно уже нет молока,
Только можно щекой прильнуть;
Если вынести нету сил,
Чтоб немец, к ней постоем став,
По щекам морщинистым бил,
Косы на руку намотав;
Чтобы те же руки ее,
Что несли тебя в колыбель,
Мыли гаду его белье
И стелили ему постель…
Если ты отца не забыл,
Что качал тебя на руках,
Что хорошим солдатом был
И пропал в карпатских снегах,
Что погиб за Волгу, за Дон,
За отчизны твоей судьбу;
Если ты не хочешь, чтоб он
Перевертывался в гробу,
Чтоб солдатский портрет в крестах
Снял фашист и на пол сорвал
И у матери на глазах
На лицо ему наступал…
Если жаль тебе, чтоб старик,
Старый школьный учитель твой,
Перед школой в петле поник
Гордой старческой головой,
Чтоб за все, что он воспитал
И в друзьях твоих и в тебе,
Немец руки ему сломал
И повесил бы на столбе.
Если ты не хочешь отдать
Ту, с которой вдвоем ходил,
Ту, что долго поцеловать
Ты не смел,— так ее любил,—
Чтоб фашисты ее живьем
Взяли силой, зажав в углу,
И распяли ее втроем,
Обнаженную, на полу;
Чтоб досталось трем этим псам
В стонах, в ненависти, в крови
Все, что свято берег ты сам
Всею силой мужской любви…
Если ты не хочешь отдать
Немцу с черным его ружьем
Дом, где жил ты, жену и мать,
Все, что родиной мы зовем,—
Знай: никто ее не спасет,
Если ты ее не спасешь;
Знай: никто его не убьет,
Если ты его не убьешь.
И пока его не убил,
Ты молчи о своей любви,
Край, где рос ты, и дом, где жил,
Своей родиной не зови.
Если немца убил твой брат,
Пусть немца убил сосед,—
Это брат и сосед твой мстят,
А тебе оправданья нет.
За чужой спиной не сидят,
Из чужой винтовки не мстят.
Если немца убил твой брат,—
Это он, а не ты солдат.
Так убей же немца, чтоб он,
А не ты на земле лежал,
Не в твоем дому чтобы стон,
А в его по мертвым стоял.
Так хотел он, его вина,—
Пусть горит его дом, а не твой,
И пускай не твоя жена,
А его пусть будет вдовой.
Пусть исплачется не твоя,
А его родившая мать,
Не твоя, а его семья
Понапрасну пусть будет ждать.
Так убей же хоть одного!
Так убей же его скорей!
Сколько раз увидишь его,
Столько раз его и убей!

***

К. Симонов
«Горят города по пути этих полчищ…»

Горят города по пути этих полчищ.
Разрушены села, потоптана рожь.
И всюду, поспешно и жадно, по-волчьи,
Творят эти люди разбой и грабёж.
Но разве ж то люди? Никто не поверит
При встрече с одетым в мундиры зверьём.
Они и едят не как люди — как звери,
Глотают парную свинину сырьём.
У них и повадки совсем не людские,
Скажите, способен ли кто из людей
Пытать старика на верёвке таская,
Насиловать мать на глазах у детей?
Закапывать жителей мирных живыми,
За то что обличьем с тобой не одно.
Нет! Врёте! Чужое присвоили имя!
Людьми вас никто не считает давно.
Вы чтите войну, и на поприще этом
Такими вас знаем, какие вы есть:
Пристреливать раненых, жечь лазареты,
Да школы бомбить ваших воинов честь?
Узнали мы вас за короткие сроки,
И поняли, что вас на битву ведёт.
Холодных, довольных, тупых и жестоких,
Но смирных и жалких как время придёт.
И ты, что стоишь без ремня предо мною,
Ладонью себя ударяющий в грудь,
Сующий мне карточку сына с женою,
Ты думаешь я тебе верю? Ничуть!!!
Мне видятся женщин с ребятами лица,
Когда вы стреляли на площади в них.
Их кровь на оборванных наспех петлицах,
На потных холодных ладонях твоих.
Покуда ты с теми, кто небо и землю
Хотят у нас взять, свободу и честь,
Покуда ты с ними — ты враг,
И да здравствует кара и месть.
Ты, серый от пепла сожжённых селений,
Над жизнью навесивший тень своих крыл.
Ты думал, что мы поползём на коленях?
Не ужас, — ярость ты в нас пробудил.
Мы будем вас бить все сильней час от часа:
Штыком и снарядом, ножом и дубьём.
Мы будем вас бить, глушить вас фугасом,
Мы рот вам совётской землёю забьём!
И пускай до последнего часа расплаты,
Дня торжества, недалекого дня,
Мне не дожить как и многим ребятам,
Которые были не хуже меня.
Я долг свой всегда по-солдатски приемлю
И если уж смерть выбирать нам друзья,
То лучше чем смерть за родимую землю
И выбрать нельзя…

ДВЕ СТРОЧКИ
А.Твардовский

Из записной потертой книжки
Две строчки о бойце-парнишке,
Что был в сороковом году
Убит в Финляндии на льду.

Лежало как-то неумело
По-детски маленькое тело.
Шинель ко льду мороз прижал,
Далеко шапка отлетела.
Казалось, мальчик не лежал,
А все еще бегом бежал
Да лед за полу придержал…

Среди большой войны жестокой,
С чего — ума не приложу,
Мне жалко той судьбы далекой,
Как будто мертвый, одинокий,
Как будто это я лежу,
Примерзший, маленький, убитый
На той войне незнаменитой,
Забытый, маленький, лежу.

***

Баллада о матери

Ольга Киевская

Сорок первый – год потерь и страха
Заревом кровавым пламенел…
Двух парней в растерзанных рубахах
Выводили утром на расстрел.
Первым шёл постарше, тёмно-русый,
Всё при нём: и силушка, и стать,
А за ним второй – пацан безусый,
Слишком юный, чтобы умирать.
Ну, а сзади, еле поспевая,
Семенила старенькая мать,
О пощаде немца умоляя.
«Найн, — твердил он важно, — растреляйт!»
«Нет! – она просила, — пожалейте,
Отмените казнь моих детей,
А взамен меня, меня убейте,
Но в живых оставьте сыновей!»
И ответил офицер ей чинно:
«Ладно, матка, одного спасайт.
А другого расстреляем сына.
Кто тебе милее? Выбирайт!»
Как в смертельной этой круговерти
Ей сберечь кого–нибудь суметь?
Если первенца спасёт от смерти,
То последыш – обречён на смерть.
Зарыдала мать, запричитала,
Вглядываясь в лица сыновей,
Будто бы и вправду выбирала,
Кто роднее, кто дороже ей?
Взгляд туда-сюда переводила…
О, не пожелаешь и врагу
Мук таких! Сынов перекрестила.
И призналась фрицу: «Не могу!»
Ну, а тот стоял, непробиваем,
С наслажденьем нюхая цветы:
«Помни, одного – мы убиваем,
А другого – убиваешь ты».
Старший, виновато улыбаясь,
Младшего к груди своей прижал:
«Брат, спасайся, ну, а я останусь, —
Я пожил, а ты не начинал».
Отозвался младший: «Нет, братишка,
Ты спасайся. Что тут выбирать?
У тебя – жена и ребятишки.
Я не жил, — не стоит начинать».
Тут учтиво немец молвил: «Битте, —
Отодвинул плачущую мать,
Отошёл подальше деловито
И махнул перчаткой, — расстреляйт!»
Ахнули два выстрела, и птицы
Разлетелись дробно в небеса.
Мать разжала мокрые ресницы,
На детей глядит во все глаза.
А они, обнявшись, как и прежде,
Спят свинцовым беспробудным сном, —
Две кровинки, две её надежды,
Два крыла, пошедшие на слом.
Мать безмолвно сердцем каменеет:
Уж не жить сыночкам, не цвести…
«Дура–матка, – поучает немец, —
Одного могла бы хоть спасти».
А она, баюкая их тихо,
Вытирала с губ сыновних кровь…
Вот такой, – убийственно великой, —
Может быть у Матери любовь.

Стихи о войне до слез видео

Рубрики: Разное


Warning: Error while sending QUERY packet. PID=24908 in D:\OpenServer\domains\kanal21.ru\wp-includes\wp-db.php on line 1924

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *