В истории нас пленяют тысячи сюжетов. Но уже двадцать веков ни один из них не завораживает, как несколько дней в истории человечества — дни распятия и воскрешения Иисуса Христа. Мы находим в Евангелии трагедию и радость, верность и предательство, жестокость и смирение. Перечитывая эту книгу, мы иногда, как зернышки, вдруг выклевываем из ее строк совершенно неожиданные жемчужинки, которые заставляют нас удивиться и по-другому взглянуть на события и людей, о которых рассказывает великая книга. Есть много намеков на то, что Иуда, предавший (если верить каноническим Евангелиям) Христа, был для Иисуса не просто одним из апостолов, а даже и наоборот — одним из любимейших учеников. Возможно, даже более любимым, нежели Иоанн, Павел и Петр. Во всяком случае у многих литераторов мы читаем версии о том, что Иуда не предатель, а наоборот — единственный человек, который исполнил волю Христа (а значит, волю Божью), предавая учителя. Потому что без этого предательства не могло быть ни распятия, ни искупления наших грехов: кто-то должен был «запустить механизм» этого искупления по воле Божьей. И вот, если внимательно читать Евангелие, а особенно описание Тайной вечери, вдруг абсолютно наглядно открывается простая вещь (только не падайте в обморок): Иуда был не просто учеником, а любимейшим учеником Христа, и доверить «предательство» Иисус мог только ему. И об этом говорит, как во многих исторических расследованиях, обыкновенное описание жизни и быта в те далекие времена. В частности, вечерней трапезы с приглашением друзей или учеников. Да Винчи был большой фантазер Давайте быка — за рога. Всем известная «Тайная вечеря» да Винчи — чистый вымысел. Во всяком случае то, как ее изобразил гений. Дело в том, что так сидеть за столом могли только современники гения. В Иудее времен Христа даже в зажиточном доме (а Христос собрался с учениками именно в таком — там было два этажа, иначе невозможно объяснить застолье в «горней» (верхней) комнате), так вот, даже в зажиточном доме мебели было очень мало. В обычном доме иудеи ели, как на столе, на сундуке, служившем заодно и хранилищем ценностей. Были низкие стульчики. Но их было очень мало, и представить себе, что в скромном доме обнаружилось сразу 13 штук (12 апостолов и Христос), невозможно. Это немыслимая роскошь. Значит, их заменяли ковры, подушки, валики. Во всяком случае в римской традиции тех лет во время пиров гости располагались на коврах или низких лежанках, укладываясь на левый бок, чтобы правой рукой брать яства. Древние римляне не только на общих пирушках или званых ужинах ели лежа, но, например, в повседневной жизни так же читали и писали. Стульями пользовались: хозяин при приеме визитеров в своем кабинете (на богатых виллах), женщины, больные и те, кому стул нужен был при какой-то работе. Для званых вечерних ужинов невысокие лежанки для мужчин — клине — римляне заимствовали у греков. Лежанки расставляли по три в виде буквы «П» вокруг «трапезы» — небольшого столика (слово и сам предмет греческого происхождения). Почти так же было и у древних иудеев периода римского владычества. Изначально евреи ели, сидя у стола на низких стульчиках, но потом и к ним пришел «римский», а скорее греческий обычай трапезничать возлежа.

Итак, где же возлежал Иуда? В Евангелиях сказано по-разному. Вот у Луки (22:21): «Но посмотрите! Рука того, кто предаст Меня на одном столе с Моей». То есть Иуда ест как минимум за одним столом с Иисусом. Но апостолов было двенадцать. И могли быть два варианта: общий большой стол, что трудно представить в иудейском доме тех лет. Или несколько небольших столов, делящих ужинающих на группы. Марк (14:20) сужает это пространство: «Один из двенадцати, макающий хлеб в ОДНО БЛЮДО со Мною». То же и у Матфея (26:23): «Меня предаст человек, опустивший руку в ОДНО БЛЮДО со мной». Ага! Иуда не только возлежит за одним столом с Христом, но и возлежит рядом с ним или напротив него: он свободно дотягивается до блюда, стоящего перед Христом, хозяином вечери (в блюде обычно соус, в который макают хлеб и мясо). Именно дотягивается, потому что во время трапезы никто не вставал со своих лежанок и не подходил к столу с общим блюдом, все-таки не шведский стол. То есть Иуда возлежал бок о бок с Христом или напротив него. Длина руки у нас — примерно 70 сантиметров.

Графика Алексея СТЕФАНОВА.

Почему это так важно? Потому что в любом застолье соблюдалась четкая иерархия (см. схему). Рядом с главой застолья (или хозяином дома) располагались два самых дорогих и почетных гостя — справа и слева. Иногда еще один почетный гость возлежал напротив хозяина (там, где на схеме обозначен проход для прислужника). Но это бывало редко. И получалось, что главное блюдо, поставленное перед хозяином, могли достать рукой только два (или три) особо дорогих гостя. Но никак не двенадцать человек. Если принять гипотезу о том, что любимым учеником Христа был Иоанн (то есть одно место подле учителя занято), то второе остается только Иуде, который мог спокойно обмакнуть хлеб в одно блюдо с Иисусом. Значит, этот «предатель» был Христом очень уважаем и приближен. Что, впрочем, вытекает и из того, что Иуда в общине апостолов носил денежный ящик, то есть был казначеем, министром финансов этой организации. И теперь — главная интрига: почему Иисус, точно зная, что именно Иуда его должен предать, сажает его, как обычно, обок себя, за главный стол? И было ли это вообще предательство, если Христос так вот запросто сообщил об этом за столом, где сидели, кроме Иуды, еще 11 человек, способных растерзать любого, кто покусился бы на жизнь их учителя? Ведь отважился же Петр броситься за Христа на храмовую стражу с мечом во время ареста Иисуса в Гефсимании! Но это совсем другая история. И, возможно, я к ней еще вернусь. Автор ждет ваших откликов

Для использования в других целях, см Тайная вечеря (значения) . Изображения Тайной Вечери в христианском искусстве создавались мастерами-художниками на протяжении веков, наиболее известным примером является фреска Леонардо да Винчи конца 1490-х годов в Милане , Италия. (Изображение с возможностью нажатия — используйте курсор для идентификации.)

Вечеря является последним приемом пищи , что в Евангелиях счетах, Иисус разделял со своими апостолами в Иерусалиме , прежде чем его распятие . Тайная вечеря отмечается христианами особенно в Великий четверг . Тайная вечеря обеспечивает библейскую основу для Евхаристии , также известной как «Святое Причастие» или «Вечеря Господня».

Первое послание к Коринфянам содержит самое раннее известное упоминание о Тайной Вечере. Во всех четырех канонических евангелиях говорится, что Тайная вечеря произошла ближе к концу недели, после триумфального входа Иисуса в Иерусалим, и что Иисус и его апостолы вместе обедали незадолго до того, как Иисус был распят в конце этой недели. Во время трапезы Иисус предсказывает свое предательство со стороны одного из присутствующих апостолов и предсказывает, что до следующего утра Петр трижды откажется знать его .

Три синоптических Евангелия и Первое послание к Коринфянам включают рассказ об установлении Евхаристии, в которой Иисус берет хлеб, преломляет его и дает его другим, говоря: «Это Мое тело, данное вам» (апостолы прямо не упоминают упоминается в первом послании к Коринфянам). Евангелие от Иоанна не включает этот эпизод, но повествует об Иисусе, омывающем ноги апостолам , давая новую заповедь «любить друг друга, как Я возлюбил вас», и содержит подробную прощальную речь Иисуса, призывая апостолов, которые следуйте его учениям «друзья, а не слуги», поскольку он готовит их к своему отъезду.

Ученые рассматривали Тайную вечерю как источник ранних христианских евхаристических традиций. Другие считают, что рассказ о Тайной вечере происходит от евхаристической практики I века, описанной Павлом в середине 50-х годов.

Искусство Италии 15 и 16-го веков
Фреска художника Леонардо да Винчи «Тайная вечеря» (центральный фрагмент). В 1495 году Леонардо приступил к созданию своего центрального произведения – фрески «Тайная вечеря» в трапезной монастыря Санта Мария делле Грацие в Милане. После почти трех лет упорного труда роспись была открыта для обозрения, прославив имя Леонардо как величайшего художника своего времени. Но судьба этого произведения оказалась поистине трагической. Предпринятые Леонардо по его обыкновению экспериментальные работы над красками и грунтом не были удачными – красочный слой оказался недостаточно прочным, и уже в 16 веке началось разрушение фрески, которое со временем усилилось и было довершено грубыми и неумелыми реставрациями. В 1954 году роспись великого художника была очищена от более поздних наслоений, а остатки подлинной живописи выявлены и закреплены, благодаря чему можно получить общее представление о композиции и красочном решении шедевра Леонардо да Винчи. Для того же чтобы судить более определенно о ее особенностях, приходится прибегать к старым копиям и гравюрам, а также эскизам самого Леонардо и его подготовительным рисункам. Размер росписи 460 x 880 см, смешанная техника.

Фреска «Тайная вечеря» художника Леонардо да Винчи – это огромных размеров композиция, занимающая целиком поперечную стену большого зала монастырской трапезной. В живописи кватроченто уже сложились определенные традиции в решении этой темы – достаточно назвать работы Андреа дель Кастаньо и Гирландайо, у которых при всех несомненных реалистических устремлениях еще сохраняются некоторые признаки догматической скованности, – в частности, они отделяют Иуду от апостолов, помещая его в одиночестве по другую сторону стола. Как и его предшественники, Леонардо да Винчи изобразил Христа и апостолов за накрытым к трапезе столом. Действие происходит в представленном во фронтальной перспективе обширном помещении, стены которого увешаны коврами. Христос помещен в центре; его фигура рисуется на фоне дверного проема в глубине композиции, сквозь который открывается вид на пейзаж с пологими гористыми склонами.

Леонардо да Винчи выбрал для изображения момент, который наступил после того, как Христос произнес роковые слова: «Один из вас предаст меня». Слова эти, столь неожиданные для его учеников, поражают каждого в самое сердце. Предвещая скорую гибель их учителя, они одновременно наносят удар по их чувству доверия и взаимной солидарности, ибо в рядах их оказался предатель. Так вместо религиозного таинства Леонардо да Винчи воплотил в своей фреске драму человеческих чувств. Мудрый выбор решающего момента этой драмы позволил художнику показать каждое из действующих лиц в наиболее ярком выражении его индивидуального характера. Юный мечтательный Иоанн, помещенный по правую руку от Христа, как бы бессильно поник от полученного удара; напротив, решительный Петр, сидящий рядом с ним, хватается рукой за нож, чтобы покарать возможного предателя. Находящийся по левую руку от Христа Иаков Старший красноречивым жестом недоумения развел руки в стороны, а приподнявшийся со своего места рядом с ним юный Филипп – образ высокой душевной красоты – склоняется перед Христом в порыве самопожертвования.

И как контраст с ними – низменный облик Иуды. В отличие от своих предшественников Леонардо поместил его вместе с апостолами, лишь выделив его лицо падающей на него тенью. Но в этой фреске выразительны не только лица – столь же ярко характеры участников события проявляются в их движениях, в жестах. Одни лишь движения рук выражают все оттенки чувств, начиная от бессильно лежащей на столе вверх ладонью руки Христа – в этом жесте передано чувство стоической покорности ожидающей его участи – до испуганно всплеснутых рук апостола Андрея.

Тайная вечеря является фреской работы Леонардо Де Винчи, которая представлена в виде сцены последнего ужина Христа в окружении своих учеников. Художник создал ее в 1495-1498 годах в монастыре под названием «Санта-Мария» находящимся в Милане. Эта работа достаточно традиционно для той эпохи. Она расположена в трапезной монастыря.

Художник начал свою работу в 1495 году, а закончена она была через три года, так как были в процессе работы перерывы. На сегодняшний день известны три копии фрески, которые по предположениям искусствоведов создал помощник художника. Роспись уже успела заслужить почетный статус настоящего веха эпохи Ренессанса благодаря правильно воспроизведенной глубине перспективы, которая смогла изменить вектор направления связанного с развитием живописи на Западе.

По мнению искусствоведов на фреске отчетливо выявляется момент, когда Иисус говорит слова касающиеся того, что кто-то из апостолов окажется его предателем, а также реакция на слова Иисуса каждого его ученика.

Практически все предыдущие произведения художника на данную тему придавали Иуде исключения в виде его расположения за столом отдельно от других учеников, где он располагался напротив их, или же на предшествующих произведениях Иисус был изображен со всеми своими учениками за исключением Иуды.

Отчетливо видно, как Иуда сжимает в руке мешочек маленького размера, скорее всего значение которого гласит о находившемся в нем серебре, которое было получено Иудой за то, что он предал своего наставника, или же изображенного в его руках в виде намека на его ключевую роль среди всех двенадцати учеников, которую он выполняет в качестве самого главного казначея. Он единственный из двенадцати апостолов, который изображен с поставленным на стол локтем. Ноже изображенный в руке Петра вероятнее всего направляет зрителя к сцене происходящей в Гефсиманском саду при задержании Христа.

«Тайная вечеря».

Отвергая надуманную, фальшивую героику итальянских академистов, которые полагали прогресс современного искусства не в живой связи с жизнью, а в наибольшем приближении его к идеалам и формам прошлых эпох, Рембрандт в то же время глубоко изучал произведения мастеров итальянского Возрождения. Сохранилось, в частности, три его рисунка с фрески Леонардо да Винчи «Тайная вечеря»…

Когда в 1482-ом году в Милан приехал тридцатилетний Леонардо да Винчи, он попал в настоящий водоворот празднеств и увеселений. Красивый, одаренный, прекрасный певец и музыкант, он стал центром блестящего общества. «Все умеет, знает все, — писал о нем один из современников, — отличный стрелок из лука и арбалета, наездник, пловец, мастер фехтования на шпагах; он левша, но нежной и тонкой левой рукой сгибает железные подковы».

Леонардо да Винчи был великим математиком, разработавшим теорию зрительной перспективы, и выдающимся анатомом, изучившим внутренние органы человека по вскрытым им самим человеческим трупам. Его влекло к военному делу. Он умел строить легкие мосты, придумывал новые пушки и способы разрушать крепости. Он изобретал никому до той поры неведомые взрывчатые вещества. Заветной мечтой его было создание летательного аппарата тяжелее воздуха. В его рукописях мы находим первые в мире чертежи парашюта и вертолета.

В историю искусства Леонардо вошел как величайший живописец итальянского высокого Возрождения наряду с Рафаэлем и Микеланджело. Через год после прибытия в Милан Леонардо стал работать над своей гениальной картиной «Мадонна в скалах», ныне находящейся в парижском Лувре. Он воплотил в ней свое представление о прекрасном человеке и писал ее одиннадцать лет.

Сразу по окончании «Мадонны в скалах» Леонардо перешел к своему величайшему творению — фреске для миланской монастырской столовой (так называемой трапезной) «Тайная вечеря». Два года, 1495-ый и 1496-ой, он работал от восхода солнца до вечерней темноты. Не выпуская из рук кисти, он писал фреску непрерывно, забывая о еде и питье. «А бывало, что пройдут два, три, четыре дня, и он не прикасается к картине», — писал современник.

Помещение трапезной монастыря Мария делла Грация было большим, и фреска была задумана так, чтобы все тринадцать персонажей разместились на свободном пространстве стены длиной восемьсот восемьдесят, высотой четыреста шестьдесят сантиметров. Каждая фигура оказалась в полтора раза больше обыкновенного человеческого роста, но зрителю они видны лишь выше пояса.

Напомним о легендарных событиях, предваряющих сюжет фрески Леонардо. Во вторник Страстной недели вечером Иисус Христос указал ученикам на Пасху как на время своей насильственной смерти. Сразу после этого Иуда, один из двенадцати апостолов, украдкой оставил своих собратьев и явился в Синедрион, совет старейшин и аристократов Иерусалима. Какие побуждения руководили этим человеком, сам ли Иуда потребовал плату за предложенную им кровь, или она была предложена ему, на этот вопрос нет ответа. Евангелисты говорят только, что в него вошел Сатана. Выданная за предательство плата Иуде была ничтожной, тридцать сиклей, цена негодного к работе раба.

К вечеру в четверг, когда сгущавшийся сумрак мог избавить от наблюдения вездесущих доносчиков, Спаситель с двенадцатью учениками незамеченным вошел в Иерусалим. Мы видим их уже собравшимися в большой горнице, готовыми к последней вечере. Стол накрыт. Почетным местом было среднее, и оно было занято Христом. Апостолы расположились по сторонам от него четырьмя группами по трое: шесть человек слева от Христа, шесть справа. Иуда изображен повернувшимся к Христу в профиль с выражением лживой преданности и тайного страха на грубом, хищном лице; третьим слева от Христа, то есть четвертым от левого края фрески.

Расположив стол, за которым сидят Христос и апостолы параллельно стене, которую украшает фреска, Леонардо как бы продолжает реальное пространство трапезной, где находится зритель. Получается, что и мы, и Христос с апостолами находимся в одном и том же гигантском помещении по разные стороны от вытянутого по горизонтали стола.

Обрисовка обстановки сведена к минимуму. Длинный стол, покрытый узорчатой золотистой скатертью и скромной посудой, резко выдвинут к зрителю. За ним подразумевается большое пространство в двух-трех десятках шагов от нас, замыкаемое прямоугольником противоположной стены с тремя светлыми окнами. При этом возвышающийся над остальными апостолами Христос оказывается на фоне среднего, самого большого окна. Из верхних углов фрески к его голове стремительно опускаются линии стыка потолка с боковыми стенами.

В основу композиции «Тайной вечери» положено простейшее геометрическое построение: опирающийся на нижний край фрески треугольник. Его боковые стороны — края стола и положенные на стол расставленные руки Христа. Вершина треугольника совпадает с качнувшейся в правую сторону от зрителя обнаженной головой Христа. Таким образом, Христос загораживает главную точку схода, уходящую в глубину параллели.

Прямоугольная рама центрального окна в глубине превращается в своеобразную раму погрудного портрета Христа. За окном, слева от его лица, видны далекие-далекие горы, у подножия которых протекает река. Над головой Спасителя плывут облака, и космос, проникая через окна в трапезную, мягко обволакивает своими таинственными полутенями всех людей и предметы. Взоры учеников, жесты их рук направлены к Христу, и это еще больше приковывает внимание к его фигуре. Но они не видят Христа так, как видим его мы, угадывающие за ним вселенную.

Это впечатление достигнуто благодаря линейной перспективе. Значение «Тайной вечери» Леонардо да Винчи в мировом искусстве определяется, во-первых, тем, что здесь впервые была полностью разрешена проблема синтеза живописи и архитектуры, сведение их в единое художественное одухотворенное целое. Во-вторых, фреска Леонардо открыла для европейской живописи совершенно новую область — область психологического конфликта. Не довольствуясь изображением этой евангельской сцены как реального события, Леонардо впервые истолковал ее как разоблачение и осуждение предательства.

Перед началом вечери Христос, сознательно уподобив себя рабу, омыл ноги учеников, вытерев их своим поясом. За столом он объяснил им свой поступок как доброе и милостивое дело. «Но так должны поступать и они друг с другом, — сказал он, — они должны научиться смирению, самоотречению и любви к людям».

«Блаженны те, которые поймут, что борьба за преимущества, притязательность и настойчивость на правах своего достоинства, страсть к властолюбию составляют отличительные свойства тирании и языческой незрелости; а самый великий из христиан должен быть самым смиренным, — еще раз предостерег он, — не ожидать земной награды или земных благ; его престол и царство не от мира сего».

Затем речь его стала печальной. Среди его соратников находится человек, который уже навлек проклятье на свою голову. В эту ночь оставят его все, даже наиболее возлюбленные им, но это еще не все. В эту ночь даже самый мужественный из них клятвенно трижды отречется от него, но и это еще не все. Истинно говорю вам: один из вас предаст меня.

За серединой стола, вдоль главной оси фрески полуфигура Христа, представляющая логический центр повествования, отделена промежутками от фигур апостолов. На Иисусе красно-оранжевая одежда раба — хитон с круглым отверстием для головы. Через левое плечо переброшен светло-синий плащ. Раздвинутые руки прочно упираются в стол, левая обращена ладонью вверх. Вещие слова сказаны. И вот по ряду учеников проходит волна, как бы состоящая из двенадцати фигур, считая то в одну, то в другую сторону от Христа: удар, круговращение, отражение, обращение, вздымание, склон, подъем, стремительность, замедление, углубление и так далее, вплоть до исчерпывания движения в крайних, замыкающих композицию фигурах. Это все термины самого Леонардо.

Так подобно брошенному в воду камню, порождающему все более расходящиеся по ее поверхности круги, слова Христа, упавшие среди мертвой тишины, вызывают величайшее движение в этом собрании, до того пребывавшем в состоянии полного покоя.

Особенно выразительна захватывающая зрителя контрастными характерами и чувствами составляющих ее лиц группа апостолов по правую руку от Христа, то есть слева от зрителя. Весть о предательстве словно парализовала нежного юношу с мягким сердцем, любимого ученика Христа, Иоанна. Золотистые локоны обрамляют его женственное лицо, руки лежат на столе, пальцы бездейственно сплетены. Наклонив голову влево от нас, он слушает стремительного и гневного седобородого Петра, верховного апостола, который, сжимая нож в правой руке, шепчет что-то ему на ухо.

И, наконец, между Петром и столом, прижатый к столу, низкорослый, с взлохмаченными волосами, погруженный в тень, повернувшись к нам в профиль, напряженно и гипнотизирующе смотрит на Христа Иуда. Заостренность крючковатого носа, сходящегося с подбородком, выпяченная кривая нижняя губа, низкий покатый лоб — все эти Иудины черты выражают единство физического и морального уродства.

Когда другие рассуждали между собой о том, кто предал, он с наглостью и презрительным ожесточением преступника оставался безмолвным. Но вот, уязвленный тем потрясающим ужасом, с которым все остальные смотрели на саму возможность предательства, он и сам дерзнул на гнусный и бесстыдный вопрос. Откинувшись влево от нас в сторону, упав локтем правой руки, сжимающей кошелек на стол, так что упала и покатилась солонка, он словно защищается от изобличения протянутой левой рукой, в то время как правая рука судорожно прижимает кошелек к груди. Так, скорчившись, боясь разоблачения, впиваясь в Христа обуреваемым неблагодарностью сверлящим взглядом, он хрипло шепчет с язвительностью дерзкой насмешки: «Не я ли, равви?»

Лицо Христа как бегущая волна. Оно меняется, оно живет и дышит. Оно в становлении, в нем игра мыслей и чувства. Оно обещание последующих свершений мирового портретного искусства. Оно предвестие поздних рембрандтовских лиц. Оно печально той печалью, которая долговечнее стали и камня. «Ты сказал», следует тихий, неукоризненный ответ, запечатлевающий виновность предателя.

Как иногда в бурные ночи с диким завыванием рвется ветер через треснувшие стены какого-нибудь заброшенного места, так и в погибельной душе Иуды бушуют зависть и ненависть. «Что делаешь, делай скорее», — громко продолжит Христос. И Иуда сразу поймет, что означают эти слова. «Твой гнусный замысел созрел, исполняй его без всякого льстивого лицемерия и бесполезных отсрочек». И предатель выйдет из-за стола и покинет недоумевающее собрание.

Затененный злобный профиль Иуды среди ярко освещенных лиц остальных апостолов. Буря страстей в душе предателя и его испуг позволяют Леонардо выделить Иуду среди других апостолов и сделать его роль понятной зрителю. Еще никогда европейские мастера не вкладывали в свои фрески и картины столько наблюдений над жизнью человеческой души.
Главный герой драмы величественно прост и спокоен. В самом страдании Христос обретает благородство, но его образ давался Леонардо нелегко. Впоследствии передавали, что художник долго не мог закончить его голову. Зато зоркостью своей в изучении страстей и слабостей человека Леонардо как бы предвосхищает своего младшего современника — итальянского политического деятеля, историка и писателя Никколо Макиавелли, который призывал отречься от идеализации человеческой природы и исходить в политике из положения, что люди неблагодарны, изменчивы, лицемерны, трусливы перед опасностью, жадны до наживы.

Анатолий Вержбицкий. «Творчество Рембрандта».

* * *

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *