Едет на дровнях мужик Иван Африканович Дрынов. Напился с трактористом Мишкой Петровым и теперь с мерином Пармёном беседует. Везёт из сельпо товар для магазина, а заехал спьяну не в ту деревню, значит, домой только — к утру… Дело привычное. А ночью по дороге нагоняет Ивана Африкановича все тот же Мишка. Ещё выпили. И тут решает Иван Африканович сосватать Мишке свою троюродную сестру, сорокалетнюю Нюшку-зоотехницу. Она, правда, с бельмом, зато если с левого боку глядеть, так и не видно… Нюшка прогоняет друзей ухватом, и ночевать им приходится в бане.

И как раз в это время у жены Ивана Африкановича Катерины родится девятый, Иван. А Катерина, хоть и запретила ей фельдшерица строго-настрого, после родов — сразу на работу, тяжело больная. И вспоминает Катерина, как в Петров день наблудил Иван с бойкой бабёнкой из их села Дашкой Путанкой и потом, когда Катерина простила его, на радостях обменял доставшуюся от деда Библию на «гармонью» — жену веселить. А сейчас Дашка не хочет ухаживать за телятами, так Катерине приходится работать и за неё (а иначе семью и не прокормишь). Измученная работой и болезнью, Катерина внезапно падает в обморок. Её увозят в больницу. Гипертония, удар. И только больше чем через две недели она возвращается домой.

Продолжение после рекламы:

А Иван Африканович тоже вспоминает про гармонь: не успел он научиться даже и на басах играть, как её отобрали за недоимки.

Приходит время сенокоса. Иван Африканович в лесу, тайком, за семь вёрст от деревни косит по ночам. Если трёх стогов не накосишь, корову кормить нечем: десяти процентов накошенного в колхозе сена хватает самое большее на месяц. В одну из ночей Иван Африканович берет с собой малолетнего сына Гришку, а тот потом по глупости рассказывает районному уполномоченному, что ходил с отцом ночью в лес косить. Ивану Африкановичу грозят судом: ведь он депутат сельсовета, а потом тот же уполномоченный требует «подсказать», кто ещё в лесу по ночам косит, написать список… За это он обещает «не обобществлять» личные стога Дрынова. Иван Африканович договаривается с соседским председателем и вместе с Катериной ходит в лес на чужую территорию косить по ночам.

Брифли существует благодаря рекламе:

В это время в их деревню приезжает из Мурманска без копейки денег Митька Поляков, брат Катерины. Недели не прошло, как он напоил всю деревню, начальство облаял, Мишке сосватал Дашку Путанку, да и корову сеном обеспечил. И все будто походя. Дашка Путанка поит Мишку приворотным зельем, и его потом долго рвёт, а через день по Митькиному наущению они едут в сельсовет и расписываются. Вскоре Дашка срывает с Мишкиного трактора репродукцию картины Рубенса «Союз земли и воды» (там изображена голая баба, по общему мнению, вылитая Нюшка) и сжигает «картинку» в печи из ревности. Мишка в ответ чуть не сбрасывает трактором Дашку, моющуюся в бане, вместе с баней прямо в речку. В результате — трактор повреждён, а на чердаке бани обнаружено незаконно скошенное сено. Сено заодно начинают искать у всех в деревне, доходит очередь и до Ивана Африкановича. Дело привычное.

Митьку вызывают в милицию, в район (за соучастие в порче трактора и за сено), но по ошибке пятнадцать суток дают не ему, а другому Полякову, тоже из Сосновки (там полдеревни Поляковы). Мишка же свои пятнадцать суток отбывает прямо в своей деревне, без отрыва от производства, по вечерам напиваясь с приставленным к нему сержантом.

Продолжение после рекламы:

После того как у Ивана Африкановича отбирают все накошенное тайком сено, Митька убеждает его бросить деревню и уехать в Заполярье на заработки. Не хочет Дрынов покидать родные места, да ведь если Митьку послушать, то другого выхода-то и нет… И Иван Африканович решается. Председатель не хочет давать ему справку, по которой можно получить паспорт, но Дрынов в отчаянии угрожает ему кочергой, и председатель вдруг сникает: «Хоть все разбегитесь…»

Теперь Иван Африканович — вольный казак. Он прощается с Катериной и вдруг весь сжимается от боли, жалости и любви к ней. И, ничего не говоря, отталкивает её, словно с берега в омут.

А Катерине после его отъезда приходится косить одной. Там-то, во время косьбы, и настигает её второй удар. Еле живую, её привозят домой. И в больницу в таком состоянии нельзя — умрёт, не довезут.

А Иван Африканович возвращается в родную деревню. Наездился. И рассказывает он чуть знакомому парню из дальней заозёрной деревни, как поехали было с Митькой, да он лук продавал и вовремя в поезд вскочить не успел, а билеты-то все у него и остались. Высадили Ивана Африкановича и потребовали, чтобы он в течение трёх часов уехал назад, в деревню, а штраф, мол, в колхоз пришлют, да только как ехать, если не на что, — не сказали. И вдруг — поезд подошёл и с него слез Митька. Так тут Иван Африканович и взмолился: «Не надо мне ничего, отпусти ты меня только домой». Продали они лук, купили обратный билет, и поехал, наконец, Дрынов домой.

Брифли существует благодаря рекламе:

А парень в ответ на рассказ сообщает новость: в деревне Ивана Африкановича баба померла, ребятишек много осталось. Парень уходит, а Дрынов вдруг падает на дорогу, зажимает руками голову и перекатывается в придорожную канаву. Бухает кулаком в луговину, грызёт землю…

Рогуля, корова Ивана Африкановича, вспоминает свою жизнь, будто удивляясь ей, косматому солнцу, теплу. Она всегда была равнодушна к себе, и очень редко нарушалась её вневременная необъятная созерцательность. Приходит мать Катерины Евстолья, плачет над своей ведёрницей и велит всем детям обнять Рогулю, проститься. Дрынов просит Мишку зарезать корову, сам не может. Мясо обещают принять в столовую. Иван Африканович перебирает Рогулины потроха, и на его окровавленные пальцы капают слезы.

Детей Ивана Африкановича, Митьку и Ваську, отдают в приют,

Антошку — в училище. Митька пишет, чтобы посылали Катюшку к нему в Мурманск, только больно мала-то. Остаются Гришка с Марусей да два младенца. И то трудно: Евстолья стара, руки стали худые. Она вспоминает, как Катерина перед смертью, уже без памяти, звала мужа: «Иван, ветрено, ой, Иван, ветрено как!»

Реклама:

После смерти жены Иван Африканович не хочет жить. Ходит обросший, страшный да курит горький сельповский табак. А Нюшка берет на себя заботу о его детях.

Иван Африканович идёт в лес (ищет осину для новой лодки) и вдруг видит на ветке платок Катерины. Глотая слезы, вдыхает горький, родимый запах её волос… Надо идти. Идти. Постепенно он понимает, что заблудился. А без хлеба в лесу каюк. Он много думает о смерти, все больше слабеет и лишь на третий день, когда уже на карачках ползёт, вдруг слышит тракторный гул. А спасший своего друга Мишка поначалу думает, что Иван Африканович пьян, да так ничего и не понимает. Дело привычное.

Он весь дрожит. Горе пластает его на похолодевшей, не обросшей травой земле. И никто этого не видит.

Фразеологизм:

В ухо плюнуть да заморозить.

Ключевые слова: ухо,

Смысл выражения

О плохом, скверном человеке.

Похожие пословицы и выражения

В одно ухо влетает, в другое вылетает.
Ветер свистит в ушах.
Вешать лапшу на уши.
Во все уши.
Вывести за ушко да на солнышко.
Выводить за ушко да на солнышко.
Вытаскивать за уши из грязи.
Вытащить за уши из грязи.
Вытянуть за уши из грязи.
Глаза и уши запорошило.
Дерет уши.
Держать ухо востро.
Держать ушки на макушке.
До ушей.
Дойти до слуха (ушей).
Доходить до слуха (ушей).
Жужжать в уши.
За ухо не оттащишь.
За ушами трещит.
За уши не оторвешь.
За ушко да на солнышко.
Звучит в ушах.
И ухом не ведет.
И ухом не повел.
И ухом не повести.
Клонить слух (ухо).
Медведь на ухо наступил.
Медведь ухо отдавил.
На ухо.
На ушко.
Навострить уши.
Надувать в уши.
Надуть в уши.
Наколотить уши.
Наострить ухо.
Напевать в уши.
Напеть в уши.
Нарвать уши.
Насвистеть в уши.
Наставлять ухо.
Натрубить в уши.
Не видать как своих ушей.
Не для чужих ушей.
Обоими ушами.
Оболтать уши (ухи).
По самые уши.
Приклонить ухо.
Приклонять ухо.
Прогундеть (все) уши.
Прожужжать (все) уши.
Прокричать все уши.
Пропускать мимо ушей.
Пропустить мимо ушей.
Проскальзывать мимо ушей (слуха).
Проскользнуть мимо ушей (слуха).
Прослушать все уши.
Прохлопать ушами.
Развесить уши.
Развешивать уши.
Распускать уши.
Распустить уши.
Растерять уши.
Рвать уши.
Рот до ушей; хоть завязки пришей!
Своими (собственными) ушами.
Слон на ухо наступил.
Стоять на ушах.
Стричь ушами.
Тащить за уши.
Тугой (туг) на ухо.
Тянуть за уши.
Ухо в ухо.
Ухо к уху.
Ухо на ухо.
Ухо режет.
Ухо с глазом
Ухо топориком.
Уши вянут.
Уши горят.
Уши пухнут.
Уши режет.
Ушки на макушке.
Хлопать ушами.
Хоть уши затыкай.
Пословицы отмеченные звёздочкой содержит подробное описание, раскрывающее их значение и смысл.
Смотрите все Фразеологизмы

Скачать пословицу

Вы можете скачать изображение с текстом пословицы, поделиться им с друзьями в социальных сетях либо использовать в презентациях. Для скачивания, нажмите на картинке.

Задать вопрос

Свои вопросы, предложения и замечания присылайте через предложенную ниже форму.
Благодаря Вашим отзывам и оценкам, мы постараемся сделать проект «Игра слов» ещё лучше.

На дровнях мужик едет, Дрынов Иван Африканович. Напился тот с Мишкой Петровым, трактористом, и по пьяни беседует с мерином Пармёном. Вез товар из сельпо для магазина, да спьяну заехал не в ту деревню, значит попадет теперь домой только по утру. Дело уже привычное. Нагоняет на дороге, ночью, Ивана Африкановича тот самый Мишка. Опять выпили. И тут решает Иван Африканович вдруг просватать за Мишку свою троюродную сестру, Нюшку-зоотехницу, сорока лет от роду. Правда бельмо у нее на глазу, но покуда сбоку на нее смотришь, оно и не видно вовсе. Нюшка же схватила ухват и прогнала друзей. Пришлось им в бане заночевать.

А в это время у Катерины, жены Ивана Африкановича, родился девятый ребенок, Иван. Катерина, несмотря на строжайший приказ фельдшерицы, тяжело больная после родов, сразу на работу вышла. Вспомнила Катерина, как Иван наблудил на Петров день с бойкой Дашкой Путанкой, здешней сельской бабенкой. И как обменял Иван на радостях, когда Катерина его простила, Библию, от деда доставшуюся на «гармонью», чтобы жену свою веселить. А Дашка не хочет сейчас ухаживать за телятками, поэтому Катерине и за нее приходится работать, иначе никак семью не прокормить. Катерина, в конец замученная тяжелой болезнью и работой, внезапно потеряла сознание. Ее увозят в больницу с гипертоническим ударом. Возвращается домой она не раньше, чем через две недели.
Иван Африканович тоже вспомнил про гармошку. Ведь не успел еще и выучится играть на басах, как ее забрали в счет недоимок.

Тем временем пришло время сено косить. Иван Африканович за семь верст от деревни, по ночам, в тайне ото всех косит траву. Должен он накосить не меньше трех стогов, то скотинку покормить будет нечем. Тех десяти процентов сена, что накошено для колхоза, в лучшем случае на месяц разве что хватит. Одной из таких ночей, Иван Африканович по глупости взял с собой сына, малолетнего Гришку. А тот по незнанию рассказал потом уполномоченному по району, что с папкой в лес ходил ночью, сено косить. Иван Африканович под угрозой суда, как депутат сельсовета колхоза. Уполномоченный предлагает «подсказать», написать список тех, кто еще по ночам в лесу сено косит. Дрынову обещают «не обобществлять» его личные стога в обмен на информацию. Затем Иван Африканович договорился с соседским председателем и стал ходить вместе с Катериной косить по ночам, на чужой территории леса.

Тем самым временем приезжает из Мурманска в их деревню брат Катерины, Митька Поляков, без копейки денег за душой. Не прошло и недели, а он уже всю деревню напоил, поругался с начальством, сосватал Мишке Дашку Путанку, и корову сено обеспечил между делом. И все у него легко вышло. Дашка Путанка так напоила приворотным зельем Мишку, что его потом долго рвало. Благодаря Митькиным стараниям они через день едут расписываться в сельсовет. Потом Дашка возьми да и сорви с Мишкиного трактора картину «Союз земли и воды», репродукцию Рубенса. На ней была изображена баба голая, так все на селе гуторили, что она вылитая Нюшка. Дашка из ревности сожгла репродукцию в печке. В ответ Мишка чуть не сбросил в речку Дашку, вместе с баней, в которой она в то время мылась. В результате чего Мишка сломал трактор, а на чердаке неучтенное сено нашли, которое скосили незаконно. Из-за этого сено стали искать по всему колхозу. И до Ивана Африкановича дошла очередь. Дело привычное.

Митьку, за сено и за содействие в порче трактора, вызывают в районную милицию. Но, по ошибке, дают пятнадцать суток другому Полякову из Сосновки, а не ему. Не удивительно, ведь полдеревни почти Поляковы. Мишка же назначенные пятнадцать суток, не отрываясь от производства, прямо в родной деревне проводит и напивается вечерами с сержантом, которого к нему приставили.

Митька пытается убедить Ивана Африкановича бросить деревню после того, как было конфисковано все тайно накошенное сено, и поехать на заработки в Заполярный Круг. Дрынов же не желает уезжать из родных мест. Но если верить Митьке, то нет другого выхода из ситуации. В конце концов, Иван Африканович решился. Справку, по которой Дрынов может получить паспорт, председатель ему давать не хочет. С отчаяния Иван Африканович угрожает тому кочергой. А председатель вдруг сник и говорит, что они все могут разбегаться.
Иван Африканович становится вольным казаком. Прощаясь с Катериной, он внезапно весь сжимается от чувства боли, любви и жалости к ней. Молча оттолкнул её, словно с берега в омут нырнул, не сказав ни слова.

Катерин стала косить сено одна после отъезда мужа. Во время покоса ее и настигает второй уже удар. Привезли Катерину домой чуть живую. До больницы везти в таком состоянии нельзя, умрет еще в дороге.

Иван Африканович вернулся в родную деревню очень скоро. Отъездился вдоволь. Рассказал он знакомому, парню из заозерного колхоза, как с Митькой он путешествовал и опоздал на поезд. Потому что лук на перроне продавал и заскочить на поезд вовремя не успел. А билеты все у Митьки остались. Потребовали тотчас же от Ивана Африкановича в течение трёх часов уехать в деревню, назад. И штраф, дескать, пришлют туда же. Только как же ему ехать, коли не на что, они не сказали. И вдруг, с вновь подошедшего поезда, сходит все тот же Митька. Тут уж принялся Иван Африканович его умолять, чтобы отпустил Митька его до дому, что не надо ему кроме этого ничего. Продали они оставшийся лук, на вырученные деньги курил Дрынов обратный билет и, наконец-то, поехал в деревню.

А парень, с которым Иван Африканович разговаривал, ему в ответ сообщил новость, что в родной деревне Дрынова померла баба и осталось у нее много сироток. После ухода парня, Иван Африканович неожиданно падает на дорогу, и в придорожный овраг перекатывается, зажав в руках голову. Грызет землю, бьет кулаками по ней.

Рогуля, корова Дрыновых, вспоминая всю свою жизнь, как будто удивляется ей и косматому теплу солнца. Ничто не могло нарушить ее необъятную вневременную созерцательность, она была всегда равнодушной. Пришедшая Евстолья, мать Катерины, плачет стоя над ведёрницей, и сказала обнять Рогулю всем детям, чтобы попрощаться. У Дрынова не хватает воли самому зарезать корову и он просит об этом Мишку. В столовой пообещали взять мясо. Иван Африканович плачет, перебирая потроха Рогули и слезы капают на его окровавленные ладони.

Антошку, сына Ивана Африкановича, определили в училище. Митьку и Ваську, младших сыновей, отдали в приют. Митька написал, чтобы в Мурманск, к нему, выслали Катюшку. Остались Гришка, Маруся и два младенца. Но и с ними нелегко. Евстолья уже стара, руки стали немощные. Она припомнила, что Катерина перед смертью все мужа звала.

Иван Африканович расхотел жить после смерти любимой жены. Стал ходить по деревне обросшим, да курящим сельповский горький табак. Нюша же, сестра его, взяла на себя всех оставшихся детей.
Иван Африканович пошел искать в лес осину для новой лодки и вдруг заметил на ветке головной платок жены. Он стал вдыхать родной, горький запах Катерины сквозь слезы. Надо уходить. Дронов понимает, что заблудился. Без еды в лесу смерть. Все больше слабея, он настойчиво думает о ней. Лишь на третьи сутки, ползя на карачках, до него доносится еле слышный тракторный гул. А Мишка, спасший друга, в начале был уверен, что Иван Африканович выпивший, и ничего не понимает из его путанных объяснений. Дело привычное.

На поминках по случаю сорокового дня после смерти Катерины, Иван Африканович приходит на могилу жены и приносит ей рябину. Начинает ей говорить о детях, о том, что тоскует без нее, хочет к ней. И просит его дождаться.
Иван Афонасиевич дрожит. Горе пригибает его к промерзшей, холодной земле. Никто этого не замечает.

Краткое содержание повести «Привычное дело» пересказала Осипова А.С.

«Привычное дело” В. И. Белова – поэтизация избы, народного уклада, традиций крестьянской культуры. Эта небольшая повесть с нарочито скромным, но трагически-напряженным названием, внутренним рефреном «привычное дело – жизнь” появилась вначале в провинциальном журнале «Север” (Петрозаводск). Василий Белов был уже известен. Он начинал как поэт, ученик известного вологодского поэта, жившего в Москве, Александра Яшина, выступившего в 1956 г. с рассказом «Рычаги”, повестью «Вологодская свадьба” (1962).

В 1961 г. В. Белов

опубликовал рассказ «Деревня Бердяйка” – о тихой трагедии, умирании одной деревни, где уже давно не слышат криков новорожденных… Этот рассказ вводил читателя в круг главных гуманистических проблем творчества В. Белова.
И прежде всего он заставлял услышать его тревогу: деревня живет не просто плохо, бедно – она живет за чертой милосердия, сострадания, обычного человеческого внимания! Она выживает, а не живет…
Повесть «Привычное дело” невелика по объему, проста по составу героев – это многодетная семья крестьянина Ивана Африкановича Дрынова и его жены – доярки Катерины, их соседи, друзья. В персонажный ряд в качестве равноправных членов семьи и сельского сообщества включены и корова-кормилица Рогуля, лошадь Пармен. Вещи, окружающие Ивана Африкановича, – колодец, баня, родник, наконец, заветный бор – тоже члены его семьи.

Это святыни, опора его, помогающая выжить. «Событий бытия” в повести немного: труд Катерины, поездка Ивана Африкановича в город, «на чужбину”, с мешком лука ради спасения семьи, заработка. Читатель встречается с очень стыдливой в проявлении высоких чувств семейной парой. «Нипошто пришел, нипошто”, – говорит, например, на своем говоре Катерина, когда Иван Африканович прибежал в роддом. Ho она любит в муже это «непослушание”, ради таких мгновений она готова к бесконечному труду во имя своего дома, семьи.

Щемит сердце, когда читаешь, как Иван Африканович, пережив похороны жены, раздав часть детей по приютам, по родне, горюет в сороковой день на могиле жены:
«…A ведь дурак был, худо тебя берег, знаешь сама… Вот один теперь… Как по огню ступаю, по тебе хожу, прости…

Худо мне без тебя, вздоху нет, Катя. Уж так худо, думал за тобой следом… А вот оклемался…

А твой голос помню. И всю тебя, Катерина, так помню, что… Да.

Ты, значит, за робят не думай ничего. Поднимутся. Вон уж самый младший, Ванюшка-то, слова говорит… такой парень толковый и глазами весь в тебя. Я уж… да.

Это буду к тебе ходить-то, а ты меня и жди иногда… Катя… Ты, Катя, где есть-то?

Милая, светлая моя, мне-то… Мне-то чего… Ну… тепере-че… вон рябины тебе принес…

Катя, голубушка”.
В этом фрагменте «сказа” с типично крестьянскими повторами («худо мне”, «худо” вместо «плохо”, «больно”), с языческим ощущением неразделимости бытия, стиранием границ между жизнью и смертью («посмертием”), с редкими вкраплениями патетики («Милая, светлая моя”) ощутим редкий слух В. Белова на народную речь, очевидно его искусство вживания в народный характер. Это искусство раскроется и в его «Плотницких рассказах” (1968), где спорят два «заклятых друга” Авенир Козонков и Олеша Смолин, в «Бухтинах вологодских” (1969), в большом романе о коллективизации «Кануны” (1972-1976).
Этот якобы «пассивный” герой то активно взывает к миру о сострадании, о милосердии к деревне, то ведет мучительную борьбу за свой дом как уголок России, очаг выживания, за родник очеловеченного бытия. «Выживу я – выживет и народ!” – словно говорит этот бесправный, беспаспортный герой, то и дело сгоняемый даже с дорогой ему земли.
Что священно, вечно, бесценно для Ивана Африкановича, для Катерины? Они, пожалуй, даже и не признаются, что самое простое, «дешевое”, легко дающееся им дороже всего. Так, «фокусом” дорогого им пространства является в повести их изба, их «дом”.

Он совсем не богатый, не «дорогой”, во всем обычный – с передним углом, с самоваром, печью, с жердью, привинченной к потолку, люлькой («очепом”) для покачивания колыбели очередного младенца. «Очеп” своего рода «ось” всего деревенского, изолированного мира. В «Прощании с Матерой” В. Распутина такой «осью”, на которой как бы кружилось все колесо быта, мироздания, был посредине села царственный листвень, святое дерево.

Дом Ивана Африкановича вынес множество ударов – и вечную нужду послевоенных лет, эксперименты «раскрестьянивания”, но чудом уцелел благодаря «ладу”, крестьянской памяти, здравому смыслу, защитной силе семьи. Вся повесть – это цепочка комических или шутейных ситуаций, сцен трудов и необидных ссор героев в рамках «своего”, природного мира, «деревенского космоса”, живущего по законам гармонии, «лада”.
Однако не следует видеть в В. Белове, авторе «Привычного дела”, морализатора, проповедника, недруга городской цивилизации. Он не является таковым даже в романе «Все впереди” (1986). В. Белов, безусловно, испытывает немалое творческое счастье, вживаясь в характеры своих «детей земли”, вслушиваясь в их голоса (он умеет изображать и само слово, поэзию «сказа”), искусно соединяя пестрые сценки в единое целое. Писатель показывает, как его герой тайком по ночам косит сено в лесу для своей коровы («третью ночь спал Иван Африканович всего часа по два, дело привычное”), как он же яростно требует справку на паспорт для поездки в город («ступил на середину конторы и закричал: – Справку давай!

На моих глазах пиши справку!”). И в финальные картины повести тоже вплетены сцены, раскрывающие этот же характер. Потеряв Катерину, Иван Африканович заблудился в лесу, беспомощно подставил лицо «беззвучному прилипчивому дождю”, услышал какой-то «всесветный и еще призрачный шум”…

Ho каким-то чудом отчаяние было побеждено, герой вернулся в деревню, в осиротевший дом…
Оттого, что взгляд писателя все чаще начинал обращаться в прошлое, к фольклору, народной эстетике, проза В. Белова становилась еще современнее. Нынешний «разлад” может исправить былой «лад” (гармония между человеком и природой). Итог многих суждений В. Белова о «ладе” в связи с повестями Белова, самой книгой «Лад”, этой энциклопедией жизни крестьянина, насыщенной преданиями, сказками, рассказами-картинами, подвел исследователь Ю. Селезнев:
«Цель его («лада”.-В. Ч.)… в том, чтобы через многообразие проявлений народной жизни осмыслить основания, понять природу ее единства, ее целостности. Эту основу…

Белов и воплотил в понятии «лад””.
Это чрезвычайно емкое русское слово действительно являет собой единство многообразия: это и вселенский лад – целый мир, гармония миропорядка; это и лад определенного уклада общественной жизни – жизни и любви: дружба, братство, добрососедство, взаимопонимание; и жизни семейной: лад – это супружество, лада – любимый, милый, желанный человек; и трудовой – ладить – делать хорошо, с умением, вкусом… лад – это согласие, гармония”.

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *