Большинство храмов, сохранившихся в Свердловской области с дореволюционного времени, были выстроены в 19 веке. По оценке Екатеринбургской епархии, более полусотни из них признаны объектами культурного наследия. Как и большинство строений того времени, эти церкви имеют характерные для классицизма черты – колонны или полуколонны, лепнина и так далее. Зачастую храмовое зодчество Среднего Урала сочетает в себе несколько стилей, которые тем не менее укладываются в норму 19 века (барокко или модерн).

Один из храмов региона, дошедших до наших времен, выбивается из этого ряда. Его автор выглядит архитектурным бунтарем на фоне своих предшественников. Само строение, по сегодняшним меркам, находится в глуши Свердловской области – на краю границы Нижнетагильской епархии. В третьей части проекта ЕАН речь пойдет о храме в честь великомученицы Параскевы в селе Кайгородское (в простонародье Кайгородка).

Икона возродила деревню из пепла

Кайгородку, находящуюся в 88 км от Нижнего Тагила, можно отнести к середнячкам среди сельских поселений. На сегодня здесь проживают около 500 человек, но в селе развиты совхоз и фермерские хозяйства. Церковь видно на расстоянии 10-12 км от села. Здание выполняет роль архитектурной доминанты, хотя с виду и стоит на отшибе – у края леса.

Сама Кайгородка была основана еще в 1640 году беглыми демидовскими крестьянами (местность входила в зону притяжения «вотчины Демидовых», о чем ЕАН ранее неоднократно писал). В 1703 году деревня выгорела и несколько лет стояла заброшенной. Поселение возродилось в 1710 году. По одной из версий, крестьяне из соседней деревни нашли на пепелище икону святой Параскевы. Образ был объявлен чудотворным, и на месте его обнаружения построили часовню. Вскоре вокруг нее появились жилые дома.

Во второй половине 19 века деревня начала расширяться за счет разработки месторождения аметиста. В самом округе активно велась добыча золота и драгоценных камней. Через Кайгородку пролегал Режевской тракт, по которому проходил торговый путь. За счет всего этого росло и благосостояние жителей. Ко второй половине 19 века кайгородцам из-за расширения деревни захотелось построить свой приход. До этого, с 1754 по 1860 год, они ходили на богомолье в храм Рождества Христова в селе Липовка (ныне находится в Режевском городском округе). К слову, церковь в Липовке тоже сохранилась до наших дней.

Храм Рождества Христова в селе Липовка

Усадьба Железнова была построена в псевдорусском стиле в конце XIX века (1892—1895) екатеринбургским архитектором Дютелем (по другим данным, А. Б. Турчевичем). Неизвестно имя заказчика — Алексей Анфиногенович Железнов приобрел усадьбу уже позднее; по крайней мере, нет никаких свидетельств о его переезде на Златоустовскую улицу ранее 1907 года. Некоторые детали здания, выполненные из кирпича, создают подобие деревянной резьбы.

Пермское епархиальное начальство, которое тогда ведало духовными делами Среднего Урала, одобрило инициативу кайгородцев. В 1861 году в деревне был освящен первый семиглавый (по количеству куполов) деревянный храм в честь святой Параскевы (в память об иконе, которая была обнаружена полторы сотни лет назад). Из епархиального вестника известно, что местные жители сами обжигали кирпич для фундамента и заготовляли лес на свои средства. О крупных благотворителях, как в истории с Николо-Павловским храмом, ничего неизвестно.

Во многих случаях храмового строительства на Урале деревянные церкви стояли относительно недолго – до первого пожара. После этого в селах появлялись каменные строения. Деревянный приход в Кайгородке до конца 19 века просуществовал без пожаров. За это же время село еще больше разрослось и вместе с ним выросло число прихожан. Здание, которое изрядно обветшало, уже не вмещало всех верующих.

Инициативы по расширению прихода от жителей Кайгородки не поступало, пока в селе не появился новый священник Павел Жданов. Он и предложил построить новую и «богатую» церковь. Повод для этого подходил к тому времени соответствующий – 300-летие царствующей династии Романовых в 1913 году.

«Отец Павел настоял построить храм на горе. Место красивое, но, как говорит дневник его Преосвещенства, «высокая гора будет для многих трудноодолимым препятствием. Да и для самого пастыря частовременное хождение в церковь будет нелегким подвигом, особенно во дни старости», — следует из заметки в «Екатеринбургских епархиальных ведомостях» от 1912 года.

Юлий Осипович Дютель — академик архитектуры. С 1881 по 1905 год Дютель работал на Урале, сначала в Ирбите, а с 1889 года — в Екатеринбурге. В 1890 году занял должность городского архитектора, став единственным в дореволюционной истории Екатеринбурга академиком архитектуры на этом посту.

Судя по нынешнему расположению церкви, на сходе победили сторонники строительства на возвышенности – на горе Тальян. Заказ на проектирование нового храма получил известный уральский архитектор Юлий Дютель. Он же был последним главным архитектором Екатеринбургской епархии в дореволюционное время. Церковь в Кайгородке стала его последней (и, возможно, первой) работой в этой области.

Жителям Кайгородки Юлий Дютель представил проект, кардинально отличающийся от соседних церквей. По оценке выпускницы Уральского архитектурно-художественного университета Нины Беляевой, занимавшейся изучением этой церкви, зодчий работал в псевдорусском (или русско-византийском) стиле. На это указывают килевидные арки, типы орнаментов, колонки, «пузатые» купола.

По некоторым сведениям, Юлий Дютель прежде вообще не занимался храмовым зодчеством. Он был известен на Урале как проектировщик общественных зданий и жилых домов. В частности, Дютель является автором усадьбы Железнова и дома купцов Агафуровых на улице Сакко и Ванцетти в Екатеринбурге. Он же занимался проектированием торгового центра в Ирбите и руководил его строительством.

Проемы круглых окон над боковыми входами украшены вензелями с инициалами, смысл которых на сегодня утерян. В очертаниях храма (особенно без побелки) можно уловить нечто схожее с усадьбой Железнова в Екатеринбурге.

Каменная церковь, как и деревянный приход, была спроектирована семиглавой с трехъярусной колокольней. По рассказам старожилов, стены храма были побелены с использованием голубого оттенка (синька). Как полагает Беляева, в подборе цветовой гаммы проявилась чисто деревенская традиция. Купола были выкрашены в зеленый цвет.

По мнению нынешнего настоятеля церкви иерея Виталия Ярмулика, возможное отсутствие у Дютеля практического опыта в храмовом зодчестве и позволило ему создать церковь, которая резко контрастирует на фоне соседей. Неизвестно, было ли у него какое-либо техзадание от епархии, или ему предоставили полную свободу. Единственное пожелание жителей села, о котором дошли сведения, заключалось в том, чтобы храм получился «богатым».

Каменную церковь в Кайгородке начали строить в 1903 году. Как и при возведении деревянной, жители обходились своими силами – без крупных благотворителей. Впрочем, и само село в то время входило в число зажиточных. Согласно изначальным планам, храм был освящен в год 300-летия дома Романовых – 15 октября 1913 года. Но в задуманном автором проекта виде церковь просуществовала всего 22 года.

Гусеницами разворотили храм

Приход большевиков к власти в 1917 году и начало кампании против Русской православной церкви первое время на жизни храма не отражались. Только в сталинские годы клирики храма Николай Мухин и Григорий Глинин были репрессированы. Первый священник был отправлен в лагеря на пять лет в 1930 году, второй в 1937 году получил 10 лет лагерей. По словам историка прихода Марии Котовой, пастыри пропали бесследно после вынесения им приговора.

Сам приход по решению властей закрыли в 1935 году. Через два года колокольня церкви пошла под снос, а в самом здании разместили зернохранилище. После 1945 года склад был ликвидирован. Входы в храм заколотили, и почти полтора десятка лет здание пустовало.

В конце 50-х годов церковь передали под гараж для гусеничных тракторов. К 1970 годам на территории храма было размещено 12-13 единиц техники. Помимо гаража у юго-восточной опоры строения была оборудована столярная мастерская. Неподалеку от нее поставили токарный станок. Гараж прекратил свою работу только после падения советского строя. И на протяжении последующих двух десятков лет здание снова оказалось заброшенным.

Нещадная эксплуатация здания, а также серия пожаров с 1956 по 1990-е годы привели к серьезным разрушениям. Огнем были уничтожены все фрески внутри церкви и деревянный пол. Кровля была разрушена, малые главки, окружавшие купол, — снесены, техникой полностью разворотило центральный вход.

За 1990-е и 2000-е годы на крыше церкви проросли деревья. Несмотря на серьезные повреждения кровли и осадки, кладка сохранилась невредимой. Для сравнения необходимо вспомнить состояние храма в Краснополье, где из-за протечек под угрозой обрушения оказалось несколько участков стен. В кайгородском приходе кирпич местами раскрошился ближе к основанию сооружения. По всей видимости, из-за неаккуратной езды советских трактористов.

«Люди не стали ждать, пока приедет барин»

Первые и последующие волны массового восстановления церквей в Свердловской области, начавшиеся в 1990-х годах, обошли Кайгородку стороной. У Екатеринбургской епархии не могли дойти руки до отдаленных территорий, чтобы поставить здесь священника, который занялся бы восстановлением. Инициатива «снизу» пошла только в 2012 году.

«Шесть лет назад у нас собрался деревенский сход с подачи директора совхоза Павла Озорнина, — рассказал ЕАН староста церкви Иван Токар (также бывший директор совхоза). — Решили святыню восстановить. Зов души был. Раньше-то все в делах были. У меня вот работа, командировка. А как на пенсию вышел — присоединился к людям, поскольку сам я родом с Закарпатья. Меня там родители в детстве водили в церковь по воскресеньям. У нас же все храмы сохранились, ничего не разрушили, как здесь. Хотя коммунисты запрещали Пасху отмечать и в храм ходить и наказывали за это. Но нам, особенно ребятам, что было до этого?»

«Здесь прихожане не стали ждать, пока приедет барин с лесом. Сами взялись, — добавляет настоятель Виталий Ярмулик. — У меня в практике в одном приходе был случай. Я приезжаю в храм, а староста спрашивает: «Ты средства привез?» Здесь совершенно иная ситуация».

После схода 15 жителей села взялись за восстановление. В первую очередь из здания вынесли землю и расчистили алтарь, чтобы на первое время было место для молитвы. С кровли выкорчевали деревья.

Одновременно с этим начали всплывать документы, связанные со строительством церкви, а также некоторые элементы убранства. Так, в архиве совхоза случайно был найден проект храма. У одного из местных фермеров обнаружили две иконы, принадлежавшие приходу.

Проект церкви

«В церковь он отдал только одну из них — «Тайную вечерю», которая висела на иконостасе. И то потому, что он ее не успел отреставрировать. А вторую он оставил себе, поскольку вложил деньги в ее восстановление», — рассказала историк прихода.

Третья и самая значимая для храма икона, по словам верующих, находится в одном из монастырей Алапаевского городского округа. Это образ святой Параскевы, который, по местному преданию, был обнаружен на пепелище в 1710 году. Иерей Виталий Ярмулик уточнил, что для возвращения реликвии необходимо собрать доказательства ее исторической принадлежности к приходу.

В советское время кайгородцы сохранили один из крестов, который возвышался над храмом до его разорения. С началом восстановления его водрузили над входом.

Обломки малой главки храма

Появление настоятеля и меценатов

Приходской священник в селе появился спустя четыре года после схода, на котором было принято решение о восстановлении церкви. Как и в Краснополье, им стал иерей Виталий Ярмулик, недавно выпустившийся из духовной семинарии. На тот момент ему было 26 лет. К приезду молодого пастыря храм был расчищен от мусора, но использовать для религиозных целей здание было сложно. В первую очередь, из-за отсутствия дверей и окон.

«В Екатеринбурге для таких дел легче всего найти предпринимателей. Однако, что парадоксально, средства начали собираться. Сначала дважды нам дал средства один из предпринимателей Нижнего Тагила. Как он сам объяснил: «Тебе больше никто просто не поможет». Затем я повстречал одного своего знакомого из Екатеринбурга. Тоже предприниматель. Мы с ним разговорились, и он спрашивает: «Как дела?» Я ему рассказываю, как все обстоит в храме. Он мне говорит: «Может, тебе помочь?» Просто так, по-человечески. Я эти средства ни у того, ни у другого и не просил даже», — удивляется настоятель.

На свечах и требах приход фактически ничего не зарабатывает — фиксированной таксы на это не установлено. Деньги бросаются в ящик для пожертвований по принципу «сколько не жалко». Но во время «инкассации» обнаруживались крупные по меркам сельского храма суммы. Не исключено, что их жертвователями стали земляки кайгородцев, которые переехали в крупные города и, улучшив свое материальное положение, решили присоединиться к оживлению церкви. Как полагает священник, приход стал объединяющей силой для всего села, хотя активных прихожан и насчитывается полтора десятка человек.

На данный момент на собранные средства в храме удалось наладить печное отопление, установить двери и окна, побелить алтарь. 10 ноября 2017 года на престольный праздник в церкви провели полноценную службу.

«На ту службу приезжал владыка (епископ Нижнетагильский Иннокентий, — прим. ЕАН). Он потом осмотрел храм, и его удивила архитектура, поскольку он и сам архитектор и член Союза художников. Мне владыка потом сказал, что церковь надо обязательно сохранить, поскольку таких единицы по всей стране», — пояснил священник.

Однако для полного сохранения, как отмечает Нина Беляева, необходимо провести полную консервацию здания. В первую очередь, отремонтировать кровлю, установить внутри сооружения плюсовую температуру, обеспечить вентиляцию деревянных перекрытий. Только после этого возможно уже строить планы по восстановлению до состояния, заложенного Юлием Дютелем. Единственное, что облегчает все будущие работы, — отсутствие церкви в перечне объектов культурного наследия, иначе это в несколько раз увеличило бы стоимость реставрации. В отличие от усадьбы Железновых, одно из последних творений Юлия Дютеля в Свердловской области не было признано государством историческим памятником.

Храм Вознесения Господня в Екатеринбурге ведет свою историю с конца ХVIII века. Этот храм – единственное сохранившееся в городе церковное здание, построенное в стиле позднего барокко.

Церковь эффектно поставлена на самой возвышенной точке города — Вознесенской горке (290 м), по соседству с классическим ансамблем усадьбы Расторгуевых-Харитоновых. И в нынешние дни церковь- одна из высотных доминант в панораме города. Этот храм – живой свидетель трагических событий ночи с 16 на 17 июля 1918 года, когда в Екатеринбурге была расстреляна царская семья.

Когда-то на месте храма располагалась загородная дача одного из строителей города В.Н.Татищева. В 1735 году он писал в канцелярию Главного управления: «.. Мне для моей физической болезни здесь в близости завода, для великого курения и пыли жить весьма тяжко; того ради надлежит командирский двор построить за городом на северной стороне, где от меня место показано»…

Место, о котором здесь говорится – Вознесенская горка, тогда еще безымянная, покрытая сосновым лесом. Дом для генерала Татищева возвели из этого срубленного леса, обустроили вместительный погреб, отвели огород. Впервые «Загородный Командирский дом» появился на плане Екатеринбурга в 1737 году. Сам дом иногда называли «Генеральский» и горку – «Генеральской горкой». К 1790 году генеральский дом пришел в негодность.

История строительства

По просьбе мастеровых Мельковской слободы и старосты прежнего деревянного храма Вознесения купца Николая Карнаухова в епархиальное управление, было получено благословение на строительство нового храма во имя Вознесения Господня. Вначале храм был деревянным и располагался на западном склоне горки. Но простоял так недолго, вскоре появилась каменная церковь на противоположной стороне улицы. На месте первоначального храма сейчас находится часовня Преподобной Мученицы Елисаветы Феодоровны.

В России день Вознесения Господня – один из главнейших праздников Русской православной церкви. Народ российский в этот день не работал, поскольку день был «неприсутственным», выходным.

В городской храм Вознесения Господня – » на престол» на литургию собиралось особенно много богомольцев. По странному стечению обстоятельств, в Вознесение отмечали свой годовой праздник торговые служащие Екатеринбурга.

Начало строительства каменного храма, уже на восточном склоне, в 1792 году было освящено протоиереем Карпинским. Для строительства были использованы чертежи недавно построенного Богоявленского собора. А в 1801 году освятили в нижнем этаже придел в честь Рождества Богородицы. Архивные материалы позволили уточнить, что на престоле данной Рождественской церкви располагался антиминс 1800 года. Он подписан преосвященным Иоанном, епископом Пермским и Екатеринбургским . Согласно церковной описи, к 1803 году храм обладал колокольней с 7 колоколами, трапезной, необходимой утварью и богослужебными сосудами.

Полностью нижний храм во имя Рождества Пресвятой Богородицы был освящен только в 1891 году; верхний (холодный) в честь Вознесения Господня – строился до 1818 года -тогда же- 25 июля 1818 года был освящен протоиереем Карпинским.

В 1833 году – Северные пределы – нижний во имя св Митрофана (освящен преосвященным Ионой в 1848 году); верхний – во имя пророка Илии (освящен протоиереем Василием . Луканиным в 1890 году) начали строить в 1792 году, благоустройство продолжалось почти 80 лет. Автор первоначального проекта неизвестен.

В 1839 году заложены Южные пределы: нижний во имя Благовещения Пресвященной Богорородицы (освящен Ионой в 1852 году), верхний — во имя Казанской (освящен протоиерем Василием Луканиным в 1889 году). Колокольня -3-х ярусная, четырехгранная, первый ярус обработан пилястрами и круглыми окнами, на 2 и 3 ярусах – сквозные окна. Венчает колокольню главка и украшения ее барабана аналогичны главке храма – единственный сохранившийся в Екатеринбурге образец форм позднего барочного храма. Предположительно проект достройки был сделан архитектором Малаховым, затем переработан архитекторами Турским и Шулаевым. Планировалось изменить облик церкви с барочного на рус-византийский. Эта идея нашла отражение в архитектурном решении приделов. Позже была достроена колокольня с восемью колоколами, и началась очень яркая и насыщенная жизнь жизнь Вознесенского прихода.

В 1888 году в нижнем этаже разместилась мужская одноклассная церковно-приходская школа. В 1891году в д. Пышминской и в 1893 году – в с. Владимирском были открыты такие же школы.

Лишь со временем храм приобрел ту благолепность и законченность архитектурных форм к которым мы привыкли.

В 1899 году церковь обнесли каменной оградой на средства церковного старосты Антона Адамовича Шанцилло . В ограде , на его же средства, были устроены две каменные кладовые.

Формирование прихода

Согласно статистике, население Екатеринбурга в 1807 – 1850 годах увеличилось на 5458 – с 10023 человек до 15471 человек.

Судя же по клировым ведомостям, рост Вознесенского прихода идет более активно. Так в 1832 году численность прихода была 2967 душ, а в 1859 она уже была 4150 душ.

Такую динамику роста прихода, вероятно, можно объяснить большой популярностью прилегающих к Вознесенской церкви окрестностей, где в 1 половине Х1Х века началась активная застройка. Тут начинают строить самые красивые дома: дворец Расторгуева-Харитонова (строительство началось в 1794 году и продолжалась до 1815 года), такой же красивый, но меньшими размерами дом Тихона Зотова (он существовал только в Х1Хвеке). Но хозяева этих особняков были старообрядцами по религиозным убеждениям и вряд ли были прихожанами Вознесенской церкви.

Здесь же располагался особняк владельцев Сысертских заводов Турчаниновых-Соломирских и дом горного инженера Редикорцева, больше известный по имени его последнего владельца Ипатьева.

Уже к концу Х1Х века часть прихожан из городского населения, а их, видимо, было немало, становятся прихожанами новопостроенной Александро-Невской церкви. Церковь эта была построена на средства екатеринбургского купца Лузина. Почему позже и получила название Лузинской. 28 июня 1895 года преосвященным Симеоном, епископом Екатеринбургским, была освящена и первоначально приписана к Вознесенской церкви. Но через несколько лет новый храм получает самостоятельность. Эта церковь была небольшой, построена из камня, с такой же колокольней. Приход этой церкви состоял из улиц: 2, 3, 4 Мельковских (ныне); Северной ( ), Пышминской ( ), Березовской. Названные улицы принадлежали ранее Вознесенскому приходу.

К Вознесенскому храму относилась северо-восточная часть Екатеринбурга. Прихожанами храма по социальному составу являлись в основном мастеровые. По данным клировых ведомостей за 1832, 1834,1842, 1859 годы число мастеровых чуть превышало половину от общего числа прихожан. Оставшуюся половину составляли категории дворян, офицеров, чиновников, купцов, мещан, низших воинских чинов, крестьян, приписанных к приходу сел. По данным справочника «Весь Екатеринбург» за 1903 год почти каждый третий житель города ходил в храм на Вознесенской горке. Известно, что прихожанами этого храма были известные в городе семьи живших неподалеку камнерезов Липина и Хомутова. По воспоминаниям родных, они также являлись благоустроителями храма.

В городской части прихода всегда имелось небольшое количество старообрядцев, принадлежавших часовенному толку (бывшие беспоповцы). Им было предоставлено отдельное помещение.

Кроме этого, к приходу были приписаны два селения: Пышма и Владимирский (ныне поселок Балтым).

Первое селение, возникшее в 30-х годах ХVIII века, находилось от своей приходской церкви в 10 верстах. Там существовала деревянная часовня. В ней, по просьбе местных жителей, в некоторые праздничные дни приходским причтом отправлялась служба.

С 1891 года в Пышме начала свою деятельность одноклассная церковно-приходская школа, такая же школа в 1893 г. появилась и в с. Владимирском

В с. Владимирском, расположенном в 18 верстах от Екатеринбурга, где проживало 3305 прихожан, также имелась деревянная часовня с алтарем. В 1893 году эта часовня была освящена благочинным протоиереем Василием Луканиным в церковь во имя великомученицы Параскевы. «В храме этом в Великий пост для говеющих и в некоторые праздники приходским причтом отправляется богослужение».

Храм этот в несколько перестроенном состоянии сохранился до наших дней. Сейчас там возобновилась богослужебная жизнь.

По поводу священнослужителей Вознесенской церкви клировые ведомости сообщают, что «причта положено по штату издавна: два священника, диакон, два дьячка и два пономаря». Однако имя второго священника появляется в документах только в 1842 года. На начало ХХ века в Вознесенском храме служат уже три священника, диакон и три псаломщика, пономари уже не значились в клире.

Что касается материального обеспечения клира, то первоначально до 1839 года «священно церковнослужители на содержание свое постоянного оклада не имели, а содержались «братскими кружечными доходами».

Так, за 1834 год по кружечному сбору было собрано 1800 рублей, что оказывается – «весьма посредственно для содержания».

С 1839 года священно церковнослужителям по утвержденному штату было положено производить жалование: священникам — по 500, диакону – 250, дьячкам – по 175, пономарям – 150 рублей ассигнациями в год. Это, по всей видимости, шло сверх кружечных сборов. Содержание это, как отмечается, достаточно.

С мая 1843 года по указу Святого Синода, священно церковнослужителя производить пособие помещением с отоплением и покосами; дьячкам и пономарям с женами производить провиант в месяц по 2 пуда, а семейству по 1 пуду.

Что касается жилья, то, судя по клировым ведомостям, многие священнослужители в первые годы своего служения личных домов не имели

Святыни храма

В 1860-80 годах иконостасы и иконы храма менялись несколько раз

Иконостасы в каждом пределе храма были солидные. Икон было достаточно. Многие из них – в серебренных и посеребренных ризах, некоторые украшены уральскими самоцветами. Особо почитаемой иконой был образ Богородицы «Всех скорбящих радости», скопированный по желанию и на средства прихожан с чудотворной иконы, находившейся на стекольном заводе вблизи Санкт-Петербурга. Икона эта часто вносилась в дома не только прихожан Вознесенского прихода, но и других храмов города.

В храме почти ежедневно по просьбе кого-то из жителей города служились молебны с чтением акафиста этой иконе. Ныне икона находится в Кафедральном соборе.

Храм располагал действительно драгоценными предметами: напрестольный пасхальный крест из розовой яшмы и уральских камней, украшенных топазами; серебряный позолоченный крест с изображением Христа из бирюзы; Евангелия в серебряных окладах с самоцветами; серебряный потир в 2 фунта весом(1 кг 200 г) и многое другое

В 1888 году в нижнем этаже разместилась мужская одноклассная церковно-приходская школа.

Последним настоятелем был Дягилев. Он служил в храме с начала ХХ века.

Но установившийся порядок жизни сломан революцией 1917 года. 23 января 1918 года был опубликован декрет «Об отделении церкви от государства и школы от церкви», согласно которому религиозные общества лишались права собственности. Пока законодательные положения шли до Екатеринбурга, разразилась гражданская война. 17 апреля 1918 года в стенах Вознесенского храма было видно, как к расположенному напротив дому Ипатьева подъехал автомобиль, из него вышли трое мужчин и скрылись в воротах. Бывший российский император Николай II описал тот день в своем дневнике: «.. поехали пустынными улицами в приготовленный для нас дом Ипатьева. Дом хороший, чистый. Нам были отведены четыре большие комнаты».

В Великий Четверг на Страстной неделе 1918 года звонили колокола Вознесенской церкви. Обители «дома особого назначения» слышали их. Николай II отметил: » При звуках колоколов грустно становится при мысли, что теперь Страстная, и мы лишены возможности быть на этих чудных службах».

Наконец, ночью с 16 на 17 июля старая церковь стала свидетелем необычной суеты возле Ипатьевского особняка: входили и выходили люди, что-то увозили на грузовиках, потом всё утихло, дом совсем опустел.

Вскоре в город вошли белые войска, а летом 1919 года снова вернулись красные и постепенно начали укреплять свою власть. Декрет об отделении церкви от государства претворялся в жизнь. В 1920 году .Вознесенский приход заключил с Екатеринбургским Советом рабочих и крестьянских. депутатов договор о бесплатном и бессрочном пользовании зданием храма и всем культовым имуществом, обязавшись беречь достояние, ставшее отныне народным. В договоре имелись также политические статьи: -» не допускать в богослужебных помещениях собраний враждебного советской власти содержания;…не допускать произнесение проповедей и речей, враждебных советской власти».

На всю церковную утварь была составлена самая подробная опись.. Недолго, однако, оставалось священникам украшать богослужения этой прекрасной утварью. 23 февраля 1922 года вышел в свет декрет об изъятии церковных ценностей. 12 мая этого же года Вознесенский храм лишился своего достояния: 5 напрестольных крестов, 3 дарохранительницы, 26 серебряных риз с икон, 30 бриллиантов, 56 различных самоцветов. Только серебра комиссия вывезла из Вознесенской церкви 2 пуда (32 кг).

В апреле 1925 года представители городской администрации предприняли проверку сохранности всего оставшегося в Вознесенской церкви имущества. Нашли недостачу – 9 парчовых риз, 40 холщовых полотенец, 21 аршин красного сукна. Сукно и полотенца, конечно, не могли послужить достаточным основанием к закрытию храма, поэтому обнаружили политическую причину. На литургии священники произносили положенную формулу : «Еще молимся о Святейшем …». Это считалось серьезным нарушением для официальных властей. В то время Тихон был всего лишь гражданином Белавиным, контрреволюционером, преступником. Было заведено целое дело. Вывод из данных обстоятельств сделали однозначный: договор, заключенный в 1920 году, расторгнуть.

Верующие пытались отстоять свой храм, обращались к духовным и светским руководителям, но все усилия оказались бесполезными, и уже 17 декабря 1926 года представители отдела народного образования принимали работу по переоборудованию бывшей церкви в школу-семилетку. Паперть приспособили под раздевалку, главный алтарь стал пионерским клубом, в церковном архиве разместилась столовая.

Позднее в Вознесенскую церковь въехал краеведческий музей, а в 1991 году двери храма снова распахнулись для верующих.

Количество разрушенных церквей и часовен в Свердловской области достигает нескольких сотен. Уральские писатели посвящали этому целые книги, где собирали истории и фотографии заброшенных храмов. Казалось бы, надо восстанавливать объекты, к которым так активно привлекают внимание местные жители. Однако вместо этого строят все новые и новые церкви — в основном, в центре Екатеринбурга. Так, рабочая группа при губернаторе Свердловской области одобрила строительство храма Святой Екатерины на искусственном острове в акватории городского пруда. Общество разделилось на сторонников и противников этого проекта.

JustMedia вместе с известными екатеринбуржцами составил свой список разрушенных храмов, которые можно было бы восстановить.

Искусствовед Надежда Бурлакова выпустила книгу под называнием «Забытые храмы Свердловской области», куда вошло 92 церковных объекта с описанием и яркими фотографиями. Эксперт рассказала JustMedia, что в конце 1990-х годов очень много ездила по городам области и смотрела старые храмы.

«Потом был перерыв пять-семь лет, тему я почти забыла, но примерно в 2005-2007-м снова вернулась к постоянным поездкам по области и увидела, с какой скоростью храмы, оставленные «без присмотра», разрушаются. Соответственно, появилась идея некой фотофиксации, потому что было уже понятно, что заниматься восстановлением большинства храмов никто не будет»,— отметила Надежда Бурлакова.

По ее мнению, в первую очередь нужно восстанавливать объекты в Верхотурье, некоторые из которых относятся к XVIII веку. Например, Иоанно-Предтеченская церковь, которая, несмотря на критичную степень разрушения, поражает внешним оформлением: кирпичный узор складывается в роскошное кружево, и, если судить по архивным описаниям, когда-то внешне церковь совершенно не уступала Троицкому собору.

«Идея восстановления всех храмов — привлекательна, но утопична,— считает Надежда Бурлакова.— Но среди них есть такие, которые имеют реальную историческую и искусствоведческую ценность. Восстанавливать их нужно правильно, с сохранением конструктива, с консервацией росписей. Это значит не только привлекать высококлассных и дорогих специалистов, но и вкладываться в постановку храма на учет как памятника».

Комментируя строительство новых церквей, в том числе и храма-на-воде, автор книги отметила, что за такими глобальными проектами мы теряем время.

«Не надо строить новое, давайте попробуем сохранить то, что есть,— заявила Надежда Бурлакова.— Через десять-пятнадцать лет сохранять будет нечего».

Жена мэра Екатеринбурга Евгения Ройзмана, руководитель галереи «Арт-птица» Юлия Крутеева в начале 2000-х годов фотографировала заброшенные храмы в районе рек Нейва и Реж по просьбе архиепископа Екатеринбургского и Верхотурского Викентия. По ее словам, некоторые из этих храмов начали реставрировать, однако далеко не все.

«В России раньше в каждой деревушки был храм, но это не значит, что все их нужно восстанавливать. Это просто нереально. Государство должно определить, что представляет наибольшую ценность, что нужно восстанавливать в первую очередь, а потом направлять людей, желающих принять в этом участие. Однако понятно, что если нет человека, который захочет этим заниматься, то храм никто не восстановит. Зачастую новый объект построить проще, чем отремонтировать старый»,— заметила Юлия Крутеева.

В свою очередь, директор Eкатеринбургского музея истории развития трамвайно-троллейбусного управления Алексей Медведев заявил, что он против появления новых, не слишком востребованных церквей в центре города.

«Вместо этого надо восстанавливать реально исторические здания, которые разрушаются прямо на глазах,— считает Алексей Медведев.— Если не принять меры сейчас, завтра уже будет нечего там восстанавливать. Храмы — это ведь история: в них крестили, венчались, отпевали. Вся жизнь человека проходила через церковь. Их строили на добровольные пожертвования всем миром. Они были символами села, его зажиточности и количества верующих».

Ранее свое мнение по поводу восстановления храмов высказал экс-депутат свердловского заксобрания Нафик Фамиев на своей странице в Facebook.

«На территории области разрушаются десятки, а может и сотни храмов, церквей и часовен. Среди них памятники веры, истории и культуры XIX и даже XVIII веков. Это уникальные объекты, но они никому не нужны, так как не приносят денег. Многие винят коммунистов. Ваша правда… Но даже в советские годы они использовались, пусть не по назначению, но это дало возможность им сохраниться. Прошло 25 лет (!), как нет коммунистов. И что мы видим? Они никому не нужны. Через несколько лет от них не останется и памяти»,— написал он.

Пообщавшись с экспертами, JustMedia составил свой список разрушенных храмов в Свердловской области, которые можно было бы восстановить:

Вознесенская церковь, село Голубковское. Была возведена в 1806 году в стиле барокко, а в 1935 году закрыта. На сегодняшний день находится в полуразрушенном состоянии, несмотря на то что еще в 1987 году храм был признан историко-культурным памятником областного значения.

Вознесенская церковь

Церковь Вознесения Господня, село Родники. Была построена в 1906 году, а закрыта в 1930-м. В советское время церковь стала зерноскладом и электрощитовой. На сегодняшний день сохранилась часть иконостаса.

Церковь Вознесения Господня

Церковь Троицы Живоначальной, село Антоново. Была заложена в 1876 году, а закрыта в 1930 году. Какое-то время помещения храма использовались в качестве складов, а впоследствии были заброшены и постепенно пришли в запустение. Сейчас церковь разрушена, уцелела только колокольня.

Церковь Троицы Живоначальной

Крестовоздвиженский храм, село Леневское. Каменная трехпрестольная церковь была заложена в селе в 1800 году. Богослужения в храме проводились до 1937 года. На сегодняшний день стены его местами основательно разрушены.

Крестовоздвиженский храм

Никольская церковь, село Пьянково. Каменный храм заложили здесь в 1874 году. Он строился на добровольные пожертвования прихожан и на благотворительные вклады зажиточных семей. В 1930 году Никольскую церковь закрыли. Сейчас она находится в плачевном состоянии.

Никольская церковь

Церковь Сретения Господня, село Прокопьевская Салда. Построенная в начале XVIII века, она простояла уже почти три столетия. Закрыли храм в 1932 году. На данный момент церковь находится в полном запустении.

Церковь Сретения Господня

Церковь Илии Пророка, село Ильинское. Была заложена в 1821 году, а закрыта в 1930-х годах. Служила складом, потом клубом. В настоящее время здание храма не принадлежит православной церкви — в нем размещена ремонтная мастерская фермерского хозяйства.

Православные храмы начали возводиться в Екатеринбурге практически с момента его основания, являясь архитектурными доминантами города, его важнейшими культурными и духовными центрами вплоть до начала XX века.

Часовня Святой Екатерины, площадь Труда

Крупнейшими соборами города в XVIII веке были Екатерининский и Богоявленский кафедральный собор, располагавшиеся на главных городских площадях. Сегодня эти соборы утрачены, и современная застройка центральной части города не позволяет возродить их в первоначальном виде. В 1998 году, в преддверии 275-летнего юбилея города, на месте снесённого ранее Екатерининского собора была построена часовня во имя Святой великомученицы Екатерины, которая считается покровительницей горного дела. В 2003 году в часовню поместили капсулу с землёй с места захоронения Василия Татищева, одного из основателей Екатеринбурга.

Церковь Вознесения Господня, ул. Клары Цеткин, 11

Единственным городским храмом XVIII века, сохранившимся до наших дней, является церковь Вознесения Господня. Сегодня это самая старая и единственная, построенная в стиле барокко, екатеринбургская церковь. Интересно, что для строительства первой церкви на этом месте были использованы брёвна перенесённого сюда деревянного придела Богоявленской церкви. К концу XVIII века деревянная церковь обветшала, и по просьбе прихожан в 1789 году началось сооружение каменной двухэтажной церкви. Впоследствии храм неоднократно достраивался и расширялся. В 1834 году к храму добавили два придела с южной стороны и два с северной, а также построили новое крыльцо. К началу XX века храм имел уже 6 приделов: Вознесенский, Рождества Пресвятой Богородицы, Благовещенский, во имя святителя Митрофана, во имя Ильи Пророка, в честь Казанской иконы Божией Матери. На нижнем этаже располагалась мужская одноклассная церковно-приходская школа.

В 1920 году Вознесенский приход заключил с Екатеринбургским Советом рабочих и крестьянских депутатов договор. Согласно документу, приход мог бесплатно и бессрочно пользоваться зданием храма и всем культовым имуществом при условии бережного хранения достояния, ставшего отныне народным. В договоре имелись также следующие пункты: «не допускать в богослужебных помещениях собраний враждебного советской власти содержания; <…> не допускать произнесение проповедей и речей, враждебных советской власти».

Однако уже в 1922 году вступил в силу декрет об изъятии ценного церковного имущества, которое было выполнено из драгоценных и полудрагоценных камней. Ещё раньше, при составлении договора с советской властью, была сделана полная опись всего имущества Вознесенского храма, однако при изъятии некоторые предметы церковной утвари обнаружены не были. Чуть позже, во время проведения литургии священники произнесли положенную формулу: «Ещё молимся о святейшем Тихоне – Патриархе Московском…». Это было серьёзным политическим нарушением: для официальных властей Патриарх Московский был всего лишь гражданином Белавиным, контрреволюционером и преступником. Против Вознесенского прихода завели целое дело.

Логичным последствием всех этих событий стало расторжение договора и закрытие храма. Здание использовалось сначала как школа, а затем как Музей истории революции. Главный колокол Вознесенского храма был передан театру оперы и балета Екатеринбурга, где он долгое время был задействован в исторических постановках, таких как «Борис Годунов» и «Князь Игорь». В годы перестройки храму вернули его статус, а колокол вернули Епархии. 15 февраля 1991 года, в праздник Сретения Господня в церкви отслужили первую после долгих лет литургию.

Храм-на-Крови, ул. Царская, 10

Напротив церкви Вознесения Господня расположены пятиглавый Храм-на-Крови (полное название – Храм-памятник на Крови во имя Всех Святых, в земле Российской просиявших) и Патриаршее подворье. Храм является одним из самых крупных не только в Екатеринбурге, но и во всей России.

Место для храма выбрано не случайно: именно здесь до 1977 года стоял дом Ипатьева, в котором трагически оборвалась жизнь последнего российского императора Николая II и его семьи. После сноса дома участок долго пустовал. Но с домом или без него, это место всегда привлекало внимание паломников, как российских, так и иностранных. В итоге решено было построить Храм-на-Крови, который совмещал бы функции непосредственно храма и музея. Строительство началось в 2000 году и велось быстрыми темпами, так как планировалось завершить работы к 85-летней годовщине со дня расстрела Романовых. Как и ожидалось, 16 июля 2003 года храм был освящён.

Весь облик храма символичен. Русско-византийский стиль исполнения символизирует собой связь времён, именно в этом стиле строилось подавляющее число церквей при Николае II. Красный и бордовый гранит в оформлении стен здания напоминает о пролитой здесь крови. Кроме того, храмовый комплекс подразделён на две части. Верхний храм во имя Всех Святых символизирует собой негасимую лампаду, зажжённую в память о произошедших на этом месте трагических событиях. В нижнем храме воссоздана «расстрельная комната», представлены материалы, рассказывающие о последних днях жизни царской семьи. У входа посетителей встречает памятник царской семье – семифигурная композиция, которая также призвана напомнить о произошедших здесь событиях.

Деятельность храма обширна. Он не только принимает паломников и туристов, но и содержит церковно-приходскую школу для детей от 6 лет. Зимой на площади перед входом в храм проводится конкурс ледяных скульптур православной и рождественской тематики.

Патриарше подворье, ул. Царская, 8

Рядом с Храмом-на-Крови располагается патриаршее подворье, построенное и освящённое вместе с храмом. Оно включает в себя непосредственно патриаршие покои, домовую церковь святителя Николая, библиотеку и целый ряд залов и помещений для проведения различных церковных мероприятий. В 2012 году напротив Храма-на-Крови, через дорогу, была установлена скульптурная композиция, посвящённая православным покровителям семьи, любви и верности – Святым Благоверным князю Петру и княгине Февронии Муромским Чудотворцам. Смысл композиции, по словам её создателей, в «создании положительного образа семейных ценностей, верных и целомудренных отношений, любви и преданности в браке, рождения и воспитания детей в духе любви к Родине».

Другим ярким представителем храмовой архитектуры Екатеринбурга в русско-византийском стиле является храм-колокольня «Большой Златоуст». Храм представляет собой копию собора, находившегося недалеко от современного места и взорванного в 30-е годы XX века. Он был воссоздан по сохранившимся чертежам и фотографиям и освящён в 2013 году.

Храм-колокольня «Большой Златоуст», ул. 8 Марта, 17а

Судьба оригинального храма достаточно интересна. Для того чтобы утвердить его постройку, горожане несколько раз подавали прошения в Синод. Проект первого здания был разработан известным екатеринбургским архитектором Михаилом Малаховым в стиле классицизма. В Синоде проект отклонили и разработали вместо него свой – в русско-византийском стиле и больший по размеру. Средств на постройку такого храма у города не было, поэтому в Синод послали прошение о выделении 10000 рублей на строительство или утверждении прежнего проекта. Денег в столице не выделили, но и малаховский проект не одобрили, а прислали новый чертёж меньшего по величине здания. Сдаваться просто так жители Екатеринбурга не хотели и послали в столицу новое прошение, в котором говорилось, что первоначально разработанное здание им кажется более удобным и величественным. Проект все-таки утвердили. Однако осуществления не последовало. В столицу отправили еще одно прошение. Теперь прихожане хотели увеличить здание в 1,5 раза и построить его без колокольни, а вместо неё воздвигнуть отдельное здание храма-колокольни, посвятив его святому мученику отроку Максимилиану. К прошению прилагались чертежи обоих зданий. В Москве их вновь отвергли и прислали свои, утверждённые императором Николаем I.

В итоге, начали строить по присланным чертежам. Сначала предполагалось воздвигнуть здание колокольни, а затем находящуюся рядом Свято-Духовскую церковь заменить на новую, напоминающую Храм Христа Спасителя в Москве. Но из-за нехватки средств построили только колокольню и впоследствии освятили её как храм. Получилось здание нетипичное для церквей того времени: ярус звона располагался прямо над помещением храма. Подобные церкви строились лишь в XV-XVI веках. В народе храм прозвали «Большой Златоуст», а сохранившаяся старая Свято-Духовская церковь стала называться «Малым Златоустом».

Сегодня, благодаря сохранившимся чертежам и фотографиям, удалось полностью восстановить облик храма. Добавили только подвальный этаж и хоры над трапезной.

Свято-Троицкий Кафедральный собор, ул. Розы Люксембург, 57

Ещё одним возрождённым храмом Екатеринбурга является Свято-Троицкий собор. Единоверческая церковь Святой Троицы строиласьдовольно долго. Главная её часть появилась приблизительно в 1818 году и была построена местным старообрядческим обществом во главе с Якимом Рязановым, купцом, золотопромышленником и трижды городским головой. В народе церковь долгое время носила имя «Рязановской». Позднее были пристроены южный и северный приделы, а в 1845 году к архитектурному ансамблю добавилась колокольня.

Церковь считалась одной из самых богатых в Екатеринбурге: в ней хранились высокочтимые иконы в серебрёных и золочёных окладах, имелось древнее Евангелие и дарохранительница весом около 13 килограмм – пожертвование И. Я. Рязанова. Рязановы собирались также позолотить купола храма, но Первая мировая война помешала этим замыслам.

В 1930 году, после закрытия храма, здание перестроили: снесли купола и колокольню. Дальнейшая его судьба типична для советского периода: сначала в бывшем храме разместился клуб Автодора, потом кинотеатр «Рот Фронт», промышленное предприятие, дом культуры Автомобилистов. После 1996 года здание вернули екатеринбургской епархии. Церковь возродили, и теперь она имеет статус кафедрального собора.

Сегодня Свято-Троицкий собор – главный храм города. Именно здесь выставлялись привозимые в Екатеринбург святыни, такие как мощи апостола Андрея Первозванного, Пояс Пресвятой Богородицы, Почаевская икона Божией Матери, частица Ризы Господней и др. Отсюда начинаются традиционные крестные ходы во время Пасхи, в день памяти Великомученицы Екатерины и в День народного единства.

Александро-Невская часовня, ул. 8 Марта, 39 (дендропарк)

Описание православных церквей Екатеринбурга было бы неполным без упоминания о часовне во имя святого Александра Невского. Заложена она была в 1881 году после убийства императора Александра II в честь его небесного покровителя. Благодаря отмене крепостного права Александра II в народе прозвали Освободитель. Поэтому упоминание об этом деянии отражено на одной из мраморных досок, расположенных на стене здания у входа в часовню. На одной доске отпечатан текст Манифеста от 19 февраля 1861 года об освобождении крестьян, а на другой содержится информация о том, кто, когда и в честь какого события построил часовню.

Здание часовни построено в неорусском стиле. Это единственное уцелевшее здание подобного рода в церковной архитектуре города. Строилась часовня на так называемой Хлебной площади, но после революции оказалась на территории дендрологического парка. В советское время здание использовалось как сторожка и склад садового инвентаря, благодаря чему избежало участи разрушения, пострадала только маковка с крестом. В 1996 году часовня во имя святого Александра Невского была отреставрирована и передана в ведение Ново-Тихвинского женского монастыря.

Александро-Невский Ново-Тихвинский женский монастырь, ул. Зеленая Роща, 1

Сам монастырь находится в нескольких кварталах от часовни. Первые упоминания о Ново-Тихвинской женской обители относятся к концу XVIII века. На этом месте было кладбище, где в 1782 году построили каменную церковь Успения Богородицы. Вскоре при церкви была организована богадельня, которая в 1798 году была признана официальной женской общиной: это и стало началом существования монастыря.

Указ об образовании Екатеринбургского Ново-Тихвинского монастыря был издан в 1809 году. За несколько десятилетий он стал одним из самых благоустроенных на Урале. Строительство монастыря продолжалось в течение всего XIX века: на территории появились шесть храмов, кельи, больница, богадельня. Монастырский парк был обширен и ухожен, в нём были пруды, протекала речка Монастырка.

Ансамбль Ново-Тихвинского монастыря был окружён высокой каменной оградой, стена сделана из кирпича и гранитных камней, по углам стояли круглые башни с куполами. И сегодня можно пройти по улице Народной Воли вдоль старой монастырской ограды до угловой башни.

После посещения Екатеринбурга в 1824 году императором Александром I было решено придать монастырским воротам более парадный вид: тогда и возник уникальный комплекс трёх церквей. Апсиды церквей образовали три больших выступа в массивной стене монастыря, купола на ступенчатых барабанах создали силуэт входного ансамбля, простой и значительный. Это был типично классический комплекс.

В первые годы после революции монастырь ещё продолжал действовать: монашки по специальному разрешению властей доставляли продукты для царской семьи, заключённой в Ипатьевском доме. Возрождён монастырь был в 1994 году. Сейчас он называется Александро-Невский Ново-Тихвинский женский монастырь. Жители города и туристы могут спокойно зайти на территорию монастыря: посетить одну из церквей, отведать выпечку местной пекарни, купить крестик или сувенир в монастырской лавке. На территории монастыря расположен собор Александра Невского. Возводить его начали в 1814 году, но через 20 лет двухэтажный и двухпристольный храм пришлось разобрать: из-за неудачной кладки по стенам пошли трещины. Более того, к тому времени в Ново-Тихвинском монастыре число сестёр настолько выросло, что стал необходим более просторный храм. Новый собор заложили уже в 1838 году. Его спроектировал известный уральский архитектор Михаил Малахов вместе с санкт-петербургскими архитекторами Висконти и Шарлеманем.

После закрытия монастыря в здании собора размещался краеведческий музей. А до этого – военный склад, не особенно заботившийся о сохранности уникального архитектурного памятника. После окончания реставрационных работ (которые велись с 2006 года) внешне собор почти не изменился, но внутреннее убранство теперь совершенно другое. До революции храм был известен своими фресками, но за годы, пока там располагался склад, уникальные фрески почти исчезли, вытерлись, восстановить их не удалось. Поэтому стены пришлось расписывать заново.

Роспись выполнена в византийских традициях XIII-XIV веков. Особенность такой росписи в очень крупных изображениях. Например, лик Спасителя – около 5-6 метров, сама фигура – 11 метров. Над новымифресками работали 60 иконописцев, ещё около 100 человек помогали расписывать различные узоры. Работали и послушницы монастыря, и специалисты из Москвы, Троице-Сергиевой Лавры, Санкт-Петербурга, Минска.

19 мая 2013 года собор освятил глава Русской Православной церкви Патриарх Кирилл. В настоящее время Александро-Невский собор – единственный действующий храм на территории монастыря.

Другой монастырь Екатеринбурга – Крестовоздвиженский мужской монастырь – имеет менее продолжительную историю. Он был основан в 1995 году. Правда церковь, положенная в основу монастыря, была возведена уже в конце XIX века. Крестовоздвиженская церковь

Крестовоздвиженский мужской монастырь,
ул. Карла Маркса, 31

задумывалась как домовая церковь для детского приюта Екатеринбургского благотворительного общества. Кроме того, в начале XX века её посещали солдаты находящихся неподалеку казарм. С 1927 по 1930 годы церковь являлась кафедральным собором Екатеринбурга. Службы вели 12 священников, отчего храм и приобрёл народное название «Собор двенадцати апостолов». В 1930 году собор лишился купола и колокольни, а основное здание стали использовать как кинотеатр. В годы Великой Отечественной войны в алтаре церкви жил слон одного из эвакуированных зоопарков. После войны храм разделили на два этажа. На первом этаже разместились мастерские Художественного фонда, на втором – различные архитектурные организации. В 1990-е годы в здании решили создать зал звукозаписи для Свердловской государственной телерадиовещательной компании (СГТРК). Для этого разрушили межэтажные перекрытия и демонтировали пришедшую в негодность отопительную систему. Однако государственное финансирование СГТРК сократилось, и в 1993 году здание было возвращено Екатеринбургской епархии Русской Православной Церкви.

Первыми работами по восстановлению храма руководило уральское казачество, и первым настоятелем стал потомственный казак. Службы сначала велись в помещении бывшей колокольни, где сейчас располагается монастырская трапезная. Отапливалось помещение электрической тепловой пушкой.

В 1995 году при Крестовоздвиженском храме города Екатеринбурга был учреждён монастырь. Монахов всего около 10 человек, занимаются они в основном миссионерской деятельностью, в том числе работают с молодёжью. Также при монастыре проживают учащиеся Духовной семинарии.

Мужской Монастырь Святых Царственных Страстотерпцев, пос. Шувакиш, Свердловская обл., урочище Ганина Яма

Пожалуй, наиболее посещаемым гостями города екатеринбургским монастырём является мужской Монастырь Святых Царственных Страстотерпцев в урочище Ганина Яма. Место, на котором располагается монастырь, печально известно далеко за пределами Екатеринбурга: именно сюда в 1918 году после расстрела были привезены останки последнего российского императора и его семьи. Монастырь находится примерно в 20 километрах от Екатеринбурга, около посёлка Шувакиш и деревни Коптяки. В середине XIX века этот участок земли был приобретён для добычи золота подрядчиком Гавриилом, прозванным в народе Ганей. Отсюда и пошло название «Ганина Яма». Золото на участке так и не нашли, а вот железной руды было предостаточно. Её добывали здесь вплоть до начала XX века. Во время революции рудник оказался полностью заброшен, шахты были завалены. Именно в одну из таких старых шахт и были сброшены тела членов семьи Романовых после расстрела. В 1991 году на этом месте был установлен Поклонный крест. Строительство самого монастыря велось с 2000 по 2003 годы. За это время было построено семь храмов: по числу убитых членов Царской семьи. Первый построенный храм – в честь Святых Царственных Страстотерпцев – посвящён непосредственно семье Романовых. Другие храмы – храм в честь Иверской иконы Божией Матери, храм во имя Святого Преподобного Сергия Радонежского, храм во имя Святого Преподобного Серафима Саровского, храм в честь иконы Божией Матери «Державная» – посвящены тем святым и тем иконам, которым предпочитали молиться в Царской семье. Ещё два храма – во имя Святого Праведного Иова Многострадального и во имя Святителя Николая, Мир Ликийских Чудотворца – символически связаны с именем и судьбой самого царя. Святитель Николай – небесный покровитель императора Николая II, а родился будущий царь как раз в день памяти Иова Многострадального. Считается, что, будучи человеком набожным, сам Николай II видел в этом знак свыше и предполагал, что его судьба будет трагичной.

Помимо храмов на территории монастыря расположены колокольня, трапезная для паломников, музей и церковная лавка. Урочище Ганина Яма, наряду с Храмом-на-Крови, является своеобразной Меккой для паломников и одним из наиболее посещаемых туристами мест в окрестностях Екатеринбурга.

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *