Когда я переехал служить в Сергиев Посад, встретился с Володей Петраковым (друг о.Сергия, работает в Лавре – ред.). А он уже побывал в Антарктиде. И у нас разговор зашел как-то о зимовке, я и говорю: я бы поехал! Володя говорит: и я бы еще разок поехал. Пошли к благочинному Лавры – архимандриту Павлу. Рассказали, что есть такое желание. Благочинный очень обрадовался, потому что кандидатов на зимовку совсем не было.

— Происходит ли в РПЦ какой-то отбор для служения на ледовом континенте? Исходя из каких принципов и, может быть, личных качеств, направляются служить сюда люди? Сколько священников до вас побывало на Антарктиде?

— Никакого отбора нет. Единственный мотив – желание человека ехать сюда. Первым здесь был иеромонах Каллистрат (насельник Троице-Сергиевой Лавры – ред.). При нем здесь все организовывалось, велось строительство храма. Год священник служит, через год его меняют. Отца Каллистрата менял иеромонах Гавриил. Как раз с Володей Петраковым они здесь служили. Потом их опять менял отец Каллистрат, и уже после него – я. После меня, в 53-ую РАЭ служил иеромонах Сафроний. И теперь снова я.

Каждого сюда тянет что-то свое. Для меня – это сам факт съездить в Антарктиду, послужить. Здесь другая, нежели на Большой Земле, атмосфера. Я сам по натуре не любитель больших городов. Здесь меньше суеты. Да и народ такой, по-своему уникальный, по-своему удивительный. Люди, с которых можно брать пример для своей жизни. Дух здесь совсем другой. Это можно понять, только самому пережив. Вот мне Володя рассказывал после первой своей зимовки, какой народ здесь, — да, интересно все это послушать. Но пока сам не испытаешь – не поймешь… Не у всех людей, которые сюда приезжают, но в большинстве своем у них — особый склад характера. Здесь, наверное, больше доверяешь друг другу. От каждого зависит успех общего дела. Такие условия, что только на ближнего своего и можешь положиться. На Большой земле такое встречается редко.

И кроме того, материальное подспорье для семьи хорошее.

— Церковь названа в честь Святой Троицы – почему, чувствуется ли ее особое покровительство здешним полярникам?

— Изначально храм хотели назвать в честь святителя Николая. Он покровитель путешественников и мореплавателей. Но Святейший Патриарх, тогда еще Алексий II, благословил воздвигнуть храм в честь Святой Троицы.

И когда храм освящали, было очень облачно, тучи стояли стеной. Но во время службы облака вдруг разошлись, и все увидели, как три солнечных луча ударили на то место, где стоял храм. Так Господь показал нам, что выбор верный.

— В храме только один престольный праздник?

— Один – день Святой Троицы. Но еще один чтимый храмовый праздник – Сретение Господне, потому что Храм был освящен 15 февраля 2004 года.

— Что означает «подворье Троице-Сергиевой Лавры» — какая связь существует с этой обителью?

— В переводе на гражданский язык – филиал. Причем не просто подворье, а Патриаршее подворье. То есть подчиняется непосредственно Патриарху. И Патриарх благословил, чтоб в храме в Антарктиде служили именно священники из Лавры.

— Есть ли у антарктической церкви настоятель (наместник)?

— Одного постоянного настоятеля нет. Но его обязанности выполняет тот, кто служит в данную экспедицию.

— Есть ли какие-то храмовые святыни, древние иконы в церкви?

— Есть памятная икона Святой Троицы, которую Святейший Патриарх Алексий подарил храму. Есть икона, которую подарил владыка Львовский и Галицкий Августин. Он приезжал, когда была смена 51-ой и 52-ой РАЭ. Это икона Киево-Печерских Святых. И еще икона Святителя Николая, которая сделана в виде мозаики из цветного камня — ее делали на Алтае, там же, где строили храм.

— Из какого материала выстроена церковь?

— Нижние венцы – из лиственницы, верхние – сибирский кедр. Внутри церкви натянуты стальные цепи – они должны удерживать храм, защищая его от антарктических ураганных ветров. Построили храм на Алтае. Потом разобрали на бревна и брусья, пронумеровали и по морю доставили на Беллинсгаузен. Уже на станции храм собирали заново вручную.

— Что планируется сделать в ближайшее время для действующего храма?

— Сейчас, уже спустя пять лет, выяснилось, что храм пропускает влагу. Видимо, при постройке что-то было сделано неправильно. При сильных ветрах дождь или снег идет здесь практически горизонтально. Сейчас мы думаем, какие мероприятия надо будет провести в предстоящем сезоне, чтобы влага не попадала внутрь церкви.

Еще летом (имеется в виду антарктическим летом, то есть где-то в феврале 2010 года – ред.) планируется обновить иконостас. Новый иконостас спроектирован в Лавре и будет доставлен на Беллинсгаузен в сезон на НЭС «Академик Федоров».

— Сколько человек служат в Антарктиде — священник, дьякон?

— Дьяконы, как правило, не служат здесь. Служит священник и помощник – гражданский послушник. В эту экспедицию мы зимуем вместе с Василием Котубеем. Он тоже работает в Троице-Сергиевой Лавре.

— Каково было ваше первое впечатление об Антарктиде? Какие трудности возникали первое время служения здесь?

— Впечатлений, конечно, было много. В детстве, в школе, когда рассказывали на уроке географии про материки, я и представить себе не мог, что окажусь здесь. И когда ступаешь по этой земле сейчас, то в голове не укладывается, что эта земля – Антарктида!

Трудностей я не ощущал особенных. Полярники на богослужения ходили — половина станции, пятьдесят процентов. Ну, конечно, кто-то во время службы был на вахте, кто-то на дежурстве, кто-то после вахты. Нас зимовало 12 человек в 52-ую. И половина была, как правило, железно.

— В чем заключаются особенности священнического служения на ледовом материке? В чем его особая трудность, а, может, наоборот, — легкость? Какой новый опыт вы для себя открыли?

— Что касается служения. А как на других приходах, где-нибудь в дальних селах? Батюшка служит, матушка – на клиросе, и две бабушки в храме. Это в городах – хор, несколько священников. А на периферии? Хорошо еще, если батюшка постоянно присутствует, а то ведь часто бывает, что только время от времени приезжает. Сегодня он в одном храме служит, завтра – в другом.

Так что, как говорится: «сам служу и сам пою, сам кадило подаю».

На Большой земле, когда служишь в храме, твой круг общения, в основном, — это люди, которые приезжают именно в храм. И ты общаешься с ними как батюшка с прихожанами.

А здесь некоторые видят в священнике только служителя культа. Кто-то уважает, кто-то нет. Есть люди, которые совсем далеки от церкви – приходят, и даже не знают, как перекреститься. И к каждому подход нужен свой. И разговаривать, общаться надо уже по-другому.

Мне здесь проще, чем на Большой Земле. И по духу ближе эта атмосфера.

Мы избрали для себя такую позицию: службы по выходным и по праздникам. Все остальное время вместе с коллективом трудимся, вместе со всеми работаем. И волей не волей, где-то за чаем, где-то за работой, возникают какие-то вопросы, обсуждаем. И мне кажется, так даже легче – человек, может, лучше тебя поймет. Может, душа больше раскроется, когда все время вот так, бок о бок.

— Существует ли здесь такое понятие, как «приход», паства — сколько это человек?

— Вот сколько есть на станции людей – те и считаются «приходом». Ведь храм построили по инициативе полярников. Не было такого, чтоб батюшки сказали: «Так, мы здесь будем строить храм, а вы тут должны в него ходить». Поэтому я считаю, что приход – все, кто живет на станции. Ходят они в храм, не ходят – за всех одинаково молимся.

— В чем заключаются священнические будни в Антарктиде? Какую другую работу приходится выполнять?

— Как я уже сказал, все наравне со всеми. Дежурство по камбузу, мелкие работы – что-то где-то подкрасить, что-то подлатать, убрать, помочь погрузить, разгрузить. Более крупные дела на станции – строительство, ремонт, экологические работы. В 52-ую РАЭ мы готовились к приходу «Академика Федорова» и собирали в кучу весь мусор, стекло, железо, грузили в бочки, размещали на причале.

— Если сравнить две ваши зимовки, можно ли заметить какие-то отличия?

— В служении – нет. Меняется только коллектив, отношения между людьми. Посмотрим, как пройдет зимовка на этот раз…

— Располагают ли условия здешней жизни к тому, чтобы соблюдать православный пост? Или же находящиеся здесь подпадают в разряд «путешествующих», и для них, соответственно, допускаются церковные послабления?

— Первым священником здесь был отец Каллистрат, его благословили пост особо не держать, а есть все вместе со всеми. А так, это инициатива человека, хочет он отказаться от чего-нибудь – пожалуйста. В чем-то ведь всегда можно себя ограничить. Священники, которые здесь раньше жили, могли в постные дни на общую трапезу не спускаться, а что-то отдельно готовить у себя в доме на горке. Но повара нельзя «напрягать», у него все рассчитано. Нельзя говорить: «Так, у нас сегодня пост, давай, готовь для нас что-нибудь другое».

— Проводил ли священник на Антарктиде, — может быть, в предыдущие годы, — обряд крещения? Если да, то кто крестился?

— Первым крестился начальник станции Беллинсгаузен в 49-ую РАЭ Олег Сахаров. Сразу после того, как построили и освятили храм. А потом и отец Каллистрат крестил людей, и я крестил. Туристов, в основном. В холодной воде крестили, прямо в океане, с «Зодиака» (название лодки – ред.). В 52-ую антарктическую экспедицию мы с Володей Петраковым проводили чин обращения из католиков в православие одного чилийского полярника Кристиана. Мы с ним познакомились на венчании Эдуардо с Ангелиной в храме (это было единственное пока венчание в антарктическом храме, когда венчались чилийский полярник и дочь российского полярника – ред.). Кристиан стал приходить на службы, в гости к нам на горку, мы учили испанский, а он с другом – русский. И уже перед самым концом зимовки Володя ему говорит: «Кристиан, а не хочешь ли ты в Православие перейти?» Он сразу посерьезнел и говорит: «Я подумаю». И все. Как-то потом забылось, закрутилось. Прошло какое-то время, чилийцам уже надо было улетать через несколько дней домой, Кристиан пришел к нам и говорит: «Я готов».

Сейчас он живет в Пунта-Аренасе, работает в аэропорту, мы с ним переписываемся. Но в Пунта-Аренасе, к сожалению, нет православных храмов, только в Сантьяго.

— Посещают ли нашу церковь представители других христианских конфессий – например, соседи с чилийской, уругвайской станций? Есть ли у них свои храмы? Зимуют ли священнослужители на других станциях?

— Никто до нас таким капитальным строительством в Антарктиде не занимался. На других станциях, например, у чилийцев, есть часовенка, католическая, но она – обычная каркасная щитовая постройка. Священнослужители на других станциях не зимуют.

На службы в наш храм приходят иногда чилийцы. Вход у нас свободный, двери всегда для всех открыты. Мы даже во время службы вставляем некоторые фразы на испанском языке.

— По вашим наблюдениям, какое влияние оказывает Антарктический материк, особые условия здешней жизни людей, на внутреннее состояние человека? И что из того, что есть на большой Земле, больше всего не хватает здесь?

— Для меня лично, не хватает одного – семьи. А так, я бы вообще отсюда не уезжал!

Повторюсь: здесь меньше суеты, народ особенный, какие-то нотки в душе пробуждаются. Задумываешься о своей жизни, оглядываешься назад. На Большой Земле постоянная суета, туда-сюда, все время некогда. Если человек внимательный к духовной жизни, то он, конечно, везде найдет время подумать. Но здесь условия только способствуют этому.

В таком тесном коллективе, — как и в армии, в принципе, — в человеке выплескивается наружу именно то, чего у него внутри больше. Если низкого больше – оно и выплескивается. Если достойного – достойное проявляется. На Большой Земле все это как-то смазывается, не разглядишь, а здесь видно сразу.

— Как вы думаете, можно ли вести речь об особой «антарктической миссии» Русской Православной Церкви? В чем она может заключаться?

— Она уже и так есть, эта миссия. То, что здесь храм построили, то, что священники служат. То, что люди всегда могут прийти в Храм и помолиться о своих близких, друзьях, о живых и об усопших. И за себя словечко замолвить в сложные моменты зимовки.

— Поскольку вы в прошлом имели непосредственное отношение к армии, то связанный с этим вопрос: по вашему мнению, нужен ли армии институт «полковых священников»?

— Я считаю – нужен. По себе знаю, в определенные моменты службы нужна и духовная поддержка, и совет. Сейчас есть полковые священники в горячих точках, в воинских частях, есть Центр по работе с вооруженными силами. Я сам когда служил в Спасо-Вифанском монастыре, окормлял одну часть рядышком. Но это сейчас как-то не на государственном уровне. Как было в царской России: есть полковой священник, вот его полк, вот его звание, ему начисляют зарплату, и он везде вместе с этим полком ездит. Вот это был бы государственный уровень!

— Как вы отмечали пасхальные праздники? Как будет отмечаться День Святой Троицы?

— Хорошо отметили. Был крестный ход, праздничное богослужение, потом праздничный стол, радостное Пасхальное настроение. Повар испек куличи, покрасили яйца. Днем собрались всей станцией на общую трапезу. Так что и Троицу постараемся отметить тоже достойно.

Церковь Святой Троицы – это самая южная русская православная церковь. Она находится в Антарктиде на острове Ватерлоо, на российской полярной станции Беллинсгаузен (названной по имени первооткрывателя материка Фаддея Беллинсгаузена), в компании ленивых морских котиков и любопытных пингвинов.

Церковь сделали на Алтае

Так выглядит церковь.

AP

Русская полярная станция появилась здесь еще в 1968 году, а вот храм предложили построить только в 1990-х. Место под строительство выбрали в 2002, а привезли и открыли для полярников только в 2004.

Само здание храма сделано из кедра, лиственницы и сосны. Подходящую древесину нашли районе Горно-Алтайска в Сибири, строили местные плотники. В высоту она получилась 15 метров, а внутрь помещается около 30 человек.

Там же, на Алтае, храм стоял почти год, и только затем его разобрали, перевезли на грузовиках в Калининград, и уже оттуда в Антарктиду. Там, в суровых условиях, его собирала бригада из 8 человек в течение 50 дней. Необходимо было укрепить стены, чтобы защитить от местных горизонтальных дождей, и также натянуть внутри металлические цепи от ветров. Колокола церкви позднее подарил Христофер Муравьев-Апостол, потомок декабриста.

Патриарх Кирилл приезжал на Антарктиду в 2016.

TASS

В алтаре храма заложен список всех погибших на континенте – около ста российских и советских полярников, за которых священники молятся. Возле храма построен жилой домик для священнослужителей.

Священники работают как все остальные полярники

Церковь видно издалека.

TASS

Настоятели храма меняются каждый год, примерно по графику работников антарктических станций. Кроме духовной службы, они несут такую же вахту, как и остальные: расчищают снег, работают с пилами и топорами – в Антарктиде всегда есть, чем заняться.

«Официально в Антарктиде выходных нет, – рассказывает клирик храма диакон Максим Герб, – если нужно выполнить какие-то срочные работы, на такие авралы собирается вся станция, и не важно, суббота это, воскресенье или какой-то другой день. Иной раз приходится переносить службы, служить, например, рано-рано утром, чтобы к началу рабочего дня быть уже в строю вместе со всеми. Молебны же всегда служатся до работы, вместо завтрака».

Действует круглый год

Самая южная русская православная церковь.

TASS

Конечно, это не единственная церковь в Антарктиде – кроме нее, здесь еще 7 церквей разных конфессий. Однако это единственная церковь, которая действует на материке круглый год. Богослужения проходят каждую субботу и воскресенье, а также в праздники, говорит Максим Герб. Причем службы проходят и на русском, и на испанском. «Прихожан, конечно, немного, всего-то 16 человек зимует, но на литургию в воскресенье собирается человек 5-6, даже чилийцы приходят. У них есть свой небольшой костел, но священников нет, вот и приходят некоторые к нам постоять, помолиться. Поэтому мы всегда читаем Евангелие на двух языках, дублируем на испанском некоторые ектении, Символ Веры, Отче наш, готовим для них проповеди», – говорит диакон.

Патриарх Кирилл и пингвины.

AP

В январе 2007 здесь состоялось венчание российской девушки Ангелины и чилийского парня Эдуардо. Он работал на станции вместе с ее отцом, а потом приехал погостить к нему в Санкт-Петербург, где и познакомился с будущей женой. Ради нее он принял православие, а она отправилась к нему в Антарктиду.

В России есть копия антарктической церкви

А это копия антарктической церкви на Валдае.

Legion Media

Возможно, вы слышали о городе Валдай в Новгородском области? Это старинные древнерусский город, популярный у туристов из-за своей прекрасной природы и старинной архитектуры. Именно здесь в 2007 году построили церковь имени Сергия Радонежского, одного из самых почитаемых святых в России. Она стала точной копией храма Святой Троицы. Построить ее решил директор местной базы отдыха, в прошлом парашютист. Богослужения проходят по субботам.

8 октября 2015 3318 Фото: SnowSwan (CC by-sa 4.0)

Часовня в честь св. Иоанна Рыльского является одним из трех православных храмов шестого материка.

В Антарктиде в этом году заканчивается отделка часовни святого Иоанна Рыльского на болгарской полярной станции «Святой Климент Охридский» (о. Ливингстон), сообщает сайт Dveri.bg.

Первоначальное здание часовни на полярной базе было построено в 2003 году и стало первым православным храмом в Антарктиде. Однако вследствие глобального потепления часовня вскоре оказалась погребена под трехметровым слоем снега, а затем разрушена из-за движения ледника.

Поэтому в 2012 году новое строительство было начато на скальном фундаменте.

В маленькой часовне, в которой температура летом не поднимается выше нуля градусов, будут утеплены стены, установлена церковная утварь и витражи. В этом году планируется также подвесить колокол, подаренный бывшим министром здравоохранения и вице-премьером Болгарии Николой Васильевым, который в 1993—1994 годах работал на полярной станции «Святой Климент Охридский» врачом.

В течение двух лет храм расписывала художница Ганка Павлова; уже готовы иконостас и настенные иконы, теперь она планирует написать образы Архангелов Гавриила и Михаила.

Храмы на шестом материке

Сегодня в Антарктиде находится восемь церквей, в том числе три православных.

Внеконфессиональная христианская капелла «Снежная часовня» (Chapel of the Snows) — один из самых южных храмов в мире. Относится к ведению американской антарктической станции Мак-Мердо, расположенной на острове Росса. В зимний период церковь посещает 200 прихожан, а в летний период приход разрастается до 1000 человек. «Снежная часовня» старается удовлетворить потребности приверженцев любой религии: священник-иезуит из Новой Зеландии Майкл Смит проводил здесь даже буддийские и бахайские церемонии.

Деревню вокруг церкви святого Франциска Ассизского на исследовательской станции Эсперанcа аргентинцы считают своим самым южным поселением. Кроме церкви, здесь еще есть постоянная школа, музей, бар и больница с родильным отделением, в котором родилось несколько аргентинцев.

Чилийская часовня Санта-Мария Рейна-де-ла-Пас (Santa Maria Reina de la Paz) — единственная церковь в мире, сооруженная из грузовых контейнеров. Здесь круглогодично живут семьи работников военной чилийской базы, к которой и относится поселение. На зимовку здесь остаются до 80 человек, летом на базе насчитывается 120 человек.

Часовня Пресвятой Девы Луханской расположена на еще одной аргентинской антарктической станции «Марамбио» (о. Сеймор). Во времена строительства здесь был первый в Антарктиде аэродром, поэтому станцию называют «воротами в Антарктиду».

На украинской станции «Академик Вернадский» действует часовня святого равноапостольного князя Владимира.

Католическая капелла, расположенная на аргентинской полярной станции «Бельграно II», сделана полностью изо льда. Она считается самым южным культовым сооружением в мире.

Церковь Святой Троицы — самый южный православный храм в мире

Первая православная церковь была построена в 1994 году на острове Ватерлоо (Южные Шетландские острова) недалеко от российской станции «Беллинсгаузен».

Пятнадцатиметровый храм, вмещающий до 30 человек, был срублен из кедра и лиственницы и собран на Алтае. Затем он был перевезен на ледяной материк на научном судне «Академик Вавилов». Иконостас выполнили палехские мастера, а колокола отлиты по заказу потомков декабриста С. И. Муравьева-Апостола.

Сейчас храм является патриаршим подворьем Троице-Сергиевой лавры.

29 января 2007 года в этом храме состоялось первое венчание на Южном полюсе Земли. Россиянка Ангелина Жулдыбина и чилиец Эдуардо Алиага Илабак, работающий на чилийской антарктической базе, поженились и обвенчались по православному канону.

Самый незаселенный и неосвоенный континент Земли

Антарктида — континент, расположенный на самом юге Земли, омываемый водами Южного океана. Она была открыта русской экспедицией под руководством Фаддея Беллинсгаузена и Михаила Лазарева, которые на шлюпках «Восток» и «Мирный» подошли к ней 16 (28) января 1820 года.

Антарктический ледяной щит является крупнейшим на планете и превосходит ближайший по размеру гренландский ледниковый покров по площади приблизительно в 10 раз. В нем сосредоточено ~30 млн км³ льда, то есть 90% всех льдов суши. Ледниковый покров в Антарктиде содержит около 80% всех пресных вод планеты. Если он полностью растает, уровень Мирового океана повысится на 60 метров.

С конца 1950-х годов в морях, омывающих континент, ведутся океанологические работы, а также выполняются регулярные геофизические исследования на стационарных континентальных станциях.

Всего на побережье, ледниковом щите и островах континента действует около 45 круглогодичных научных станций, принадлежащих 11 государствам. У России в Антарктиде имеется семь действующих станций и одна полевая база.

На сегодняшний день Антарктида является единственным незаселенным и неосвоенным континентом Земли.

«Наш храм пользуется известностью и популярностью на острове. За 12 лет храм посетили президенты ряда латиноамериканских стран, король Испании, председатель Федерального собрания Российской Федерации», — сказал Чебердак.

По его словам, частыми посетителями храма являются сотрудники соседних станций (в частности, чилийской), сотни туристов в течение летнего сезона во время захода судов в бухту острова посещают русский Троицкий храм. Несколько лет назад в храме состоялось венчание двух супружеских пар.

«Неоценимую духовную помощь в работе полярников 12 лет оказывают священнослужители Русской православной церкви, которые также принимают активное участие в экспедиционной деятельности станции», — отметил ее начальник.

Возведение храма, который постоянно действует в Антарктиде, является знаковым событием в жизни РПЦ, считает Чебердак. Тем самым русское православие распространяет свою духовную миссию на всех материках планеты, пояснил он.

Начальник станции Беллинсгаузен заявил, что день визита патриарха Московского и всея Руси Кирилла — 17 февраля — войдет в историю российской Антарктики. «Сегодня произошло великое историческое событие — впервые в истории Русской православной церкви состоялся визит в Антарктиду Святейшего патриарха Московского и всея Руси. Выбор российской станции Беллинсгаузен, конечно, в том числе обусловлен тем, что 12 лет назад на антарктическом континенте был построен первый православный храм. В эти дни мы как раз отмечаем 12-ю годовщину освящения храма… Символично, что визит Святейшего патриарха Кирилла совпал с 60-летием годовщины со дня регулярных исследований в Антарктике», — отметил Чебердак.

Он пояснил, что в феврале 1956 года в Антарктиде начала работать советская обсерватория «Мирный».

Полярники подарили патриарху Кириллу диплом о посещении Антарктиды ручной работы, акварельную картину русского антарктического храма Святой Троицы и книгу «Карта Антарктиды», в которой описаны важнейшие события истории континента и судьбы его исследователей.

В ходе первого в истории визита в Антарктиду, патриарх Московский и всея Руси посетил также колонию пингвинов на острове Ардли.

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *