Загадки истории

Ходынская трагедия

Ранним утром 18 мая 1896 года в Москве произошло страшное несчастье. Ходынское поле стало местом жуткой давки. В результате этого погибли тысячи человек. Точное количество пострадавших не известно по сей день, а цифры называются самые разные. По официальным данным министерства юстиции умерших насчитывалось 1389 человек, и 1301 человек получили увечья различной степени тяжести. Это кровавое событие вошло в историю как Ходынская трагедия.

Её причиной стала коронация императора Николая II 14 мая 1896 года. Провели её в Москве, а не Санкт-Петербурге, так как молодой царь не любил холодный и неуютный город на Неве. Первопрестольная же рассматривалась как город исконно русский и благочестивый. По случаю приезда государя Москва приняла праздничный вид. Покрасили фасады домов, вывесили государственные флаги, украсили улицы. Москвичи надели лучшие одежды, ведь коронация считалась всероссийским торжеством.

По повелению самодержца народу огласили Всемилостивейший манифест. По нему многие заключённые получили амнистию, а злостным неплательщикам простили долги. В стране было объявлено 3 выходных дня, что вызывало всеобщее ликование. Но царская милость не знала границ. Московский губернатор заявил, что на праздники планируются массовые народные гуляния на Ходынском поле, при этом люди абсолютно бесплатно получат царские подарки. Данное заявление народ воспринял с восторгом.

Что представляло собой Ходынское поле в 1896 году

В наши дни Ходынское поле расположено ближе к центру столицы, чем к окраине. Оно ограничено Беговой улицей, Хорошевским шоссе, Ленинградским проспектом, а также улицами Новопесчаной и Куусинена. Это станции метро Беговая, Полежаевская, Динамо, Аэропорт, Сокол и со стороны улицы Народного ополчения станция метро Октябрьское поле. Рядом со станцией Беговая находится Ваганьковское кладбище.

Более 100 лет назад эти места представляли собой далёкую окраину. В XIV веке там находился Ходынский луг, затем его сменили пахотные земли. В конце XVI века образовалось поле. В 1775 году по повелению Екатерины II на Ходынке впервые были организованы народные гуляния по случаю победы в русско-турецкой войне.

В последующие годы эту местность регулярно использовали для массовых гуляний людей. Народ собирался здесь при коронации Александра II, Александра III, а затем и Николая II. В остальное время поле служило учебным полигоном для воинских подразделений московского гарнизона. Поэтому на нём было много траншей и рвов.

Коронация Николая II и его жены Александры Фёдоровны

Хронология Ходынской трагедии

Московский губернатор назначил массовые гуляния на 18 мая. Планировалось, что в 14 часов на Ходынку прибудут государь с супругой и свитой. Для этого дела воздвигли специальный павильон. По краю поля установили 150 раскрашенных палаток. В них стали завозить царские подарки. Недалеко от палаток расставили ларьки с пивом, вином и закуской. Вся площадь, предназначенная для торжеств, занимала 1 кв. км и была обнесена невысоким забором.

Людей в первую очередь привлекали дармовые подарки. Все также хотели поглазеть на царя и царицу. Царица-то была не простая, а немецкая. Это ещё больше разжигало любопытство. Поэтому самые дальновидные граждане начали собираться на поле в вечернее время 17-го числа. В те годы майские вечера были холоднее нынешних, поэтому люди принесли с собой водку и закуску. Всю ночь они сидели под открытым небом и грелись проверенным народным способом. Впоследствии газетчики утверждали, что к утру 18-го числа на поле собралось не менее 500 тыс. человек.

Однако это были цветочки. Народ шёл нескончаемым потоком. Шли мужчины, женщины, дети. Все жаждали получить подарки. При этом кто-то пустил слух, что царские дары будут чрезвычайно богатыми. А дармовщинкой, как известно, никто не брезгует. Поэтому толпа состояла не только из крестьян и рабочих, но и из представителей среднего класса. В неё даже затесались купцы и промышленники.

В действительности же подарки не представляли собой ничего особенного. Всего их приготовили 400 тыс. В каждый положили сайку, кусок колбасы, несколько пряников, орехи, конфеты и эмалированную кружку с императорским вензелем.

Лишь только забрезжил рассвет 18 мая, люди начали скапливаться возле палаток с царскими дарами. Над полем стоял густой туман. Даже на близком расстоянии было невозможно различить лица людей. Те, кто провели ночь под открытым небом, имели уставший и измученный вид. Некоторые теряли сознание и падали на землю. Несколько человек умерло. Трупы поднимали на руках и по головам передавали на край поля. А некоторые покойники так и оставались в толпе, так как давка с каждой минутой увеличивалась.

С разных сторон начали раздаваться детский плач, женские вопли, крики, стоны. Но вырваться из толпы уже было невозможно. Она превратилась в огромную спрессованную массу. Полицейских насчитывалось 1800 человек. Они ничего не могли сделать с многотысячной толпой. Им оставалось только наблюдать со стороны за тем ужасом, который творился на поле.

Артельщики, сидящие в палатках, очень быстро осознали опасность, которая им грозит. Они решили как можно быстрее избавиться от товара и начали швырять подарочные кульки в толпу. Люди бросились за кульками. Тех, кто падал, тут же втаптывали в землю.

А дальше вообще начался кошмар. По толпе прошёл слух, что на краю поля разгружают и тут же раздают дорогие подарки. Весь народ хлынул туда. Затрещало и рухнуло деревянное ограждение. Люди шли, а если позволяло пространство, то бежали к краю поля. Многие падали в рвы и траншеи, которыми была изрыта земля. Упавшие уже не могли подняться. Их мгновенно втаптывали в почву тысячи ног. Гибли дети, женщины, мужчины.

О творящемся на Ходынке кошмаре доложили московскому начальству.

Что на самом деле произошло на Ходынском поле

К полю срочно направили поднятые по тревоге воинские пехотные и казацкие подразделения. А люди, тем временем, гибли сотнями. Тем, кому удавалось выбраться из толпы, смотрели на окружающий мир дикими глазами и не верили в своё спасение.

Солдатам с большим трудом удалось остановить движение огромных людских масс к Ходынке. После этого начали рассеивать толпу, сгрудившуюся на поле. Понадобились десятки телег, чтобы вывозить погибших и искалеченных. К концу дня 18 мая все московские больницы были забиты ранеными. Мёртвые тела свозили на Ваганьковское кладбище. На следующий день журналисты, видевшие горы трупов, говорили, что погибло не менее 5 тыс. человек.

Лишь к вечеру 18 мая Ходынское поле полностью очистили от людей. Но трупы собирали весь следующий день. Многие из них лежали в ямах присыпанные песком и землёй. На них страшно было смотреть. Раздавленные головы и тела детей, женщин, мужчин. Всё это смешалось с землёй, камнями, песком.

Жертвы Ходынской трагедии

Другие события

От государя ожидали, что он распорядится отменить все празднования, назначит специальную комиссию для расследования Ходынской трагедии, прикажет арестовать виновных и выразит москвичам соболезнование в связи с гибелью огромного числа своих подданных. Но этого не случилось. Вечером 18 мая празднование продолжалось в Кремле, а затем состоялся бал во французском посольстве. Его открыл сам император с женой французского посла.

А тем временем на Ваганьковское кладбище съезжались тысячи людей, чтобы найти среди трупов своих родственников. Кого-то забирали, но большую часть покойников похоронили на кладбище.

Императорская семья выделила из личных средств 90 тыс. рублей. Их раздали семьям погибших. За одного умершего давали 100 рублей. Некоторые семьи вообще не получили пособие.

Нашли и виновных. Ими оказались обер-полицмейстер Александр Власовский и его помощник. Власовского отправили на пенсию с годовым содержанием 3 тыс. рублей. Помощника уволили. На Ваганьковском кладбищ в том же году поставили памятник на братской могиле. А великого князя Сергея Александровича (сын Александра II), который был главным организатором праздника, прозвали "князем Ходынским". Так закончилась кровавая Ходынская трагедия.

Сергей Смирнов

«Великий грех». Как коронация Николая II обернулась Ходынской давкой

КАТАСТРОФА НА ХОДЫНСКОМ ПОЛЕ

На май 1896 года, когда заканчивался двенадцатимесячный траур по неожиданно скончавшемуся 49-девятилетнему императору Александру III, была назначена коронация нового императора — его старшего сына, 28-восьмилетнего Николая II. Коронацию решено было провести в Москве — так пожелал молодой царь. Он не любил чрезмерной помпезности холодного и неуютного Санкт-Петербурга, в котором похоронили его отца, не хотел травмировать свою мать, вдовствующую императрицу Марию Федоровну. Его привлекала Москва — город исконно русский, святой и благочестивый, в котором он хотел показать себя царем Всея Руси и подарить народу разные милости. По традиции новый некоронованный царь мог въехать в белокаменную столицу только в день коронации.

Москвичи в свою очередь тоже старались оказать своему Молодому царю-батюшке, переживавшему кончину отца, самый теплый прием. К приезду нового государя приводились в порядок и красились дома, вывешивались трехцветные российские флаги, украшались улицы, повсюду царило праздничное настроение. Казалось, в истории российского государства наступал день, который должен был символизировать единство царя и народа. Губернатор Москвы Великий князь Сергей Александрович объявил, что на следующий после коронации государя императора день состоятся народные гуляния на Ходынском поле, во время которых будут раздаваться царские подарки. Это была радостная весть, такого еще никто не помнил.

Из близлежащих городов и деревень приезжали тысячи любопытных — всем хотелось увидеть нового царя, его немецкую жену, посмотреть красочную церемонию коронования и получить подарки. Москва словно бы ожила, все только и говорили о предстоящем событии. По случаю коронации был издан Всемилостивейший манифест, в котором объявлялось о том, что в стране целых три дня будут свободны от работы — небывалые для России выходные. В Манифесте новый царь объявил, в частности, амнистию многим заключенным и освобождение от долгов и штрафов.

Семнадцатого мая началось торжественное шествие на коронацию, которая проходила в самом центре первопрестольной столицы. Открыл его эскадрон конной гвардии, за ним на конях следовали казаки-гвардейцы и далее в каретах катила московская знать, блистая праздничным украшением своих роскошных нарядов. Все военные и служащие чины по ритуалу были в богатых, шитых золотом мундирах. Царь ехал один. Он был верхом на белом коне, левой рукой держал уздцы, а правой отдавал честь.

Неизвестная Ходынка — взгляд в прошлое

Замыкали шествие открытые кареты, в которых находились особы царствующего дома и иностранные гости. Все направлялись по Мясницкой улице в Кремль, где коронация прошла без всяких эксцессов.

Массовые народные гуляния были назначены на восемнадцатое мая. На Ходынское поле к двум часам дня должен был прибыть коронованный Николай II с супругой Александрой, а также приглашенные высокие особы и дипломаты. Там заблаговременно для встречи дорогих гостей уже соорудили императорский павильон. Городские власти уж вовсю постарались: все было приготовлено для визита высочайших гостей, народных гуляний и раздачи подарков. По краям поля рабочие установили 150 украшенных зелеными ветвями палаток, в которых и планировалось раздавать подарки. Рядом поставили еще двадцать небольших ларьков, в которых бы угощали пивом и вином. Вся площадь, примерно в один квадратный километр, была к тому же окружена небольшим забором.

В то время Ходынкой называлось обширное поле, изрытое траншеями и рвами и служившее учебным плацем для войск московского гарнизона. На нем никогда ранее не проводились массовые народные гуляния, все было впервые. Самые "сообразительные" собираться на Ходынку стали еще накануне вечером. А чтобы не было холодно, многие приносили с собой спиртное и пили в ожидании утра на месте. По разным оценкам на этом огражденном поле (площадью в один квадратный километр) собралось от пятисот тысяч до полутора миллионов человек.

Но это было еще не все, народ продолжал стекаться. Близлежащие улицы были заполнены людьми, шли мужчины и женщины, шли целыми семьями до самого утра, рассчитывая попасть на Ходынку. Все они надеялись, конечно, получить царский подарок. Ожидалось, что подарки будут очень богатыми, и на них рассчитывали в основном люди не очень обеспеченные, жаждавшие к тому же поглазеть на царя и его свиту. Были в толпе и представители среднего класса, радующиеся возможности провести выходной на свежем воздухе.

На самом деле подарки (их было приготовлено четыреста тысяч) представляли собой кулек с сайкой, куском колбасы, пряником, орехами, леденцами и эмалированной кружкой с инициалами императора. Уже к пяти часам утра восемнадцатого мая около 150 палаток и 20 павильончиков началось столпотворение. Как писал потом в официальном отчете министр юстиции Н.В. Муравьев, "над народною массой стоял густым туманом пар, мешавший различать на близком расстоянии лица. Находившиеся даже в первых рядах обливались потом и имели измученный вид". Конечно, при таком скоплении народа можно было ожидать всяких беспорядков. Первые жертвы появились еще до того, как разразилась главная паника. Ослабевшие и потерявшие сознание люди падали, и несколько человек умерли. Трупы выталкивали из толпы и так над головами из рук в руки передавали к краю поля. Отодвинуться от покойников в сторону было невозможно, и это еще больше увеличивало давку. Раздавались крики, стоны, вопли, но вырваться из замкнутого квадрата не удавалось никому, никто не хотел расстаться со своим местом. Полиция — 1800 человек — только наблюдала и не собиралась предпринимать какие-либо действия, хотя людей следовало рассредоточить и вывести из плотного квадрата Ходынского поля. Огражденной территории для такой толпы было явно маловато, и давка уже начиналась.

Кое-где народные толпы смели палатки, и это стало своего рода сигналом. Артельщики, опасаясь, что их сметут вместе с палатками, прежде назначенного времени стали швырять в толпу кульки-подарки. Однако это не только не успокоило людей, а наоборот — вызвало всеобщее недовольство. За кульками бросались наперебой, некоторые падали на землю, задние напирали, и люди за несколько минут оказывались втоптанными в землю. Местные полицейские, видевшие только верх толпы, не посчитали начавшуюся стихийную давку опасной.

Дальше события стали развиваться совсем не в том плане, на который рассчитывали городские власти. На исходе шестого часа утра неожиданно разнесся слух, что появились вагоны с дорогими подарками и началась их раздача. Народ двинулся к краю поля, где шла разгрузка. Деревянная ограда уже никого не могла остановить. Прошел слух, что подарков на всех не хватит, и получат их только те, которые ближе всего к вагонам. Толпа сорвалась с места и помчалась, как сумасшедшая. Наблюдавший за всем происходящим эскадрон казаков уже не мог ничего сделать, казаков просто смели в сторону. Мчащиеся вперед люди не учли, что повсюду накопаны рвы и траншеи. Мужчины, особенно не очень трезвые, падали в них, а подняться уже не могли, по ним топали следующие ряды бегущих. Женщин и детей также сбивала с ног и втаптывала в землю мятущаяся толпа. Потом, когда уже собирали тела, обратили внимание на то, что у многих погибших раздавленные ноздри, рты и даже уши были забиты землей.

Оказался в толпе и богач Морозов. Когда его понесло вместе со всеми на рвы и ямы, он закричал, что даст восемнадцать тысяч тому, кто его спасет. Но никто не мог ему протянуть руку помощи, даже если бы и захотел. Все зависели от стихийного движения массы, а толпу же качало из стороны в сторону. Пока слух о творившейся на Ходынке трагедии донесся до московского начальства, пока стали прибывать солдаты и казаки, пока стали подъезжать телеги, люди гибли в давке десятками и сотнями. Ходынское поле сделалось похожим на поле непонятной битвы, в ямах растоптанные и засыпанные землей еще шевелились полуживые люди. Ни о какой раздаче подарков уже не могло быть и речи. К полудню все московские больницы были переполнены ранеными. Выбравшиеся из давки невредимыми рассказывали впоследствии страшные вещи.

В результате всеобщей паники (по официальным данным) на Ходынском поле погибло 1389 человек и полторы тысячи получили различные увечья. По неофициальным данным — от четырех до пяти тысяч. Сколько погибло на самом деле, никто не знает. На Ваганьковском кладбище сохранился памятник, посвященный жертвам Ходынской катастрофы.

Тогда не только Москва, вся Россия оцепенела от ужаса. Это была страшная трагедия, в которой увидели страшное предзнаменование. От царя ожидали, что он отменит празднества, назначит комиссию по расследованию, распорядится об аресте ответственных за невинно убиенных, выступит перед народом со словами скорби. Но ничего этого не произошло. В тот самый вечер царь, в душе сильно переживавший случившееся, но не будучи в силах противостоять настояниям своего двора, согласно церемониалу танцевал кадриль у французского посла. А для успокоения москвичей на следующий день повелел выдать каждой семье, в которой был погибший, по одной тысяче рублей. Об этом трагическом для России событии позднее вспоминали многие журналисты и писатели, в частности, Максим Горький в своем обширном произведении "Жизнь Клима Самгина" подробно передал смятение и тревогу москвичей, переживших эту трагедию.

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *