ТЕИЗМ (греч. theos — бог) — специфический тип религиозного сознания, вероучение которого центрируется вокруг аксиологически максимальной персонификации Бога как трансцендентного миру разумного начала, Абсолюта, понятого в качестве личности. Первое употребление термина Т. — 1743 (работа Р.Кедворта «Истинная интеллектуальная система универсума»). К строго последовательному Т. могут быть отнесены такие вероучения, как христианство, иудаизм и ислам, генетически связанные между собой общим семантическим восхождением к библейскому канону: «живой Бог» Танаха, Ветхого и Нового Заветов и Корана (ср. с нетеистскими религиями, где Абсолют трактуется как абсолютная идея, мировая воля, безличный разумный порядок: см., например, «путь богов» в синтоизме или «невидимое» исмаилитов). В контексте теистских представлений Бог не только творит мир в акте свободной воли, но и продолжает свою активность в сотворенном мире, в связи с чем для Т. характерна идея провидения (см. Провиденциализм), т.е. признание перманентного присутствия в мире разумного Божественного вмешательства, обеспечивающего наибольшее благо творения и допускающего непресекающуюся возможность чуда как «препобеждающего» законы природы по воле Божьей (см. Теургия)…

Почему я отвергаю «теистический эволюционизм»?

Девид Девитт
Перевод: Елена Кискина (bibleap.com)
Редактура: Владимир Силенок, Марк Слободян

Теистический эволюционизм представляет собой серьезную угрозу для христианской церкви. Он подрывает сами основы христианской веры и приводит людей к отрицанию истинности Писания.

Я вырос, будучи теистическим эволюционистом. Я интересовался наукой и получил диплом магистра по биохимии. При этом я верил в Бога, и по воскресеньям слушал о том, что Он – Творец всего, и это не мешало мне сохранять эволюционное мировоззрение в будние дни. Многие христиане считают единственно логичным решением в данном вопросе – объединить Бога и «науку». Так поступил и я, решив, что эволюция — это просто процесс, посредством которого Бог и творил. Это было огромной ошибкой. Я думаю, что люди идут на этот компромисс, потому что они не знают всех научных свидетельств, которые ставят теорию эволюции в позицию антинаучной. Также люди в большинстве просто не осведомлены о том, какие богословские проблемы порождает «логичный компромисс» Христианства и теории эволюции.

Предлагаю начать с одного стиха из Притчи 18:17: «Первому, кто представит свое дело, оно кажется правильным, пока другой не спросит его». Почти везде можно слышать это слово «эволюция» — в школах и университетах, зоопарках, музеях, телевидении, фильмах и прочих средствах массовой информации. Но ведь если никто не займётся также и работой по критике этой теории и не поднимет проблемы, связанные с ней в наших церквях, то никто и не узнает об антинаучности эволюционных идей! Эволюция продолжает казаться истинной, не сталкиваются с аргументированными опровержениями, сами не ищут в теории эволюций противоречия, и в результате мало кто подвергает сомнению её позиции.

Есть две вещи, которые привели к тому, что я стал библейским креационистом и оставил теистический эволюционизм. Первая – это места Писания, в которых говорится, что слово Господа безупречно. Я заметил, что безоговорочно доверяю Библии, когда речь идёт о спасении, что Иисус воскрес из мертвых, что Он мог исцелить хромых, слепых, немых и глухих. Он мгновенно превратил воду в вино. Он умножал рыб и хлеба, ходил по воде. Я верил, что все эти чудеса произошли именно так, как описано. Я верил Библии во всех тех случаях, но что не так с книгой Бытие, в которой написано, что Бог сотворил мир за шесть дней?

Второй и самый важный момент — это то, как эволюция согласуется с богословием. Эволюция, без сомнения, была невозможна бы, если бы смерть не была в этом мире от самого его начала. Миллионы лет смерти: борьба за существование, выживание сильнейших, и это задолго до появления человека! По такому сценарию, смерть — это вовсе не враг, а даже, в какой-то мере, способ сотворения! Но в Библии не раз говорится: смерть – это наказание. Смерть пришла в мир из-за греха Адама. Поэтому до грехопадения человека не могло быть смерти; таким образом, до грехопадения не могло быть никакой эволюции.

Если смерть и эволюция — это метод, использованный Богом для сотворения, или если Он просто позволил смерти царствовать на протяжении миллардов лет до грехопадения, как учат «прогрессивные креационисты», то смерть не является ни «последним врагом» (1 Коринфянам 15:26), ни наказанием за грех. И если так, то как объяснить мотивацию Иисуса Христа, пришедшего разрушить узы смерти и заплатить за грех? Я думаю что это, возможно, самый сильный аргумент против как теистической эволюции, так и прогрессивного креационизма и всех остальных компромиссных позиций в отношении Книги Бытие.1

Библия говорит нам, что Бог заботится о своем творении. Волос не падает с головы без воли Отца! Разве нормально — считать, что всемогущий Бог, будучи в состоянии создать все одним словом, вместо этого решил запустить процесс, управляемый смертью? Решил возглавить борьбу за существование, где слабые погибают и сильные выживают? Все это несовместимо с характером Бога, Его святостью и Его любовью.

Я рассматриваю это как один из вариантов древнейшего вопроса: «подлинно ли Бог сказал, что Он сотворил человека из праха земли, а не через эволюционный процесс от молекулы к человеку?». Довольно недалеко от вопроса, заданного Еве змеем: «подлинно ли сказал Бог …?». Знаете, какой ответ? «Бог действительно сказал так, как Он сказал, и никак иначе». Быть христианином, и сомневаться в истинах, записанных в Библии, в любой из ее книг – это слишком тонкий лёд, чтоб по нему продолжать ходить. С Библией так нельзя: либо всё, либо ничего. Разве мы во власти выбирать, в какие отрывки верить, а какие отвергать? Что вообще может наделить правом определять, что в Библии истинно, а что – нет? Чутьё?

Я высоко ценю служение библейских креационистов, потому что их труд даёт христианам возможность узнавать и провозглашать правду. Теперь свидетельств, что Библии можно доверять целиком, с самого её первого стиха, — ещё больше.

Помимо проблемы смерти до грехопадения те, кто верят в миллиарды лет, делают Бога далеким от нас. Если вселенная якобы существовала многие сотни миллиардов лет, и всё человечество занимает такой ничтожный промежуток времени в незначительном объеме пространства, то сам по себе возникает вопрос –может ли человек быть важен для Бога? Если же Бог создал мир всего несколько тысяч лет назад, то это приближает Его к нам. Давид поёт в одном из своих псалмов: «Кто такой человек, что Ты переживаешь о нем? Кто такой сын человеческий, что Ты заботишься о нем?» (Псалом 8: 3–4). И Бог заботится о нас! Человек занимает уникальное положение среди всего творения, потому что только человек создан по образу Бога, и человеку доверена ответственность раскрыть Божью славу уникальным образом.

Вселенная — это место, которое было сотворено специально для того, чтобы человек в нём жил и развивался. Размышляли ли вы над местом из Библии, где говорится, что в день суда придет конец не только человечеству, но и вселенной? «Небеса с шумом прейдут; стихии же, разгоревшись, разрушатся; Земля и все дела на ней сгорят» (2 Петра 3:10). Если конец человечества — это конец Вселенной, а целью сотворения было приготовление места для человека, то для чего бы Богу потребовалось создавать пустую вселенную, пребывавшую бы во власти смерти в течение миллиардов лет, в то время как Он мог создать всё практически сразу за каких-то шесть дней без лишних движений?

Обратите внимание на то, что говорит Иисус в Матфея 19: 4: «Разве вы не читали, — ответил он, — что Сотворивший в начале мужчину и женщину сотворил их». Иисус подчеркивает, что Адам и Ева были сделаны «в начале». Это будет истиной только в том случае, если речь идёт дне шестом, а не о дне через несколько миллиардов лет.

Очевидно, что теории химической эволюции, абиогенеза и другие гипотезы, настаивающие на том, что жизнь развивалась от молекулы и к человеку — несовместимы с ясным учением Слова Божьего. Поэтому теистическая эволюция и ее приятель «прогрессивный креационизм» решительно не совместимы с христианской верой.

Д-р Дэвид А. Девитт является директором Креационного Центра Исследования (Center for Creation Studies) и доцентом биологии в Университете Либерти в Линчбурге, штат Вирджиния.

Ссылки и примечания

  1. Прогрессивные креационисты отвергают идею биологической эволюции, т.е. изменений одного библейского сотворенного рода в другой, но верят во все остальные аспекты эволюционного сценария – т.е. миллионы лет, смерть и болезни др грехопадения, космическую эволюцию, геологическую эволюцию и т.д. Вернуться к тексту.

§ 18. Восход теизма (Патристика)

Эпоха, пришедшая на смену Древнему миру, получила название средневековья (V–XV вв.). Во времена средневековья господствующей религией являлось христианство, сформировавшееся в начале нашей эры в римской провинции Иудее. Оно быстро распространилось по Римской империи, завоевав огромное количество сторонников и последователей. Поскольку официальной религией Древнего Рима являлось язычество, появившееся христианство в первые века нашей эры подвергалось жестоким гонениям со стороны государства. Однако в IV в. христианство провозгласили новой официальной религией, и притесняемые ранее христиане из гонимых превратились в гонителей, неумолимо преследуя язычников и ревностно сражаясь против остатков старой государственной религии.

В чем причина явной непримиримости язычества и христианства? Первое является политеизмом (от греч. полюс – многий и теос – Бог) – многобожие, второе – монотеизмом (от греч. монос – один и теос – Бог) – единобожие. Но данное расхождение не является настолько принципиальным, чтобы из–за него жестоко враждовать.

В языческом политеизме каждое божество олицетворяет какую–нибудь природную стихию, то есть находится не вне мира, но внутри его, растворено в нем, слито с ним воедино, а совокупность языческих богов и есть мироздание. Поэтому подобный взгляд неизбежно является пантеистическим.

Христианский монотеизм утверждает не только то, что Бог один, но – главное — то, что он находится вне мира, первичен по отношению к нему, потому что его сотворил. Для язычника окружающий его мир прекрасен и единственен, вне природы и больше ее ничего нет, потому что она и есть Бог. Природа вечна, беспредельна и потому божественна. Он благоговеет перед ней и ей поклоняется. Для христианина, несмотря на совершенство окружающего мира, он – всего лишь творение, а за видимым великолепием природы стоит невидимая сила, тысячу крат более совершенная и бесконечно восхитительная – Творец, который есть действительное начало и источник всего, истинное Бытие. Поэтому именно перед ним следует преклониться, а за красотой мира всегда следует пытаться усмотреть великий и непостижимый замысел потустороннего Бога.

Христианин считает, что, поклоняясь природе, язычник принимает ее за Творца, подменяет его творением, совершая самую непростительную ошибку, ибо умаляет и принижает роль Бога, растворяя его в окружающем мире. Христианский взгляд является теизмом, то есть утверждением о первичности и потусторонности Бога по отношению к миру и о том, что Бог сотворил его. Таким образом, античный пантеизм сменился средневековым теизмом, под идейными знаменами которого (христианского – на Западе и мусульманского – на Востоке) прошло тысячелетие человеческой истории.

Но прежде чем христианство завоевало людские умы, их требовалось очистить от языческих представлений, разработать и обосновать новое вероучение, что и сделали основоположники христианского мировоззрения, которых называют его отцами. В греческом языке отец – это «патэр», поэтому их философская деятельность в первые века нашей эры получила название патристики, и может быть названа начальным периодом средневековой философии, ее становлением и формированием.

Одним из основных вопросов патристики являлась проблема соотношения веры и знания, религии и философии. Понятно, что знание – это принятие чего–либо в силу обоснования и доказательства, то есть — опосредованно и по необходимости, в то время как вера – это принятие чего–либо помимо всяких обоснований и доказательств, то есть — непосредственно и свободно. Верить и знать – совершенно разные вещи. Религия опирается на веру, философия – на знание, и поэтому разница между ними очевидна. Поскольку Средние века – эпоха безусловного идейного господства христианства, проблема заключалась в возможности применения философского знания к религиозной вере. Ни о каком приоритете философии не могло быть и речи, поскольку главенство религии являлось разумеющимся. Поэтому следовало только выяснить – может ли философия хотя бы в некоторой степени являться совместимой с религией, и либо следует ее оставить, превратив в опору веры, «служанкой богословия» или, напротив, необходимо отбросить любое философствование как занятие вредное и богопротивное.

Например, один из первых представителей патристики Климент Александрийский считал, что философия не противоречит религии и является подготовительным мероприятием для нее, ступенькой на пути к более совершенному способу познания – вере. Бог назначил людям философствовать, говорит Климент, желая подготовить их к высшему — религиозному — этапу духовной жизни.

Другой известный христианский автор Тертуллиан полагал, что философское знание и религиозная вера несовместимы, исключают друг друга. Основные положения веры, считал он, являются в принципе непостижимыми и находятся вне всякого разумения, поэтому в них можно и непременно должно только верить с трепетом и благоговением, ни в коем случае не пытаясь понять, осознать или обосновать, ибо любая подобная попытка приведет только к недоразумению и обернется абсурдом. Тертуллиану принадлежит знаменитая формула: «Верую, ибо абсурдно» («Credo, quia absurdum»), то есть следует только верить, хотя слепая вера нелепа и абсурдна с точки зрения разума и знания; следует только верить, потому что бессмысленно или абсурдно пытаться понять что–либо в сверхразумных и в принципе недоступных осознанию положениях веры. Поэтому философия, опирающаяся на знание, должна быть истребляема как мероприятие, злонамеренно уводящее человеческую душу от истинной и чистой веры.

Если Тертуллиан считал невозможным применить логическое разумение к религиозным предметам, следующий представитель патристики Ориген, полагал это осуществимым. Вполне с позиций разума он рассуждает так: человек был создан Богом, но, нарушив запрет, отпал от него и подвергся наказанию; с тех пор весь род человеческий грешен, но среди людей есть немногие праведные, которые спасаются в раю, в то время как грешники мучаются в аду. Но человек, каким бы он ни оказался впоследствии, изначально вышел из рук всеблагого Творца, следовательно, является хорошим, и поэтому когда–либо все равно вернется к Богу, то есть все спасутся, а ад исчезнет. Кроме того, говорит Ориген, первые люди, положившие ослушанием начало греху, не вполне и виноваты: зачем им была предоставлена свобода выбрать – нарушить запрет или не нарушить, ведь запретный плод всегда сладок и понятно, что они его должны были вкусить, использовать свою свободу в сторону зла, то есть их грех являлся в определенной степени предопределенным. Следовательно, за что жестоко и навечно наказывать первых людей? Вполне возможно их вместе с человеческим родом, в конце концов, простить, оправдать и спасти в раю.

Самым выдающимся представителем патристики являлся Аврелий Августин, епископ Гиппонский. Вслед за Тертуллианом он утверждал, что божественный замысел непостижим. Бог изначально предопределяет одних к спасению в раю, других – к вечным мукам в аду. Поэтому праведный является добродетельным не в силу свободного выбора, а волей предопределения, и потому не существует никакой его заслуги в собственной праведности. Равно как и грешник совершает преступления не в силу сознательного выбора зла, а потому, что предопределен к нему. Одни должны спастись и поэтому при жизни праведны, а другие обречены погибнуть и оттого грешны.

Следовательно, последние ни в чем не виноваты, и ни в чем нет заслуги первых, поэтому ни добрыми, ни злыми делами нельзя ничего изменить или как–то повлиять на свою будущую участь. Тогда возникает вопрос: за что наказывать грешников адом и поощрять праведников раем, если никто не является плохим или хорошим добровольно, но всегда — в силу сверхъестественного предопределения? Данный вопрос правомерен, но только с точки зрения разума; он логичен и вытекает из мышления, а божественная воля стоит совершенно вне осознания и понимания, а потому данный вопрос является бессмысленным. Равно как лишен смысла и вопрос о том, чем руководствуется Бог, творя свое предопределение, назначая одних к спасению, а других – к погибели.

Августин говорит: наказание существует только потому, что есть грех или зло, которое не может быть безнаказанным. Но откуда оно взялось, если Бог – абсолютное добро, следовательно – не мог создать ничего плохого. Зла первоначально не существовало. Бог создал только добро, поэтому оно – самодостаточный и автономный мировой элемент, существующий вечно.

Откуда появилось зло? Первые люди располагали свободным выбором: они могли нарушить божественный запрет вкушать с древа познания или могли не нарушить его. В случае нарушения зло появилось бы, в случае послушания – нет. То есть оно находилось только в возможности, в потенциальном состоянии и переросло бы в действительность при наличии определенных условий. Таким образом, Бог не создавал зла, говорит Августин, оно проистекло из свободной человеческой воли.

Первые люди выбрали нарушение запрета, то есть зло, в результате чего человек отпал от Бога и был изгнан на Землю. Грехопадение является, по Августину, началом человеческой истории. Середина ее – это первое пришествие Спасителя и частичное искупление людских грехов мученической смертью на кресте. Концом истории будет второе пришествие и установление Божьего Царства на Земле. У Августина впервые появляется линейное понимание истории (она имеет начало, середину и конец), в то время как в античности существовало циклическое представление (история подобна однообразному круговороту, как в природе).

Однако линейность исторического процесса в представлении Августина содержит и циклические черты. Мы отчетливо видим триаду: пребывание (человек с Богом), отпадение (земная история), возвращение (человек вновь с Богом). В чем разница между первым и третьим элементами этой триады? В первой стадии человек с Богом в силу своего неведения: он не знает, что такое зло и поэтому совершенно добрый. Когда человек стал знающим, он перестал быть добрым, узнав зло, сделался злым (греховным) и потому отпал от Бога, чтобы длительной и страдальческой земной историей очиститься и искупить собственное преступление. В результате он преодолевает зло и вновь становится добрым. Но теперь он знает о зле, но все равно абсолютно добрый и в новом качестве возвращается к Богу. В итоге, на первом этапе человек находится с ним бессознательно, непроизвольно и поэтому не вполне заслуженно, на третьем – совершенно осознанно и по своей воле, а потому заслуга его в данном случае очевидна. Данная триада может быть обозначена по–другому: тезис – антитезис – синтез. Последний ее элемент – это соединение первых двух. Сначала человек не знает и добр, потом он знает, но не добр и, наконец, он и знает и является добрым.

Перед нами — в религиозной форме — вечный сюжет, о котором мы уже говорили в параграфе о мифологии: пока мы там, не знаем, когда знаем, уже не там и очень хочется вернуться в новом знающем состоянии в прошлую ситуацию, что и будет синтезом первого и второго – мечта самая великая и невероятная из всех возможных, которая наверное поэтому и облеклась в христианском воззрении в форму представления о втором пришествии и конце истории.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

РЕЛИГИЯ (от лат. religio – «святыня», набожность, благочестие).

Особая форма осознания мира, обусловленная верой в сверхъестественное, включающая в себя свод моральных норм и типов поведения, обрядов, культовых действий и объединение людей в организации (церковь, религиозную общину).

Происхождение религии. К этому вопросу можно выделить два основных подхода: религиоведческий (научный) и богословский (собственно религиозный). С точки зрения богословов и религиозных философов, идея Бога в человеческом сознании есть результат сотворения Богом мира и человека и воздействия на человека божественной сущности. Доказательства бытия Бога в период становления и развития христианства приводили Августин Блаженный, Ансельм Кентерберийский, Фома Аквинский, философы Р.Декарт, Г.Лейбниц и др.

В рамках научного религиоведческого подхода существует много концепций происхождения религии. Например, немецкий философ и социолог М.Вебер считал, что предпосылкой возникновения религии является проблема смысла. Религия концентрирует смыслы, и переживание мира переходит в мироосознание. Мир наполняется сверхъестественными силами, богами, демонами и душами. Религия воспитывает у своих последователей систему норм, которая определяет моральные позиции по отношению к миру.

Однако происхождение религии не может объясняться только изъянами в познании людей. Выживание древних человеческих общностей было невозможно без общественно целесообразного поведения их членов. Социально целесообразная деятельность человека же возможна в том случае, если ее мотивы выходят за рамки его потребностей и забот как смертного существа, но связываются с интересами всего общества, жизнь которого представляется бесконечной. Так возникают идеалы и ценности, которые заполняют разрывы в сознании смертного человека: другая «высшая» реальность, Абсолют, бессмертие, особые вечные ценности, превосходящие интересы конечного индивида.

Ранние формы религии. Образованию религии как относительно самостоятельной духовной сферы предшествовал длительный процесс формирования и развития верований и ритуалов в рамках мифологии. Одной из самых ранних форм родоплеменных религий является тотемизм – вера в родственную связь между племенем с одной стороны и определенным животным, растением или явлением природы – с другой. В первобытном обществе был распространен и фетишизм – почитание материальных предметов, якобы наделенных сверхъестественными свойствами. Кроме того, для родового строя характерен культ предков, которые якобы влияют на жизнь потомков. Вера в духов и душу, всеобщую одухотворенность природы называется анимизмом. Эти формы первобытных религиозных представлений существовали в тесном переплетении друг с другом. Была распространена вера в магию, которая через определенные действия и заклинания должна была повлиять на человека или природные явления.

Постепенно оформляются более сложные представления о душе и ее существовании после смерти человека, о загробном мире, о деяниях богов и героев как соучастников обыденной жизни людей. В античности существовала строгая иерархия богов, хотя еще не произошло четкого размежевания мифологических и религиозных персонажей. Появляются теистические религии. Все более жестко противопоставляется тело и дух, земное и небесное, сакральные герои возвышаются до главного, верховного Бога. Многие из таких религий сохранились до наших дней: индуизм,синтоизм, даосизм, зороастризм, джайнизм.

К теистическим религиям относятся иудаизм, христианство, ислам. Ранние религии, распространенные по этническим и политическим границам, уступают наднациональным, мировым религиям (буддизм, христианство, ислам), объединяющим людей вне зависимости от места их проживания, языка и этнической принадлежности и т.п. Эта идея выражена в Новом Завете: «Нет ни Эллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос».

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *