Паронимы — это слова, близкие по звучанию, но различающиеся (частично или полностью) значением.

Иногда в нашей речи встречаются слова, похожие по звучанию, но различающиеся оттенками значения или вовсе разные по семантике. Среди лексических ошибок, вызванных незнанием точного значения слова, наиболее часто встречаются ошибки, связанные с неразграничением, или смешением паронимов.

Греческий по своему происхождению лингвистический термин «пароним» буквально значит «одинаковое имя»: греч. para — одинаковый , onyma — имя.

Паронимами можно назвать как однокоренные, так и близкие по звучанию слова, которые при всей своей похожести всё же различаются оттенками значения или обозначают разные реалии действительности.

В «Методических рекомендаций ФИПИ» отмечается:

«Анализ выполнения задания 5 показал, что сложность для 40% испытуемых составляет не только распознавание ошибки, допущенной при употреблении паронимов, но и подбор соответствующего контексту паронима для редактирования примера с ошибкой, что обнаруживает узость словарного запаса экзаменуемых.» В помощь учащимся в подборе слов-паронимов ежегодно издаётся «Словарик паронимов». Он не зря называется именно «словариком», так как «Словари» содержат тысячи слов-паронимов. Включённый в состав словарика минимум будет использоваться в КИМах, но ведь выучить паронимы для задания 5 — это не самоцель. Эти знания позволят избежать многочисленных речевых ошибок в письменных работах.

Обращаем внимание на то, что в заданиях РЕШУЕГЭ есть задания прошлых лет, и в них встречаются слова не из этого списка.

Записывайте слово в той форме, что требуется в предложении. Это требование основано на том, что в правилах заполнения бланков указано: если кратким ответом должно быть слово, пропущенное в некотором предложении, то это слово нужно писать в той форме (род, число, падеж и т. п.), в которой оно должно стоять в предложении.

Словарик паронимов ЕГЭ. Русский язык. 2019 год. ФИПИ.

Абонемент — абонент

Артистический — артистичный

Бедный — бедственный

Безответный — безответственный

Болотистый — болотный

Благодарный — благодарственный

Благотворительный — благотворный

Бывший — былой

Вдох — вздох

Вековой — вечный

Великий — величественный

Восполнить — дополнить — заполнить — наполнить — переполнить — пополнить

Враждебный — вражеский

Выбирая — избирая

Выгода — выгодность

Выдача — отдача — передача — раздача

Выплата — оплата — плата — уплата

Выплатить — заплатить — оплатить — отплатить — уплатить

Вырастить — нарастить — отрастить

Выращивание — наращивание — отращивание

Высокий — высотный

Гарантийный — гарантированный

Гармонический — гармоничный

Глинистый — глиняный

Годичный — годовалый — годовой

Гордость — гордыня

Гуманизм — гуманность

Гуманистический — гуманитарный — гуманный

Двоичный — двойной — двойственный — двоякий — сдвоенный — удвоенный

Действенный — действительный — действующий

Деловитый — деловой — дельный — деляческий

Демократичный — демократический

Диктант — диктат

Дипломант — дипломат

Дипломатический — дипломатичный

Длинный — длительный

Добротный — добрый

Доверительный — доверчивый

Дождевой — дождливый

Драматический — драматичный

Дружеский — дружественный — дружный

Единичный — единственный

Желанный — желательный

Жестокий — жёсткий

Жизненный — житейский

Жилищный — жилой

Загородить — огородить — оградить — отгородить — перегородить

Занизить — понизить — снизить

Заплатить — оплатить

Заполнить — наполнить — переполнить

Заполнен — наполнен — переполнен

Зачинатель — зачинщик

Звериный — зверский

Звуковой — звучный

Зрительный — зрительский

Изобретательный — изобретательский

Информативный — информационный — информация —информированность

Иронический — ироничный

Искусный — искусственный

Исполнительный — исполнительский

Исходный — исходящий

Каменистый — каменный

Комфортабельный — комфортный

Конный — конский

Коренастый — коренной — корневой

Костный — костяной

Красочный — красящий — крашеный

Лакированный — лаковый

Ледовый — ледяной

Лесистый — лесной

Личностный — личный

Микроскопический — микроскопичный

Мороженый — морозильный — морозный

Надеть — одеть

Наличие — наличность

Напоминание — упоминание

Невежа — невежда

Нестерпимый — нетерпеливый — нетерпимый

Неудачный — неудачливый

Обвинённый — обвинительный

Обрывок — отрывок

Обхватить — охватить

Ограничить — отграничить — разграничить

Оклик — отклик

Органический — органичный

Отборный — отборочный

Отклонение — уклонение

Отклоняться — уклоняться

Отличать(-ся) — различать(-ся)

Отличие — различие

Памятливый — памятный

Перетерпеть — претерпеть

Покупательный — покупательский — покупной

Популистский — популярный

Почтенный — почтительный — почётный

Практический — практичный

Предоставить — представить

Представительный — представительский

Признанный — признательный

Продуктивный — продуктовый

Производительный — производственный — производительность

Просветительский — просвещённый

Публицистический — публицистичный

Пугливый — пуганый

Раздражение — раздражительность

Ритмический — ритмичный

Романтический — романтичный

Скрытный — скрытый

Словарный — словесный

Сопротивление — сопротивляемость

Соседний — соседский

Сравнимый — сравнительный

Сценический — сценичный

Технический — техничный

Удачливый — удачный

Униженный — унизительный

Фактический — фактичный

Хищнический — хищный

Царский — царственный — царствующий

Целый — цельный — целостный

Экономический — экономичный — экономный

Эстетический — эстетичный

Этический — этичный

Эффективный — эффектный

Эффективность — эффектность

Термин церковнославянизм является обиходным для научно-исследовательской, вузовской и школьной практики. При этом церковнославянское влияние на современный русский литературный язык рассматривается преимущественно на материале классической русской литературы, литературы XX века, а при анализе конкретных явлений привлекается по большей части грамматический уровень языка и в меньшей степени фонетический. Влияние церковнославянского языка на лексической уровне рассматривается, на наш взгляд, ограниченно. Но в целом традиция исследования церковнославянских элементов в русской художественной речи чрезвычайно богата. Это связано с тем, что роль церковнославянских элементов, церковнославянского стиля, церковнославянских смысловых и оценочных коннотаций очень велика в истории русской классической литературы. Повторимся, что церковнославянские элементы могут проявляется на различных уровнях. Для фонетического уровня примером может служить произношение ударного е перед твердым согласным на месте собственно русского о: осужденный, побежден. Замечательным примером грамматического церковнославянизма является окончание –ыя в родительном падеже женского рода имен прилагательных; ср. классическое пушкинское …и жало мудрыя змеи. Наконец, на лексическом уровне церковнославянское влияние может проявляться весьма разнообразно. Как правило, оно обнаруживается в существовании пар слов, одно из которых является русским по происхождению, а второе – церковнославянским (и в большинстве случаев восходит к старославянскому). Ср. палец – перст, говорить – глаголить. Отметим, что возникновение многих таких пар связано с различными путями фонетических преобразований у восточных и у южных славян, то есть с точки зрения диахронии подобные церковнославянизмы также могут быть отнесены к фонетическому уровню. Наиболее распространенным и известным примером таких пар являются слова, противопоставленные по признаку полногласия – неполногласия: ворота – врата, берег – брег. В период существования русского церковнославянского языка возникли новые фонетические процессы, противопоставившие живой язык книжному. Помимо упоминавшегося выше изменения ударного е здесь следует отметить многочисленные явления, связанные с судьбой редуцированных: в церковнославянском языке даже слабые редуцированные могут сохраняться в написании и произношении. Так возникли новые пары русских – церковнославянских слов. Для последующей судьбы всех указанных противопоставлений принципиально важным является тот факт, что еще до окончательного формирования норм современного литературного языка начинается семантическая и стилистическая дифференциация русизмов и церковнославянизмов, ср. в современном языке: порох – прах, город – град, нёбо – небо, воскресенье – воскресение, окончания творительного падежа единственного числа женского рода -ью – -ию. Именно произошедшей дифференциацией, приспособлением церковнославянизмов к употреблению в среднем стиле объясняется их способность выполнять в русской художественной литературе различные семантические и стилистические функции.
Вопрос о путях адаптации церковнославянизмов в литературном языке исследовался в современной лингвистике достаточно подробно. Традиции использования церковнославянизмов в русской художественной речи были в основном заложены А.С. Пушкиным, и именно в его творчестве можно обнаружить наиболее разнообразное и осознанное употребление церковнославянских элементов. Как отмечал В.В. Виноградов, в ранних стихотворениях А.С. Пушкина церковнославянизмы еще являются отражением прежних норм литературного языка (как и у многих поэтов первой трети XIX века). Однако постепенно происходит отказ от такого употребления церковнославянских элементов. У зрелого А.С. Пушкина церковнославянские выражения выполняют строго определенные функции. Отметим, в частности, их использование, с одной стороны, в религиозной лирике, а с другой, для литературной стилизации народной поэзии. Последнее следует считать весьма показательным парадоксом, если учесть исторически существовавшее стилистическое противопоставление фольклора и книжной словесности.
Возникает вопрос: насколько актуальны пушкинские традиции освоения церковнославянского языкового богатства для современной русской поэзии, для современного литературного языка? Анализ ряда современных авторов показывает, что эти традиции не только сохраняются, но и получают активное развитие. В стихотворениях Сергея Калугина, творчество которого можно при желании отнести к так называемой «рок-поэзии», церковнославянские элементы присутствуют чрезвычайно широко. Рассмотрим их функционирование в стихотворении «Рассказ Короля-Ондатры о рыбной ловле в пятницу».

Брат мой, с ликом птицы, брат с перстами девы, Брат мой! Брат, мне море снится, черных волн напевы, Брат мой… В данном отрывке употреблены сразу два церковнославянизма: существительные лик и перст. Последнее, чрезвычайно архаичное для современного языка, выполняет чисто стилистическую функцию, позволяя маркировать указанный текст как стихотворение «высокого», а точнее, религиозного содержания. И в результате такой жанрово-стилистической отнесенности произведения существительное лик получает возможность выполнить свою семантическую функцию, выразить не денотативно направленное, предметное значение, но значение символическое, концептуально насыщенное. Лик птицы в данном контексте – это не столько лицо, названное традиционным поэтическим словом (ср. дефиниции в академических словарях), а скорее внутренняя сущность, духовный, метафизический облик персонажа. Такая трактовка абсолютно согласуется с общим смыслом стихотворения, содержащим не внешнюю, событийную интригу, а развертывание мифологического, то есть сущностного сюжета. При таком понимании употребленные далее в тексте слова старец, отведать, кропить раскрывают все богатство своей семантики, переполненной церковными коннотациями. Старец – не просто старый человек, но хранитель сакрального знания. Отведать – не просто попробовать на вкус, но прикоснуться к сущности, получить знание, причаститься. Кропить – не просто брызгать, но совершать обряд. Рассмотренный нами прием повторяется в тексте неоднократно. Се, влекомый нашей схваткой правит путь свой в вышине и горят четыре зрака на глазу, что зрит вовне… Здесь архаичное местоимение се, употребленное в значении частицы, выполняет функцию стилистического маркера, а последующее существительное зрак не только вносит определенную стилистическую окраску, но и выражает символическое, «над-предметное» значение. Именно этим объясняется противопоставление метафизического зрака обычному, чувственно воспринимаемому глазу. И далее в тексте употребляется классический церковнославянизм, отражающий древнюю, соответствующую мягкой разновидности склонения, форму винительного падежа. И вот мне вонзились в лице Четыре зрачка на сверкающем круге… Употребление такого варианта определяется не столько необходимостью соблюсти рифму (в кольце), как может показаться неискушенному читателю, сколько возможностью выразить символический смысл: взгляд Властителя вонзается именно во «внутреннее лицо» персонажа.
Поэтические приемы, рассмотренные нами на примере данного произведения, встречаются и в других стихотворениях С. Калугина. Ср.: Я плыл по рекам, но не дал названья Ни берегу, ни камню средь стремнин. Церковнославянизм средь в данном случае выполняет стилистическую функцию, подчеркивая религиозную, метафизическую направленность стихотворения. Ср. далее церковнославянское выражение в той же функции: Лишь дельты вид мне отомкнул уста… В следующем стихотворении глагол проницать выполняет одновременно и стилистическую, и семантическую функцию. Ср.: Я проницаю горы и лощины, Я различаю сущности стихий, Схлестнувшиеся в танце теургий И каждый миг являющие Сына… Проницать – глагол, позволяющий в данном контексте неразрывно совместить конкретное и абстрактное значения слова. Интересно отметить употребление здесь орфографического церковнославянизма. Использование прописной буквы позволяет высвободить символическое, религиозно ориентированное значение слова сын. Далее в этом же стихотворении употреблено уже рассмотренное слово се: Се, время правды. Суть обнажена, И льется в полночь полная Луна, И плоть моя не властна надо мной… Использование данного местоимения подчеркивает религиозную направленность текста, и это, в свою очередь, позволяет существительному плоть в данном случае также выступать в качестве церковнославянизма, но церковнославянизма особого типа – семантического. В связи с этим следует рассмотреть вопрос о статусе лексем, не имеющих фонетических или грамматических признаков церковнославянизма, но обозначающих реалии церковной жизни или религиозного бытия. Напр.: молебен, псалом, ангел, апостол, лжица и т.д. Ср. у С. Калугина: Так прими, проколи мне хребет копием Почерпни меня лжицей Пролей мою душу В прогорклые соты столетий . В.В. Виноградов рассматривал подобные слова в ряду других церковнославянизмов, употребленных у А.С. Пушкина. Другие возможные пути интерпретации таких лексем – рассмотрение их в качестве слов, обладающих ярко выделенным национально-культурным компонентом значения или в качестве языковых единиц, принадлежащих к церковному (церковно-проповедническому) стилю литературного языка. Следует полагать, что все эти подходы не противоречат друг другу. Если же мы будем рассматривать понятие церковнославянизма в широком смысле, то без сомнения сможем отнести представленные слова к семантическим церковнославянизмам, то есть к лексемам, чьи значения формировались под влиянием церковнославянского языка, в границах религиозно-церковной семантической и символической сферы. Сложнее обстоит дело с такими лексемами, как церковь, вера, Христос, Бог. Они широко употребляются в современном литературном языке и часто встречаются за пределами собственно церковных текстов. Однако существует разница их употребления в различных контекстах. Мы полагаем, что следует особо выделять случаи, когда подобные слова выражают символическое, концептуально ориентированное значение, как, в частности, в приведенных выше примерах с существительными сын, плоть. В некоторых случаях на употребление слова в символическом значении могут указывать особенности написания: ср. Бог и бог. О существовании символических значений и их высокой роли в построении высокого стиля пишет В.В. Колесов. Он же отмечает, что высокий стиль русского литературного языка, в том, по крайней мере, классическом виде, который он имел в XIX веке, «основан на церковнославянских текстах”. По-видимому, само существование высокого стиля возможно лишь в условиях противопоставления сакральной и профанной сфер языка, а на уровне семантики – в условиях противопоставления символического и денотативного значений. Для русского литературного языка является исторически сложившимся фактом то, что высокий стиль организуется при активном воздействии церковнославянских языковых элементов. Именно поэтому при создании текстов сакральной, религиозной направленности используются, в том числе и в современной поэзии, церковнославянизмы, в частности, семантические церковнославянизмы. К последним следует, возможно, относить и слова плоть, вера, Бог – в тех случаях, когда они в определенном контексте выражают символическое значение.

Однако интересным и парадоксальным фактом современного литературного языка является то, что с церковнославянизмами сближаются по своим функциям лексемы, никогда не имевшие никакого отношения ни к церковнославянскому, ни к старославянскому языкам. Речь идет о словах, являющихся собственно русскими архаизмами или историзмами и/или обладающих народно-поэтической стилистической окраской (традиционный пример – шелом). Например, слово витязь, являясь устаревшим, не зафиксировано в старославянских текстах. Однако в определенных современных контекстах оно выполняет те же семантические функции, что и традиционные церковнославянизмы. Ср. у С. Калугина: Я рыбы отведал, и пали покровы, Я видел сквозь марево дня, Как движется по небу витязь багровый, Чье око взыскует меня. Именно с этой точки зрения следует рассматривать стилистику некоторых стихотворений А. Башлачева. Для этого поэта совершенно нехарактерно употребление церковнославянизмов в узком смысле этого термина. Но в его произведениях, отчетливо мифологических, ориентированных на сакральные смыслы, построенных на серьезных символических рядах, достаточно часто используются семантические церковнославянизмы. Напр.: ангел, Рождество («Рождественская»), Бог, ладан, святая вода, обет, Пилат («На жизнь поэтов»). Однако преобладающим способом выразить сакральный, религиозно-возвышенный характер стихотворения является для А. Башлачева использование архаизмов, обладающих достаточно часто народно-поэтической окраской. Ср. в упомянутом выше стихотворении «На жизнь поэтов»: Поэты в миру после строк ставят знак кровоточия. К ним Бог на порог. Но они верно имут свой срам. Или в другом тексте: Спи, дитя мое, люли-люли! Некому березу заломати. В первом случае творчески преобразовнный устаревший фразеологизм (мертвые сраму не имут) стилистически обогащает текст и создает образность, позволяющую соотносить поэтический труд с религиозным служением. Во втором примере финальная строчка стихотворения придает национальный характер переживаниям и духовному напряжению лирического героя.
Если С. Калугин стилистически ориентирует свои стихотворения на церковнославянские тексты, то объектом стилизации А. Башлачева является традиционный русский фольклор. Однако цель в обоих случаях одна: описание сакральной реальности, раскрытие в лексической семантике символического уровня. В этом смысле показательно стихотворение А. Башлачева «Ванюша». Оно начинается фольклорным зачином (стилизация на синтаксическом и словообразовательном уровнях), сразу выводящим читателя в иную реальность. Как ходил Ванюша бережком вдоль синей речки, как водил Ванюша солнышко на золотой уздечке… Далее в тексте неоднократно используются стилистически окрашенные языковые средства: Надорвалися… Не сестра да не жена, да верная отдушина… Как весь вечер дожидалося Ивана у трактира красно солнце. В последнем примере краткое (усеченное) прилагательное выполняет не только стилистическую, но и семантическую функцию, позволяет выразить символическое значение словосочетания. Характерно, что в этом стихотворении А. Башлачева в том же символическом значении, что и у С. Калугина, хотя и в совершенно ином контексте, употреблено слово плоть: Вот то-то вони из грязной плоти: — Он в водке тонет, а сам не плотит! Здесь, однако, символика создается не за счет редукции денотативного компонента значения, а за счет совмещения и в то же время заостренного противопоставления символического и денотативного компонентов; этим же обусловлена семантическая игра дух – вонь (плоть должна бы противопоставляться на символическом уровне духу, однако вместо этого слова употреблен «опошляющий” синоним вонь).

В заключение можно заметить, что активному употреблению церковнославянизмов в стилистической функции у С. Калугина противопоставлено практическое их отсутствие в этом качестве у А. Башлачева. В последнем случае, однако, ту же функцию маркирования текста как сакрального выполняют языковые средства с народно-поэтической стилистической окраской. Но конечной целью одинаково является раскрытие символического значения слов и выражение религиозных концептов. Но если С. Калугин отражает скорее эзотерическое понимание христианства, то стихотворения А. Башлачева в большей степени ориентированы на народное православное сознание.

Александр Алексеев

К списку интервью /\ Наверх /\ Обсудить на форуме >>

Паронимы (гр. para — возле + onima — имя) — это однокорневые слова, близкие по звучанию, но не совпадающие в значениях: подпись — роспись, одеть — надеть, главный — заглавный. Паронимы, как правило, относятся к одной части речи и выполняют в предложении аналогичные синтаксические функции.

Учитывая особенности словообразования паронимов, можно выделить следующие группы.

1. Паронимы, различающиеся приставками: опечатки — отпечатки, уплатить — оплатить;

2. Паронимы, различающиеся суффиксами: безответный — безответственный, существо — сущность; командированный — командировочный;

3. Паронимы, различающиеся характером основы: один имеет непроизводную основу, другой — производную. При этом в паре могут быть:

  • а) слова с непроизводной основой и приставочные образования: рост — возраст;
  • б) слова с непроизводной основой и бесприставочные слова с суффиксами: тормоз — торможение;
  • в) слова с непроизводной основой и слова с приставкой и суффиксом: груз — нагрузка.

В семантическом отношении среди паронимов обнаруживаются две группы.

1. Паронимы, различающиеся тонкими смысловыми оттенками: длинный — длительный, желанный — желательный, гривастый — гривистый, жизненный — житейский, дипломатичный — дипломатический и под. Таких паронимов большинство, их значения комментируются в лингвистических словарях (толковых, словарях трудностей, словарях однокорневых слов, словарях паронимов). Многие из них характеризуются особенностями в лексической сочетаемости; ср.: экономические последствия — экономичное ведение хозяйства, богатое наследство — тяжелое наследие; выполнять задание — исполнять песню.

2. Паронимы, резко различающиеся по смыслу гнездо — гнездовье, дефектный — дефективный. Таких единиц в языке немного.

Некоторые авторы трактуют явление паронимии расширенно, относя к паронимам любые близкие по звучанию слова (а не только однокорневые). В этом случае паронимами следует признать и такие созвучные формы, как дрель — трель, ланцет — пинцет, фарш — фарс, эскалатор — экскаватор, вираж — витраж и др. Однако их сближение в речи носит случайный характер и не закрепляется всем многообразием системных отношений в языке. К тому же сопоставление разнокорневых созвучных слов нередко носит субъективный характер (одному кажутся похожими слова вираж — витраж, другому — вираж — мираж)

Адресат — адресант. Адресат — лицо или огранизация, кому адресовано почтовое отправление (получатель); адресант — лицо или организация, посылающие почтовое отправление (отправитель).

Анекдотический — анекдотичный. Анекдотический — присущий анекдоту, основанный на анекдоте (анекдотический рассказ); анекдотичный — смехотворный, нелепый (анекдотичный случай).

Архаический — архаичный. Архаический — свойственный старине (архаический взгляд), архаичный — вышедший из употребления, не соответствующий новым взглядам, правилам (архаичное употребление).

Будний — будничный. Будний — не праздничный (будний день); будничный — прозаичный, однообразный (будничная работа).

Воспитательный — воспитательский. Воспитательный — относящийся к воспитанию (воспитательная система); воспитательский — относящийся к воспитателю (воспитательская комната).

Всякий — всяческий. Всякий — каждый (всякая минута); всяческий — самый разнообразный (всяческие поиски).

Выборный — выборочный. Выборный — относящийся к выборам, избираемый голосованием (выборная должность); выборочный — частичный (выборочная проверка).

Гармонический — гармоничный. Гармонический — относящийся к гармонии (гармонический ряд); гармоничный — стройный, согласованный (гармоничная личность).

Главный — заглавный. Главный — основной, наиболее существенный, центральный, старший (главная улица); заглавный — относящийся к заглавию (заглавная роль).

Двигатель — движитель. Двигатель — машина, которая приводит в движение, сила (электрический двигатель); движитель — то, что. приводит в движение, способствует ему (движитель общества, прогресса); (устарелое слово).

Демократический — демократичный. Демократический — относящийся к демократии, демократу (демократический лагерь); демократичный — характерный для демократии, демократа (демократичный поступок).

Динамический — динамичный. Динамический — относящийся к динамике, движению (динамическая теория); динамичный — обладающий большой внутренней энергией (динамичный темп).

Дипломатический — дипломатичный. Дипломатический — относящийся к дипломатии, дипломату (дипломатический пост); дипломатичный — тонко рассчитанный, уклончивый (дипломатичное поведение).

Длинный — длительный. Длинный — имеющий большую длину (длинный доклад); длительный- долговременный (длительный отпуск).

Добровольный — добровольческий. Добровольный — совершаемый без принуждения (добровольный труд); добровольческий — относящийся к добровольцу (добровольческая инициатива, добровольческая армия).

Драматический — драматичный. Драматичный — выражающий сильные чувства, полный драматизм (драматичная ситуация); драматический — относящийся к драме (драматический кружок).

Дружеский — дружественный. Дружеский — относящийся к другу, друзьям (дружеская встреча); дружественный — основанный на дружбе (дружественная страна).

Жалостный — жалостливый. Жалостный — выражающий скорбь, тоску, страдание; жалобный, печальный (жалостный голос); жалостливый — склонный к жалости, сочувствию; сердобольный, трогательный (жалостливые слова, люди).

Запасный — запасливый. Запасный — имеющийся в качестве запаса (запасный выход); запасливый — умеющий запасаться (запасливый человек).

Злой — злостный. Злой — исполненный чувства вражды (злой человек); злостный — имеющий дурную цель, преднамеренный (злостный неплательщик).

Исполнительный — исполнительский. Исполнительный — старательный, имеющий своей целью осуществление чего-либо (исполнительный работник); исполнительский — относящийся к исполнителю (исполнительское мастерство).

Командированный — командировочный. Kомандированный — лицо, находящееся в командировке (командированный специалист); командировочный — относящийся к командированному (командировочные расходы).

Комический — комичный. Kомический — относящийся к комедии (комический персонаж); комичный — забавный (комичный вид).

Критический — критичный. Kритический — относящийся к критике (критическая статья); критичный — обладающий способностью к критике (критичный подход).

Логический — логичный. Логический — относящийся к логике (логическое мышление); логичный — правильный, разумный, последовательный (логичное рассуждение).

Методический — методичный. Методический — относящийся к методике (методическая конференция); методичный — точно следующий плану (методичная работа)

Ненавистнический — ненавистный. Ненавистнический — проникнутый ненавистью (ненавистнические действия); ненавистный — вызывающий ненависть (ненавистный враг).

Нестерпимый — нетерпимый. Нестерпимый — такой, который невозможно стерпеть (нестерпимый холод); нетерпимый — недопустимый (нетерпимое отношение).

Обеднеть — обеднить. Обеднеть — стать бедным (обеднеть в результате инфляции); обеднить — сделать бедным (обеднить жизнь).

Опасный — опасливый. Опасный — связанный с опасностью (опасный мост); опасливый — действующий осторожно (опасливый человек).

Описка — отписка. Описка — случайная ошибка при письме (досадная описка); отписка — ответ, не затрагивающий существа дела (дерзкая отписка).

Освоить — усвоить. Освоить — научиться пользоваться чем-либо, включить в круг своей деятельности (освоить выпуск новой продукции); усвоить — сделать привычным; понять, запомнить (усвоить прочитанное).

Органический — органичный. Органический — относящийся к растительному или животному миру (органическое вещество); органичный — неразрывно связанный, закономерный (органичная целостность).

Осуждение — обсуждение. Осуждение — выражение неодобрения, вынесение приговора (осуждение преступника); обсуждение — всестороннее рассмотрение (обсуждение проблемы);

Ответный — ответственный. Ответный — являющийся ответом (ответная реакция); ответственный — несущий ответственность, важный (ответственный работник).

Отчетный — отчетливый. Отчетный — относящийся к отчету (отчетный период); отчетливый — хорошо различимый (отчетливый звук).

Политический — политичный. Политический — относящийся к политике (политический деятель); политичный — действующий дипломатично, осторожно (политичный намек).

Понятливый — понятный. Понятливый — быстро понимающий (понятливый человек); понятный — ясный (понятная причина).

Представительный — представительский. Представительный — производящий выгодное впечатление (представительная наружность); представительский — выборный (представительный орган); относящийся к представительству, представителю (представительские расходы).

Представление — предоставление. Представление — вручение для ознакомления, выдвижение для поощрения (представление характеристики); предоставление — выделение чего-тов чье-то распоряжение (предоставление кредита).

Приметливый — приметный. Приметливый — способный примечать (приметливый критик); приметный — заметный (приметное неудовольствие).

Реалистический — реалистичный. Реалистический — следующий реализму (реалистическая живопись); реалистичный — соответствующий действительности, вполне практический (реалистичная цель).

Скрытый — скрытный. Скрытый — тайный, невидимый (скрытая угроза); скрытный — неоткровенный (скрытный человек).

Тактичный — тактический. Тактичный — обладающий тактом (тактичный поступок); тактический — относящийся к тактике (тактическая задача).

Технический — техничный. Технический — относящийся к технике (технический прогресс); техничный — обладающий высоким мастерством (техничный актер).

Удачливый — удачный. Удачливый — счастливый; тот, кому везет (удачливый исследователь); удачный — успешный (удачный день).

Фактический — фактичный. Фактический — соответствующий фактам (фактическое положение дел); фактичный — содержащий много фактов (фактичный доклад).

Хозяйский — хозяйственный. Хозяйский — относящийся к хозяину; такой, как у хорошего хозяина (хозяйская заинтересованность); хозяйственный — занятый хозяйством, связанный с хозяйством (хозяйственные вопросы).

Явный — явственный. Явный — очевидный, нескрываемый (явное превосходство); явственный — отчетливый, хорошо различимый (явственный шепот).

Правописание сложных прилагательных
1. Пишутся слитно сложные имена прилагательные, образованные из сочетаний слов, по своему значению подчиненных одно другому или по способу согласования (железнодорожный, ср. железная дорога), или по способу управления (вагоноремонтный, ср. ремонт вагонов), или по способу примыкания (легкораненый, ср. легко ранить).
2. Сложные прилагательные, образованные от пишущихся слитно сложных существительных, ср.: железобетон → железобетонный; паровоз → паровозный; микроволны → микроволновый.
3. ДВАДЦАТИПЯТИМЕТРОВЫЙ — прилагательные, первая часть которых — числительное, пишутся слитно.
4. Пишутся через дефис сложные прилагательные, образованные из двух или более основ, обозначающих равноправные понятия; между частями таких прилагательных в их начальной форме можно вставить сочинительный союз и или но: торгово-промышленный капитал (торговый и промышленный).
5. Пишутся через дефис сложные прилагательные, обозначающие качество с дополнительным оттенком, например: горько-соленая вода (т. е. соленая с горьким привкусом).
6. Прилагательные, образованные от существительных, пишущихся через дефис: юго-западный, северо-восточный.
7. (снег) БЕЛЫЙ-БЕЛЫЙ — сложные имена прилагательные, образованные повторением одинаковых слов, пишутся через дефис.

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *