Сказание о Вавилонской башне и рассеянии народов – последняя библейская легенда, посвященная всеобщей истории человечества. 11 глава книги «Бытие» заканчивается родословием потомков Сима, одного из сыновей Ноя, после чего на сцену выходят патриархи Авраам, Исаак, Иаков — родоначальники еврейского народа. Авраам

первый из трёх библейских патриархов, живших после всемирного потопа.

В европейском искусстве образы библейских патриархов долгое время оставались в тени.
Ветхозаветная история воспринималась в христианском мире как пролог к событиям, изложенным в Новом Завете,

поэтому праотцы почитались прежде всего как предки Христа. Евангелие от Матфея начинается с «родословия Иисуса Христа, Сына Давидова, сына Авраамова»: «Авраам родил Исаака, Исаак родил Иакова, Иаков родил Иуду и братьев его». Через много поколений от потомков Иуды родился Иосиф, муж Марии, матери Иисуса.

Хотя Иосиф формально вовсе не являлся отцом Христа, считающегося Сыном Божьим, для церкви было чрезвычайно важно возвести род Иосифа, в семье которого родился и рос Иисус, к ветхозаветным патриархам и подчеркнуть, что в своей земной жизни Христос происходил из рода Авраама.

Естественно, что произведения, посвященные патриархам, не занимали заметного места в христианских храмах. В русских церквях с 15 в. изображения патриархов традиционно помещались в верхнем, так называемом праотеческом ряду иконостаса. В искусстве Западной Европы cцены из жизни патриархов можно встретить в скульптурном убранстве готических соборов, на фресках и мозаиках, на боковых створках алтарей.

Перелом в отношении к интересующей нас теме наступил в эпоху Высокого Возрождения,

Ренессанс заложил основу для грядущего торжества живописи: 17 век стал временем расцвета классической картины.
И не случайно именно в 17 столетии художники чаще всего обращались к сюжетам Ветхого Завета, среди которых их неизменно привлекали сказания о патриархах. Отметим, что хотя в 17 веке художник стал менее зависим от воли заказчика, он все же не был абсолютно свободен в выборе темы для будущей картины.
Так в католических странах – Италии и Испании – широкое обращение живописцев к Ветхому Завету не поощрялось; напротив, в протестантской Голландии такие ограничения в 17 столетии уже не имели силы. Тем не менее, значительные произведения на ветхозаветные темы создают не только голландцы — Рембрандт и художники его школы, но уроженец католической Фландрии Рубенс, набожные испанцы – Мурильо, Рибера, Веласкес, итальянец Караваджо.
Ничего вечного не существует, гармонии нет, мир пребывает в постоянном становлении, человек не совершенен, не идеален, но зато как многогранен, как интересен! Вот что декларировали художники 17 века, и именно ветхозаветные предания давали живописцам драгоценную возможность показать человека в переломный, как сейчас принято говорить, судьбоносный миг его жизни.
В сказаниях о патриархах характеры даны в развитии, их внутренняя эволюция очень убедительна. Присмотримся к фигуре Иакова. С помощью сомнительной уловки получает он благословение своего отца Исаака и право на первородство. Затем Иаков сам становится жертвой недостойной хитрости, игрушкой в руках тестя: вместо Рахили, за которую Иаков служил семь лет, Лаван отдает ему в жены Лию.
Таков Иаков в молодости. На склоне лет это уже не Иаков, а Израиль – почтенный отец большого семейства, проживший содержательную достойную жизнь. Он единоборствовал с Богом, явившимся ему в виде ангела (выход на Text_9 «Время ангелов»,часть 2), потомство его будет многочисленно, как песок морской. Есть еще одна причина, побуждавшая художников обращаться к темам Ветхого Завета: их интерпретация давала мастеру больше свободы, чем воплощение на холсте эпизодов из Евангелия.
Над евангельскими сюжетами тяготели многовековые каноны: сама сцена, персонажи, композиция, непременный набор атрибутов были «утверждены» еще в эпоху Средневековья. Эти весьма устойчивые каноны воспроизводились тысячи раз, и хотя живописцы 17 столетия трактовали их несравненно свободнее, чем средневековые и даже ренессансные мастера, все же в их задачу входило новаторство в рамках существующей традиции.
Обращаясь к ветхозаветным сказаниям, художник обретал гораздо большую независимость.

Несчетное число раз европейские художники изображали в алтарных композициях с распятьем скорбящую мать – деву Марию. Бессильно поникшая, она всегда стоит по правую руку Христа.
Меж тем мы насчитаем лишь несколько произведений, темой которых стала скорбь отца — Авраама, по велению Бога приносящего в жертву своего сына Исаака, но каждая из этих работ предлагает оригинальное решение темы

ЮДИФЬ

Персонаж ветхозаветной второканонической «Книги Юдифи», еврейская вдова, спасшая свой родной город от нашествия ассирийцев.

Согласно книге «Иудифь», полководец Олоферн, командующий армией Навуходоносора, выполняя его повеление «свершить … отмщение всей земле», прошёл Месопотамию, разрушил все её города, выжег все посевы и перебил мужчин. Олоферн осадил небольшой город Ветилую, где жила молодая вдова Юдифь. Женщина пробралась в лагерь ассирийцев и соблазнила Олоферна. Когда полководец заснул, Юдифь отсекла ему голову. «Потому что красота её пленила душу его, — меч прошел по шее его!» Войско, оставшееся без руководителя, не смогло противостоять жителям Ветилуи и было рассеяно. Юдифь в качестве трофея получила шатёр Олоферна и всю его утварь и вступила в Ветилую как триумфатор.

Около 1504г.

Одно из многочисленных произведений изобразительного искусства на тему истории Юдифи и Олоферна. Выбрав момент, когда убийство уже было совершено, Джорджоне, в отличие от многих художников, обращавшихся к этому библейскому сюжету, создал удивительно умиротворённую картину. Юдифь, держа в правой руке меч, опирается на невысокий парапет. Её левая нога покоится на голове Олоферна. За спиной Юдифи развёртывается гармоничный морской пейзаж.

ЛОТ

. Лот, в Библии — племянник Авраама, с которым он делил все радости и невзгоды страннической жизни. Впоследствии, разбогатев, Лот отделился от своего дяди, поселился в известном своею развращенностью городе Содоме и попал в плен к месопотамским царькам, сделавшим набег на богатое содомское пятиградие. От этого плена Лот избавлен был храбростью Авраама, но последующая жизнь Лота была злополучна. Он едва спасся от небесной кары, обрушившейся на развращенные города Содом и Гоморру, его жена превращена была в соляной столб, а ему пришлось вступить в кровосмесительную связь со своими дочерьми, которые впоследствии родили ему сыновей

«Лот с дочерьми».

Картина голландского художника Иоахима Эйтевала

АВРААМ

Авраам — по Библии первый из трёх библейских патриархов, живших после всемирного потопа , родоначальник евреев и (через Исмаила) арабов. Согласно преданию, первоначально имел имя Аврам, родился в Уре халдейском. Там он женился на Сарре. Вместе с Саррой он покинул родную страну. По дороге Яхве пообещал, что потомство Авраама станет великим народом. Следуя велению Яхве, Авраам на 75-м году жизни продолжил путь; в голодное время вместе с женой и своими людьми Авраам перешёл в Египет, где, из опасения быть убитым, выдавал Сарру за свою сестру. Между тем Авраама тревожила его бездетность, но Яхве снова обещал, что у него будет потомство бесчисленное, как песок земной. Это обещание было скреплено заключением союза (завета) Бога и Авраама. Тогда же Аврааму стало известно, что его потомки будут рабами на своей земле ещё 400 лет. Однако всё ещё бездетная Сарра отдала в жёны Аврааму свою рабыню Агарь, которая зачала ему сына Исмаила. Новое явление Бога подтверждает, что обещание, которое он дал, касается не Исмаила, а Исаака, которого предстоит родить Сарре. Тогда же Бог повелел Аврааму именоваться Авраамом (отец толп народов), и чтобы весь мужской род в доме Авраама был обрезан. Когда Аврааму было 100 лет, а Сарре — 90, родился Исаак. Сарра настояла на том, чтобы отправить Агарь с младенцем Исмаилом в пустыню. Чтобы проверить силу веры Авраама, Бог велел принести Исаака в жертву Ему. Но, когда связанный Исаак уже лежал на жертвеннике и Авраам поднял руку с ножом, чтобы заколоть его, ангел остановил руку Авраама, и вместо Исаака в жертву был принесён запутавшийся в зарослях баран. После смерти Сарры Авраам женился на женщине по имени Хеттура (Кетура), у него родилось ещё 6 сыновей. Умер Авраам в возрасте 175 лет и был погребён рядом с Саррой на родовом кладбище в пещере Махпела.

Питер Ластман. Авраам на пути в Ханаан. 1614 г.

Картина иллюстрирует текст библейской легенды, повествующей о том, как Авраам, избранник бога, выводит свой народ в плодородную Ханаанскую землю. Трудный путь окончен, впереди обетованная страна, и в лучах божественного света он и его спутники, среди которых Лот и Сара в голландской одежде) замерли в дозах изумления и благодарности.

Питер Пауэл Рубенс. Уход Агари из дома Авраама.

Агарь — в ветхозаветных преданиях — египтянка, рабыня Сарры и наложница Авраама.

Бездетная Сарра, поступая в соответствии с обычаем, сама предложила, чтобы её муж «вошёл» к Агари с намерением усыновить зачатое дитя. «Аврам послушался слов Сары… Он вошел к Агари, и она зачала. Увидев же, что зачала, она стала презирать госпожу свою…».Сара стала притеснять Агарь, и та убежала от нее в пустыню, но вестник Бога приказал ей вернуться. » Сыну же, которого ты родишь, дашь имя Измаил, ибо услышал Бог о страданиях твоих. Силен он будет, как дикий осел, и пойдет от него многочисленный народ» . После рождения у Сарры и Авраама сына Исаака на патриархальном торжестве в день, когда его отняли от груди, старая неприязнь между госпожой и служанкой (осложнённая правовой коллизией между первородством Измаила и законнорожденностью Исаака) вспыхнула с новой силой. «И увидела Сарра, что сын Агари Египтянки, которого она родила Аврааму, насмехается. И сказала Аврааму: выгони эту рабыню и сына…». Агарь на руках с Измаилом была вынуждена уйти в изгнание. Агарь ушла на юг, поселилась в Аравийской пустыне, где Измаил впоследствии стал родоначальником арабских племён, прозванных измаильтянами (по его имени) и агарянами (по имени его матери). В качестве матери Измаила, традиционно считающегося прародителем арабов, Агарь занимает важное место в арабских преданиях.

В арабской литературе сохранилось много легенд об Агари, в живописи сцена изгнания Агари и Измаила из дома Авраама многократно воспроизводилась художниками всех времён.

ИСААК

Сын престарелых Авраама и Сарры, сделавшийся носителем всех данных им обетований. Когда ему было 37 лет, Авраам получил повеление принести его в жертву, и Исаак с кротостью повиновался своему отцу: над ним был уже занесён жертвенный нож, но отклонён ангелом. Женат Исаак был на внучке своего месопотамского дяди Нахора, Ревекке, от которой имел двух сыновей — Исава и Иакова. Жизнь его прошла без других столь же выдающихся событий, и он умер 180 лет от роду, став одним из наиболее долго проживших патриархов.

Картина голландского живописца Рембрандта ван Рейна

Чтобы испытать силу веры Авраама, к нему последовало повеление Божие принести в жертву Исаака на горе Мории. Авраам не колеблясь повиновался, но в самый решительный момент, когда Исаак лежал связанный на алтаре и Авраам занес уже нож, чтобы вонзить в сына, ангел приостановил его и спас отрока. Этот подвиг Авраама служит у евреев бесконечною темою воспоминаний в их молитвах, а многие века изображение жертвования Исаака было в христианской церкви любимым сюжетом для лепной и живописной работы художников.

Картинка 50. Общие впечатления от прочтения текстов Ветхого Завета. Выводы.

Год назад, открыв первую страницу Ветхого Завета Библии, мы задумались: что мы хотим найти в этой священной книге? Озвучено это было так:

«…Для начала, давайте проясним ситуацию со Священными Книгами вообще. Прежде всего, давайте попробуем выяснить, чем эти Книги отличаются от остальных и почему им придаётся такое большое значение в нашей жизни? Священные Книги (Библия, Тора, Коран и пр.), по идее, должны рассказывать нам, простым людям, о том, о чём мы сами узнать или догадаться по ходу жизни не в состоянии. Что же это может быть? О чём же должны сообщать нам Главные Книги Человечества? Скорее всего, в Священных Книгах будут не совсем уместны сведения, которые печатаются в обычных книгах и служат в основном меркантильным и каждодневным целям. Также здесь наверняка будут неуместны ответы на некие частные или национальные вопросы, учитывая, что эти книги читают многие миллионы совершенно разных людей. Скорее всего, Священные Книги должны вести людей к Просветлению. Это достаточно важная и весомая цель, которая вполне может оправдать многочисленные усилия, которые прикладывались на протяжении веков для сохранения и распространения некоторых Священных Книг и рекламируемых ими религий…»

Закрыв последнюю страницу Ветхого Завета, мы были ошеломлены. Даже не так. Мы были потрясены. Мы были раздавлены! Сразу скажем, что в Ветхом Завете мы не нашли того, что искали! Мы не нашли, внимательно прочитав каждый стих, ни вековую мудрость, ни средневековую, ни маловековую, никакую. Мы там мудрости не нашли!

А что же мы там нашли, в конце концов?

А нашли мы там (не у бесчисленных богословов, заметьте, а в самой Библии) явное и вполне конкретное опровержение Библией своего образа мудрейшей и чистейшей Книги!

В «Третьей книге Ездры» — последней книге Ветхого Завета — сообщается, что бог Иегова продиктовал всю историю и все свои законы, ранее утерянные, левиту Ездре, предварительно напоив его неким напитком. Это означает, что все книги (главы) Библии (в том числе и книги Моисея, т.е. Тора) были надиктованы одному человеку и именно на его слова опирается почти ВСЁ христианство (Ветхий Завет занимает 80% Библии).

Как Вам это нравится?

Слова одного единственного иудейского наркоши — левита Ездры — легли в основу крупнейшей мировой религии, а то и не одной! Просим Вас обратить внимание: слова. А где же доказательства? А в качестве доказательств — ещё слова, другие слова, ещё много слов! И всё!

Что же за слова наполняют Книгу книг — Библию? Читать её оказалось очень и очень сложно. И дело оказалось вовсе не в пресловутой «богодухновенности», «святости», «величии», «аллегоричности» и т.п. этой книги, вернее, сборника книг. Вовсе нет. Во-первых, Библия полна нестыковок, противоречий, преувеличений, а то и попросту откровенного вранья. Вспомнить хотя бы её «историчность»: безымянные фараоны, отсутствие дат, чехарда с персидскими и вавилонскими царями, «родство» евреев со спартанцами, многочисленные «великие» военные победы евреев. А чего стоят похороны Моисея, которые якобы он «сам описал» в своём Пятикнижии!

«И умер там Моисей, раб господень, в земле Моавитской, по слову господню. И погребен на долине в земле Моавитской против Беф-Фегора, и никто не знает места погребения его даже до сего дня. Моисею было сто двадцать лет, когда он умер; но зрение его не притупилось, и крепость в нем не истощилась. И оплакивали Моисея сыны израилевы на равнинах Моавтиских (у Иордана близ Иерихона) тридцать дней. И прошли дни плача и сетования о Моисее» (Втор. 34:5-8.).

Во-вторых, целый год мы читали об истории, законах, религиозных и светских обычаях другого народа. Причём, о законах и обычаях нам чуждых и непонятных, местами — неприятных, местами — просто отвратительных. Например, в книге «Левит», первые 9 глав посвящены подробному описанию процесса принесения каждого вида жертвы (мирная жертва, жертва греха, жертва повинности и т.п.), каждого вида животного (голубь, ягнята, телята и т.п.). С великим тщанием описано, что делать с кровью жертвы, куда её выливать, намазывать и разбрызгивать, с каких органов срезать тук (жир) и что с ним делать, как поступать со шкурой животного и его мясом, а также, головой, внутренностями и ногами убитого животного.

А издевательство над восьмидневными младенцами, называемое обрядом обрезания!

В-третьих, широко разрекламированная Книга книг неприятно удивила своим примитивизмом: примитивные космогонические представления, примитивные этические нормы, которые, кстати, все библейские герои постоянно нарушали, и многочисленные банальные «премудрости», на самом деле, не содержащие никакой мудрости и предназначенные для весьма простых мозгов пастухов-кочевников.

В-четвёртых, читать её просто-напросто неинтересно: какие-то отрывки разборок между еврейским богом и его народом, а также царьками, жрецами, судьями, написанные к тому же ужасно корявым языком.

В-пятых, поражает откровенная кровожадность Библии: еврейский бог Иегова с самого начала «священной» книги ведёт себя, как расист и палач народов. Вспомним хотя бы 10 египетских казней. Евреи по его прямому приказу для начала устраивают геноцид 10 народам. А затем, поощряемые Иеговой, избранные истребляют на страницах «богодухновенной» книги десятки тысяч не-евреев. Их режут, сжигают в печах, распиливают пилами, бросают под молоты.

«А народ, бывший в нем, он вывел и положил их под пилы, под железные молотилки, под железные топоры, и бросил их в обжигательные печи. Так он поступил со всеми городами Аммонитскими» (2 Цар. 12:31).

«Божьи» люди — пророки — убивали людей пачками. Илия собственноручно (!) заколол 450 священнослужителей другого культа, а Елисей за насмешку над его лысиной проклял 42 ребёнка, и их разорвала медведица (кто и словом божьим…).

В-шестых, большинство воспеваемых Библией героев обладают такими личностными качествами, которые нормальному человеку кажутся просто отвратительными.

q «Кротчайший» Моисей приказал уничтожить 3000 своих соплеменников.

q Ной, любитель заложить за воротник, проклял своих внуков.

q Авраам выступил в качестве сутенёра собственной жены, его сын Исаак занимался тем же.

q Его племянник Лот спокойно занимался кровосмешением с родными дочерьми.

q Внук Авраама Иаков обманул отца и украл первородство у родного брата.

q Жена Иакова обворовала собственного отца, выкрав семейных идолов.

q Воспеваемый на все лады царь Давид, мало того, что не брезговал ни девочками, ни мальчиками, так ещё и являлся изобретателем таких явлений, как рэкет и холокост.

q Сынок Давида изнасиловал сестру и бросил её.

q Сам Давид отбил у героя войны его жену, а самого послал на смерть.

q Ещё одному его сынку возжаждалось власти, и он сплёл заговор против родного отца, у которого всему этому и научился.

В общем, от морального облика библейских персонажей, который описан к тому же обыденным языком, как само собой разумеещееся, мурашки по коже бегут.

В-седьмых, Библия предлагает преступные, совершенно неприемлемые для нормального человека рецепты обогащения и устройства в жизни:

® Хочешь приобрести верблюдов, лошаков и ослов — уступи свою жену на пару ночей фараону.

® Захотелось получить соседний виноградник, а владелец отказывается его отдать за просто так, — найми двух лжесвидетелей, которые бы сказали, что владелец хулил Бога и царя. Хозяина виноградника побьют камнями до смерти. В знак скорби, раздери на себе одежды, одень вретище и… вступи во владение собственностью (3 Цар. 21:1-16).

® Уезжаешь в дальний путь и знаешь, что никогда не возвратишься — попроси у соседей взаймы ценные вещи на время. «И сделали сыны Израилевы по слову Моисея, и просили у Египтян вещей серебряных и вещей золотых и одежд. Господь же дал милость народу Своему в глазах Египтян; и они давали ему, и обобрал он Египтян» (Исх.12:35-36).

® Находишься во власти и обладаешь эксклюзивной информацией — не стесняйся, спекулируй, обирай людей и превращай свободный народ в рабов, как это сделал Иосиф, сын Иакова.

® Зачем трудиться, обрабатывать землю, создавать материальные ценности — иди и предложи «крышу» для «защиты», как это сделал Давид (1 Цар. 25) или просто отними это, тем более, что сам бог потворствует этому. «И дал я вам землю, над которою вы не трудились, и города, которых вы не строили, и вы живете в них; из виноградных и масличных садов, которых вы не насаждали, вы едите плоды» (Кн. Иисуса Навина, 24:13.).

В-восьмых, образ бога, описанного в Ветхом Завете, весьма далёк от образа всемогущего Создателя Вселенной — любящего и доброго, милосердного и всё понимающего, радостного и счастливого. Ветхозаветный Иегова описан библеписцами, как истеричный самодур и расист, который сжигает огнём (Содом и Гоморра) или топит «свои создания» под тем предлогом, что, по его мнению, «всякая плоть извратила путь свой на земле» (Быт. 6:12). Более того, по Библии он оказался обладателем следующих божественных черт характера:

q ревность — «Да не будет у тебя других богов пред лицем моим» (Быт. 20:3);

q мстительнть — взять, хотя бы, историю пресловутого «грехопадения». За одно (!) яблочко Всеблагой навечно (!) наградил людей тяжкой жизнью: женщин — муками деторождения, мужчин — «скорбным» трудом;

q мелочность — «Богатый не больше и бедный не меньше полсикля должны давать в приношение Господу, для выкупа душ ваших» (Исх. 30:15);

q кровожадность — «И предал Господь, Бог наш, в руки наши и Ога, царя Васанского, и весь народ его; и мы поразили его, так что никого не осталось у него в живых» (Втор. 3:3).

Веру в себя он вбивает вместе со страхом. Достаточно почитать книгу «Левит», где Иегова старательно перечисляет, что будет с избранными, если они не будут в него верить: засуха, голод, войны, каннибализм, моровая язва — вот далеко неполный список того, что предлагает бог, который должен быть Любовь. Именно Иегова с полным правом может считаться родоначальником расизма. Он избрал себе один народ и всячески обеспечивал ему, по крайней мере на словах, всевозможные комфортные условия существовани за счёт других народов, которые сначала приказывал уничтожать физически, а впоследствии использовать для своих целей, в то же самое время пренебрежительно к ним относясь.

«О прочих же народах, происшедших от Адама, Ты сказал, что они ничто, но подобны слюне, и все множество их Ты уподобил каплям, каплющим из сосуда» (3 Ездр. 6:56).

Кроме того, он ещё и врёт напрополую. Например, в Египте, перед исходом, он обещает им землю обетованную, «где течёт молоко и мёд» (Исх. 3:17), а на поверку эта земля оказывается куском пустыни, в которой израильский народ, как неоднократно свидетельствует та же Библия, то и дело постигают засухи и голод.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

172

Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Серия: Социальные науки, 2014, N° 4 (36), с. 172-179

УДК 316

БИБЛЕЙСКИЕ СЮЖЕТЫ В ЖИВОПИСИ © 2014 г. Н.А. Ростовская

ГБОУ СОШ № 121, Москва naro stovskaya@mail. ru

Поступила в редакцию 07.11.2014

Рассматривается Библия, а соответственно и сами библейские сюжеты как источник вдохновения для создания огромного ряда произведений мировой художественной культуры, литературы и музыки. Раскрывается само понятие «Библия», исследуется эволюция художественного прочтения и отражения библейских сюжетов в живописи, а также выявляются основные факторы, детерминирующие соответствующие тенденции.

Ключевые слова: Библия, библейские сюжеты, Священное Писание, мировая художественная культура, живопись, музыка, история художественной культуры, христианство, культурологическое влияние, фреска, икона, храм.

Современное гуманитарное образование, и прежде всего культурологическое, невозможно без изучения одного из базовых текстов, ставших своего рода фундаментом современной цивилизации, сокровищницей духовного и культурного наследия. Бесспорно, Библия и описанная в ней Священная Библейская история должны занимать и занимают одно из ведущих мест в культурологии как кладезь культурологического, исторического, духовного и нравственного знания и воспитания для каждого человека, стремящегося к интеллектуальному и духовному обогащению. Для того чтобы дать лаконичную характеристику содержания Библии, обратимся к словам великого русского писателя Федора Михайловича Достоевского: «Тут дьявол с богом борется, а поле битвы -сердца людей» . Созданная в период с XII в. до н.э. по начало II в. н.э., Библия стала духовной основой иудейской, христианской и исламской культур, во многом определивших развитие философии, искусства, литературы, музыки и культуры в целом — как европейской, так и мировой. Она до сих пор остается одной из наиболее популярных, читаемых и любимых книг. «Никакая книга во всей истории человечества, — говорит немецкий журналист и исследователь Библии Вернер Келлер, — не имела такого революционного влияния и не оказала столь решительного воздействия на развитие Западного мира, не имела такого влияния во всем масштабе, как «Книга книг» — Библия. Се-

Счастливы те, кто в состоянии открыть двери Библии и решительно идти по ее путям.

Джордж Ноэл Гордон Байрон

годня она переведена на 1120 языков и диалектов и после 2000 лет она не обнаруживает ни малейшего признака убывания своего триумфального шествия» .

Целью данной работы является рассмотрение Библии, а соответственно и самих библейских сюжетов с точки зрения ее культурологического влияния на мировую художественную культуру, в частности живопись, с целью дальнейшего детального анализа отдельных библейских сюжетов в хронологическом порядке, нашедших отражение в мировой художественной культуре. Произведения искусства, созданные на библейские сюжеты, никогда не были простой иллюстрацией Священного Писания, в них заключены духовное содержание и глубокий нравственный смысл, понять, оценить и почувствовать красоту которого в наши дни не так-то просто. Исходя из поставленной цели, задачей работы является следующее: раскрыть само понятие «Библия» и проследить эволюцию художественного прочтения и отражения библейских сюжетов в живописи.

Библейские образы сопровождают большинство из нас на протяжении всей жизни. Они встречают наш взгляд, когда мы всматриваемся в лики героев Священного писания на картинах в музее и на иконах в церкви. Их ненавязчивое, порой даже как бы завуалированное присутствие подсознательно или же вполне осознанно отмечаешь в прочитанных книгах или в повседневных разговорах. Иногда мы встречаемся с

ними во время просмотра кинофильма или телепередачи, а порой они принимают форму афоризма. В самом деле, кому не знакомы высказывания наподобие этих: «Кто роет яму другому, сам упадет в нее» или «И глупец, когда молчит, может показаться мудрым». Многие библейские высказывания нетронутыми вошли в пословицы и поговорки, другие, слегка изменив форму, разошлись по страницам произведений художественной литературы, философских и социологических трудов, газетных и журнальных публикаций. И мы зачастую не отдаем себе отчета в том, что перед нами слова из священной книги иудеев и христиан.

Разумеется, не только собрание афоризмов, а с ними и житейской премудрости представляет собой в наших глазах Библия. Ни для кого не секрет, что Священное Писание как источник неисчерпаемого вдохновения явило миру великое множество произведений живописи, графики и скульптуры. На библейские сюжеты были написаны тысячи картин, фресок, икон, гравюр, а также созданы различные скульптурные произведения искусства. Бесспорно, что многие из них, как и сами книги Библии, пронизаны единой сюжетной линией, однако стоит отметить, что каждое произведение, в зависимости от личности, таланта и мироощущения его творца, а также особенностей культурно-исторического периода создания данного произведения, является уникальным в своем роде и требует отдельного пристального изучения, прочтения и обсуждения.

Однако для начала нам нужно освежить в памяти сведения о самом библейском тексте, послужившем для художников, скульпторов, поэтов, писателей, композиторов, кинорежиссе-

ров и многих других источником сюжетов, вспомнить или узнать, каким образом происходило сложение этого обширного комплекса исторических хроник и записей легендарных преданий, освещающих всю историю человечества с религиозно-догматических и культурологических позиций.

Библия — собрание священных текстов христиан, состоящее из Ветхого и Нового Заветов . Православная энциклопедия под редакцией Патриарха Московского и всея Руси Кирилла дает следующее определение: «собрание ветхозаветных и новозаветных книг, написанных боговдохновенными авторами, принятое в христианских Церквах в качестве Священного Писания» .

Изначально для обозначения священного текста употреблялось еврейское слово «книга», которое в греческом переводе еврейской Библии — Септуагинте — стало переводиться как «biblia». Следует отметить, что именно этот вариант закрепился за полным собранием священных книг.

Библия состоит из большого количества частей, объединенных в Ветхий Завет и Новый Завет. Рассмотрим значение слова «завет» в толковых словарях русского языка. В словаре Ожегова «завет» — «наставление, совет последователям, потомкам» . В толковом словаре русского языка Д.Н. Ушакова «завет» -«наставление, воля, совет, данные последователям или потомкам (преимущ. умершего)». В словаре синонимов и сходных по смыслу выражений «завет» — «договор, приказ» . Православная энциклопедия под редакцией Патриарха Московского и всея Руси дает нам следующее определение слова «завет», на которое мы и будем опираться в нашей работе: «, в Библии формы установлений между Богом и человеком: заповеди, повеления, соглашения, договоры. Значение слова «завет» в русском переводе связано с греческим термином дйбиЮкз — договор, завещание, ставшим в переводе Септуагинты главным эквивалентом еврейского слова bartt — договор, соглашение. Смещение значения слова «договор» к смыслу слова «завет» стало возможным благодаря многозначности греческого слова, но решающим фактором в этом процессе явилась интерпретация текста в раннехристианской экзегезе» . Итак, слово «Завет» обозначает союз Бога и человека (людей). Ветхий Завет был заключен при Адаме и продолжался до пришествия в мир Иисуса Христа. Соответственно, Новый Завет ведет свою историю с пришествия Спасителя до настоящего времени.

Все 39 книг (в еврейской традиции — 22), вошедшие в палестинский иудейский канон, входят в состав Библии в христианских Церквах. Число книг в протестантской Библии такое же, как и в еврейской. Помимо этих книг в состав православной и католической Библии входит ряд книг, либо изначально составленных по-гречески, либо дошедших до нас в греческом переводе . В христианских Церквах Запада и Востока с конца IV в. в состав Библии входят 27 книг. Вместе с тем Церковь Востока сохраняет сокращенный канон сирийской Церкви в 22 книгах.

Несмотря на значительные различия содержания Библии, в ней прослеживается единый смысловой стержень. Тем самым она являет собой «яркий образец органического единства в разнообразии» , что не могло не найти отражения в произведениях художественного искусства, литературы, музыки, театра, кинематографа.

Рассматривая главную идею Библейской истории, следует отметить то, что, несмотря на большое количество скептически настроенных людей по данному вопросу, библейские тексты имеют научно доказанные сходства с историей человечества, тем самым подтверждая тот факт, что они не являются каким-то отвлеченным от реальности мифом и выдумкой или буйной фантазией религиозного человеческого воображения. Примером вышесказанного могут служить открывшиеся миру культурные и исторические богатства, найденные при раскопках в долинах Нила, Тигра и Евфрата, а также других районах Ближнего Востока, которые не только закрыли пробелы в истории человечества, но и открыли целый мир культурологического знания.

А как прочитывали Библию художники? Их отношение к библейским текстам на протяжении длительного времени определялось сознанием того, что они имеют дело со священным, боговдохновенным текстом, интерпретация которого требует предельной осторожности. В противном случае могло возникнуть неправильное в догматическом отношении истолкование того или иного образа, эпизода, сюжета, что было чревато обвинениями в ереси. Именно поэтому сфера религиозного искусства, находившаяся под зорким и неусыпным контролем церкви, всегда отличалась консерватизмом.

Самые первые изображения ветхозаветных и евангельских сюжетов появились уже в II-III веках. Они украшали и по сей день украшают стены катакомб — подземных галерей, выполнявших у ранних христиан функцию клад-

бищ и одновременно мест для тайных собраний, появляются они и в рельефах христианских саркофагов. Сам по себе этот факт способен вызвать немалое удивление: ведь поначалу христиане негативно относились к самой возможности создания культовых изображений, усматривая в этом занятии некое подобие ненавистного им языческого идолопоклонничества, да и в Библии сказано: «Не делай себе кумира…» (Втор. 5: 6-21) Но, видимо, искушение было слишком уж велико. В своем длительном развитии античное искусство накопило огромное богатство визуальных образов, как же не воспользоваться им в благих целях? Кроме того, христианство, тогда еще молодая религия, нуждалось в привлечении большего количества людей, которым нужно было разъяснять основы вероучения, в том числе и при помощи доступных любому, даже неграмотному человеку зрительных образов. Поэтому в раннехристианском искусстве II-III вв. постепенно появляется все больше религиозных сюжетов. В основном они заимствовались из Ветхого Завета. На потускневших от времени фресках катакомб наш взгляд встречает изображения пророка Ионы, спасшегося из чрева кита, или Даниила, божьим промыслом спасенного изо рва, в котором находились львы, или же трех отроков, брошенных в горящую печь за то, что отказались поклоняться истукану, но оставшихся живыми и невредимыми. Вероятно, основным критерием при отборе подобных сюжетов служило то, что все они повествуют о милосердии Божьем и о спасении праведников, вселяя надежду на спасение души в сознание верующих, молящихся под низкими сводами галерей в катакомбах или в аскетически простой обстановке ранних христианских храмов.

В памятниках раннехристианской эпохи обнаруживает себя одна важнейшая особенность художественного прочтения библейских сюжетов, которая станет основополагающей для искусства Средних веков и Возрождения, — стремление к использованию сложного языка символических образов. От античной философии христианство унаследовало традицию символического истолкования явлений окружающего нас мира. Причем такому толкованию подвергаются не только явления материального порядка, сопровождающие нас в повседневной жизни, она также распространяется и на тексты Священного Писания, в которых усматривают сокровенное значение, скрытое от поверхностного взгляда при помощи изощренной тайнописи символического иносказания.

Какие последствия для искусства таились в дальнейшем развитии этой традиции? Уже для

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

раннехристианского искусства было характерно стремление к выражению в зрительных образах сложнейших религиозных догм, толкующих такие трудные для восприятия вопросы, как, например, идеи индивидуального спасения или искупительной жертвы. Чтобы представить эти идеи в наглядной и ясной форме, художники и прибегали к языку иносказательных значений, необходимым условием для понимания которых было знакомство с текстом Библии и со всем миром библейских образов и сюжетов.

Емкий и многозначный символ (в переводе с греческого «знак») нес в себе достаточно сложное содержание, которое современный исследователь отгадывает, обращаясь к соответствующим местам библейского текста. Наиболее выразительный пример такой символики — изображение так называемого «Доброго пастыря», которое мы постоянно встречаем в раннехристианском искусстве во фресках, рельефах и даже в круглой скульптуре в виде юного пастуха, несущего на плечах барашка. Этот мотив пришел из античного искусства: в рельефах саркофагов II в., а еще раньше во фресковой живописи, украшавшей стены античных вилл и городских жилищ, можно встретить немало подобных изображений, отмеченных идиллической интонацией пасторали, однако теперь он получает новое значение. Такое изображение рассматривается как символ любви к ближнему и как олицетворение милосердия. Но этим его символическое значение не ограничивается. Отталкиваясь от текста Нового Завета, в «Добром пастыре» усматривают изображение Иисуса Христа, в своих проповедях употреблявшего как раз такие аналогии, например: «Я есмь пастырь добрый: пастырь добрый полагает жизнь свою за овец» (Ин. 10:11). Или, уже после воскресения, обращаясь к Петру, Христос говорит: «Паси агнцев моих» (Ин. 21:15). Другой символ — символ Христа в раннехристианском искусстве — рыба, поскольку греческие буквы слова «рыба» (IX@YX) составляют первые буквы греческих же слов «Иисус Христос, Божий Сын, Спаситель». В христианской традиции имеется много примеров обращения к образу рыбы, не связанных с данной расшифровкой. Рыба использовалась и как символ веры, чистоты, девы Марии, а также крещения и причастия.

Ситуация резко меняется после 313 г., когда указом императора Константина христианство было освобождено от преследований, которым оно подвергалось вплоть до IV в., и получило равные с другими религиями права. Приток верующих значительно усилился, и церковь быстро осознала необходимость создания таких

изображений, которые бы облегчали понимание религиозных догм и могли наставлять верующих на путь истинный. Повсюду строятся христианские базилики, стены которых украшаются живописными изображениями на сюжеты Ветхого и Нового Заветов. Монументальные фресковые росписи или мозаичное убранство интерьеров с его сияющими золотыми фонами создавали в христианских храмах особую, проникнутую торжественностью и покоем атмосферу, настраивающую прихожан на благочестивые размышления. (Базилика Сант-Апол-линаре Нуово, базилика Сант-Аполлинаре ин Классе (Равенна, V в.), базилика Ульпия (Рим), базилика Максенция-Константина (307-312 гг.), базилика Святого Петра, Санта Мария Маджоре (432 г.), базилика Санта Агнесса и Сан Лоренцо, базилика Санта Сабина (425 г.) и многие другие).

Символическая тайнопись не исчезает, но наряду с ней теперь существует и иной способ изображения евангельских сюжетов в виде подробного живописного повествования в форме обширного мозаичного или фрескового цикла сцен из Священного писания. Иконы и стенные росписи должны были в наглядной форме не только доносить до верующих содержание основных христианских догматов, но и знакомить их с историей земного существования Христа, Богоматери и святых, с обстоятельствами мученической смерти Спасителя, Его воскресения и вознесения. Понятно, что при небольшом количестве людей, владеющих грамотой и способных самостоятельно читать церковную литературу, визуальное изображение, равно как и устная проповедь, должно было приобретать все большую актуальность. Так, уже на раннем этапе развития христианской культуры на произведения искусства начинают смотреть как на некое подобие «Библии для мирян», предлагающее верующим в доступной форме образцы достойной и добродетельной жизни.

Постепенно формируется система правил изображения в таких росписях персонажей и событий Священного Писания — своего рода канон, отступления от которого не допускались. Канон предусматривал жесткую композиционную закрепленность изобразительных мотивов того или иного сюжета. Например, при изображении Благовещения ангел всегда должен появляться с левой стороны (хотя уже много позднее возникают и другие варианты иконографии этого сюжета). В качестве примера можно привести несколько произведений различных авторов и эпох: «Благовещение», Охрид XIV в.; «Благовещение», базилика Санта Мария Мад-

жоре, 1295 г.; «Благовещение», Дуччо ди Бу-онинсенья, 1308-1311 гг.; «Благовещение», Собор Рождества Богоматери, Дионисий, 1502 г.; «Благовещение», Фра Беато Анжелико, 14301432 гг.; «Благовещение», мозаики на двух столбах Софии Киевской, ок. 1040 г.; «Благовещение», Сандро Боттичелли, 1489-1490 гг.; «Благовещение», икона Андрея Рублёва, 14271430 гг.; «Благовещение», Леонардо да Винчи, 1472-1475 гг.; «Божья Матерь прядущая и Архангел Гавриил», русская икона XIX в.; «Благовещение», картина Баварского мастера, ок. 1500 г.; «Благовещение», византийская икона XIII в., монастырь Святой Екатерины, Синай. Одновременно идет жесткий отбор и самих сюжетов, которые должны будут отныне занять свое место в живописных циклах христианского искусства: одни отбрасываются как не имеющие важного догматического значения, другие, напротив, становятся обязательными для воспроизведения.

Здесь уместно сделать одно важное отступление. Иконопись в общем комплексе религиозного искусства занимает особое место. Она еще более строго, чем западная религиозная живопись, относится к канону, к незыблемым традициям, к неукоснительному соблюдению правил. Это не способствовало творческим новациям. Однако можно со всей определенностью сказать: лучшие иконы работы мастеров византийского мира, и в том числе русских иконописцев, не только исторические и общекультурные памятники, но и памятники живописного искусства мирового значения.

Процесс сложения христианской иконографии со строго оговоренной системой изображения библейских персонажей и сцен не ограничился эпохой раннего христианства. Он протекал на протяжении всего средневековья, когда и византийские и западноевропейские художники неустанно трудились над созданием все новых и новых изобразительных схем, со временем получивших статус закрепленных традицией иконографических канонов.

О том, как шла работа по «открытию» для средневекового искусства всего круга библейских сюжетов, можно судить на примере развития в нем темы Страстей Господних. Относящиеся к ней сюжеты появляются в искусстве достаточно рано, в середине IV в., когда возникают первые изображения сцены умывания Пилатом рук (в знак того, что он освобождает себя от ответственности за происходящее). К ним скоро добавляются другие эпизоды, рассказывающие о Страстях: Христос перед синедрионом, отречение Петра, несение креста и другие,

а наряду с ними и те сюжеты, которые повествуют о Воскресении Христа. Именно они были призваны подарить прихожанам христианских храмов надежду на воскресение. На протяжении V-VI вв. путем прибавления все новых сцен к ядру, состоящему из основных «страстных» сюжетов, и складывается цикл Страстей Христовых, который уже в достаточно разработанном виде предстает в мозаичной декорации церкви Сант-Аполлинаре Нуово в Равенне (около 520-530 гг.), содержащей изображение 13 сцен.

Но и это еще не все. Хотя мы и встречаем в раннехристианском искусстве изображение сцен поругания Христа (бичевание или коронование терновым венцом), они еще не получают достаточно широкого распространения. Дело здесь в том, что искусство того времени еще находилось под сильным воздействием античного мировоззрения с его культом героев и потому предпочитало не изображать Спасителя в такие моменты его жизни, когда он подвергается унижениям и насмешкам. Избегало оно показывать и мертвого Христа. Первые изображения с акцентом на мучения, принятые Спасителем во искупление людских грехов, появляются в византийской живописи только в начале IX в. Интерес к подобному живописному рассказу проявляется и во все более явном стремлении к наглядной демонстрации основных христианских догматов. Именно этим можно объяснить, например, появление в искусстве все в том же VI в. темы тайной вечери, которая имеет непосредственное отношение к важному христианскому таинству евхаристии (причастия).

Еще более откровенную тему Страстей Господних демонстрирует искусство позднего Средневековья, в заостренно-выразительной форме представляющее зрелище непереносимых мук Христа, среди сюжетов которых центральное место занимают сцены распятия. Подобная схема художественных приоритетов объясняется многими факторами, например воздействием на художников сочинений мистиков и театрализованных религиозных представлений, мистерий, в которых подобные сцены разыгрывались достаточно часто. Но все же главной причиной переориентации искусства на показ «жестоких» сцен нужно считать изменение самого религиозного сознания в ту эпоху, которое остро переживало чувство греховности мира, а потому с особенной силой воспринимало библейский рассказ о страданиях и смерти Христа, принятых во имя искупления людских грехов. Лишь так можно объяснить огромное распространение в позднесредневековом искус-

стве изображений мертвого Спасителя в различных иконографических редакциях.

Интерес к показу сцен Страстей Христовых не исчезает и в искусстве Возрождения, заимствовавшего многие изобразительные схемы средневекового искусства, но теперь основная задача формулируется несколько иначе. Главной целью средневекового искусства всегда было создание такого молельного образа (не важно, в форме иконы или фрески), который бы обращал сознание созерцающего его человека к благочестивым размышлениям. Этой цели служили и все изобразительные средства средневекового искусства, в котором с самого начала присутствуют элементы догматического, отвлеченно-условного художественного мышления. Призванное служить посредником между человеком и Богом, искусство было изначально обращено к миру божественному, ирреальному, и потому не должно было иметь ничего общего с окружающими человека в его повседневной жизни явлениями. Это выразилось, в частности, в отказе от изображения реального трехмерного пространства, которое в иконах обычно заменяет абстрактный золотой фон. В результате действие оказалось перенесенным в чисто умозрительную сферу идеального, а лишенные объемной телесности персонажи превращались в подобия бесплотных силуэтов.

Совсем иначе представляли свою задачу художники Возрождения. Они стремились к показу евангельских эпизодов именно как событий, то есть того, что было на самом деле, и что, следовательно, происходило в реальном мире, в окружении обычного житейского антуража. С этой целью они не только смело вводят в свои композиции жанровые и натюрмортные мотивы, но и радикально перестраивают весь художественный организм живописного произведения, навсегда порывая с условностью художественного языка, выработанного средневековым искусством. Благодаря изобретению правил линейной перспективы художники получают возможность создавать на плоскости иллюзию трехмерного пространства, а в нем — реальной жизненной среды своих героев. Так начинается процесс обмирщения религиозного искусства, достигающий кульминации в конце XV в., когда появляются на свет живописные произведения, которые порой трудно определить как принадлежащие области религиозного искусства, столь много в них мотивов повседневной жизни той эпохи.

Несмотря на свое широчайшее распространение, эта светская по своей сути тенденция вызывала резкие нарекания у многих церковников, видевших в ней угрозу самой природе ре-

лигиозного искусства, изначально призванного не развлекать досужего зрителя, но внушать ему понятие о сакральном значении библейских событий. Однако окончательные выводы из подобных идей суждено было сделать уже следующему столетию, когда в борьбе с протестантизмом католической церкви было необходимо установить жесткий контроль над всем тем, что напрямую касалось проблем истолкования священного писания. Согласно решениям, вынесенным на Тридентском соборе — отправной точке конференции (опубликованы в 1564 г.) , церковное искусство теперь должно было в первую очередь осуществлять дидактические функции, что выразилось, в частности, в повсеместном распространении в искусстве сцен му-ченичеств и образов святых мучеников, которые должны были послужить образцом твердости в вере для каждого истинного христианина. Всячески поощрялось и изображение сцен всевозможных «чудес», внушавших людям представления о всемогуществе божьем. Деятельность художников протекала теперь под опекой духовных «отцов» и «святой» инквизиции, что, несомненно, ограничивало свободу живописной трактовки библейских сюжетов.

Яркими представителями эпохи Возрождения являются следующие художники: Джотто, Мазаччо, Анджелико, Грюневальд, Иероним Босх, Сандро Боттичелли, Филиппо Липпи, Пьеро делла Франческо, Джорджоне, Ван дер Гус, Ханс Мемлинг, Ян Ван Эйк, Леонардо да Винчи, Рафаэль, Микеланджело, Паоло Вероне-зе, Тициан, Якопо Тинторетто, Питер Брейгель, Эль Греко, Ханс Гольбейн, Альбрехт Дюрер, Лукас Кранах и многие другие.

В искусстве XVIII-XIX вв., в связи с усиливавшимся интересом художников к показу сцен повседневной жизни и естественно вызванному этим обстоятельством развитию жанрово-бытовой тематики, библейские сюжеты постепенно уходят на периферию художественного процесса. Они сохраняют свое значение в глазах художников академического направления, стремившихся к воспроизведению образцов искусства далекого прошлого, но, впрочем, не только у них. К ярким представителям этого времени можно отнести таких художников, как: Рембрандт, Жорж де Латур, Н. Пуссен, Рубенс, Бартоломе Мурильо, Ф. Сурбаран, X. Рибера, П. Караваджо, Доменико Гирландайо, Д. Кре-спи, Д. Паннини, Ф. Буше, А.П. Лосенко.

В искусстве XIX в. и особенно XX в. время от времени происходило возвращение к библейским сюжетам. И можно заметить, что это случалось в годы великих потрясений (например,

Сотни тысяч фресок, картин, икон, гравюр и скульптуры, созданные великими мастерами прошлого на сюжеты Священного Писания, были, есть и навсегда останутся гордостью всего человечества, а сами библейские сюжеты наверняка будут вновь и вновь привлекать художников грядущих времен.

Список литературы

1. Жилов И. свящ. Что говорят знаменитые люди о Библии? Юрьев: Тип. Эд. Бергмана, 1913. С. 78.

2. Достоевский Ф.М. Полн. собр. соч.: В 30 т. Л.: Наука, 1976. Т. 14. С. 100.

3. Келлер В. И все-таки Библия права. М.: Крон-Пресс, 1998. С. 6.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

7. Словарь Ожегова. Толковый словарь русского языка. http://www.ozhegov.org/words/8644.shtml (дата обращения 04.12.2013 г.).

8. Большой словарь русского языка. http://www.dict.tmm.ru/search?text=%E7%E0%E2%E5 %F2 (дата обращения 04.12.2013 г.).

10. Википедия. Свободная Энциклопедия http:// ru.wikipedia.org/wiki/%C0%EF%EE%EA%F0%E8%F4 (дата обращения 04.12.2013 г.).

11. Архиепископ Вениамин (Пушкарь). Священная Библейская история. Часть I. Ветхий Завет.

Часть II. Новый Завет. СПб.: Санкт-Петербургская типография № 6, 2006. 734 с.

12. Википедия. Свободная Энциклопедия http:// ru.wikipedia.org/wiki/%D1%E8%ED%E5%E4%F0%E8% EE%ED (дата обращения 05.12.2013 г.).

BIBLICAL SUBJECTS IN PAINTING N.A. Rostovskaya

1.Zhilov I. svjashh. Chto govorjat znamenitye ljudi o Biblii? Jur’ev: Tip. Jed. Bergmana, 1913. S. 78.

2. Dostoevski) F.M. Poln. sobr. soch.: V 30 t. L.: Nauka, 1976. T. 14. S. 100.

3. Keller V. I vsetaki Biblija prava. M.: Kron-Press, 1998. S. 6.

7. Slovar’ Ozhegova. Tolkovyj slovar’ russkogo jazyka. http://www.ozhegov.org/words/8644.shtml (data obrashhenija 04.12.2013 g.).

8. Bol’shoj slovar’ russkogo jazyka. http://www.dict.tmm.ru/search?text=%E7%E0%E2%E5 %F2 (data obrashhenija 04.12.2013 g.).

10. Vikipedija. Svobodnaja Jenciklopedija http://ru.wikipedia.org/wiki/%C0%EF%EE%EA%F0%E 8%F4 (data obrashhenija 04.12.2013 g.).

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *