История Нового Афона уходит своими корнями вглубь тысячелетий. Но сегодняшнее свое название местность получила благодаря монастырю, возникшему здесь в конце XIX века. В древности эта богатая пышными лесами местность звалась Анакопия. Сейчас название «Анакопия» носит Новоафонский историко-культурный заповедник, расположившийся в живописном ущелье реки Псырдзха близ поселка Новый Афон (фото).

По приглашению туристической компании корреспондент RATA-news на Новом Афоне и в других святых местах Абхазии.

На протяжении тысячелетий в Анакопийском ущелье жили люди, притягиваемые чистой питьевой водой, богатой природой и доступным кровом – пещерами. В одной из таких пещер в I веке после Рождества Христова поселился святой отшельник Симон Кананит – один из 12 апостолов Христа. Изгнанный из Римской империи, он прибыл сюда вместе с Андреем Первозванным. Симон Кананит остался здесь для проповеди христианства, а Андрей Первозванный через некоторое время ушел в землю джигетов, родственных абхазам горцев (к нынешнему Новороссийску). Апостол жил в небольшом гроте, в который спускался по веревке. Он прожил два года в своей уединенной келье и был убит недалеко от нее, ниже по течению реки Псырдзха. Сейчас келья стала объектом паломничества христиан (фото). Еще в XIX веке к ней проложили удобную дорожку вдоль реки и соорудили лестницу (фото), чтобы паломникам не требовалось с веревкой в руках повторять опасный путь отшельника.

На месте казни Симона стоит мемориальный крест (фото). Камни вокруг него время от времени покрываются красными пятнами. Это – кровь апостола, говорят местные. Есть еще поверье, что тот, кто рискнет искупаться в холодных водах реки у этого святого места, может избавиться от грехов.

Это поверье не стал опровергать монах Новоафонской обители, встретившийся нам по дороге. Отец Савватий (фото) оказался на удивление общительным и веселым, многое рассказал нам об истории и современной жизни монастыря.

Монастырь возник в 1874 году, когда царское правительство Российской империи, завершив покорение Кавказа, выделило территорию Анакопии монахам русского православного Пантелеймоновского монастыря из Старого Афона (Греция). Триста монахов и иноков приступили к строительству Нагорного монастыря, а местечко вокруг него, так понравившееся им, назвали Новым Афоном.

Сейчас в знаменитом Пантелеймоновском монастыре в Новом Афоне (фото) обитают 10 монахов. Здесь идут реставрационные и восстановительные работы, а в главном храме регулярно проходят службы. В храме Пантелеймона (фото) хранится святыня – мироточащий образ святого Пантелеймона-целителя.

В советские времена в храме был музей, а на территории монастыря, в братском корпусе, расположился дом отдыха. Однажды здесь случилась странная история. Массовик-затейник решил устроить в храме дискотеку, но прямо на «танцполе» его, доселе абсолютно здорового человека, разбил инсульт.

Отец Савватий рассказал, что жил в нескольких монастырях до того, как осесть в Новоафонской обители. «В каждом монастыре – свой устав, – пояснил монах. – Здешний устав мне ближе всего. Вы заметили, что в других монастырях монахи почти никогда не улыбаются? А здесь, в Новом Афоне, можно улыбаться, смеяться, радоваться жизни – это считается нормальным, правильным. Ведь главная заповедь Христа – возлюби ближнего своего. А разве можно любить без улыбки на устах? Как узнает ближний о нашей любви, если лицо будет мрачным и угрюмым?». Так с улыбкой на лице отец Савватий и рассказывал вновь подошедшим прихожанам об иконах и росписях храма, ближайших православных праздниках (фото). А мы отправились дальше – к месту захоронения Симона Кананита.

В X веке над могилой святого построили храм (фото), названный в его честь. Храм сохранился и действует до сих пор. Он славен тем, что за все века не закрывался даже в самые тяжелые годы, а службы в нем проходили регулярно.

Известно, что православие утвердилось в Абхазии в V-VI веках и стало государственной религией, но через тысячу лет сменилось мусульманством. Но в этот период здесь не относились к христианству враждебно, а древние храмы почитались по-прежнему.

Один из старейших храмов Абхазии находится в историческом селе Лыхны, где когда-то жили князья Абхазии и до сих пор сохранились развалины их усадьбы. Лыхненский храм Успения Богородицы (фото) сооружен в VIII-X веке в эпоху наивысшего подъема Абхазского царства, которое тогда было оплотом распространения Христианства на Северном и Западном Кавказе. Абхазские зодчие принимали активное участие в строительстве храмов средневековой Алании (Осетии) и Киевской Руси. Лыхненский храм относится к наиболее характерным памятникам абхазской архитектуры.

Но дело не только в архитектуре. Ведь регулярные службы в этом храме тоже никогда не останавливались. И это 12 веков подряд! Местные служители церкви утверждают, что внутри храма «намолена» необыкновенная энергетика (фото). Порой, когда идет служба и поет хор, с молящимися чужестранцами случаются странные вещи, приходят необычные ощущения.

В ущелье реки Псырдзха можно увидеть еще одну святыню – наскальный след Симона Кананита (фото). Легенда гласит, что его он оставил на камне в доказательство, когда местные жители не поверили ему, что он – один из апостолов Христа. Через несколько веков по следам Симона Кананита в Абхазию пришел святой Пантелеймон Целитель. Его именем назван один из гротов Анакопийского ущелья.

Самые почитаемые святые в Абхазии – это Пантелеймон Целитель, Симон Кананит и Андрей Первозванный. В Абхазии сейчас 18 действующих храмов, и нет ни одной мечети. Новоафонский монастырь считается самым крупным культовым сооружением Кавказа. На территории Абхазской республики сохранился языческий пантеон и семь языческих святилищ. (Ольга Чижкова, RATA-news)

Органная музыка в Пицунде

История органа

Более 30 лет назад, 1 ноября 1975 года в музыкальный мир вступил Пицундский орган, и впервые на абхазской земле над величественными горами и бескрайними просторами Черного моря понеслись неподражаемой красоты волшебные звуки. В этот день состоялся знаменательный концерт в истории культуры Абхазии, открывший совершенно новую страницу в ее музыкальной жизни. Сегодня уже невозможно представить себе Пицунду без органа. Сама история появления его в прославленном Пицундском храме IX века, построенном на руинах еще более древней базилики VI века, не совсем обычна.

Подготовка храма

Директор Объединения пансионатов курорта Пицунда Энвер Эрастович Капба получил распоряжение Центрального Совета по Управлению курортами профсоюзов от 2 апреля 1974 года за № 116, в котором, наряду с другими требованиями ему вменялось в ближайшее время провести реставрацию Пицундского храма, а также приобрести и установить в нем орган. Серьезная реставрация храма была крайне необходима. Сколько погромов и ограблений он испытал за свою длинную историю! Когда-то в нем был устроен пороховой склад, затем – хозяйственный, а во время Великой Отечественной войны, в 1943 и вначале 1944 годов, там располагался 248-й стрелковый полк. К исполнению высокого распоряжения приступили немедля. Работы, связанные с самим храмом и сооружениями, расположенными на прилегающей территории, под руководством инженера-строителя Джото Авидзба осуществляли сотрудники Абхазского отделения Кутаисской реставрационной мастерской Управления Охраны Памятников Министерства Культуры Грузии при консультациях ее специалистов.

Изготовление органа

Прославленная, существующая с 1820 года, фирма с воодушевлением принялась исполнять заказ. В 1974 году в Пицунду вновь приезжает Г.И. Шуке, но уже с консультантами – с главным конструктором фирмы Тиллем и архитектором-реставратором Леваком. Теперь необходимо было сконструировать орган, изготовить, перевезти и установить. За изготовление инструмента принялся уже тяжело больной сам глава фирмы Г.И. Шуке. Это был один из наиболее выдающихся мастеров органостроения современности. В прессе и в специальной литературе его часто называли «талантливейшим и вдохновеннейшим» «Зильберманом ХХ века». Вряд ли, даже в наше время, можно получить более высокую оценку, чем сравнение с непревзойденным органострителем, современником Баха Готфридом Зильберманом.

К счастью, он успел сконструировать и установить в храме орган, который был признан одним из самых лучших на территории бывшего СССР и может по праву считаться одной из вершин творческого наследия его создателя. В то же время это была лебединая песня великого мастера. Он как будто вдохнул свою отходящую душу в последнее свое детище, чтобы она продолжала голосом вечности жить в чарующих звуках его творения. По словам Л.И. Ройзмана, Пицундский орган будет бесконечно петь «память мастеру и во славу великому музыкальному искусству».

Установка органа

Все как будто бы шло своим чередом, однако, в феврале 1975 года в Москву неожиданно был вызван заместитель директора Объединения пансионатов курорта Пицунды инженер-строитель В.Ч.Джонуа. Ему было поручено срочно выехать в Германию, в Потсдам, где находится фирма «А. Шуке». От него требовалось уговорить руководство фирмы завершить изготовление органа и установку на полгода раньше указанного в договоре срока, чтобы он был готов к эксплуатации к концу мая 1975 года. В.Ч. Джонуа было сообщено, что это секретное требование секретаря ЦК КПСС, члена Политбюро А.П. Кириленко. В Потсдаме В.Ч. Джонуа с трудом удалось уговорить руководство сократить сроки, указанные в контракте. Был составлен график работ всех частей инструмента и определен срок его монтажа в Пицунде. В результате был подписан протокол соглашения с приложением чертежей фундамента органа и перечислением необходимых предварительных работ. Тогда же в Венгрии заказали 364 мягких кресла, которые затем болтами были вмонтированы в металлический каркас, уложенный на полу храма. Фирма сдержала условие протокола, и орган вступил в эксплуатацию, но не в июне, как требовали власти, а осенью, 1 ноября 1975 года.

Заключение комиссии

После установки инструмент принимала солидная комиссия, в которую от Министерства культуры СССР входили такие известные в музыкальном мире имена, как профессор Л.И. Ройзман и член Совета по органостроению и заведующая органной мастерской и преподаватель Московской консерватории, Председатель Союза органистов СССР, концертирующая органистка Наталья Владимировна Малина, народная артистка Грузинской ССР профессор Тбилисской консерватории Этери Мгалоблишвили, народный артист Абхазии профессор Астраханской консерватории Лев Джергения и министр культуры Абхазии Иван Кецба. С немецкой стороны комиссию представлял сам Г.И. Шуке, и другие лица, среди которых был и главный интенировщик этого органа Вальбрехт. Завершив прием, все члены комиссии пришли к единому мнению: несмотря на то, что каждый орган обладает своими особенностями, пицундскому органу удачная и интересная диспозиция создает исключительно яркую индивидуальность, а мягкий серебристый тембр инструмента в сочетании со строгой архитектурой придают пицундскому концертному залу особую неповторимость, и что древние стены с фрагментами фресковых росписей, в основном XIV века, уже к началу концерта будут располагать зрителей к романтическому настрою чувств и глубокому восприятию божественных звуков. Члены комиссии не ошиблись, их мнение подтвердило время. Итак, многогранная значимость Пицундского храма и как памятника абхазской школы византийской архитектуры IX века, и как памятника христианской культуры Абхазского царства VIII-X веков обогатилась еще одной исторической ценностью. На карте музыкальных концертных залов с органами появился новый центр.

Торжественное открытие концертного зала

Рождение нового органа всегда становится чрезвычайным событием в музыкальном мире. Так, в честь появления органа Домского собора в Веймаре в 1833 году великий Ференц Лист написал прославляющий это событие величественный хорал. Несмотря на отсутствие подобного посвящения, открытие концертного зала и в Пицундском храме было достаточно торжественным. По установившейся традиции, концерт открыли органисты высочайшего класса неизменный художественный эксперт-консультант «фирмы А. Шуке», профессор Лейпцигской консерватории Вольфганг Шетелих и органист Лейпцигского храма св. Томаса Ханес Кестнер (Hanes Kestner). Именно им была предоставлена возможность первыми играть на новом инструменте. Затем играли и другие прославленные органисты. И величаво зазвучали чарующие звуки, то мощно сотрясая древние своды храма, то нежнейшими, полными чудной гармонии невесомыми звуками, уносясь ввысь сквозь купол в поднебесье в божественные просторы.

Первый органист Пицунды

В 1976 году в Пицунду приезжает органист, дипломант Лейпцигского конкурса им. И.С. Баха Гарри Коняев, окончивший Тбилисскую консерваторию им. Сараджишвили по классу фортепиано и органа у профессора Э. Мгалоблишвили, ученицы Ройзмана. Коняев стал первым органистом Абхазской филармонии. Надолго запомнились его сольные концерты, а также совместные выступления с заслуженной артисткой Абхазской АССР певицей Людмилой Логуа с ее полюбившейся всем программой «Ave Maria». С 1980-го года, наряду с незабываемым Г. Коняевым, в храме успешно стала выступать и выпускница Одесской консерватории органистка Наталья Седун, как с сольными концертами, так и с народным артистом Абхазии певцом Б. Амичба, и др. Во второй половине 80-х годов к ним присоединилась и молодая выпускница Института, а ныне Российской Академии музыки им. Гнесиных, Людмила Галустян.

Фестивали и концерты в Пицунде

С 1977 года по предложению проф. Л.И. Ройзмана в храме ежегодно стали проводиться сентябрьские фестивали классической органной музыки, в которых принимал участие он сам и многие другие широко известные музыканты-органисты: Гарри Коняев (Пицунда), Вольфган Шетелих (Германия), Олег Янченко, Александр Фисейский, Наталья Малина, Гарри Гродберг, Сергей Дижур, Е. Прочакова (Москва), Леопольдас Дигрис, Виргиния и Живиля Сурвилайте, Бернардас Василяускас (Литва), Галина Козлова, Юрий Крячко (Горький, ныне Н. Новгород), Э. Мгалоблишвили (Тбилиси), Ваагн Стамболцян (Ереван), Петерис Сиполниекс (Рига), Наталья Седун (Одесса), А. Котляревский, Владимир Кошуба (Киев), Хуго Лепнурм (Таллин) и многие-многие другие. Здесь проходили и ансамблевые концерты и охотно играли артисты самого высокого ранга, считая за честь выступить и сыграть на замечательном органе в прекрасном зале с исключительной акустикой и, несомненно, благодарной публикой. С 1985 года традиционными стали и августовские фестивали камерной музыки «Ночные серенады», организованные известной скрипачкой Лианой Исакадзе. С сезона 1988 года в Пицундском зале стали проводиться летние Фестивали классической музыки, организованные художественным руководителем и главным дирижером Государственной хоровой капеллы Абхазии Нодаром Чанба. Выступления капеллы проходили при участии мастеров искусств, среди которых был лауреат международных конкурсов виолончелист и органист из Москвы Александр Князев, который, кстати, дал один из первых органных концертов именно в Пицундском храме, пианист Алексей Гариболь, тоже из Москвы, композитор из Петербурга Леонид Десятников и многие другие. В обычное же время жизнь концертного зала шла своим чередом. Абхазские песни теперь звучат и в органном исполнении. Вопросу развития органной культуры в Абхазии много внимания уделял выдающийся советский органист, педагог, теоретик и историк, написавший уникальный и солиднейший по объему труд по истории органной культуры в России, профессор Л.И. Ройзман. Он ставил даже вопрос об открытии специального класса органа в Сухумском музыкальном училище, с приобретением для него инструмента, и был согласен во всем оказывать помощь, в том числе и в подготовке кадров.

И вот в начале 1985 года к нему едет выпускница Тбилисской консерватории по классу фортепиано (педагоги проф. А.Г. Васадзе, затем проф. Н.Д. Тавхелидзе), концертмейстер Абхазской Государственной филармонии абхазка Марина Шамба. В декабре 1987 года она успешно завершила учебу в Московской консерватории. Все эти годы Марина мечтала, чтобы в органной музыке зазвучали родные мелодии, но когда она обратилась к специалистам с просьбой переложить некоторые из абхазских песен для исполнения на органе, ее желание вызвало недоумение. Музыканты, незнакомые с абхазскими народными мелодиями посчитали, что они, по всей вероятности, не для такого инструмента, как орган. Однако ей все-таки удалось уговорить двух молодых композиторов взяться за переложение хотя бы одной из песен. Результат превзошел ожидания. Композиторы не предполагали, насколько высок дух абхазских песен. Оказалось, что их многоголосный полифонический характер приобретает в органном изложении высшее выражение чувств человека и отражает национальный характер и духовную чистоту создавшего их народа. И здесь хочется вспомнить совет великого китайского философа Конфуция: «Если хотите узнать нравственность страны – прислушайтесь к ее музыке».

В итоге, Марина Невская и Елена Бутузова с воодушевлением переложили для органа несколько песен и мелодий: абхазскую колыбельную «Шьишь-нани» композитора И. Лакрба, где звучит тема махаджирской трагедии абхазов — исхода со своей исторической родины; народный шедевр – «Песнь ранения», которую в старину пели раненому, вынося его с поля сражения на носилках из переплетенных мечей, покрытых буркой, а затем и у постели страдающего или умирающего воина для поднятия его духа; «Песнь о скале» с ее драматизмом и бурей страстей, а также посвященную М. Шамба «Маленькую рапсодию» Е. Бутузовой, куда наряду с другими были включены танцевальные напевы и лейтмотив абхазской свадебной песни. Именно орган, как никакой другой инструмент, смог передать в полной мере хоровое многоголосие, красочность образов и остроту переживаний, мотивы абхазских плачей, когда в душу слушателей глубоко проникает воспевание и патриотических порывов, и гибель надежд, и великая трагедия народа. В то же время мелодии, вызывающие скорбные чувства, неожиданно перемежаются танцевальными ритмами и торжественными свадебными напевами, сливаясь в единое эпическое повествование о горестях и радостях сложной и противоречивой исторической судьбы абхазского народа. Сюиты на темы абхазских народных песен впервые прозвучали на родине летом 1987 года на концерте Марины Шамба в Пицунде. Тогда ей ассистировал, приехавший из Москвы талантливый органист, ныне Заслуженный деятель искусств РФ, солист Барнаульской филармонии, кандидат педагогических наук, зав. кафедрой искусств Барнаульского Педагогического Госуниверситета Сергей Буткеев. Именно на этом концерте, наряду с произведениями великих композиторов, абхазские любители музыки слушали и свою национальную, исполнявшуюся на органе. Марина Шамба сыграла их и на сольном органном концерте в январе 1988 года в Малом зале Московской консерватории, где впервые в его истории прозвучала абхазская музыка. Вернувшись из Москвы, М. Шамба включилась в коллектив пицундских органистов, став солисткой Абхазской государственной филармонии. Еще в бытность ее учебы в Московской консерватории, в письме Министерству культуры Абхазии от 28 мая 1986 года с просьбой о продлении аспирантуры в связи с предстоящей серьезной операцией на пальце руки Л.И. Ройзман писал: «М. Шамба, обладая отличными данными, является тонким музыкантом и будет ценным для республики, первым и единственным в настоящее время национальным кадром в области органной музыки». Органистка М. Шамба и абхазская капелла в Германии.

Перед самой грузино-абхазской войной в 1992-93 годах в Германию была приглашена руководимая в то время известным музыкантом, общественным деятелем, композитором, ныне профессором Сеульского государственного университета Санмен Нодаром Чанба, наша прославленная Абхазская государственная капелла и органистка Марина Шамба. Ей выпал бесценный подарок судьбы: она получила возможность ознакомиться со страной уникальных исторических органов, созданных великими мастерами прошлого сотни лет назад. Ей посчастливилось сыграть даже на органе, за которым музицировал сам непревзойденный Бах. Немцы, великие ценители хорового пения и органной игры, были восхищены как исполнением, так и характером необычных для них духовных песен абхазов. Капелла и М. Шамба, в программе которой наряду с произведениями великих композиторов неизменно звучала и абхазская музыка, выступали в концертных залах и кирхах многих немецких городов – в Берлине, Дортмунде, Штутгарте, Мангейме, Кельне, Унне, Мюлякоре, Людвигсхафене, Гере. Все 13 концертов прошли с неизменным успехом. Для немецкой публики это было открытием неизвестного им музыкального мира далекого и маленького кавказского народа. По возвращении в Абхазию, в своем интервью Нодар Чанба отметил, что «органистам в Германии обычно не аплодируют, а Марине аплодировали». В этом выразилось то, что абхазская музыка не только в пении, но и в переложении на орган была понята и принята в Германии, как и игра самой органистки. После этой поездки на гастроли по городам Германии были заключены контракты на гастроли, планируемые к летнему сезону следующего года. В июне 1992 года в Абхазию приехал известный певец под органное сопровождение священник евангелистской кирхи г. Гера Гернот Фридрих, давший концерты в сопровождении органа в Пицундском храме. Позднее ожидали хор из Берлина, органиста из г. Гера Беренда Бергнера и других музыкантов. Но все планы были внезапно разрушены развязанной войной. 14 августа, в день, с древности считающийся у абхазов днем разгула нечистой силы, в Абхазию вторглись вооруженные до зубов войска Госсовета Грузии.

Второе рождение органа

Почти три года молчал пребывавший в забвении, заброшенный пицундский гигант. Людям было не до него: в это тяжелое время все старались внести свой посильный вклад в помощь воюющей родине. Не осталась в стороне и Марина Шамба. Она выехала на гастроли в Турцию в качестве концертмейстера – аккомпонировала молодой певице Хибле Герзмаа и народному артисту Абхазии певцу Борису Амичба. Их концерты восторженно принимались музыкальной общественностью городов, куда их приглашали – в Стамбуле, Анкаре, Бурсе. Всю сумму заработанных денег организаторы концертов – абхазы Турции – пересылали в фонд помощи Абхазии. Ей же она принесла слишком много бед. Почти вся страна была в трауре, как это и обещал по грузинскому телевидению в самом начале войны Э. Шеварднадзе, грозя поставить абхазов на колени. Почти в каждой семье не обошлось без жертв. Испытала горечь потери мужа и сама Марина. Но она не забывала об органе и понимала, что только игра на нем даст ей силы перенести боль утраты.

Наследие войны

И вот, в один из весенних дней 1994 года она решилась пойти пешком из Гагры в Пицунду, так как транспорта в то время почти не было, а это свыше 20 км пути. Войдя в храм, она подошла к любимому инструменту, и, открыв его, ужаснулась. Из него выбежали две крысы. Голодные грызуны, спутники войны, испортили меха, а механическая часть органа вся покрылась ржавчиной. Душа ее сжалась от отчаяния, но все же, наперекор всему, ей хотелось верить, что орган можно будет восстановить, хотя, учитывая серьезность и глубину «ран», надежд на это было крайне мало. Узнав же от известного органиста Олега Янченко, что домой в Нижний Новгород на время приехал его друг, тоже известный органист, лауреат конкурса им. Петрали в Италии, один из создателей современных органов и органный мастер Юрий Крячко, работавший в те годы в органостроительной мастерской известной немецкой фирмы «Hermann Eule» («Герман Ойле»), М. Шамба решила написать ему письмо с просьбой оказать посильную помощь в ремонте органа. Просил его об этом и сам О. Янченко.

Восстановление органа

Просьбы не остались безответными. Вскоре Юрий Крячко и его помощник по Нижегородской консерватории Андрей Шаталов приехали в Пицунду. В Абхазии высоко оценили тот факт, что мастера привезли с собой большое количество необходимых органных деталей, безвозмездно выделенных для Пицундского органа немецкой фирмой, на которой в то время работал Ю. Крячко, за что ему лично и, особенно фирме, все были глубоко благодарны. Итак, основательно осмотрев весь орган, специалисты долго советовались друг с другом. М. Шамба с тревогой ждала их приговора. И наконец, торжественно прозвучал голос Ю. Крячко: «Орган можно восстановить!». Сколько радости принесло это заключение!

Ремонт длился два месяца. Приезжим мастерам все это время помогал Владимир Дмитриевич Копытский. Считаю необходимым особо отметить значение органных мастеров, этих невидимых докторов, поддерживающих в должном состоянии огромный, но такой хрупкий и сложный «организм» уникального инструмента. Их тяжелая и кропотливая работа требует больших усилий и затрат здоровья. Только постоянное внимание и, конечно, любовь к инструменту, гарантируют нормальное его функционирование. Во многом, от самоотверженного труда органных мастеров зависит успех игры исполнителя. С первых же дней установки пицундского органа с ним работали выдающиеся, преданные своему делу мастера. Еще до установки органа в Германию для обучения был послан на три месяца пианист преподаватель Абхазского музыкального училища Владимир Полянский, ставший первым органным мастером Абхазии. Затем к нему присоединился Б. Абоимов, а вслед за ним и известный радиофизик В.И. Милько, вместе с которым работала и его жена З. Милько. В предвоенные годы появились и другие мастера — Б. Копытский и А.Куликов, продолжавшие трудиться на этом поприще и после войны (к сожалению, А. Куликов вскоре скончался). Прискорбно, что все последние годы сильно сказывается нехватка органных мастеров и надежд, на их появление пока практически нет. Пицундскому же органу необходимы постоянные профилактические осмотры, поскольку влажный климат не способствует сохранению механизма в должном рабочем состоянии. По существующей международной практике осмотр и основательный ремонт органа должен осуществляться каждые 5-7 лет, но на это, как правило, нет средств.

Орган требует серьезной настройки перед каждым сезоном, что из-за финансовых затруднений Абхазии также превращается в большую проблему. При нормальном же функционировании инструмент должен осматриваться и настраиваться перед каждым концертом. Так состоялось второе рождение органа и, наконец, впервые после войны, 18 августа, в день, когда муж Марины Адгур Инал-Ипа навсегда ушел из сухумского дома, погибнув в последние дни перед победой, состоялся благотворительный концерт Марины, посвященный всем не вернувшимся с войны. С этого дня в Пицунде началась новая страница музыкальной жизни Абхазии. Но в послевоенные годы органные концерты проводились практически силами только Марины Шамба, которая по возможности старалась давать как можно больше благотворительных выступлений.

Пицундский орган сегодня

С самого начала открытия зала М. Шамба стала привлекать к участию в концертах Государственную капеллу Абхазии, руководимую народной артисткой Адыгейской республики Норой Аджинджал, при неизменном участии и наших ведущих солистов Абхазской Государственной Филармонии: певцов – заслуженных артистов республики Мананы Шамба и Вили Чакмач-ипа, а также Родиона Хагба, заслуженного артиста Абхазии виолончелиста Г. Татевосян и пианисток – заслуженной артистки Абхазии А. Отрба, Н. Бжания и Г. Авидзба, а также Государственный симфонический оркестр, руководимый заслуженными деятелями искусств Абхазии А.Д. Хагба и В.М. Айба. В Пицундском зале музыканты Абхазии имеют возможность демонстрировать свое музыкальное мастерство.

Христианство проникло в Абхазию в I веке вместе с первыми христианскими проповедниками – апостолами Андреем Первозванным и Симоном Кананитом, прибывшими сюда через Каппадокию и приморский город Трапезунд. Они прошли с проповедью от южного Черноморского побережья до Себастополиса (ныне г. Сухум). Здесь их пути разошлись. Андрей Первозванный двинулся дальше, а Симон Кананит остался в Абхазии и проповедовал христианство среди абхазов. В 55 году во время гонений на христиан при императоре Диоклетиане он был убит римскими легионерами на берегу реки Псырдзхи (ныне г. Новый Афон). В IX-X веках на месте его погребения был построен храм в честь святого, который хорошо сохранился до наших дней. И сегодня в нем проходят службы, совершаются христианские таинства.

Апостолы и мученики – первые христианские проповедники
По данным церковных авторов, восточное побережье Черного моря посетили шесть апостолов. Пятеро из них были из числа двенадцати – Андрей, Симон, Матфей, Варфоломей и Иуда; и один из числа семидесяти – Фаддей.

Христианство приносили в Абхазию и христиане-мученики, которых ссылали сюда, на окраину империи, римские власти. В IV веке, во времена борьбы с персами, в Антиохии был сформирован отряд. Среди его воинов был Орентий и шестеро его братьев. Орентий во Фракии совершил подвиг и победил в единоборстве вождя варваров. В знак милости римский император предложил ему и братьям принести благодарственную жертву языческим богам. Воины-христиане отказались и были сосланы в Сатану, где местный правитель пытался добиться от них отречения. Братья выдержали пытки, не отреклись и были сосланы в Абхазию. По дороге они один за другим погибли. Двое из них были погребены в Питиунте (ныне г. Пицунда), а один – в Зиганисе (ныне с. Гудава).

Согласно церковному преданию, известный учитель Церкви и страстный обличитель византийского императорского двора Иоанн Златоуст в 407 году был сослан в Абхазию. По пути в Питиунт он скончался в местечке Команы (по одной из версий, близ Сухума) и был здесь погребен, позже его тело перевезли в Константинополь.

Питиунт и Себастополис – первые христианские общины
Питиунт был первым на Кавказе очагом христианской веры и центром ее дальнейшего распространения. В IV веке здесь возникла церковная община, во главе которой стоял епископ Сафроний. В 325 году епископ Питиунта Стратофил участвовал в Первом Вселенском Соборе. Его имя упоминается во всех сохранившихся списках этого Собора. Питиунтская епископия подчинялась архиепископу Кесарии Каппадокийской, который был главой Понтийской Церкви. С IV по VII века в Пицунде были построены семь храмов – это самые ранние христианские церкви Абхазии.

В V веке в Себастополисе (ныне г. Сухум) была образована еще одна христианская община во главе с епископом Керконием, который принял участие в работе IV Вселенского Собора.

Император Юстиниан и автокефальная Абазгская епархия
Византийский историк Прокопий Кесарийский сообщает, что император Юстиниан послал к абазгам своего главного евнуха Евфрата, абхаза по национальности, воздвиг на территории Абхазии храм Богородицы (в Цандрыпше), прислал священников и добился того, что местные абхазские племена приняли христианский образ жизни. В Константинополе была открыта специальная школа, в которой обучали детей представителей абхазской знати. В 30-х годах VI века в Цибилиуме (ныне Цебельда), в специальном помещении, баптистерии, в крестовидной по форме крещальне, епископ Константин крестил взрослое население Абхазии.

При прямом участии византийского императора Юстиниана была создана автокефальная Абазгская епархия с кафедрой в г. Себастополисе (ныне г. Сухум). В VI-VII веках в ведении Абазгской епархии были следующие епископские кафедры: Цандрыпшская, Пицундская, Анакопийская, Себастопольская, Цебельдинская и Гюэносская (Очамчырская). Архиепископ Абазгский напрямую подчинялся Архиепископу Константинопольскому.

Христианская религия проникает в быт древних абхазов
В первую очередь христианскую идеологию приняла верхушка древнеабхазского общества. Погребальный обряд наглядно демонстрирует процесс смены традиционной религии на христианскую. В место погребения сородичи обычно складывали вещи, которыми человек пользовался при жизни, считалось, что они пригодятся ему и на том свете. Христианская религия запрещала это делать. Поэтому из погребений постепенно исключались сначала керамика и оружие, позднее – украшения. Этот процесс длился более ста лет после официального принятия христианства. Нательные крестики абазги и апсилы начали носить только во второй половине VI века. Тогда же появилась христианская символика на предметах быта.

Ко времени правления Юстиниана относится большинство раннехристианских церквей Абхазии: в Цандрыпше, Дранде, Цебельде, Гюэносе (Очамчыра), Зиганисе (с.Гудава) и в других местах.
В это же время в Абазгии оседали византийцы-отставники. Здесь они женились, обзаводились хозяйством и смешивались с местным населением. VIII-X века – время расцвета христианства в Абхазии. Все лучшие произведения храмового зодчества относятся к этому периоду. Служба в храмах велась на двух языках – греческом и абхазском.

Христианство в раннесредневековой Абхазии
В середине VIII века предводители Абхазии направляют церковную делегацию в Антиохию, чтобы добиться независимости от Константинополя. Антиохийская Церковь не зависела от Константинопольского патриарха. Антиохии достигли лишь двое посланников, остальные погибли в пути от рук разбойников. На Соборе Антиохийской церкви было решено рукоположить одного из них, абхаза по имени Иоанн, который стал католикосом. Абхазская церковь теперь могла самостоятельно избирать католикоса и рукополагать местных священников. Вернувшись в Абхазию, католикос перенес кафедру из Себастополиса в Питиунт. Первым святым Абхазской церкви, чья святость признавалась всей Восточной Церковью, стал великомученик Евстафий. В 738 году, будучи правителем Апсилии, он был пленен арабским полководцем Сулейманом ибн-Исамом и мученически пострадал в городе Харане. Впоследствии у мощей Евстафия Апсильского происходили чудеса исцеления.

В конце X века происходит смена династий на престоле Абхазского царства, которое станет началом создания объединенного средневекового «царства абхазов и картвелов». Вместо греческого и абхазского языков в богослужение вводится грузинский язык, хотя есть сведения о локальном употреблении и абхазского, и греческого вплоть до XV века. В XI веке Анакопия оказалась в руках греков. В это время перестраивается Анакопийский храм.

В XIII-XV веках Абхазия находилась в сфере влияния Генуи. Генуэзские торговцы привлекали внимание к этим местам представителей католических монашеских орденов. Однако католическая миссия в Абхазии была безуспешна, хотя она оставила следы в традициях и культуре абхазов и других народов Кавказа.

Первые католикосы Абхазской церкви
В 1390 году на Пицундский престол был возведен католикос Арсений. Русская церковно-историческая наука считает эту дату временем образования Абхазской церкви. Католикос был уроженцем Западной Грузии, как и все его последующие преемники. С этого момента абхазы были лишены возможности занимать не только кафедру католикоса, но и любую епископскую кафедру. Известно имя лишь одного абхаза – Чачба (Шервашидзе), который за последующие пятьсот лет стал епископом, но он занимал кафедру за пределами Абхазии.

После падения Константинополя, в 1454 году, турецкий флот захватил город Себастополис (Сухум). С этого момента начинается период упадка христианства в Абхазии и проникновения ислама. Однако ни одна мечеть не была построена на территории Абхазии, позиции ислама не были здесь сильными, они усилились с появлением христианской России на Кавказе в связи с тем, что горские народы оказывали сопротивление ее завоевательной политике.

Во второй половине XVI века кафедра абхазских католикосов была перенесена из Пицунды в Гелатский монастырь в Западной Грузии, а католикосы стали именоваться «Абхазскими и Имеретинскими”. С XVII века их уже именовали «Имеретинскими и Абхазскими”. Таким образом, престол Абхазских католикосов был захвачен выходцами из Западной Грузии, и они не позволяли взойти на него представителю абхазского народа. Это привело к тому, что абхазы стали отдаляться от Церкви, где служили на чужом языке и не понимали чаяний основной массы прихожан.

В XVII-XVIII веках все храмы в Абхазии пришли в запустение. Их покинули верующие, ограбили и сожгли турки-мусульмане.

XIX век: от упадка к возрождению
В 1810 году Абхазия вошла в состав Российской империи. Кавказская война привела к тому, что церковная жизнь была практически парализована. Здесь было всего три действующих храма: Пицундский, Лыхненский и Илорский. Во второй четверти XIX века остался лишь один – Илорский храм.

В 1851 году на территории Абхазии была создана Абхазская епархия, которая вошла в состав Грузинского Экзархата Русской Православной Церкви. В 1885 году она перестала существовать. В 1869 году епископу Гавриилу, возглавлявшему Имеретинскую кафедру, было поручено управлять Абхазской епархией, и он приложил немало сил для возрождения христианства в Абхазии: открывались новые приходы, крестились люди, было построено несколько новых храмов в абхазских деревнях.

В 1875 году русские монахи приступили к строительству в Новом Афоне собора Святого Пантелеймона, восстановили храм и основали Симоно-Кананитский монастырь, открыли монастырскую школу для абхазских мальчиков.

В 1885 году Абхазская епархия становится Сухумской епархией и занимает большую территорию, простирающуюся от реки Ингур до Анапы. В 1917 году в состав Сухумской епархии входили 125 приходских храмов: 61 абхазский, 36 русских, 16 греческих, 4 мингрело-грузинских и 8 смешанных. На территории Абхазии у епархии было два крупных мужских монастыря (Новоафонский Симоно-Кананитский и Успенский Драндский) и два женских (Моквский Успенский и Команский Василиско-Златоустовский). Была воспитана целая плеяда образованных абхазских священников, которые занимались просвещением народа, создавали церковно-приходские школы. В начале XX века уже было около 100 таких школ по всей Абхазии.

Смутные времена века двадцатого
В 1918 году Абхазия была оккупирована грузинскими меньшевиками. И сразу, вслед за этим, Грузинская Церковь открывает на территории Сухумской епархии свою Цхумо-Абхазскую епархию, во главе которой был поставлен епископ Амвросий (Хелая). С этого времени Сухумская епархия прекратила свое существование. С приходом большевиков почти все духовенство было выслано или истреблено, а храмы и монастыри закрыты.

В 1943 году Русская церковь признала независимость Грузинской Церкви, а все приходские храмы на территории Абхазии были переданы в подчинение Грузинской Церкви. Была образована Сухумо-Абхазская епархия, в которой не было ни одного монастыря и функционировали всего шесть храмов. Во время грузино-абхазской войны (1992-1993 гг.) все грузинские священнослужители покинули территорию Абхазии, остались четыре священника: Виссарион Аплиа (Гудаутская церковь); протоиерей Петр (Самсонов), настоятель Лыхненского храма; священник Павел (Харченко), служивший в Гагрском храме; и игумен Виталий (Голубь), служивший в Сухумском кафедральном соборе. В 1993 году они избрали священника Виссариона Аплиа настоятелем Сухумского Кафедрального собора и представителем Сухумо-Абхазской епархии во взаимоотношениях с государством и Русской Православной Церковью.

Абхазская церковь сегодня
В послевоенный период на территории Сухумо-Абхазской епархии было открыто несколько храмов и монастырей. В 1994 году открыт Новоафонский монастырь, в 2001 – Команский. С 2002 работает Новоафонское духовное училище, а с 2003 при нем открыта Регентская школа.

За последние годы возобновлено и богослужение на абхазском языке, переиздано богослужебное Евангелие, Требник на абхазском языке, вышел диск с абхазскими церковными песнопениями.
Сегодня на территории Абхазии из 140 храмов действуют 15, функционируют два мужских монастыря.

Сухумо-Абхазская епархия заявила о своем отделении от Грузинской православной церкви (ГПЦ) и создании Абхазской православной церкви. Такое решение было принято в минувший вторник на собрании всех церковных служителей епархии в Сухумском кафедральном соборе. «Абхазская церковь официально отделилась от грузинской церкви, восстановив тем самым историческую справедливость. После окончания грузино-абхазской войны мы неоднократно заявляли о себе и обращались во все высшие православные инстанции, но все они молчали, поскольку не хотели портить отношения с грузинской епархией», — сказал и .о. управляюшего епархией иерей Виссарион (Аплиаа).

Реклама

Поскольку с 1943 года Сухумо-Абхазская епархия подчинялась грузинскому католикосату, а «территория Абхазии была насильственно приобщена к Грузии», теперь, когда независимость республики признала сначала Москва, а затем Венесуэла, абхазские священнослужители снова могут требовать независимости, считает Виссарион. В его ближайших планах восстановить Абхазскую поместную церковь и вновь обратиться к Московской патриархии с просьбой принять ее под свой омофор.

Об этом абхазское духовенство просило Москву еще в начале 2008 года, но главным препятствием была непризнанность республики.

В сентябре 2008 года, когда военный конфликт в Южной Осетии закончился, абхазское духовенство предприняло еще одну попытку уйти под юрисдикцию Русской православной церкви (РПЦ). Главным аргументом стало то, что после войны дальнейшее окормление ГПЦ территорий Абхазии и Южной Осетии невозможно. В ход шли и исторические аргументы. Так абхазские священнослужители подчеркивали, что на всех богослужениях в течение последних 15 лет они поминают патриарха Московского, а не Илию II, возглавляющего ГПЦ. Они также говорили, что ГПЦ самовольно провозгласила автокефалию от РПЦ во время февральской революции 1917 года, но ее канонический статус был определен только в 1943 году, когда общение между этими церквями было официально восстановлено. По сути, говорили абхазские священнослужители, РПЦ даровала автокефалию ГПЦ, исходя из реального положения православных приходов Грузинской ССР, более не имеющих возможности окормляться Московской патриархией.

Впрочем Абхазская епархия давно находится в подвешенном состоянии, не имея правящего архиерея.

Сейчас ей управляет рядовой священник Виссарион (Аплиа) – он стал одним из немногих абхазских священников, которые были рукоположены еще до военного конфликта 1993 года и продолжают служить на территории Абхазии. Местного епископа здесь нет, рукополагать священников для абхазских приходов некому, а грузинское духовенство отсюда изгнали, и церковная жизнь в епархии фактически парализована.

Московская патриархия, в свою очередь, всегда старалась соблюдать нейтралитет в конфликте между абхазским и грузинским духовенством. Официально московское духовенство продолжает считать Абхазию и Южную Осетию канонической территорией ГПЦ. Об этом Московская патриархия еще раз напомнила в сентябре прошлого года на очередном заседании Священного Синода. РПЦ дала понять, что даже после официального признания Россией двух кавказских республик брать их под свой омофор она пока не готова. «Речи о включении абхазской и осетинской церквей в состав РПЦ не идет», — говорили в МП. Еще до признания Абхазии и Южной Осетии официальной Москвой тогда еще митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл призвал церкви держаться «в стороне от историософских споров и предоставить право решать политические проблемы политикам».

Позиция Московской патриархии не изменилась и сейчас.

В среду Отдел внешних церковных связей МП по межправославным отношениям официально заявил, что не приветствует отделение Сухумо-Абхазской епархии от Грузинской церкви. «Мы уважаем канонические границы Грузинской православной церкви. Есть разные точки зрения, мы это принимаем во внимание в своей работе, но тем не менее остаемся приверженными принципу целостности канонических границ поместных церквей», — заявил в интервью РИА «Новости» и. о. секретаря отдела священник Игорь Якимчук.

«Понятно, что верующие люди, в том числе и представители духовенства, не остаются в стороне от тех настроений, которые существуют в обществе. Однако призвание Церкви – именно в служении примирению», — сказал «Газете.Ru» эксперт в области межправославных отношений того же отдела Московской патриархии протоиерей Николай Балашов. «Вопрос положения православия в Абхазии является темой постоянного диалога между Русской и Грузинской православными церквями, – сказал Балашов — Мы обсуждаем его в братском духе и надеемся найти приемлемое решение, дабы православные верующие в Абхазии не остались без пастырской заботы».

Грузинское духовенство мнение российского разделяет.

«Абхазской церкви не существует. Поэтому она является самозваной и ее не признает ни одна православная церковь. Русская православная церковь уже сделала официальное заявление, что церковные границы не будут пересмотрены, несмотря на бездумную политику своего правительства», — сказал «Газете.Ru» официальный представитель ГПЦ протоиерей Давид Шаранеидзе.

Светские власти Грузии также осудили действия абхазских священнослужителей. В беседе с «Газетой.Ru» вице-спикер парламента страны Гиги Церетели заявил, что «вопрос о независимости может решить Грузинская православная церковь, патриарх и Священный синод». «Никто другой не вправе решать подобные вопросы. Такие заявления не имеют под собой никакой почвы, тем более что они канонически никак не укреплены», — сказал политик.

Эксперты уверены, что под юрисдикцию Московской патриархии новообразованная церковь не перейдет, но вполне может уйти под омофор Константинопольского патриархата.

«Я думаю, что эта ситуация будет развиваться приблизительно таким образом. Абхазское духовенство сейчас окажется под давлением своих прихожан, которые, по сути, отпали от тела церкви. Не исключено, что они вернутся обратно, но скорее всего, если это принципиально для них, они отправятся под юрисдикцию Константинополя», — предположил в беседе с «Газетой.Ru» советник комитета Госдумы по делам общественных объединений и религиозных организаций Степан Медведко.

Асида Квициния, Sputnik

Затерянный мир Псху

Собираясь в дорогу, мы слышали много рассказов о неописуемых пейзажах села Псху, о том, какая красота нас ждет — большие зеленые долины, альпийские луга, реки, протекающие между скал, пышные леса и завораживающие горные высоты.

Казалось бы, трудно удивить того, кто вырос среди этих гор и наблюдает такие пейзажи на протяжении всей своей жизни. Но сразу же, спустившись с самолета на огромное поле, усеянное ромашками и другими полевыми цветами, в окружении зеленых гор и скал, мы упали в красоту, которую не передать никакими словами, фотографиями, картинами. Чтобы все это понять, надо просто увидеть, хотя бы один раз.

© Sputnik Асида Квициния Пейзаж в высокогорном селе Псху

Инал Великий

Главной целью нашего путешествия было святилище Инал-куба. История происхождения этого святого места уходит в глубь тысячелетней истории абхазов. Гора получила название в честь легендарного князя Инала, который объединил племена абхазов и адыгов.

© Sputnik Владимир Бегунов

Следуя легенде, в древности землю адыгов захватили адженуазы (по-абхазски и по-адыгски так называли генуэзцев). Инал возглавлял войска адыгов, и на помощь к нему пришли от Черного моря отряды абхазов во главе с князьями Ачба и Чачба.

Объединившись, войска абхазов и адыгов изгнали иноземцев со своих земель. По преданию, Инал был отравлен врагами и похоронен в Абхазии. Могила его стала святым местом, с тех пор многие абхазские и адыгские роды поклонялись великому воину, принося ритуальные жертвы и совершая обряды.

Тайна святилища

Попасть в святилище Инал-куба, как оказалось, совсем не просто. От центра села Псху необходимо пройти больше пяти километров. Но местные жители любезно предложили нас подвезти, и мы отправились в путь.

Добравшись до нужного нам пункта, мы обнаружили небольшую гору, перед которой была опушка леса, в этом лесу, на больших плитах и проводятся обряды жертвоприношений.

Пройдя дальше в глубь леса, мы увидели небольшой домик, а возле него был потухший костер и лежала охапка дров.

© Sputnik Асида Квициния Место, куда для совершения обрядов приезжают представители абхазских фамилий

Как рассказывают местные жители, сюда уже более пяти лет для совершения обрядов приезжают представители разных абхазских фамилий, которые были в древности выходцами из этих мест. Они, следуя традициям, проводят аныхэаракуа (моления), возрождая силу святилища Инал-куба.

По словам местного жителя села Псху Василия Квадзба, попадая на священные места, необходимо соблюдать определенные правила. Нельзя вести охоту, шуметь, одежда должна быть скромной, и даже ветки ломать в таких местах запрещено.

Много мистических случаев происходит у горы Инал-куба. Случилось так, что турист, не поверив сказаниям, ослушался и убил там косулю. По словам Василия Квадзба, через несколько дней он упал с моста и разбился насмерть. И так случается со всеми, кто считает это сказками и пытается там охотиться, добавил он.

© Sputnik Асида Квициния Камень для жертвоприношения в селе Псху

Пустые края

До 1864 года Псху населяло до пяти тысяч абхазов. Это была очень воинственная община. Много псхинцев пало в неравной борьбе в мае 1864 года. Почти вся местность села Псху засажена определенными деревьями, а именно каштаном и орехом, из которых абхазы строили дома. Население Псху в 1864 году было насильственно изгнано со своих земель.

Перед тем как вынужденно покинуть свое село, каждый житель села сажал деревья каштана или ореха, будучи дальновидными, как полагалось абхазам. Они были уверены, что их потомки вернутся на родные земли, чтобы возродить былую жизнь. После окончания Кавказской войны они ушли в Турцию, небольшая часть переселилась на Северный Кавказ, где основала несколько аулов.

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *