АПОСТОЛ И ПРОПОВЕДНИК ВЯТИЧЕЙ В ЗЕМЛЕ РУССКОЙ
СВЯЩЕННОМУЧЕНИК КУКША

Имя преподобного Кукши, инока Киевско-Печерского монастыря, проповедовавшего христианскую веру язычникам-вятичам и принявшего от них мученическую смерть в начале ХII века, едва ли что-то говорит большинству наших современников. Это кажется особенно странным, потому, что вятичей считают своими ближайшими предками жители многих областей Центральной России. А значит, священномученик Кукша «апостол вятичей» должен
был бы почитаться одним из главных просветителей и крестителей нашего Отечества.А между тем, в Древней Руси, не в пример нам,о его подвиге знали и помнили. Имя преподобного Кукши было широко известно на Руси: «о котором всем известно» — так писали о нем. Спустя много лет, после его мученической гибели, епископ Владимиро-Суздальский Симон (1214-1226), один из авторов Патерика Киево-Печерского монастыря, повествует о нем:» Как добровольно можно умолчать об этом блаженном черноризце…, о котором всем известно, как он бесов прогнал, и вятичей крестил, и дождь с неба свел, и озеро иссушил, и много других чудес сотворил, и после многих мучений убит был с учеником своим». Об этом святом угоднике и пойдет наш рассказ.
Киевский Печерский монастырь, с которым была связана часть жизни преподобного священномученника Кукши, ведет свою историю с 40-х годов, XI века, когда русский инок Антоний, постриженик одного из греческих афонских монастырей, по повелению Божией Матери, вернулся на Русь, обосновался на крутом, поросшем лесом берегу Днепра, в окрестностях стольного града Киева, близ княжеского села Берестовое Преподобный Антоний остался на всю жизнь «пустынножителем», не признавшим общежительской жизни монахов и их общения с миром, он отказался стать игуменом и остался до конца жизни только примером подвижничества и благочестия, не принимая участия в устройстве монастыря. Основателем Киево-Печерской Лавры и прообразом для русских монахов является преподобный Феодосий. В 1057 году он был избран игуменом монастыря и до своей кончины управлял им с величайшей мудростью и усердием. Скончался преподобный Феодосий в 1075 году. Примерно в это время родился в землях вятичей мальчик, названный Кукшей.Кто такие были вятичи? «А радимичи, вятичи и северяне имели общий обычай: жили в лесу,как и все звери, ели все нечистое и срамословили при отцах, и при снохах, и браков у них не бывало, но устраивались игрища между селами, и сходились на эти игрища, на пляски,и на всякие бесовские песни, и здесь умыкали себе жен по сговору с ними, имели же подве и по три жены». Вятичи – одно из славянских племен, очень замкнутое, загадочное и очень воинственно настроенное. Народное собрание племени избирало себе вождя, который командовал войском во время походов и войн. Он назывался старинным славянским именем – князь. Постепенно влясть у князя усиливалась и становилась наследственной.
Вятичи, жившие среди огромных лесных массивов, строили бревенчатые избы, схожие с современными. Земли, на которых они жили, славились своими богатствами, обилием зверя, птицы и рыбы. Поэтому вытичи вели полу-охотническую, полу-земледельческую жизнь. Мелкие деревни по 5-10 дворов по мере истощения пашен переносились на другое место, где выжигался лес и 5-6 лет земля давала хороший урожай, пока не истощалась; тогда надо было снова переходить на новые участки леса и все начинать снова. Орудия труда – соха, рало или суковатка, мотыга, топор. Выращивались, в основном: озимая пшеница, рожь, яровая пшеница, ячмень, овес, полба, просо, гречиха, горох, лен, конопля, репа,капуста, лук, чеснок, редька, свекла.Вятичи занимались также разведением крупного и мелкого рогатого скота, домашней птицы, синей, лошадей, собак, кур, гусей, уток,домашних лебедей, журавлей, голубей. Корма заготавливали косами. Большое значение в жизни вятичей имела охота на лося, зайца, медведя, кабана, косулю, бобра. На охоте использовались лук и стрелы, рогатины, ловчие ямы,силки, западни, сети, петли, различные «ловища» и «перевесища», а также ловчие соколы и ястребы.
Большим подспорьем был – сбор меда диких пчел, рыболовство: ловили белую рыбу во множестве, водились раки, занимались собирательством грибов, ягод, орехов, а также гнали смолу, деготь, заготавливали ивовое и дубовое корье, бересту и лыко, из которой плели лапти, делали короба, кузова и т.д. Широко были развиты прядения и ткачество. Вятичи вели оживленную торговлю с арабским миром по рекам Оке и Волге, а такде по Дону и далее по Кампийскому морю. Среди местных городищ того времени были не только сельские селения, но и городища «городского» типа.Под командованием вятических кнезей находилось многочисленное войско, в первых рядах стояли признанные силачи и храбрецы, дерзко подставляюшие стрелам свои голые груди. Всю одежду их составляли холщовые штаны,туго перетянутые ремнями и заправленные в сапоги, а оружие – широкие топоры – секиры, такие тяжелые, что сражались ими двумя руками. Страшными были удары этих боевых секир, они рассекали даже крепкие доспехи и раскалывали шлемы как глиняные горшки. Воины-копьеносцы с большими щитами составляли вторую линию бойцов, за ними толпились лучники и метатели дротиков – молодые воины. Посредниками между божеством и человеком были старшие в роде и главы семейств. Места, где приносились жертвы, считались священными, и жертвенные камни составляли предмет особого почитания. По верованию вятичей, душа человека по смерти оставалась здесь же, на земле, она не лишена была потребности в пище и питье, поэтому у изголовья покойника ставили воду, мед и т.п. В брачных и других пиршествах приглашали принять участие в веселье и души умерших родственников,на их долю выбрасывали блины в окно. Этого же обычая держались и прочие поганые, «не ведущие закона Божия, но сами себе творящие закон».
«И когда, кто умирал среди них, творили тризну великую, и затем складывали громаду дров,клали мертвеца и сжигали, и затем, собрав кости, складывали в сосуд и ставили на распутии на столпе, и в курганы ссыпали». Если в Киевской Руси главным богом был – Перун – бог грозового неба, то у вятичей – Стрибог (Старый бог), который создал вселенную, землю, всех богов, людей, растительный и животный мир; Ярило – бог солнца, который ездит по небу на чудесной колеснице, запряженный четверкой белых златогривых коней с золотыми крыльями. Каждый год отмечался праздник Купалы – бога земных плодов, когда солнце дает наибольшую силу растениям. Вятичи верили, что в ночь Купалы деревья переходят с места на место и разговаривают между собой шумом ветвей, и кто имеет при себе папоротник, тот может понимать язык каждого творения. У молодежи почитался Лель – бог любви, богиня Лада – покровительница брака и семьи. Кроме того вятичи поклонялись силам природы и почитали – лешего, водяного, русалок,домового. Таковы были быт, нравы и религия вятичей, которые мало чем отличались от других восточнославянских племен. В Тульской,Брянской, Орловской, Калужской, Московской,Рязанской областях остались курганы рассказывающие о жизни вытичей.Крестив в 988 году Русь Владимир не стал крестить вятичей, не хотел крестить инородную Русь силой и принуждением. Профессор Е.Е.Голубинский поясняет: » Вятичи с Радимичами не были инородцы в собственном смысле,но они были столь строптивы, что с ними надлежало обходиться еще более осторожно, чем с настоящими инородцами…». Вятичи дольше,чем другие восточные славяне оставались приверженцами языческой религии.
Опорными пунктами были города-крепости: Серенск, Мосальск, Козельск, Лопасня, Лобынск, Мценск,Ростиславль и другие, которые насчитывали от 1 до 3 тысч жителей. Княжеским центром,столицей вятического союза племен, был город Корьдно, где находится до сих пор не известно.В «Повести временных лет» она упоминается в походах Владимира Мономаха на вятитчей: «А в Вятическую землю ходили подряд две зимы на Ходоту и на сына его, и к Корьдну».

По некоторым исследованиям Орловской области предпологают, что сыном князя Ходоты был Кукша. Мономах, разбивший вятичей, убил непокорных и князя Ходоту, а сына его взял живым в плен. И чтобы лишить этого князя наследственной власти, а вятичей – предвадителя,князь Владимир отвозит его в Киев, обращает в хрестианскую веру и постригает в монахи. Таким образом можно редположить, что святой Кукша был сыном грозного Ходоты. Об Ходоте есть единственное упоминание в «Поучении детям» Владимира Мономаха в Лаврентьевской летописи от 1096 года. Этот поход на вятичей был в 1082–1083 годах. Если предание о том, что Кукша был саном Ходоты верно,что Кукша мог попасть в плен 15-17 лет, а в Лавру в 1085 в возрасте 17–20 лет, а по приезде в Киев Владимир обращает его в христианство и постригает в монахи. Тогда получается,что родился он около 1063–1070 годах, а кончина его последовала в 44–50 лет.Но есть и вторая версия, согласно которой вятич – Кукша сам пришел в моностырь из среды вятичей – переселенцев. «Лучшие мужи» из вятической земли были переселены с семьями князем Владимиром Святославовичем в города-крепости для защиты рубежей Руси от ее злейших врагов печенегов. Об этом говорится в «Повести временных лет». И сказал Владимир: «Нехорошо, что мало городов около Киева». И стал ставить города по Десне, и по Остру, и по Трубежу, и по Суле, и по Стугне. И стал набирать мужей от славян, и от кривичей, и от гуди, и от вятичей, и ими населил города, так как была война с печенегами».
Преподобный Кукша вполне мог принадлежать к потомкам из таких семей.
И тогда в том,что Кукша, будучи вятичем, оказался в Киево-Печерском монастыре, нет ничего необыкновенного. Многие полагают, что имя Кукша происходит от названия птицы Кукша, которая обитала в местах, где жили вятичи, где проповедовал Кукша. В предании также есть и второе имя Кукши – Иоанн, оно не закрепилось в святцах, осталось первое – Кукша. Когда он был назван Иоанном? В крещении или иночестве? Языческое имя прочно закрепилось за ним, что сохранилось в истории и языке насельников Киево-Печерской Лавры. Пимен возгласил посреди церкви Печерской:»Брат наш Кукша в этот день убит». Многие знаменитые отцы,епископы XI-XII веках были иноками Печерского монастыря,наставниками, собеседниками и сподвижниками преподобного Кукши – святой Леонтий, епископ Ростовский, принявший мученическую кончину от язычников, святые Исаня, Николай и Ефрем – епископы Переяславские, святые Никита и Нифонт Новгородские, инок Нестор Летописец,преподобный Александр, врачеватель Алипий,книжник Григорий и др. Вместе они молились,вместе они трудились на ниве Божией, неся Благую Весть в самые отдаленные уголки Русской земли, в области, населенные язычниками. О духовной атмосфере, царящей в обители, и об отношениях между братией Нестор Летописец писал:»Дивно-умилительное и сладостно-радостное зрелище представляла из себя братия святой Печерской обители; воистину дивно и глубоко-поучительно наблюдать их жизнь! Господь собралв обители Матери Своей таких черноризцев,которые сияли великими добродетелями в Русской земле, Как светила небесные – одни из них подвизались во всеношных молитвенных бдениях и коленопреклонениях, другие лишали себя пищи на несколько дней, иные вкушали только хлеб с водой, другие питались только зеленью с овощами – и все они между собой пребывали в единении и взаимной любви. Младшие всегда были покорны старшим, не смея даже говорить в присутствии их, разве только с глубокой почтительностью и покорностью.
Старшие всегда были проникнуты снисходительною любовью к младшим, вникая в их жизнь, уча, наставляя и утешая их, как своих возлюбленных чад. Если кто из братии впадал в согрешение, все относились к нему с братским участием и сочувствием,и даже епитимию, налагаемую церковную на согрешившего, многие разделяли между собою.Когда кто из братии отходил временно из обители, вся остальная братия печалилась от этой разлуки, посылая за ним, призывая его возвратится скорее в монастырь. При возвращении же ушедшего в монастырь все радостно его встречали и ходатайствовали за него перед игуменом. Такова была взаимная любовь среди той братии, которая и после смерти сияет, как неугасающие светила, многоразличными чудесами». Вот в какой рассадник добродетелей и дивный духовный луч попал Кукша! Это описание для нас интересно тем, что Кукша был в монастыре в одно время с Нестором Летописцем. Нестор принимал участие в открытии мощей преподобного Феодосия в 1091 году и сам описал это. Кукша мог быть участником и свидетелем этого обретения мощей, и когда Нестор писал главный свой труд – Летопись (окончил в 1112 году) рядом с ним мог находиться наш Кукша! Более того, преподобный Нестор скончался в 1114 году, почти одновременно с Кукшей.
По предположениям Кукша был в обители около 15 лет. За это время он стал не только мантийным монахом, но и был рукоположен во священника. И то, что Кукша имел священнический сан, требовавший известной степени образования в то время доступного весьма немногим – это говорит о высоком доверии к нему со стороны Печерской обители и церковной иерархии. Кто благословил преподобного Кукшу на нелегкое дело проповеди Христа среди язычников? Он не мог пойти без благословения. В работе Шерапов указывает: «Выступил на дело апостольского служения среди язычествующих вятичей друг Черниговского архипастыря Феоктиста, священноинок Кукша». До вступления на Черниговскую кафедру Феоктист подвизался в Киево-Печерском монастыре. Здесь он принял иночество при преподобном Феодосии и по его кончине был одним из начальных учителей монахов. Он был в числе великих старцев: в 1103 году святой Феоктист был игуменом Киево-Печерского монастыря. Возможно, что Феоктист будучи игуменом и благословил Кукшу на его труды. Некоторые источники называют Феоктиста и Кукшу друзьями. Их дружба возникла, когда они еще были простыми иноками: «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты!».Решимость взять на себя трудное дело благовестия в краю глубокого идолоопоклонства,многое говорит о характере святого. Ревностный проповедник, был человек мужественный,а то, что он имел ученика, характеризует его,как учителя и заботливого отца. Из летописи известно, что святой Кукша отправился на проповедь к вятичам по реке Десне, значит это было судоходное время и первая Евангельская проповедь святого Кукши началась в пределах Брянска. Дальнейший путь пролегал через Путивль, Севск, Серенск, Лобынск и Москву. Поднявшись по реке Десне, проповедники вступили в страну вятичей верховья Оки с притоками: Жиздрой, Угрой, наиболее подготовительными к проповеди христианства.

Сюда христианство проникло еще прежде Кукши, поэтому в этих местах Кукша и не столкнулся с открытым сопротивлением со стороны местного населения. Деятельность «апостола вытичей» развернулась на территории Калужской, Брянской, Орловской, Московской областей, то есть в самом центре России, а потому с полным основанием святой Кукша может быть назван одним из главных просветителей и крестителей нашего отечества. В Киевском Патерике описываются конкретные дела святого Кукши:
Бесы прогонял:
«Случаи исцеления бесноватых людей, избавления домов и других мест от власти демонов,результат проповеднических трудов Кукши,который своей проповедью, обращением неверных ко Христу и построением в их земле христианских храмов сокрушил и привел в запустение языческие кумиры, прекратил где-то идолослужение, низверг какие-то изваяния языческих богов «бесов», идолов. Хотя и не все, а лишь некоторые вятичи были просвещены, но как ночной мрак постепенно слабеет и рассеивается в виду появляющегося дневного света, так и царство сатаны падает и рушится перед всесильным крестом Спасителя, когда он прочно бывает водружен в сердце верующих.
«Дождь с небес сведе…»
Чудесное сведение дождя необходимо понимать в связи с голодными годами в земле вятичей или с долговременною засухою, грозившей уничтожить все плоды жатвы и лишить жителей материального благосостояния. При таких обстоятельствах, истощив тщетные мольбы к своим богам, вятичи могли обратиться к проповеднику новой религии с просьбой умолить своего Бога об избавлении их от едствия.
«…озеро изсуши…»
Весть о чудесном низведении христианским проповедником дождя с неба быстрораспространилось между вятичами и многих из них привела ко Христу. Как сведение дождя, так и иссушение озера последовало в виду многих свидетелей,которые уверовали в истинного Бога. У вятичей вода была в числе наиболее почитаемых ими стихий. Воду они обожествляли, все озера и реки,по суеверному представлению наполнены были низшими божествами, носившими название «водяных». Можно предположить, что иссушенное святым Кукшей озеро имело для вятичей религиозным характер. Возможно, на его берегах проходили какие-то языческие обряды, ритуалы,игрища. Тогда само его наличие было противно христианскому сердцу святого. Иссушить такое
озеро значило поколебать веру язычников, заставить их усомниться в силе своих богов. Промысел Божий не допустил бы этого чуда, если бы не соединились высшие цели вразумения и обращения язычников.Возможно, озлобленные язычники, желая погубить проповедника новой, враждебной им веры, ввергли его в озеро и собрались торжествовать над ним и его учением свою победу. При таких обстоятельствах иссушение озера было величайшим посрамлением язычников,причем в месте, которое они обожали. Не потому ли ожесточились вятичи и решили убить его? Иссушение такого озера равнялось прекращению нечестия в целой стране и могло обеспечить успех христианизации вятичей. Ивот не было ли это чудо последним подвигом святого Кукши на земле, снискавшим ему мученический венец славы?
«…Инна различна удивительная знамения последоваше ему…»
Чудеса которыми сопровождалась проповедь святого Кукши в земле вятичей, восполняли его славу и возбуждали удивление современников.Здесь была и личная заслуга проповедника: Господь не одарил бы его силою чудотворения, если бы он не стяжал пламенной вероы а Бога и не достиг высокого нравственного совершенства. Чудеса были допущеныпромыслом не столько для прославления самого Угодника Божия, сколько для враумления и обращения язычников.
«Осененный благодатью свыше» – говорит о святом Кукше в «Словаре Историческом Святых, православных в Российской Церкви» – он творил многие чудеса, и «изумленные чудесной его силою язычники начали принимать учение святого проповедника и крестителя. В исторической литературе большенство версий, что местные жрецы по ненависти своей решили убить Кукшу, и не просто предать смерти, но мученнической казни. Дмитрий Ростовский пишет: «наконец, по наущению языческого жреца, он был предан мучениям, после чего ему отсекли голову, а вместе с ним и его ученику Никону». Жрицы были не только вдохновителями этой расправы, но и сами исполнителями: «озлобленные за сокрушение их кумиров, жрецы вятичей подвергли преподобного Кукшу различным истязаниям и потом отсекли ему голову…» языческие жрецы в этих мучениях вымещали на нем свою злобу за сокрушение своих идолов, за первых и многочисленных христиан, чтооставили язычество после проповеди Кукши. В Патериках указывается: «многих верою просветил», «многих из них просветил святой крещением и обратил от неверия ко Христу», «и просветил многих верою».Некоторые современные иследователи называют место гибели Кукши окресности города Серенска на реке Серене, притоке реки Жиздра (Мещовский район Калужской области). «Народное предание указывает место, где был убит преподобный Кукша – это берег реки Серены,возле города Серенска, где некогда простирался дремучий Серенский лес».
О том, что преподобный Кукша погиб около Серенска, писали А.Н, Насонов, Т.Н. Никольская, Н.Г. Недоши
вина, В.В, Седов, О.М. Рапов. Самое главное, что пишет Орловский священик И. Чистюхин,что придания об убиении Кукши и его ученикав Серенске так и осталось приданием, никакого увекочечения там так и не произошло.В г. Калуге в храме Георгия Победоносца сохранилась старинное изображение преподобного Кукши за верхом, в нижнем предле.В 2009 году по благословлению Митрополита Калужского и Боровского Климента,впервые организован Духовно-просветительский центр в честь священномученника Кукши с храмом этому угодоуклоннику Божием вблизи Серенска (6км),музейным комплексом, купелью, в перспективе по воле Божией детским приютом, воскресной школой,монашеской общинной и т.д. И в этом строительстве, в ямле вятичей, очень помогает преподобный Кукша, как и ранее своей любовью. Строительство центра очень неоходимо, так как он будет служить средством для создания храма души христианской, предназначенной для обитания Духа Святого. Очень нужна любая помощь в строительстве, приезжайте и вы ощутите помошь угодника Божиего Кукши в своих делах и духовных подвигах.

Мощи св. Кукши находятся в Киеве, в Антониевых пещерах, частица мощей святого
имеется и в Покровском храме Свято-Успенского мужского монастыря г.Новомосковска.
КУКША (ИОАНН)
конец XI — начало XII вв.
Монах Печерского монастыря, миссионер. Священномученик.
Память 28 сентября (11 октября н.ст.) и 27 августа (9 сентября н.ст.).

9 сентября отмечается 900-летие крещения земли вятичей и мученической кончины святого Иоанна Кукши. Предлагаем вашему вниманию очерк о подвиге святого, подготовленный Виктором Ливцовым, профессором ОГУ, руководителем отдела по канонизации святых Орловско-Ливенской епархии.

Священномученик Кукша

Вятичи

Племя вятичей заселило территорию верховьев р. Оки, занятую до них балтскими племенами голяди (голиндов), довольно поздно, лишь в VIII веке, когда остальные славянские племена уже давно обитали в Восточной Европе. По словам летописца, они пришли «от ляхов» — с территории, находившейся вблизи той, что была занята поляками, т. е. с запада. Наименование племени вятичей происходит, по преданию, от имени их вождя Вятко (Вячеслава, т. е. «более славного»). Вятичи постепенно заняли огромную площадь нынешних Брянской, Орловской, Калужской, юга Московской, Тульской, Воронежской, Липецкой, а позже и Рязанской областей. Здесь основываются города Дедославль (предположительная столица вятичей — севернее Тулы), Брянск, Карачев, Козельск, Севск, Кром, Мценск, Новосиль, Елец и др. Тогда в центре этой территории располагался гигантский Оковский лес. По данным антропологов, в то время сложился и внешний вид вятичей. Это были рослые люди с высокими узкими лицами и крупными носами.
Живя в лесах, вятичи надолго сохранили свои языческие традиции. У них процветало, как указывает летописец, сквернословие и многоженство, с умыканием невест по сговору на игрищах между селами. Мертвых сжигали (есть свидетельства, что с мертвыми мужчинами могли сжечь и его любимую жену) и хоронили в курганах, которые являлись капищами, где приносили жертвы. Какие это были жертвы, мы достоверно не знаем, но, по свидетельству летописей и на основании археологических исследований в Европе, можно утверждать, что повсеместно приносились кровавые жертвы животных и даже людей.

Первоначально вятичей обложили данью хазары, исповедовавшие иудаизм, но летописи указывают вятичей и как участников похода киевского князя Олега Вещего в 907 г. на Византию. В 964 г. Святослав Великий совершил, видимо, неудачный поход на вятичей. Но после разгрома Хазарского каганата он в 966 г. организует новый поход на них. Возможно, уже с этого времени киевские князья считали вятичей своими подданными.

Будущий креститель Руси князь Владимир Святой еще в 981 г. совершил поход на непокорных вятичей, обложив их данью и тем номинально включив их земли в Киевскую Русь. Но в летописи указано, что вятичи «заратились», то есть подняли против киевских наместников и дружины войско, и в 982 г. князь их усмирял снова. В 988 г., по словам Повести временных лет, князь начал ставить города на р. Десне и набирать «лучших мужей», в том числе и от племени вятичей, и населил ими южнорусские города. Однако р. Оку летописец не упоминает. Несомненно, что Владимир крестил этих «лучших», то есть знатных мужей. К этому времени археологи относят появление первых курганов вятичей, где останки помещались без сожжения, при этом руки покойных по-христиански крестообразно складывались на груди. Но с этим соседствовали языческие амулеты и ритуалы, что говорит о существовании языческого двоеверия, когда Христос воспринимался и почитался местными язычниками как еще один языческий бог. Всерьез же заходить вглубь земли вятичей оставалось опасно, и там жили по старым языческим законам. Управлялась эта земля местной династией и оставалась в целом некрещеной.

В 1024 г. после победы князя Мстислава Удалого в битве при Листвене, где он одолел Ярослава Мудрого, из Киевского княжества для Мстислава было выделено Черниговское, в которое и вошли номинально подчиненные земли вятичей.

Крещение орловского края и всей земли племени вятичей связано с именем киевского князя Владимира Всеволодовича Мономаха (1053–1125). Его отец, сын Ярослава Мудрого Всеволод Ярославич (1030–1093), после смерти Ярослава наследовал Переяславльский престол. Владимир, как он сам рассказывает в своем «Поучении детям», познакомился с нашим краем в 13 лет, когда впервые по поручению отца примерно в 1066 г. совершил свой первый поход к принадлежавшему князю Всеволоду городу Ростову Великому, через землю непокорных вятичей. Этим он, видимо, гордился до конца дней и с описания данного события начинает свою автобиографию.

В 1077 г. Всеволод стал князем Черниговским, но уже в следующем году взошел на стольный Киевский престол, а Чернигов перешел его сыну Владимиру. Поскольку племена вятичей формально входили в Черниговское княжество и еще не были полностью крещены, приобщение их к христианству стало одной из главных забот нового князя. Однако перед этим предстояло привести к покорности жителей здешних земель. Предположительно, в 1092–1093 гг. Владимир совершает два зимних похода в земли вятичей. Зимой они совершались потому, что среди дорог через эти территории упоминается лишь одна прямоезжая дорога, та, на которой святой Илья Муромец сразился с разбойником Соловьем Будимировичем. Поэтому войско вынуждено было идти по замерзшим рекам. Сначала воюя с князем Ходотой у его города Корьдно и, видимо, убив его, во вторую зиму Владимир вступил в схватку с его сыном, имени которого он не называет. В апреле 1093 г. скончался великий киевский князь Всеволод, и в 1094 г. Владимир уступает Чернигов и переходит на Переяславский престол.

Утратив политическую самостоятельность, земли вятичей после Любечского съезда и договора 1097 г. окончательно входят в состав Северского и Рязанского уделов Черниговского княжества. К первому отошли земли по Десне и Оке, а ко второму — все по течению р. Сосны. Позднее из него образуется три самостоятельных княжества: Черниговское, Новгород-Северское и Муромское. По этому разделу земля вятичей отходит к Новгород-Северскому княжеству. Однако в церковном отношении они находились под управлением Черниговской кафедры, которая могла взять на себя распространение христианства среди вятичей.

Когда в апреле 1113 г. после напугавшего киевлян солнечного затмения умер великий князь киевский Святополк Изяславич, грабивший монахов и покровительствовавший ростовщикам, и в Киеве вспыхнуло восстание, народ призвал на княжение Владимира Мономаха. Так на Руси окончательно установилась династия Мономашичей, правившая ею еще 500 лет.

Святая миссия Кукши

Несомненно, по настоянию великого князя, хорошо знавшего землю вятичей, и по благословению Киевского митрополита, уже летом 1113 г. в область вятичей отправляется христианская миссия во главе с Кукшей и его учеником Никоном. Часть историков считала, что Кукша — захваченный в плен князь, возможно, сын Ходоты, и Владимир Мономах, опасаясь восстаний и желая отрешить захваченного в плен князя от наследственной власти, отвез его в Киев, обратил в христианство и постриг в монахи, лишив вятичей наследственного вождя. По другой версии, Кукша был выходцем из числа «лучших мужей», крещенных еще Святым Владимиром, в среде которых продолжало развиваться христианство, и этим могут объясняться смутные предания о его знатности. При пострижении, по преданию, он получил имя Иоанн. Однако достоверных сведений об этом нет, поскольку Церковь причислила его к лику святых под тем именем, которое он получил в язычестве. В этом многие историки также усматривали свидетельство его знатности. Обычай кроме христианского имени иметь еще и народное долго сохранялся в нашем крае после принятия христианства. Даже при царе Михаиле Федоровиче в Болховских переписных книгах упоминаются имена: «Медведь Нечаевъ, сынъ Кишаевъ», «Неустрой Ивановъ, сынъ Беленихинъ» и др.

Имя Кукша, которое донес до нас Киево Печерский патерик, по происхождению явно языческое. Существует несколько версий его значения. В северных русских регионах это слово означает птицу семейства вороновых. Другое объяснение значения имени вытекает из старинного корня «кук», обозначающего «сухость» (можно сравнить слова «скукситься» — сморщиться или «скукожиться» — ссохнуться). Обширный список географических названий Орловской губернии начала XX века с этим корнем убеждает в том, что св. Кукша мог быть выходцем из земель вятичей. В ранней версии Киево Печерского патерика святой упоминается также как Купша, что является сокращением от имени Киприян (Куприян). При этом в источниках к этому времени относится упоминание о киевском Купшином монастыре на р. Сетомль. В таком случае Купша — это, возможно, второе — уже схимническое, монашеское — созвучно подобранное имя того же человека, вероятно, даже основателя и настоятеля монастыря.

Достоверно известно, что священномученик Кукша был иноком Киево Печерского монастыря. Одной из основных форм деятельности монастыря было осуществление апостольской миссии в землях язычников. Киево Печерская лавра, откуда совершалась миссия, была тесно связана с Черниговской кафедрой. Вероятно, на проповедь Евангелия среди вятичей Кукшу призвал Черниговский архипастырь Иоанн, который обращает внимание на духовное состояние вятичей. Очевидно, миссия состояла из нескольких человек, иначе на речных судах было бы невозможно проплыть такие расстояния и преодолеть дебри лесов и топи болот.

В 1113 г. архиепископа Иоанна сменил св. Феоктист, в прошлом игумен Киево Печерского монастыря с 1103 по 1113 гг., ближайшим сподвижником которого и был Кукша. Видимо, миссионеры отправились в путь из Чepнигова по р. Десне. Миновав Новгород-Северский и Трубчевск, населенные племенами северян, миссия достигла пределов вятичей вблизи г. Брянска. В западных уездах Орловской губернии было записано древнее предание о «великом муже» Куке. Перед ним расступались леса и горы. Он передвигал реки и озера. Затем последовал переход к Карачеву, после которого монахи через непроходимые дебри и болота углубились в языческие земли. Достигнув 
р. Оки, по ней они отправились ко Мценску. Здесь от миссии отделился преподобный Авраамий Печерский, проповедовавший в земле новосильской.

Согласно преданиям, св. Кукша во мценской Введенской церкви — маленьком деревянном храме, срубленном из огромных дубов, росших поблизости, — поставил чудотворный образ св. Николая из дерева в человеческий рост и восьмиконечный каменный крест. В 1238 г., когда хан Батый шел на Мценск, священники спрятали его у подножия горы Самород в тайнике подземного хода, у скрытого источника. Найден он был лишь в год окончательной победы христианства в г. Мценске в 1415 г. Есть предположение, что Введенская церковь положила начало монашеству в г. Мценске.

Проповедь Кукши сопровождалась чудесами. Он «недужных исцелял и чудодействием многих приведе ко Христу». В Печерском патерике, где находится житие св. Кукши, читаем, что современник Кукши, епископ Владимирский преподобный Симон (Симеон) (1214–1226), в послании к блаженному Поликарпу, впоследствии архимандриту Киево Печерского монастыря, писал, что Кукша: «зане вятич и людей неверствием помраченных крести и многих верою просвети. Многи же и велика чудеса сотвори». Он бесов прогнал, «дождь с небесе сведе, езеро иссуши». Ведь в числе обожествляемых стихий была вода, олицетворяемая в образе Купалы, а все озера и реки, по представлению наших предков, были наполнены низшими божествами, носившими общее название «водяных». В них топили в качестве жертвы, привязав камни к ногам, живых людей. Таким образом, иссушенное св. Кукшей озеро имело для вятичей религиозный характер.

Язычники начали креститься. Но далее в Киево Печерском патерике мы читаем, что святой «по многих муках усечен бысть со своим учеником Никоном». Так как св. Симон не называет Никона священномучеником, то, следовательно, он не имел священного сана, а был послушником или келейником Кукши.

По преданию, для молитвы св. Кукша в 12 км от г. Мценска по направлению к Болхову, около правого берега Оки, в лесу на косогоре в 1,5-2 верстах от деревни Карандаково, поставил скитский дом, а рядом сам выкопал «Богомольный», или «страдальческий святой», колодец. В начале ХХ века местные жители говорили, что «св. Кукша жил в этих местах» и кровь пролил в полуверсте от колодцев в лесу при большой дороге у болота, берега которого постепенно сужались. Видимо, августовской ночью язычники напали на миссионерский стан, подвергли иноков мучениям, а затем св. Кукша был отведен в сторону и у болота обезглавлен — мечом «усечен бысть с учеником своим».

Мученическую кончину святого прозрел его духовный брат, подвижник Печерского монастыря блаженный Пимен Постник. Он «посреде церкве печерския велегласно возопи: брат наш Кукша в сей день, противо света убиен есть» и сам преставился. Против света — вероятнее всего, надо понимать, что мученическую кончину он принял на утренней заре 27 августа (9 сентября) 1113 г. Историки прошлого полагали, что убийцами преподобного были жрецы вятичей или их старейшины.

Киевские монахи отправили людей в страну вятичей на поиски тел миссионеров. Прибывшие иноки увезли мощи первокрестителя, которые были помещены в ближние (Антониевы) пещеры лавры, где находятся и поныне. Существовало поверье, что мощи ученика Кукши — Никона откроются в с. Григорово (ныне Болховский район).
Уже спустя пять лет по смерти Кукши можно найти явные следы христианства в городах края. Так, возле Кром в 1147 г. был подписан и утвержден крестным целованием видных вятичей мирный договор Святослава Ольговича с его Черниговскими родственниками. Епископы Порфирий I и Порфирий II на своем пути во Владимир не раз проезжали через мценский край.

Археологические находки также свидетельствуют, что уже в конце XIII века в погребениях вятичей исчезают горшки с ритуальной языческой заупокойной пищей — подношением языческим богам. Археологи находят каменные нательные крестики, относящиеся к этому времени.

Видимо, память о Кукше первое время поддерживалась. Святитель Симон писал, что в его время св. Кукша был всеми знаем и почитаем. По утверждениям крестьян в XIX веке, колодец, у которого был убит просветитель, являлся «святым местом», и богомолье возле него «происходило с незапамятных времен». По преданию, у болота, на месте гибели св. Кукши над «Богомольным», или «страдальческим святым», колодцем его почитатели построили часовню с крестом, где местные жители ежегодно на второй день праздника Троицы собирались на водосвятный молебен перед иконами из приходского храма с. Тельчье. На дороге против колодца был поставлен крест с вделанной кружкой для сбора пожертвований. Однако с течением времени почитание стало ослабевать. К концу XIX века эти сооружения разрушились.

Однако в конце XIX века открывается ряд церковно-просветительских обществ и братств. Во Мценске создается братство в память священномученика Кукши. В 1872 г. вновь назначенный благочинный церквей г. Мценска И. С. Попов обратил внимание на каменную церковь Богоявления, располагавшуюся на кладбище у Стрелецкой слободы. По мере увеличения города она осталась без прихода и пришла в упадок. И. Попов 28 февраля 1876 г. создал при церкви братство священномученика Кукши. Его первым председателем стал военный врач Н. В. Уточкин. В 1894 г. в Синод отправляется депутация с просьбой о перенесении мощей священномученика в Богоявленскую церковь. Несмотря на отказ, мцняне, при содействии Орловского епископа Мисаила, обратились к митрополиту Киевскому Иоанникию, и тот дал согласие на перенос части мощей в г. Мценск. В Киево Печерской лавре заказывается икона из кипарисного дерева с изображением Кукши в облачении. В его правой руке находился покрытый слюдой ковчежец с мощами. Из Мценска за иконой отправился председатель совета братства архимандрит Иоасаф с сопровождением. 25 августа 1895 г. скорым поездом икона была доставлена в г. Орел. Там ее встречали епископ и члены братства. Икона была помещена в Троицкий храм Архиерейского подворья. Впоследствии такая же икона появилась в Болхове. В Киево Печерской лавре готовили и следующую икону для Орла, для Петропавловского кафедрального собора.

Орловский церковно-археологический комитет, возникший в 1900 г. по инициативе епископа Орловского и Севского Никанора, также избрал небесным покровителем Кукшу. В 1901 г. комитет обратился с просьбой о перемещении мощей священномученика в Орел. 27 августа 1905 г. комитет был преобразован в Орловское церковное историко-археологическое общество. Оно также избрало небесным покровителем св. Кукшу. Резолюцией епископа Кириона от 25 февраля 1905 г. было установлено празднование памяти св. Кукши. Указ Синода от 13 августа того же года разрешил празднование 27 августа (9 сентября). В 1909 г. общество вновь обратилось с просьбой о перемещении мощей священномученика в г. Орел. В 1912 г. с этой же просьбой безуспешно обращались в Синод и жители г. Мценска.

В конце августа 1913 года в Орловской епархии широко отмечалось 800 летие со дня кончины Кукши. Во всех храмах епархии прошли торжественные богослужения с молебнами Кукше. Все учащиеся в г. Орле были освобождены от занятий, а все магазины были закрыты, чтобы дать возможность их служащим помолиться. Торжество возглавляли епископ Орловский Григорий, губернатор С. С. Андреевский и члены Государственной думы. Особенное величие празднику придало прибытие на торжество царственной гостьи, Ее Императорского Высочества великой княгини Елизаветы Федоровны. Среди почетных гостей были также наш земляк Флавиан — митрополит Киевский и Галицкий, Мисаил — настоятель московского Симонова монастыря (бывший епископ Орловский), Стефан — епископ Курский и Обоянский и о. Митрофан Сребрянский, ныне прославленный в лике святых. Елизавета Федоровна провела в Орле два дня, остановившись во Введенском женском монастыре. Она участвовала в торжественных молебнах, посвященных Кукше, в главной церкви монастыря, кафедральном Петропавловском соборе и на кадетском плацу (ныне сквер Л. Гуртьева), на котором собралось свыше 15 тыс. человек. 27 августа тысячная толпа паломников направилась к колодцам во Мценском уезде для совершения молебна. Вечером 27 августа в зале Дворянского собрания состоялся торжественный духовный вечер. В его программе были пение хоров и выступления церковных деятелей о Кукше.

23 марта 1914 г. возникло Орловское законоучительное братство священномученика Кукши.

В 1914 г. на праздновании дня памяти Кукши члены Церковного историко-археологического общества застали в Карандаковском лесу уже около 2000 человек. Народу было так много, что все окружавшие колодец возвышенности и лощины оказались занятыми. Жители деревни Карандаково в 1914 г. начали сбор средств на возведение каменной часовни у места гибели святого.

В годы гонений на православие имя Кукши не было забыто. В 1999 г. был создан скит св.  Кукши на месте его убиения во Мценском районе. В 2012 году, в соответствии с прошением архиепископа Орловского и Ливенского Антония и по благословению Священного синода он был преобразован в монастырь.

Виктор Ливцов
«Орловская правда»

Преподобный Кукша — просветитель вятичей

1. Печерская обитель

Имя преподобного Кукши (или Купши), инока Киевского Печерского монастыря, проповедовавшего христианскую веру среди язычников-вятичей и принявшего от них мученическую смерть в начале XII века, едва ли говорит что-то большинству современных читателей. Это кажется особенно странным, потому что вятичи, как известно, — самое восточное из всех восточнославянских племен и именно их обычно считают своими ближайшими предками жители многих областей Центральной России. А значит, преподобномученик Кукша, «апостол вятичей» (как иногда именуется он в церковной литературе), должен был бы почитаться одним из главных просветителей и крестителей нашего Отечества.

А между тем в древней Руси, не в пример нам, о его подвиге знали и помнили. Спустя много лет после его мученической гибели епископ Владимиро-Суздальский Симон (1214-1226), один из авторов Патерика Киевского Печерского монастыря (сборника рассказов о житии и подвигах печерских монахов), так писал о нем в своем послании к печерскому же постриженнику Поликарпу: «Как добровольно можно умолчать об этом блаженном черноризце… о котором всем известно, как он бесов прогнал, и вятичей крестил, и дождь с неба свел, и озеро иссушил, и много других чудес сотворил, и после многих мучений убит был с учеником своим»(1). Рассказывая о других печерских старцах, епископ Симон ссылался обычно на какие-то литературные источники: например, на Житие основателя Киево-Печерского монастыря преподобного Антония или на так называемую Печерскую летопись (оба памятника, к сожалению, не дошли до нашего времени). В рассказе же о Кукше ограничился словами: «…его же вси сведають» — то есть ясно дал понять, что известность преподобного выходила далеко за рамки Печерской обители и достигала пределов его епархии — Владимиро-Суздальской Руси.

Киевский Печерский монастырь, с которым, очевидно, была связана большая часть жизни преподобного Кукши, ведет свою историю с 40-х годов XI века, когда русский инок Антоний, постриженник одного из греческих афонских монастырей, вернувшись на Русь, обосновался на крутом, поросшем лесом берегу Днепра, в окрестностях стольного града Киева, близ княжеского села Берестовое. По преданию, пещерку, в которой поселился Антоний, «ископал» будущий киевский митрополит Иларион, ближайший сподвижник князя Ярослава Мудрого, тогда еще священник берестовской церкви Святых Апостолов. Со временем к Антонию начали приходить братия, и так возник монастырь, получивший название Печерского. При первых игуменах — Варлааме, великом подвижнике Феодосии и его преемнике Стефане — монастырь постепенно вышел на поверхность; киевский князь Изяслав Ярославич даровал ему землю на берестовской горе, а затем была построена церковь во имя Успения Пресвятой Богородицы, получившая название «Великой».

С самого своего возникновения монастырь сильно отличался от других тогдашних русских монастырей — и более строгими порядками, и исключительными подвигами братии. Рассказы о первых печерских подвижниках наполнены описаниями их борьбы с искушениями плоти. Монахи годами жили в пещерах, на хлебе с водой, облачались во власяницы, сносили лютую стужу, живыми закапывали себя в землю… В этот, начальный период развития русского христианства нащупывались различные пути к пониманию истинной сущности нового учения. Путь обретения спасения и вечной жизни, предложенный Антонием, — через физическое страдание и внешнее самоотречение — был тяжек, почти неосуществим, но он поразил воображение русских людей и поднял авторитет монастыря на недосягаемую высоту. Уже при игумене Феодосии в монастырь из Константинополя был привезен Студийский монастырский устав, который стал соблюдаться здесь очень строго и затем постепенно распространился на другие русские обители. «Оттого почтен монастырь Печерский старше прочих», — писал по этому поводу киевский летописец(2). Важно отметить и другое. Печерский монастырь возник совершенно независимо от княжеской власти, что было совсем не обычно для того времени, когда большинство русских обителей основывалось князьями. «Многие ведь монастыри от князей, и от бояр, и от богатства поставлены, — процитируем вновь летописца, — но не суть таковы, какие поставлены слезами, пощением, молитвой, бдением. Антоний ведь не имел ни злата, ни сребра, но добился всего слезами и пощением»(3). Все это очень скоро позволило печерским игуменам претендовать на нравственное руководство русским обществом и принесло монастырю славу первого истинно православного на Руси.

Уже со второй половины XI века монастырь становится настоящим рассадником святости и поставщиком епископских кадров для молодой Русской Церкви. Так, постриженниками Печерского монастыря были святой Леонтий, епископ Ростовский, принявший мученическую смерть от язычников, вероятно, в 70-е годы XI века; его преемник на ростовской кафедре святитель Исаия; епископы Переяславские Николай и Ефрем; святые Никита и Нифонт Новгородские и многие другие. Епископ Владимиро-Суздальский Симон (также постриженник Печерского монастыря) полагал, что к 20-м годам XIII века таковых иерархов-печерян насчитывалось уже около пятидесяти человек.

Исключительную роль сыграл Печерский монастырь и в развитии русской культуры, особенно книжной. Здесь создавались первые редакции древнейшей из дошедших до нашего времени русских летописей — «Повести временных лет», один из авторов которой прямо называл себя «худым и недостойным рабом» (то есть учеником) преподобного Феодосия. Творил здесь и знаменитый Нестор, считающийся (может быть, и не вполне справедливо) автором русской летописи, но достоверно известный как автор двух других выдающихся произведений древнерусской литературы — «Чтения о житии и о погублении блаженных страстотерпцев Бориса и Глеба» и «Жития преподобного отца нашего Феодосия, игумена Печерского». В Печерском монастыре жил и первый известный нам по имени русский иконописец — преподобный Алипий (Алимпий), ученик греческих мастеров, приехавших в Киев из Константинополя для росписи «Великой» Печерской церкви; и «безмездный лечец» Агапит, прославившийся своим искусством врачевателя и излечивший от тяжелой болезни, среди прочих, князя Владимира Всеволодовича Мономаха; и книжник Григорий, владелец хорошо известной в Киеве библиотеки; и не менее знаменитый князь-инок Святослав-Никола Давыдович, прозванный Святошей, который первым из русских князей отрекся от мира, предпочтя земной власти вечную молитву в стенах обители; и многие другие подвижники, прославившиеся в Киеве и по всей Русской земле своим даром чудотворения…

«Иконник» Алипий и Нестор-Летописец, Агапит-«лечец» и Никола-Святоша, а также многие другие знаменитые печерские старцы были, по-видимому, современниками и, более того, собеседниками и сподвижниками преподобного Кукши. Одни и те же молитвы возносились ими к Богу в «Великой» Печерской церкви; одни и те же идеи, витавшие в русском христианском обществе, давали им пищу для размышления и духовного подвига. Едва ли не самой актуальной для образованных русских людей в XI -XII веках становилась идея особой избранности Руси, «в последние времена» пришедшей к Богу. Лишь недавно крестившаяся Русь, подобно «работникам одиннадцатого часа» из знаменитой евангельской притчи о виноградаре, нанимавшем работников в свой виноградник и расплатившемся с ними поровну, «начав с последних до первых» (Мф. 20: 1-16), претендовала на то же воздаяние, что и народы, ранее пришедшие к христианству. Более того, буквально принимая евангельскую заповедь: «Будут последние первыми, и первые последними» (Мф. 20: 16), русские книжники не сомневались в том, что Господь, вспомнив о них и приблизив их к Себе именно «в последние времена» (а о приближении конца света в то время говорили и думали во всем христианском мире), проявил тем самым особую заботу о Своей русской пастве. «…Но вот благоволил небесный Владыка… в последние дни милость проявить к ним и не дал им до конца погибнуть в прелести идольской», — восклицал, имея в виду всех русских людей, диакон Нестор в своем «Чтении о Борисе и Глебе»(4). Распространение христианской веры «от края и до края» Русской земли казалось подлинным торжеством воплощения Божественного замысла, достойным завершением всей мировой истории, последним значимым событием, которое должно было — в соответствие с христианским учением о конце света — непосредственно предшествовать Второму пришествию Спасителя и Страшному Суду(5). И можно полагать, что именно эта идея, а вместе с ней и глубокое осознание своей личной ответственности перед Богом за судьбы мира влекли православных миссионеров в области, населенные язычниками, в самые отдаленные уголки Русской земли.

К началу XII века язычество еще оставалось религией значительного числа жителей древней Руси, особенно сельского населения. Не только в глухих уголках Ростовской или Муромской земель, но и в южной, более развитой экономически и политически части Русского государства сохранялись настоящие заповедники почти нетронутого язычества. Археологи обнаруживают следы языческих святилищ, просуществовавших до самого монголо-татарского нашествия: на них совершались языческие обряды и приносились жертвоприношения, и княжеская власть, кажется, не предпринимала никаких усилий для того, чтобы их уничтожить(6). Из показаний письменных источников мы также знаем о том, что и в XI, и в XII веках, и позднее жители сел и даже городов Руси, наряду с посещением храмов, совершали языческие тризны и молились старым божествам. В течение долгого времени княжеская власть, что называется, сквозь пальцы смотрела на сохранение языческих пережитков, особенно если речь шла о неславянском, финно-угорском населении — чуди, мери, муроме и других обитателях окраин Древнерусского государства. Как раз в конце XI — XII веке в «Чудском конце» Ростова (населенном мерянами) проповедовал преподобный Авраамий, будущий основатель Ростовского Богоявленского монастыря; именно ему, а не представителям княжеской администрации, пришлось уничтожать изваяние языческого бога Велеса, которому открыто поклонялись местные жители. Приблизительно в то же время с язычеством в Муроме столкнулся князь Константин Муромский, причтенный впоследствии к лику святых. В 70-е годы XI века среди мерян (финно-угорского населения Северо-Востока Руси) проповедовал святитель Леонтий, епископ Ростовский, а после его смерти — святитель Исаия. Во второй половине XII столетия или, может быть, несколько позже в глухие вологодские леса ушел из Киева постриженник одной из киевских обителей преподобный Герасим, основатель вологодского Троицкого монастыря. Русские иноки достигали с проповедью Слова Божия и Половецкой Степи, и мусульманской Волжской Болгарии. Но, пожалуй, наиболее выдающимся из русских проповедников-миссионеров домонгольской поры следует признать преподобного Кукшу — просветителя вятичей.

2. Кукша или Купша?

К сожалению, краткое Слово епископа Симона из Киево-Печерского патерика является по существу единственным источником наших сведений о святом: более никакими данными о нем мы не располагаем. А потому даже самые общие, самые приблизительные контуры его биографии могут быть очерчены лишь сугубо гипотетически.

Так, нам неизвестно точное время жизни преподобного Кукши. В старой справочной и церковной литературе его смерть, как правило, датируется временем около 1215 или 1217 года(7). Но это, по-видимому, тот редкий случай, когда церковная традиция не удревняла, а омолаживала то или иное событие своей истории (значительно чаще случалось наоборот). Автор Слова о Кукше и ряда других сказаний Печерского патерика епископ Симон покинул монастырь прежде 1206 года, когда стал игуменом Рождественского монастыря во Владимире, — но он нигде не дает знать, что повествует о своем современнике, жившем в обители одновременно с ним; напротив, в его сказаниях речь идет о «прежде просиявших» иноках; по его собственным словам, он рассказал Поликарпу «малое из того многого», что сам слышал, еще пребывая «в том божественном и святом монастыре Печерском». Слово о Кукше и скончавшемся одновременно с ним иноке Пимене Постнике расположено между другими рассказами Симона, которые, похоже, выстроены в хронологическом порядке: так, перед Словом о Кукше и Пимене читаются Слова о преподобном Евстратии Постнике (принявшем мученическую смерть от иудея-работорговца в городе Херсонесе в Крыму в 1097 году) и Никоне Сухом (попавшем в плен к половцам одновременно с Евстратием, но скончавшемся значительно позднее); за Словом о Кукше следуют Слова об Афанасии Затворнике (время его жизни неизвестно) и преподобном Святоше, князе Черниговском, принявшем пострижение в Печерском монастыре в 1107 году и скончавшемся после 1141 года. Следовательно, жизнь и подвиги инока Кукши должны прийтись, по крайней мере, на первую половину XII века.

В Киево-Печерском патерике можно найти и другие датирующие признаки, позволяющие несколько уточнить время жизни преподобного. Из сочинения Симона нам известно, что в тот самый день, в который погибли преподобный Кукша и его ученик, в Печерском монастыре скончался еще один старец, блаженный Пимен, прозванный Постником: перед самой своей смертью, стоя посреди церкви, он во всеуслышание воскликнул: «Брат наш Кукша ныне на рассвете убит!». «И сказавши это, умер в одно время с теми двумя святыми», — рассказывает Симон. Пимен же Постник — лицо более известное, нежели Кукша; он был современником многих печерских подвижников, о которых также рассказывается в Киево-Печерском патерике. В конце 70-х годов XI века Пимен, очевидно, уже пользовался значительным авторитетом в обители и был далеко не молодым человеком: его имя упоминается в рассказе об изгнании бесов из знаменитого печерского затворника Никиты, будущего епископа Новгородского и чтимого русского святого, причем следует здесь сразу же за именами тогдашнего игумена Печерского монастыря Никона Великого и его преемника Иоанна и ранее имен других знаменитых подвижников — будущего ростовского епископа Исаии, Григория Чудотворца, будущего печерского игумена, а затем епископа Черниговского Феоктиста и других(8). Даже если Пимен прожил долгую жизнь и преставился в глубокой старости, едва ли его кончина, а значит, и кончина Кукши могла случиться позднее первой половины, а скорее даже первой четверти XII века(9).

(В нашем распоряжении имеется еще один источник, на основании которого с некоторой долей вероятности можно предположить, что преподобный Кукша жил в Киеве в самом начале XII века и был современником киевского князя Владимира Всеволодовича Мономаха; но об этом ниже.)

Разумеется, ничего не знаем мы и о том, откуда пришел Кукша в Печерский монастырь, кем был до пострижения и сколько времени провел в обители до того, как отправился в свой последний, крестный путь. Историки высказывают предположение, согласно которому преподобный сам был родом из вятичей, чем якобы и может быть объяснено его горячее желание просветить светом христианской веры своих единоплеменников(10). В принципе это не исключено. Мы знаем, что в Печерском монастыре принимали пострижение выходцы из разных городов и областей Руси, в том числе и отдаленных от Киева, таких, например, как Курск (откуда пришел в Киев преподобный Феодосий) или Торопец (его уроженцем был преподобный Исаакий Затворник). Известно также, что еще в конце X века значительное число «лучших мужей» из Вятичской земли были переселены с семьями князем Владимиром Святославичем в города-крепости, построенные им по рекам Десне, Остру, Суле, Стугне и другим для защиты южных рубежей Руси от ее злейших врагов печенегов. Преподобный Кукша вполне мог принадлежать к потомкам одного из таких семейств, а если так, то это обстоятельство, несомненно, должно было способствовать успеху его проповеди среди вятичей(11). Но это, повторимся, не более чем предположение, увы, ничем не подтверждаемое.

Некоторый свет на происхождение Кукши могло бы, наверное, пролить его имя — очень необычное для инока. Однако с именем преподобного все обстоит также очень непросто.

Прежде всего, надо сказать, что имя Кукша — явно языческое, а не христианское. Употребление языческих имен — явление довольно распространенное в древней Руси. В первые столетия после Крещения и вплоть до XIV-XV веков, а то и позднее, здесь были в ходу, как правило, два имени, причем крестильное (то есть даваемое при крещении) употреблялось в быту значительно реже, чем исконно славянское, языческое. Даже лица духовного звания нередко называли себя языческими именами или прозвищами — таковы, например, новгородский «поп Упырь Лихой», переписавший в 1047 году книгу Толковых пророчеств для новгородского князя Владимира Ярославича, «поп пономарь» Кохан или «поп, глаголемый Лотыш, с Городища» (оба жили в XIII веке и известны по припискам к рукописям) или тверской диакон Дудко, упоминаемый в летописном рассказе о восстании в Твери в 1327 году (число примеров можно значительно умножить). Но среди иноков Печерского монастыря языческое имя Кукши следует признать исключением. (Во всяком случае, в Печерском патерике мы встречаем еще только одного подвижника, именуемого славянским, а не христианским именем, — это знаменитый князь-инок Святоша-Никола. Прозвище Святоша — очевидно, сокращение от княжеского имени Святослав, приобретшее к тому же дополнительный и вполне определенный смысл. Но и Святошу автор Патерика именует не одним только славянским именем, как Кукшу, но и христианским — хотя, кажется, крестильным, а не монашеским, — Николай.) Полагают, что имя Кукша происходит от названия птицы: кукша, или ронжа (Cractes infaustus), представитель семейства вороновых, распространена по всему северу Евразии; по крайней мере, до конца XIX века она обитала и в тех областях Центральной России, в которых жили вятичи и где, следовательно, проповедовал святой(12). Но все дело в том, что, как выясняется, имя вятичского миссионера нам в точности не известно. Большинство списков Киево-Печерского патерика, а также церковная традиция с уверенностью называют его Кукшей. Но в Арсеньевской, наиболее ранней редакции памятника, в том числе и в древнейшем Берсеневском списке, датируемом 1406 годом, имя преподобного названо иначе — Купша (причем трижды в одном и том же написании, что исключает возможность случайной описки)(13). А имя Купша может быть и сокращением церковного имени Киприан (в русском произношении Куприян).

Преподобные сщмч. Кукша и мч. Никон Печерские

Кукша Печерский (+ после 1114), священномученик.

Память 27 августа, в Соборе преподобных отцов Киево-Печерских Ближних пещер, в Соборе всех преподобных отцов Киево-Печерских, в Соборах Брянских, Рязанских, Тульских святых

Святитель Симон, епископ Владимирский и Суздальский (XII в.), в послании к преподобному Поликарпу, архимандриту Печерскому (+ 1182), писал о преподобном Кукше:

«Как могу достойно прославить святых мужей, бывших в святом Печерском монастыре, в котором язычники крестились и становились иноками, а иудеи принимали святую веру? Но я не могу умолчать о блаженном священномученике и черноризце сего монастыря Кукше, о котором все знают, что он прогонял бесов, крестил вятичей, дождь свел, иссушил озеро, сотворил многие другие чудеса и после многих мук убит был с учеником своим Никоном».

Кончину священномученика Кукши прозрел преподобный Пимен Постник. Став среди Великой Печерской церкви, он громко сказал: «Брат наш Кукша убит на рассвете!»

Преподобный священномученик Кукша проповедовал у вятичей во времена святителя Феоктиста, епископа Черниговского (1113-1123). Он был погребен так же, как преподобный Пимен Постник, в Ближних пещерах.

Тропарь Кукше, сщмч. и Пимену постнику, Печерским, в Ближних пещерах

Мученическою кровию, священне Кукше, / в проповеди Евангелия со учеником ти, блаженным Никоном, честне украсивыйся, / и Пимене, в постничестве светозарно просиявый, / в един день и час внидосте в свет незаходимый, / идеже молитеся Господеви, / да подаст нам велию милость.

Использованные материалы

  • Житие на сайте «Православный календарь»
    • (икона)

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *