Памяти монаха Лазаря (Афанасьева)

5 марта 2020 года исполняется пятая годовщина со дня упокоения духовного писателя, оптинского постриженника монаха Лазаря (Афанасьева).

Завершив паломничество в Оптину пустынь в ноябре 2019 года и пропев «Вечную память», стоим в молчании на монастырском кладбище перед могилой монаха Лазаря (в миру – Виктора Васильевича Афанасьева), выдающегося исследователя русской поэзии, литературоведа, поэта, историка Церкви. Он скончался в Москве 5 марта 2015 года в больнице святителя Алексия на 83-м году жизни. Вспоминаю проникновенные, как слова молитвы, строки монаха Лазаря об Оптиной пустыни:

Помним и славим,

Знаем и любим

Сильным и слабым

Милую людям

Ныне и присно,

Тайно и устно

Божию пристань –

Оптину пустынь.

По Промыслу Божиему оптинский постриженник, монах Лазарь, написавший их жития, упокоился здесь рядом с могилами убиенных оптинских насельников: иеромонаха Василия, инока Ферапонта и инока Трофима. По словам публициста Марины Бирюковой, «монах Лазарь (Афанасьев) похоронен на кладбище Оптиной пустыни среди тех ее покойников, о каждом из которых их брат Лазарь подробно и с великой любовью рассказал в своем оптинском патерике «Вертоград старчества». Оптинская летопись приросла его страничкой, его судьбой, его монашеством, его песнью к Богу».

Поэзия монаха Лазаря, по словам профессора Московской духовной академии М. М. Дунаева (1945–2008), «подлинная и православная по духу» (6-й том его фундаментального труда «Православие и русская литература», где творчеству монаха Лазаря посвящен специальный раздел!).

…Мне, увы, не довелось знать его лично. Но для меня, как и для многих, книги монаха Лазаря были и остаются настольными. Из-под его пера вышло более 50 популярных книг. Читателю хорошо известны его биографические сочинения о русских поэтах XIX века. Он автор и духовных книг: жизнеописаний великих подвижников, как древних, так и прославленных в наше время: преподобных отцов Антония Великого, Нила Сорского, Серафима Саровского, Оптинских старцев.

***

Глубокое уважение вызывает такая грань в его судьбе: не имевший систематического образования (не только филологического, но и вообще высшего образования Виктору Афанасьеву получить не удалось!), он был глубочайшим знатоком русской литературы.

Семья после Великой Отечественной голодала, и Виктор должен был работать. Учился в ремесленном училище при типографии «Правды» на переплетчика, служил в армии, работал в московских театрах рабочим сцены.

Стихи Виктор Афанасьев начал печатать с 1946 года. Его учителями на литературном поприще стали поэты Павел Антокольский, Юрий Верховский, Семен Гудзенко, переводчик Сергей Шервинский. Многие его стихи положены на музыку. А за полгода до своей кончины монах Лазарь написал стихотворение «Минута воспоминаний» (25 августа 2014):

Этот холод, туман, этот дождь проливной

Пахнет детством моим и великой войной.

Мне всего лишь двенадцать тогда было лет,

А уж был я душой настоящий поэт.

Как я впитывал радостно пушкинский дух,

На стихи как настроен был тонко мой слух.

Пушкин, Лермонтов, Вяземский, Глинка, Козлов –

Это море родных поэтических слов.

Не хватало еды, но питалась душа,

А война громыхала, ничуть не страша.

Русской лиры прекрасный и солнечный звук

Красотою бессмертной покрыл всё вокруг.

Так в России, уж видно, бывает всегда:

Вместе радость и боль, красота и беда.

«Судьбы поэтов никогда не были легкими, особенно в России. Виктор Афанасьев начал подбирать рифмы еще в детстве, – рассказывает о своем близком друге профессор МГУ имени М. В. Ломоносова Владимир Алексеевич Воропаев. – Ему было девять лет, когда началась Великая Отечественная война, которая и ему принесла тяжелые испытания, продолжившиеся и в послевоенные годы. Учиться не пришлось – надо было работать. Свой трудовой стаж писатель исчисляет с 1943 года, когда он стал работать помощником продавца в букинистическом магазине; потом учился переплетному делу и в дальнейшем освоил немало разных профессий и побывал во многих отдаленных уголках России. Однако при этом он постоянно занимался самообразованием, много писал».

В 1971 году Виктор Афанасьев принят в Союз писателей СССР.

«Он не был связан идеологическими установками, – подчеркивает писатель Дмитрий Шеваров. – Пока другие воспевали стройки и грезили полетами на Марс, Афанасьев взялся переводить на современный русский язык «Задонщину». Павел Антокольский написал в предисловии: «Молодой поэт Виктор Афанасьев, издавна увлеченный родной историей и написавший ряд интереснейших стихотворений на основе этого своего увлечения, точно и поэтично перевел «Задонщину». Он передал ее тоническими размерами, большей частью рифмованными… Перевод Виктора Афанасьева впервые вводит замечательный поэтический памятник русского четырнадцатого века в нашу поэзию, в школьную хрестоматию, в обиход советских читателей…»».

Вспоминает Владимир Воропаев: «…и вот в начале 1970-х годов уже зрелый поэт, издавший несколько поэтических сборников, почувствовал, что не может больше написать ни одной строчки. Источник оказался исчерпанным. Всегда любивший русскую поэзию и хорошо знавший ее, Виктор Афанасьев серьезно занялся изучением жизни и творчества поэтов первой половины ХIХ века, засел в архивы и библиотеки. Начали появляться книги – документальные повествования».

В 1970-е – 1980-е годы издательство «Детская литература» выпускает серию книг Виктора Афанасьева о жизни и творчестве русских поэтов первой половины XIX века: И. И. Козлова (1977), К. Н. Батюшкова (1987), Н. М. Языкова (1990). Наибольшую известность получили биографии К. Ф. Рылеева (1982), В. А. Жуковского (1986) и М. Ю. Лермонтова (1991), вышедшие в серии «Жизнь замечательных людей». Некоторые его коллеги, наверное, были бы удовлетворены уже этой творческой работой. Но не требовательный к себе Виктор Афанасьев.

«Биографии поэтов вдруг отошли в сторону, когда Господь вразумил Виктора Афанасьева взяться за жизнеописание преподобного Серафима, Саровского чудотворца. Это была первая полная биография великого святого («Дивный старец», 1993), вызвавшая поток читательских откликов, – подчеркивает Владимир Воропаев. – С этого времени и началась близкая душе православного писателя работа. Затем вышла «Жизнь святого Антония Великого», напечатанная Издательским отделом Московской Патриархии (1994). Оптиной пустынью были изданы «Житие священномученика архимандрита Исаакия» (1994) и «Житие Оптинского старца Варсонофия» (1995)».

А что же стихи?!

«До осени 1995 года Виктор Афанасьев не писал стихов, хотя и делал попытки, – вспоминает Владимир Воропаев. – Но вдруг (именно так) появился целый цикл духовных стихотворений. Поэт был несколько смущен: надо ли продолжать? Есть ли на то воля Божия? И решил испросить благословения у близкого ему духовно оптинского иеромонаха и тогдашнего скитоначальника отца Михаила (Тимофеева). Послал стихи с твердой решимостью в случае неодобрения не писать их более. Но одобрение было получено. Через год вышел первый сборник духовных стихотворений Виктора Афанасьева «Лествица» (1996). Появились публикации стихов в журналах и альманахах. Затем вышел сборник духовных стихотворений и поэм «Зреет жатва» (1999)».

***

В 1999 году Виктор Афанасьев принял монашеский постриг. Он был наречен Лазарем в честь преподобного Лазаря-иконописца.

«Постригал его схиархимандрит Илий (Ноздрин) на московском подворье Оптиной пустыни в Ясеневе, – вспоминает Владимир Воропаев. – С этого времени оптинская тема стала едва ли не главной в творчестве монаха Лазаря. Им написаны жития Оптинских старцев (помимо Исаакия и Варсонофия) – преподобных Моисея, Антония, Нектария, – книги «Житница жизни» (2005), «Оптинские были» (2011), «Древо чудоточное» (2011)».

Вспоминает Дмитрий Шеваров: «…так родился монах Лазарь. Но это событие не зачеркивало жизнь Виктора Васильевича, которому было тогда уже 67 лет, а венчало его долгий путь поэта, переводчика, литературоведа. Познакомился я с батюшкой благодаря Тамаре Михайловне Казаковой, лингвисту, публикатору святоотеческих текстов, вдове писателя Юрия Казакова. Она сказала, что есть такой исследователь, монах Лазарь, который всю жизнь посвятил золотому веку русской поэзии. Я сразу же позвонил ему, и он живо откликнулся. В нем было огромное стремление помочь, подсказать, одарить. Каждого, кто вслед за ним устремлялся в девятнадцатый век, он принимал как собрата».

Монах Лазарь продолжает жить в Москве, а с 2006 года – в Сергиевом Посаде.

«Став монахом уже на пороге старости, отец Лазарь по множеству своих недугов не мог нести обычные монашеские послушания, – рассказывает Дмитрий Шеваров, – и поэтому в самой Оптиной пустыни он не жил. Он сердцем пребывал там, а жил в Москве или Сергиевом Посаде. Из Оптиной, как он сам вспоминал, мешками привозили ему старинные документы из библиотеки, из сохранившегося архива, документы, которые никогда не публиковались. И он приступил, пожалуй, к своему главному труду – написанию истории Оптиной пустыни. Эту историю он решил написать в портретах Оптинских старцев. И оказалось, что многие его прежние герои – писатели и поэты – связаны были с Оптиной: русскую литературу XIX века трудно представить без влияния этого духовного центра. Получилась книга не только об истории обители, но и об истории духовного влияния Оптиной на всю русскую жизнь, не только на литературу. И вот, уже после смерти отца Лазаря, эта его главная работа увидела свет в издательстве Московского подворья Троице-Сергиевой лавры. Книга называется «Вертоград старчества. Оптинский патерик на фоне истории обители»».

Кроме этого, монах Лазарь пишет православные детские сказки. Самая известная и мудрая из его книг для детей – «Удивительные истории маленького Ёжика» (она выдержала огромное число переизданий!).

Вспоминает Дмитрий Шеваров: «Последние годы отец Лазарь был прикован к постели тяжелой болезнью… Жили Афанасьевы в Сергиевом Посаде в маленьком деревянном домике на Козьей горке. Это недалеко от железной дороги, и во время наших бесед по телефону я даже слышал отдаленный стук пролетающих электричек. Он мне сказал удивительные слова, когда я спросил, что это там: «А это электричка пролетела – я отличаю электричку от грузового состава. – И после паузы: – А по ночам, когда у меня болит спина (а он мучился страшными болями, в больнице лежал в неврологическом отделении) и не могу уснуть, я всегда молюсь за пассажирские поезда, за пассажиров электричек»».

По словам Дмитрия Шеварова, «монах Лазарь… имел редкий (особенно в наши дни!) дар уводить читателя от тьмы и приближать к свету. Его исследования о русских поэтах, стихи, рассказы из истории Оптиной пустыни, сказки для детей – все они исполнены того легкого и тихого света, которым может поделиться лишь по-настоящему счастливый человек».

***

Духовным дневником в стихах стал посмертный сборник монаха Лазаря «Добрая весть» (2015). О его удивительном духовном пути и удивительной литературной судьбе рассказал в предисловии Владимир Воропаев. Среди стихотворений сборника обращает на себя внимание одно из последних, написанных монахом Лазарем 30 июля 2013 года:

Заходит солнце, и по полкам книг

Скользят его лучи, как бы привет прощальный.

Мне по душе спокойный этот миг

И даже то, что он чуть-чуть печальный.

Хранитель Ангел мой невидимо со мной:

Я за молитву – он со мною рядом,

И два раба, небесный и земной,

Устремлены душевным к Богу взглядом.

Безгрешен Ангел. Я… что говорить?

А если бы не он, то было б много хуже…

Оставь он Бога за меня молить –

Быть мне в геенских пламени и стуже.

Закат… Лучи уже не золото, а медь,

Темнеет небо… Ночь уж на пороге…

Из нас кто не боится умереть?

Но вера места не дает тревоге.

Друзья, родные – многие уж там!

А мiр всё холоднее и жесточе…

Вот солнце и зашло… Что принесешь ты нам,

День, возсиявший после этой ночи?

Рецензию на сборник написал писатель Николай Кокухин:

«…с монахом Лазарем, – отмечает он, – меня связывала теплая задушевная дружба. Я часто бывал у него в гостях, мы подолгу разговаривали на духовные темы, о русских писателях, помогали друг другу готовить к изданию свои книги, размышляли о судьбах России, вместе молились о ее спасении. Мы понимали друг друга с полуслова, с полунамека, с полудогадки – мы были единомышленниками; наши сердца бились в унисон, в евангельский унисон. У него было несколько тяжелых недугов, но он переносил их стоически, по-мужски, не показывая своих страданий другим людям. Я ни разу не видел на его лице гримас страдания, не слышал от него жалоб и тяжких вздохов.

Среди русского народа существует благочестивое верование, что во дни Светлой седмицы двери Рая открыты и души праведников беспрепятственно входят в Царствие Небесное. Сороковой день после кончины монаха Лазаря выпал на первый день Пасхальной седмицы. Вполне возможно, что его душа вошла в Рай без каких-либо осложнений.

Музы бывают разные. Н. Некрасов, например, назвал свою Музу «Музой мести и печали». Муза монаха Лазаря – это Муза любви и сострадания. Его Лира звучала на земле свободно и красиво, легко и благозвучно. Там, на небесах, будем надеяться, его талант раскрылся в полную силу и Лира зазвучала еще выразительнее и ярче».

***

Вспоминает Владимир Воропаев: «…в свое время святитель Филарет, митрополит Московский, узнав, что Иван Киреевский похоронен в Оптиной пустыни рядом со старцем Леонидом, изумился, какой великой чести он удостоился. С того времени монах Лазарь, нашедший свой последний приют среди дорогих ему могил, первый большой русский писатель, погребенный на братском кладбище великой обители».

Об этом пророчески размышлял в статье «Лучшие годы моей жизни протекли под кровом преподобного Сергия» и сам монах Лазарь: «…если мирские критики и исследователи литературы полагают, что писатели, создающие книги для христианского просвещения народа, не нужны, то вот факты, над которыми полезно задуматься: могила Пушкина находится в ограде Святогорского монастыря, могила Гоголя – в Даниловом монастыре и Киреевского – в Оптиной пустыни, а место упокоения замечательного ученого и писателя М. В. Толстого – в ограде великой обители – Свято-Троицкой Сергиевой лавры. Завидная участь для каждого делателя на ниве Христовой».

И еще одно из последних стихотворений монаха Лазаря (14 мая 2014):

Небо, не так уж далекое,

Теплой лазурью слепит…

Чистое, белое, легкое,

Облако в небе стоит.

Не оставляй Божественной молитвы. Оптинские старцы о молитве Иисусовой. Обложка мягкая. Бумага газетная. 64 стр. Размеры 200х145 мм.

Не оставляй Божественной молитвы. Оптинские старцы о молитве Иисусовой.

Описание

«Молитва Иисусова не может быть крепка без крепких скорбей. А чтобы утвердилась молитва, лучшее самое средство — терпеть скорби и презрение! А без сего делания тяжка и безотрадна жизнь иноческая».
Преподобный Анатолий (Зерцалов)

ПРЕДИСЛОВИЕ
По завету преподобных Старцев Оптинских
I ПРЕПОДОБНЫЙ АНАТОЛИЙ (ЗЕРЦАЛОВ)
Сердце — фитиль, молитва — огонь
II ПРЕПОДОБНЫЙ ВАРСОНОФИЙ
Музыка души приобретается Иисусовой молитвой
Постигая совершенства Божий
…И обретете мир душевный
Пламень огненный
Больше не буду унывать!
Именем Моим
Как свечи, догорают
Сохранит от всякого зла
Иной страны сияющая даль

III ПРЕПОДОБНЫЙ НИКОН
Молитва, которую никто не отнимет…
Из келейных записок о. Никона (Беляева)
Из воспоминаний духовных чад о. Никона (Беляева)

Иеросхимонах Сергий (Четвериков)
Перед лицом Живого Бога (Вместо послесловия)

ПРИЛОЖЕНИЕ
ПРЕПОДОБНЫЙ АМВРОСИЙ
Держитесь смирения (Размышления о молитве)

Это мне тетя отправила. Чудесные стихи. Прочитайте. Удивительные стихи.

Баллада о запахах

Оптина пустынь

На кухне я готовлю завтрак,
Как пахнут кофе и халва!
А может быть, имеют запах
И наши чувства, и слова?

Любовь, к примеру, пахнет розой,
А детский лепет — молоком,
А слово доброе — мимозой,
Ромашкой или васильком…

Словесный мат, простите, смрадом,
И, как невидимый палач,
Он побивает, будто градом,
Росточки счастья и удач.

Какая красочная дыня!
Разрезала, а там — труха…
Наверно, пахнет так гордыня,
Родоначальница греха.

Улыбка пахнет шоколадкой,
И комплимент — конфетой сладкой,
Покой — домашним пирогом,
А гнев — горячим утюгом!

В свободе слышу запах моря,
Так пахнут ветер и цветы,
А если кто друг с другом в ссоре,
Там запах серной кислоты…

Духами пахнет благородство,
Доброжелательность и мир,
А свалкой мусорной уродство,
Обжорство, пьянство и трактир…

Унынье — как тяжёлый камень,
Всегда у мира на виду,
А нежность пахнет лепестками
Цветущей яблони в саду!

Пусть будет счастья добрый запах
И аромат красивых слов!
На кухне я готовлю завтрак —
Печенье, кофе и любовь!

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *