Воздушное сражение на Кубани

Воздушное сражение развернувшееся в небе Кубани в апреле-июне 1943 года стало одним из крупнейших воздушных сражений Второй Мировой войны и было составной частью советского наступления на Кавказе. Данное сражение разбилось на несколько эпизодов и не прекращалось более двух месяцев. Обе стороны наращивали авиационное присутствие в регионе, поэтому борьба в воздухе была масштабной и жестокой. В некоторые дни в небе проходило до 50 воздушных боев с участием до 70 самолетов с каждой стороны. Одну из главных ролей в сражении сыграли советские истребители нового поколения. Впервые за все время Великой Отечественной войны, советские летчики навязали люфтваффе свою волю, активно мешали и противодействовали выполнению немцами своих боевых задач.
К середине апреля 43 года немцы сосредоточили на аэродромах Кубани и Крыма основные силы своего 4-го воздушного флота – около 820 самолетов. Дополнительно они могли привлекать еще около 200 бомбардировщиков с аэродромов на юге Украины. Всего 4 воздушный флот насчитывал более 1000 самолетов: 580 бомбардировщиков, 250 истребителей и 220 разведчиков. Для поддержки сюда были переброшены лучшие истребительные эскадры Германии: 3-я «Удет», 51-я «Мельдерс», 54-я «Зеленые сердца», вооруженные последними моделями истребителей Me-109 и Fw-190. Дополнительно на данном театре военных действий были использованы по одной истребительной эскадрилье Словакии, Хорватии и Румынии.

Советская сторона также не сидела, сложа руки, и уже 18 апреля начало переброску на Северо-Кавказский фронт 2-го бомбардировочного, 3-го истребительного и 2-го смешанного авиакорпусов, а также 282-й истребительной дивизии, доведя численность авиации до 900 машин, из которых 370 истребителей, 170 штурмовиков, 360 бомбардировщиков из них 195 ночных. Из них около 65% самолетов было новых типов: Ла-5, Як-1, Як-7Б, английские и американские бомбардировщики Б-3 и Б-20 а также истребители «Спитфайр» и «Аэрокобра». Сосредоточение такого количества самолетов на довольно ограниченном театре военных действий предопределило упорную и напряженную борьбу за господство в воздухе.
Всего в небе Кубани произошло три воздушных сражения. Первое из них началось 17 апреля 1943 года с попытки ликвидировать плацдарм в районе Мысхако. Для того чтобы сбросить десантников 18 армии в море противник привлек около 450 своих бомбардировщиков и 200 истребителей прикрытия. С советской стороны для противодействия немцам использовалось около 500 самолетов из них 100 бомбардировщиков. За один этот день немецкие летчики совершили около 1000 самолето-вылетов в данном районе. 20 апреля противник вновь попытался провести мощное наступление, но на этот раз советская авиация успела нанести упреждающий удар силами 60 бомбардировщиков и 30 истребителей прикрытия за полчаса до начала наступления, а еще через несколько минут новый удар группой в 100 самолетов, что сорвало планы немецкого командования.

Затем с 28 апреля по 10 мая развернулось воздушное сражение в небе над станицей Крымской. Об интенсивности этих боев может свидетельствовать тот факт, что за 3 часа наступления немецкая авиация совершила более 1500 самолето-вылетов.
Последние крупные воздушные сражения прошли в период с 26 мая по 7 июня в районе станиц Киевской и Молдаванской при прорыве «Голубой линии» немцев. На некоторое время немцам удалось захватить превосходство в воздухе, что сильно осложняло жизнь наступающим войскам. Ответной мерой противодействия стали атаки советской авиации на аэродромы немцев. С 26 мая по 7 июня ВВС РККА провели 845 самолето-вылетов по аэродромам гитлеровцев в Анапе, Керчи, Саки, Сарабуз и Тамани. Всего за время сражений в небе Кубани советская авиация произвела около 35 тысяч самолето-вылетов.
Потери
Если оценивать потери сторон, то по советским архивам ВВС РККА уничтожила весь немецкий 4-й флот, немцы же со своей стороны отчитались об уничтожении 1000 самолетов в воздушных боях и 300 сбитых зенитным огнем, т.е. даже больше, чем их было на данном участке фронта. Так что определить потери сторон можно лишь приблизительно, хотя то, что потери обеих сторон были огромны сомнениям не подлежит.
Скорее всего, потери советской стороны были выше, так как подготовке своих летчиков немцы уделяли больше внимания. Не подлежит сомнению, что с немецкой стороны на Кубани действовали лучшие летчики-истребители, летавшие в парах еще с 1939 года. Даже молодые немецкие летчики из пополнения имели налет около 200 часов, а по прибытии в боевые части должны были налетать еще около 100 часов, в прифронтовой полосе, выполняя задачи по охране аэродромов и изучая местность. Немцы исходили из того, что у русских больше и летчиков и самолетов, поэтому стремились беречь кадры.
С советской же стороны наряду с асами такими как: А. И. Покрышкин, А. Ф. Клубов, Г. Г. Голубев, В. И. Фадеев участвовали и выпускники летных школ с минимальным налетом, а также летчики, прибывшие с Дальнего Востока или других отдаленных округов, не имеющие боевого опыта. Но, даже несмотря на это, приблизительные потери летчиков-истребителей со стороны Германии составили 75 человек, а с учетом союзников около 135, что является половиной от общего числа имевшихся к началу сражения истребителей 4-го воздушного флота.
Лица сражения
Александр Покрышкин (6.03.1913 – 13.11.1985) – второй по результативности летчик стран Антигитлеровской коалиции, трижды герой Советского Союза. По официальным данным лично сбил 59 самолетов, скорее всего, сбил на порядок больше, так как из зачета выбыли победы 1941 года, сгоревшие вместе с архивами полка, а также вражеские машины, которые Покрышкин записывал на своих ведомых, стимулируя их таким образом.

«Аэрокобра» Покрышкина
В небе Кубани Покрышкин сбил по официальным данным 16 вражеских самолетов. В это время наш прославленный ас летал на американской «Аэрокобре». Здесь проходит несколько его выдающихся по результативности боев. Так 12 апреля над станицей Крымской Покрышкин сбивает 4 истребителя Me-109, позднее в этот же день он сбил еще 3 самолета, доведя число сбитых машин за день до 7, в истории советской авиации был лишь один подобный случай. Еще через несколько дней Покрышкин сбивает 3 Ju-87, а 28 апреля в составе 8 истребителей «Аэрокобра» разгоняет три девятки пикирующих бомбардировщиков Ju-87, лично уничтожив 5 из них.
Заслуги Покрышкина в сражении на Кубани были высоко оценены, и 24 апреля он получает свое перове звание Героя Советского Союза, а в июне очередное звание майора. Помимо советских наград в том же 1943 году Покрышкин был награжден американской медалью «За выдающиеся заслуги».
В большинстве боев Покрышкин в первую очередь старался сбить лидера, этот опыт он вынес из боев 1941-42 годов. Таким образом, часто уже в начале боя удавалось деморализовать противника. Некоторые историки приписывают ему создание новой техники воздушного боя вошедшей в историю, как «Кубанская этажерка».
Эрих Хартман (19.04.1922 – 20.09.1993) самый результативный немецкий летчик ас, считается самым результативным летчиком-истребителем за всю историю авиации. Хартман одержал 352 воздушных победы 345 из которых приходятся на советские самолеты, за свой небольшой рост и моложавый вид получил прозвище «Bubi» — малыш. Награжден Рыцарским крестом с бриллиантами, лишь 27 человек в рейхе имели подобную награду.
В сражение над Кубанью Хартман входил лишь начинающим пилотом, к концу апреля 1943 года у него на счету было 8 побед, и он стал ведущим пары. Точное количество самолетов сбитых летчиком на Кубани не известно, но на 7 июля 1943 года на его счету была уже 21 победа. Именно на Кубани молодой пилот, которому тогда было чуть за 20 начал оттачивать свои навыки воздушного боя, которые с лихвой окупились в дальнейшем.

Me-109 Хартмана
Всю война Хартман летал исключительно на истребителях Me-109 G и придерживался вполне определенной тактики – удара из засад. По словам Хартмана его никогда не заботили проблемы воздушного боя, он старался по возможности избегать схваток с истребителями. Хартман забирался как можно выше и по возможности атаковал противника со стороны солнца, в 90% случаев противник даже не понимал, что произошло. Летчик руководствовался вполне определенной формулой воздушного боя и оттачивал ее всю войну. Своим самым главным достижением Хартман считал то, что за время войны не потерял ни одного своего ведомого.
Заслуги Хартмана по достоинству были оценены и в Советском Союзе, где после войны он получил 25 лет лагерей за нанесение ущерба советской экономике в годы войны. Отсидев в советских лагерях почти 10 лет, в 1955 году Хартман вернулся на родину.

Начиная с конца XVI века, различные казачьи войска принимали активное участие практически во всех войнах, которые вела Россия.

Не стала исключением и Крымская война 1853-1856 гг. В её ходе казачьи части принимали активное участие в боях с турками на Дунае и Кавказе, обороняли и побережье Азовского моря.

Но относительно малоизвестно участие казачьих частей в боевых действиях в Крыму и во время Первой обороны Севастополя, в период 1854-1856 гг.

Как известно, после того как в начале сентября 1854 (по старому стилю) в окрестностях Евпатории началась высадка объединённой группировки франко-англо-турецких войск, главнокомандующий сухопутными и морскими силами в Крыму князь Меншиков, чтобы преградить путь противнику на Севастополь, начал стягивать к устью реки Альма различные части сухопутных войск, разбросанных в это время по всему Крыму.

В числе этих войск были и казаки — нескольких сотен 57-го Донского казачьего полка, 60-го Донского полка и 3-й Донской конной артиллерийской батареи.

Во время состоявшегося 8(20) сентября 1854 г. Альминского сражения между русскими и франко-английскими войсками активно действовала 3-я Донская артбатарея, нанося своим огнём значительные потери противнику.

Подразделения 57-го и 60-го Донских полков непосредственного участия в сражении не принимали. Но после его окончания они вместе с другими кавалерийскими полками прикрывали отход разбитой группировки русских войск, заставив противника отказаться от её преследования.

Спустя месяц, 13(25) октября 1854 г. в окрестностях Севастополя вблизи занятых английскими войсками тогдашних греческих деревень Балаклава и Кадыковка, в долине, образованной грядами Федюхиных и Семякиных высот и гребнем Сапун-горы, произошло Балаклавское сражение. Английский язык British Express в Севастополе.

В этом сражении участие казачьих частей было более заметным. В нём приняли участие уже упоминавшаяся 3-я Донская артбатарея (12 орудий), шесть сотен 1-го Уральского казачьего полка, 53-й Донской казачий полк и 2-й линейный (пластунский) батальон Черноморского казачьего войска.

В ходе Балаклавского сражения 3-я Донская артбатарея вместе с другими артиллерийскими частями своим огнём содействовали овладению пехотными полками четырёх английских редутов на Семякиных высотах. Затем 1-й Уральский казачий полк совместно с гусарской бригадой участвовал в неудачной атаке на лагерь английских войск в Кадыковке.

После этого перешла в контратаку английская лёгкая кавбригада в составе уланского и гусарского полков, всего 633 человека. Она атаковала 3-ю Донскую батарею, находившуюся на месте нынешнего посёлка Первомайское, у подножья юго-западных склонов Федюхиных высот.

Казаки-артиллеристы стояли до конца. Последний картечный залп они выпустили по противнику, когда английская конница находилась в нескольких десятках шагов от орудий. Затем начался неравный бой пеших с конными у орудий батареи. В ходе него погибла значительная часть казаков-артиллеристов.

Находившиеся рядом с батареей шесть сотен 1-го Уральского казачьего полка не только не пришли ей на помощь, но в панике бросились бежать, хотя англичан было значительно меньше, чем их.

От полного уничтожения личный состав батареи спасла атака 53-го Донского казачьего полка. В результате остатки английской легкой кавалерии отступили на свои позиции.

Чтобы спасти их от полного уничтожения, позиции русских войск на Федюхиных высотах атаковали 500 французских «африканских конных егерей» («шассеры»). Их встретил 2-й линейный (пластунский) батальон Черноморского казачьего войска.

Казаки-пластуны, действуя в рассыпном пешем строю, при приближении французских кавалеристов падали ничком на землю, уклоняясь таким образом от удара сабли, а когда всадник проскакивал мимо, вскакивали и стреляли ему в спину. Таким образом понесла ощутимые потери и французская кавалерия.

После Балаклавского сражения 2-й Черноморский казачий пластунский батальон был переброшен в Севастополь, где к нему вскоре присоединился и 8-й пластунский батальон того же казачьего войска.

Черноморские казаки-пластуны на бастионах Севастополя выполняли функции современного «спецназа», ведя разведку, захватывая пленных, участвуя в качестве авангарда в вылазках на вражеские позиции.

За время боёв на бастионах Севастополя казаки-черноморцы понесли большие потери. Поэтому в апреле-мае 1855 г. они были выведены из города на доукомплектование и больше в Севастополь не возвращались. В их честь одна из улиц Нахимовского района Севастополя была названа «Пластунская».

В 1855 г. и до лета 1856 г. казачьи части располагались по всему Крыму и окрестностям Севастополя, в том числе части и подразделения Черноморского казачьего войска: Сводный Черноморский казачий полк (4 сотни) в районе Судак-Феодосия, 15-й линейный батальон в Феодосии, 5-й и 9-й линейные батальоны в районе Еникале-Керчь-Камышбурун, Гренадерская рота 9-го линейного батальона и 6-й линейный батальон в Арабатской крепости на Арабатской стрелке, Черноморский линейный резервный батальон в Бахчисарае, 11-я Черноморская казачья артбатарея в Камыш-Буруне.

Подразделения Черноморского казачьего войска, находившиеся в Феодосии и на Керченском полуострове, участвовали в боях с англо-французскими войсками, высадившимися летом 1855 г. в Керчи.

Донское казачье войско в этот период было представлено в Севастополе и Крыму следующими частями и подразделениями: 9-й полк в сёлах Верхний и Нижний Чоргунь (ныне село Чернореченское), 39-й и 42-й полки на Северной стороне Севастополя, 56-й полк на Мекензиевых горах, 3-я Донская артиллерийская батарея и 3-я Донская лёгкая артиллерийская батарея в устье реки Кача, 65-й и 67-й полки на Керченском полуострове, 22-й полк в Симферополе, 53-й полк в районе Ялта-Алушта, 55-й полк в Саках, 62-й полк на Чонгаре. Кроме них в Крыму находились 4-я Донская лёгкая конная резервная батарея и 61-й Донской полк.

Уральское казачье войско в Крыму в 1855-1856 гг. представлял 2-й Уральский казачий полк.

Таким было участие казачьих войск России в боевых действиях Крымской войны в Севастополе и Крыму в 1854-1856 гг.

Константин Колонтаев

Авиацию подняли в помощь своим наземным войскам

К весне 1943 года Красная армия, разгромив в Сталинграде 6-ю полевую армию фельдмаршала Паулюса, перешла к решению еще более масштабной задачи – силами Южного и Северо-Кавказского фронтов планировалось окружить и разгромить всю группу армий “А”, не допустив ее отступления с Кавказа.

Германское командование отвело 1-ю танковую армию к Ростову-на-Дону, а 17-ю пехотную – в район Кубани. На подступах к Таманскому полуострову был создан мощный оборонительный рубеж, который вошел в советскую историографию под названием “Голубая линия”, а в немецкую –как “Голова гота”.

Высадка десанта. Малая земля 1943 год

4 февраля южнее Новороссийска советский морской десант захватил небольшой плацдарм, получивший название “Малая земля”. А 12 февраля был освобожден Краснодар. Части Северо-Кавказского фронта даже прорвали первую линию немецкой обороны, продвинувшись на 50-60 километров западнее города. Но ликвидировать кубанскую группировку вермахта с ходу не удалось.

К апрелю 1943 года активные боевые действия с обеих сторон практически прекратились. Противники готовились: немцы – к контрнаступлению на Кавказ, используя Таманский полуостров как трамплин, Красная армия – к решению поставленной Ставкой задачи – очистить от врага все черноморское побережье до наступления летней кампании.

Однако в условиях позиционного тупика обе стороны возлагали основные надежды на авиацию, которая должна была, подобно консервному ножу, вскрыть оборону противника.

Прологом к успеху советских ВВС стала победа в битве за Сталинград

К этому времени советские ВВС окончательно пришли в себя после разгрома 1941-го и отчасти 1942 годов. К концу Сталинградской битвы им удалось добиться превосходства в воздухе в районе Кавказа и в нижнем течении Волги. Наши летчики и зенитчики сбили – по разным оценкам – от 2720 до почти 3000 германских самолетов всех типов, потеряв при этом всего 1950 своих машин, иными словами, почти в полтора раз меньше.

Мощно заявила о себе авиация дальнего действия, которая в марте 1942-го была выведена из состава ВВС и с тех пор напрямую подчинялась верховному главнокомандующему, то есть, Сталину. За год она доказала, что ей нет равных в совершении ночных ударов по железнодорожным путям и вокзалам, вражеским аэродромам и городам.

Кладбище немецких самолетов под Сталинградом

Качественно изменилась и тактика фронтовой авиации. Если в разгар битвы на Волге пикирующие бомбардировщики Пе-2 брали числом, неся при этом большие потери, то начав действовать небольшими группами и поодиночке с малых высот, они резко повысили результативность и снизили потери.

Одновременно с этим экипажи штурмовиков Ил-2 стали специально обучаться приемам оборонительного воздушного боя, а выходить из него победителями им теперь помогало то, что немецкие истребители начали сбивать не только из пушек и пулеметов, но и с помощью реактивных ракет.

В авиационные соединения, которые с 1942 года стали объединяться в воздушные армии, активно поступала новая техника – как советская (например, Ла-5), так и американская лендлизовская (“Аэрокобра”, “Дуглас”, “Бостон”). Наши летчики были готовы к новым схваткам с люфтваффе. Тем более что враг был прежний.

Фельдмаршал против генерала: поединок воздушных флотоводцев

С немецкой стороны в боях за Кубань участвовал 4-й воздушный флот, в который входили три авиационных корпуса и один зенитный. В составе авиагрупп были и союзники нацистской Германии – по одной истребительной эскадрилье от Румынии, Хорватии и Словении: всего примерно 600 самолетов.

Командовал соединением фельдмаршал Вольфрам фон Рихтгофен, двоюродный брат лучшего немецкого аса Первой мировой войны Манфреда фон Рихтгофена. К тому времени на счету Вольфрама были война в Испании, военная кампания во Франции, воздушная битва за Англию, наступление на Ленинград и Москву, штурм Севастополя и Сталинградская битва. Он считался одним из лучших командиров люфтваффе.

Фельдмаршал Вольфрам фон Рихтгофен

С советской стороны к началу воздушного сражения над Кубанью авиация Северо-Кавказского фронта насчитывала две армии – 4-ю и 5-ю и имела в оперативном подчинении ВВС Черноморского флота: всего примерно 500 истребителей, бомбардировщиков и штурмовиков.

Возглавлял соединения участник гражданской войны генерал Константин Вершинин. В 1941 году, будучи командующим ВВС Южного фронта, в условиях господства германской авиации он умело и решительно руководил авиаполками при обороне Донбасса и Ростова, добиваясь решающего превосходства в воздухе в нужном месте. В 1942 году участвовал во всех важных операциях на южном участке советско-германского фронта, в том числе, в битве за Кавказ.

Вершинин был достойным противником фон Рихтгофена. Во время боев над Кубанью он активно внедрял постоянное дежурство авианаводчиков на переднем крае наземных войск, вместо отдельных эскадрилий (как это было принято раньше) вводил в бой одновременно по пять и более истребительных полков, приучал летчиков к обмену успешным боевым опытом на армейских конференциях.

Над Кубанью произошло не одно, а три крупных сражения

Первое произошло в небе над Новороссийском. 15 апреля немцы нанесли удар, пытаясь ликвидировать “Малую землю” и сбросить наших моряков в Черное море. Сухопутное наступление они активно поддерживали с воздуха: крошечный плацдарм размером в 30 квадратных километров они «утюжили» пикирующими и горизонтальными бомбардировщиками. Однако за два дня продвинуться немецкой пехоте удалось всего на километр.

А вот в воздухе поначалу соотношение сил было не в пользу советской авиации (300 наших бомбардировщиков и истребителей против 650 немецких). При этом немецкие аэродромы располагались в 40-50 километрах от Новороссийска, а советские – под Краснодаром, километрах в 150-200 от места сражения. Всё это позволило люфтваффе захватить инициативу.

В ответ советская Ставка Верховного главнокомандования начала экстренно перебрасывать на Кубань свежие соединения, в частности, три воздушных корпуса ВВС – истребительный, бомбардировочный и смешанного состава, плюс один корпус из состава АДД. Всего примерно 500 самолетов.

Свежие резервы позволили Вершинину переломить ситуацию и к 21-23 апреля добиться превосходства над Рихтгофеном в районе “Малой земли”, резко сократив налеты немецких пикировщиков и совершенно затормозив продвижение вермахта.

28 апреля эпицентр воздушных боев переместился в район станицы Крымская – крупного узла обороны “Голубой линии”. Здесь планировалось наступление войск советского Северо-Кавказского фронта, которое Рихтгофен пытался остановить с помощью авиаударов. В течение 29 апреля в небе шли ожесточенные схватки истребителей и истребителей с бомбардировщиками. В итоге оперативная инициатива перешла в руки советских летчиков.

Жители станицы Крымская с цветами встречают советских солдат-освободителей, май 1943

После этого ударные виды авиации Северо-Кавказского фронта принялись наносить мощные удары по сухопутным частям противника. Вплоть до 10 мая на узком участке фронта – в 30 квадратных километров – ежедневно происходило до 40 воздушных боев, в которых с обеих сторон одновременно участвовало до 80 самолётов. В результате 5 мая 1943 года после многодневных боев Крымская была освобождена.

И наконец, третье сражение. В нем авиация должна была помочь окончательно прорвать «Голубую линию». 26 мая под прикрытием густой дымовой завесы, поставленной нашими штурмовиками, началось наступление наших войск на главную полосу нацистской обороны, состоящую, в первую очередь, из укрепленных станиц Киевской и Молдаванской. Передний край противника активно обрабатывали сразу 338 наших самолетов, что позволило советской пехоте прорвать хорошо укрепленную оборону противника сразу на глубину до пяти километров.

Однако немцы тут же подняли в воздух весь 4-й воздушный флот, перехватив инициативу в воздухе. Германские истребители связали советские боем, пока бомбардировщики волна за волной шли на нашу пехоту. На следующий день всё повторилось.

И тогда Вершинин, и заместитель наркома обороны СССР по авиации генерал Александр Новиков потребовали от командиров истребительных полков уничтожать бомбардировщики люфтваффе до подхода к линии фронта. С этого момента почти все фронтовые истребители освобождались от обычной задачи – сопровождения ударной авиации, – теперь из них, на немецкий манер, формировались группы “свободных охотников”.

Экипажам штурмовиков и бомбардировщиков приказывали сбивать как можно больше вражеских истребителей. Для снижения активности противника в воздухе, по немецким аэродромам были усилены ночные авиаудары корпуса АДД.

Бои над “Голубой линией” шли до 7 июня 1943 года.

Неуспех на земле: как общая судьба сражения повлияла на отношение историков

В отличие от воздушных боев над Курской дугой, не менее масштабное столкновение немецкой и советской авиации на Кубани не было прославлено советской исторической школой. Причина проста: задачи, поставленные наземным силам, решению которых должна была содействовать авиация, под Курском решены были, а на Кубани – нет.

Да, немцам не удалось уничтожить советский плацдарм на “Малой земле”, а германские войска потеснили в районе Крымской. Но сделать главное – прорвать “Голубую линию” не удалось. Наши войска добились этого только спустя почти полгода, 9 октября 1943 года. Иными словами, советской авиации не удалось стать «консервным ножом» для своих сухопутных войск.

Однако, и высшее командование, и сами летчики в полной мере оценили значение воздушной битвы над Кубанью. ВВС получили огромный опыт, освоили новые модели боевых машин, опробовали важные тактические новинки.

По воспоминаниям советского аса, будущего трижды Героя Советского Союза Ивана Кожедуба, они с товарищами перенимали приемы Покрышкина и его однополчан. Впереди была Курская битва, в которой победа будет достигнута и в небе, и на земле.

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *