«Сказание о Мамаевом побоище» — литературно-художественное произведение о Куликовской битве. Большинство историков склонно считать, что это повествование о событиях августа-сентября 1380 года, написано в XVI столетии и вплоть до XIX века расценивалось как самый подробный источник о Мамаевом побоище.

Действительно, в содержании «Сказания о Мамаевом побоище» переплетаются предания, легенды и реальные и достоверные исторические факты, причем многие подробности сражения известны только благодаря автору «Сказания». Например, посольство Захария Тютчева к Мамаю или подробный маршрут русского войска из Москвы через Коломну на Куликово поле, перечисление князей и воевод, участвовавших в сражении, рассказ о действиях Засадного полка и другие важные и весьма содержательные детали Мамаева побоища. Современные исследователи полагают, что создатель «Сказания» опирался на краткие рассказы непосредственных участников битвы, которые передавались из поколения в поколение из уст в уста, были им зафиксированы и положены в основу повествовании.

Название этого памятника древнерусской литературы неслучайно и содержит одно из ключевых значений битвы на Куликовом поле: полный разгром, казалось, непобедимых полчищ ордынского темника – Мамаево побоище, сказание о сражении, где был побит Мамай.

Полный текст «Сказания о Мамаевом побоище», как и краткое содержание этого рассказа ? победе Дмитрия Донского над Мамаем, сейчас доступен во многих интернет-библиотеках. Особенно выделим публикацию «Сказания» среди электронных публикаций Института русской литературы (Пушкинского Дома) РАН. На этом ресурсе текст «Сказания о Мамаевом побоище» приведен на двух языках – древнерусском и русском, с возможностью параллельного просмотра. Кроме того, имеется вступительная статья с литературоведческим и историческим анализом этого памятника древнерусской письменности и его кратким содержанием.

Для первого знакомства с текстом «Сказания о Мамаевом побоище», например, учащихся начальной школы, можно порекомендовать книгу «Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русский фольклор. Русская литература XI?XVII вв.», под редакцией В. И. Новикова, вышедшую в издательстве «Олимп» в 1998 году.

Автор текста: Ирина Парамонова, журналист, автор книг по истории Тулы

«Начало повести о том, как даровал бог победу государю великому князю Дмитрию Ивановичу за Доном над поганым Мамаем и как молитвами пречистой богородицы и русских чудотворцев православное христианство – Русскую землю бог возвысил, а безбожных агарян посрамил»…


«Сказание о Мамаевом побоище» – известный памятник древнерусской литературы, повествующий о мужестве, страданиях и воинской доблести русского народа и военачальника его – Дмитрия Донского. По праву носит имя одного из уникальных произведений древнерусской литературы. Рассказывает о событии того времени – Куликовской битве. Но надежный ли это источник? Открывает «Сказание» рассказ о небесных знамениях, предсказавших победу русского народа. Их много и… а не слишком ли? Далее автор приводит множество интересных фактов и поэтапно описывает события, связанные с этой битвой: поход русских дружин из Москвы на Куликово поле, посещение Дмитрием Донским Троицкого монастыря, встречу с Сергием Радонежским и получение благословения на защиту земли Русской, отправка «сторожей», назначение воевод, начало битвы – поединок богатыря Пересвета с «поганым» воином, действия Засадного полка.
Время написания повестей Куликовского цикла не определено до настоящего времени, как нет и единого мнения по поводу времени написания цикла повестей. Установлено лишь, что самой близкой по дате создания к памятному 1380 году была «3адонщина» – произведение, которое воспело проницательность и смелость Дмитрия Донского и преданных ему князей, отвагу русской дружины. Исследователи литературного памятника отмечают копирование «Сказания» «Слову о полку Игореве», сочиненному на 200 лет раньше, из которого брались целые фразы, а также пассажи и некоторые выражения «Слова…», и все это притягивалось к рассказу о победе княжеской дружины над татарами за Доном. Позже, в XIV веке была написана «Летописная повесть о побоище на Дону», получившая свое название оттого, что состояла она из нескольких летописей. Эту «Повесть» можно отнести к жанру воинских повестей. Исследователи делят списки «Повести…» на две редакции: «Пространную», написанную в 1390-е годы, содержащую более развернутое описание битвы на Куликовом поле, и «Краткую», относящуюся к первой половине пятнадцатого века.
Наиболее подробным литературным документом, отражающим события, произошедшие осенью 1380 г., считается «Сказание о Мамаевом побоище». Дмитрий Иванович, князь земли Московской и брат его, князь Владимир Серпуховской изображены здесь умными и бесстрашными военачальниками. Воспевается их отвага и воинская доблесть. Основная мысль «Сказания…» – в объединении русских князей против врага. Только в единстве их сила, только тогда они смогут дать достойный отпор неприятелю. Сурово осуждается в «Сказании…» предательство рязанского князя Олега и коварство литовского князя Ольгерта, пожелавших быть союзниками Мамая. Как большинство трудов того периода, «Сказание…» имеет культовую окраску. К примеру, монологи-молитвы, подчеркивающие благочестие Дмитрия. Безусловно, воздействие «3адонщины» на «Сказание…»: это было заметно по некоторым фразам, дополнениям, красочным изображениям полков и природы.
Так, накануне боя, в ночь перед праздником Рождества Богородицы, князь Дмитрий Донской и воевода Волынец едут к месту будущего сражения, в поле между русской и татарской стороной. И слышат они со стороны вражеской стук громкий и крики, и вопль, и горы будто шатаются – гром страшный, будто «деревья и травы никли долу». Таковое явление природы явным образом предвещало смерть «поганым». А там, где стоят русские дружины – «тихость великая» и вспышки света. И узрел Волынец «доброе знамение» в том, как «от множества огнев снимахуся зари».
Около ста списков этого произведения известно по настоящее время. Литературоведы делят их на четыре варианта (хотя и в них имеются разногласия): Основной, Распространенный, Летописный и Киприановский. Все они относятся к давнему, не уцелевшему до нашего времени тексту, возникшему сразу после Куликовской битвы. Самой ранней, возникшей во второй половине XV века, считается Основная редакция, которая легла в основу трех остальных. Как было сказано выше, основные герои событий 1380 г. – князь Дмитрий Иванович, а также его брат, Владимир Андреевич, который княжил в Серпухове. Из духовенства особняком стоит митрополит Киприан, который после Куликовской битвы перебрался из Киева в Москву, получил высокий сан, и кроме того, принимал активное участие в делах княжества московского. Особенно сблизился Киприан с сыном Дмитрия Донского, Василием Дмитриевичем, который после смерти отца взял бразды правления +в княжестве в свои руки. Кроме того, Основная редакция «Сказания…» представляет союзником Мамая литовского князя Ольгерда, хотя известно, что в 1377 году, за три года до событий на Куликовом поле, князь уже умер и правил Литвой Ягайло, его сын.
Мамай, пользуясь тем, что у России и Литвы на тот момент были весьма непростые отношения, заключил договор с Ягайло и рязанским князем Олегом, боявшимся усиления княжества московского. Мамай рассчитывал разгромить с их помощью московское княжество.
Много мистического и таинственного происходит в ночь перед битвой. В «Сказании» некий муж, Фома Кацибей, разбойник, был поставлен Дмитрием Донским на реке Чурове в дозор от войска мамайского. И было Фоме видение чýдное. Стоя на пригорке, увидел он облако, шедшее с востока, огромного размера, как будто и не облако, а войско вражеское к западу идет. А со стороны южной будто бы идут двое юношей, лицами светлые, в светлых багряницах, в каждой руке по острому мечу, и вопрошают у военачальников неприятельских: «Кто вам велел истребить отечество наше, которое нам Господь даровал?» И начали их бить и всех истребили, и никому не было спасения. А Фома с той поры стал глубоко верующим, редкой душевной чистоты, человеком. О таинственном видении он рассказал утром, наедине, князю Дмитрию Ивановичу. И ответил князь ему: «Не говори того, друже, никому», – и, воздев руки к небу, рыдал, говоря: «Владыко господи человеколюбец! Молитв ради святых мучеников Бориса и Глеба помоги мне, как Моисею на амаликетян, и как старому Ярославу на Святополка, и прадеду моему великому князю Александру на похвалявшегося короля римского, пожелавшего разорить отечество его. Не по грехам же моим воздай мне, но излей на нас милость свою, простри на нас милосердие свое, не дай нас в осмеяние врагам нашим, чтобы не издевались над нами враги наши, не говорили страны неверных: «Где же бог, на которого они так надеялись». Но помоги, господи, христианам, ими ведь славится имя твое святое!»
Подобного рода тексты очень характерны для русской литературы тех лет, которая во многом основывалась на Библии и именно из нее брала свои сюжеты. Сравнения и откровенные заимствования из нее, разбойники, уверовавшие и ставшие «чистыми» – все это отнюдь не история, а назидание, и это надо хорошо понимать.
И вот наступил «осьмый час» дня, когда «дух южный» потянул (имелось в виду не южное направление ветра, а Божья помощь русскому войску). Это – счастливый час. И вскричал Волынец, подняв руки к небу: «Княже Владимир, наше время настало, и час удобный пришел!» – и прибавил: «Братья моя, друзья, смелее: сила святого духа помогает нам!»
«Осьмой» этот час и вовсе вещь забавная. Известный советский и современный историк А.Н. Кирпичников, например, считал, что Боброк ждал, когда солнце перестанет светить в глаза русским воинам. Другие и вовсе утверждали, что ждал он ветра, чтобы тот понес пыль в глаза «татарове окаянному». На самом же деле «южный дух», о котором говорится в «Сказании…» вообще никак не мог быть попутным для наших воинов, поскольку нес пыль им в лицо! Ведь русские полки находились на севере, а полки Мамая – на юге! Но может быть создатель «Сказания…» напутал? Да нет, он точно все знал и написал, что Мамай движется на Русь с востока, река Дунай находится на западе и т.д. Да и тот же разбойник Фома Кацибеев что говорит? «Бог открыл… от востока… идут к западу». «От полуденной же страны» (т.е. с юга) «приидоша два юноши» – имеются в виду святые Борис и Глеб, которые и помогли русским полкам одержать победу. Конечно, сейчас у нас вроде бы как все уверовали в бога, но стоит ли все-таки опираться в исторической науке на помощь канонизированных двух юношей, пусть и невинно убиенных? Более того «дух южный» — это прямое заимствование из Библии, указывающее на богоугодность русского дела и не более того. Поэтому и на «южный дух», как на заслуживающий доверия факт тоже можно не ссылаться: в Библии еще и не то написано.
Но вот сражение закончилось победой русских войск. И произнес князь Дмитрий: «Слава тебе, высший Творец, царь небесный, милостивый Спас, что помиловал нас, грешных, не отдал в руки врагов наших, поганых сыроядцев. А вам, братья, князья, и бояре, и воеводы, и младшая дружина, русские сыны, суждено место между Доном и Непрядвой, на поле Куликове, на речке Непрядве. Положили вы головы свои за землю Русскую, за веру христианскую. Простите меня, братья, и благословите в сей жизни и в будущей!» Горько оплакивали убитых князь Дмитрий Иванович с воеводами, объезжая поле после битвы кровопролитной. По велению Дмитрия Донского погибших похоронили с почестями на берегу Непрядвы. А победителей чествовала вся Москва, встречая их колокольным звоном. Ольгерд же Литовский, узнав, что Дмитрий Донской одержал победу над Мамаем, отправился в Литву «со стыдом великим». А рязанский князь Олег, прознав, что вознамерился Дмитрий Иванович Донской пойти войной на него, испугался и бежал из своего княжества вместе с супругой своей и с приближенными к нему боярами; рязанцы же потом били великому князю челом, прося Дмитрия Ивановича посадить в Рязани своих наместников.
А Мамай, скрывая свое настоящее имя, вынужден был позорно бежать в Кафу (ныне Феодосия), там был опознан местным купцом, схвачен и убит фрягами. Так бесславно завершился жизненный путь Мамая.
Слава о русских воинах, выигравших великую битву с войском Мамая, быстро разнеслась по всему миру. А помогли в этом иностранные купцы, гости – сурожане, которые были в славном походе вместе с Дмитрием Донским. «Шибла слава к Железным вратом, к Риму и к Кафы по морю, и к Торнаву, и оттоле к Царюграду на похвалу: Русь великая одолеша Мамая на поле Куликове»…
То есть однозначно мы можем сказать, примерно, тоже самое: что и в отношении Ледового побоища – битва была, русские победили, имели место некие сопутствующие политические события, а главный виновник ее – Мамай бежал в Кафу (Феодосию) и там был убит! И… все! Значение? Да, было, и весьма значительное! А все остальные «подробности» из «Сказания…» — это… церковная литература и пересказ библейских текстов, демонстрирующий «книжность» его автора. И этим пока что придется удовлетвориться надолго, если не навсегда!

«Сказание о Мамаевом побоище» в отличие от «Задонщины» – обстоятельное легендарно-историческое произведение, сложившееся, видимо, к середине XV в. Это центральный памятник Куликовского цикла, рассказывающий о победе русских войск над полчищами Мамая в 1380 г. О популярности «Сказания» у древнерусского читателя свидетельствует тот факт, что оно дошло до нашего времени в большом количестве списков и восьми редакциях. Самый ранний список Основной редакции «Сказания», наиболее близкой к первоначальному тексту, датируется второй четвертью XVI в. Однако создание произведения исследователи относят к XV в., мотивируя это тем, что после похода Едигея на Москву (1408) усилился интерес к недавнему прошлому, когда русские дружины под руководством московского князя нанесли сокрушительное поражение ордынцам. В это время еще были свежи в памяти события 1380 г., живы многие участники Куликовской битвы. Вероятно, поэтому в «Сказании» много подробностей, касающихся подготовки, хода и результатов битвы русских с монголо-татарами, не зафиксированных другими источниками. Автор произведения сообщает о посещении Дмитрием Донским Троице- Сергиева монастыря и благословении, которое дал ему перед выступлением в поход Сергий Радонежский. Только в «Сказании» приводятся подробные данные об «уряжении полков», т.е. расстановке сил при подготовке к сражению и во время битвы. В произведении нет идеализации единения князей, в связи с чем оно оказывается ближе к исторической правде, повествуя о предательстве Олега Рязанского и выступлении на стороне Мамая литовского князя.

По сравнению с другими памятниками Куликовского цикла (летописными повестями, «Задонщиной») в «Сказании о Мамаевом побоище» усилена религиозно-нравственная трактовка событий 1380 г., в соответствии с которой каждый шаг великого московского князя сопровождает молитва к Богу, а на поле боя на стороне русских сражается и небесное воинство. В «Сказании» художественный вымысел выступает как литературно-публицистический прием. Во время описываемых событий митрополит Киприан, пытавшийся противопоставить духовную власть княжеской, был удален из Москвы и находился в Киеве, а следовательно, не мог благословить Дмитрия Донского на битву. Однако автору «Сказания» было важно освятить борьбу русских с монголо-татарами церковным напутствием, и потому иерарх благословляет князя «противу поганых татаръ» и дает ему «Христово знамение». В произведении присутствуют и другие анахронизмы. В частности, союзником Мамая выступает литовский князь Ольгерд, а не его сын Ягайло. Хотя Ольгерд умер за два года до Куликовской битвы, он в сознании русских продолжал оставаться заклятым врагом Москвы, которую при жизни не раз пытался завоевать. В «Сказании» также сообщалось, что, собираясь в поход, Дмитрий Донской молился перед иконой Владимирской Богоматери, однако она была перенесена из Владимира в Москву значительно позднее – только в 1395 г., во время движения на Русь войск Тимура. Таким образом, либо икона приносилась в Москву до 1395 г. в связи с ожидавшимся нашествием Мамая, либо упоминание о ней входило в художественно-публицистический замысел автора: образ Владимирской Божией Матери почитался как патрональная икона всей Русской земли.

Повествование богато историческими параллелями из библейских времен, эпох правления римских и византийских императоров, что придает победе русских над Мамаем общемировое значение. Не случайно в уста митрополита Киприана автор «Сказания о Мамаевом побоище» вкладывает историю о византийском императоре Юлиане, который отказался принять дары жителей Кесарии и впоследствии был умерщвлен святым Меркурием. Возникновение аналогии связано с тем, что автору известен дальнейший ход событий: Мамай нс примет даров Дмитрия, проиграет сражение и будет убит в Кафе.

Для изобразительной манеры автора «Сказания о Мамаевом побоище» характерна зримость, красочность создаваемых образов, причем в его палитре преобладают яркие тона, напоминающие свет солнца, блеск золота, цвет огня. Русские воины «гремятъ злачеными доспѣхы», на их знаменах лики святых «акы нѣкии свѣтилници солнечнии свѣтящеся», на их шлемах колышутся ленты, «аки пламя огненое». Символика света и цвета в произведении подчинена главной авторской задаче – прославить победу русского оружия. Пейзажные зарисовки в «Сказании», помимо символического значения, имеют реальную эстетическую ценность. Природа словно помогает русским в борьбе с Мамаем: затянувшаяся осень радует светлыми днями и теплыми ночами, когда от обильной росы над землей встают туманы.

Психологически достоверна картина последней ночи перед решающим сражением. Томительно медленно течет время, воинам нс спится. Все полны предчувствий, думают об исходе грядущего боя, толкуя природные явления как добрые или злые предзнаменования. Дмитрий Волынец гадает и предсказывает князю победу, исходя из добрых примет: тишины и огненных зорь над станом русских. Припав ухом к земле, он слышит громкие рыдания на чужом языке и горестный вопль русской женщины, похожий на голос свирели. «А твоего христолюбиваго въиньства много падеть, нъ обаче твой връхъ, твоа слава будеть», – говорит он князю Дмитрию Ивановичу. К художественным находкам автора «Сказания» относят сцену нетерпеливого ожидания своего часа воинами засадного полка Владимира Андреевича. Видя, что «погании… начата одолѣвати, христианьскыя же плъци оскудѣша», князь вопрошает: «Что убо плъза стояние наше? Который успѣх нам будеть? Кому нам пособити? Уже наши князи и бояре, вси русскые сынове напрасно погыбають от поганых, аки трава клонится!»

В описании битвы автор «Сказания» возрождает традиции русского героического эпоса и «Слова о полку Игореве», используя постоянные эпитеты, устойчивые образы и мотивы (битвы-пира, поединка двух богатырей), гиперболы и традиционные сравнения. Воины засадного полка, скрытого в «дубраве зеленой», рвутся в бой, «яко званнии на бракъ сладкаго вина пити»; позднее враги, застигнутые врасплох, под их ударами падают, будто «трава от косы постилается». В «Сказании» устно-поэтические по характеру обороты соседствуют с книжно-риторическими образами и словосочетаниями, в чем исследователи памятника видят его стилистическую особенность. «Сказание о Мамаевом побоище» не только повлияло на развитие древнерусской прозы XVI–XVII вв. (отзвуки его слышны в «Казанской истории» и повестях «об Азовском осадном сидении донских казаков»), но и нашло отражение в устном народном творчестве (былина «Илья Муромец и Мамай», сказка «Про Мамая безбожного»).

Среди источников «Сказания» находится и «Задонщина», откуда автором сделаны некоторые текстуальные заимствования, упоминание о том, что русские князья – «гнездо» Владимира Киевского; фраза о стуке и громе на Москве от воинских доспехов и пр. К поэтике «Задопщины» восходят описания сбора русских войск под Коломной и грозных предзнаменований природы, картины ночи перед боем и решающего сражения.

Произведения Куликовского цикла, в том числе и «Сказание о Мамаевом побоище», замечательны не только в историко-познавательном отношении. Они являются подлинными шедеврами литературы Древней Руси, вдохновлявшими писателей Нового времени, таких как М. В. Ломоносов (трагедия «Тамира и Селим»), В. А. Озеров (трагедия «Дмитрий Донской»), А. А. Блок (поэтический цикл «На поле Куликовом»).

Данные, полученные Лабораторией радиоуглеродного датирования и электронной микроскопии» Института географии РАН и Центром прикладных изотопных исследований Университета Джорджии (США), указывают на XIV столетие.

Уникальная археологическая находка в экспозиции «Сказание о Мамаевом побоище. Новое прочтение» иллюстрирует летописные строки о переправе русского войска через Оку. Лодка была обнаружена во время исследований реки в 2003 году, а неподалёку от неё во время разведок археологи музея-заповедника «Куликово поле» нашли следы древнерусского поселения X–XI веков. С тех пор именно этим периодом и датировали возраст чёлна. С новой датировкой экспонат позволит посетителям музея ещё ярче прочувствовать эпоху Куликовской битвы.

Исследования древнего плавсредства проводили по инициативе специалистов Государственного исторического музея. Они получили грант Российского фонда фундаментальных исследований на изучение древних лодок, хранящихся в музеях страны. В числе нескольких десятков экспонатов оказалась и тульская реликвия.

Впервые при изучении чёлна из Музея Куликовской битвы был применён метод радиоуглеродного исследования. Чтобы провести анализ археологических лодок, специалисты ГИМ разработали методику отбора образцов древесины и опробовали её на собственном экспонате. И в первом, и в последующих случаях (как с лодкой, представленной на Куликовом поле) полой титановой трубочкой были просверлены отверстия и получены образцы. Таким образом, в руках учёных оказались чистые фрагменты древесины, без следов пропитки консервирующими растворами. Часть полученного материала отправили в лабораторию для датировки, а оставшийся фрагмент пробы – на хранение в депозитарий ГИМ.

Путь уникальной археологической находки на Куликово поле был долог и тернист. После того, как чёлн вынули из воды, его доставили в Алексинский художественно-краеведческий музей. Лодка хранилась в подвале и высохла в естественных условиях, без применения каких-либо консервирующих средств. Десять лет спустя её передали музею-заповеднику «Куликово поле». На сохранение чёлна и подготовку к экспонированию ушло ещё 5 лет. Спасли уникальный предмет реставраторы Новгородского музея-заповедника.

Источник: Московский комсомолец в Туле
Фото: Музей-заповедник «Куликово поле»

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *