История русской идеи

Понятие «русская идея» сформировалась в XVI веке и получила свое воплощение в форме государственного устройства. Православная монархия стала воплощением того, что понималось под «русской идеей» в те времена. Христианский философ Петр Чаадаев впервые задался вопросом о предназначении русского народа, его особом смысле и призвании. Чаадаев не был убежден в исключительности России, но именно «Философическое письмо» Чаадаева, которое было опубликовано в журнале «Телескоп» в 1836 году положило начало разговору о предназначении народа.

«Мы не принадлежим ни к Западу, ни к Востоку, — пишет Чаадаев в «Философском письме», — мы — народ исключительный»

Обособленность русского народа от исторических процессов в мире изначально оценивалась философом в негативном ключе, но со временем сменилась убежденностью в исключительному пути для России. Источником счастья и благополучия для русских Чаадаев считал религию.

«…Меня повергает в изумление не то, что умы Европы под давлением неисчислимых потребностей и необузданных инстинктов не постигают этой столь простой вещи, а то, что вот мы, уверенные обладатели святой идеи, нам врученной, не можем в ней разобраться. А, между тем, ведь мы уже порядочно времени этой идеей владеем. Так почему же мы до сих пор не осознали нашего назначения в мире? Уж не заключается ли причина этого в том самом духе самоотречения, который вы справедливо отмечаете, как отличительную черту нашего национального характера? Я склоняюсь именно к этому мнению, и это и есть то, что, на мой взгляд, особенно важно по-настоящему осмыслить. … По милости небес мы принесли с собой лишь кое-какую внешность этой негодной цивилизации, одни только ничтожные произведения этой пагубной науки, самая цивилизация, наука в целом, остались нам чужды. Но все же мы достаточно познакомились со странами Европы, чтобы иметь возможность судить о глубоком различии между природой их общества и природой того, в котором мы живем. Размышляя об этом различии, мы должны были естественно возыметь высокое представление о наших собственных учреждениях, ещё глубже к ним привязаться, убедиться в их превосходстве…».

Термин «русская идея»

Русская идея — это философия или совокупность понятий? Сам термин впервые употребил Ф.М. Достоевский в 1860 году. Мир узнал о нем после доклада В.С. Соловьева «Русская идея», который был прочитан в Париже в 1888 году. Философ А.В. Гулыга давал ему вполне четкое определение:

«Русская идея Достоевского — это воплощенная в патриотическую форму концепция всеобщей нравственности».

Русские философы Трубецкой, Франк, Карсавин и Федотов употребляли этот термин именно в таком значении. Они считали русскую идею связующим и объединяющим нацию звеном. Объединение достигалось в основном по следам Чаадаева — на основе религиозной мысли. Святая Русь — это Русь, объединенная почитанием святых Русской Православной Церкви.

В.С. Соловьев в статье «Русская идея» писал, что идея — «есть не то, что нация сама думает о себе во времени, но то, что Бог думает о ней в вечности».

И. Ильин отмечал значение патриотизма в философии русской идеи:

«Эта идея формулирует то, что русскому народу уже присуще, что составляет его благую силу, в чем он прав перед лицом Божиим и самобытен среди всех других народов. И в то же время эта идея указывает нам нашу историческую задачу и наш духовный путь; это то, что мы должны беречь и растить в себе, воспитывать в наших детях и в грядущих поколениях и довести до настоящей чистоты и полноты бытия—во всем, в нашей культуре и в нашем быту, в наших душах и в нашей вере, в наших учреждениях и законах. Русская идея есть нечто живое, простое и творческое. Россия жила ею во все свои вдохновенные часы, во все свои благие дни, во всех своих великих людях». Иными словами, под русской идеей И. Ильин понимает лишь все великое, благое и только позитивное, что есть в истории, судьбе, культуре и духе российского народа. Н. Бердяев, напротив, включает в совокупность проблем и линий исследования русской идеи не только благое, лучшее, «правое» — он считает, что подойти к разгадке тайны «русской души», самобытности пути России, можно лишь в случае, если сразу признать «антиномичность России, жуткую ее противоречивость. Тогда русское самосознание избавляется от лживых и фальшивых идеализации, от отталкивающего бахвальства, равно как и от бесхарактерного космополитического отрицания и иноземного рабства».

Русская идея — это геополитический вопрос?

Ряд исследователей считал, что русская идея стала рассматриваться в геополитическом смысле и рассмотрение русского народа как народа-богоносца — это шовинизм. Подобных взглядов придерживался исследователь А. Л. Янов. Философ Гулыга видел в этом стремление «скомпрометировать духовную историю России».

Кроме того, термин «русская идея» он считал более широким, чем определение отношений общества и государства. Русская идея не заключалась, по его мнению, только в идее православной монархии.

Русская идея и современность

После распада СССР и духовного кризиса, который последовал за распадом, русская идея стала особенно актуальной.

«Сегодня русская идея прежде всего звучит как призыв к национальному возрождению и сохранению материального и духовного возрождения России. Русская идея актуальна сегодня как никогда, ведь человечество (а не только Россия) подошло к краю бездны…

…Русская идея — это составная общечеловеческой христианской идеи, изложенная в терминах современной диалектики», — писал Гулыга.

Русская идея играла и продолжает играть ведущую роль в возрождении Русской Православной Церкви.

(Фото: ЧТК) Голос Шпидлика хорошо знали слушатели Радио Ватикана на чешском языке. В Чехословакию подпольным путем также рассылались его книги о духовной жизни, издаваемые в Риме на чешском языке Христианской академией. Историк Томаш Шпидлик занимался исследованием вопросов, связанных с восточной церковью, и написал объемный труд под названием «Русская идея» и «Духовность христианского Востока». В Румынии и Болгарии его книги служат в качестве учебников на православных теологических факультетах. Томаш Шпидлик с пражским архиепископом (Фото: ЧТК) — Вначале, когда я изучал духовность Востока, это было лишь моим личным делом. Только позже я осознал, что славянам есть что предложить Западу. И я надеюсь, что отчасти мне удалось это показать в моих книгах, которые переводятся на различные языки. Сейчас это еще более актуально. Рождается новая Европа. Над этим работают политики, экономисты, но мы еще не осознали синтез европейского мышления, составной частью которого является и Восток, и Запад. При этом мы вытеснили из цивилизации личные отношения. Личного бога. Личную ответственность,

— называет насущные проблемы современности Шпидлик.

В 1991 г. Томаш Шпидлик был назван Народным американским библиографическим обществом самой выдающейся личностью среди мужчин, а 1994 г. стал почетным членом Петербургской академии. Он также был несколько раз приглашен в Россию, например, по случаю 600-летия со дня кончины Преподобного Сергия Радонежского. Тогда он был принят и московским патриархом, с которым в течение целого часа беседовал о его книге «Русская идея». Бывший президент Италии Франческо Коссига также выразил ему благодарность за познание этой книги, упомянув, что ежедневно читает ее перед сном.

Томаш Шпидлик с пражским архиепископом (Фото: ЧТК) — Когда меня спрашивают, как вас принимают православные, когда вы едете на Восток, я отвечаю: «Я никогда не посещаю Восток с умыслом благославить православных, а желая благославить друзей. А их у меня много. И они всегда принимают красиво. И патриарх Алексей мне вручил золотую медаль. Когда меня возвели в сан кардинала, патриарх Бартоломей написал мне длинное письмо. Дружба — красивая вещь, и такие термины как «генеральный», «православный», «католический» и тому подобное — так нельзя выражаться даже о собаках. А с каждым человеком нужно говорить по-дружески,

— делится своими убеждениями Томаш Шпидлик.

Кардинал Шпидлик далек и чужд церковного догматизма, и это иногда вызывает впечатление, что ему ничто не свято. Он перемежает рассказы об общении с Папой Римским шутками и переспрашивает ваш вопрос, ссылаясь на то, что он глух, как тетерев. Но совершенно очевидно, что возрастной недуг не мешает мыслителю Томашу Шпидлику слышать и видеть в человеке и его мышлении потенциал раскрытия святости.

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *