«На земле нет ничего того, что не может быть лекарством». Цо-Жед-Шон-ну (4 в. до н. э.).

Здравствуйте уважаемые читатели!

Продолжаем рассматривать тему нашей рубрики «Исцели себя сам!» под заголовком:»Причины возникновения заболеваний, и пути и методы их устранения. Нет причин – нет болезней!»

Сегодня мы продолжим разговор про сглазы, порчи и проклятия, и темой разговора будет:

«Как распознать сглаз, порчу и проклятие, и как от этого избавиться».

Наша жизнь – это череда событий, когда счастливые моменты сменяются моментами несчастий, и обычно все идет размеренно. Однако порой случается так, что несчастья как будто преследуют одного человека или всю его семью. В такой ситуации приходит одна мысль – человека сглазили или навели порчу.И естественное желание возникает при этом – это узнать о том, как определить сглаз или выявить признаки порчи.

Сделать это можно самостоятельно и в домашних условиях, так как существуют и специфические признаки негативного воздействия, которые помогают с предельной точностью узнать о их наличии. Если сглаз может «прицепиться» к человеку совершенно случайно, то порча – это уже умышленное причинение вреда при помощи магии.Порча и проклятие не возникают случайно, или как следствие судьбы человека — это всегда сознательное нанесение вреда.

Самое страшное и сильное воздействие – порча на смерть, которая заканчивается для «порченного» летальным исходом. Такой обряд равносилен убийству при помощи магии, что считается огромнейшим грехом.

Порча и проклятия- это насильственное внедрение в энергоинформационное поле человека разрушающей его программы с сознательной целью нанесения ему вреда, неприятностей, и даже смерти. В зависимости от созданной программы порчи или проклятия, жертва начинает вести себя неадекватно.

Задавшись вопросом, как определить порчу и сглаз, достаточно внимательно понаблюдать за своим поведением или поведением предположительной жертвы. Довольно часто этих наблюдений достаточно, чтобы однозначно понять, есть или нет негативное воздействие.

Как правило, признаки порчи наиболее ярко выражены, сглаз же характеризуется более легким воздействием. Что касается обряда на смерть, то здесь присутствуют практически все признаки и они чересчур явные. Связано это с тем, что ритуал на смерть – это самое сильное магическое воздействие с самыми заметными признаками. И это совершенно не поддается никакому медикаментозному лечению. Такого больного врачи выписывают домой умирать, внушая ему, что он слишком поздно обратился к ним за помощью. Даже все медицинские показатели анализов могут быть в норме, и не предвещать ничего плохого.

Если выуверены в том, что на вас или ваших близких сделана порча, то остается только проверить это, выполнив некоторые действия, которые убедят вас окончательно о наличие или отсутствии такого воздействия.

Для этого понадобится миска с холодной водой и пчелиный воск, который нужно растопить, и поводить над головой «порченного» в течение нескольких минут. Потом тонкой струей медленно вылить воск в миску с холодной водой. Оставляем миску на несколько минут для того, чтобы воск застыл.

Если восковая фигурка получилась гладкой и одноцветной с небольшими волнообразными неровностями, то порчи нет.

Множество вздутий и шишек говорят о наличии черной магии.

Большой нарост символизирует родовое проклятие.

Искусанные и рваные края оповещают о порче на судьбу.

После обряда воск нужно завернуть в белый лист бумаги и закопать в землю. Если магическое воздействие подтвердилось, то необходимо сделать ритуалы по его устранению.

Определение сглаза или порчи с помощью спичек.

Необходимо налить воды в стакан, попытаться, как можно медленнее сжечь подряд три спички, и бросить их в воду. Если все спички плавают на поверхности, то можете быть спокойны – никакого сглаза или порчи нет. Если они плавают вертикально, то есть небольшой сглаз, возможно просто негатив. В случае если все спички утонули, то на Вас навели сильную порчу. Этот метод чисто диагностический.

С помощью церковной восковой свечи.

Необходимо взять церковную свечу, зажечь ее и начать водить перед собой. В местах сильного «загрязнения», негатива, свеча начнет сильно коптить, трещать, колебаться. Если понаблюдать за свечой, то можно оценить насколько много на Вас накопилось «плохой» энергии. Во время ритуала следует читать молитву «Отче наш», тогда этот способ заодно и почистит Вас. Такую процедуру следует проводить на убывающую фазу Луны. Это делается с целью, чтобы весь негатив убывал, а не прибывал.

С помощью золотого кольца.

Этот метод является одним из наиболее простых. Перво-наперво следует хорошенько умыться. Это делается для того, чтоб на лице не осталось никакой косметики. Далее нужно взять золотое кольцо и провести им по щеке. Если остался след темного цвета, то, на Вас есть порча. Однако следует убедиться, что лицо чистое, поскольку косметические средства, вступая в реакцию с золотом, могут окисляться. В этом случае наличие черных полос не будет свидетельствовать о наведенной порче.

Проверить сглазили тебя или нет довольно просто, и сделать это можно самостоятельно. Посмотрите и сопоставьте признаки сглаза, которые изложены в 6 части второй темы.

Если у Вас в доме самопроизвольно падают со своих мест символы веры (иконки, священные изображения, крестики, висевшие на стене, писания (древние духовные книги) и т. д, то это говорит о том, что вредоносная программа имеет место быть в вашей квартире. Здесь следует чистить квартиру!

Если ваш бизнес, с какого-то момента пошел вразнос, без всяких на то причин, то это порча на деньги. Просто так ничего не бывает. Но это мы рассматривать не будем, т. к. говорим о здоровье.

Посмотрите видео на тему определения сглаза, порчи и проклятия, и как от всего этого избавиться:

https://www.youtube.com/watch?v=bMBd2UVPCPg — Самостоятельная диагностика сглаза, порчи, проклятий.

https://www.youtube.com/watch?v=36TXQg95P7E — Как определить агрессивное воздействие порчу, сглаз и т д

https://www.youtube.com/watch?v=56Apq2vz7Sg — Древняя практика «Скатывание на яйцо».

Скатывание на яйцо — древняя целительная практика. В процессе целительства на яйцо скатывается отрицательная энергия, порчи, сглазы, болезни. В конце практики можно сделать диагностику, по содержимому в стакане, разбив яйцо в стакан с водой.

https://www.youtube.com/watch?v=8I-lXniodI8 — Легко убрать порчу, родовые блоки и травмы. Медитация. Диана Фалби

Эта медитация, помогает легко снять порчу, блоки, ограничения, отрицательные установки, негативную энергию и пр. Эту технику также можно применять для гармонизации чакр.

https://www.youtube.com/watch?v=Lyiok9AMI1s — Снятие порчи, сглаза методом Звуковой вытяжки

Этот аудио-визуальный сеанс подобран на диапазоне частот, которые блокируют ганглиональный узел порчи, вытягивая сгустки опасных внешних формирований.

https://www.youtube.com/watch?v=Cku-hzjji78 — Мощная техника «Избавление от проклятий «с помощью Архангелов

Вот комментарий человека, исполнившего эту медитацию:

Галина Лотос2 года назад

как я искала именно эту медитацию! из своего сердца вытащила 9 стрел, одну из позвоночника, 2 из затылка.я такое облегчение испытала, такое заживление своего организма! стало так легко! Спасибо большое! Не могла понять, почему у меня с трудом, да и не всегда открывается область сердца! Теперь причина ясна! Еще раз спасибо!

https://www.youtube.com/watch?v=qNwpeEdltRc — Как очистить дом от негативной энергии.

https://www.youtube.com/watch?v=TQWnYPVPz6E — Колокольный звон Очищение пространства и исцеление

Как из этого всего видно, негативные энергии порождают очень серьезные заболевания у людей, которые наша медицина пытается вылечить медикаментозно. Вот только толку от такого лечения нет совершенно никакого. Можно, конечно, и дальше больным людям продолжать такое бессмысленное лечение, а можно, хотя бы попытаться найти альтернативные пути лечения. Выбор каждый должен сделать самостоятельно. Кому и что больше нравится!

Об этом, и многом другом, что отрицательно и губительно влияет на здоровье человека, более подробно, можно узнать из сборников народных рецептов лечения различных заболеваний, приобрести которые можно на этом сайте: http://steser1955.wixsite.com/narodnyerecepty

В Зеленодольске местные жители выступают против выселения из исторического квартала города, дома в котором признаны аварийными. В квартале осталось около половины жителей, столько же из них не согласны на условия властей и борются за увеличения цены квадратного метра. Одна из них — 66-летняя Зайтуна Короткова. «Idel.Реалии» рассказывают ее историю и историю квартала.

Два года назад Зайтуна Короткова торопилась — бежала в свою квартиру, чтобы быстро забрать продукты и снова вернуться в больницу. Они вместе с мужем Борисом фактически жили там. У него незадолго до этого обнаружили рак крови и пенсионерка ухаживала за ним.

Когда она заходила в квартиру, ее одернул журналист местной газеты — «Зеленодольской правды», — ожидавший ее у дверей. Он ей и сообщил, что «Полукамушки» — квартал из 26 домов собираются снести. Женщина тогда сказала, что ей не до этого и убежала к мужу, захватив продукты. Муж вскоре умер, а Зайтуна Асгатовна осталась наедине с грядущей бурей.

ЗАЙТУНА, ПИРОЖКИ И ПРЕЗИДЕНТ ТАТАРСТАНА

Короткова почти всю свою жизнь проработала на заводе имени Горького молотобойцем кузнечного цеха. Работа эта тяжелая, «мужская». Из-за этого кожа на ее руках стала грубой, а пальцы за много лет тяжелого труда увеличились. Она стесняется своих рук и за столом с «приличными людьми», которых в последнее время ей приходится видеть все чаще, прячет руки. Приличными людьми Зайтуна Асгатовна называет чиновников и сотрудников правоохранительных органов, которые за последние пару лет борьбы за дом и квартал нет-нет да и захаживают к ней. Так и 13 июня 2016 года к ней в дом рано утром, чтобы успеть поесть до начала главного мусульманского поста — Уразы, — приехал Рустам Минниханов — президент Татарстана.

В ту ночь Зайтуна Асгатовна мало спала — готовилась к приезду. Она испекла специально для президента пирогов, угощала его и всю его охрану, когда те приехали усадив за столом, где в тот день красовалась белоснежная скатерть. Президент оглядел квартиру пенсионерки, поел, помолился и, заявив, что в ее квартире вполне можно жить, отправился дальше. Зайтуна Асгатовна в тот день на радостях пригласила к себе на сто грамм всех соседей, с которыми уже много лет жила бок о бок, но так и ни разу не собиралась. Пили водку, разговаривали и ели пироги. «Я и водку пью как мужики, матерюсь как они — за столько лет работы-то. Я вообще больше мужик, чем баба», — говорит пенсионерка.

Вид из окна Зайтуны Асгатовны

Зайтуна Асгатовна — одна из немногих жителей квартала, которые не хотят уезжать. У нее в «Полукаменных», как она сама их называет, прошла вся ее жизнь. Здесь она прожила почти полвека с мужем, вырастила детей и встретила старость. «Мне жить-то осталось два дня», — говорит женщина, сетуя на то, что ей уже 66 лет, да и ноги уже не те — сложно ходить.

Несмотря на то, что президент Татарстана хорошо отозвался о квартире пенсионерки, это не уберегло ее от судов, экспертиз, адвокатов, сотен обращений, писем и акций протеста.

Аварийный Зеленодольск: сараи, балконы и гетто

Дом Зайтуна Асгатовны включен в программу расселения из аварийного жилья. Из 26 домов в программу не попали только восемь по улице Энгельса. Их несколько лет назад признали объектами культурного наследия Татарстана. Они должны быть отреставрированы.

Остальные дома после приезда Минниханова на проектный семинар, в ходе которого он и посетил квартиру пенсионерки, тоже решили не сносить. Вот только жителей там никто оставлять не собирается — все они должны воспользоваться условиями программы и покинуть свои дома, взяв ипотеку.

ВЕКОВАЯ ИСТОРИЯ

Историческое ядро Зеленодольска — квартал «Полукамушки» — стоит в самом центре города больше века. Но год назад почти вакуумную тишину этого места нарушили, снеся несколько домов. На их месте стали строить новый высотный многоквартирный дом. Но строительство не задалось и на момент планируемой сдачи дома в этом году в нем только семь этажей из десяти.

Район построили век назад, первая линия — несколько домов на улице Энгельса — датированы 1906 годом. Остальные строились чуть позже. Постройки первоначально были одноэтажными, но потом на кирпичный первый этаж надстроили деревянный. Отсюда и название — «Полукамушки».

Фотогалерея:

Зеленодольские «Полукамушки»: вековая история

Историческое ядро Зеленодольска — квартал «Полукамушки» — стоит в самом центре города больше века. Но год назад почти вакуумную тишину этого места нарушили, снеся несколько домов. На их месте стали строить новый высотный многоквартирный дом. Но строительство не задалось, и на момент планируемой сдачи дома в этом году в нем только семь этажей из десяти. История квартала — это судьбы людей. Читайте скоро на «Idel.Реалии».

Квартал сто лет назад строили для инженеров Волго-Вишерского акционерного общества (будущего завода имени Серго). Этот район тогда считали элитным, потом, уже в советское время, именно здесь жила почти вся городская интеллигенция. С 1932 по 1937 год в одном из домов жил будущий министр авиационной промышленности СССР, а тогда директор ПОЗиСа Михаил Хруничев. В другом доме поселился директор судостроительного завода имени Горького Борис Бутома, с 1965 по 1976 год работавший министром судостроительной промышленности СССР. Во время войны в Зеленодольск переселили артистов Московского театра юного зрителя. Актрису Юлию Юльскую поселили в дом в «Полукамушках». Местные краеведы разместили памятные таблички на дома, где жили эти люди, чтобы ни жители, ни власти, не забывали об этом.

Почти все дома в «Полукамушках» — аварийные. Когда под строительство нового дома снесли исторические дома, местная и казанская общественность выступила резко против. Они не хотели, чтобы Зеленодольск потерял свою историю, а вот местные жители, которые стараются обходить «Полукамушки» стороной были не против избавиться от него. Для современного зеленодольца романтики в этом месте мало. «Почти в каждом доме кто-то торгует самогоном, живут алкоголики или преступники», — так сами жители «Полукамушек» отзываются о своих соседях.

Соседи

Местные тоже не против выехать из своих домов. Главная причина их протеста не в том, что они хотят сохранить квартал, а в том, что власти им предложили лишь 11 тысяч рублей за квадратный метр их жилья. Жители Зеленодольска и Чистополя в Татарстане уже несколько лет выступают против этой политики властей, однако пока не очень успешно. В Казани переселенцам из аварийного жилья по программе выдают по 38 тысяч рублей за квадратный метр. Узнав об этом Зайтуна Короткова добавляет: «Мы что, проклятые люди? Мы чем-то хуже тех, кто живет в Казани?»

МИТИНГИ, ВНУК И ИПОТЕКА

За последний год женщина успела принять участие в нескольких митингах и на каждом она пытается выступить. В начале весны на митинге в родном Зеленодольске, она успела отругать КПРФ (организаторов акции) за беспомощность и рассказать о том, как борется за свое право на жилье.

Когда на акции появляются журналисты, Зайтуна Асгатовна уверено идет к ним со своим плакатом и рассказывает о том, что с ними происходит. Журналисты обычно спрашивают у нее про тот приезд президента Рустама Минниханова, а она в этот момент меняется в лице и рассказывает, как все было.

— Сам Рустам Нургалиевич зашел в мою квартиру, был у меня в гостях. Он был поражен, что всё чисто и уютно. Он тогда главе города Тыгину сказал, что это — не аварийное жилье, — начинает пенсионерка. — Мы никому не нужны. Минниханов сказал, но ничего не сделал. Я писала ему письмо, но ответа так и не было, на Минстрой Татарстана сослались, а те на Тыгина. В данный момент всё плавает. По реформе ЖКХ мы проверили, что наших Полукаменных как бы не существует, дома все снесли, всем дали жилье и всё в шоколаде.

Зайтуна Асгатовна на крыльце своего дома

У женщины есть родственники, но стеснять их она не хочет. «Я должна к дочери переехать, а свою квартиру Тыгину отдать?», — говорит она, за одно ругая мэра города. Да и внук живет вместе с ней в ее квартире. Парень окончил Казанский государственный энергетический университет. «Образование есть — работы ноль», — поясняет пенсионерка, отмечая, что в Зеленодольске большие проблемы с этим.

— По трудовому договору его долго не устраивали, один день две тысячи заработает, на второй — рубль. Он буквально ест, пьет и живет на мою пенсию. Это с чем я должна брать ипотеку? Если я сегодня не заплачу, то меня уже завтра выгонят. И как на ребенка повесить ипотеку? У него даже семьи нет! — возмущалась пенсионерка на одном из митингов.

Внук с тех пор на работу устроился, занимается сигнализацией в полиции. Зарплата его составляет 14 тысяч рублей. Пенсия Зайтуны Асгатовны — 13 тысяч рублей, еще 8 тысяч в месяц она получает, работая дворником. «Даже если я заключу договор, с каких денег мне платить? Меня при первой же возможности выставят из квартиры новой», — рассказывает она.

ПОЖАР

В конце прошлой недели в «Полукамушках» случился пожар. Загорелось два дома в непосредственной близости от новостроя. Местных жителей это сильно испугало и они уже решили, что оставшиеся два дома, примыкающие к новострою, обречены на скорую гибель.

Местных жителей охватила паника, одна из женщин даже от волнения забыла свои зубные импланты в автобусе

В тот день утром Зайтуна Асгатовна звонила в ЖЭК и говорила начальнику, что нужно заколотить окна в квартирах, где уже никто не живет. На другом конце трубки с этим согласились и пообещали вскоре заняться вопросом. Через пару часов случился пожар. Загорелось как раз из той квартиры, где никто не жил. Местных жителей охватила паника, одна из женщин даже от волнения забыла свои зубные импланты в автобусе, когда спешила домой после звонка о пожаре. Все боялись, что останутся и без этого жилья.

Пожарные долго не могли потушить огонь — напора в водопроводе не хватало, а горел второй этаж. Когда с огнем было покончено, жителей первых этажей пустили в квартиры, чтобы они смогли спасти то, что еще уцелело. Кто-то смог вытащить только кружку, а кто-то даже смог спасти своего кота, спрятавшегося под диваном.

Те, чьи квартиры пострадали от пожара уже разъехались к следующему дню — кто к родственникам, кто в Дом ветерана. На три месяца власти выделили им там жилье. Но черные стены их домов теперь напоминают местным о том, как быстро они могут лишиться последнего, пусть и аварийного жилья. Те же в свою очередь уверены, пожар — назидание для тех, кто не хочет соглашаться на 11 тысяч за квадратный метр.

Дом ветерана

ЗАВИСТЬ И БУМАЖКИ

У дома напротив стоят несколько женщин. На улицу они выскочили из-за того, что привидении людей с фотоаппаратами, гулящих по кварталу, то есть нас.

— Вы посмотрите! А лучше сфотографируйте! У нас тут разваливается все, ходить страшно, — просит женщина в малиновой куртке.

Она проводит нас вокруг крыльца, показывает, где и как покосилось или обвалилось. На втором этаже в окне другая соседка внимательно наблюдает за нами, поглаживая серого кота. Не выдержав, она спускается к нам.

— А вы кто такие? Журналисты? Ой, нас сколько раз уже снимали. Вы с телевидения? Нет? Вот все у нас так выглядит, в половине домов уже никто не живет, у нас вот тоже выехали. Все хочу вот тут прибраться, но времени все нет, — говорит она нам.

— Смотрите, вон, идет. Опять со своими бумажкам, — отвлекается от нас и недовольно ворчит она из соседок, завидев Зайтуну Асгатовну.

— Ага, опять с бумажками, — отзывается другая.

Соседка

Зайтуна Асгатовна останавливается, приглядывается к ним. В это время на крыше соседнего здания несколько мужчин красят трубы. Это отвлекает ее. Женщина, завидев их, машет и что-то спрашивает.

Она уже несколько месяцев работает дворником в «Полукамушках», поэтому на короткой ноге с каждый разнорабочим и сантехником в округе. В 66 лет отправиться на такую работу ей вынудила нужда проводить постоянные экспертизы на ее жилье и оплачивать услуги адвокатов. «Один адвокат, Михалеченко, меня уже бросил, поэтому пришлось нанимать нового, из Казани», — рассказывает она.

— Она же на Москву деньги собирает, — поясняет соседка. — По 500 рублей с каждого требует, чтобы на билет хватило. Они собираются там кому-то письма относить.

Говоря это, соседки недовольно смотрят на Зайтуну Асгатовну. Они за глаза называют ее принцессой за то, что на живет одна в квартире в 35 «квадратов». А главное, у нее там все работает и есть нормальный туалет.

— Молодец она, — ломается первая соседка. — Сама все сделала, не хочет в бардаке жить.

— Да, — соглашается другая, смотря пенсионерке в след.

Зайтуна Асгатовна бредет по тропинке между домами и взглядом оценивает людей, идущих впереди, — кто-то из них может быть соседом и к нему нужно подойти, чтобы собрать деньги. Их она, действительно, собирает для поездки в Москву. Там она и еще несколько соседей хотят передать письма Путину, в Следственный комитет и Генпрокуратуру, а потом еще и присоединиться к митингу против реновации в Москве. «Если все закончится плохо, то куплю керосин и в Москву на Красную площадь поеду, сожгу себя, больше ничего не останется», — приговаривает Зайтуна Асгатовна.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram и первыми узнавайте главные новости.​

Прокажённая Сергей Строителев © ИА REGNUM

Сергей Строителев, 20 августа 2019, 15:31 — REGNUM Какие ассоциации у Вас возникают, когда Вы слышите слово «прокаженный»? Я много раз задавал этот вопрос различным людям, моим друзьям и знакомым, специфика профессии которых никак не связана ни с медициной, ни с историей. Предположений было очень много, начиная от мистического «колдуна», заканчивая религиозным «проклятым». В реальности проказа — это древнейшее заболевание, о существовании которого знают далеко не все люди, живущие в современном обществе. А те, кто знает, думают, что заболевание полностью исчезло в начале 20-го века.

К слову будет сказано, что предположения моих друзей очень схожи с представлениями жителей Юго-Восточной Азии, в частности такой страны, как Непал, находящейся между Индией и Китаем. Однако есть одно «но», в Непале проказа — это актуальная проблема, в отличие от западных стран, где люди не сталкиваются с прокаженными каждый день. Речь, безусловно, не идет об эпидемии, но количество больных держится примерно на одном уровне с небольшим приростом из года в год.

Мысль о существовании подобного рода представлений в современном мире долгое время не давала мне покоя. Я решил направиться в Непал с целью досконального исследования вопроса прямо на месте.

Колония для прокажённых Хокана, Непал Сергей Строителев © ИА REGNUM

Подготовка

Перед поездкой я долгое время собирал информацию изо всех возможных источников. Доктор Стив Лайонс (Steve Lyons), возглавляющий департамент тропических заболеваний Всемирной организации здравоохранения (World Health Organization), предоставил много детальных и важных данных, благодаря которым я имел полное представление о том, что я собираюсь исследовать.

Стив рассказал про историю болезни, поведав мне, что проказа, или «лепра» упоминается еще в медицинских писаниях Древнего Египта и в писаниях Гиппократа. Сказал, что болезнь пришла в Европу в конце 18-го века, где к 1890 году число колоний для прокаженных — лепрозориев — приблизилось к 20 000, которые служили своеобразными зонами карантина.

Колония для прокажённых Хокана, Непал Сергей Строителев © ИА REGNUM

В Русском медицинском журнале от начала 2000-х мною была найдена невероятная статья, в которой говорилось, что во Франции времен конца 18-го века прокаженных хоронили заживо, перед тем как отправить в лепрозорий, таким образом сообщая ему, что он больше не считается живым для общества.

Прокажённый в колонии Сергей Строителев © ИА REGNUM

Доктор Стив также рассказал, что с помощью карантина к 30-м годам 20-го века удалось полностью изолировать болезнь в Европе и разработать вакцину. В то же время в странах Азии ситуация складывалась и складывается более чем печально. Ужасные санитарные условия и проблемы с экологией — факторы, которые, по словам доктора, способствуют распространению заболевания, сделали такие государства, как Непал, Индия и Бирма, очагами проказы. Также нехватка финансов подкидывает дров в костер, жалуется доктор. По его словам, финансированием лечения и вакцинации в основном занимаются НКО (некоммерческие организации), у государства попросту нету денег на это, да и особого желания тоже.

Когда доктор узнал, что я собираюсь в Непал, он пожелал мне удачи, и я услышал нотки радости в его очень ровном и спокойном голосе.

«Это действительно здорово, что ты собираешься ехать, кто-то должен это сделать! Мы несколько раз пыталась выйти на связь с непальскими СМИ, с целью создания материала, освещающего проблему, однако получали отказ — непальские журналисты и фотографы не соглашаются работать с этой темой. Для них это табу», — написал мне Стив.

Доктор предупредил меня, чтобы я был готов к непониманию со стороны местных, так как прокаженные — изгои в Непале, полностью отверженные обществом люди, находящиеся в полной социальной изоляции. Каждодневная дискриминация и угрозы расправы со стороны односельчан делают жизнь прокаженных невозможной. Непальцы не могут принять тот факт, что проказа лечится вакциной и после вакцинации, прокаженный перестает быть разносчиком заболевания. По сути, табу носит чисто эстетический характер — наибольшей дискриминации подвергаются люди, у которых в результате поздней диагностики появились серьезные деформации. Большинство прокаженных вынуждены покидать родные дома в поисках безопасности и жить в специализированных колониях.

Доктор дал мне все необходимые адреса и контакты местных организаций, курирующих вопрос, попросив держать его в курсе дел.

Я незамедлительно отправился в путь.

500 метров от старого дуба

Около колонии Хокана Сергей Строителев © ИА REGNUM

Второй час я иду по пыльной дороге в пригороде столицы Непала, Катманду. Я ищу колонию для прокаженных Хокана, которая была основана еще в начале 20-го века и является основным местом их обитания в этой стране. Встречаю путника, это уже третий человек на моем пути, спрашиваю у него, где находится колония. Путник опускает голову и проходит мимо, растворяясь в пыли, которой пропитан воздух внутри и вокруг столицы. На обочине дороги встречаю мальчишку-пастуха со стадом коров, мальчик что-то напевает, через шаг подпрыгивая на одной ноге. За пакетик сушеного дала (местное лакомство) он соглашается показать мне место. Мы молча идем по дороге еще около часа, вдруг мальчишка останавливается и говорит, что колония дальше по дороге, в 500 метрах направо от старого дуба, но он туда не пойдет — нельзя. Я не задаю лишних вопросов, будучи осведомленным о причинах. Мальчишка долго стоит и смотрит мне вслед, почесывая затылок.

За два дня до этого я договорился по телефону о встрече в колонии с представителем организации, курирующей ее. Приближаясь к Хокане, вижу в пыли силуэт мужчины, который машет мне рукой. Это Мохан — менеджер. Он крепко жмет мне руку и тут же начинает задавать множество вопросов — ему интересно, каким ветром меня занесло сюда, тут не было европейцев уже довольно давно. Мы направляемся ко входу, где нас уже ждет негласный лидер поселения Чандра.

Чандра Сергей Строителев © ИА REGNUM

Мужчина протягивает мне беспалую руку, я отвечаю рукопожатием, видя в глазах Чандры неподдельную радость и удивление. Мужчина одет очень опрятно — в белые шорты, сланцы Reebok, классическую жилетку на белую маечку, и аккуратную серую шапочку, закрывающую одно ухо. Мохан держится поодаль, примерно в метрах 10−15, стараясь не приближаться, но продолжая улыбаться, посматривает на часы. Как только господин менеджер увидел, что я немного освоился, решил сообщить, что ему пора обратно в офис, белоснежно улыбнулся, пожелав мне успеха, прыгнул на байк и умчался в город, оставив лишь пыль перед воротами колонии, в которой я остался.

Один из обитателей колонии идет пасти скот Сергей Строителев © ИА REGNUM Во владении колонии несколько десятков голов скота Сергей Строителев © ИА REGNUM

Место, где никого не бывает

Мое появление в колонии вызывает непомерный интерес у ее обитателей. Люди начинают собираться вокруг меня, бросая дела, все хотят поздороваться. Складывая ладони вместе, кланяются, говоря «намасте» (непальское приветствие, состоящее из слов «намах» — поклон и «те» — тебе), я отвечаю.

Чандра приглашает к себе в дом. По дороге я осматриваюсь. Колония — это длинная цепочка одноэтажных домиков, соединенных друг с другом. Каждый домик принадлежит одному человеку. Строения все одинаковые и напоминают временный лагерь беженцев, с одной поправкой — люди живут здесь постоянно. Захожу в дом Чандры. Отмечаю, что, несмотря на свой статус лидера, его жилище внешне ничем не отличается от остальных. Чандра живет скромно, как и другие — кровать, стол, плитка для готовки, четыре стены. Мужчина предлагает мне чай с молоком — знаменитый непальский «масала ти». Я с удовольствием соглашаюсь, и он начинает суетиться, подогревая молоко и щебеча какую-то непальскую песенку себе под нос. Чандра неплохо говорит на английском, который выучил в школе. Спрашивает меня — христианин ли я, отвечаю, что да. Мужчина радуется и достает плакат с изображением Иисуса со шкафа. Говорит, что очень много прокаженных, проживающих в колонии, также являются христианами. Они сменили веру после встречи с волонтерами христианских организаций, посещающими колонии. Это происходит очень редко, но любовь, с которой эти люди относятся к больным, запоминается надолго и не может не тронуть душу, рассказывает Чандра, поэтому христианство заменяет больным буддизм, ассоциирующийся с унижениями.

«Они пришли, принесли нам еды, помогли помыться, держали нас за руки, мы не хотели отпускать их, но давно их не было тут, и вообще никого тут не бывает, ни родственников наших, никого…» — его голос начинает дрожать, и на глазах появляются слезы. Один из обитателей колонии набирает воду Сергей Строителев © ИА REGNUM

Мы пьем чай. Немного помолчав, Чандра сообщает мне, что в колонии проживает около 100 человек, и я понимаю, что необходимо задержаться тут на какое-то время. Спрашиваю, есть ли койка для меня. Чандра отвечает, что свободных домов нет, и, почесывая затылок, отправляет меня и мой рюкзак в складское помещение, где я прожил следующую неделю.

Жилые секторы колонии Сергей Строителев © ИА REGNUM

Семьи без семей

Во время моего пребывания в колонии я начал четко понимать, что это настоящая коммуна, где прокаженные по мере своих физических возможностей помогают друг другу в быту — помыться, причесаться, одеться, обработать раны. Это очень важно, так как многие больные лишены физической возможности делать подобные дела сами. Те больные, которые не имеют серьезных физических деформаций, работают как могут — просеивают рис, чинят электроприборы, стирают, ухаживают за скотом, рубят дрова и косят траву, даже делают побрякушки из бисера, которые продаются сотрудниками организации, курирующей колонию, на рынке в Катманду.

Обитательница колонии отпускает кур погулять Сергей Строителев © ИА REGNUM Стирка в колонии Сергей Строителев © ИА REGNUM Стирка в колонии Сергей Строителев © ИА REGNUM Прокаженные не могут носить обычную обувь, поэтому обученный мастер создает им специальную Сергей Строителев © ИА REGNUM Несмотря на немощность, обитатели колонии стараются содержать свои жилища в чистоте Сергей Строителев © ИА REGNUM Обитатели колонии. Некоторые дети переезжают в колонию вместе с родителями, которые подвергались гонениям в родных селах Сергей Строителев © ИА REGNUM Душа в колонии нет, все обитатели моются на улице, набирая воду в таз Сергей Строителев © ИА REGNUM

Каких-то определенных распределений обязанностей в колонии не существует — каждый работает как может и делает то, что ему позволяет состояние здоровья. Родственников в Хокане тоже нет — они чужие друг другу люди, которых сроднила совместная жизнь и причины, по которым им пришлось покинуть родной дом. Жители колонии — одна большая семья.

После купания люди помогают друг другу одеться и никогда не отказывают Сергей Строителев © ИА REGNUM Обитатели колонии помогают друг другу помыться. У некоторых жителей Хоканы нет кистей или пальцев, что делает такие простые процедуры проблематичными Сергей Строителев © ИА REGNUM Банные процедуры Сергей Строителев © ИА REGNUM

Адарш

Адарш Сергей Строителев © ИА REGNUM

Адарш сидит на кровати внутри своего дома и нанизывает бусинку за бусинкой на нитку. Время течет в колонии очень медленно, вязко. Адарш никуда не торопится, выполняя работу кропотливо. Бусинки совсем маленькие, роняя их, Адарш кряхтит. Жара, время от времени мужчина вытирает пот со лба и возвращается к работе. Я попытался заговорить с мужчиной, он не ответил, скрестив пальцы около рта — он нем. Закончив очередной браслет, мужчина схватил мою руку и приложил изделие к кисти, его глаза заблестели, он широко улыбнулся. Адарш работает каждый день, но не потому, что его браслеты продаются хорошо и приносят много денег — это дело, которое помогает ему не сойти с ума.

Адарш с бусинками Сергей Строителев © ИА REGNUM

Рядом с домом Адарша каждый день Фати и Дамшани.

Фати и Дашмани причёсывают друг друга Сергей Строителев © ИА REGNUM

Они делают друг другу прически. «А кто еще нам поможет?» — восклицают женщины, которые живут по соседству друг с другом и общаются каждый день. Фати рассказывает, что Дамшани сначала ей жутко не нравилась — «дурная она, допоздна не спит, мусорит, курит много, но потом как-то притерлись и начали дружить». Дамшани улыбается и отвечает: «Сама ты дурная», — и обнимает подругу.

Фати и Дашмани причёсывают друг друга Сергей Строителев © ИА REGNUM

Отверженные

Обитательница колонии Сергей Строителев © ИА REGNUM

За несколько дней я познакомился со всеми жителями этого места с помощью главы поселения Чандры, который помогал мне с переводом, однако одна из женщин все время молча обходила меня стороной. Я наблюдал за ней и видел постоянную грусть в глазах. Я понимал, что мне скоро уезжать, и решился подойти. Шейла разговаривает, опустив глаза:

Шейла Сергей Строителев © ИА REGNUM

«Я живу в колонии уже 42 года. Решила уйти из родного села в 18 лет. Несколько лет я терпела унижения со стороны родственников и односельчан, я была очень скромной и набожной — никому ничего плохого не делала и почему-то воспринимала все происходящее как должное. Но я не вытерпела, так как постепенно моя жизнь превратилась в сущий ад. Мой родной отец сделал для меня отдельный вход в дом — дырку в задней стенке, напоминающую отверстие в собачьей конуре, запрещая мне входить через парадную дверь. Пищу мне приходилось принимать на полу — на этом настояла мать. Братья и сестры смеялись и кидали мне хлеб во время обеда. Мне приходилось есть, чтобы были силы. Все они действительно верили, что я проклята, только так я могу оправдать их поступки».

Шейла возвращается в свою комнату после стирки Сергей Строителев © ИА REGNUM

Я слушаю все это и мне просто нечего ответить. Глаза женщины наполняются слезами. Я понимаю, что никакие слова не смогут утешить ее и помочь выкинуть из сердца ту боль, которую она испытала в прошлом. Родные так и не навещали ее с тех пор. Наверное, ее история поразила меня больше всего, однако в колонии каждый прокаженный имеет свою собственную, приведшую его в это место.

Сонилал до сих пор продолжает носить футболку с надписью «Freedom of Speech», которую привез ему сын шесть лет назад. Мужчина говорит:

Сонилал Сергей Строителев © ИА REGNUM «Это был единственный раз, когда сынок навещал меня, несмотря на то, что работает в часе езды от колонии. Он приехал и вручил мне майку, — глаза Сонилала заблестели. — Я очень надеюсь, что он успеет навестить меня еще раз, я думаю, у него хороший дом и есть дети, я уверен, что есть», — добавляет Сонилал. Мужчина развешивает белье Сергей Строителев © ИА REGNUM

Ганга дети навещают время от времени, оставляя овощи и фрукты на крыльце дома, избегая общества отца и не давая ему возможности даже увидеть их.

Ганга Сергей Строителев © ИА REGNUM «Я видел их из окна однажды, но не успел обуться, когда вышел на крыльцо, они уже ушли, я закричал вслед, они, наверное, не услышали, хотя были не так далеко. Я думаю, что дети просто не знают, что я дома, может думают, что я вышел куда-то, хотя куда я могу выйти», — рассказывает Ганга. Дом Ганги Сергей Строителев © ИА REGNUM

Сану, имеющая шестерых детей, не видела их уже 23 года, так как шаман в родной деревне предсказал им страшные мучения, если они навестят мать. Женщина нехотя вспоминает те страшные времена:

Сану Сергей Строителев © ИА REGNUM «Вся деревня собралась у моего крыльца ранним утром, они за руки вытащили меня на улицу и, окружив, начали ругать, кричали, что я должна уйти. Я осталась, а в следующий раз они подкинули мне в дом змею, и я только чудом обнаружила ее под кроватью. Муж никак не поддерживал меня, просто молча пил целыми днями, хотя я умоляла его предпринять что-то, а дети были маленькие и ничего не соображали. Я собрала самое необходимое и ушла в Хокану. Детишки мои выросли в атмосфере неприятия таких, как я, они так воспитаны, и я их не виню, но мужа простить не могу. Он мужчина и мог сделать что-то». Сану несет ведро с водой к своему жилищу Сергей Строителев © ИА REGNUM

Лалибахадур живет в колонии уже более полувека. Из-за поздней диагностики у мужчины появились деформации. Он был вакцинирован и даже пытался жениться, предлагая потенциальным женам 100 долларов (огромные по непальским меркам деньги), но никто так и не согласился.

Лалибахадур Сергей Строителев © ИА REGNUM «Мы с мамой долго собирали деньги, продавая молоко на рынке, а потом ходили по домам в деревне. Мама меня сватала, но ничего не вышло, ее не хотели слушать, смеялись над ней, а некоторые даже бранили. Я был хороший жених — трудолюбивый, не пил, почитал старших, но, наверное, невесты боялись проклятия. После нашего ухода невесты чистили крыльцо и просили у богов, чтобы проклятие обошло их стороной. Когда мама ушла, я покинул родное село. Я тогда не знал про колонию и сначала жил на улице на свадебные деньги, однако они быстро закончились, и мне пришлось попрошайничать в Катманду» — вспоминает Лалибахадур. Одно из старейших зданий колонии, в котором живет Лалибахадур Сергей Строителев © ИА REGNUM

Фатик, бывший учитель литературы, который с горя запил после заболевания и к которому ни разу не приезжали родственники за 35 лет проживания в колонии.

Фатик Сергей Строителев © ИА REGNUM «Я помню этот день, день, когда моя счастливая жизнь закончилась — доктор сообщил односельчанам, что я заболел. Никто не пришел на мой урок, а подростки тыкали в меня пальцем и называли проклятым. Один из самых бойких даже поднял камень, но не кинул — не решился. Это было только началом. Каждый день издевки становились все изощреннее — мне перестали продавать продукты в магазине, кидали камни в окно, а в один день зарезали весь мой скот. Я тогда начал пить в другом селе, куда ходил за ракией (рисовая водка), однако, рано или поздно все тайное становится явным, и туда тоже дошла информация о моем проклятии. В соседнее село меня также перестали пускать. Я был в депрессии, мне было очень плохо и страшно, я ушел ночью, в пустоту, в никуда», — рассказывает Фатик. Фатик во дворе колонии Сергей Строителев © ИА REGNUM

Рам заразился проказой от родителей в возрасте 15 лет. Всей семье пришлось переехать в колонию из-за нападок односельчан. После смерти родителей Рам остался в колонии — ему просто некуда было идти. Своей семьи у мужчины так и не появилось.

Рам Сергей Строителев © ИА REGNUM «Я знаю, что мне повезло больше, чем остальным, — я прожил вместе с семьей долгое время в колонии. тТаких случаев я больше не знаю. Я любил мать и отца, несмотря на то, что получил проказу именно от них. Мы ушли из родного села после того, как отца сильно избили, а наш дом подожгли, поставив ультиматум: если не покинем деревню — нас убьют. Я помню это как сейчас, я стоял и смотрел в лицо своему другу, который был в толпе беснующихся односельчан. Мы вместе с ним бегали на озеро каждый день, а тогда я не видел ничего, кроме ненависти, в нем. Как такое возможно? Ведь мы были близки». Рам спит около своего жилища — внутри слишком жарко Сергей Строителев © ИА REGNUM

Самое печальное для меня в разговорах с обитателями колонии было спокойствие, с которым большинство из них рассказывали свои душераздирающие истории. Я понимал, что они просто привыкли оставаться забытыми. Это скромные молчаливые люди с невыносимой грустью в глазах.

Внутри одного из домов колонии Сергей Строителев © ИА REGNUM

Мое время в колонии подходило к концу, я не хотел покидать этих дружелюбных людей, с которыми мы столько времени провели в разговорах. Меня долго провожали, и я обещал вернуться.

Дома прокаженных Сергей Строителев © ИА REGNUM

Госпиталь на границе здравомыслия и табу

Менеджер Мохан по дороге обратно в Катманду сказал мне, что на юге Непала есть госпиталь, занимающийся современным уходом за больными — Лалгад, находящийся неподалеку от города Джанакпур. Эта местность была хорошо мне знакома — я уже был гостем этого города в недалеком прошлом. Я принял решение направиться именно туда.

Через 15 часов тряски в автобусе я был в Джанакпуре. Найти место не составило труда — все местные знают про госпиталь — единственный в стране, находящийся в лесу, километрах в десяти от города. До госпиталя пришлось идти пешком, что заняло несколько часов.

Двор около операционной госпиталя Лалгад, принимающей больных круглые сутки Сергей Строителев © ИА REGNUM

В Лалгаде меня встречает охранник и провожает в офис координатора Кумара, одетого в хороший синий костюм и абсолютно свободного говорящего на английском языке. Несмотря на то, что Кумар непалец, его отношение к табу кардинально отличается от рядового.

«Существование табу в современном обществе вряд ли можно оправдать чем бы то ни было. Можно долго и муторно рассуждать о сложившихся древних традициях в той или иной стране, но все это теряет значимость, когда на кону стоит безопасность человека» — говорит Кумар. Молодая прокаженная с ребенком в палате госпиталя Сергей Строителев © ИА REGNUM

Лалгад — это современный госпиталь, спонсируемый британской организацией Nepal Leprosy Trust. Госпиталь вмещает около 100 больных, на которых приходится не менее 10 врачей, знающих о проблеме все и делающих обход два раза в день. Офис госпиталя постоянно контактирует с Лондоном, куда посылаются отчеты о проделанной работе, кейсы новых больных и финансовые сметы.

Пациенты ждут приема в перевязочной Сергей Строителев © ИА REGNUM Пациенты госпиталя Сергей Строителев © ИА REGNUM В палате госпиталя Сергей Строителев © ИА REGNUM

Кумар сетует на то, что количество больных, обслуживаемых госпиталем, — это капля в море.

«Уход за прокаженными может осуществляться и на дому, — говорит Кумар. — Что мы тут делаем, так это на время ограждаем их от издевательств со стороны односельчан, пытаясь в то же время заниматься образовательной деятельностью этих самых односельчан, которая является практически безуспешной — задача очень сложная, убедить людей, не имеющих образования и живущих по советам шаманов, что вакцинированные нами прокаженные не опасны для окружающих. К сожалению, ситуация обстоит так, что все пути прокаженных ведут либо к нам, либо в колонию к Хокане, так как терпеть унижения в родных селах долгое время невыносимо». Прокаженные проводят время на свежем воздухе, около палаты Сергей Строителев © ИА REGNUM В клинике организованы короткие встречи, на которых прокаженных учат, как реагировать на вербальную и физическую дискриминацию Сергей Строителев © ИА REGNUM Прокаженные в палате госпиталя Сергей Строителев © ИА REGNUM Прокаженный в палате Сергей Строителев © ИА REGNUM

В госпиталь стараются помещать самых проблемных людей. Самый сложный кейс у девочки Маи 13 лет, заболевшей в возрасте трех лет и выброшенной на улицу собственными родителями в возрасте шести. Девочку нашли врачи на пороге больницы в Джанакпуре, с видимыми признаками проказы и отвезли в Лалгад, где она живет до сих пор. Проказа лишила Маю обеих ног. Мая не разговаривает, несмотря на все усилия психолога, который работает в госпитале.

Врачи обрабатывают страшные раны Маи Сергей Строителев © ИА REGNUM

Улицы отрешения

Прожив в госпитале неделю, я не упустил возможности съездить вместе с врачами к прокаженным, продолжающим жить в родных селах и находящимся под наблюдением Лалгада.

Прокаженная, живущая в деревне неподалеку от клиники Лалгад Сергей Строителев © ИА REGNUM

Все три героини моей истории попросили сниматься, пока никто не видит.

Прокаженная, живущая в деревне неподалеку от клиники Лалгад Сергей Строителев © ИА REGNUM

Видимое спокойствие через пять минут сменилось буйством.

«Зачем вы снимаете эту проклятую? — прокричал мне на ломаном английском пьяный парень из толпы, собравшейся вокруг меня в деревне Батишор. — Неужели нету кого получше — вон, сколько у нас красивых девушек в деревне, снимайте их!!!»

Дамкумари из Батишора идет пасти скот Сергей Строителев © ИА REGNUM

Люди с пеной у рта спорили с врачами, пытаясь объяснить, что проказа — это проклятие, кара за грехи и что надо срочно избавиться от больных женщин, увезти их подальше, а в противном случае они готовы сами позаботиться об этом.

Дамкумари Сергей Строителев © ИА REGNUM

В Батишоре я пробыл около трёх часов, и за это время я ощутил то, что приходится терпеть прокаженным каждый день. Я не понимал, как Дамкумари живет с этими людьми, при этом продолжая заниматься какими-то делами — пасти скот, готовить.

Дамкумари со скотом Сергей Строителев © ИА REGNUM

Кумар сказал, что женщину скоро заберут в госпиталь, так как находиться в родном селе ей стало очень опасно.

«Она не хочет верить в то, что односельчане могут нанести ей физический вред, но рано или поздно это всегда происходит, мы это знаем, и для нас это очевидно» — рассказывает Кумар. Семья прокаженных. Если один из членов семьи болен лепрой, и эти люди не хотят избавляться от больного, они также считаются проклятыми Сергей Строителев © ИА REGNUM Прокаженная Сергей Строителев © ИА REGNUM

Мне стало не по себе, когда я анализировал все то, что увидел в Непале, — я не мог поверить, что все это являлось реальностью, а не страшным сном. Мне хотелось думать, что все это временно и проблема, безусловно, будет решена. Однако, оценивая все аспекты и понимая, что это целая вереница вопросов — начиная с образования, заканчивая традициями и укоренившимися стереотипами, я понимал, что нужно время, много времени, десятилетия, возможно, века.

2013

ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

Сер. 2

Вып. 2

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ

УДК 94(38)

А. В. Михайленко

ТАБЛИЧКИ ПРОКЛЯТИЙ КАК ИСТОЧНИК

ДЛЯ ИЗУЧЕНИЯ СОЦИАЛЬНОЙ ЖИЗНИ В ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ

Среди источников по греческой истории надписи занимают чрезвычайно важное место. Выбранный для исследования источник — таблички проклятий (1аЬе11ае defixio-пит), может рассказать не только о магических представлениях греков, но и служить иллюстрацией особенностей и закономерностей социально-экономического развития отдельных слоев общества в Афинах в 1У-Ш вв. до н. э. Во-первых, таблички являются одним из малочисленных источников, которыми мы располагаем и в которых упоминаются представители негражданских категорий населения. В проклятиях содержатся списки имен вместе с патронимами и демотиконами, этниконами и указаниями профессиональной деятельности, предметов личного движимого и недвижимого имущества. Во-вторых, мы можем видеть причины и развитие конфликтов, которые происходили в профессиональной среде вольноотпущенников, метеков и рабов. В-третьих, в источнике содержится информация о женщинах-негражданах, что позволяет уточнить наше представление об их роли в экономической жизни Афин. К недостаткам отнесем значительную фрагментарность большинства табличек, которая затрудняет возможности правильной интерпретации и реконструкции контекста.

В настоящее время, по подсчетам Дж. Гейгера, найдено и опубликовано около 1500 табличек, содержащих проклятие: 2/3 из них греческие, остальные написаны по латыни . В греческом языке интересующие нас надписи обозначались словом катабеацо^, происходящим от глагола катабеш («связывать», «заключать в оковы»). В латинском языке их обозначали термином аналогичного значения — defixiones от глагола defigo — «пригвождать, вонзать».

Рассмотрим особенности табличек проклятий. Наиболее ранние таблички, найденные на Сицилии, датируются У1-У вв. до н. э. В Аттике надписи получили распространение приблизительно с IV в. до н. э. Создание проклятий не было локальным явлением, напротив, ими пользовались как на материковой, так и островной Греции. К концу эллинистической эпохи таблички встречаются уже в Египте, Малой Азии, на территории современной Британии, Германии, Франции.

Табличка представляла собой сравнительно небольшую тонкую свинцовую пластинку, на которой с одной или двух сторон процарапывался текст проклятия. Сви-

Михайленко Александра Викторовна — аспирант, Санкт-Петербургский государственный университет; e-mail: Sasha_perm@list.ru

© А. В. Михайленко, 2013

нец был не единственным употребляемым для их создания материалом. Кроме него, хотя и значительно реже, использовали воск ^Т, 18-21), олово ^Т, 106), медь ^Т, 196, 212), золото ^Т, 127, 262), мрамор ^Т, 122) . Выбор диктовался «подходящими», по мнению древних греков, природными качествами материала. Будучи холодным, серым, неблестящим и пластичным, свинец как нельзя лучше подходил для магического ритуала, когда жертву уподобляли подобному металлу. Пластинку с проклятием обыкновенно сворачивали в трубочку, скрепляли при помощи бронзовых или железных гвоздей. Это делалось как в практических целях — для затруднения доступа к тексту проклятия посторонних лиц, так и в силу оккультных представлений: археологи находят множество антропоморфных изображений, утыканных иголками и гвоздями. Считалось, что такая процедура способна причинить большее страдание жертве, чем обычный заговор. Часто тексты проклятий сопровождались рисунками, отражающими намерения авторов.

По мнению Е. Г. Кагарова, таблички не случайно сворачивались как обыкновенные письма . По структуре проклятия напоминали официальные и частные документы. Авторы стремились придать им формальный вид. В двух случаях надписи начинаются со слов, характерных для публичных документов и памятников: в добрый час (SGD, 19; DTA, 158). Можно найти некоторую схожесть табличек, направленных подземным богам, с обыкновенными письмами . В проклятиях из Пирея ^ТА, 103, 102) читаем следующее: «я посылаю письмо Гермесу и Ферсефоне «.

Немаловажным было размещение артефакта. Считалось, что табличка эффективна только в том случае, если она находится в «правильном» месте: на кладбище в могиле, в гробнице, в святилище и храме подземного бога, в воде (колодцах, источниках), в земле, в частых местах убийств, в местах скопления людей (театрах, рынках). Кроме того, археологи находят проклятия, спрятанные в обычных сосудах, которые использовались на кухне , или даже внутри светильников . Таблички вмуровывали в стены или прибивали гвоздями. Также они располагались в месте, связанном с жертвой (подбрасывались в дом для создания надлежащего эффекта). Демоны и души мертвых, обитающие как в подземном, так и в земном мире, могли служить в качестве посланников, доставлявших проклятия к божествам, или в качестве хранителей таблички от грабителей и злоумышленников . По мнению М. Гвардуччи, до IV в. до н. э. греки обращались за помощью исключительно покойников, умерших насильственной смертью. Считалось, что неупокоенные души таких мертвецов доставляли бы большее беспокойство жертвам .

Сущность заклятий состояла в призвании к высшим силам: если кто, получив тяжкую обиду или опасаясь получить ее сам, не был в состоянии отомстить обычным способом, то он обращался к богам с мольбою принять на себя дело отмщения или посодействовать. В таблицах чаще всего встречаются следующие боги: Гермес, Кора — Персефона, Геката, Аид (Плутон). Реже упоминались: Кербер, Деметра, Ахерон, Харон, сестры Праксидики, Матерь богов, Кронос, Дике, Зевс, Селена, Эриннии, Тефия, мойры, нимфы. Каждое божество наделялось характерным эпитетом: Гермес — подземный, связывающий, хитрый, вызывающий мертвых; Геката — подземная, трехликая, биченосная, факелоносная.

Свинцовые таблички обладали уникальными характеристиками, являлись предметами частной и, безусловно, магической практики. Создание проклятий могло быть

как индивидуальным делом, так и работой профессионала. К услугам специалистов стали обращаться уже с IV в. до н. э., о чем свидетельствует Платон в трактате «Государство»: «Нищенствующие прорицатели околачиваются у дверей богачей, уверяя, будто обладают полученной от богов способностью жертвоприношениями и заклинаниями загладить тяготеющий на ком-либо или на его предках проступок, причем это будет сделано приятным образом среди празднеств. .. .Они уверяют, что с помощью каких-то заклятий и узелков они склоняют богов себе на службу» (Р1. Resp. II, 364Ь-с). Фрагмент показывает, что потребность в магии была характерной чертой афинской повседневности и пользовалась успехом среди состоятельных людей.

В некоторой степени написание текстов может свидетельствовать об обращении к профессионалам в подобном деле. Буквы могли располагаться в обратном порядке ^ТА, 96, 97), снизу вверх ^ТА, 66, 109), беспорядочно ^ТА, 110-127), писаться вверх ногами ^ТА, 96, 20) или сознательно неразборчиво. Самым красивым вариантом было изображение строчек проклятия в виде какой-нибудь фигуры ^ТА, 85; DT, 234-340, 257). В некоторых случаях греческие слова отображались латинскими буквами фТ, 231, 252, 269, 270). Последние два способа были доступны профессионалам, услуги которых хорошо оплачивались и пользовались спросом. Причину подобных манипуляций несложно установить. Во-первых, авторы стремились оставаться анонимными, а зашифрованный от посторонних смысл проклятия способствовал этому. Во-вторых, они верили, что искаженный текст эффективнее вредит жертве, чем обычный.

Исследователи выделяют 3 типа табличек в зависимости от используемой авторами формулы :

1. Простая связывающая формула, произнесение которой позволяет манипулировать жертвой.

2. Просьба или мольба к богам.

3. Simi1ia зтШЬш, формула по аналогии, содержащая пожелание уподобить жертву чему-то бесполезному или безжизненному.

Суть перечисленных формул не только в разнице используемых магических глаголов, лаконичного или развернутого содержания, но и в цели достижения желаемого: в одних случаях автор стремился только связать волю жертвы, в других — нанести физический вред, который закончился бы смертью.

В первом случае глагол, означающий проклятие, употреблялся в единственном числе от первого лица: я посвящаю, я передаю, я вручаю, я записываю, вношу в список, я связываю. Затем указывались различные части тела: руки, ноги, язык, душа. Могла проклинаться работа человека без каких-либо уточнений. Предположим, что первая формула наиболее стандартна и не отражала индивидуальных качеств ни автора, ни адресата проклятия: Мнесифеда проклинаю язык, работу, руки, душу Мнесифеда РТА, 52).

Во втором варианте автор обращался с мольбой или просьбой к подземным божествам, демонам, либо мертвецам, чтобы те восстановили справедливость и наказали провинившегося. Это выражалось посредством глаголов с соответствующим значением: вызывать, призывать; умолять, упрашивать, заклинать, истово молиться, угнетать, удерживать, притеснять . В подобной схеме обязательно должны были присутствовать божества, наделенные эпитетом.

Перед именем бога ставились предлоги про^ и пара, перевод которых вызывает некоторые трудности. Сложность заключается в правильном понимании того кон-

кретного смыла, который вкладывали древние авторы в тексты проклятий. Употребление двух предлогов объясняют по-разному. Одни исследователи считают, что основная цель проклятия — парализовать ненавистного человека, отдавая его хтоническим божествам, чтобы они забрали его раньше положенного ему срока. М. Гвардуччи считает, что, употребляя предлог про^, автор вносил имя своего врага в окружение подземного бога, обрекая его душу на смерть . К. Фараон, напротив, утверждает, что подобная формула гарантировала автору моральную безопасность: божество, а не человек совершало высший суд над провинившимися и восстанавливало справедливость . Х. Верснел обращает внимание, что глагол с непосредственным значением «убить», встречается очень редко . Он приводит примеры, раскрывающие мотивы создания таблички. Авторы, прибегали к помощи проклятий в целях самозащиты: «Милая Гея, помоги мне, так как я несправедливость претерпела от Эвриптолема и Ксенофонта, я связываю их» ^ТА, 98) . Присоединимся к мнению М. Гвар-дуччи, в соответствии с которым авторы желали преждевременной смерти соперника. Предположим, что основная привлекательность проклятий заключалась в возможности причинить зло «чужими» руками при помощи божеств и демонов.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Третий вид используемой формулы по аналогии представляет для нас определенный интерес. Прежде всего, проклятия по формуле «подобное подобному» наиболее информативны: авторы стремились рассказать как можно больше подробностей о жертве, пожелать ей самых страшных мучений: «Их всех, перечисленных на свинцовой пластинке, я связываю, и обрекаю на ущербность, жажду, бездействие, исчезновение, бесславие, слабость, забвение и их самих, и всех тех, кто с ними общаются, и детей их, и жен» ^ТА, 55).

Можно сказать, что такие надписи были в большей степени индивидуализированы и лишены формальностей, чем предыдущие. При создании проклятия особое значение придавалось не только формуле, но и проведению самого ритуала: расположению текста, созданию изображения, выбору материала и места хранения.

Заслуживает внимания подборка источников Д. Огдена, отражающая разнообразие форм античной магии, в которой отдельная глава отводится табличкам с проклятиями . Автор делит таблички на группы, приводит наиболее характерные проклятия для каждого вида и комментирует содержание, иллюстрируя проявления тех или иных социальных конфликтов1.

Форма текста, его информационная и эмоциональная нагрузка со временем менялись. В эпоху эллинизма (IV-! вв. до н. э.) происходят изменения во внешней

1 Классификация К. Фараона является общепринятой в настоящее время. Споры среди исследователей ведутся только из-за распределения тех или иных табличек по группам.

стороне проклятий: несмотря на то, что стандартная формула существенно не меняется, она постепенно обогащается восточными элементами — египетскими, иудейскими, иранскими, персидскими заклинаниями. Синтез культур, который произошел в ходе успешных завоеваний македонцев, отразился в первую очередь в «народной религии» .

Последнее, что необходимо выяснить, — это вопрос об эффективности надписей как социально-психологического феномена. Археологи датируют наиболее поздние таблички VI в. н.э . Продолжительность обращения к проклятиям как способу решения и предотвращения конфликта говорит сама за себя. Мы располагаем свидетельствами античных авторов, упоминающих таблички в своих работах. Плиний в трактате «Естественная история» говорит, что нет ни одного человека, который не боялся бы быть заговоренным табличками с проклятиями (Plinius Secundus. XXVIII, 4, 19). Тацит пересказывает драматический сюжет о Клавдии Пульхерии, обвиненной оратором Домицием Афром в намерении причинить зло императору Тиберию при помощи табличек с проклятиями (Tacitus. Annales. IV, 52).

Впервые интерес к табличкам с проклятиями как к историческому источнику возник в начале XIX в. у английских, французских и немецких ученых. К концу XIX в. количество табличек с проклятиями вследствие многочисленных находок значительно увеличивается. Новые надписи издавались в различных археологических журналах, поэтому ощущалась потребность опубликовать все надписи отдельными сборниками .

Поворотным моментом в исследовании данного источника стала публикация в 1897 г. Р. Вюншем 220 аттических табличек с проклятиями в сборнике «Defixionum Tabellae Atticae» (далее — DTA) в качестве приложения к изданию Inscriptiones Graecae (IG, III) . Именно ему мы обязаны нумерацией табличек с проклятиями, которыми сегодня пользуются исследователи. Исследователь распределил надписи по группам в зависимости от их информативности: только списки имен проклинаемых (DTA, 1-39), имена + глагол, обозначающий связывание (DTA, 40-46), глагол «связываю», имена + части тела, родственники (DTA, 47-78), стандартная формула и упоминание божества Гермес (DTA, 79-97), формула проклятия и Гея (DTA, 98-100), формула проклятия и Персефона (DTA, 101-103), формула проклятия и Геката (DTA, 104-107), формула проклятия и Эринии (DTA, 108), формула проклятия и сестры Праксидики (DTA, 109), таблички, написанные особым способом (DTA, 110-135) и фрагментарные надписи (DTA, 136-220). Тексты проклятий сопровождались короткими комментариями Р. Вюнша по-латыни, касающиеся местонахождения, датировки и особенностей написания текста. Автор собрал имеющийся на тот момент аттический материал, снабдив его обширным содержательным вступлением.

Другим ведущим издателем табличек стал французский ученый О. Одолль. В Париже в 1904 г. вышел в свет его сборник из 305 надписей под названием «Defixionum Tabellae» (далее — DT), куда вошли 220 текстов Р. Вюнша, 30 новых табличек из Аттики, 55 из других областей, впервые опубликованных . Надписи опубликованы в соответствии с географическим и лингвистическим порядком: 168 табличек написаны на греческом языке, по-латыни — 79, на этрусском — 5, осском — 4, кельтском — 10, иберийском — 1, и в 4 случаях язык не установлен. В обширном введении исследователь дает историографический обзор, выясняет значение употребляющихся в текстах глаголов, систематизирует таблички согласно их содержанию на соревновательные, против

воров и клеветников, любовные и юридические. Особую ценность представляет приложение к сборнику, где содержатся сведения об именах, прозвищах богов, демонов, формулах проклятий, магических именах, грамматических, палеографических и эпиграфических особенностях источника.

Фундаментальные издания текстов Р. Вюнша и О. Одолля являются даже для современных исследователей важными и наиболее полными сборниками табличек с проклятиями. Несмотря на то, что в ходе археологических раскопок обнаруживаются новые таблички, новые крупные сборники пока, к сожалению, не издаются. Отчасти их отсутствие компенсируют публикации американского археолога и антиковеда Д. Джордана . Сюда вошли 189 новых табличек с проклятиями, не известных О. Одоллю и Р. Вюншу: 24 из них из Аттики, остальные найдены в Коринфе, Истме, Немее, Клеонах, Пелле, Пидне, Аланфе, Аретузах, Самофракии, на острове Лесбос, Кос, Родос, Кипр, Сицилия. Кроме того, представлены таблички из Италии, Галлии, Испании, Африки, Египта, Палестины и Причерноморья.

Публикации отдельных табличек, снабженных фотографиями и аннотациями, можно найти в ряде иностранных антиковедческих журналов: «Greek, Roman, and Byzantine Studies», «Zeitschrift für Papyrologie und Epigraphik», «Hesperia», «L’Année epigraphique», «Dike», «The Journal of Hellenic Studies».

История изучения самого источника как за рубежом, так и в России, начинается с конца XIX в. Таблички подвергались тщательному палеографическому анализу и рассматривались в качестве нового источника по оккультной практике эллинов.

Внимание к проклятиям как к источнику по социальной и экономической истории эллинистической Греции стали уделять сравнительно недавно: в 80-х годах XX в. Тогда появилась группа ученых, посвятивших себя непосредственному изучению особенностей проклятий как историческому источнику, иллюстрирующему основные тенденции в развитии полиса и особенно роли метеков. В литературе, специально посвященной исследованию магической практики античного мира и табличкам с проклятиями в частности, выделяется общая тенденция относить жертвы посланий к негражданским, ограниченным в правах, незащищенным слоям общества.

Конкретнее о табличках с проклятиями писал исследователь М. Дики . Во-первых, автор дает характеристику магической практике, характерной для каждого периода античной истории вплоть до ее заката. Во-вторых, отдельно для каждого периода он рассматривает группу людей, которые были проводниками магии и их потребителями. В-третьих, особое место М. Дики отводит в этом процессе женщинам. Исследователь делает вывод на основании анализа античных источников, в том числе и табличек с проклятиями, что женщины чаще мужчин занимались магией, а общественное мнение приписывало гетерам связь с потусторонними силами и способности к колдовству. Разбирая нарративные и эпиграфические источники, автор делает вывод о сравнительной свободе нравов у женщин эллинистической эпохи . М. Дики использует материал табличек для доказательства тесной связи гетер с магической практикой.

Социальному статусу женщин, занятых порицаемым, но весьма востребованным обществом ремеслом, посвящен отдельный сборник К. Фараона .

Особенности профессиональных конфликтов негражданского слоев населения отражены в следующих заслуживающих внимания общих работах. Дж. Гейгер охватывает в своей монографии все типичные виды профессиональных и бытовых конфликтов.

Отдельную описательную главу он посвящает повседневным реалиям античных торговцев, владельцев лавок и таверн, встречающихся в проклятиях . Несомненное достоинство работы исследователя — в подборе разнообразных примеров.

Э. Эйдинов ставит вопрос о социально-экономической принадлежности упоминающихся в проклятиях людей и последующей ее интерпретации . Рассматриваются три основные группы табличек: судебные, любовные и коммерческие. Последние представляют для нас непосредственный интерес. Исключительное значение отводится попытке анализировать причины возникновения прецедента. В связи с этим возникает градация табличек, в основе которой лежит принцип личной, профессиональной или смешанной заинтересованности автора в написании табличек. По мнению Э. Эйдинов, употребление тех или иных терминов, связанных с коммерческой деятельностью, позволяющих идентифицировать профессию, социальное и имущественное положение, не всегда правильно указывает на ту цель, которую ставил перед собой античный автор. Иными словами, в одном случае вид деятельности и бытовые предметы жертвы являются непосредственными объектами проклятия, а в другом эта информация подается в качестве деталей, позволяющих божеству, которое наказывает жертву, ее опознать. Работа с источником в подобном ключе необходима и важна для понимания контекста конфликтной ситуации. Но, на наш взгляд, минус подхода Э. Эйдинов в том, что она не выделяет четких критериев, по которым следует отличать таблички с соревновательно-деловым контекстом от лично-бытовых.

В России еще до революции были изданы тексты (с комментариями) нескольких амулетов и свинцовых табличек с проклятиями из окрестностей Керчи и древней Оль-вии. Первое специальное исследование, посвященное табличкам с проклятиями, появилось именно в России: «Древние наговоры (tabulae defixionum)» И. В. Помяловского — большой раздел его докторской диссертации «Эпиграфические этюды», изданной в 1873 г. Помяловский привел тексты ряда греческих и латинских табличек, разобрал известия древних авторов о наговорах, выявил отличия наговора от заговора и приворота, исследовал формулу проклятия. Заметный интерес к табличкам с проклятиями проявился в отечественной дореволюционной историографии в трудах Е. Г. Кагарова и П. М. Латышева . Работа Е. Г. Кагарова, до революции — профессора Харьковского университета, а впоследствии научного сотрудника Музея антропологии и этнографии и Института этнографии Академии наук, профессора Ленинградского университета, была издана в 1918 г. в Харькове. Российского ученого интересовали такие сюжеты, как состав и структура греческих заговоров, особенности стиля, основные стадии развития формы и содержания табличек и т. п.

Таблички с проклятиями явились одним из полноценных источников по истории Афин в IV и III в. до н. э., которыми мы обладаем. Благодаря этому появилась возможность осветить социальный статус тех категорий населения, которые, возможно, способствовали становлению хозяйственной стабильности полиса в рассматриваемую

нами эпоху. Дисбаланс в экономике в сторону торговли и денежного накопления, значение роли метеков и женщин в торгово-ремесленной среде, решение профессиональных и личных вопросов, связанных с этим конфликтов, соперничество, особенности менталитета эллинов отражены в выбранных нами источниках.

Обращение к этой социальной категории афинского населения продиктовано выбором в качестве источника табличек с проклятиями, тексты которых создавались как раз в смешанной социальной среде метеков и граждан низкого статуса, слабо защищенных в правовом отношении и потому вынужденных прибегать к нетрадиционным способам решения возникавших в рамках этой группы конфликтов. Данные источника позволили не только восстановить черты повседневности части метеков, но и выявить и уточнить некоторые особенности их социально-экономического положения и правового статуса. Представители рассматриваемой социальной группы обладают общностью социально-экономических признаков: все они связаны с городской экономикой, будучи представителями мелкого и среднего ремесла и торговли; не обладают по большей части гражданским статусом и имеют, по-видимому, низкую правовую защищенность. Отмеченные различия в степени их доходов и размерах имущества не позволяют, однако, считать возможной глубокую социальную дифференциацию в этой среде. Схожесть их правового положения демонстрируется общностью использования магических приемов, необходимых для отстаивания своих интересов. Отметим, что и этнически эта часть метеков не была однородна: почти половина упомянутых в табличках лиц были негреческого происхождения. В связи с этим характерно обращение составителей табличек к негреческим божествам, вполне вписывающееся в представления об эволюции религиозной жизни греческого мира, которая в эту эпоху была отмечена широким внедрением иноземных божеств в греческий пантеон. Возможно, степень распространения проклятий в конкурентной борьбе или судебных делах отчасти объясняется традиционной практикой метеков-варваров, перенесенной в афинскую действительность.

Источники и литература

1. Curse tablets and binding spells from the ancient world / ed. by J. Gager. New York: Oxford university press, 1992. 278 p.

2. Кагаров Е. Г. Греческие таблички с заклятиями. Харьков: Типогр. Г. П. Радовильского, 1918. 81 с.

3. Muir J. Letters and life in the ancient Greek. New York: Routledge, 2009. 256 p.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

4. Jordan D., RotroffS. A curse in a chytridion // Hesperia. Vol. 68, N 2. 1999. P. 147-154.

5. Mastrocinque A. Late antique lamps with defixiones // GRBS. 2007. Vol. 47. P. 87-99.

6. Greek magic. Ancient, medieval, modern / ed. by J. V. B. Petropoulos. New York: Routledge, 2008. 196 p.

7. Guarducci M. L’epigrafia greca dale origini al tardo impero. Roma: Poligrafico dello Stato, 1987. 668 р.

8. Magica Hiera. Ancient Greek magic and religion / ed. by C. Faraone, D. Obbink. Oxford: Oxford University Press, 1991. 298 p.

9. Eidinow E. Oracles, curses, risk among the ancient Greeks. Oxford: Oxford University Press, 2007. 516 p.

11. Нильссон М. Греческая народная религия. СПб.: Алетейя, 1998. 198 с.

12. Jordan D. R. A Survey of Greek defixiones not included in the special corpora // GRBS. 1985. N 26. P. 151-197.

13. Wunsch R. Defixionum Tabellae Atticae // IG. III. 1897. Pt. 3.

14. Audollent А. Tabellae Defixionum. Paris, 1904.

15. Jordan D. R. New Greek curse tablets (1985-2000) // GRBS. 2000. Vol. 41. P. 5-46.

16. Dickie M. W. Magic and magicians in the Greco-Roman world. London: Taylor&Francis, 2001. 392 p.

17. Dickie M. W. Who Practised Love-Magic in Classical Antiquity and in the Late Roman World? // ClQ. 2000. Vol. 50. P. 563-583.

19. Латышев В. В. Очерк греческих древностей. СПб.: Безобразов и Ко. 1897-98. 355 с.

20. Тохтасьев С. Р. Новое заклятье на свинце из Северного Причерноморья // Вестник древней истории (ВДИ). 2007. № 4. С. 48-49.

21. Сапрыкин С. Ю., Масленников А. А. Свинцовая пластина с греческой надписью из Фанагории // ВДИ. 2007. № 4. С. 50-61.

22. Сапрыкин С. Ю., Федосеев Н. Ф. Новые свинцовые пластины с надписями из Восточного Крыма // ВДИ. 2008. № 3. С. 64-80.

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *