Трисвятое:

Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Читается трижды, с крестным знамением и поясным поклоном)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Молитва ко Пресвятой Троице

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Молитва Господня

О́тче наш, Иже еси́ на небесе́х, да святится имя Твое́, да прии́дет ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на небеси́ и на земли. Хлеб наш насущный даждь нам днесь; и остави нам долги на́ша, я́коже и мы оставляем должником нашим; и не введи нас во искушение, но изба́ви нас от лука́ваго.

Го́споди, поми́луй. (12 раз)

Тропари, глас 4-й

Со ду́хи праведных скончавшихся ду́шу раба́ Твоего́ (рабы Твоей), Спасе, упокой, сохраняя ю во блаженней жизни, я́же у Те́бе, Человеколю́бче.

В покоищи Твое́м, Го́споди, иде́же вси святи́и Твой упокоеваются, упокой ду́шу раба́ Твоего́, я́ко Един еси́ Человеколюбец.

Слава: Ты еси́ Бог, соше́дый во ад и узы окованных разреши́вый, Сам и ду́шу раба́ Твоего́ упокой.

И ныне: Едина чистая и непорочная Де́во, Бо́га без се́мене рождшая, моли спасти́ся ду́ши его.

Псалом 90

Живы́й в по́мощи Вы́шняго, в кро́ве Бо́га небе́снаго водвори́тся. Рече́т Го́сподеви: засту́пник мой еси́ и прибе́жище мое́, Бог мой, и упова́ю на Него́. Я́ко Той изба́вит тя от се́ти ло́вчи, и от словесе́ мяте́жна, плещма́ Свои́ма осени́т тя, и под криле́ Его́ наде́ешися, ору́жием обы́дет тя и́стина Его́. Не убои́шися от стра́ха нощна́го, от стрелы́ летя́щия во дни, от ве́щи во тьме преходя́щия, от сря́ща и бе́са полу́деннаго. Паде́т от страны́ твое́й ты́сяща, и тьма одесну́ю тебе́, к тебе́ же не прибли́жится, оба́че очи́ма твои́ма смо́триши и воздая́ние гре́шников у́зриши. Я́ко Ты, Го́споди, упова́ние мое́; Вы́шняго положи́л еси́ прибе́жище твое́. Не прии́дет к тебе́ зло, и ра́на не прибли́жится телеси́ твоему́, я́ко А́нгелом Свои́м запове́сть о тебе́, сохрани́ти тя во всех путе́х твои́х. На рука́х во́змут тя, да не когда́ преткне́ши о ка́мень но́гу твою́; на а́спида и васили́ска насту́пиши, и попере́ши льва и зми́я. Я́ко на Мя упова́, и изба́влю и; покры́ю и, я́ко позна́ и́мя мое́. Воззове́т ко Мне, и услы́шу его́, с ним есмь в ско́рби, изму́ его́ и просла́влю его́, долгото́ю дней испо́лню его́ и явлю́ ему́ спасе́ние мое́.

Песнь 1

Ирмос: Во́ду проше́д, я́ко су́шу, и еги́петскаго зла избежа́в, изра́ильтянин вопия́ше Изба́вителю и Бо́гу на́шему пои́м.

Припев: Поко́й, Го́споди, ду́шу усо́пшаго раба́ Твоего́.

Отве́рз уста́ моя́, Спа́се, сло́во ми пода́ждь моли́тися, Милосе́рде, о преста́вленнем рабе́ Твое́м (имярек), да поко́иши ду́шу его, Влады́ко.

Припев: Поко́й, Го́споди, ду́шу усо́пшаго раба́ Твоего́.

Мертв быв пло́тию, Спа́се, и во гро́бе положе́н с ме́ртвыми, ду́шу раба́ Твоего́ поко́й в ме́сте зла́чне, я́ко Милосе́рд.

Слава: Моле́бный глас мой услы́ши, Бо́же Триипоста́сне, и учини́ ду́шу преста́вленнаго в не́дрех Авраа́млих, Изба́вителю.

И ныне: Ты, Пречи́стая Богоро́дице, Его́же без и́скуса му́жеска заче́нши родила́ еси́, моли́ Сы́на Твоего́ пода́ти поко́й рабу́ Твоему́ преста́вленному (имярек).

Песнь 3

Ирмос: Небе́снаго кру́га Верхотво́рче, Го́споди, и Це́ркве Зижди́телю, Ты мене́ утверди́ в любви́ Твое́й, жела́ний кра́ю, ве́рных утвержде́ние, Еди́не Человеколю́бче.

Припев: Поко́й, Го́споди, ду́шу усо́пшаго раба́ Твоего́.

В ме́сте зла́чне, в ме́сте поко́йне, иде́же ли́цы святы́х веселя́тся, ду́шу раба́ Твоего́ преста́вленнаго поко́й, Христе́, Еди́не Ми́лостиве.

Припев: Поко́й, Го́споди, ду́шу усо́пшаго раба́ Твоего́.

Иде́же ли́цы святы́х, та́мо вчини́, Влады́ко, послужи́вшаго Тебе́ всем се́рдцем и воздви́гшаго и́го Твое́ на ра́мо свое́, я́ко Еди́н Влады́ка живота́ и сме́рти.

Слава: Небе́сный Отче Вседержи́телю, и Сы́не Единоро́дный, и Ду́ше Святы́й Исхо́дный, пре́зри уме́ршаго согреше́ния, и в Це́ркви пе́рвенец всели́ его́, сла́вити Тя со все́ми уго́ждшими Тебе́.

И ныне: Яко Ма́ти Свята́я Пресвята́го Бо́га, Влады́чице вся́ческих, Мари́е Богоро́дице, со все́ми святы́ми Сего́ моли́ ду́шу поко́ити раба́ Твоего́ в Небе́сных селе́ниих.

Песнь 4

Ирмос: Услы́шах, Го́споди, смотре́ния Твоего́ та́инство, разуме́х дела́ Твоя́ и просла́вих Твое́ Божество́.

Припев: Поко́й, Го́споди, ду́шу усо́пшаго раба́ Твоего́.

Соше́дый в преиспо́дняя, Христе́, совоздви́гл еси́ уме́ршия вся, и преста́вльшагося от нас поко́й, Спа́се, я́ко щедр.

Припев: Поко́й, Го́споди, ду́шу усо́пшаго раба́ Твоего́.

Никто́же без греха́ есть, то́кмо Ты Еди́н, Влады́ко: сего́ ра́ди преста́вленному и грехи́ оста́ви, и в рай того́ всели́.

Слава: Услы́ши, Тро́ице Свята́я, гла́сы моле́бныя, приноси́мыя Тебе́ в це́ркви о усо́пшем, и Богонача́льным Твои́м све́том озари́ ду́шу, омраче́нную су́етными приверже́нии.

И ныне: Родила́ еси́, Пречи́стая, без му́жеска се́мене, Бо́га соверше́нна и Челове́ка соверше́нна, взе́млющаго грехи́ на́ша, Де́во. Того́ моли́, Госпоже́, преста́вльшемуся рабу́ Твоему́ пода́ти поко́й.

Песнь 5

Ирмос: Просвети́ нас повеле́нии Твои́ми, Го́споди, и мы́шцею Твое́ю высо́кою Твой мир пода́ждь нам, Человеколю́бче.

Припев: Поко́й, Го́споди, ду́шу усо́пшаго раба́ Твоего́.

Имы́й живота́ и сме́рти власть, преста́вленнаго от нас поко́й, Христе́ Бо́же, Ты бо еси́ всех, Спа́се, Поко́й и Живо́т.

Припев: Поко́й, Го́споди, ду́шу усо́пшаго раба́ Твоего́.

На Тя, Спа́се, наде́жду возло́жь, уме́рый оты́де от нас; Ты же, Го́споди, уще́дри его́, я́ко Бог Многоми́лостив.

Слава: Просвети́ нас, Трисвя́те, воспева́емый Влады́ко, моля́щихся Тебе́, мир небе́сный прия́ти, и в ми́рных се́лех ду́шу вчини́, отше́дшую от вре́менных в наде́жде безконе́чныя жи́зни.

И ныне: Шу́йяго стоя́ния, Пречи́стая, изба́вити преста́вленнаго умоли́ Сы́на Твоего́, Де́во Госпоже́, я́ко Спа́са и Бо́га на́шего Ма́ти су́щая.

Песнь 6

Ирмос: Моли́тву пролию́ ко Го́споду, и Тому́ возвещу́ печа́ли моя́, я́ко зол душа́ моя́ испо́лнися и живо́т мой а́ду прибли́жися, и молю́ся, я́ко Ио́на: от тли, Бо́же, возведи́ мя.

Припев: Поко́й, Го́споди, ду́шу усо́пшаго раба́ Твоего́.

А́да испрове́рг, Влады́ко, воскреси́л еси́ уме́ршия от ве́ка: и ны́не преста́вленнаго от нас, в не́дро Авраа́мле Ты, Бо́же, всели́, прегреше́ния вся отпусти́в, я́ко Милосе́рд.

Припев: Поко́й, Го́споди, ду́шу усо́пшаго раба́ Твоего́.

За́поведь, ю́же ми дал еси́, Бо́же, преступи́х и сме́ртен бых, но Ты, Бо́же, соше́дый во гроб и ду́ши я́же от ве́ка воскреси́вый, не возста́ви мене́, Влады́ко, на муче́ние, но на поко́й, преста́вленный вопие́т Тебе́ с на́ми, Многоми́лостиве.

Слава: Мо́лим Тя, Безнача́льне Отче и Сы́не и Ду́ше Святы́й, зло́бою душезло́бнаго ми́ра озло́бленную и к Тебе́, Зижди́телю, преше́дшую ду́шу во а́дово дно не отри́ни, Бо́же Спа́се мой.

И ныне: С небесе́ Христо́с Бог наш, я́ко дождь на руно́, Пречи́стая, сни́де на Тя, напая́я весь мир и изсуша́я вся безбо́жныя пото́ки, наводня́яй всю зе́млю ра́зумом Свои́м, Присноде́во; Того́ моли́ да́ти поко́й преста́вленному рабу́ Твоему́.

Кондак, глас 8

Со святы́ми упоко́й, Христе́, ду́шу раба́ Твоего́, иде́же несть боле́знь, ни печа́ль, ни воздыха́ние, но жизнь безконе́чная.

Икос

Сам Еди́н еси́ Безсме́ртный, сотвори́вый и созда́вый челове́ка: земни́и у́бо от земли́ созда́хомся и в зе́млю ту́южде по́йдем, я́коже повеле́л еси́, Созда́вый мя и реки́й ми: я́ко земля́ еси́ и в зе́млю оты́деши, а́може вси челове́цы по́йдем, надгро́бное рыда́ние творя́ще песнь: Аллилу́ия, Аллилу́ия, Аллилу́ия.

Песнь 7

Ирмос: От Иуде́и доше́дше о́троцы, в Вавило́не иногда́, ве́рою Тро́ическою пла́мень пе́щный попра́ша, пою́ще: отце́в Бо́же, благослове́н еси́.

Припев: Поко́й, Го́споди, ду́шу усо́пшаго раба́ Твоего́.

Влады́ко Христе́ Бо́же, егда́ хо́щеши суди́ти ми́ру, пощади́ ду́шу раба́ Твоего́, его́же от нас прия́л еси́, вопию́щаго: оте́ц на́ших Бо́же, благослове́н еси́.

Припев: Поко́й, Го́споди, ду́шу усо́пшаго раба́ Твоего́.

В пи́щи ра́йстей, иде́же пра́ведных ду́ши веселя́тся, послужи́вших Тебе́, причти́ с ни́ми, Христе́, ду́шу раба́ Твоего́, воспе́вшаго: оте́ц на́ших Бо́же, благослове́н еси́.

Слава: Иуде́йския три о́троки спасы́й во огни́, в Трие́х Ли́цех воспе́тый, изба́ви огня́ ве́чнаго усо́пшаго, воспе́вшаго Ти ве́рно: оте́ц на́ших Бо́же, благослове́н еси́.

И ныне: Иса́иа Тя Жезл нарече́, Чи́стая, Дании́л же Го́ру Несеко́мую, Иезеки́иль же Дверь, из Нея́же про́йде Христо́с, мы же Тя, Истинную Богоро́дицу имену́юще, велича́ем.

Песнь 8

Ирмос: Седмери́цею пещь, халде́йский мучи́тель, богочести́вым неи́стовно разжже́, си́лою же лу́чшею спасе́ны сия́ ви́дев, Творцу́ и Изба́вителю вопия́ше: о́троцы, благослови́те, свяще́нницы, воспо́йте, лю́дие, превозноси́те во вся ве́ки.

Припев: Поко́й, Го́споди, ду́шу усо́пшаго раба́ Твоего́.

Сконча́в тече́ние и к Тебе́ прибего́х, Го́споди, преста́вленный вопие́т ны́не: прегреше́ния оста́ви, Христе́ Боже, и не осуди́ мене́, егда́ хо́щеши суди́ти всем, ве́рно бо Тебе́ взыва́х: вся дела́ Госпо́дня, Го́спода по́йте и превозноси́те Его́ во ве́ки.

Припев: Поко́й, Го́споди, ду́шу усо́пшаго раба́ Твоего́.

Поне́сшаго, Влады́ко, и́го Твое́ на ра́ме свое́м, и бремя Твое́ ле́гкое, а́ще и не всегда́, оба́че в ме́сте преподо́бных Твои́х всели́ ду́шу его, воспе́вшаго Тебе, Христе́ Спа́се: о́троцы, благослови́те, свяще́нницы, воспо́йте, лю́дие, превозноси́те Его́ во ве́ки.

Благослови́м Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, Го́спода.

Безнача́льная Тро́ице Свята́я, Бо́же Отче и Сы́не и Ду́ше Святы́й, в ли́це святы́х причти́ ду́шу преста́вленнаго раба́ Твоего́ и огня́ ве́чнаго изба́ви, да Тя хва́лит, воспева́я во ве́ки: о́троцы, благослови́те, свяще́нницы, воспо́йте, лю́дие, превозноси́те Его́ во ве́ки.

И ныне: Тя, Де́во, проро́честии ли́цы прореко́ша, прозря́ще бо Тя прозорли́выма очи́ма: ов у́бо Жезл нарече́ Тя, ин же Дверь Восто́чную, ов же Го́ру, челове́ки Несеко́мую. Мы же испове́дуем Тя вои́стинну Богоро́дицу, Бо́га вся́ческих ро́ждшую, Его́же моли́ упоко́ити преста́вленнаго во ве́ки вся.

Песнь 9

Ирмос: Ужасе́ся о сем не́бо, и земли́ удиви́шася концы́, я́ко Бог яви́ся челове́ком пло́тски, и чре́во Твое́ бысть простра́ннейшее Небе́с. Тем Тя, Богородицу, Ангелов и челове́к чинонача́лия велича́ют.

Припев: Поко́й, Го́споди, ду́шу усо́пшаго раба́ Твоего́.

Иису́се Бо́же мой, Спа́се, Ада́мле Ты взял еси́ преступле́ние и сме́рти вкуси́л еси́, да челове́ки от нея́ свободи́ши, Милосе́рде. Те́мже мо́лим Тя, Ми́лостиве: преста́вленнаго поко́й, я́ко Благ, во дво́рех святы́х Твои́х, я́ко Еди́н Всеблаги́й и Милосе́рдый.

Припев: Поко́й, Го́споди, ду́шу усо́пшаго раба́ Твоего́.

Несть никто́же, Милосерде, и́же не согреши́ в челове́цех, то́кмо Ты Един, Иису́се Христе, взе́мляй грехи́ всего́ ми́ра. Те́мже, очи́стив раба́ Твоего́ от прегреше́ний, вчини́ во святы́х Твои́х дво́рех: Ты бо Живо́т еси́ и Поко́й, и Свет, и Весе́лие всех Тебе́ благоугоди́вших.

Слава: Удиви́ся все естество́ челове́ческое, ка́ко Безнача́льнаго Отца́ Сын Единоро́дный, плоть от Де́вы де́йством Свята́го Ду́ха прия́л еси́, и пострада́л еси́ я́ко челове́к, да уме́ршыя оживи́ши. Тем и преста́вленнаго ны́не от нас, приле́жно мо́лим Тя, во стране́ живых, я́ко Благ, всели́.

И ныне: Неве́сту Тя нарица́ем, Пречи́стая, Отца́ неви́димаго, и Ма́терь Сы́на, из Тебе́ Ду́хом Святы́м воплоще́ннаго, и Моле́бницу Тя о усо́пшем рабе́ Твое́м предлага́ем: Тебе́ бо Помо́щницу и́мамы земни́и, и любо́вию пою́ще Тя велича́ем.

* * *

Досто́йно есть я́ко вои́стину блажи́ти Тя, Богоро́дицу, Присноблаже́нную и Пренепоро́чную и Ма́терь Бо́га на́шего. Честне́йшую Херуви́м и сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу Тя велича́ем.

Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды, с крестным знамением и поясным поклоном)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

О́тче наш, Иже еси́ на небесе́х, да святится имя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на небеси́ и на земли. Хлеб наш насущный даждь нам днесь; и остави нам долги на́ша, я́коже и мы оставляем должником нашим; и не введи нас во искушение, но изба́ви нас от лука́ваго.

Тропарь, глас 6

Еди́н естество́м сый Животво́рец, Христе́, и бла́гости вои́стинну неизсле́димая пучи́но, ны́не преста́вльшагося раба́ Твоего́ Ца́рствия Твоего́ сподо́би: Ты бо Еди́н еси́ име́яй мно́жество щедро́т и безсме́ртие.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен:

Исто́чник живота́ ро́ждшая, Влады́чице, Изба́вителя ми́ру Иису́са Го́спода, Того́ приле́жно моли́ безконе́чнаго живота́ преста́вльшагося ны́не раба́ Твоего́ сподобити: Ты бо христиа́н Еди́на еси́ изве́стнейшая Помо́щница.

Го́споди, поми́луй (12 раз). И молитву сию:

Помяни́, Го́споди Бо́же наш, в ве́ре и наде́жди живота́ ве́чнаго преста́вльшагося раба́ Твоего́, бра́та нашего (имярек), и я́ко Благ и Человеколю́бец, отпуща́яй грехи́, и потребля́яй непра́вды, осла́би, оста́ви и прости́ вся во́льная его согреше́ния и нево́льная, изба́ви его ве́чныя му́ки и огня́ гее́нскаго, и да́руй ему прича́стие и наслажде́ние ве́чных Твои́х благи́х, угото́ванных лю́бящым Тя: а́ще бо и согреши́, но не отступи́ от Тебе́, и несумне́нно во Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га Тя в Тро́ице сла́вимаго, ве́рова, и Еди́ницу в Тро́ице и Тро́ицу во Еди́нстве, правосла́вно да́же до после́дняго своего́ издыха́ния испове́да.

Те́мже ми́лостив тому́ бу́ди, и ве́ру, я́же в Тя, вме́сто дел вмени́, и со святы́ми Твои́ми я́ко Щедр упоко́й: несть бо челове́ка, и́же поживе́т и не согреши́т. Но Ты Еди́н еси́ кроме́ вся́каго греха́, и пра́вда Твоя́, пра́вда во ве́ки, и Ты еси́ Еди́н Бог ми́лостей и щедро́т и человеколю́бия, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

(Также эту молитву читают после каждой Славы при последующем чтении Псалтири).

Кано́н моле́бный ко Пресвято́й Богоро́дице (поемый во всякой скорби душевной и обстоянии)

Творение Феостирикта монаха

Тропарь Богородице, глас 4-й

К Богоро́дице приле́жно ны́не притеце́м, гре́шнии и смире́ннии, и припаде́м, в покая́нии зову́ще из глубины́ души́: Влады́чице, помози́, на ны милосе́рдовавши, потщи́ся, погиба́ем, от мно́жества прегреше́ний, не отврати́ Твоя́ рабы́ тщи, Тя бо и еди́ну наде́жду и́мамы. (дважды)

Слава, и ныне:

Не умолчи́м никогда́, Богоро́дице, си́лы Твоя́ глаго́лати, недосто́йнии: а́ще бо Ты не бы предстоя́ла моля́щи, кто бы нас изба́вил от толи́ких бед, кто же бы сохрани́л до ны́не свобо́дны? Не отсту́пим, Влады́чице, от Тебе́: Твоя бо рабы́ спаса́еши при́сно от вся́ких лю́тых.

Псалом 50, покаянный

Поми́луй мя, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, и по мно́жеству щедро́т Твои́х очи́сти беззако́ние мо́е. Наипа́че омы́й мя от беззако́ния моего́, и от греха́ моего́ очи́сти мя; я́ко беззако́ние мое́ аз зна́ю, и грех мой предо мно́ю есть вы́ну. Тебе́ еди́ному согреши́х и лука́вое пред Тобо́ю сотвори́х; я́ко да оправди́шися во словесе́х Твои́х, и победи́ши, внегда́ суди́ти Ти. Се́ бо, в беззако́ниих зача́т е́смь, и во гресе́х роди́ мя ма́ти моя́. Се бо, и́стину возлюби́л еси́ безве́стная и та́йная прему́дрости Твоея́ яви́л ми еси́. Окропи́ши мя иссо́пом, и очи́щуся; омы́еши мя, и па́че сне́га убелю́ся. Слу́ху моему́ да́си ра́дость и весе́лие; возра́дуются ко́сти смире́нныя. Отврати́ лице́ Твое́ от грех мои́х и вся беззако́ния моя́ очи́сти. Се́рдце чи́сто сози́жди во мне, Бо́же, и дух прав обнови́ во утро́бе мое́й. Не отве́ржи мене́ от лица́ Твоего́ и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от мене́. Возда́ждь ми ра́дость спасе́ния Твоего́ и Ду́хом Влады́чним утверди́ мя. Научу́ беззако́нныя путе́м Твои́м, и нечести́вии к Тебе́ обратя́тся. Изба́ви мя от крове́й, Бо́же, Бо́же спасе́ния моего́ возра́дуется язы́к мой пра́вде Твое́й. Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. Я́ко а́ще бы восхоте́л еси́ же́ртвы, дал бых у́бо: всесожже́ния не благоволи́ши. Же́ртва Бо́гу дух сокруше́н; се́рдце сокруше́нно и смире́нно Бог не уничижи́т. Ублажи́, Го́споди, благоволе́нием Твои́м Сио́на, и да сози́ждутся сте́ны Иерусали́мския. Тогда́ благоволи́ши же́ртву пра́вды, возноше́ние и всесожега́емая; тогда́ возложа́т на олта́рь Тво́й тельцы́.

Канон ко Пресвятой Богородице, глас 8-й:

Ирмос: Во́ду проше́д я́ко су́шу, и еги́петскаго зла избежáв, изрáильтянин вопия́ше: избáвителю и Бо́гу на́шему пои́м.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Мно́гими содержи́мь напáстьми, к Тебе́ прибега́ю, спасе́ния иски́й: о, Мáти Сло́ва и Де́во, от тя́жких и лю́тых мя спаси́.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Страсте́й мя смущáют прило́зи, мно́гаго уны́ния испо́лнити мою́ ду́шу; умири́, Отрокови́це, тишино́ю Сы́на и Бо́га Твоего́, Всенепоро́чная.

Слава: Спáса ро́ждшую Тя и Бо́га, молю́, Де́во, избáвитися ми лю́тых: к Тебе́ бо ны́не прибегáя, простирáю и ду́шу и помышле́ние.

И ныне: Неду́гующа те́лом и душе́ю, посеще́ния Боже́ственнаго и промышле́ния от Тебе́ сподо́би, еди́на Богомáти, я́ко блага́я, Благáго же Роди́тельница.

Песнь 3

Ирмос: Небе́снаго кру́га Верхотво́рче, Го́споди, и Це́ркве Зижди́телю, Ты мене́ утверди́ в любви́ Твое́й, желáний крáю, ве́рных утвержде́ние, еди́не Человеколю́бче.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Предстáтельство и покро́в жи́зни моея́ полагáю Тя, Богороди́тельнице Де́во: Ты мя окорми́ ко пристáнищу Твоему́, благи́х вино́вна; ве́рных утвержде́ние, еди́на Всепе́тая.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Молю́, Де́во, душе́вное смуще́ние и печа́ли моея́ бу́рю разори́ти: Ты бо, Богоневе́стная, нача́льника тишины́ Христа́ родилá еси́, еди́на Пречи́стая.

Слава: Благоде́теля ро́ждши до́брых вино́внаго, благодея́ния бога́тство всем источи́, вся бо мо́жеши, я́ко си́льнаго в кре́пости Христа́ ро́ждши, Богоблаже́нная.

И ныне: Лю́тыми неду́ги и боле́зненными страстьми́ истязáему, Де́во, Ты ми помози́: исцеле́ний бо неоску́дное Тя зна́ю сокро́вище, Пренепоро́чная, неиждивáемое.

Спаси́ от бед рабы́ Твоя́, Богоро́дице, я́ко вси по Бо́зе к Тебе́ прибегáем, я́ко неруши́мей стене́ и предстáтельству.

При́зри благосе́рдием, всепе́тая Богоро́дице, на мое́ лю́тое телесе́ озлобле́ние, и исцели́ души́ моея́ боле́знь.

Седален, глас 8-й

Яко всенепоро́чная Неве́сто Творцу́, я́ко неискусому́жняя Ма́ти Изба́вителя, я́ко прия́телище су́щи Уте́шителя всепе́тая, беззако́нию мя су́ща скве́рно жили́ще, и бесо́м игра́лище в ра́зуме бы́вша, потщи́ся и сих злоде́йствия мя изба́вити, све́тло жили́ще доброде́тельми соде́лавши, светода́тельная и нетле́нная: разжени́ о́блак страсте́й, и вы́шняго прича́стия сподо́би, и све́та невече́рняго моли́твами Твои́ми.

Тропарь, глас 2-й

Моле́ние те́плое и стена́ необори́мая, ми́лости исто́чниче, ми́рови прибе́жище, приле́жно вопие́м Ти: Богоро́дице Влады́чице, предвари́, И от бед изба́ви нас, еди́на вско́ре предста́тельствующая.

Песнь 4

Ирмос: Услы́шах, Го́споди, смотре́ния Твоего́ тáинство, разуме́х дела́ Твоя́ и прослáвих Твое́ Божество́.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Страсте́й мои́х смуще́ние, ко́рмчию ро́ждшая Го́спода, и бу́рю утиши́ мои́х прегреше́ний, Богоневе́стная.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Милосе́рдия Твоего́ бе́здну призывáющу подáждь ми, я́же Благосе́рдаго ро́ждшая и Спáса всех пою́щих Тя.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Наслаждáющеся, Пречи́стая, Твои́х даровáний, благодáрственное воспевáем пе́ние, ве́дуще Тя Богомáтерь.

Слава: На одре́ боле́зни моея́ и не́мощи низлежáщу ми, я́ко Боголюби́ва, помози́, Богоро́дице, еди́на Присноде́во.

И ныне: Наде́жду и утвержде́ние и спасе́ния сте́ну недви́жиму иму́ще Тя, Всепе́тая, неудо́бства вся́каго избавля́емся.

Песнь 5

Ирмос: Просвети́ нас повеле́нии Твои́ми, Го́споди, и мы́шцею Твое́ю высо́кою Твой мир подáждь нам, Человеколю́бче.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Испо́лни, Чи́стая, весе́лия се́рдце мое́, Твою́ нетле́нную даю́щи ра́дость, весе́лия ро́ждшая Вино́внаго.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Избáви нас от бед, Богоро́дице Чи́стая, ве́чное ро́ждши избавле́ние, и мир, всяк ум преиму́щий.

Слава: Разреши́ мглу прегреше́ний мои́х, Богоневе́сто, просвеще́нием Твоея́ све́тлости, Свет ро́ждшая Боже́ственный и преве́чный.

И ныне: Исцели́, Чи́стая, души́ моея́ неможе́ние, посеще́ния Твоего́ сподо́бльшая, и здрáвие моли́твами Твои́ми подáждь ми.

Песнь 6

Ирмос: Моли́тву пролию́ ко Го́споду, и Тому́ возвещу́ печа́ли моя́, я́ко зол душа́ моя́ испо́лнися, и живо́т мой а́ду прибли́жися, и молю́ся я́ко Ио́на: от тли, Бо́же, возведи́ мя.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Сме́рти и тли я́ко спасл есть, Сам Ся издáв сме́рти, тле́нием и сме́ртию мое́ естество́, я́то бы́вшее, Де́во, моли́ Го́спода и Сы́на Твоего́, враго́в злоде́йствия мя избáвити.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Предстáтельницу Тя живота́ вем и храни́тельницу тве́рду, Де́во, и напáстей решáщу молвы́, и нало́ги бесо́в отгоня́ющу; и молю́ся всегда́, от тли страсте́й мои́х избáвити мя.

Слава: Яко сте́ну прибе́жища стяжáхом, и душ всесоверше́нное спасе́ние, и прострáнство в ско́рбех, Отрокови́це, и просвеще́нием Твои́м при́сно рáдуемся: о, Влады́чице, и ны́не нас от страсте́й и бед спаси́.

И ныне: На одре́ ны́не немощству́яй лежу́, и несть исцеле́ния пло́ти мое́й: но, Бо́га и Спáса ми́ру и Избáвителя неду́гов ро́ждшая, Тебе́ молю́ся, Благо́й: от тли неду́г возстáви мя.

Кондак, глас 6-й

Предстáтельство христиа́н непосты́дное, ходáтайство ко Творцу́ непрело́жное, не пре́зри гре́шных моле́ний глáсы, но предвари́, я́ко Благáя, на по́мощь нас, ве́рно зову́щих Ти; ускори́ на моли́тву, и потщи́ся на умоле́ние, предстáтельствующи при́сно, Богоро́дице, чту́щих Тя.

Другой кондак, глас тот же

Не и́мамы ины́я по́мощи, не и́мамы ины́я наде́жды, ра́зве Тебе́, Пречи́стая Де́во. Ты нам помози́, на Тебе́ наде́емся, и Тобо́ю хва́лимся. Твои́ бо есмы́ раб́и, да не постыди́мся.

Стихира, глас тот же

Не вве́ри мя челове́ческому предста́тельству, Пресвята́я Влады́чице, но приими́ моле́ние раба́ Твоего́: скорбь бо обдержи́т мя, терпе́ти не могу́ де́монскаго стреля́ния, покро́ва не и́мам, ниже́ где прибе́гну окая́нный, всегда́ побежда́емь, и утеше́ния не и́мам, ра́зве Тебе́, Влады́чице ми́ра, упова́ние и предста́тельство ве́рных, не пре́зри моле́ние мое́, поле́зно сотвори́.

Песнь 7

Ирмос: От Иуде́и доше́дше о́троцы, в Вавило́не иногдá, ве́рою Тро́ическою плáмень пе́щный попрáша, пою́ще: отце́в Бо́же, благослове́н еси́.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

На́ше спасе́ние я́коже восхоте́л еси́, Спáсе, устро́ити, во утро́бу Де́выя всели́лся еси́, Ю́же ми́ру предстáтельницу показа́л еси́: оте́ц на́ших Бо́же, благослове́н еси́.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Воли́теля ми́лости, Его́же родилá еси́, Мáти чи́стая, умоли́ избáвитися от прегреше́ний и душе́вных скверн ве́рою зову́щим: оте́ц на́ших Бо́же, благослове́н еси́.

Слава: Сокро́вище спасе́ния и Исто́чник нетле́ния, Тя ро́ждшую, и столп утвержде́ния, и дверь покая́ния, зову́щим показа́л еси́: оте́ц на́ших Бо́же, благослове́н еси́.

И ныне: Теле́сныя сла́бости и душе́вныя неду́ги, Богороди́тельнице, любо́вию приступáющих к кро́ву Твоему́, Де́во, исцели́ти сподо́би, Спáса Христа́ нам ро́ждшая.

Песнь 8

Ирмос: Царя́ Небе́снаго, Его́же пою́т во́и А́нгельстии, хвали́те и превозноси́те во вся ве́ки.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

По́мощи я́же от Тебе́ тре́бующия не пре́зри, Де́во, пою́щия и превознося́щия Тя во ве́ки.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Неможе́ние души́ моея́ исцеля́еши и теле́сныя боле́зни, Де́во, да Тя прослáвлю, Чи́стая, во ве́ки.

Слава: Исцеле́ний бога́тство изливáеши ве́рно пою́щим Тя, Де́во, и превознося́щим неизрече́нное Твое́ рождество́.

И ныне: Напáстей Ты прило́ги отгоня́еши и страсте́й нахо́ды, Де́во: те́мже Тя пое́м во вся ве́ки.

Песнь 9

Ирмос: Вои́стинну Богоро́дицу Тя испове́дуем, спасе́ннии Тобо́ю, Де́во чи́стая, с безпло́тными ли́ки Тя величáюще.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

То́ка слез мои́х не отврати́ся, Я́же от вся́каго лица́ вся́ку сле́зу отъе́мшаго, Де́во, Христа́ ро́ждшая.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Ра́дости мое́ се́рдце испо́лни, Де́во, Я́же ра́дости прие́мшая исполне́ние, грехо́вную печа́ль потребля́ющи.

Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.

Пристáнище и предстáтельство к Тебе́ прибегáющих бу́ди, Де́во, и стена́ неруши́мая, прибе́жище же и покро́в и весе́лие.

Слава: Све́та Твоего́ заря́ми просвети́, Де́во, мрак неве́дения отгоня́ющи, благове́рно Богоро́дицу Тя испове́дающих.

И ныне: На ме́сте озлобле́ния не́мощи смири́вшагося, Де́во, исцели́, из нездрáвия во здрáвие претворя́ющи.

Стихиры, глас 2-й

Вы́сшую небе́с и чи́стшую све́тлостей со́лнечных, изба́вльшую нас от кля́твы, Влады́чицу ми́ра пе́сньми почти́м.

От мно́гих мои́х грехо́в немощству́ет те́ло, немощству́ет и душа́ моя́ к Тебе́ прибега́ю, Благода́тней, наде́ждо ненаде́жных, Ты ми помози́.

Влады́чице и Ма́ти Изба́вителя, приими́ моле́ние недосто́йных раб Твои́х, да хода́тайствуеши к Ро́ждшемуся от Тебе; о, Влады́чице ми́ра, бу́ди Хода́таица!

Пое́м приле́жно Тебе́ песнь ны́не, всепе́той Богоро́дице, ра́достно: со Предте́чею и все́ми святы́ми моли́, Богоро́дице, е́же уще́дрити ны.

Вся А́нгелов во́инства, Предте́че Госпо́день, апо́столов двоенадеся́тице, святи́и вси с Богоро́дицею, сотвори́те моли́тву, во е́же спасти́ся нам.

Молитвы ко Пресвятой Богородице

Цари́це моя́ преблага́я, наде́ждо моя́ Богоро́дице, прия́телище си́рых и стра́нных предстáтельнице, скорбя́щих рáдосте, оби́димых покрови́тельнице! Зри́ши мою́ беду́, зри́ши мою́ скорбь, помози́ ми я́ко не́мощну, окорми́ мя я́ко стрáнна. Оби́ду мою́ ве́си, разреши́ ту, я́ко во́лиши: я́ко не и́мам ины́я по́мощи ра́зве Тебе, ни ины́я предстáтельницы, ни благи́я уте́шительницы, то́кмо Тебе́, о Богомáти, я́ко да сохрани́ши мя и покры́еши во ве́ки веко́в. Ами́нь.

К кому́ возопию́, Влады́чице? К кому́ прибе́гну в го́рести мое́й, áще не к Тебе, Цари́це Небе́сная? Кто плач мой и воздыха́ние мое прии́мет, áще не Ты, Пренепоро́чная, наде́ждо христиа́н и прибе́жище нам, гре́шным? Кто пáче Тебе́ в напáстех защити́т? Услы́ши у́бо стена́ние мое́, и приклони́ у́хо Твое́ ко мне, Влады́чице Мáти Бо́га моего́, и не пре́зри мене́, тре́бующаго Твоея́ по́мощи, и не отри́ни мене́, гре́шнаго. Вразуми́ и научи́ мя, Цари́це Небе́сная; не отступи́ от мене́, раба́ Твоего́, Влады́чице, за ропта́ние мое́, но бу́ди мне Мáти и засту́пница. Вручáю себе́ ми́лостивому покро́ву Твоему́: приведи́ мя, гре́шнаго, к ти́хой и безмяте́жной жи́зни, да плáчуся о гресе́х мои́х. К кому́ бо прибе́гну пови́нный аз, áще не к Тебе́, упова́нию и прибе́жищу гре́шных, наде́ждою на неизрече́нную ми́лость Твою́ и щедро́ты Твоя́ окриля́емь? О, Влады́чице Цари́це Небе́сная! Ты мне уповáние и прибе́жище, покро́в и заступле́ние и по́мощь. Цари́це моя́ преблага́я и ско́рая засту́пнице! Покры́й Твои́м хода́тайством моя́ прегреше́ния, защити́ мене́ от враг ви́димых и неви́димых; умягчи́ сердца́ злых челове́к, возстаю́щих на мя. О, Мáти Го́спода моего́ Творцá! Ты еси́ ко́рень де́вства и неувяда́емый цвет чистоты́. О, Богороди́тельнице! Ты подáждь ми по́мощь немощству́ющему плотски́ми страстьми́ и боле́знующему се́рдцем, еди́но бо Твое́ и с Тобо́ю Твоего́ Сы́на и Бо́га на́шего и́мам заступле́ние; и Твои́м пречу́дным заступле́нием да избáвлюся от вся́кия беды́ и напа́сти, о Пренепоро́чная и Пресла́вная Бо́жия Мáти Мари́е. Те́мже со упова́нием глаго́лю и вопию́: ра́дуйся, благода́тная, ра́дуйся, обра́дованная; ра́дуйся, преблагослове́нная, Госпо́дь с Тобо́ю.

Черемухи вдыхатель, воздыхатель, опять я пью настой ее души. Пристрастьем этим утомлен читатель, но мысль о нем не водится в глуши. Белла Ахмадулина

В других случаях потенциальные слова образуются от относительно редких глаголов:

Умирают мои старики — Мои боги, мои педагоги, Пролагатели торной дороги, Где шаги мои были легки. Борис Слуцкий

Некоторые авторы намеренно образуют целый ряд слов по одной продуктивной модели в одном и том же стихотворении. Так поступает, например, Марина Цветаева, смешивая словарные слова с неологизмами:

А вот еще, несмотря на бритость, Сытость, питость (моргну — и трачу!), За какую-то — вдруг — побитость, За какой-то их взгляд собачий, Сомневающийся.

Поэты редко прибегают к созданию новых слов и с такими распространенными в разговорном языке приставками, как супер-, наи-, мега. Чаще происходит так, что поэт, переосмысляя значение слова, заменяет одну распространенную приставку на другую, например не- на бес-: Впрочем, слова беструдны у Аркадия Драгомощенко.

Создавая новые слова с приставками, прежде всего глаголы, поэты XX–XXI веков используют малопродуктивные модели или в разной степени нарушают продуктивные:

к дождям ясень спружинил желтый лист. Дина Гатина желание отгаревает рука отбывает жест Анна Горенко солюби воздух с кем-нибудь, кто который это сотворит Полина Андрукович

Новые слова могут образовываться при привычных суффиксах, но от непривычных основ. Например, слова с суффиксом — ость не образуются от глаголов или местоимений, но у Геннадия Айги можно найти вхожденность и чтотость.

В таких случаях новое слово создается по образцу старого так, что в нем «проглядывает» слово-образец. Хлебников создал огромное множество таких слов: бегава, шумава по образцу орава; парусавель, чудесавель по образцу журавель; читавица по образцу красавица; летизна по образцу белизна. Слово-образец может быть прямо названо в тексте, как у Игоря Северянина: Мы так неуместны, мы так невпопадны.

Футуристы, воспринимавшие неологию как специальный вид поэтической деятельности, создавали большие ряды новых слов, образованных от одного корня: зудавый, зудавчик, зудариха, зудик, зударыня, зудахарь, зудейный у Алексея Крученых. Они же использовали прием наложения одного слова на другое, в то время редкий, а в начале XXI века широко вошедший в язык рекламы: лгавда, вружба, нежчины у Хлебникова.

Неологизмы образуются и при помощи словосложения, они часто называют некие неожиданные характеристики или явления воображаемого, виртуального или внутреннего поэтического мира: людовещи, людозвери, звуколюди, грозоходы у Хлебникова, проблеск земножительницы у Хармса.

Новые слова, образованные от имен, почти всегда носят игровой характер и часто построены на звуковом образе имени. Так, от имени французского философа Жака Деррида Сергей Круглов образует глагол одерридеть, а Псой Короленко сочиняет посвященную философу песню:

ПОСЛЕДОВАНИЕ ПО ИСХОДЕ ДУШИ ОТ ТЕЛА

Обычно первое моление со священником у тела только что скончавшегося — традиционная панихида, — другого мы ничего не знаем. Между тем, последование по исходе души, предназначенное для одного исключительного случая, имеет исключительный строй, отличный от панихиды. Оно начинается тем, что у нас обычно именуется заупокойной литией, т. е. после иерейского начала Трисвятое, Отче наш, тропари Со духи праведных и сугубая заупокойная ектения. После возгласа 90 псалом и абие поет или глаголет канон за представльшегося 8-го гласа, особый нарочитый канон, тогда как даже в чине погребения мирских человек полагается обычный субботний канон октоиха 6-го гласа. Как обычно на панихиде и молебне ирмосы в сем исследовании не поются. По 3-ей и 6-ой песнях никакой ектении нет, потому не бывает и катавасий. По 6-ой песни кондак и икос, по 9-ой песни вместо катавасии Достойно есть, Трисвятое, Отче наш и особый тропарь: Един естеством сый Животворец… с особым же богородичным: Источник живота рождшая… Как тропарь так и богородичен употребляются только в этом последовании. Поются они на 6-й глас — глас скорби, на который вообще редко поются тропари.

После богородична Господи помилуй 12 раз и особая, нигде более не повторяющаяся молитва о преставльшемся брате нашем. Затем предшествующие отпусту: Премудрость, Честнейшую… Слава Тебе Христе Боже… и отпуст: Воскресный из мертвых и Вечная память.

Последование по исходе души от тела, как видно из изложенного, значительно короче последования обычной великой панихиды. Здесь нет ни непорочных с тропарями посте них, ни псалма 50-го, седальнов, ни даже ектений, кроме одной в начале. Это потому, что Святая Церковь, считая необходимым вознести первое моление об усопшем абие, почти тотчас по исходе души от тела, вместе с тем входит в положение окружающих смертный одр, которые и в последние моменты и в предшествующие часы, а иногда и дни пережили много и душевных страданий, понесли не мало и физических трудов по уходу за больными. Да и сейчас они только что трудились опрятывая усопшего. Надо дать отдых и душе и телу их. Поэтому Святая Церковь, как любвеобильная, заботливая мать, входящая во всякое положение своих чад, принимающая во внимание не только их душевные переживания, но и физические силы, не хочет задерживать еще надолго, в бодрственном напряженном состоянии измученных и утомленных, и первое необходимое, неотложное моление у гроба сокращает насколько только возможно

Если исследование по исходе души почему-либо не может быть совершено иереем, оно должно быть непременно прочитано чтецом псалтири прежде начала чтения самой псалтири. Так указывается в старинных руководствах о чтении псалтири над телом умершего. Разумеется, при этом все иерейские возгласы и действия должны быть соответственно заменены, как это вообще делается при совершении богослужения мирянами. Может быть совершено мирянином и каждение ручной кадильницей — что, к сожалению, у нас совсем забыто и исключено без всяких оснований из практики совершения молитв мирянами без иерея.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Следующая глава >

В июле вышла книга «История души. От Античности до современности». В ней раскрывается история понятия «душа» в разных культурах и делаются интересные выводы.

Уле Мартин Хейстад. История души. От Античности до современности Нет в продаже Большинство людей верят в то, что обладают душой, но мало кто может объяснить, что она такое: образное выражение, метафора? Может быть, ее вообще не существует, и это фикция? Может, она вообще устарела? Об этом новая книга норвежского философа Оле Мартина Хейстада, известного российскому читателю по книге «История сердца в мировой культуре». Хейстад исследует вопросы развития души на протяжении трех тысячелетий от Античности до современности в западном мире, в русской культуре, в буддизме и исламе.

О своей книге рассказывает норвежский философ Уле Мартин Хейстад, известный российскому читателю по книге «История сердца в мировой культуре».

Мартин Хейстад: Большинство людей верят в то, что обладают душой, но мало кто может объяснить, что это такое. В душе есть нечто удивительное, почти чарующее. Душа — это выражение чего-то глубоко внутреннего и личного, что трудно выразить в словах и понятиях. Несоответствие между неясным смыслом души и большим значением, которое придает ей большинство людей, отражается в нашей повседневной речи. Мы можем говорить о цельной и чистой, о глубокой и честной душе. Мы что-то чувствуем в глубине души, нашу душу ранят, и мы боимся «душе своей повредить». Мы используем эти выражения, говоря о личных и моральных качествах.

Бывают души сильные и слабые, свободные и скованные, замкнутые и открытые. Самые личные качества, касающиеся нашей внутренней силы и уязвимости, мы находим в глубине души. У некоторых душа ранимая и податливая. Мы можем быть больны телом и душой, и мы стремимся обрести покой в душе. Душа может быть мятущейся и расколотой. Так что же это — образные выражения, метафоры, применяемые к нашим личным качествам, или же слово «душа» соотносится с чем-то реальным и представляет собой особое измерение в человеке, наряду с разумом и чувствами. Именно такие вопросы лежат в основе этой книги.

Понятие души изменялось со временем. Поэтому мы зададим себе вопрос: что такое душа — материя или мысль, разум или чувство, форма или содержание, возможность или действительность, нечто чисто индивидуальное или большее, чем индивид, что-то цельное и единое или сложное и гетерогенное? Душу не так-то просто определить. Возможно, ее вообще не существует и она лишь фикция, искусственное построение? Просто понятие или образ? Но в любом случае это понятие, эта конструкция древняя, ее все время то разрушали, то восстанавливали, а потому она, по всей вероятности, необходима.

Во всех культурах судьба души зависит от того, как индивид прожил отпущенный ему век, творил ли он словами и делами добро или зло. В центре внимания, таким образом, прожитая жизнь. Важно то, как отдельный человек развивает свои личные и душевные качества и выполняет свои обязательства перед другими людьми. Возможно, это самое важное качество души в современном мире. И хотя душа есть нечто строго индивидуальное, она обусловлена нашим отношением к другим. Нельзя заботиться о себе, не принимая во внимание остальных людей.

Поэтому душа ставится на карту, когда индивид присоединяется к коллективным движениям, как об этом пишет Ханна Арендт. Какие последствия это имеет для отдельного индивида и для вовлеченных в этот процесс других людей, мы узнаем из истории таких массовых движений, как коммунизм и нацизм, а также агрессивных версий национализма и исламизма в наше время. То же самое имеет место, когда мы слепо отдаем себя во власть шаблонного мышления, СМИ, рыночных механизмов и злоупотребляющих властью политиков.

Душа в большей степени, чем другие измерения в человеке является предметом созидания, личного и культурного воспитания. Нам не надо убеждать себя в существовании собственного тела, несмотря на то, что различные созданные культурой представления о теле определяют, как мы формируем свое тело и относимся к нему. Мы также согласны с тем, что обладаем разумом со свойством рассуждать логически правильно независимо от наших субъективных мнений. Ибо тело и разум есть нечто данное нам объективно. Однако наличие души — предмет размышлений и обоснований совершенно иного типа. Ибо это величина индивидуальная и личная.

Душа вмещает в себя весь наш сложный внутренний мир, описываемый Шекспиром, противоречивые чувства и неясные побуждения, страх Кьеркегора, страдания Кафки и стремления Гете. Душа есть тот способ, который мы выбираем, чтобы упорядочить и сформировать весь этот внутренний субъективный мир. В потоке времени и сознания душа активно ищет свой вход и выход в соответствии с Законом, свою окончательную мифическую цель в растворении во всем, в ничто или в единстве.

Не только буддисты стремятся в конце жизни освободиться от души, растворить ее, избежать вечной скуки и вечных страданий. Мусульмане и христиане считают единение души с Богом своей конечной целью, подобно тому, как творцы искусства и мыслители пытаются найти и достичь unio mystica (единение с Богом). Душа есть ответ на таинство смерти, так как мы уверены в том, что это исключительно мое, нечто такое, что каждый хочет выяснить и сохранить, чтобы умереть своей собственной смертью в мире и примирении. Но и для жизни «уход со сцены» также должен быть в порядке. Душа есть некая энергичная, эмпатическая и целенаправленная величина, которая на протяжении всей жизни движима внутренней силой. Эта величина обусловлена тем, как мы на основе истории, культурных ценностей и собственного опыта понимаем человека и каким этот человек должен быть, исходя из наших целей и ценностей.

Душа — это наша свобода определить самих себя в нашем собственном образе, независимо от того, верим ли мы в то, что созданы по образу Божьему (который сам по себе есть исторически созданный образ). Душа — это величина, созданная культурой, отличающая нас от животных и не подчиненная детерминистически безусловным причинным законам. Душа — выражение нашей неприкосновенности, нашей уязвимости и нашей хрупкости, она страдает, любя или сочувствуя, когда обижают того или тех, кто нам близок. Душа существует, пока мы этого хотим, пока мы полагаем, что имеем определенную ценность, о которой обязаны заботиться и бороться, защищая ее. И если мы знаем, что имеем душу, которая нуждается в защите, то по выражению Ницше, мы также имеем «основные знания о себе, которые нельзя ни искать, ни находить и которые нельзя потерять», нечто, чем мы обязаны только самим себе, и если потеряем, то будем сами виноваты. Это нечто непостижимо и загадочно, оно превосходит само себя и вызывает у нас восторг и благоговение, это наш накопившийся опыт, вписавшийся в автобиографический палимпсест, ибо только так мы становимся такими, какие мы есть и хотим быть, если будем жить согласно нашему внутреннему убеждению о том, что означает быть человеком и человечным.

В этой книге мы проследим развитие различных представлений о душе, а также изображение души в художественной литературе. Литература придает плоть и кровь душе и определяет ее значение в различные исторические периоды.

Мне очень приятно, что издательство «Текст» в Москве пожелало издать эту книгу на русском языке. Хочу отметить, что для русского издания книги я написал специальную главу о «русской душе». Отсутствие такой главы было бы явным упущением, если учитывать значение души в русском культурном наследии.

Я хотел бы выразить особую благодарность переводчику Светлане Карпушиной за профессиональный и близкий оригиналу по духу перевод, изобилующий цитатами из множества источников.

Я надеюсь, что эта книга вдохновит читателей на участие в дальнейшем диалоге души с самой собой.

Карпушина Светлана, переводчица книги: С норвежским философом Уле Мартином Хейстадом, профессором междисциплинарных культурных исследований Высшей школы Телемарка, я познакомилась, когда переводила вместе с Анастасией Наумовой его книгу «История сердца в мировой культуре». Эта книга вышла в Норвегии в 2004 году, и с тех пор была переведена на 18 иностранных языков. Русское издание — 2009 год. Она читается как увлекательный роман.

Хейстад немного говорит и читает по-русски, и поэтому переводить его тексты и приятно, и хлопотно, ведь он обязательно просмотрит перевод и задаст вопросы. Зато он всегда готов обсудить и прояснить, что очень ценно, когда это текст философа.

Новая книга Хейстада посвящена истории человеческой души. А душа — загадка. Ее непросто определить и сказать, где она находится и существует ли она вообще.

Потрудиться пришлось изрядно, особенно с цитатами.

Когда я переводила главу, посвященную «Божественной комедии» Данте, то в поисках подходящего перевода, где было слово «душа», приходилось снова и снова перечитывать переводы М. Лозинского, Д. Мина, П. Катенина.

Еще больше цитат в главе о «Фаусте» Гете — на 15-и страницах 45 цитат. В поисках «души» я много раз листала переводы Н. Холодковского и Б. Пастернака, так что «Фауста» теперь знаю почти наизусть. Когда же Хейстад описывает заключительную сцену трагедии в горном ущелье, цитаты пришлось искать в переводе А. Фета 1883 года, так как эту сцену я нашла только у него.

А что касается знаменитых слов «Остановись, мгновенье! Ты прекрасно!», ставших крылатой фразой, то переводчик неизвестен.

Было очень интересно вслед за Хейстадом исследовать путь души в истории человеческого мироощущения. Понятие души возникло у Гомера как «психе». Она есть тень тела и появляется только после смерти. Далее начинается увлекательное путешествие души по греческой философии, разумеется, она находит свое место в христианстве, присутствует почти у всех средневековых мыслителей и философов эпохи Возрождения. Когда позиции души в философии ослабевают, во второй половине ХIХ веке она перемещается в сферу психологии (Кьеркегор, Ницше, Фрейд). В ХХ веке душа возрождается в художественной литературе. Вспомним «неосознанную жизнь души» у Гамсуна или роман Джойса «Улисс», который называют «потоком сознания души».

Для русского издания Хейстад написал главу о душе в истории русской культуры. Эта глава оказалась больше остальных в два-три раза. Оказалось, что душа присутствует почти у всех русских писателей и поэтов. «Всю душу выплещу в слова», говорит Есенин («Мой путь»), а в другом стихотворении делает открытие: «Но коль черти в душе гнездились, значит ангелы жили в ней». Так тоже бывает. «Верно, душу наизнанку / вздумал вывернуть!» восклицает Блок («Двенадцать»). В страшные годы большевистских репрессий Анна Ахматова говорит о душевной смерти, которая необходима, чтобы выжить:

Надо память до конца убить
Надо чтоб душа окаменела
Надо снова научиться жить.

Плохо ваше дело, — говорит врач герою романа «Мы» Замятина, — по-видимому, у вас образовалась душа…

Тема, за которую взялся Хейстад — неисчерпаема. Работая над переводом и читая источники, я задавалась вопросом о том, как автору удавалось сделать выбор: о чем говорить, а о чем нет. Ведь от Античности и до сегодняшнего дня о душе говорят, думают, пишут философы и ученые, писатели и поэты, люди всех культур и вероисповеданий.

В современном обществе, как полагает Хейстад, мало кто заботится о своей душе. Однако, если возникнет вопрос о том, чтобы отказаться от нее, большинство людей этому, несомненно, воспротивится.

Кое-кто утверждает, что душа устаревает. Однако живая история души говорит другое. Наоборот, она с огромной силой свидетельствует о безмерной силе души. Когда приходится туго, появляется душа со своим внутренним голосом, который никогда не умолкает. Многие писатели и поэты описывают отношения любви и доверия между людьми, на которых основана забота о душе и личная неприкосновенность человека, которая будет существовать, пока мы верим в человеческое достоинство.

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *