1. Общие указания

Войдя в Святой Алтарь, пономарь должен сделать с благоговением три земных поклона перед св. Престолом, перекреститься в сторону Горнего Места и поклониться служащему духовенству и всем присутствующим в Алтаре. После поклонов св. Престолу и Горнему месту следует подойти за благословением к служащему священнику, а также к старшим по чину священнослужителям: Епископу (если он присутствует), отцу Инспектору и др.

В субботу, в воскресенье и в праздничные дни, по предписанию Типикона, положено совершать только поясные поклоны.
Перед облачением в стихарь необходимо совершить два поясных поклона в сторону Престола, испросить благословение на надевание стихаря у служащего священника или у епископа (если он присутствует в Алтаре), сделать после этого третий поклон св. Престолу и затем тому лицу, у которого испрашивалось благословение.

В обязанности пономаря входит наблюдение за семисвечником, лампадами и алтарными подсвечниками, кроме тех, которые стоят на Престоле. За последними смотрят священнослужители. Ставить на Престол и снимать с него лампады и подсвечники лицам, не имеющим священного сана, не разрешается. Кроме того, пономарь должен внимательно следить за кадилом, чтобы в нужный момент в нем горел уголь.

Пономарь должен подавать кадило служащему диакону с правой стороны св. Престола. Проходя через Горнее место, положено совершать крестное знамение. Перед подаванием кадила диакону пономарь должен вместе с ним перекреститься в сторону иконы Горнего места и поклониться служащему священнику. Брать кадило у диакона рекомендуется на том же месте и с такими же действиями, какие положено делать перед подаванием кадила.

2. Обязанности пономарей за вечерним Богослужением:

1. подать кадило и свечу в самом начале Богослужения, перед пением 103-го псалма;

2. подать кадило перед пением «Господи воззвах»;

3. подать кадило и выйти со свечами на малом входе;

4. перед пением «Хвалите имя Господне…» подать свечи и кадило (на середине храма);

5. при выносе Евангелия вынести свечи;

6. при помазании благословенным елеем держать сосуд с елеем;

7. подать кадило на 8-й песни канона.

3. Обязанности пономарей за Литургией:

1. читать поминания во время проскомидии;

2. подать кадило в конце проскомидии;

3. вынести свечи во время входа с Евангелием;

4. во время чтения Апостола подать кадило;

5. во время пения Аллилуария вынести свечи;

6. во время произношения диаконом сугубой и заупокойной ектении распределить заказные поминания между служащими священнослужителями;

7. на Херувимской песни подать кадило и на Великом входе вынести свечи;

8. после пения: «Тебе поем…» подать кадило;

9. перед пением: «Отче наш…» приготовить теплоту и порезать антидор.

10. после возгласа «Святая Святым» поставить подсвечник перед Царскими вратами и унести его обратно после возгласа: «Всегда, ныне и присно…»

11. после причащения мирян подать кадило.

IV. Обязанности пономарей во время молебна:

1. раскрыть поминания и помогать священнослужителям в чтении их;

2. при выносе Евангелия вынести свечи.

V. Обязанности пономарей во время панихиды:

1. подать кадило диакону;

2. раскрыть поминания и помогать священнослужителям в чтении их.

Перед уходом из Алтаря необходимо сделать три земных поклона св. Престолу, поясной поклон с крестным знамением в сторону Горнего места и поклон всем присутствующим.

Поведение в Алтаре должно быть благочинным и благоговейным, ибо этого требует христианский долг отношения к святому храму, а тем более к святому Алтарю, как «СВЯТОМУ СВЯТЫХ» православного храма.

С вопросами, возникающими при исполнении пономарских обязанностей, обращаться к дежурному по храму преподавателю Литургики, к отцу благочинному, к отцу ризничному, к своим старшим товарищам и другим компетентным лицам.

6. Обязанности пономарей за Всенощным Бдением (воскресным)

Вечерня

«Слава Святей» — «Благослови душе моя Господа»

Перед открытием завесы и Царских врат приготовить диаконские свечи (если два диакона — 2, если один диакон — 1) и кадило. Происходит каждение Алтаря и храма. По возвращении в Алтарь, когда диакон кадит священника, один из пономарей становится на Горнем месте, рядом с диаконом, одновременно с ним молится кланяется священнику и принимает от диакона свечу и кадило.

Великая ектения -«Миром Господу…» пение «Блажен муж»

Малая ектения — «Господи воззвах…»

Во время малой ектении приготовить кадило и при пении «Господи воззвах подать диакону (если диаконов двое то и два кадила). Когда диакон входит из Алтаря для каждения храма, пономарям нужно зажечь выносные свечи и стать в сторону от свечей, против друга.

При пении догматика открываются Царские врата

Пономари один за другим выходят на амвон, ставят свечи у икон Спасителя и Божией Матери (за ними следуют диакон и священник).

Диакон: «Премудрость прости». Пение «Свете тихий»

Духовенство входит в Алтарь и становится на Горнем месте, а свещеносцы ставят свечи рядом, пред Царскими вратами.

Диакон произносит: «Вонмем» Свящ: «Мир всем»

При этих словах пономари кланяются священнику, друг другу, и каждый со своей стороны вносит свечу в Алтарь, ставят свечи на место и ждут окончания произнесенного прокимна: «Господь воцарися…», стоя друг против друга. По окончании прокимна диакон со священником, а вместе с ними и пономари, перекрестившись, кланяются иконе Воскресения Христова, пропускают священника на его место, тушат свечи и, поклонившись священнику, отходят.

Ектения: «Рцем вси» чтение «Сподоби Господи» Ектения: «Исполним вечернюю молитву», Пение стихир. «Ныне отпущаеши»

Тропарь, и Царские врата открываются.

Конец вечерни.

Царские врата закрываются.

Утреня

Чтение шестопсалмия; Великая ектения. «Бог Господь», Тропари, Кафизмы.

Во время чтения кафизм приготовить кадило и диаконские свечи, которые нужно подать на «Хвалите имя Господне».

«Хвалите имя Господне»

Малая ектения

Чтение Евангелия

Происходит каждение Алтаря и храма. По окончании каждения и приема диаконской свечи и кадила, так же как и на вечерне, на Горнем месте с диаконом, помолившись и поклонившись священнику, принять кадило и свечу и сразу же зажечь выносимые свечи и пред чтением Евангелия поставить свечи с обеих сторон Престола.

Когда выносится Евангелие, пономари идут впереди Евангелия и ставят свечи пред аналоем, на котором полагается Евангелие.

По окончании Евангелия свечи, каждая со своей стороны, выносятся и ставятся пред Царскими вратами.

«Спаси Боже, люди Твоя». Канон.

Во время пения канона духовенство и народ прикладываются к Евангелию

По окончании прикладывания пономари идут впереди священника, несущего Евангелие, и несут выносные свечи, у амвона пропускают священника, который Евангелием осеняет народ, пономари каждый со своей стороны вносят свечу па прежнее место у Престола. Тушат свечи делают поклон священнику.

По 8-й песни «Величит душа моя Господа»

По 8-й песни канона в последний раз приготовляется кадило; по 8-й песне происходит каждение Алтаря, на амвоне диакон произносит: «Богородицу и «Матерь Света» и продолжает каждения всего храма.

По каждении — поклон (как положено священнику, и диакон отдает пономарю кадило.

«Свят Господь Бог наш» Великое славословие. Тропарь воскресный, две ектении и отпуст.

Царские врата при словах «Господи сохрани их на многая лета» закрываются, завеса задергивается.

Чтение 1-го часа.

Лампады тушатся.

источник: Обязанности пономарей

В конце прошлого века Силламяэ, Перъятси, Каннука стали излюбленным местом отдыха для ученых, художников, артистов, и музыкантов.
С 1849 г. В Силламяэ проживало около 40 человек, а в летнее время число жителей возрастало до 400 человек. Это были в основном дачники из Петербурга. Дачники были люди состоятельные, многие из них имели свои собственные дачи на берегу Финского залива. Для удовлетворения духовных и религиозных потребностей приезжающей из Петербурга публики, а также для возможности через церковные структуры проявлять дела милосердия и помощи к местным жителям, был объявлен сбор пожертвований на строительство православного храма в Силламяе. Направлено также ходатайство к генерал губернатору Эстляндии князю Сергею Шаховскому о быстрейшем рассмотрении
Вопроса связанного с проектными работами и строительством православного храма в местечке Каннука, что в Силламяэ. Сбор средств осуществлялся в период с 1986-1987 год. Был создан попечительский совет , в состав которого входили именитые дачники- баронессы Анна и Екатерина Розен, генерал Тимофей Михайлович Беляев, графиня Ольга Апполоновна Курбатова.
Уже 2 октября 1897 года Ведомство Православного исповедания Рижской Духовной Консистории письмом за нр.4977 препровожает на рассмотрения в строительное отделение Эстляндского губернского правления проект каменной церкви на 150 человек.
Письмо подписано чле-ном консистории прото-иреем И. Яковлевым. По проекту церковь пред-ставляла собой продол-говатое здание.
Восточное стена храма решена в виде трех- частевой аспиды алтар-ного помещения. Цер-ковь имела три дверных проема. В западной части к основному объе-ма здания примыкала колокольня которая имела один ярус звона. Ступенчатое завершение колокольни было увенчано тремя главками — куполами на круглых и высоких барабанах. Еще одна небольшая главка находилась на противоположном от колокольни конце двускатной крыши.
Наружные поверхности стен были прорезаны двойными арочными окнами. Все здание было построено на высоком цоколе.
На колокольне имелось три колокола. Два боковых — маленькие , центральный -большой. Среднее окно алтарной части было глухое, в виде ниши, в которой находилась икона Казанской Божией Матери.
С права и слева от главного входа находилось два помещения. Из левого помещения лестница вела на колокольню и чердак. Два помещения еще более малого размера находились с права и слева от алтаря. Слева была ризная, с права пономарка.
В качестве строительного материала использовался плитняк и кирпич для стен и гранит для цоколя. Плановое решение предложенное в проекте церкви в Силламяэ повторяет многие опробованные в Эстонии во второй половины 19 века типы деревенских построек. Однако здесь в Силламяэ, пожалуй единственный раз встречаются совмещение элементов храмов лютеранско-продолговатого типа и храмов православных, с наличием своеобразных ступенчато-луковичной колокольни.
9 октября 1897 года строительное отделение Эстляндского губенского правления рассмотрело представленный проект и нашло, что таковой составлен по всем правилам строительного искусства. В тот же день на проекте петербургского гражданского инженера А.К.Монтага была наложена одобрительная резолюция губернатора Эстляндии.


Построенная по проекту А.К.Монтага церковь была освящена 12 июля 1898 года.
Здание церкви находи-лось на участке земли вдоль бывшей почтовой дороги из Ревеля в Петербург, на удаление от дороги примерно 10 метров. Не далеко от церкви находилась шко-ла. Это здание–двух-этажной деревянной постройки к югу от церкви запечатлено и на одной из старых фотографий 1930 года.

Екатерина Щербакова

Когда человек впервые попадает в храм, небожителями ему кажутся не только священники, но и парень со свечой в похожей на священническую одежде, и люди, которые читают и поют на непонятном языке и не путаются в словах. Между тем, и пономари, и певчие — такие же прихожане, для которых всё это тоже когда-то было в новинку. В какой-то момент им захотелось глубже понять, что же происходит на богослужении, и неожиданно для себя они стали его активными участниками. Если очень захотеть, научиться этому делу под силу каждому.

Чего от пономаря ждёт священник?

Протоиерей Вячеслав Поневин, настоятель Николаевского храма г. Енакиево:

Каким должен быть пономарь?

Главное условие для того, чтобы стать пономарём — быть христианином. В обязанности пономаря входит уход за алтарём и алтарной утварью, поддержание чистоты. На службах нужно делать всё вовремя, не задерживать священника. Пономарь должен всё время думать о ходе богослужения и иметь представление о том, что будет дальше. Ему нужно знать этапы богослужения, чтобы не опаздывать в те моменты, когда нужно подать кадило, выйти на вход.

Думаю, у каждого священника свои требования к пономарю. Лично мне хотелось бы, чтобы он был человеком активным, не сонным, быстро соображал и ориентировался в поставленных задачах, был ответственным, честным, порядочным, пунктуальным. Конечно же, ему надо быть опрятным, потому что на него смотрят люди, он помогает в алтаре и должен выглядеть соответственно. Он не может быть лохматым, грязным.

Ещё хорошо, когда пономарь может прочитать Апостол, паремии, Шестопсалмие. В идеале, он должен уметь читать любой церковный текст за богослужением.

Пономари 90-х

Я был пономарём с 11 лет. Попасть в алтарь было моей мечтой, и когда это произошло, я был счастлив и смотрел на священника с трепетом, старался выполнять все поставленные задачи, боялся огорчить его. Так меня воспитывали. Семья у меня была неверующая, мама начала ходить в храм, когда мне было лет 10. Мы воцерковлялись в Михайловском храме Мариуполя. Но там служить пономарём не довелось: не брали.

Взял меня священник с Белосарайки — это пригород Мариуполя. Он меня забирал в пятницу или субботу, мы ехали в храм километров тридцать. Я там жил до вечера воскресенья, когда мы возвращался домой. В течение недели я ходил в школу, как все, потом ехал на выходные на Белосарайку, пономарил и возвращался. А уже в девятом классе, когда мне было лет пятнадцать, я стал пономарём во Владимирском храме Мариуполя, где служил до поступления в семинарию.

В чём-то мне было трудно: всенощные длинные, много работы перед праздниками. Мы начищали подсвечники, кадила, лампады, всё драили, вымывали — но не унывал никто. Пономарей было несколько, у нас был особый образ жизни, свой круг общения, мы замечательно проводили время. Я ходил в школу, у меня там было несколько друзей, но быть в храме, доставляло мне гораздо больше удовольствия. Трудности не были главными, наиболее светлые воспоминания оставило общение. У меня дни пономарского служения были радостными.

С точки зрения священника

Когда я стал священником, моё видение пономарского дела не изменилось. Мало таких ребят, которым это служение нравится, которые вдохновлялись бы, жили этим. Часто это связано с тем, что их родители не ходят в церковь. Моя мама со временем стала церковным человеком, активной прихожанкой, начала работать в храме, поэтому и у меня всё было связано с ним.

Юные пономари на детской литургии в Богоявленском кафедральном соборе

Я сейчас привлекаю ребят из воскресной школы и тех, кто постарше, чтобы они пономарили. Понимаю, что все не останутся при храме, но пусть знают, что это такое. Надеюсь, что им это интересно. У меня есть и взрослые мужчины-пономари — основная ответственность ложится на них, конечно. Молодые ребята сейчас растут, учатся, привыкают. А дальше, когда будут постарше — посмотрим. Есть у меня парень, который заканчивает 11 класс и собирается в семинарию поступать. Он читает на службах Апостол, Шестопсалмие. Думаю, ему нравится.

Я в своё время был старшим пономарём: за всем следил, основная ответственность была на мне. Как им стать? — всё зависит от ответственности человека, от того, как он справляется с поставленными задачами. Священник смотрит: кто лучше всех выполняет свои обязанности, кому можно многое доверить, возложить ответственность. А опыт приходит со временем. Сложного ничего нет, главное — чтобы человек был сообразительным, чтобы ему нравилось его дело.

Когда человеку что-то интересно, у него всегда получается. Если он делает что-либо из-под палки, ему неинтересно. Каким бы способным он ни был, у него не получится в силу того, что он не хочет. Задача священника заключается в том, чтобы заинтересовать молодых ребят, чтобы для них стало ценно находиться в алтаре, прислуживать священнику, участвовать в Божественной литургии. Чтобы они это ценили.

Если хочешь стать пономарём

Обычно если священник нуждается в пономаре и видит подходящего кандидата, он сам пригласит его в алтарь. Человек должен быть прихожанином этого храма, жить активной жизнью воцерковлённого христианина, регулярно посещать богослужения, исповедоваться, причащаться.

Наверное, желающий может проявить инициативу первым, но тогда он должен поставить себе более высокие требования, чтобы получить желаемое место. Нужно уметь читать Апостол и Шестопсалмие, привести аргументы, почему он считает, что может этим заниматься. Может быть, показать то, чего в нём не разглядели. Думаю, если человек действительно хочет быть пономарём, готовится, то он будет относиться к этому более ответственно, но я, к сожалению, с таким не сталкивался. Прихожане у нас не особо решительные.

Важно, чтобы человек задал себе вопрос: зачем ему это надо? Покрасоваться на людях? Или он хочет послужить Богу, участвовать в богослужении, придать ему красоту своим присутствием? Красиво выйти на вход, всё вовремя сделать, навести порядок в алтаре. Если так — то почему бы и нет?

К сожалению, у нас большинство мужчин-прихожан пассивны. Они не хотят брать на себя ответственность. У меня был период, когда не было пономаря, я предлагал людям в храме попробовать послужить, но все отказались. А брать кого-то, лишь бы взять — проще вообще без пономаря, я с этим сталкивался. Когда человек испуган, к священнику боится подойти, всё забывает от страха, у него трясутся руки — это очень тяжело. На него надеешься, а в итоге он подводит. Когда священник один, ему проще контролировать ситуацию. Это служение не сложное, но всё-таки оно не для всех.

Мне очень нравится всё, что я делаю

Александр Станиславович Лукьяница, пономарь в Богоявленском кафедральном соборе Горловки:

«Надо помогать!»

Я бывший шахтёр. Работал на шахте «Кочегарка», а после её закрытия — на шахте имени Ленина. Перед моим выходом на пенсию сын стал ходить в церковь, воцерковляться, а следом за ним и я. Потом он перешёл в другой храм, а я остался. Был простым прихожанином. И вот нашего пономаря, ныне уже священника Димитрия Бекмансурова, рукоположили во диакона. Настоятель храма, отец Александр Брянцев, сказал мне: «Саша! Надо помогать!» А я на тот момент даже не исповедовался ни разу.

Мне всегда нравилось книги на церковнославянском читать. Как-то наш настоятель принёс учебники по изучению этого языка в храм. Детские. И я купил. Мне было так интересно! С удовольствием стал учиться читать. Когда отец Александр уговорил меня попробовать участвовать в богослужении, сначала читал Шестопсалмие, потом Апостол, Псалтырь. Когда стало хорошо получаться, меня взяли на клирос. Так и пошло.

Мне очень нравится всё, что я делаю. Интерес до сих пор не пропал, я хожу на службы с удовольствием. Порой приходится и за два часа до службы приходить в храм: что-то подготовить, починить, потому что в церквях мужчин обычно мало. И это всё мне тоже интересно. Дома столько не делаешь, сколько в церкви.

Обязанности пономаря

Я служу пономарём с 2009 года. 27 февраля отец Александр ввёл меня в алтарь. Служба мне всегда интересна. Я долго не мог понять: как это всё время разное поют? Значит, и службы разные? А оказалось, что литургия одна. Я долго вникал, что и как. А теперь уже меня спрашивают в храме, что происходит. Я отвечаю всегда: «Слушайте!» Меня научила одна знакомая православная бабушка из Гродно: «Трудно на службе, потому что службы не знаем! Будете знать литургию — будет легко!» Я с этим согласен на сто процентов. Сейчас мне в храме действительно легко. Конечно, пономарю легче, чем священнику, но как бы то ни было — я на службе отдыхаю.

В обязанности пономаря входит помощь священнику во время богослужения и наведение чистоты, в первую очередь — алтаря. Также я выношу свечу в определённые моменты богослужения, читаю Апостол и богослужебные книги, разогреваю угли для каждения, подаю и принимаю кадило. Помимо этого мы, пономари, подготавливаем всё необходимое для крестин и отпевания.

Тяжело ли убирать храм? Мне это приятно. Пришёл в чистый алтарь — и там радостно. Конечно, приходится потрудиться: один семисвечник чего стоит! Обычно его никто не любит начищать, потому что это непросто: там ажурное всё, завитков много. А я берусь без проблем.

Я всегда готовил храм к престольному празднику неделю. Казалось бы: что там такого, алтарь да пономарка! Но это только на первый взгляд. Люди, как правило, не представляют, сколько труда вложено в то, чтобы в храме всё блестело и сияло.

«Ходит в золоте при батюшке товарищ»

Как-то помогал мне один человек, попал на подготовку к престольному дню. Мы гладили напрестольное облачение — оно неудобное очень, нужно, чтобы один держал, тогда другой сможет выгладить хорошо. Мы разговорились, он и говорит: «Никогда бы не подумал, сколько здесь работы!» А кто не видит этого труда изнутри — думают про пономаря: ходит в золоте при батюшке товарищ, что тут такого?

У меня спрашивают: а как насчёт рукоположения? Может быть, пойти в диаконы, а потом в священники? Я отвечаю: не хочу. Мне нравится быть пономарём. У священника столько ответственности, что даже страшно. А пономарём я готов на любой приход пойти, лишь бы со священником вместе. Мне просто нравится моё дело, ничего не могу добавить.

Многие не понимают, почему я здесь. Мне говорят: вот, ты полы моешь. И что? Ну, мою, да. Спрашивают: «Деньги ты там зарабатываешь?» Отвечаю, что деньги я зарабатывал на «Кочегарке» забойщиком, а здесь зарплата такая, что богатым не будешь. Пока не столкнутся — не поймут, что у батюшек нет денег на приходе. На машины им вечно пеняют — а я говорю: да не смотрите на машины! Если бы вы знали, как священникам эти машины достаются, то не завидовали бы. Бывает, две гривны положат на тарелочку в храме и говорят: «Вот, храм будет!» Да не будет храма с той тарелочки. За свет, за воду заплатить разве что.

Мне нравится, когда в храме всё устроено с заботой о тех, кто в нём трудится. Тогда гораздо меньше устаёшь. Ещё радует, когда иконы не обременены всевозможными рушниками, когда они чистые — подходи и прикладывайся. Я за лаконизм и здоровую простоту.

Случаи из жизни

Как-то раз мы поехали с отцом Александром в соматию, где выхаживают недоношенных детей. Нужно было крестить шестимесячного малыша. Я чуть не плакал: там рука как мой палец, а головка — с кулак. Как батюшка управлялся с ним — не представляю. До него дотронуться было страшно. Оказалось, что мама была из России, проездом у родственников, родила раньше времени. Потом они звонили, сказали, что малыш выжил.

На Радоницу ходим отпевать усопших на кладбище, что на шахте Ленина. Я — бывший шахтёр. И каждый год вижу знакомые имена на новых могилах… Стараюсь запоминать и подавать за них записки в храме или просто прошу батюшку помолиться о сослуживцах. Словом, помогаю, чем могу.

Я из самой обычной семьи, но есть детские воспоминания, которые связаны с храмом, православием. Они очень глубоко отпечатались в памяти. Когда умерла моя бабушка, я был в пятом классе. Отпевали её в Николаевском кафедральном соборе. И я помню, как всё происходило, словно это было вчера: в Никоновском приделе стоял гроб, отпевал священник. Не знаю, почему, но на меня это произвело неизгладимое впечатление. До сих пор эти воспоминания в сердце.

Я учился в Московском горном институте, а общежитие находилось в Подмосковье. Несколько остановок электричкой — и Загорск (ныне — Сергиев Посад). И я ездил туда, причём довольно часто для невоцерковлённого человека. Ничего не понимал, просто смотрел службу: нравилось мне. И недавно вспомнил, что прикладывался постоянно к мощам преподобного Сергия Радонежского. Не знал, что это его мощи, просто подходил, и всё. Ещё ходил в ризницу, в семинарию, смотрел, как поют семинаристы. Это почему-то тоже ярко запечатлелось.

У мамы было ещё четыре сестры, и одна из тёток ходила в церковь в Гороховце. Когда там в советские годы разгоняли монастырь, она забрала оттуда книгу. Прошло время, и тётя решила отдать её нам с мамой. Оказалось, что это настольная книга пономаря — Часослов, которому лет 250-300. Думаю, это тоже как-то повлияло на меня, на мой жизненный выбор.

Я бы с удовольствием учился петь на клиросе. Если бы были курсы для взрослых — пошёл бы непременно, но и убирать мне нравится не меньше, чем служить: я не устаю. Как-то шёл на приход, и болела у меня спина. Переживал: как же я справлюсь? И вот зашёл я в алтарь, положил три земных поклона — всё прошло. Поработал, забыл обо всём, иду домой. Только отошёл за угол — и снова разболелась. Как это объяснить?

Так что, если что и могу сказать о пономарском деле, то это будет только хорошее. Мне интересно! И раньше так было, и теперь. Наверное, я на своём месте.

Если у вас есть желание научиться петь, то начинайте прямо сегодня!

Архиерейский хор на первой службе в Богоявленском кафедральном соборе

Регент архиерейского хора Богоявленского кафедрального собора Горловки архидиакон Дамаскин (Леонтьев):

Как набирают певчих и чтецов?

Я понятия не имею, как и, самое главное, где их можно набирать. Могу рассказать историю каждого певчего из своего хора. Все они пришли к нам или в одно время со мной, или позже.

У каждого человека свой неповторимый путь к Богу, в храм, на клирос. В основном состав у нас молодой, от 15 до 22 лет, но есть и люди среднего возраста. Кто-то воцерковлён с детства, кто-то начал ходить в храм уже будучи взрослым. Кто-то хочет научиться певческому искусству, другие приходят за компанию и остаются навсегда, третьи уже умеют петь, и им хочется применить свой талант в Церкви. Я рад всякому человеку, которому пение вообще, и церковное пение в особенности, интересно и приносит радость.

Что нужно уметь, чтобы петь в кафедральном соборе или в приходском храме?

Критерии для набора певчих и в соборах, и в приходских храмах, я думаю, одинаковые. Прежде всего, это искреннее желание научиться пению и чтению. В советский период основными критериями для певцов были хорошие вокальные данные и элементарные знания по теории музыки — музыкальная грамота, умение читать ноты с листа. В идеале приглашали профессиональных вокалистов с музыкальным образованием.

Сейчас ситуация другая. И у нас, и в особенности на приходах острая нехватка певчих и чтецов, а люди с музыкальным образованием уже трудятся на каком-нибудь приходе. Остаётся лишь один путь — воспитывать певчих с нуля.

Юношеский хор Богоявленского кафедрального собора

Здесь есть два варианта. Первый, и самый качественный, с моей точки зрения, — начинать работу с воспитанниками воскресной школы, которая есть на каждом приходе. В нашем Богоявленском кафедральном соборе благодаря этой работе уже существует прекрасный молодёжный хор, которому всего три года. Он состоит исключительно из воспитанников воскресной школы «Росток».

Второй вариант внедряю я в архиерейском хоре. С началом войны хор практически распался. В самые трудные месяцы 2014 года оставалось всего четыре человека. Именно они и стали закваской для нового коллектива. Ко мне приходят молодые ребята и девушки с просьбой взять их на обучение — без музыкального образования, с непроявившимся ещё голосом, но с огромным желанием научится петь! Я ставлю их рядом с опытными певчими, которые знают репертуар хора. Так эти юные люди постепенно начинают постигать певческую науку.

Это долгий процесс. Каждому, кто приходит к нам на хор, я говорю следующее: вам придётся учиться год, не меньше. Только через год вы поймёте, что к чему. Если человек не из трусливых (ведь такая перспектива некоторых пугает), то у него всё получится. Сейчас в нашем хоре восемнадцать певчих, и я уверен, что это не предел. Поэтому скажу всем: не бойтесь. Если у вас есть желание научиться петь, то начинайте его приводить в исполнение прямо сегодня!

За что можно потерять место в хоре?

В моей практике подобных случаев не было. Были люди, которые не смогли ужиться лично со мной — у меня скверный характер. Был случай, когда я сказал певчей, что она не отрабатывает то денежное вознаграждение, которое получают певчие, и она обиделась и перестала вообще приходить.

Безусловно, каждый труд должен быть вознаграждён. Во всех храмах певчие получают определённую сумму денег за выход, но когда для поющего в хоре денежный вопрос стоит на первом месте, то это начало конца. Тут нужно задуматься: а туда ли человек пришёл? Церковный хор — это не светский коллектив, поэтому главный и единственный критерий профессиональной пригодности для пения на клиросе — вера в Того, Кого мы прославляем за каждым богослужением — вера в Бога.

Беседовала Екатерина Щербакова

Фото диакона Михаила Ильчука и Александра Шурлакова

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *