Русская галлюцинация

Было время, Мамонов красил зубы черной краской через один, бился на сцене в странном танце и пел: "Все равно опять напьюсь! Шуба-дуба блюз!" Троицкий называл его главной русской галлюцинацией, галантным подонком и беспамятным пьяницей. Сам Брайан Ино пригласил "Звуки Му" в Англию, а в Америке о них писали: "Когда они в ударе, это, быть может, лучшая группа в мире". Сейчас Петр Николаевич живет в деревне, иногда выступает на сцене, снимается в кино. С журналистами общаться не любит, потому что "суета это все", но иногда поговорить с ним все же получается.

Российская газета:Петр Николаевич, фильм оказался успешным с коммерческой точки зрения…

Петр Мамонов:Что деньги? Мы ведь не для этого кино делали. Деньги не мой кайф, ребята. У каждого свой кайф, правильно? Раньше я, наверное, чемпионом Москвы был по этому делу, в смысле по пьянке. Теперь меня часто спрашивают: "А друзья, Петя, у тебя есть?" А я обычно отвечаю: кто не бросил пить, все умерли. Вот Витюшка Цой уголь в топку кидал, а я давление регулировал — крутил ручку. А сам мутны-ы-ый! Потом падал на диван, ну, работа у меня была такая, за семьдесят рублей. Потом похмелье… Похмелье вообще очень приятная вещь, если точно знаешь, что сейчас выпьешь. Когда работал в типографии, у нас там был самый быстрый способ опохмелиться. Назывался удар копытом. Там спирт выдавали труженикам, а на производстве был еще и автомат с газировкой. Рецепт: полстакана спирта, полстакана газировки. И все — еще не допил, а чувствуешь, что уже упал. Вот так и искусство должно действовать — мгновенно. А не так — "повтори-ка вот это место, я чо-то не понял". И веру Господь дает — как палкой по голове. Жил я до 46 лет, а потом раз! Колом грехи стали. Хотел жизнь шутя пробежать, каждый день устраивал себе праздник. Не получилось, пусто мне стало…

Теперь у меня в деревушке домик. Там лампочки разные. Есть и розовая. Зажгу и думаю: "А куда ехать, все есть". Я и телевизор выкинул, раньше смотрел передачу "Сегодня" или еще какую-то. Ну, что там у дураков случилось? Сейчас только фильмы иногда с дисков. Так вот, еду я на "мерсе" в свою деревню, на педальку жму, сзади бутылки с пивом гремят. Фильм французский везу смотреть. Приезжаю — а все, света нет. Лежу, молчу. Вы попробуйте так часик в темноте полежать, ничего не делать. Это важно. Сосредоточиться, вот тут, под кожей, всего себя собрать. С чем лежать в темноте? С ужасом поймешь: скучно с самим собой. Отсюда этот парад уродов по ящику, вся эта фигня собачья: горы трупов и голых задниц. Это же нас так развлечь пытаются, и мы сами на эту кнопку жмем. Боюсь я телевизор смотреть, не хочу впадать в осуждение.

Веселитесь, ребята!

Мамонов:Почему в деревне живу? Слаб я, удобопреклонен к греху. Когда попал туда, увидел эту красоту, тишину, решил остаться. Пришлось зимовать одному, и вот сижу вечером, думаю: все вроде бы порядком вышло в моей жизни, а жить что-то не хочется. Все кайфы надоели. Уперся носом в пустоту. Что душе ни давай — любовь к детям, к жене, работу любимую, а тоску не уймешь. Пустота заполняется только Богом. Вера — это не просто так кто-то придумал. Я еще в самом начале, так сказать, в нулевом классе, но даже мне иногда такие форточки открываются. Нечасто, но все же открываются. Сидишь и понимаешь, что так может быть всегда, если ты с Богом по-настоящему. Так со мной было, у кого-то, может, совсем по-другому. Я же не агитирую никого. Потому что "спаси себя и хватит с тебя". Вера — это очень прагматичная вещь. Нам надо на что-то опираться. А на что еще опираться? А больше и не на что. Вот был такой Паскаль, он говорил: "Человек неверующий, он и здесь проигрывает, и там. А верующий — здесь ничего не теряет, а там выигрывает". Ну, это я уже учу, это я уже важный стал. Я важных не люблю. Очень важными быть нельзя. Мне 58 лет, а я прикалываюсь, веселюсь. Так и надо. А то вот молодой парень, а он уже — о! о! — мерчендайзер! Серьезный такой, важный. Я его спрашиваю: это что за слово такое? В русском языке такое слово есть? Нет? Ну тогда иди отсюда! Веселитесь, ребята, не надо быть такими важными. Прикалывайтесь!

Каждый из нас хочет, чтобы его любили. И я тоже. Мне тут один сказал: "Побольше бы нам таких!" Да, побольше… Да… Я скромно потупил взгляд, запахнул кашне. Была весна. Прочитал пару строк из Пушкина и ушел. Ну, чтобы не смущать человека. Что ж, мне тоже приятно, когда меня хвалят. Чем больше мне лет, тем чаще думаю: "А песни-то у меня какие хорошие". Я собрал старые песни, которые, ну, без мата, ну чтобы хоть как-то… Смотрю, не так уж много, всего 15 штук. Ха-ха! А что "ха-ха"? Жили-то как страшно. Но всегда люди хотели, чтобы их любили.

РГ:Может ли царь рассчитывать на народную любовь?

Мамонов:Иван Грозный тоже хотел, чтобы его любили. Собрал войско, чтобы заставить народ любить себя. Он всегда хотел быть верхним. Он так хотел, чтобы его любили, что забывал любить Бога. Но он старался, мог быть и добрым, сомневался, как поступить, а что уж вышло…Он, как и мы: то внизу, то наверху. Ты утром молишься, а вечером опять пьяный лежишь.

Мой путь к вере

Вот и он: каялся, обещал головы не рубить, а рубил… Но главный герой фильма не царь, а митрополит Филипп, он всем говорил: "Здравствуй, радость моя!" В этом фильме нам хотелось отрезвить людей, напомнить, как надо… Ну вот как мудрые говорили: надо стоять друг перед другом как перед древней иконой.

Строгие вещи Петра Мамонова

РГ:Вы ведь в товарищеских отношениях с Лунгиным, говорят, даже в сценарии что-то меняли.

Мамонов:Там поначалу было очень много жестоких сцен, мы поговорили и некоторые из них из сценария вычеркнули. Я не хотел столько ужаса, а кино все-таки страшное получилось, я не люблю страшное кино. Лунгин — мой товарищ, но он строгий. Вот снимался "Иван Грозный", так поначалу фильм назывался. Сидит Лунгин, весь потный, думает. Ну, он же режиссер… Искал человека на роль святого. Хорошо бы подошел Кононов, помните, "начальник Чукотки"? Но его уже нет. Лунгин говорит: "Янковского позову". А я ему: "Да куда артиста из Ленкома? Это такой совок". Но Лунгин его позвал. И вот Ванька Охлобыстин, он же непрофессиональный актер, как начал Янковского по деревянному настилу таскать. Такая роль у него. Янковский терпел, молчал. Потом подходит ко мне, посмотри, говорит, что там у меня со спиной. А в спине у него огромные занозы. Я-то уже ярлык успел приклеить, мол, совок, а он вот какой артист был! Нельзя ярлыки приклеивать, осторожнее надо с людьми. Мы на этих съемках сильно подружились. Удивительный он был человек — скромнейший, тактичный, добрый. Теперь остались мы без него.

Царь или святой

РГ:Сыграл Петр Николаевич Мамонов царя и святого человека в "Острове". Как ему после этого живется?

Мамонов:Жизнь как идет? Проснулся, встал, выпил кофе, поработал, кого-то куда-то отвез. Туда-сюда… День прошел. Раз — неделя прошла, раз — месяц, и о-па — гроб! И лежишь. А это строгая вещь: четыре стенки, крышка. Вот фильм "Остров". Я там в такой ящичек ложился… Ну, в гроб. Три раза выскакивал, не мог там больше двадцати минут лежать. Скучно мне становилось. Блатные говорят: "В гробу карманов нет". И точно, ничего туда не возьмешь. Дружбу, сострадание? А я умел сострадать? Любовь? А я умел любить? Вот кто такие святые? Они берут Евангелие, читают, что там написано, и живут так. А больше ничего и не надо. Это же компас, карта, и этим путем идут и уже прошли миллионы людей. Только старайтесь. У меня плохо получается. Это как по кочкам. Сегодня ты наверху, а завтра опять на самом дне лежишь. Но надо стараться, ребята. Господь милостив, он скажет: "Ну да, не получилось у вас. Но вы старались". И допустит к себе, а мы зайдем. Хотя бы и последними.

Интервью Российской Газете



Интервью с Петром Мамоновым

Ирина Федюнина

   Петр Мамонов: "Любовь это не чувство, а делание добра…" 

     Во Дворце Культуры «Зеленоград» состоялась уникальная творческая встреча Петра Мамонова со зрителями. Известный артист поделился своими воспоминаниями, размышлениями о жизни, о людях, о вере, о Боге.… Любой желающий мог задать Мамонову свой вопрос или передать записку. После завершения вечера, зеленоградцы еще долго не отпускали любимого артиста, задавая все новые и новые вопросы. Когда зрители разошлись, Петр Николаевич, несмотря на усталость, любезно согласился дать интервью для нашей газеты.

– Петр Николаевич, что изменилось в Вашей жизни, когда Вы пришли к вере?

– Изменилось направление движения, вектор. В жизни появился смысл, все стало ясным – куда грести, в какую сторону. Я и сейчас все также бреду, также спотыкаюсь, но уже твердо знаю куда. Раньше у меня было много вопросов, на которые я никак не мог найти ответы. Придя к Богу, я их отыскал. Для меня стратегия жизни стала предельно ясна. Другое дело, что не все получается, многое дается с большим трудом.

– Как произошел этот переломный момент?

– К вере я пришел довольно поздно. До этого я жил не задумываясь, в голове только: «Хочу! Дай! Сейчас!» Каждый день праздник себе устраивал… Где-то в возрасте 45 лет я почувствовал, что потерял интерес к жизни, стало незачем, скучно жить. Вроде бы всех человеческих устремлений я уже достиг, но ничего не  радовало, хоть в петлю лезь.
     Я тогда начал о многом задумываться. Перечитал всего Л. Толстого, включая письма и дневники. Меня впечатлило, как мощно описывал свою внутреннюю драку … И одиночество, конечно, поспособствовало… Как говорит святой Исаак Сирин: «Одиночество собирает душу».
        В тот период мне подвернулся деревенский участок, мы построили дом. Как-то случилось, что зиму я часто был там один. Приезжаешь, думаешь, вот сейчас музычку включу или видео – а света нет! Ну что делать? Зажжешь керосиновую лампочку, лежишь и думаешь: «Что я за человек? Зачем я  родился? Зачем живу?» Так и пошло потихоньку. Вера – это всегда дар Божий, это не натужишь. Сейчас я знаю опытно, что есть Господь, и Он помогает. Я уже испытал на себе помощь Божью и Его благодатные силы. Бог всегда рядом со мной.

– Стали ли Вы чувствовать себя счастливее?

– Конечно, и намного. Для меня Господь – это постоянная радость Его присутствия. Я хочу жить так, мне так очень хорошо – крепко, плотно, сильно… А если я в грехе, то сразу чувствую – я один, этот день прожит мимо. Схема очень проста: с Богом – жизнь, без Бога – смерть.
Посмотрите на себя в зеркало и спросите: «Я труп или я еще жив?» Насколько мы с Богом, насколько любим, насколько мы друг другу уступаем, прощаем – настолько мы живы. Любовь – это не чувство, а делание добра. В ту меру, в какую мы друг другу пожертвовали, отдали свое – выслушали, услужили, потерпели, поддержали, в ту меру мы Божьи. А  если мы всегда правы, жестки, отвергли, не ответили, бросили трубку – это не просто плохо, это дорога к смерти.
          Человек ошибочно считает центром вселенной себя. А если он поймет, что главный источник любви – Бог, а нам всем надо держаться около Него, тогда в жизни все правильно выстроится.

– Вы часто упоминаете протоиерея Дмитрия Смирнова, он ваш духовный отец?

– Нет, но мы дружим. Мы с отцом Дмитрием были знакомы еще в юности. А После фильма «Остров» мы встретились, стали вспоминать и выяснили, что жили рядом, в одном районе Москвы. С 2000-го года я почти ежедневно слушаю его замечательные проповеди на mр3 дисках и всем рекомендую.
         В интернете есть мультиблог протоиерея Дмитрия Смирнова, там каждый может найти ответы на многие свои вопросы. Я очень благодарен отцу Дмитрию и А.И. Осипову, они многому меня научили. Еще я  постоянно читаю книгу Исаака Сирина «Слова подвижнические». И мне этого хватает, я уже давно забросил все другие книги.

– Что Вы считаете своим главным достижением?

– Достижений у меня никаких нет. Мое сегодняшнее положение – я тону! Все, что у меня вышло хорошего в жизни произошло с помощью Божьей и по Его воле. Я это понимаю и благодарю. Этому надо всем учиться – за все Бога благодарить. Прийти в храм хотя бы раз в неделю и сказать: «Папочка, спасибо!»  Ведь Господь все дает нам даром – небо, природу, цветы, любимых, детей… На – человек! А мы думаем, что все сами! Это же смешно!

– Петр Николаевич, у Вас есть личный опыт преодоления алкогольной зависимости, что бы вы посоветовали людям, которые не могут освободиться от пристрастий?

– С Богом можно все. Надо сказать себе: «Сегодня – не буду пить или курить!» и потерпеть с Божьей помощью, а завтра – все сначала… Зависимость от тех или иных наркотиков, ненависть, обиду человек не может сам преодолеть. Надо этого очень хотеть и просить Бога об избавлении. Хочется выпить, закурить, кричи: «Господи помоги мне! Сам ничего не могу!» Осознай собственную немощь, переложи свои  немощи на Бога и увидишь, что будет. Другого пути нет.
         Почему кругом водка, наркотики? Потому, что никто не объяснял нам, что есть что-то другое, гораздо лучшее, что есть любящий Отец. Для чего освобождаться от зависимости? А чтобы вместо курева, водки, наркоты в тебе поселился Бог, который есть любовь. То есть, человек сознательно меняет курево, водку, ненависть, обиду  на Святого Духа. А это совсем другая радость, это – блаженство, бесконечный путь.
           Свою жизнь можно созидать каждую минуту, каждый миг. Становится очень интересно жить! Написать стихотворение, сказать кому-то доброе слово, помочь, утешить, подарить – это же огромный личный кайф! На душе такая радость! А отказываешься от чего? Выпил, покурил, девочки, туда- сюда, а потом такая тоска! И опять надо добавлять…. Я помню эту тоску. Все время находишь этому какие-то объяснения – жизнь такая, совок, несправедливость… Да ничего подобного! Если любишь только себя, какая же тут радость? Просто живешь без Бога! Я почти всю жизнь вот так пробегал мимо. Жалею, конечно.

Портал "Дивное Дивеево"

        Но это все надо самому осознать. Для этого люди начинают ходить в Церковь, читать Евангелие. Вера – это не какие-то наисложнейшие вещи, просто надо сделать свой выбор и с этого вот дня начать менять жизнь.

– Какие Вы сейчас ставите перед собой задачи?

– Я бреду наощупь, в потемках, но уже лучше, уже ближе к свету. А чем ближе к свету, тем больше видно, озаряются все уголки души, начинаешь видеть то, что раньше не замечал. Это – бесконечный путь. Стать бы хоть к концу жизни  добрым, нормальным человеком. Чтобы, когда умру, мог сказать: «Господи, я старался! Дай хотя бы в числе последних протиснуться…»

© Copyright: Ирина Федюнина, 2012
Свидетельство о публикации №212060201407

Список читателей / Версия для печати / Разместить анонс / Заявить о нарушении

Другие произведения автора Ирина Федюнина

Рецензии

Написать рецензию

Такое потрясающее ощущение живого разговора! Хорошее интервью

Инга Артеева   16.06.2012 20:57   •   Заявить о нарушении

+ добавить замечания

Забавное желание после смерти попасть в рай, "из последних протиснуться", как говорит Мамонов.

Любовь Царькова   16.06.2012 21:31   Заявить о нарушении

Я тоже в рай хочу.

Инга Артеева   16.06.2012 22:24   Заявить о нарушении

Будет не "рай", а новое воплощение.

Любовь Царькова   16.06.2012 22:28   Заявить о нарушении

Никто не знает, что там будет)

Ирина Федюнина   21.07.2012 03:17   Заявить о нарушении

Интересней не знать.

Инга Артеева   21.07.2012 23:32   Заявить о нарушении

+ добавить замечания

Написать рецензию     Написать личное сообщение     Другие произведения автора Ирина Федюнина

Новое в блогах

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *