11 советов автору «Носа» и «Шинели»

Подготовила Евгения Шрага

Николай Гоголь. Акварель И. Жерена. 1836 годПушкинский Дом (ИРЛИ РАН) / Getty Images

1. Помните: фабулой для «петербургской повести» может послужить любой, самый незначительный анекдот. Слушайте их внимательно, рассказывайте их сами. При любой возможности включайте в свою повесть побочные анекдоты — они ничем не хуже основного, из каждого можно было бы сделать еще одну повесть. Прервитесь на первом же слове повести — и расскажите историю про вовсе и не петербургского капитана-исправника, недовольного тем, как капитаны-исправники изображаются в романтических сочинениях. Не забывайте и про специфически петербургские анекдоты (Фальконетов монумент упомяните обязательно).

2. Почаще отклоняйтесь от основной сюжетной линии. Невозмутимо делайте паузу посреди предложения и приплетайте что-нибудь вовсе несуразное — совершенно обыкновенного взрослого поросенка, выска­кивающего из ворот частного дома, к примеру.

3. Преувеличивайте. Пусть долгая петербургская зима станет совсем бесконечной, а ветер дует со всех четырех сторон. По всем расчетам уже должен наступить май? Не беда, самое время для особенно крепких холодов.

4. Вводите массу уточнений, по возможности совершенно избыточных. Пусть повествователь демонстрирует знание самых удивительных деталей. Нанизывая подробности, обязательно спрячьте среди них какие-нибудь логические несообразности. Тавтологических повторов тоже не бойтесь.

5. Позаботились об избыточности информации? Теперь, наоборот, наведите неопределенности. Почаще используйте слова, свидетельствующие о неуверенности повествователя в происходящем («какой-то», «возможно»). Время от времени отказывайтесь рассказывать дальше, мотивируя это тем, что ничего больше не знаете или даже вовсе не интересовались развитием событий; жалуйтесь на плохую память. Подчеркивайте свою неосведомлен­ность не только в важных вещах, но и в совершенно несущественных (к приме­ру, какой именно генерал изображен на табакерке второстепенного персонажа). Пусть сами персонажи тоже будут не вполне уверены (по причине плохого зрения, страха или вовсе без причины), что произошло и произошло ли на самом деле.

6. Пусть повествователь все время противоречит сам себе. Пусть извинится перед читателем за то, что ничего нельзя рассказать о жене героя, так как о ней мало что известно, — и тут же изложит, кто именно заглядывает ей под чепчик и какие звуки при этом издает. Пусть в начале повести будет восхвалять и подробно описывать Невский проспект — а в конце заявит, что всегда ходит по Невскому проспекту завернувшись в плащ и ни на что не смотрит. Пусть в первой части повести будет говорить о падении красоты как о величайшей трагедии, а во второй — рассуждать о том, что в красавице все недостатки и даже пороки становятся необыкновенно привлекательны.

7. Никогда прямо не объясняйте странные события своих повестей. Никаких окончательных выводов, побольше непроверенных и сумбурно пересказанных слухов с намеками на метафизику. В ответственный момент повествователь может сослаться на то, что «здесь происшествие совершенно закрывается туманом», или просто начать бормотать. Добейте читателя замечанием о том, что самое непостижимое — «это то, как авторы могут брать подобные сюжеты», пусть он почувствует себя окончательно брошенным один на один со странной историей. Нещадно удаляйте слишком прямые объяснения из своих текстов. Написали в черновике, что бегство носа от коллежского асессора оказалось всего лишь сном? Нет, это не ваш метод: пусть события повести будет бессвязны и обрывочны, как сон, но пробуждения не последует. Уже напечатали повесть о дьявольском портрете со слишком прямолинейной метафизической подоплекой? Нет, не годится; напишите новую редакцию, где социально-психологическое объяснение произошедшего будет так же вероятно, как и фантастическое. Белинский все равно будет недоволен, но на него не угодишь.

8. Говорящие фамилии тоже ни к чему. Назвали героя Чертковым? «Приземлите» его до Чарткова. Фамилии должны быть странными и смешными, а если и «говорить», то непонятно что.

9. Смешивайте в устах повествователя смешное и патетическое, коми­ческие и трагические подробности. В самые торжественные монологи не забудьте включить несколько забавных примеров. Читатель должен оставаться в недоумении: вы серьезно или издеваетесь? И над кем? Важно, чтобы читатель не мог понять не только, что конкретно происходит, но и зачем именно ему это рассказывают.

10. Не стесняйтесь проводить параллели между своими маленькими героями и высокими сюжетами, при этом не переставайте ухмыляться. Пусть читатель ломает голову, возвышаете вы своего героя или осмеиваете подтекст (романтический, балладный, житийный — годится все, что дорого вашим современникам). Поиграйте с темой безумия: безумцы в современной вам литературе — носители высшего знания, воспаряющие над пошлостью мира. При этом ваш герой — титулярный советник, недалекий, мыслящий мир исключительно как служебную лестницу? Что ж, это вам не помешает, можно вложить лирическое откровение в уста и такого героя. Важно лишь вовремя вставить в его трагический монолог упоминание о том, что у алжирского дея под носом шишка.

11. Смешивайте фантастику с достоверными описаниями городской жизни. В конце концов, вам, несмотря на все вышесказанное, предстоит прослыть основоположником натуральной школы.

Я звезда Рождества —
Засияла с небес,
Чтоб сказать, что пришло оно —
Время чудес:
Что на свет появился
Младенец Христос,
Чтоб избавить людей
От страданий и слез.

Асеева Ирина

*****

Я, Вифлеемская звезда,
Пришла из космоса пустого.
Там вечный мрак и холода.
И там впервые Божье Слово
Меня нашло. И вот, я здесь,
Чтоб ночью этой долгожданной
Вам возвестить благую весть:
Уже явился вам желанный
Спаситель мира. На земле
Пусть каждый, преклонив колени,
Прославит в радостной хвале
Любовь и полное прощенье.
И будет мир в душе того,
Кто примет Господа, как друга
И верным станет для Него,
Хваля дела Его повсюду.
Я вижу свет в одном окне,
Ученый звезды изучает.
Вот взгляд остановил на мне,
Вот книги пыльные листает…

*****

Пусть озарит вас в этот вечер
Своим сияньем Вифлеемская звезда,
Святой покой, надежду на прощенье
Поселит в душах ваших навсегда.

Войт А.

*****

Светлый праздник Рождества!
Нет счастливей торжества!
В ночь рождения Христова
Над землёй зажглась звезда.
С той поры через столетья
Нам она, как солнце, светит.
Согревает верой души,
Чтобы мир был краше, лучше.
Дарит искры волшебства
Светлый праздник Рождества!
Мир приходит в каждый дом…
Поздравляем с Рождеством!

Бокова Татьяна

*****

Холодной ночью, в непогожий час,
Минуя расстояния и время,
Несли волхвы благую весть для нас:
Христос родился где-то в Вифлееме.
Звезда, на небе вспыхнувшая вдруг,
Звала волхвов младенцу поклониться,
Вручить ему дары из первых рук
И просто материнству удивиться.
Рождественская вещая звезда —
Надеждой — беззащитной, как котенок, —
Приводит в Новый год с собой Христа,
И мир спасает Иисус-ребенок!
Рождение ребенка — дар небес.
Пока он жив и не распят покуда!
Дитя — восьмое чудо из чудес!
А Божий сын — Божественное чудо!
Сверкает Вифлеемская звезда,
Венчая елку каждый год, как птица.
И свет ее, как светлый мир Христа,
Сияя, никогда не прекратится.

Подольская Галина

Друзья! Обращаем Ваше внимание: для того, чтобы правильно исправить текст песни или добавить объяснение строк Автора, надо выделить как минимум два слова

— Биография Севары Назархан и все тексты песен(слова)
— Смотреть видеоклип/слушать песню онлайн
— Отзывы об этой песне: читать/добавить

Там нет меня,
Где на песке не пролегли твои следы,
Где птица белая,
Где птица белая в тоске кружит у пенистой воды,

Я только там,
Где звук дрожит у губ желанной пристани
И где глаза твои стрижи,
И где глаза твои стрижи скользят по небу пристально.

Там нет меня,
Где дым волос не затуманит белый день,
Где сосны от янтарных слез,
Где сосны от янтарных слез утрет заботливый олень.

Я только там,
Где ты порой на дверь глядишь с надеждою,
И как ребенок с детворой,
И как ребенок с детворой ты лепишь бабу снежную.

Там нет меня,
Где пароход в ночи надрывно прогудел,
Где понимает небосвод,
Где понимает небосвод, что без тебя осиротел.

Я только там,
Где нет меня – вокруг тебя невидимый.
Ты знаешь, без тебя ни дня,
Ты знаешь, без тебя ни дня прожить нельзя мне видимо.

Стояла зима.
Дул ветер из степи.
И холодно было младенцу в вертепе
На склоне холма.

Его согревало дыханье вола.
Домашние звери
Стояли в пещере,
Над яслями теплая дымка плыла.

Доху отряхнув от постельной трухи
И зернышек проса,
Смотрели с утеса
Спросонья в полночную даль пастухи.

Вдали было поле в снегу и погост,
Ограды, надгробья,
Оглобля в сугробе,
И небо над кладбищем, полное звезд.

А рядом, неведомая перед тем,
Застенчивей плошки
В оконце сторожки
Мерцала звезда по пути в Вифлеем.

Она пламенела, как стог, в стороне
От неба и Бога,
Как отблеск поджога,
Как хутор в огне и пожар на гумне.

Она возвышалась горящей скирдой
Соломы и сена
Средь целой вселенной,
Встревоженной этою новой звездой.

Растущее зарево рдело над ней
И значило что-то,
И три звездочета
Спешили на зов небывалых огней.

За ними везли на верблюдах дары.
И ослики в сбруе, один малорослей
Другого, шажками спускались с горы.
И странным виденьем грядущей поры
Вставало вдали все пришедшее после.
Все мысли веков, все мечты, все миры,
Все будущее галерей и музеев,
Все шалости фей, все дела чародеев,
Все елки на свете, все сны детворы.

Весь трепет затепленных свечек, все цепи,
Все великолепье цветной мишуры…
…Все злей и свирепей дул ветер из степи…
…Все яблоки, все золотые шары.

Часть пруда скрывали верхушки ольхи,
Но часть было видно отлично отсюда
Сквозь гнезда грачей и деревьев верхи.
Как шли вдоль запруды ослы и верблюды,
Могли хорошо разглядеть пастухи.
— Пойдемте со всеми, поклонимся чуду,-
Сказали они, запахнув кожухи.

От шарканья по снегу сделалось жарко.
По яркой поляне листами слюды
Вели за хибарку босые следы.
На эти следы, как на пламя огарка,
Ворчали овчарки при свете звезды.

Морозная ночь походила на сказку,
И кто-то с навьюженной снежной гряды
Все время незримо входил в их ряды.
Собаки брели, озираясь с опаской,
И жались к подпаску, и ждали беды.

По той же дороге, чрез эту же местность
Шло несколько ангелов в гуще толпы.
Незримыми делала их бестелесность,
Но шаг оставлял отпечаток стопы.

У камня толпилась орава народу.
Светало. Означились кедров стволы.
— А кто вы такие? — спросила Мария.
— Мы племя пастушье и неба послы,
Пришли вознести вам обоим хвалы.
— Всем вместе нельзя. Подождите у входа.
Средь серой, как пепел, предутренней мглы
Топтались погонщики и овцеводы,
Ругались со всадниками пешеходы,
У выдолбленной водопойной колоды
Ревели верблюды, лягались ослы.

Светало. Рассвет, как пылинки золы,
Последние звезды сметал с небосвода.
И только волхвов из несметного сброда
Впустила Мария в отверстье скалы.

Он спал, весь сияющий, в яслях из дуба,
Как месяца луч в углубленье дупла.
Ему заменяли овчинную шубу
Ослиные губы и ноздри вола.

Стояли в тени, словно в сумраке хлева,
Шептались, едва подбирая слова.
Вдруг кто-то в потемках, немного налево
От яслей рукой отодвинул волхва,
И тот оглянулся: с порога на деву,
Как гостья, смотрела звезда Рождества.

Анализ стихотворения «Рождественская звезда» Пастернака

Стихотворение «Рождественская звезда» написано Пастернаком в 1947 году и входит в цикл «Стихотворения Юрия Живаго». Это произведение описывает событие из библейской истории Нового Завета – рождение Младенца Иисуса.

Идея стихотворения

Важной в стихотворении является тема смерти. Она воплощена образом кладбища («Вдали было поле в снегу и погост»). Усиливает ощущение отсутствия живого дыхания изображение зимы («оглобля в сугробе», «навьюженной снежной гряды»). Однако поэт рисует «небо над кладбищем» и возвышающуюся над этой мертвенной картиной Звезду Рождества, которая воплощает победу Жизни над Смертью. Ведь именно эта мысль проповедуется в Евангелиях, где говорится, что Спаситель своей смертью искупил грехи человечества и даровал нам жизнь вечную.

Образ звезды меняется на протяжении стихотворения от строфы к строфе. Сначала мы наблюдаем, что она «застенчивей плошки в оконце сторожки». Свет, излучаемый Звездой, описан глаголом «мерцала». И уже в следующей строфе про нее же говорится, что она «пламенела, как стог», «как хутор в огне и пожар на гумне». Все говорит о том, что прежний мир погибнет в очищающем огне для рождения нового мира и новой жизни в нем. А исходная точка нового мира – пещера с Младенцем и Звезда над ним.

В стихотворении постоянно проступает контраст между возвышенным (Звезда, младенец) и приземленным: «Топтались погонщики и овцеводы, Ругались со всадниками пешеходы, У выдолбленной водопойной колоды Ревели верблюды, лягались ослы».

Такое соседство торжественности зрелища от пламенеющей Звезды и толпы паломников дается автором намеренно. Пастернак убеждает нас, что чудо происходит среди обыденности. И оно случается каждый день и в наше время, потому что Христос постоянно находится среди людей, как ангелы, которые незримо входят в толпу.

Хронотоп произведения

Поэт смешивает в стихотворении разные времена и локации. В местности, где родился Спаситель, не бывает зим с лютыми морозами и снегом, какую описывает автор. Смешение реальностей наблюдается в видении:

Все мысли веков, все мечты, все миры,
Все будущее галерей и музеев…

Здесь аксессуары будущих рождественских праздников соседствуют с упоминанием о будущем искусстве, которое будет вдохновляться образом Христа. И при этом в описание настойчиво врывается фраза, возвращающая нас к началу стихотворения («Все злей и свирепей дул ветер из степи…») и не дающая забывать о том, что события 20-го века оборвут все эти лубочные картины счастливого Рождественского праздника, как когда-то радости от рождения Спасителя пришло на смену известие о его Распятии. Такой прием помогает показать вневременное и внепространственное бытие главных образов произведения – Младенца и Звезды. Таким образом, время стихотворения – это время Вечности. Границы мира тоже расширяются. Весь мир предстает в образе Храма, алтарь которого – пещера с Младенцем.

Таким образом, Звезда выступает знаком новой эры христианства, рождения среди холода и снегов Спасителя, который смоет грехи человечества своей кровью.

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *