Аплу (лат. Aplu, Apulu, Aplun), в этрусской мифологии божество верховный бог грома и молнии. Аплу карает за преступления, является вестником смерти и болезней, чумы, то есть имеет явно выраженные хтонические черты, но вместе с тем, Аплу считается богом-врачевателем, как и Аполлон у греков.

Хтоний (греч. земной), в Древней Греции эпитет божеств подземного царства или связанных с ним богов — (Аита, Гермеса, Диониса). Женская форма — Хтония.

Аплу изображался обнаженным юношей с длинными заплетёнными в косы или локоны волосами, иногда в головном уборе, позднее, как в греческой традиции, с лавровым венком на голове и с арфой в руках.

Как бог-врачеватель, Аплу связан с культом целебных подземных вод.

Рядом с храмом Аплу (Аполлона) обязательно должен быть родник, водный источник, бассейн с проточной водой, озеро, где молившиеся очищались и исцелялись в целебных водах, освященных богом-врачевателем Аплу.

Аплу часто изображался рядом с Менрвой и Геркле. В городе Вейи был храм, где поклонялись триаде: Аплу, Менрве и Геркле, что также указывает на их мифологическую и родственную связь. Его Аплу встречается на этрусских памятниках V-IV веков до н.э.

Клятва врачей древней Греции, написанная Гиппократом, начинается словами: «Клянусь Аполлоном врачом, Асклепием, Гигиеей и Панакеей и всеми богами и богинями, беря их в свидетели, исполнять честно, соответственно моим силам и моему разумению, следующую присягу и письменное обязательство…».

Это первые слова клятвы Гиппократа, ученика Асклепия, родившегося около 460 года до н. э. на острове Косе в Эгейском море. По-гречески: врач — γιατρός — Ятрос. Ятрийос — место, где лечат больных, отсюда образованы такие слова, как «педи-ятрия» и др.

Таинства и посвящения бога Диониса.

Дионисийские мистерии проводились в самых разных регионах античного мира: в Малой Азии, Греции, Египте, Италии. Отправлялись они частным образом, но как правило, под контролем государства. Дионисийские мистерии получили широкое распространение в эллинистически-римское время.

С дионисийскими таинствами связан следующий миф. Одной из многочисленных возлюбленных Зевса была смертная женщина Семела, дочь фиванского царя Кадма. Ревнивая Гера явилась ей в образе старухи и заронила сомнения в том, что ее любовником является бог. Она внушила уже беременной Семеле мысль упросить Зевса явиться ей во всей его славе и величии, и та, добившись обещания, что он выполнит все, о чем она попросит, высказала свое желание. Зевс не смог нарушить данное слово, хотя и знал, что никто из людей не может вынести подобное зрелище. Его молнии убили Семелу, но сделали еще неродившегося младенца бессмертным. Зевс поместил плод в свое бедро, и спустя положенный срок, на свет появился младенец Дионис. Возмужав, он спустился в Аид и, подкупив Персефону подаренным ей миртом, вывел свою мать из подземного мира. Дионис, бог виноградной лозы и виноделия, много путешествовал, везде насаждая свой культ.

Таков был общераспространенный миф о Дионисе, но вполне возможно, что в мистериях нашла отражение и орфическая версия. Орфизм – религиозно-мистическое движение, возникшее в VI в. до н.э., получившее название от мифического певца Орфея, которому приписывались многочисленные поэмы, оракулы и откровения. Орфики верили в то, что тело есть темница души, которая бесконечно переселяется из одного живого существа в другое, в необходимость воздерживаться от мясной пищи и то, что определенные ритуалы искупают человеческие грехи позволяют душе вырваться из вереницы перерождений. Они учили, что на младенца Диониса-Загрея (его еще называли «старшим Дионисом») напали титаны, разорвали его на части и съели. Зевс, узнав об этом, испепелил этих титанов, а из получившегося пепла создал человека, в котором с тех пор сосуществуют две природы – светлая дионисийская, божественная, и темная титаническая, материальная. Цель жизни человека – изжить титаническую часть и после смерти воссоединиться с богом.

Хорошо известны греческие экстатические праздники и шествия в честь Диониса. Им посвящены «Вакханки» Еврипида, а Диодор Сицилийский пишет о них: «Беотийцы и прочие эллины и фракийцы… учредили торжественные жертвоприношения, справляемые раз в три года в честь Диониса, и верили, что бог в это время является людям. Поэтому во многих эллинских городах каждые три года происходят сборища вакханок и у девушек существует обычай носить тирсы и, приводя себя в исступление, неистовствовать, выкрикивая в честь бога возглас «эуа». Замужние же женщины группами совершают жертвоприношения богу, справляют его таинства и вообще в гимнах прославляют присутствие Диониса, подражая таким образом менадам, которые, как гласит история, издревле были спутницами бога» (Историческая библиотека. IV, 3). Собственно мистерии появляются в этом культе в эллинистическое время. Он не всегда одобрялся государством; хорошая иллюстрация этого – римские события 186 г. до н.э., связанные с Вакханалиями (Тит Ливий. История. XXXIX, 8–18).

Некий грек, «руководитель тайных ночных обрядов», перенес дионисийские ритуалы в Этрурию. Эти таинства изначально были установлены для немногих людей, а затем «наряду с мужчинами, к ним были допущены женщины, а чтобы привлечь еще больше желающих, обряды стали сопровождать хмельными застольями». Оттуда они попали в Рим. Сначала они свободно распространялись, но со временем попали в поле зрения властей. Мать и отчим захотели погубить юного римского всадника Публия Эбутия, и ему было сказано, что во время его болезни мать дала обет после выздоровления посвятить его в вакхические таинства. Ему надлежит в течение десяти дней хранить чистоту, а затем, после трапезы и омовения, она отведет его в святилище. Публия спасла его любовница Гиспала, рассказав об опасностях, которые могли ему там угрожать, ведь «из этой кузницы порока стали распространяться лжесвидетельства, подделка печатей и завещаний, клеветнические доносы, оттуда же отравления и убийства внутри семьи, не оставлявшие подчас даже останков для погребения». После этого ее слова дошли до консула; хотя она и боялась гнева богов, а еще больше – мести других посвященных, она была вынуждена рассказать об этом культе. Как выяснилось, храм сначала посещался только женщинами и в него не допускался никто из мужчин. Три дня в году в храме устраивались посвящения, и жрицами по очереди были различные матроны. Затем Пакулла Анния из Кампании все изменила, заявляя, что делает это по указанию богов. Она посвятила своих сыновей, перенесла церемонии с дневного времени на ночь и заменила три дня в году на пять в месяц. Затем Гиспала рассказала о ночной распущенности и разврате, о предсказаниях в экстазе, о чуде, когда факел окунали в Тибр и вынимали горящим, о том, как с помощью театральной машины человек сбрасывался в пропасть, а говорили, что его похитили боги. Она сказала, что посвященных было огромное количество, почти второй народ. Власти опасались, что они столкнулись с массовым движением, консулы произвели расследование и провели многочисленные аресты и казни.

Виновные были наказаны, а все храмы, которые не могли подтвердить свою древность, разрушены. Было запрещено проводить подобные встречи в Риме или Италии, но если появлялись утверждавшие, что им необходимо принять участие в этих Вакханалиях, то они должны были явиться к городскому претору в Рим, и после рассмотрения их случая сенат примет решение. «Если сенат, в присутствии не менее сотни сенаторов, разрешит таковой обряд, то пусть отправляет его при условии, что участвовать в священнодействиях будет не более пяти человек, что они не будут иметь общей кассы, руководителей священнодействий или жреца». Это неполное запрещение состоялось в 181 г. до н.э.; до нашего времени сохранилась надпись, содержащая текст сенатского постановления.

Однако, эти мистерии не исчезли, и культ Диониса снова приобрел большую популярность на рубеже эр, о чем свидетельствуют надписи, в частности, надпись на постаменте надписи Помпеи Агрипиниллы содержит список 500 членов коллегии почитателей Диониса, фрески помпейской «Виллы мистерий» и рельефы саркофагов. Благодаря этим изображениям мы можем составить некоторое представление о содержании дионисийских мистерий, но необходимо помнить о том, что общепринятой интерпретации фресок «Виллы мистерий» нет, более того, до сих пор непонятно, в какой последовательности необходимо изучать эти изображения, а некоторые исследователи и вовсе сомневаются в том, что они имеют какое-то отношение к культу Диониса. На них встречается изображение священной плетеной корзины (licnon), в которую заглядывает посвященный; иногда она оказывается на его голове. Встречаются и другие символы – менады, сатиры, тирсы и маски. Часты изображения детей, которые принимают посвящение – в этом дионисийские мистерии отличались от остальных; возможно, это было связано с мифами о детстве бога.

Дионисийские таинства обещали счастливую загробную жизнь в пышных застольях рядом со своим богом.

Автор статьи: А.Д. Пантелеев

ДИОСКУРЫ (греч. Διόσκουροι, «сыновья Зевса»), в греческой мифологии Кастор и Полидевк, близнецы, сыновья Зевса, братья Елены и Клитеместры. По одной из версий мифа (Apollod. III 10, 7), Полидевк и Елена — дети Леды от Зевса, Кастор и Клитеместра — её дети от спартанского царя — её супруга Тиндарея (поэтому Полидевк считался бессмертным, а Кастор — смертным). Диоскуры — участники ряда героических предприятий; Полидевк — кулачный боец, Кастор — укротитель коней. Они вернули на родину похищенную Тесеем Елену, воспользовавшись его отъездом из Афин. Диоскуры — участники похода аргонавтов, в котором Полидевк победил в кулачном бою царя Амика (Apoll. Rhod. II 1—97), калидонской охоты (Ovid. Met. VIII 301 след.). Диоскуры соперничали со своими ближайшими родичами Афаретидами, у которых похитили невест — Левкиппид, Фебу и Гилаейру — дочерей своего дяди Левкиппа. Кроме того, Диоскуры и Афаретиды вступили в спор из-за дележа стада быков; в поединке Кастор пал от руки Идаса, в то время как Полидевк убил Линкея; Зевс же поразил перуном убийцу сына (Apollod. III 11, 2; Theocr. XXII 137—212). У Гомера в «Илиаде» Елена во время Троянской войны напрасно высматривает братьев на Троянской равнине, не зная об их уходе из мира жизни (Hom. Il. III 236—244). Бессмертный Полидевк был взят Зевсом на Олимп, но из любви к брату уделил ему часть своего бессмертия, они оба попеременно в виде утренней и вечерней звезды в созвездии Близнецов являются на небе (Ps.-Eratosth. 10). В мифе о Диоскурах — элементы древнего индоевропейского почитания божественных близнецов как помощников человека (особенно воинов, всадников, моряков). Хотя Диоскуры считались дорийскими героями, их культ распространился далеко за пределы Спарты. В мифе о победе Диоскуров над Афаретидами — отзвуки исторической победы спартанцев над мессенцами (8—7 вв. до н.э.). В Спарте Диоскуров почитали в виде архаических фетишей — двух крепко соединённых друг с другом брёвен (Plut. De frat. amor. I). В мифах о Диоскурах заметны мотивы периодической смены жизни и смерти, света и мрака — поочерёдное пребывание в царстве мёртвых и на Олимпе. В римской мифологии Диоскуры именуются Кастор и Поллукс.

Лит.: Chapouthier F., Les Dioscures au service d’une déesse. P., 1935.

А.А. Тахо-Годи

Сохранились многочисленные изображения Диоскуров в произведениях античного искусства: в пластике, вазописи, на геммах и монетах. В европейском искусстве Диоскуры изображались ранее всего как персонажи круга Зодиака: обнажённые мальчики-близнецы (напр., у А. Дюрера). В итальянской живописи 16 в. Диоскуров изображают детьми вместе с Ледой. Несколько позднее живописцы обращаются к сюжету, связанному с похищением Левкиппид. Миф о Диоскурах использовался также в оперных либретто 18—19 вв. (оперы «Кастор и Поллукс» Ж.Ф. Рамо, Дж. Сарти, Петера фон Винбера и др.).

Орфические мистерии. Интегральный звук

Орфизм — метафизическое учение о звуке. Это искусство переживать звук, тантра звука. Учение сформировалось из ритуального прохождения пространства, из орфических мистерий. Судя к привязке к месту, в VI веке до н. э. орфизм становится культовым учением.

По одной из версии, Орфей — это фракийский бард, который обрел бессмертие. Это и стало причиной связи орфизма как системы знаний с фракийской культурой. При этом не надо путать орфизм как учение с орфическими мистериями, пересекающимися с мистериями Диониса как переживания, где мистерии Диониса — это, в первую очередь, вино, а затем музыка. А мистерии Орфея — это, в первую очередь, музыка, а затем вино. Сама же идея мистерии — это воскресение живой энергии. Ну и так как Орфей — это, в первую очередь, мастер управления вибрациями, история о нем, конечно, гуляет слева направо сверху вниз, и сегодня отождествить его реальность можно хоть с позиции египетской, хоть греческой, хоть фракийской культуры.

Смею утверждать, что, достигнув бессмертия, он стал перемещаться во времени, и, по сути, изменил тем самым прошлое. То есть в реальности он достигает состояния бессмертия где-то в периоде IV—II века до н. э., и затем попадает в прошлое, где объясняет культ воскресения, скажем Осириса. Звучит очень иррационально, но по законам его же учения все получается очень даже логично. И понимается так же, почему его связывают с элевсинскими мистериями с основополагающим культом переживания муз!А если предположить и такое, что их не было, скажем, на физическом плане вообще, а они появились в сознании людей с приходом Орфея? То есть Орфей разъяснил этот астральный культ физически, и мы стали о нем говорить с физического плана, но в реальности он был на энергетическом плане!Любовь же Орфея к Эвридике, а также попытка ее воскресения из царства мертвых — не что иное, как символ преобразования энергии, и, конечно, не эмоциональный процесс человека, достигшего порога человеческого бытия. Где, собственно, мы сталкиваемся с проблемой не столько самого учения, сколько возможности его понимания.

Орфизм — это геометрическое учение о музыке, в котором ноты — это геометрические фигуры, выражающие собой напряжение. Это выражение темпа музыки как дыхания, это пересечение ритмов, подобное пересечению плоскостей. Это не просто возбуждение звуком. Это искусство, если хотите, наука вырабатывания экстатического переживания и усваивания его.

Орфизм, по сути, является учением о времени, эросе и человеке. Именно к этим трем качествам временного резонирования, разрушающим человека, обращается учение Орфея, где и само понятие человек рассматривается как нечто нарушающее природу божественного.

Орфизм — это учение о разных уровнях вселенной, особенно в его временном формате, где и живет человек. Оно объясняет природу возрождения, подобно возрождению Осириса и Диониса, которые представляют собой законы, позволяющие реализовать подобные возможности.

Орфизм «офизичивает» саму идею и понятие гармонии до состояния резонанса. Семя учения — это определенное звучание. Учение орфиков уникально, и пассивно живет в каждом из нас, подчиняя тому или иному звучанию, той или иной музыке.

Да, собственно, и вся мифологическая система есть не что иное, как перенос объемного языка в линейную форму, где гимны и оды передавали идею напряжения пространства в звуке посредством слов. Что очень отличительно для нас, когда мы облекаем слова в звуки.

Он же принес и мерность звучания, заложенную в идее семиструнной лиры. Это мера времени, или мера временного звучания.

Где седьмой звук — первый пространственный — показывает выход за природу времени. Лира Орфея — это семиугольник, геометрическая фигура, представляющая семь углов звучания, временная волна, переходящая во вневременную. То есть опора на шаг, опора на октаву.

У семи ночей 6 дней. У нашего временного пространства семь условий. Это новое небо, пришедшее на смену старому. Это пирамидальное устройство нашего мира. Семерка — это последняя физически воспринимаемая частота, частота фиолетового тела. Это извлечение из закона времени, из мрака в истинный свет. Низшие звуки — это то, что разрывает тело человека, но через это надо пройти, чтобы добраться до глубины, так как в теле существует звук духа. Это седьмой звук. То есть музыка делилась по настройке — на разрушающую, выращивающую и наполняющую. Это своеобразный музыкальный кубизм, который рассчитывал еще Пифагор, помогающий соотнести предельное с беспредельным.

Музыка — это вдох и выдох Вселенной, но нужно понимать ее центр. Понимание центра ведет к пониманию гармонии сфер, где добавляются два звука, не наделенные внешним звучанием. Внутреннее интонирование, внутреннее усилие звука или вдыхания и вдыхания пустоты, где тот же выдох рассматривается как дыхание, входящее внутрь.

Более подробно читайте в книге «Интегральная алхимия».

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *