Радзивиловская рукопись — монументальный исторический документ, проливающий свет на историю России и ее соседей с V по начало XIII века, выполненный в живописной форме, с более чем с шестью сотнями цветных иллюстраций. Получив широкую известность в научных кругах в XVII и XVIII веках, Кенигсбергская Хроника, как еще нередко называют данную летопись, считается одним из древнейших сохранившихся образцов русских иллюстрированных летописей. Оригинал летописи находится в Библиотеке Академии Наук в Санкт-Петербурге.


Сочетание текста и иллюстраций Радзивиловской летописи ставит ее в один ряд с такими общепризнанными мировыми шедеврами, как Хроника Иоанна Скилицы XIII века, Хроники Константина Манассии (Болгария), Венгерская хроника XIV века, а также Большие Французские хроники. Среди них Радзивиловская несомненно выделяется богатством и количеством миниатюр.
Текст рукописи был опубликован много раз, а вот иллюстрации публиковались только один раз, в начале века, в черно-белом варианте.
Со времени своего создания рукопись существенно пострадала, ее несколько раз переплетали заново, края листов были обрезаны.
На нашем сайте представлена электронная версия Радзивиловской летописи в виде цветных копий страниц оригинального документа.
Если имеется современный перевод отображаемой страницы, вверху слева показывается ссылка «текст».
Справа находится вертикальное меню для навигации по изображениям страниц.

Радзивилловская (Кенигсбергская) летопись как основной список «Повести Временных Лет»

Происхождение основных списков

В основу современной версии древней русской истории была положена первоначально только одна летопись — Радзивилловская.

Обратимся к фундаментальному многотомному изданию: «Полное собрание русских летописей» (ПСРЛ, Академия наук СССР). В предисловии к 38-му тому ПСРЛ Я. С. Лурье пишет: «Радзивилловская летопись — древнейшая, дошедшая до нас».

Сразу отметим, что эта летопись представляет собой обычную рукописную книгу с бумажными страницами и переплетом XVIII века. Это — не архаичный пергаментный свиток, с какими художники любят изображать древних русских летописцев. Насколько нам известно, подлинных древних русских летописей, написанных на пергаменте, вообще не существует (во всяком случае, нам не удалось найти упоминания о таких летописях в литературе).

О Радзивилловской летописи известно следующее:

— Имеющийся сегодня список летописи считается древнейшим из дошедших до нас. Он датируется XV веком. Считается, что летопись описывает события русской истории от глубокой древности до 1206 года. Этим годом она обрывается.

— Именно Радзивилловская летопись легла в основу принятой сегодня концепции истории Киевской Руси. Эта концепция возникла в XVIII веке.

— Радзивилловская летопись становится известной (и входит в научный оборот) с начала XVIII века: «В 1713 году, проезжая через Кенигсберг, Петр заказал копию с Радзивилловской летописи, включающей миниатюры. По этой копии начал занятия русским летописанием В.Н. Татищев; М.В. Ломоносов также занимался русской летописью сначала по этой же копии. Сам оригинал был доставлен в Петербург после того, как русские войска в Семилетней войне взяли Кенигсберг, и в 1761 году передан в библиотеку Академии наук».

— Лишь один из дошедших до нас списков летописи датируется XV веком. К нему, собственно, и относится название «Радзивилловская летопись».

— Существуют и другие списки этой же летописи. Однако все они датируются XVIII веком, то есть имеют якобы существенно более позднее происхождение. Историки считают их копиями Радзивилловского списка XV века.

В связи с этим отметим, что до нас почему-то не дошли промежуточные списки Радзивилловской летописи. Где ее списки, сделанные в XVII–XVII веках?

Нумерация страниц рукописи и филигрань «Голова быка»

Посмотрим внимательно на список Радзивилловской летописи якобы XV века. Для этого обратимся к описанию рукописи, приведенному в «Полном собрании русских летописей». Оказывается, что этот список несет в себе явные признаки весьма позднего происхождения. Они, как мы увидим, указывают на XVIII век. Получается, что «древнейший список» «Повести временных лет» изготовлен в то же время, что и все остальные его так называемые «копии» (по-видимому, одновременно с ним сделанные списки), — в XVIII веке.

Посмотрим, как пронумерованы листы в Радзивилловской рукописи.

Они имеют две нумерации: арабскими цифрами и церковно-славянскими цифрами-буквами. Считается, что первоначальная нумерация — церковно-славянская — была проставлена намного раньше арабской. «Внизу, в правом углу листов идет старая нумерация кириллицей».

Далее, считается, что церковно-славянская нумерация была проставлена в рукописи с самого начала, при ее изготовлении. Вполне понятно. Рукопись должна быть пронумерована сразу. Вроде бы все ясно.

Но тут же мы встречаем следующие поразительные слова комментатора: «Нумерация церковно-славянскими цифрами была сделана после утраты из летописи двух листов… Кроме того, нумерация производилась после того, как листы в конце рукописи были перепутаны…» То же относится и к арабской нумерации. Таким образом, обе нумерации рукописи появились лишь после того, как она была в таком виде сшита и переплетена. Иначе при изготовлении нового переплета перепутанные листы вернули бы на их прежнее место. А поскольку в таком виде рукопись существует сегодня, то, очевидно, она сшивалась и переплеталась только один раз — при изготовлении.

Далее, мы узнаем, что в Радзивилловской рукописи «три листа от переплета обозначены латинскими буквами а, b, с» и что эти листы датируются по филиграням (= водяным знакам) XVIII веком! Не значит ли это, что и вся рукопись была изготовлена (написана), скорее всего, в XVIII веке, то есть непосредственно перед тем, как она была показана Петру? Возможно, для него она и была изготовлена. Более подробно мы расскажем об этом ниже.

Остальные листы рукописи (кроме листов от переплета) историки датируют XV веком по филиграням, опираясь при этом на гипотезу, что имеющаяся на них филигрань «голова быка» относится именно к XV веку. Однако датировка «по филиграням», как и палеографическая датировка («по стилю почерка»), очевидно, не является независимым методом датирования. Такой метод опирается на предполагаемую хронологию тех источников, из которых извлекаются сведения о почерках и филигранях. Любое изменение хронологии источников мгновенно меняет всю систему палеографических и «филигранных» датировок.

Другими словами, датировка по филиграням основана на эталонных текстах, которые предполагаются уже каким-то образом датированными. Вновь обнаруживаемые тексты датируют по филиграням, привязывая их к датировке эталонов. Если эталон датирован неверно, то и все остальные датировки ошибочны.

Более того, не исключена возможность использования в XVIII веке запасов старой бумаги XVI–XVII веков в случаях, когда нужно было создать рукопись «под древность». Кроме того, филигрань «голова быка» (имеющаяся на листах рукописи) и вариации этой филиграни могли использоваться фабрикой при изготовлении бумаги и в XVI, и в XVII, и в XVIII веках. Тем более что «три листа от переплета» сами историки датируют по филиграням именно XVIII веком!

Н.А. Морозов был, по нашему мнению, прав, когда утверждал, что Радзивилловский список, привезенный Петром I, и лег в основу всех остальных списков «Повести временных лет». Он писал: «Во время Семилетней войны в 1760 году Кенигсбергский оригинал был приобретен для нашей Академии наук, и уже через шесть лет после этого он был напечатан в Петербурге в 1767 году… Вот настоящее начало русских летописей, и если мне скажут, что и ранее Петра I существовала Никоновская летопись, то мне придется попросить читателя дать доказательство этого утверждения». («Повесть временных лет» иногда называется «Никоновской летописью».)

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

О книге «Радзивиловская летопись»

Радзивиловская рукопись — монументальный исторический документ, проливающий свет на историю России и ее соседей с V по начало XIII века, выполненный в живописной форме, с более чем с шестью сотнями цветных иллюстраций. Получив широкую известность в научных кругах в XVII и XVIII веках, Кенигсбергская Хроника, как еще нередко называют данную летопись, считается одним из древнейших сохранившихся образцов русских иллюстрированных летописей. Оригинал летописи находится в Библиотеке Академии Наук в Санкт-Петербурге.Текст рукописи был опубликован много раз, а вот иллюстрации публиковались только один раз, в начале века, в черно-белом варианте.

Произведение относится к жанру Древнерусская литература. Оно было опубликовано в 1989 году издательством Наука. На нашем сайте можно скачать бесплатно книгу «Радзивиловская летопись» в формате djvu или читать онлайн. Здесь так же можно перед прочтением обратиться к отзывам читателей, уже знакомых с книгой, и узнать их мнение. В интернет-магазине нашего партнера вы можете купить и прочитать книгу в бумажном варианте.

Радзивилловская летопись, или Кёнигсбергская летопись — летописный памятник предположительно начала XIII века, сохранившийся в двух списках XV века — собственно Радзивилловском, иллюстрированном многочисленными миниатюрами, и Московско-Академическом. Представляет собой «Повесть временных лет», продолженную погодовы́ми записями до 1206 года.
Названия — от имени полководца Великого княжества Литовского, виленского воеводы Януша Радзивилла, владевшего первым (собственно Радзивилловским) списком в XVII веке, и от города Кёнигсберга, где этот список хранился в XVIII в., пока в ходе Семилетней войны не был увезен в Россию в качестве трофея (1761) и не попал в Петербургскую академию наук.
Место создания списка точно не установлено, но существует мнение, что по происхождению данный памятник относится к западнорусским, возможно, что рукопись написана в Смоленске.
Список хранится в Библиотеке академии наук в Санкт-Петербурге.
Миниатюры
Наибольший интерес представляют раскрашенные миниатюры (всего их 617), которыми иллюстрирован Радзивилловский список. Это один из трёх сохранившихся древнерусских иллюстрированных списков летописей. Два другие — Хроника Георгия Амартола в Тверском списке XIV века (перевод византийского хронографа, собственно русской летописью не является) и многотомный Лицевой свод XVI века.
Судя по тому, что в Московско-Академическом списке в ряде случаев переписчиком по недосмотру пропущен текст, находящийся в Радзивилловском списке между миниатюрами, иллюстрирован был общий протограф обоих списков.
Таким образом, иллюстрации XV века являются копией с более ранних — как предполагают некоторые исследователи, оригинальные миниатюры могли относиться даже к XI веку.
Миниатюры Радзивилловской летописи, несмотря на схематизированный стиль, дают представление о быте, строительстве, военном деле средневековой Руси. Их называют «окнами в исчезнувший мир». Сюжеты миниатюр многообразны: батальные сцены, крестьянские восстания, народные праздники, бытовые сцены, конкретные исторические эпизоды («Битва на Немиге», «Пленение князя Всеслава Полоцкого»).
1. Пророчество о Киеве
Когда Андрей учил в Синопе и прибыл в Корсунь, узнал он, что недалеко от Корсуня устье Днепра, и захотел отправиться в Рим, и проплыл в устье днепровское, и оттуда отправился вверх по Днепру. И случилось так, что он пришел и стал под горами на берегу. И утром встал и сказал бывшим с ним ученикам: «Видите ли горы эти? На этих горах воссияет благодать Божия,будет город великий, и воздвигнет Бог много церквей». И взойдя на горы эти, благословил их, и поставил крест, и помолился Богу, и сошел с горы этой, где впоследствии будет Киев, и пошел вверх по Днепру.

Что это в правом верхнем углу?
Этот необычный объект в паре с нимбами на головах святых посланников, значительно расширяет версии толкования изображённых событий. Да и гора больше на могилку похожа… Какие-то врата и стена на заднем плане, паренёк с лопатой… 🙂
2. Колёсные лодки
И повелел Олег своим воинам сделать колеса и поставить на колеса корабли. И когда подул попутный ветер, подняли они в поле паруса и пошли к городу. Греки же, увидев это, испугались и сказали, послав к Олегу: «Не губи города, дадим тебе дань, какую захочешь». И остановил Олег воинов, и вынесли ему пищу и вино, но не принял его, так как было оно отравлено. И испугались греки, и сказали: «Это не Олег, но святой Дмитрий, посланный на нас Богом». И приказал Олег дать дани на 2000 кораблей: по 12 гривен на человека, а было в каждом корабле по 40 мужей.

Чего же так испугались греки, кораблей колёсных не видели что-ли? 🙂
А если испугались, зачем тогда аплодируют и в трубы трубят?
«Кормчие» куда смотрят?
Немного математики: 2 000 кораблей по 40 мужей в каждом = 80 000 мужей по 12 гривен = 960 000 гривен. Приподняли лепёху. Легко.
Сила мысли и технический прогресс!
3. Язычники в Царьграде
Цари же Леон и Александр заключили мир с Олегом, обязались уплачивать дань и присягали друг другу: сами целовали крест, а Олега с мужами его водили присягать по закону русскому, и клялись те своим оружием и Перуном, своим богом, и Волосом, богом скота, и утвердили мир. И сказал Олег: «Сшейте для руси паруса из паволок, а славянам копринные», — и было так. И повесил щит свой на вратах в знак победы, и пошел от Царьграда. И подняла русь паруса из паволок, а славяне копринные, и разодрал их ветер; и сказали славяне: «Возьмем свои толстины, не даны славянам паруса из паволок». И вернулся Олег в Киев, неся золото, и паволоки, и плоды, и вино, и всякое узорочье. И прозвали Олега Вещим, так как были люди язычниками и непросвещенными.

По сюжету, на иллюстрации идол Перуна, а Велес в виде змеюки — под ногами у воина. И вопросов к этой иллюстрации тьма.
Во-первых: Олег, идола с подставкой, привёз с собой?
Во-вторых: почему бог Велес, которому присягают наравне с Перуном, валяется на полу?
В-третьих: я как-то по-другому представлял славянских языческих идолов…
Очевидно же, что язычники-то как раз Византийцы, и это их же какой-то голый Аполлон со щитом и копьём изображён. Змеюка… Может убить таким способом хотели? Тем более, что мы помним обстоятельства кончины Вещего Олега.
4. Смерть Олега
И жил Олег, княжа в Киеве, мир имея со всеми странами. И пришла осень, и вспомнил Олег коня своего, которого прежде поставил кормить, решив никогда на него не садиться, Ибо спрашивал он волхвов и кудесников: «От чего я умру?». И сказал ему один кудесник: «Князь! От коня твоего любимого, на котором ты ездишь, — от него тебе и умереть?». Запали слова эти в душу Олегу, и сказал он: «Никогда не сяду на него и не увижу его больше». И повелел кормить его и не водить его к нему, и прожил несколько лет, не видя его, пока не пошел на греков. А когда вернулся в Киев и прошло четыре года, — на пятый год помянул он своего коня, от которого волхвы предсказали ему смерть. И призвал он старейшину конюхов и сказал: «Где конь мой, которого приказал я кормить и беречь?». Тот же ответил: «Умер». Олег же посмеялся и укорил того кудесника, сказав: «Неверно говорят волхвы, но все то ложь: конь умер, а я жив». И приказал оседлать себе коня: «Да увижу кости его». И приехал на то место, где лежали его голые кости и череп голый, слез с коня, посмеялся и сказал: «От этого ли черепа смерть мне принять?». И ступил он ногою на череп, и выползла из черепа змея, и ужалила его в ногу. И от того разболелся и умер. Оплакивали его все люди плачем великим, и понесли его, и похоронили на горе, называемою Щековица; есть же могила его и доныне, слывет могилой Олеговой. И было всех лет княжения его тридцать и три.

Змея действительно вылезла из черепа… но, вот только, коня ли? И сама змеюка по виду — Крайт Красногловый, который водится в Индии и в Юговосточной Азии. У парня слева — две пары глаз и два носа, второй слева — тоже явно подвергся перерисовке. Не удивлюсь, если до исправлений, они были в тюрбанах.
5. Поход Игоря на греков
В год 6449 (941). Пошел Игорь на греков. И послали болгары весть царю, что идут русские на Царьград: 10 тысяч кораблей. И пришли, и подплыли, и стали воевать страну Вифинскую, и попленили землю по Понтийскому морю до Ираклии и до Пафлагонской земли, и всю страну Никомидийскую попленили, и Суд весь пожгли. А кого захватили — одних распинали, в других же, перед собой их ставя, стреляли, хватали, связывали назад руки и вбивали железные гвозди в головы. Много же и святых церквей предали огню, монастыри и села пожгли и по обоим берегам Суда захватили немало богатств. Когда же пришли с востока воины — Панфир-деместик с сорока тысячами, Фока-патриций с македонянами, Федор-стратилат с фракийцами, с ними же и сановные бояре, то окружили русь. Русские же, посовещавшись, вышли против греков с оружием, и в жестоком сражении едва одолели греки. Русские же к вечеру возвратились к дружине своей и ночью, сев в ладьи, отплыли. Феофан же встретил их в ладьях с огнем и стал трубами пускать огонь на ладьи русских. И было видно страшное чудо. Русские же, увидев пламя, бросились в воду морскую, стремясь спастись, и так оставшиеся возвратились домой. И, придя в землю свою, поведали — каждый своим — о происшедшем и о ладейном огне. «Будто молнию небесную, — говорили они, — имеют у себя греки и, пуская ее, пожгли нас; оттого и не одолели их». Игорь же, вернувшись, начал собирать множество воинов и послал за море к варягам, приглашая их на греков, снова собираясь идти на них.

Огнестрельное оружие?
6. Договор Игоря с греками
Послы, посланные Игорем, вернулись к нему с послами греческими и поведали ему все речи царя Романа. Игорь же призвал греческих послов и спросил их: «Скажите, что наказал вам царь?». И сказали послы царя: «Вот послал нас царь, обрадованный миром, хочет он иметь мир и любовь с князем русским. Твои послы приводили к присяге наших царей, а нас послали привести к присяге тебя и твоих мужей». Обещал Игорь сделать так. На следующий день призвал Игорь послов и пришел на холм, где стоял Перун; и сложили оружие свое, и щиты, и золото, и присягали Игорь и люди его — сколько было язычников между русскими. А христиан русских приводили к присяге в церкви святого Ильи, что стоит над Ручьем в конце Пасынчей беседы и Хазар, — это была соборная церковь, так как много было христиан — варягов. Игорь же, утвердив мир с греками, отпустил послов, одарив их мехами, рабами и воском, и отпустил их; послы же пришли к царю и поведали ему все речи Игоря, и о любви его к грекам.

Церковь святого Ильи в дохристианской Руси, специально построенная для христиан-русских, т.к. много христиан-варягов и… хазар. Тут-же старый знакомый — голый Аполлон-Перун на античной подставке.
Это какой-то вынос мозга!
7. Месть Княгини Ольги
Ольга же была в Киеве с сыном своим, ребенком Святославом, и кормилец его был Асмуд, а воевода Свенельд — отец Мстиши. Сказали же древляне: «Вот убили мы князя русского; возьмем жену его Ольгу за князя нашего Мала и Святослава возьмем и сделаем ему, что захотим». И послали древляне лучших мужей своих, числом двадцать, в ладье к Ольге, и пристали в ладье под Боричевым. И поведали Ольге, что пришли древляне, и призвала их Ольга к себе, и сказала им: «Гости добрые пришли». И ответили древляне: «Пришли, княгиня». И сказала им Ольга: «Так говорите же, зачем пришли сюда?». Ответили же древляне: «Послала нас Деревская земля с такими словами: «Мужа твоего мы убили, так как муж твой, как волк, расхищал и грабил, а наши князья хорошие, потому что берегут Деревскую землю, — пойди замуж за князя нашего за Мала»». Было ведь имя ему Мал, князю древлянскому. Сказала же им Ольга: «Любезна мне речь ваша, — мужа моего мне уже не воскресить; но хочу воздать вам завтра честь перед людьми своими; ныне же идите к своей ладье и ложитесь в ладью, величаясь, а утром я пошлю за вами, а вы говорите: «Не едем на конях, ни пеши не пойдем, но понесите нас в ладье», — и вознесут вас в ладье», и отпустила их к ладье. Ольга же приказала выкопать яму великую и глубокую на теремном дворе, вне града, На следующее утро, сидя в тереме, послала Ольга за гостями, и пришли к ним, и сказали: «Зовет вас Ольга для чести великой». Они же ответили: «Не едем ни на конях, ни на возах и пеши не идем, но понесите нас в ладье». И ответили киевляне: «Нам неволя; князь наш убит, а княгиня наша хочет за вашего князя», — и понесли их в ладье. Они же сидели, величаясь, избоченившись и в великих нагрудных бляхах. И принесли их на двор к Ольге, и как несли, так и сбросили их вместе с ладьей в яму. И, склонившись к яме, спросила их Ольга: «Хороша ли вам честь?». Они же ответили: «Горше нам Игоревой смерти». И повелела засыпать их живыми; и засыпали их.

Древляне изображены в виде каких-то европейцев в плащах и париках, которые появяться только в 14 веке.
8. Битва Святослава с греками
И к вечеру одолел Святослав, и взял город приступом, и послал к грекам со словами: «Хочу идти на вас и взять столицу вашу, как и этот город». И сказали греки: «Невмоготу нам сопротивляться вам, так возьми с нас дань и на всю свою дружину и скажи, сколько вас, и дадим мы по числу дружинников твоих». Так говорили греки, обманывая русских, ибо греки лживы и до наших дней. И сказал им Святослав: «Нас двадцать тысяч», и прибавил десять тысяч: ибо было русских всего десять тысяч. И выставили греки против Святослава сто тысяч, и не дали дани. И пошел Святослав на греков, и вышли те против русских. Когда же русские увидели их — сильно испугались такого великого множества воинов, но сказал Святослав: «Нам некуда уже деться, хотим мы или не хотим — должны сражаться. Так не посрамим земли Русской, но ляжем здесь костьми, ибо мертвым не ведом позор. Если же побежим — позор нам будет. Так не побежим же, но станем крепко, а я пойду впереди вас: если моя голова ляжет, то о своих сами позаботьтесь». И ответили воины: «Где твоя голова ляжет, там и свои головы сложим». И исполчились русские, и была жестокая сеча, и одолел Святослав, а греки бежали. И пошел Святослав к столице, воюя и разбивая города, что стоят и доныне пусты.

Затрудняюсь определить где кто…
9. Идол Владимирский
И начал княжить Владимир в Киеве один, и поставил кумиры на холме вне двора теремного: Перуна деревянного — главу серебряну, а ус злат, и Хорса-Дажьбога, и Стрибога, и Симаргла, и Мокошь. И поклоняются им, нарекая богами, и приводят сынов своих и дочерей и поклоняются бесам, и оскверняют землю жертвами своими.
Пурун златоус, глава серебряна, где? — Я вижу только, уже хорошо знакомого, красного Аполлона. А вот бесов пририсованных вижу.
Большой кусок летописи посвящён междуусобице, а дальше начинается настоящий трэш.
10. Бесы
Был же и другой старец, именем Матвей: был он прозорлив. Однажды, когда он стоял в церкви на месте своем, поднял глаза, обвел ими братию, которая стояла и пела по обеим сторонам на клиросе, и увидел обходившего их беса, в образе поляка, в плаще, несшего под полою цветок, который называется лепок. И, обходя братию, бес вынимал из-под полы цветок и бросал его на кого-нибудь; если прилипал цветок к кому-нибудь из поющих братьев, тот, немного постояв, с расслабленным умом, придумав предлог, выходил из церкви, шел в келью и засыпал и не возвращался в церковь до конца службы; если же бросал цветок на другого и к тому не прилипал цветок, тот оставался стоять крепко на службе, пока не отпоют утреню, и тогда уже шел в келью свою. Видя такое, старец поведал об этом братии своей. Другой раз видел старец следующее: как обычно, когда старец этот отстоял заутреню, братия перед рассветом шла по келиям своим, а этот старец уходил из церкви после всех. И вот однажды, когда он шел так, присел он отдохнуть под билом, ибо была его келья поодаль от церкви, и вот видит, как толпа идет от ворот; поднял глаза и увидел кого-то верхом на свинье, а другие идут около него. И сказал им старец: «Куда идете?». И сказал бес, сидевший на свинье: «За Михалем Тольбековичем». Старец осенил себя крестным знамением и пришел в келию свою. Когда рассвело и понял старец, в чем дело, сказал он келейнику: «Поди спроси, в келье ли Михаль». И сказали ему, что «давеча, после заутрени, перескочил через ограду». И поведал старец о видении этом игумену и братии.
При этом старце Феодосий преставился, и Стефан стал игуменом, а по Стефане Никон: все это при старце. Стоит он как-то на заутрене, подымает глаза, чтобы посмотреть на игумена Никона, и видит осла, стоящего на игуменовом месте; и понял он, что не вставал еще игумен. Много и других видений видел старец, и почил он в старости почтенной в монастыре этом.
А был еще и другой черноризец, именем Исакий; был он, когда еще жил в миру, богат, ибо был купец, родом торопчанин, и задумал он стать монахом, и раздал имущество свое нуждающимся и монастырям, и пошел к великому Антонию в пещеру, моля, чтобы постриг его в монахи, И принял его Антоний, и возложил на него одеяние чернеческое, и дал имя ему Исакий, а было ему имя Чернь. Этот Исакий повел строгую жизнь: облекся во власяницу, велел купить себе козла, ободрал его мех и надел на власяницу, и обсохла на нем кожа сырая. И затворился в пещере, в одном из проходов, в малой кельице, в четыре локтя, и там молил Бога со слезами. Была же пищей его просфора одна, и та через день, и воды в меру пил. Приносил же ему пищу великий Антоний и подавал ее через оконце — такое, что только руку просунуть, и так принимал пищу. И так подвизался он лет семь, не выходя на свет, никогда не ложась на бок, но, сидя, спал немного. И однажды по обычаю с наступлением вечера, стал класть поклоны и петь псалмы по полуночи; когда же уставал, сидел на своем сиденье. Однажды, когда он так сидел по обыкновению и погасил свечу, внезапно свет воссиял в пещере, как от солнца, точно глаза вынимая у человека. И подошли к нему двое юношей прекрасных, и блистали лица их, как солнце, и сказали ему: «Исакий, мы — ангелы, а там идет к тебе Христос, пади и поклонись ему». Он же, не поняв бесовского наваждения и забыв перекреститься, встал и поклонился, точно Христу, бесовскому действу. Бесы же закричали: «Наш ты, Исакий, уже!». И, введя его в кельицу, посадили и стали сами садиться вокруг него, и была полна келья его и весь проход пещерный. И сказал один из бесов, называемый Христом: «Возьмите сопели, бубны и гусли и играйте, пусть нам Исакий спляшет». И грянули бесы в сопели, и в гусли, и в бубны, и стали им забавляться. И, утомив его, оставили его еле живого и ушли, так надругавшись над ним.
Песни и пляски нечистой силы.
Исакий наблюдаше яко не успокоится бесовина и крестным знамением защищашется от оных.
Какова же есть сила спасительна креста животворящего — ничего не делается Исакию от видений диавольских!
Таковы были черноризцы Феодосиева монастыря сияют они и по смерти, как светила, и молят Бога за живущую здесь братию, и за мирскую братию, и за жертвующих в монастырь, в котором и доныне добродетельной жизнью живут все вместе, сообща, в пении и в молитвах, и в послушании, на славу Богу всемогущему, хранимые молитвами Феодосия, ему же слава вечная, аминь.
11. Мистические явления в летописи
Необычное природное явление — ниспадение змея с небес во время охоты Всеволода Ярославича Киевского под Вышгородом.
Змей тот же — красноголовый, который кусает Вещего Олега.
Моровое поветрие в Полоцке и зомби
Яко навье бьёт полочан
Нашествие саранчи на землю Русскую.
Судя по картинке, саранча испепеляется солнцем.
Знамение — три солнца и месяц в небе.
Аналогичное событие в более позднее время
Землятресение
Огненный столп огня долбит землю яко молния освещая всю землю
12. Неведомые зверушки
Мишка пляшет
Собачка пробежала
Обезьянка ест яблоко и гадит
???
Шакал мучает маленькую собачку
Медвежья болезнь
Никогда не разрешайте детям рисовать в книгах!
Вступление войска Ярополка Владимировича Киевского в Переяславль, находившийся в течение 8 дней в руках Юрия Владимировича Долгорукого, слева — аллегорическое изображение герба Долгоруких, явно нарисованное поверх имеющегося изображения.
Рыцарь в латах 15 века делает харакири
Считается, что данный вариант голого Аполлона — Перун, но судя по… жёлудю — это Велес.
Трубадур из средневековой Европы в колготках
Ещё один
И ещё
Восьминогий конь
Битва трубадуров
Робин Гуд?
Братец Тук?
Представляете, некотрые пытаются даже это логично объяснить!
Тебя там встретит огнегривый лев и белый вол исполненный очей…
Странное осталось ощущение после знакомства с тектом и иллюстрациями летописи. И, пожалуй, я не буду, ни объявлять этот документ фальшивкой, ни доказывать его подлинность. Однозначно, иллюстрации подвергались неоднократной правке. Некотрые картинки выглядят так, будто их рисовал одержимый бесами Исакий, причём начало летописи более адекватное по качеству и содержанию, как иллюстраций, так и текста. Многое не вписывается в общепринятую историю. Это касается одежды, обмундирования воинов. Во всей летописи нет ни одной батальной сцены, из которой бы можно было чётко понять, где враги, а где русичи, все одеты одинаково. Все отличия сводятся только к головным уборам правителей. О неоднозначной истории крещения Руси, говорят сами иллюстрации. Один тот факт, что первая христианская церковь на иллюстрациях летописи, появляется расположенной на территории древнерусского госудрарства, говорит о многом. Владимир после крещения, на всех иллюстрациях изображён с нимбом, хотя первые надёжные сведения об официальном почитании Владимира как святого равноапостола относятся только к XIV веку, т.е. после написания летописи.

Брестская, или Радзивилловская, Библия в свое время стала, как сейчас принято говорить, продуктом государственно-частного партнерства. Ее выпустили в середине XVI века в типографии по приказу и на деньги берестейского старосты, известного политического деятеля Великого княжества Литовского Николая Радзивилла Черного. Тот считал Библию высшим авторитетом и источником истины, в соответствии с которой должно жить общество. Ценность книги также в том, что это один из первых полных переводов Священного Писания с языков оригинала, а также первое протестантское издание на польском языке.

Древняя книга и спустя пять веков считается произведением полиграфического искусства: два титульных листа, рисованные буквы, красивые гравюры… Неудивительно, что фрагменты из Радзивилловской Библии в свое время неоднократно перепечатывались! Точный тираж XVI столетия неизвестен — предполагается, что было выпущено 400-500 экземпляров. Увы, еще к середине XX века на территории Беларуси не осталось ни одного. Искали за рубежом: до нашего времени во всем мире дошло всего несколько десятков экземпляров различной степени сохранности.

Вот что рассказал координатор и научный руководитель издания, заместитель директора Национальной библиотеки Беларуси Александр Суша.

— Для работы над факсимильным изданием был выбрана книга, ныне хранящаяся на территории Польши. Специалисты, которые воссоздавали Брестскую Библию, учитывали все особенности оригинала (размер, характер печати, бумаги), сохранили рукописные надписи и пометки на страницах. Даже переплетные работы выполнялись вручную. Словом, добивались, чтобы фолиант выглядел так же, как в XVI веке.

Пока раритет показали лишь журналистам. Факсимильное издание Брестской Библии (появившееся, как и оригинал, благодаря государственно-частному партнерству) будет официально презентовано в начале сентября во время празднования 1000-летия Бреста.

Первые десять экземпляров торжественно передадут городу. Массового тиража не ожидается — произведения искусства не терпят слепого копирования. Но если поклонники редких фолиантов захотят заполучить экземпляр в свою коллекцию, им пойдут навстречу. Цена вопроса для книги с самым дорогим вариантом кожаной обложки — около 1500 евро в эквиваленте. А в будущем, надеются в Беларуси, удастся выкупить у частных владельцев и вернуть на родину и оригинал Брестской Библии…

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *