Аудио

Тот, кто читал книгу «Анна Каренина», помнит, что начинается она с афоризма: «Все счастливые семьи похожи друг на друга; каждая несчастливая семья несчастна по-своему». Так можно сказать и про детей: все хорошие, послушные дети хороши одинаково, но каждый трудный ребенок труден по-своему. И действительно, один упрям, другой ленив, третий груб, четвертый застенчив. Вот только вопрос один и тот же, жалуясь, задают матери: «И почему он такой? Не знаю». Не знает мать трудного ребенка, как правило, и что с ним делать. Известные православные психологи-педагоги — Ирина Медведева и Татьяна Шишова, давно занимающиеся психотерапией детских неврозов, сделали вывод, что причина подобных отклонений — обстановка в семье, а потому и лечить, и, главным образом, предупреждать их должна семья. О том, как? — рассказывает «Книга для трудных родителей». Она вышла в свет в издательстве «Зёрна-Слово» и заняла свое место на нашей книжной полке.

***

Итак, не знает мать трудного ребенка, что с ним делать. Вроде бы очевидно: если ребенок ленивый — надо его сделать трудолюбивым. Если упрямый — сговорчивым. Если жадный — добрым. Одним словом, плохого сделать хорошим. Вроде, цель ясна. Правда, непонятно, как ее достичь. Трудно с ними, с этими трудными детьми. Уговариваешь — не слушаются, повышаешь голос — не реагируют, накричишь -расплачутся… ну а физические наказания — это не приведи Господь, это непедагогично! А тут, как на грех, жизнь пошла такая, что не только шлепнуть, а убить иногда хочется, такого невоспитанного, упрямого, ленивого, капризного — трудного. Ну что с ним делать? А с вами, дорогие родители? С вами что делать — мрачны­ми, раздражительными, усталыми, безразличными, всегда спешащими и всегда занятыми? Что вашему ребенку делать вами? Чем защититься от вашего хронического недовольства жизнью?

Книга известных психологов и педагогов Ирины Яковлевны Медведевой и Татьяны Львовны Шишовой призвана помочь родителям, которым нелегко дается воспитание детей и выстраивание отношений с ними. Авторы помогают понять родителям причины детской агрессии, демонстративности, неврозов, страхов, заикания и др. Помогают понять, что — причина-то всех этих отклонений зачастую лежит именно в поведении родителей. Например, в первой главе, которая называется «Не проси груш у тополя», авторы отмечают: зачастую дети страдают от того, что они не оправдывают надежд своих папы или мамы. Допустим, мама ждет что родится сын! Он «обязательно должен быть высокий и широкоплечий. Этакий рыцарь Ланцелот или — если быть в духе времени — Арнольд.

Но наступает долгожданный день, и рождается… девочка. Да еще некрасивая, да еще с астматическими приступами. И с очень тяжелым характером. И воздушный замок с множеством бойниц рушится в одночасье. А нежданная девочка так никогда и не поймет, почему она вместо любви вызывает у своей матери смесь жалости и раздражения. Ребенок растет, и раздражение растет. Казалось бы, в чем дело? Ведь заботишься о нем — и вроде бы привыкаешь, привязываешься… Это с одной стороны. А с другой, он растет, и картина становится все более отчетливой. Картина рокового несовпадения реальности и той, давней мечты… И начинается работа по переделке». Но, все попытки переделать ребенка, приблизить его к идеалу, который мама сама себе придумала, не получается. И тогда, по словам авторов, «произносится сакраментальная фраза: «Она не оправдала моих надежд!»

И это, — отмечают Ирина Медведева и Татьяна Шишова, — не просто горестное признание. Это приговор, который обжалованию не подлежит. А раз так, раз «не оправдал надежд», значит — все дозволено! Можно попрекать ребенка своей загубленной жизнью. Можно все время ставить в пример мальчика из соседней квартиры или более «удавшегося» младшего брата. Можно в присутствии ребенка жаловаться на него подругам или даже таскать его по врачам и экстрасенсам. «Доктор, сделайте что-нибудь! Он какой-то не такой… Слишком тихий (или слишком назойливый), слишком вертлявый (слишком медлительный) и т.д.» А за словами «какой-то не такой» скрывается застарелая претензия: НЕ ТАКОЙ, КАК Я ХОЧУ!!! Я, создатель, творец собственного ребенка!..

Здесь авторы напоминают читателям, что, во-первых, стоит ли отнимать роль творца у Творца? А во-вторых, даже если вы, будучи атеистом, считаете творцом себя, и только себя, то почему вы предъявляете претензии к своему творению? Разве оно виновато в промахах творца? Конечно, бывает, что художник в ярости уродует неудавшуюся картину, но он просто вымещает на ней зло за свою неудачу. Если же вернуться к Богу-Творцу, то он, создав зайца, не заставил его охотиться на волка. Да и мы, кстати, не ждем этого от трусишки косого. Прежде чем перекраивать детский характер, давайте посмотрим на исходный материал. Ведь если мы возьмемся, к примеру, перешивать брюки, то нам из узких уже никак не выкроить брюки клеш».

В общем, дорогие родители, взгляните, прежде на себя. Это, конечно, по словам авторов, не значит, что вы не должны воспитывать своих детей. Безусловно, в ребенке можно что-то развить, а что-то сгладить, облагородить, сделать менее заметным. Только — «не проси груш у тополя», как гласит испанская пословица. Ведь проси не проси, груш все равно не дождешься, а силы, потраченные на бессмысленные притязания, лучше бы употребить на другое. Тополь может вырасти чахлым и кривым, а позаботишься о нем умело — станет стройным красавцем. Так и человек. Озорник, сколько его ни ругай и ни наказывай, все равно не превратится в паиньку. Но от вас зависит, вырастет он хулиганом, а то и уголовником, или станет предприимчивым организатором нового дела, а на досуге — душой компании. Застенчивый же человек душой компании, как ни старайся, все равно не будет, но опять же от вас зависит, вырастет он букой и мизантропом или все-таки научится общаться с людьми, и никто про него не скажет: «Пыльным мешком стукнутый». Застенчивость (недостаток) уже будет восприниматься как скромность (достоинство)».

«Вашими бы устами да мед пить, — так, наверно, скажут родители. — Все это замечательно. Но как?» Мы, — говорят Ирина Медведева и Татьяна Шишова, — постараемся дальше постепенно ответить на сакраментальный вопрос «как?». Естественно, это будет наш личный взгляд на проблемы воспитания. Правда, опыт общения с родителями трудных детей (от 4 до 15 лет) дает нам основание думать, что наш взгляд небезоснователен. Беседы с родителями мы, как правило, начинаем с разговора о природной конституции ребенка. Еще раз повторяем, что ее надо постараться осознать, даже если такое осознание не принесет вам особой радости. И очень может быть, что уже одно это снимет основные трудности, возникающие у вас при общении с ребенком». О том, что еще делают или не делают родители, какие ошибки они совершают, воспитывая своих детей, что советуют им известные психологи и педагоги, вы узнаете в первой части этой книги.

А во второй — авторы предлагают рассмотреть страхи, присутствующие в жизни того или иного ребенка и дают способы борьбы с этими страхами. Как отмечают Ирина Медведева и Татьяна Шишова, «Страхи – это очень серьезная проблема. Если о многих других детских проблемах психологи часто с полной уверенностью говорят родителям: «Ничего, перерастет. Пройдет с возрастом» и т. п. — в данном случае требуются неотложные меры. Ребенок растет, и страхи растут вместе с ним. С возрастом развивается воображение. Книги, фильмы, услышанные разговоры и реальные происшествия дают обильную пищу для фантазии. Если ребенок склонен к невротическим страхам, фантазия работает против него. Страхи множатся, становятся все более и более подробными и агрессивными. Они наступают со всех сторон и буквально пожирают детскую душу».

Но, не только страхи омрачают жизнь ребенка. Есть и другие многочисленные невротические расстройства (застенчивость, демонстративность, тики, заикания и т. п.), о причинах появления которых говорится и в первой части книги. Для лечения детских неврозов православные психологи придумали весьма оригинальную методику психотерапии — «куклотерапию». Об этом они и рассказывают во второй части. Ирина Медведева и Татьяна Шишова делятся своей оригинальной методикой преодоления этих проблем с по­мощью кукольного театра. Авторские приёмы и методы лежат в русле православной педа­гогики, поскольку традиционные установки и ценности, к которым апеллируют педагоги — это установки и ценности православной культуры.

***

Обращаясь к родителям, Ирина Медведева и Татьяна Шишова пишут: «В этой книге мы, конечно же, будем говорить о детях. Но дети есть, выражаясь языком математики, производная. Производная от вас, потому что на свет их произвели вы. И о вас мы будем говорить, может быть, даже больше, чем о детях. Ведь что греха таить, тон отношений в семье задают все-таки родители, а не дети. И даже если ребенок — тиран, а его родители — покорные рабы, это они позволили, они до­пустили такую расстановку сил! В общем, мы хотим помочь родителям, которым нелегко дается воспитание детей, вы­страивание отношений с ними. А трудности отношений чаще всего испытывают трудные люди. Поэтому книгу свою мы так решили назвать: «Книга для трудных родителей». Она, по мнению авторов, поможет родителям и педагогам сформировать правиль­ные модели поведения, наладить контакт с детьми.

С середины 90-х гг. XX века в России не прекращаются попытки внедрить систему ювенальной юстиции.
Её сторонники считают, что это — «система защиты прав и законных интересов несовершеннолетних, объединяющая вокруг специализированного суда по делам несовершеннолетних социальные службы (органы и учреждения государственной системы профилактики безнадзорности, правонарушений несовершеннолетних), общественные организации»
С введением в действие Указа Президента РФ Б. Н. Ельцина №942 от 14.09.1995 г, утвердившего «Национальный план действий в интересах детей», в числе мер по укреплению правовой защиты детства предусмотрено создание этой ювенальной юстиции (далее — ЮЮ), и… «процесс пошёл». В Ростовской области в том же 1995 году началась обкатка её региональной модели в экспериментальном порядке, — был создан первый в России ювенальный суд. Ныне «пилотных» регионов, в которых идут программы в области ЮЮ, уже более 20: в Москве, Санкт-Петербурге, Саратовской, Самарской, Брянской, Нижегородской областях, Ставропольском, Красноярском, Краснодарском краях, в Чувашской республике, Ханты-Мансийском автономном округе и других…
В феврале 2002 года Государственная дума РФ приняла в первом чтении Закон «О внесении изменений в Закон «О судебной системе Российской Федерации»», предусматривающий создание специализированных ювенальных судов в системе судов общей юрисдикции. Однако окончательное решение по данному вопросу не принято до сих пор.
Лоббируют ЮЮ Лахова Е.Ф. (депутат Госдумы от фракции «Единая Россия»), Зыков О. В. (член Общественной палаты РФ, президент благотворительного фонда «Нет алкоголизму и наркотикам»), Петренко В.Н. (председатель Комитета Совета Федерации по социальной политике и здравоохранению). В 2007 году выступила инициатором создания законопроекта, разрешающего эвтаназию.

Разрушение семьи

ЮЮ провозглашает принцип «приоритетности прав ребёнка». На практике это означает, что дети могут подавать на родителей и вообще на взрослых в суд. А суд, руководствуясь приоритетностью прав ребёнка, разбирая конфликтные ситуации, верит прежде всего ему, пытается его всячески оградить от родителей-«правонарушителей».
Такие суды существуют уже во многих странах. Совсем недавно на русском языке вышла книга «Пастернак против Нидерландов». Написал её эмигрант Григорий Пастернак, бывший советский гражданин, ныне живущий в Голландии. Его дочь-подросток начала прогуливать школу, требовала денег на развлечения и наряды, скандалила. И… жаловалась на родителей в службы защиты прав ребёнка, говорила, что её притесняют, не дают ходить по клубам и т.п. «Спасая» от родителей, девочку забрали в приют, а отца лишили родительских прав. Он обратился в Страсбургский суд — не помогло. Вообще, если родители попадают в поле зрения ЮЮ, то, как свидетельствует автор книги и другие люди, пострадавшие от неё, они, как правило, оказываются в роли обвиняемых. Доказать свою правоту в большинстве случаев им не удаётся, поскольку права детей ставятся над взрослых, с либеральной точки зрения. Родители уже не могут оградить своих детей от влияния деструктивной масс-культуры, развращающих подростковых журналов, книг, фильмов, компьютерных игр и т.п. Их запрет будет истолкован как нарушение прав ребёнка на информацию и досуг. Выбор сексуальной ориентации подростками в либеральной парадигме также не оспаривается, поэтому не могут родители воспротивиться и пропаганде гомосексуализма. Наркомания, по-либеральному, тоже допустимый «альтернативный стиль жизни».
Либерально трактуется ЮЮ понятие физического и психического насилия над ребёнком. На Западе во многих странах введён законодательный запрет на любое физическое наказание (вплоть до безобидного шлепка). В Англии родители не могут в наказание лишить детей карманных денег, — законом предусмотрена сумма, которую они обязаны давать детям с определённого возраста. В российских пилотных регионах тоже.
Особенно уязвимы семьи, в которых детей стараются воспитывать в рамках традиционной морали, удерживая от многочисленных соблазнов масс-культуры и развратного образа жизни. Именно такие родители, с точки зрения сторонников ювенальной юстиции, считаются преступниками, «подавляющими личность ребёнка и лишающими его права на нормальное развитие».
ЮЮ значительно расширяет права суда и социальных служб. Они могут вторгнуться в любую семью и без должных на то оснований отнять ребёнка. В российское законодательство о семье уже внесено понятие «ребёнок в опасной ситуации».
Нетрудно догадаться, что поощрение детского своеволия под видом защиты прав ребёнка приведёт к неуправляемости ребёнка, психопатии. Это обещает нам рост подросткового алкоголизма, наркомании, игромании, курения и других пагубных привычек. В «ювенальной» Франции дети с 13 лет курят марихуану. То же и в Великобритании. О принудительном лечении несовершеннолетних наркоманов и алкоголиков, за которое ратует Госнаркоконтроль и против которого, напомним, выступает «защитник детей» Зыков, придётся забыть. Такое лечение вступит в вопиющее противоречие с принципом приоритетности прав ребёнка, предполагающим уважение его свободы выбора.

Окончательно выйдя из-под влияния родителей, ещё больше детей, чем сейчас, попадёт под влияние молодёжной масс-культуры, агрессивно навязывающей «безопасный секс» как неотъемлемую часть современного образа жизни. Результатом этого станет увеличение числа заболеваний, передающихся половым путём и разрушающих здоровье. Мы получим рост безплодия в стране. Ранняя сексуализация вкупе с потреблением психоактивных веществ неизбежно приведёт к снижению интеллекта детей и подростков, повышению смертности от несчастных случаев и т.п.

Развал образования

С введением ЮЮ в школах появятся правозашитники-омбудсмены, не подчиняющиеся ни администрации, ни вышестоящим органам образования, собирающие компромат на учителей и директора и наделённые правом воздействовать на них вплоть до подачи заявления в суд. В школе расцветёт доносительство и интриги, а правозащитник, фактически оказавшись верховной властью, не будет нести никакой ответственности за образовательный процесс и его результаты (а точнее, за развал образования).
Возможность жаловаться омбудсмену на учителей и директора резко снизит их авторитет, и без того уже существенно подорванный «свободным воспитанием» и «отвязанной» подростковой масс-культурой. Уже сейчас во многих школах учителя не могут справиться с хулиганством учеников.
Чудовищным нарушением прав учащихся будет считаться и удаление нарушителя дисциплины из класса. Лишившись возможности применять дисциплинарные меры к таким ученикам и оказавшись в позиции вечно обвиняемого, учитель не сможет нормально вести урок. С приходом правозащитников эти ученики ещё больше ощутят свою безнаказанность.
Расцвет коррупции

Трудно даже представить себе, какой произвол и какой уровень коррупции будет в российских ювенальных судах и социальных службах, когда они получат практически безграничную и безконтрольную власть над семьями. Шантажируя родителей лишением родительских прав, сотрудники ЮЮ смогут получать любую сумму, поскольку дети — это самое дорогое, что есть у людей. Ещё сильнее расцветёт взяточничество и при продаже детей за границу. Вероятно, в преддверии введения ЮЮ в России открываются иностранные агентства по международному усыновлению. Учитывая распространение в мире так называемого «секс-туризма», сексуальной эксплуатации детей и подростков, и здесь сотрудники ЮЮ не останутся в накладе. Министерство здравоохранения выступает за разрешение медицинских опытов над детьми, донорство детских органов. Если это будет законодательно утверждено, то отторгнутые от семьи дети станут первыми кандидатами на эти манипуляции. Разумеется, немалую мзду получат и поставщики «живого материала».
Правозащитники, лоббирующие ювенальную юстицию, говорят о необходимости упразднения детских домов. Увезённые из семей дети будут направляться на усыновление в приёмные семьи. В условиях ЮЮ и это может стать весьма выгодным бизнесом. Очевидно, что, когда опека над детьми запахнет деньгами, контингент приёмных родителей может существенно поменяться. Безсеребренников и альтруистов начнут вытеснять корыстные и оборотистые люди, которые быстро сообразят, от кого зависит, сколько и каких детей можно получить. А зависеть это будет всецело от сотрудников ювенальных служб, они будут заниматься распределением, «диспетчерской работой». Уже отработанная в других видах бизнеса схема «отката» пойдёт, как по маслу.
Разгул преступности

Вызывает озабоченность и ещё один аспект ювенальной юстиции — призыв отказаться от «репрессивного подхода» (помещение несовершеннолетних преступников в колонии и тюрьмы) и переход на «реабилитационный». Нисколько не умаляя важности профилактической и реабилитационной работы с трудными подростками, хотим подчеркнуть, что в сегодняшней России несовершеннолетним преступникам и так выносятся достаточно мягкие приговоры. Более половины освобождаются от уголовной ответственности уже на стадии предварительного следствия. Между тем, преступность несовершеннолетних растёт и становится всё более жестокой. За последние 15 лет на треть увеличилось число повторно совершивших преступления. Несовершеннолетний преступник, чувствуя безнаказанность, ещё больше распоясывается.
Если сторонники ЮЮ навяжут России «нерепрессивный подход», то катастрофическое падение уважения к закону и общественной морали нетрудно прогнозировать. Страну захлестнёт новый вал преступности и наркомании, а жертвами будут нормальные люди, прежде всего родители, которые к тому же будут ещё и кругом виноваты. Учителей будут обвинять в том, что они не нашли подход к детям, поэтому дети безобразничают. А родителей будут обвинять в том, что они либо недостаточно любили детей, либо любили их неправильной, «удушающей» любовью.
ЮЮ создаст почву для расцвета и этнической преступности. Малолетние выходцы с Кавказа и Средней Азии уже сейчас нередко имеют при себе холодное оружие. В «ювенальных» странах преступный мiр давно уже отработал практику совершения криминальных действий руками ненаказуемых детей. Учитывая национально-культурные особенности мигрантов, а также подстрекательство западных спецслужб, можно с уверенностью прогнозировать рост напряжённости и социальные взрывы из-за столкновений на почве межнациональной розни.
Безусловно, ЮЮ усилит напряжение и на религиозной почве. Православные родители окажутся перед трагическим выбором. ЮЮ будет провоцировать их детей к нарушению заповеди «Чти отца твоего и матерь твою». По ювенальным законам нельзя удерживать детей от зла.
Всё это опять-таки будет способствовать росту недовольства среди верующих традиционных конфессий и настраивать их против государственной власти.[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *