Жукова сняли с партийного учёта в Министерстве обороны. Учётную карточку направили в Краснопресненский район, в одну из заводских парторганизаций. Теперь на партийные собрания он должен был ездить на завод. Видимо, расчёт делался на то, чтобы как можно плотнее блокировать общение опального маршала с бывшими сослуживцами и вообще с военными. Его возможное влияние на сотрудников аппарата Минобороны считали нежелательным и даже опасным.

Однако на пресненском машиностроительном заводе новоприбывшего члена партии сразу полюбили. Правда, выступать на партсобраниях ему было категорически запрещено.

В это время Жуков был окружён роднёй. Захаживали и бывшие сослуживцы — из самых верных. Генерал Крюков с Руслановой. Баграмяны. Генералы А. П. Белобородов и И. А. Плиев. Но чаще всех бывал генерал Н. А. Антипенко. С Николаем Александровичем, бывшим своим заместителем по тылу, он мог говорить откровенно. Знал: не выдаст, не предаст. Несколько раз Антипенко писал в Президиум ЦК и Брежневу. Писал смело. Не просил, а требовал реабилитации боевого товарища и друга: "Приближается 20-я годовщина победы над фашистской Германией. У миллионов людей естественно возникает вопрос — долго ли будет продолжаться состояние дискриминации одного из прославленных советских полководцев Маршала Советского Союза тов. ЖУКОВА Г. К., заслуги которого перед народом в минувшей войне трудно переоценить?

Имя Жукова произносилось и поныне произносится советскими людьми с большой любовью, несмотря на самую "сгущённую" и порой надуманную ситуацию.

Иностранная печать и радио явно перебарщивают в прославлении своих, часто незадачливых военачальников периода минувшей войны, но даже и там имя Жукова занимает подобающее место. Советская же печать и радио как бы предали забвению имя этого заслуженного человека, что вызывает ещё большее недоумение и возмущение.

Политическая реабилитация Маршала Советского Союза Жукова Г. К., которой ждут миллионы людей, прозвучала бы на весь мир как долгожданное восстановление справедливости".

На даче в Сосновке к тому времени полноправной хозяйкой стала Галина Александровна. В Москву Жуков по-прежнему отправлял порученца Ивана Прядухина. Тот вспоминал: "Мне приходилось возить продукты из жуковской дачи в Сосновке в Москву к первой жене Георгия Константиновича Александре Диевне. Она спрашивала: "Как там живёт Георгий Константинович?" В свою очередь Галина Александровна тоже выведывала: "Как там?" Моя дежурная фраза: "Не знаю" вызывала женские упрёки: "Всё не знаешь и не знаешь…".

Хозяин дачи стал много возиться с землёй. Всколыхнулось родовое, мужицкое. Пересаживал, делил кустарники, сажал клубнику. Во всём знал толк. Когда Иван Прядухин привёз саженцы молодой клубники, с восхищением посмотрел на них и спросил:

— Где такой хороший сорт достал?

— На выставке.

Яблоневый сад занимал два гектара — 200 деревьев различных сортов. За садом присматривали специальные работники, знавшие толк в садовом деле. Но хозяин во всё вникал сам. Порой торопил то с обрезкой, то с побелкой штамбов, то с опрыскиванием от вредителей: "Зимой сани не готовят…"

С некоторых пор Жуков стал ценить тишину и немногословие домашних. Даже Галине Александровне мог сказать: "В двух словах можно изъясниться, а ты тарахтишь…" И Прядухину: "Короче, Иван Александрович. Мог бы в дороге в машине обдумать, что говорить".

Похоже, Жуков наслаждался тем, что наступила пора в его жизни, когда можно спокойно подумать, что никакой порученец не окликнет тебя срочно подойти к телефону на звонок Верховного, министра, Генерального секретаря…

Галина Александровна после декретного отпуска вышла на работу. Жуков, ещё будучи министром обороны, устроил её в госпиталь им. Бурденко. Выхлопотал квартиру на улице Горького. Галина перевезла к себе мать Клавдию Евгеньевну. Теперь Клавдия Евгеньевна нянчила внучку Машу.

Жуков пытался привести в порядок, так сказать, юридическую часть своих семейных отношений. Надо было зарегистрировать брак с Галиной Александровной. Но Александра Диевна не давала развод. По-женски, видимо, ещё надеялась, что муж одумается и вернётся к ней.

Маршальскую квартиру в доме на улице Грановского Александра Диевна разменяла. Летом жила на даче в Лесном городке. Её Жуков купил для Галины Александровны. Но потом решил остаться в Сосновке. А дом в Лесном городке отдал первой семье. Кроме того, выплачивал Александре Диевне ежемесячно 200 рублей и передал кремлёвскую продовольственную карточку. Продовольственную карточку отоваривал Иван Прядухин и сразу же пакеты с продуктами увозил Александре Диевне.

Откровенничать Жуков мог только с самыми близкими — с женой, Крюковым и Руслановой. И то — во время прогулок по саду и в лесу. Дача была нашпигована "жучками", и он об этом знал. Это, конечно, раздражало. Заметил: в доме даже думать было тесно, неуютно — как будто что-то давило, угнетало. С одной стороны — жил затворником ("Я нигде не бываю, вообще ушёл от мира сего и живу в одиночестве…"), с другой — как в прозрачном аквариуме…

Время от времени звонили из газет и журналов, просили о встрече для интервью. В том числе иностранные журналисты. Жуков отказывал.

Не заживала рана от публикаций, которые посыпались сразу после пленума. Секретное постановление ЦК КПСС "Об улучшении партийно-политической работы в Советской Армии и Флоте" от 29 октября 1957 года как закрытое письмо ЦК зачитывали на партийных собраниях во всех армейских и флотских партийных организациях, на предприятиях, во всех учреждениях, колхозах и совхозах.

Партийцы есть партийцы. Сразу по прочтении закрытого письма в газеты пошли их отзывы. Негодовали. Поддерживали линию партии: "…т. Жуков Г. К. не оправдал оказанного ему партией доверия. Он оказался политически несостоятельным деятелем, склонным к авантюризму как в понимании важнейших задач внешней политики Советского Союза, так и в руководстве Министерством обороны". Через строки партийного документа, спущенного в низовые партийные организации, проглядывал этакий батька Махно с троцкистским уклоном…

"Правда", "Известия", "Красная звезда", областные, краевые и республиканские газеты — все старались не отстать и пнуть побольнее. Даже на родине.

Газеты Жуков в руки не брал долгое время.

Отмашку к началу травли дала флагманская "Правда". В секретариате ЦК быстро заготовили текст статьи под названием "Сила Советской армии и Флота — в руководстве партии, в неразрывной связи с народом". Основная суть: Жуков — зарвавшийся бонапартист, наделавший много ошибок в руководстве вооружёнными силами Советского Союза, и главной его ошибкой стала недооценка роли партии в победах армии. Хрущёв нашел подходящую кандидатуру на авторство — Конев! Вот кто подпишет статью!

На Параде Победы маршал Жуков допустил две ошибки

Хоть Иван Степанович и заверяет, что он не друг Жукову, но в Министерстве обороны маршалы заправляли дружной парой. И было время, когда Жуков предлагал на должность министра МВД Конева. Вдвоём бы эти покорители Берлина дел наворотили… Хрущёв потирал руки — сюжетец он придумал классический.

Статью нарочным послали маршалу Коневу. Тот сперва заартачился. Потом, когда припёрли, попросил время, чтобы прочитать и внести некоторые правки.

Говорят, Конев просидел над статьёй всю ночь.

Хрущёву постоянно докладывали: сидит, правит. "Старайся, не старайся, всё равно статья завтра выйдет за твоей подписью", — злорадствовал Никита Сергеевич.

Когда подписанный Коневым текст привезли в Кремль, Хрущёв позвонил "автору" и сказал:

— Завтра в "Правде" читай свою статью. И без фокусов. Понял?

Говорят, что в печать пошёл не тот вариант, над которым работал Конев, а тот, который был заготовлен в секретариате ЦК.

Вскоре после публикации Жуков и Конев встретились на улице. Конев, чувствуя вину, извинился.

— Ну раз так, Иван Степанович, напиши опровержение! — предложил Жуков.

— Георгий Константинович, ты же понимаешь, что это невозможно. Не напечатают. Это ведь решение партии, в нашей стране это закон.

Вскоре Хрущёв уберёт и Конева. Для него он был человеком Жукова.

Когда победители делили лавры, Хрущёв, довольный исходом схватки и в порыве благодарности маршалу за спасение, высказал слова благодарности за наведение должного порядка и дисциплины в Министерстве обороны.

— Вот бы нам ещё и в МВД порядок навести, — сказал Никита Сергеевич, — да нет подходящего человека.

— Есть такой человек! — простодушно и по-солдатски мгновенно отреагировал Жуков.

— Кто? — спросил Хрущёв.

— Мой заместитель — Конев.

Ещё тогда Хрущёв призадумался: танки, обращение к армии и народу, а тут ещё и, похоже, заранее подготовленная кандидатура на пост второго силового ведомства, значит, и об этом он думает…

Трудно теперь сказать, кого из маршалов больше угнетала та статья в "Правде", которую можно было расценивать как предательство. Конев до конца жизни мучился от своего малодушия. Жуков негодовал. Предательство! И кто предал?

Но всё же они помирились.

В декабре 1968 года Конев праздновал своё семидесятилетие. Был приглашён и Жуков. Свои дни рождения Иван Степанович отмечал каждый год и всегда приглашал своих боевых товарищей. Но Жуков приглашения с некоторых пор не принимал. А тут — приехал! Маршалы обнялись. Слёзы стояли в их глазах.

В параде участвовали 24 маршала, 249 генералов, 2536 офицеров, 31 116 рядовых, сержантов. По Красной площади прошло более 1850 единиц военной техники.

1. Парад Победы принимал маршал Георгий Константинович Жуков, а не Сталин. За неделю до дня парада Сталин вызвал Жукова к себе на дачу и спросил, не разучился ли маршал ездить верхом. Ему-то всё больше на штабных автомобилях приходится ездить. Жуков ответил, что не разучился и в свободную минуту старается ездить верхом.
– Вот что, – сказал верховный, – вам придется принимать Парад Победы. Командовать парадом будет Рокоссовский.
Жуков удивился, но виду не подал:

– Спасибо за такую честь, но не лучше ли парад принимать Вам?

А Сталин ему:

– Я уже стар принимать парады. Принимайте Вы, Вы помоложе.

На следующий день Жуков поехал на Центральный аэродром на бывшей Ходынке – там проходила репетиция парада – и встретился с Василием, сыном Сталина. И вот тут-то Василий маршала и изумил. По секрету рассказал, что отец сам собирался принимать парад. Приказал маршалу Буденному приготовить подходящего коня и поехал в Хамовники, в главный армейский манеж верховой езды на Чудовке, как назывался тогда Комсомольский проспект. Там армейские кавалеристы обустроили свой великолепный манеж – огромный, высокий зал, весь в больших зеркалах. Именно сюда 16 июня 1945 года приехал Сталин тряхнуть стариной и проверить, не утратились ли со временем навыки джигита. По знаку Буденного подвели белоснежного скакуна и помогли Сталину водрузиться в седло. Собрав поводья в левой руке, которая всегда оставалась согнутой в локте и лишь наполовину действующей, из-за чего злые языки соратников по партии называли вождя «Сухоруким», Сталин пришпорил норовистого скакуна – и тот рванул с места…
Всадник вывалился из седла и, несмотря на толстый слой опилок, больно ударился боком и головой… К нему все кинулись, помогли подняться. Буденный, человек неробкий, со страхом глядел на вождя… Но обошлось без последствий.

2. Знамя Победы, привезенное в Москву 20 июня 1945 года, должны были пронести по Красной площади. И расчет знаменщиков специально тренировался. Хранитель Знамени в Музее Советской Армии А. Дементьев утверждал: водрузившие его над рейхстагом и откомандированные в Москву знаменосец Неустроев и его ассистенты Егоров, Кантария и Берест прошли на репетиции крайне неудачно – на войне им было не до строевой подготовки. У того же Неустроева к 22 годам было пять ранений, ноги были повреждены. Назначать других знаменосцев – нелепо, да и поздно. Жуков решил Знамя не выносить. Поэтому, вопреки распространенному мнению, Знамени на Параде Победы не было. Первый раз Знамя выносили на парад в 1965 году.

3. Не раз возникал вопрос: почему у Знамени не хватает полосы длиной 73 и шириной 3 сантиметра, ведь полотнища всех штурмовых флагов нарезались одного размера? Есть две версии. Первая: полоску оборвал и взял на память 2 мая 1945 года бывший на крыше рейхстага рядовой Александр Харьков, наводчик «катюши» из 92-го гвардейского минометного полка. Но откуда ему было знать, что именно это, одно из нескольких, ситцевое полотнище станет Знаменем Победы?
Вторая версия: Знамя хранилось в политотделе 150-й стрелковой дивизии. В основном там работали женщины, которых летом 1945 года начали демобилизовывать. Они решили оставить себе сувенир на память, отрезали полоску и поделили на кусочки. Эта версия наиболее вероятна: в начале 70-х в Музей Советской Армии пришла женщина, рассказала эту историю и показала свой лоскуток.

4. Все видели кадры, как к подножию Мавзолея бросают фашистские знамена. Но любопытно, что 200 знамен и штандартов разгромленных немецких частей бойцы несли в перчатках, подчеркивая то, что даже в руки древки этих штандартов брать омерзительно. И бросали на специальный помост, чтобы штандарты не коснулись мостовой Красной площади. Первым швырнули личный штандарт Гитлера, последним – знамя армии Власова. А вечером того же дня помост и все перчатки были сожжены.

 

5. Директива о подготовке к параду ушла в войска за месяц, еще в конце мая. А точная дата парада определялась временем, необходимым швейным фабрикам Москвы для шитья 10-ти тысяч комплектов парадного обмундирования для солдат, и сроками пошива в ателье мундиров для офицеров и генералов.

6. Чтобы участвовать в Параде Победы, надо было пройти жесткий отбор: учитывались не только подвиги и заслуги, но и вид, соответствующий облику воина-победителя, и чтобы ростом воин был не менее 170 см. Недаром в кинохронике все участники парада – просто красавцы, особенно летчики. Отправляясь в Москву, счастливчики еще не знали, что им предстоит по 10 часов в день заниматься строевой ради трех с половиной минут безукоризненного марша по Красной площади.

7. За пятнадцать минут до начала парада пошел дождь, перешедший в ливень. Распогодилось только к вечеру. Из-за этого воздушную часть парада отменили. Стоявший на трибуне Мавзолея Сталин был одет в плащ и резиновые боты – по погоде. А вот маршалы вымокли насквозь. Промокший парадный мундир Рокоссовского, когда высох, сел так, что снять его оказалось невозможно – пришлось распарывать.

8. Уцелела парадная речь Жукова. Интересно, что на ее полях кто-то тщательно расписал все интонации, с которыми маршал должен был произнести этот текст.

конь маршала Жукова

Самые интересные пометки: «тише, суровее» – на словах: «Четыре года назад немецко-фашистские полчища разбойничьи напали на нашу страну»; «громче, с нарастанием» – на жирно подчеркнутой фразе: «Красная Армия под водительством своего гениального полководца перешла в решительное наступление». А вот: «тише, проникновеннее» – начиная с предложения «Победу мы завоевали ценой тяжелых жертв».

9. Мало кому известно, что эпохальных парадов в 1945 году было четыре. Первым по значимости, несомненно, является Парад Победы 24 июня 1945 года на Красной площади в Москве. Парад советских войск в Берлине состоялся 4 мая 1945 года у Бранденбургских ворот, принимал его военный комендант Берлина генерал Н. Берзарин.
Парад Победы союзных войск в Берлине устроили 7 сентября 1945 года. Это было предложение Жукова после московского Парада Победы. От каждой союзной нации участвовали сводный полк в тысячу человек и бронетанковые части. Но всеобщее восхищение вызвали 52 танка ИС-2 из нашей 2-й гвардейской танковой армии.
Парад Победы советских войск в Харбине 16 сентября 1945 года напоминал первый парад в Берлине: наши воины шли в полевой форме. Танки и САУ замыкали колонну.

10. После парада 24 июня 1945 года День Победы широко не праздновался и был обычным рабочим днем. Только в 1965 году День Победы стал праздничным выходным днем. После распада СССР Парады Победы не проводились до 1995 года.

 

11) Почему на Параде Победы 24 июня 1945 года одну собаку несли на руках на сталинской шинели?

Во время Второй мировой войны разминировать объекты сапёрам активно помогали дрессированные собаки. Одна из них по кличке Джульбарс обнаружила при разминировании участков в европейских странах в последний год войны 7468 мин и более 150 снарядов. Незадолго до Парада Победы в Москве 24 июня Джульбарс получил ранение и не мог пройти в составе школы военных собак. Тогда Сталин приказал нести пса по Красной площади на своей шинели.

От Вомбат
К All
Дата 01.08.2007 17:42:26
Рубрики Прочее; WWII; Армия;

Есть ли данные — что за конь, как звали, какому подразделению принадлежал, куда потом делся?

От Вадим Воскобойников
К Вомбат (01.08.2007 17:42:26)
Дата 01.08.2007 20:24:51

Уважаемые ALL,
>Есть ли данные — что за конь, как звали, какому подразделению принадлежал, куда потом делся?

Вот почитайте

Белый конь Великой победы

Издание: Ахалтеке-Ифнорм 2005
Автор: Инна Суходольская

К середине XX века кавалерия отслужила свое. И, тем не менее, Сталин ежегодно требовал ее присутствия на парадах в конном строю. Хотя ему давно уже советовали выезд военачальников проводить не верхом, а в машинах, он всегда отказывался, произнося: «Не будем отменять хорошую традицию». Он строго и бережно сохранял этот красивый ритуал – военные парады в Москве. Во-первых, он хорошо понимал, что выезд полководца верхом на коне производит куда более сильное эмоциональное воздействие на войска и всех окружающих, чем выезд на автомашине, как бы она не блестела. А во-вторых, верховой выезд символизировал героику революции и гражданской войны, участником которых был сам Сталин.

Не так-то просто проехать верхом по брусчатке по Красной площади под гром военного оркестра, произвести все необходимые по протоколу передвижения, поэтому многие военачальники старательно избегали подобного участия в парадах. Нужно было умело и крепко сидеть в седле, правильно управлять конем, строго соблюдать темп и скорость движения манежным галопом для того, чтобы секунда в секунду, одновременно, на виду у всех встретиться перед Мавзолеем и точно выполнить по времени график объезда войск; уметь в строго определенном месте остановить коня и, после приветствия, мгновенно двинуться дальше тем же манежным галопом до следующей точки. После смерти Сталина в одночасье было решено заменить лошадей автомобилями и избавиться от трудностей и волнений при объезде войск, требовавшего смелости, настоящего умения и отваги от проводящих его полководцев, какими были: А. И. Антонов, Г. К. Жуков, А. М. Василевский, К. К. Рокоссовский, И. Х. Баграмян и герои гражданской войны – К. Е. Ворошилов, С. М. Буденный, С. К. Тимошенко, И. В. Тюленев и другие. Именно им было доверено принимать и проводить парады, имеющие такое символическое значение для страны.

Маршал Жуков принимает парад

За всю историю парадов Сталин только дважды оказался недоволен поведением лошадей под военачальниками. Он никогда не вмешивался в порядок проведения и не диктовал условий по выбору мастей лошадей для парада. Один-единственный раз, именно в Парад Победы, он сказал Г. К. Жукову, чтобы тот проехал на необычной лошади, серебристо-белой масти, которая с незапамятных времен символизирует Победу и Славу. Он придавал такое значение именно этому моменту, утверждающему главную роль Великой страны в Великой Победе, что уже позже, в 1947 году, не разрешил Буденному выехать на очередной парад на белой лошади.

Парад Победы, проведенный на Красной площади Москвы 24 июня 1945 года, вошел в историю не только нашей страны, но и в мировую историю как яркая демонстрация силы и могущества Советского Союза, как триумф доблести и героизма его народа и Вооруженных сил.

жер. Араб, сер., 1930г.р.

Для маршала Г.

На каком жеребце маршал Жуков принимал парад Победы?

К. Жукова и его адъютанта генерала П. П. Зеленского были подобраны две сияюще-белые лошади, а для маршала К. К. Рокоссовского и его ординарца – две темные, караковые. Под Рокоссовским был крупный и нарядный высококровный Полюс (от Партфоора) конного завода имени К. Е. Ворошилова из Сальских степей. Адъютант Рокоссовского, подполковник Клыков, ехал на тракененском Орлёнке.

Кто же были белые лошади Великой Победы, в особенности роскошный конь под маршалом Жуковым? Дело в том, что вопрос этот не так очевиден. Когда в конюшню Манежа Советской Армии приехал генерал А. И. Антонов, в денниках стояли всего три белые лошади. Первые две – Целебес и Цветок, полубратья по отцу Цилиндру стрелецкой крови, Терского конного завода. Оба жеребца были прекрасно выезжены, но для главнокомандующего все же были несколько мелковаты. Ординарцу Жукова был назначен Целебес. А для маршала пришлось срочно искать более фактурную и крупную лошадь. После упорных поисков в кавалерийском полку на Хорошевском шоссе столицы наткнулись на подходящего жеребца по кличке Кумир. Его привезли в Манеж и дали попробовать под седлом Г. К. Жукову, который прекрасно владел приемами верховой езды. С этого момента в истории белой лошади под великим маршалом начинается путаница и умолчания. Профессор И. Ф. Бобылев многократно повторял, что по происхождению Кумир был арабо-доно-кабардинец из Терского конного завода. Осталось покрытым мраком, куда же делась столь знаменитая лошадь вскоре после парада Победы. Больше о ней никогда, никто ничего не слышал. В 80-х годах, когда возникли споры о лошади под главнокомандующим, и к Бобылеву впрямую обратились с вопросом, то получили ответ, что после парада было много суеты, не уследили, как и по каким документам Кумир ушел с конюшни. Это в сталинские-то времена незаметно рассосалась лошадь принимавшего Парад Победы?

жер. Араб под седлом Левина

До 80-х годов все старые конники – кто знал, кто помнил, кто был уверен, что по Красной площади Жуков ехал на знаменитом ахалтекинце Казбеке. Это настолько не вызывало ни у кого сомнения, что когда в 1983 году из уст Бобылева и Туркина появилась кличка Кумир, то это вызвало массу недоумений. Большую роль в расследовании сыграла сотрудник Музея коневодства МСХА имени К. А. Тимирязева Ю. Н. Кузнецова, став одним из заинтересованных исследователей. На собранные ею материалы мы и будем, в основном, опираться. Она успела застать в живых и самого Бобылева, и других свидетелей интересующих нас событий. В частности, известный спортсмен и тренер Н. А. Ситько, выступавший на лошадях Терского конного завода (Цесар и др.) подтвердил, что все лошади этого завода имели на бедре крупное горячее тавро – большую письменную букву «Т» с волнистой верхней перекладиной, которая на белых лошадях смотрелась отчетливо черной. Ни на одной фотографии, ни с одного бока, как и по словам очевидцев, на коне Жукова тавра не было. (Отметим, ахалтекинцев никогда не таврили). Александра Михайловна Левина, к этому времени вдова заслуженного мастера спорта Елизара Львовича Левина, выступавшего на Казбеке на Всесоюзных и других крупных соревнованиях, также как и бывший директор Луговского конного завода В. В. Иванов, была абсолютно уверена, что это Казбек участвовал знаменитом параде.

Кто же такой этот таинственный Казбек, что за история вокруг его имени?

Ахалтекинский жеребец Араб, серой масти родился в 1930 году в Туркмении в колхозе им. К. Е. Ворошилова от Аг Ишана и Ата Гуш. Он был участником легендарного пробега Ашхабад – Москва, совершенного в 1935 году, после которого, по прибытии в Москву, был подарен С. М. Буденному. С этого года, поступив на своеобразную службу в Советскую Армию, он перестал носить кличку Араб и стал Казбеком, поскольку до сих пор в войсковых соединениях лошадям для удобства учета присваивают клички по году поступления в часть, в 1935 году это была буква «К». Счет спортивных успехов Араба-Казбека начался с 1938 года и продолжился до 1947 года, когда он, уже 17-летний, на Всесоюзных соревнованиях выиграл свой последний конкур на «Кубок СССР». Надо отдать должное его выносливости, крепости конституции и мастерству его тренера Е. Л. Левина, который развил в Арабе-Казбеке многочисленные таланты. Араб всегда был первым и в дистанционных пробегах, и в преодолении препятствий и в «Первенстве строевой лошади», были и такие соревнования, куда входили конкур, манежная езда и полевые испытания; с удовольствием выполнял элементы высшей школы верховой езды.

В 1947 году его отправили в Казахстан, в Джамбулский конный завод в качестве производителя. И здесь он проявил свой талант, став основателем собственной линии в породе, оставив много отличных лошадей, в том числе великолепного продолжателя линии, феноменального Абсента – чемпиона и призера по выездке трех Олимпийских игр.

В 1945 году Арабу-Казбеку было 15 лет. На фотографии той поры видно, что это прекрасно обмускуленная, крепкая, довольно крупная, совершенно белая лошадь. Правда, очень мало похожая на ахалтекинца, разве что с более высоким выходом шеи и, по свидетельству очевидцев, на красивых движениях. Что касается малой похожести на ахалтекинца: не секрет, что в породе имеется несколько внутрипородных типов, в том числе и массивный, к которому Араб и принадлежал.

Именно Казбек (Араб) был той самой третьей белой лошадью, стоявшей перед парадом в конюшне Манежа. И. Ф. Бобылев в своей книге «Всадники с Красной площади» (М. 2000г.) признает как это, так и то, что С. М. Буденный был весьма высокого мнения об этом жеребце. Несколькими страницами позже автор признается, что в Манеже периодически возникали интриги из-за наиболее интересных лошадей, а потом называет Казбека рядовой офицерской лошадью, что никак не вяжется с его послужным списком. Мы не знаем, почему Казбека сразу не показали главнокомандующему, но по данным других свидетелей грубоватый кавалерийский Кумир не очень понравился Жукову, и он пошел по конюшне смотреть других лошадей. Когда по его указанию ему подседлали серебристого ветерана, и тот под умелой рукой повел себя, как положено достойной, действительно хорошо выезженной лошади, Жуков сразу остановил свой выбор на нем. Жукову вообще нравились ахалтекинцы. И есть большая вероятность, что именно на Казбеке ровно в 10 часов утра в день парада через Спасские ворота Кремля выехал на Красную площадь этот выходец из легендарной Красной Кавалерии, командовавший в прошлом от конного эскадрона до кавалерийского корпуса, а ныне принимающий Парад Победы Великого народа.

Не будем забывать, какое тогда было время – ошибка в выборе коня для главнокомандующего, его неудовольствие могли стоить сотрудникам Манежа работы, а может и более того. Может быть поэтому какие-то факты были изменены, а сам Кумир быстро исчез из поля зрения.

Это вторая и, видимо, самая обоснованная версия о белой лошади маршала. Существуют и несколько других, не имеющих пока под собой документального подтверждения или опровержения. Так, в журнале «Огонек» за 1986 г. №28, стр. 13 Ю. Христинин в статье «Конь маршала» пишет о терской лошади по кличке «Цепкий», Т. Пономарева в брошюре «Арабские лошади на Ставрополье», «Кавказская здравница», 1988г. пишет: «Эталоном терской породы можно назвать белоснежного жеребца «Символа», на котором маршал Жуков принимал на Красной площади исторический парад Победы, а в газете «Сельская жизнь» за 1988 г. лошадью маршала назван некий «Салют».

Может быть, Кремлевские архивы хранят все-таки правду о таком значительном историческом факте, как Белая Лошадь Великой Победы. Может быть, кому-то удастся найти эти данные и раз и навсегда назвать своим именем Прекрасный Символ под седлом Большого Полководца.

С Уважением, Вадим http://www.rkka.ru/iuniform

Дата 02.08.2007 10:02:20

> За всю историю парадов Сталин только дважды оказался недоволен поведением лошадей под военачальниками. Он никогда не вмешивался в порядок проведения и не диктовал условий по выбору мастей лошадей для парада. Один-единственный раз, именно в Парад Победы, он сказал Г. К. Жукову, чтобы тот проехал на необычной лошади, серебристо-белой масти, которая с незапамятных времен символизирует Победу и Славу. Он придавал такое значение именно этому моменту, утверждающему главную роль Великой страны в Великой Победе, что уже позже, в 1947 году, не разрешил Буденному выехать на очередной парад на белой лошади.

Вексиллумы (так вроде бы) Фронтов, специальная парадная форма со множеством различных элементов, кидание поверженных реликвий под Мавзолей; и вообще — проход тысяч Победителей. Действительно, чем-то мистическим отдаёт.

Дата 02.08.2007 10:02:06

Получил огромное удовольствие от прочтения. Большое спасибо. Кстати, странно, что автором упомянуто, что Жуков не просто "отлично владел приёмами верховой езды", но и воевал в кавалерии.

СВАН

Дата 01.08.2007 21:03:37

Новую биографию Маршала Победы — Георгия Константиновича Жукова отличает от предшествующих то, что её автору удалось буквально вжиться в образ своего героя, не только правдиво показать его полководческий дар, но и максимально приблизиться к нему как к человеку. Жизнелюб и хват-командир, стойкий солдат и верный друг, заботливый муж, отец и брат, воин, который не робел перед Сталиным и не боялся вступить в схватку с самой мощной военной машиной в Европе в 30-40-е годы XX века — армией фашистской Германии. Герой, который познал триумф и опалу, любовь и предательство, всю свою жизнь посвятил Отечеству.

Сергей Михеенков
ЖУКОВ. МАРШАЛ НА БЕЛОМ КОНЕ

Ах, как трудно всё на свете:

Служба, жизнь, зима,

Александр Твардовский

"Отчего бы тому, кто готовил тебя к смерти, жалеть тебя, сержант?"

Антуан де Сент-Экзюпери

Благодарю за помощь в работе над книгой земляков маршала Г. К. Жукова Маргариту Александровну Фёдорову, Валерия Васильевича Михалёва, Николая Ивановича Яшкина, а также председателя Фонда Г. К. Жукова полковника Анатолия Абрамовича Войтенко (Екатеринбург) и полковника в отставке, ветерана Великой Отечественной войны, кандидата технических наук Валентина Александровича Олейника (Москва).

ЧАСТЬ I
РОЖДЕНИЕ ПОЛКОВОДЦА

Глава первая
Родина. Текущая река

"Я был упрям…"

Маршал стоял над рекой и пристально наблюдал за её течением. Берега в этом месте будто стискивали Протву, и стремя реки, подчиняясь теснине песчано-каменистых осыпей, бугрилось рябью нервных воронок, с урчанием крутило тугие жгуты и стремительно уносилось за излучину. Там, за поворотом, река текла вольнее, шире, спокойнее. Там начинались купальные места и сенокосы, которые испокон веку принадлежали жителям Огуби, Костинки и родной деревни маршала Стрелковки. Или Стрелковщины, как, по местным преданиям, некогда называли эту небольшую приречную деревушку уральские мастера, которые отливали в Угодском Заводе чугунные пушки, а возле реки обстреливали их усиленными зарядами.

Песчаные берега только выглядели податливыми, на самом деле они как неприступные твердыни смиряли своенравный ток реки своим вековым покоем. Они и тогда, в пору детства маршала, были такими же.

Впереди, в километре выше по течению, лежала его родная деревня, его милая сердцу Стрелковка. Позади, за спиной, тоже недалеко, родина его матери — деревня Чёрная Грязь.

«В личных целях стремится чаще бывать в войсках»

Он стоял сейчас словно между двумя родниками, живыми, покуда ещё сильными, и чувствовал их земное биение и ток. Видимо, так и чувствуют родину, подумал он.

Вид текущей воды завораживал. Маршал не мог оторвать глаз от этой вековой борьбы реки и берегов. Но он-то знал, что есть в этом соперничестве некая высшая гармония. Именно она и успокаивала взгляд, умиротворяла душу.

Чуть выше, на пригорке, под берёзами виднелась череда окопов. Окопы пехотные. По очертаниям и характеру расположения — немецкие. Война дошла до его родины в октябре 1941-го. Той осенью он пережил многое. Как тогда ему казалось, многое смог понять и оценить. Во многом разуверился. В чём-то, наоборот, укрепился.

Маршал оглянулся на берёзы. Немолодые. Снизу кора разошлась в глубоких чёрных морщинах и наростах. Вверху — белые, словно в седине своих лет. Должно быть, его ровесницы. В детстве он их здесь не видел. Нет, не помнит, чтобы здесь начинался лес или были какие-то заросли. Раньше от его деревни до Высокиничей в пойме ничего не росло, кроме травы. Сплошные сенокосы. И ему, как и всем подросткам из окрестных деревень, приходилось здесь и косить, и сушить сено, и стоговать, и накладывать на телегу высокие возы…

Да, сколько воды утекло с тех пор… Сколько лет… И казалось, душа его устремилась туда же, вслед за струящимся потоком. От истоков к устью. От рождения к неизбежному исходу. Да, думал он, жизнь быстротечна. Давно ли стоял где-нибудь у такой же излучины его дед или прадед и наблюдал за игрой реки, любовался её тишиной и ладом? Уйдём и мы, думал маршал, а придут сюда следующие поколения… Какими они будут? Не растеряют ли родовых черт, самых главных, становых признаков народа, который основательно заселил эту землю, старательно возделывал её и оборонял?

Свидание с родиной, тем более по прошествии стольких лет, считай, всей жизни, рождает в человеческой душе чувства смутные. Всё в ней колышется и движется куда-то. Как в реке. Только река знает, куда течёт. Всё в её жизненном токе определено природой, рельефом и временем. А в душе человеческой всё смутно и необъяснимо сложно. Ничего она, душа, не знает. Ни покоя, ни того, куда несёт человека его судьба и где приткнётся. Да и незачем ей знать. И тогда выходит, что и жизнь человека, изломы его судьбы и медленные излучины действительно сродни реке. Вот такой, как река его детства. Река родины.

Крестили Георгия Жукова в Никольской церкви села Угодский Завод Малоярославецкого уезда Калужской губернии. Церковь стояла на Угодском погосте близ братской могилы казаков, умерших от ран в здешнем лазарете после Тарутинского сражения в октябре 1812 года. Крестил приходской батюшка Василий Всесвятский. По совершении обряда в метрической книге сделали обычную запись, из которой явствовало, что младенцу дано имя Георгий, что рождён он в 1896 году 19 ноября, что крещён 20-го, а родители его "деревни Стрелковки крестьянин Константин Артемьев Жуков и его законная жена Иустина Артемьева, оба православного вероисповедания".

Крёстными родителями младенца стали крестьянин села Угодский Завод Кирилл Иванович Сорокин и "крестьянская девица" Татьяна Ивановна Петина.

В тот год в приходе родилось 65 мальчиков и 82 девочки. Причём Жуковых появилось на свет пятеро. Дети родились во всех пяти стрелковских дворах, носивших фамилию Жуковы.

О родителях будущего маршала следует привести некоторые подробности. Потому что история отца и матери нашего героя стала предметом серьёзных раздоров историков и биографов.

Споры и кривотолки пошли вот откуда: доподлинно остаётся неизвестным происхождение отца — Константина Артемьевича Жукова. Семейное предание гласит, что в деревне Стрелковке на левом берегу Протвы жила бедная бездетная вдова Аннушка Жукова… "Чтобы скрасить своё одиночество, — пишет в своих мемуарах маршал, — она взяла из приюта двухлетнего мальчика — моего отца. Кто были его настоящие родители, никто сказать не мог, да и отец потом не старался узнать свою родословную. Известно только, что мальчика в возрасте трёх месяцев оставила на пороге сиротского дома какая-то женщина, приложив записку: "Сына моего зовите Константином" Что заставило бедную женщину бросить ребёнка на крыльцо приюта, сказать невозможно. Вряд ли она пошла на это из-за отсутствия материнских чувств, скорее всего — по причине своего безвыходно тяжёлого положения".

Как пишет далее Жуков, дом вдовы Аннушки, где родились и все её внуки, в том числе и Георгий, стоял посреди деревни. "Был он очень старый и одним углом крепко осел в землю. От времени стены и крыша обросли мохом и травой. Была в доме всего одна комната в два окна". Кем и когда был построен дом Жуковых, никто не знал.

Как вспоминал сам маршал, все пять дворов стрелковских Жуковых роднёй друг другу не доводились, даже дальней. Крестьяне Малоярославецкого уезда Калужской губернии свои фамилии обрели, как и большинство окрестных, после отмены крепостного права. Кто выбирал, когда записывали, а кому и просто назначили.

Аннушка умерла, когда её приёмышу едва исполнилось восемь лет. Сына поднять не успела. Снова оставшись сиротой, мальчик пошёл в село Угодский Завод, искать кусок хлеба на пропитание. И — нашёл. Его взял к себе в подмастерья сапожник. Так, через поле и перелесок, и бегал Константин Жуков каждое утро, стараясь не опоздать к началу работы. Вечером возвращался. Через три года, вступив в пору отрочества, попал он в Москву и там устроился в обувную мастерскую Вейса. Испокон веков жители подмосковных городков и селений искали в богатой Москве заработок и хорошую жизнь. И порой находили и то и другое. Оборотистый и предприимчивый немец открыл собственный магазин модельной обуви, и дела у предприятия шли неплохо. Со временем из Константина получился хороший мастер. Встав на ноги, он в 1870 году женился. В жёны ему высватали "крестьянскую дочь Анну Иванову" из той же деревни Стрелковки. У них родились сыновья — Григорий (1874) и Василий (1884). Младший вскоре умер. А в 1892 году умерла от скоротечной чахотки Анна Ивановна. Константин Артемьевич остался вдовцом.

Кстати, происхождение его отчества остаётся невыясненным. Вероятнее всего, оно выбрано произвольно.

Георгий Константинович Жуков

Фотоальбом

Редкий снимок. Когда привезли Егора в Москву на обучение.

Георгий Жуков и брат матери скорняк Михаил Пилихин.

В 1916 году Г.К.Жуков в чине унтер-офицера попадает на Западный фронт.

Г.К.Жуков. 1923 год.
Командир 39-го Бузулукского кавалерийского полка
7-й Самарской кавалерийской дивизии.

С 1920 года Г.К.Жуков женат.
Александра Диевна работала в деревенской школе.

Г.К.Жуков в Ленинграде на кавалерийских курсах.

Г.К.Жуков с женой Александрой Диевной.

Г.К.Жуков. 1930 год.

Г.К.Жуков комбриг — командир Донской казачьей дивизии. 1935 год.

Г.К.Жуков. Халхин-Гол.

Г.К.Жуков. Халхин-Гол.

Г.К.Жуков.

М.С.Никишев, Н.Н.Воронов, Г.К.Жуков.

Г.К.Жуков.

Г.К.Жуков.

Г.К.Жуков.

Г.К.Жуков.

Г.К.Жуков.

Г.К.Жуков.

Г.К.Жуков с союзниками.

Г.К.Жуков.

Г.К.Жуков и Д.Эйзенхауэр.

Маршал авиации Ф.Я.Фалалеев, генерал армии А.И. Антонов
и Маршал Советского Союза Г.К. Жуков.

Обед в честь Победы после подписания акта о капитуляции.
Слева направо: сэр А.Тэддер, Г.К.Жуков, Д.Эйзенхауэр.
Берлин, 7 мая 1945 года.

Г.К. Жуков с Эйзенхауэром (слева) и Монтгомери (справа).

Г.К. Жуков с дочерьми Эрой и Эллой.

Г.К. Жуков с баяном.

Г.К. Жуков в Варшаве. 5 августа 1945 г.

Г.К. Жуков.

Г.К. Жуков и Н.Г.Кузнецов во время Потсдамской конференции
в качестве военных советников.

А.И. Покрышкин, Г.К. Жуков и И.Н. Кожедуб.

И.В. Сталин и Г.К. Жуков на трибуне мавзолея.

Г.К. Жуков.

Г.К. Жуков и маршал авиации К.А.Вершинин
в дни празднования 800-летия Москвы.
Стадион "Динамо", 1948 г.

Г.К. Жуков за бильярдом.

Г.К. Жуков с Берией.

Г.К. Жуков в своем "полевом кабинете".

Г.К. Жуков в своем "полевом кабинете".

Г.К. Жуков встречается со своими избирателями.
Деревня Галактионовка, Урал, 1950 г..

Представитель Верховного главнокомандования советской армии Г.К.Жуков открывает церемония подписания Акта о безоговорочной капитуляции фашисткой Германии. 8 мая 1945 г.

На трибуне мавзолея: В.Н.

Новости: Лошадь маршала Жукова вызывает нарекания

Меркулов, А.И. Антонов, Г.К. Жуков,
Д. Эйзенхауэр, И.В. Сталин, У.А. Гарриман, М.И. Калинин и др.
Москва, 12 августа 1945 года. Фото М.Калашникова.

Фельдмаршал Монтгомери Б., генерал Эйзенхауэр Д., Маршал Советского Союза Жуков Г.К. и генерал Д де Тассиньи у здания где проходило подписание Декларации о поражении Германии 5 июня 1945 г Место съемки Германия Автор съемки Кнорринг О. (РГАКФД, ед. хр. 0-312419).

Г.К.Жуков и К.К.Рокоссовский в форме польского маршала.

Г.К. Жуков.

Г.К. Жуков.

Г.К. Жуков и П.П.Бажов были избраны в Верховный Совет СССР
от Свердловской области. 12 марта 1950 г.

Г.К. Жуков на рыбалке.

Г.К. Жуков.

Г.К. Жуков — министр обороны в рабочем кабинете. 1956 г.

Г.К. Жуков на борту самолета. 1957 г.

Г.К. Жуков на Тоцком полигоне в Оренбургской области, где под его руководством прошли учения с реальным взрывом атомной бомбы. 1954 г.

Г.К. Жуков в Индии.

Г.К. Жуков и Джавахарлал Неру.

Г.К. Жуков — министр обороны СССР на корабле по пути в Югославию.
Это был его последний морской поход. 1957 г.

Г.К. Жуков с А.Вишневским.

Г.К. Жуков с И.Баграмяном и Н.Антипенко.

Г.К. Жуков с А.Леоновым.

Г.К. Жуков.

Г.К. Жуков с К.Симоновым.

Г.К. Жуков.

Г.К. Жуков.

Г.К. Жуков.

Г.К. Жуков с дочерью Эллой.

Г.К. Жуков с внуком Кириллом.

Г.К. Жуков с дочерью Машей и внучкой Таней.

Г.К. Жуков с дочерью Машей.

Г.К. Жуков с дочерью Машей.

Г.К. Жуков.

Жуков в живописи

Константин Васильев.
Портрет Георгия Жукова.

Василий ЯКОВЛЕВ (1893-1953). Портрет маршала Георгия Жукова.
Репродукция с сайта http://lj.rossia.org/users/john_petrov/ 

Вернуться к главной странице, посвященной Г.К. Жукову

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *