Глава Сербской Православной Церкви (СПЦ) Ириней прокомментировал интенсифицировавшиеся в сентябре переговоры о нормализации отношений между Белградом и Приштиной, посредниками в которых выступают то Вашингтон, то Брюссель. Владыка заявил, что единственным приемлемым решением для СПЦ станет то, при котором Косово продолжит считаться составной частью Сербии.

«Единственное решение, которое Сербская Православная Церковь принимает, — это то, при котором Косово — составная часть Сербии», — заявил Патриарх в интервью «Nova.rs».

О том, чем для сербов является Косово и Метохия (КиМ), какие рассматриваются варианты косовского урегулирования, корреспондент «Российской газеты» поговорил с историком, профессором философского факультета Белградского университета, одним из лидеров Движения по защите КиМ Милошем Ковичем.

Чем является Косово и Метохия для сербов?

Милош Кович: Косово — это главная тема сербской истории. Смерть сербского князя Лазаря и его воинов в битве с турками на Косовом поле в 1389 году сербы еще в тот период восприняли как осознанную жертву «за Веру и Отечество», «за Царство небесное». Этот свободный выбор и готовность жить и умирать за вечные идеалы, за высшую правду, Отечество, двигаться Христовым путем — страдания и воскресения — стали идеальным примером добродетели, которому сербы и до настоящего времени следуют. В историческом плане (косовская) битва проиграна, однако на более глубоком уровне подсознания ее результат воспринимается как победа, потому что жертвы, которые были принесены в ходе нее, стали святыми, вдохновляют и ободряют последующие поколения, придавая смысл коллективному, а также каждому отдельному существованию. Даже во времена атеизма и коммунизма эта архетипическая модель сохраняется. В России эта тема хорошо известна. На современном же Западе, охваченном материализмом, гедонизмом и релятивизмом, она забыта. В Косово и Метохии находятся Косово поле, многочисленные сербские средневековые монастыри, жемчужины духовности и культуры, где хранятся мощи сербских святых. Между ними есть и сербские святыни, имеющие особое мировое историческое значение и в связи с этим находящиеся под защитой ЮНЕСКО монастыри Высокие Дечаны, Печская Патриархия, Богородица Левишка, Грачаница. Именно поэтому сербы воспринимают Косово и Метохию как свою Святую землю, утрата которой сделала бы сербскую историю бессмысленной.

Между тем для нас вопрос Косово и Метохии представляет вопрос морали и человеческой солидарности. В крае и сейчас после нескольких десятилетий этнических чисток сербов и разорения церквей и святынь, чей максимум достигался в 1999 и 2004 годах, проживает около 120 тысяч наших соотечественников. Большинство из них живет в гетто, в недружественном окружении и под постоянными угрозами. Никто из нас не имеет права отдавать их Великой Албании, которую страны НАТО пытаются создать за счет территории Республики Сербии. Какое будущее им там уготовано, может убедиться каждый, кто посетит Албанию, где не признается существование сербов и других национальных меньшинств, а все памятники разрушены или переименованы в албанские. Если мы предадим своих соплеменников и сограждан, если отречемся от своих святынь, то будем ли мы иметь право на какое-либо будущее?

Существует и экономический аспект косовской проблемы. Косово богато рудами. Там располагается комбинат «Трепча», наш экономический, металлургический гигант. Речь идет не только об угле, а, прежде всего, о драгоценных редких металлах. Есть мнение, что это стало главной причиной агрессии НАТО на Сербию в 1999 году. Действительно, военные преступники из 1999 года Уэсли Кларк и Мадлен Олбрайт уже имеют деловое взаимодействие с псевдогосударством Косово, которое они пытаются расширить за счет нашей территории.

Конечно, в данный момент, может быть, наиболее важными становятся аргументы реальной политики. Если мы сдадим Косово и Метохию натовцам и албанским шовинистам, то кто нам гарантирует, что на этом их запросы прекратятся? Каждый, кто следил за историей развала Югославии и СССР, знает, что страны НАТО не сдержали ни одного обещания, данного россиянам и сербам. США все еще пытаются обращаться с нами так же, как с американскими аборигенами. Сербы так и не поняли, что в Республике Сербской Краине шла борьба за Косово и Метохию. Они надеялись, что оставлением Краины будет приобретен мир для Сербии. Многие россияне не ожидали, что после развала СССР НАТО приступит к развалу России. Если же мы откажемся от Косово и Метохии, то какая территория будет следующей? Это только вопрос времени и очередности: Санджак, Ниш, Воеводина или Республика Сербская. Это правило в международных отношениях. Через это проходит любое государство, которое само или по принуждению отказывается от своей территории. Вспомните хотя бы Чехословакию после Мюнхенского соглашения и отказа от Судетов в 1938 году.

Косово и Метохия представляет собой составную часть суверенной территории Республики Сербии, что закреплено в ее конституции и отражено в резолюции Совета Безопасности ООН 1244. Между тем в сентябре делегации Белграда и Приштины при активном содействии Вашингтона и Брюсселю активизировали поиски путей завершения косовского урегулирования.

Милош Кович: Вы правы, Косово и Метохия, в соответствии с сербским и международным правом, это территория Сербии. Это не может ставиться под сомнение. Там необходимо обновить совместное или хотя бы параллельное проживание сербов и албанцев. Это наш долг и трудный путь, не имеющий альтернативы. Ключевым становится верховенство закона, которое должно распространяться на всех независимо от этнического происхождения. Правовая, физическая безопасность и неприкосновенность имущества должны быть обеспечены для всех. Чтобы это произошло, мощь США и НАТО, которые упорно работают над созданием Великой Албании, должна ослабнуть. Мировой баланс сил уже меняется. Для нас ключевым становится дальнейшее усиление России и Китая.

Если перефразировать классика: «Все благополучные страны благополучны одинаково. Каждый территориальный конфликт конфликтен по-своему».
Косово — любимый аргумент сторонников присоединения Крыма и, вообще, «ватников» в геополитических спорах . Но, надо сказать, аргумент весомый. Это уникальный и пока единственный в мире прецедент грубейшего нарушения международного права со стороны ведущих государств. Тех самых, которых принято называть «цивилизованными», на которые, в общем то, ориентируется вся остальная планета. Тот самый принцип нерушимости границ, принятый ООН после Второй мировой войны, и гарантирующий относительный порядок в мире. Он был впервые жёстко нарушен в 2008 году, когда США, Франция, Германия, Великобритания и многие другие признали независимость республики Косово от Сербии. До этого были только мелкие нарушения, не признававшиеся таким большим количеством стран.

Про Косово и ситуацию в нём ходит много мифов и стереотипов. Большинство вообще не заморачивается — ну есть там какое-то Косово и фиг с ним. Многие уверены, что проблема в том, что коварные сербы притесняли и унижали албанцев, и те справедливо поднялись на освободительную борьбу. Ситуация же куда более запутанная и непонятная, чем может показаться.

Во время Югославии Косово входило в состав Сербской социалистической республики, имея свой автономный статус. Однако тогда уже преимущественно была населена албанцами. Фактически, это был аналог АСССР в Советском союзе. Как та же Чечено-Ингушская ССР. При создавшем Югославию Тито в регионе сохранялись некоторые стабильность и спокойствие. Однако уже во второй половине 80-х, тут пошли разброд и шатание, особенно когда Милошевич решил упразднить статус автономных краёв Косова и Воеводины.
Тем не менее, во время распада Югославии Косово продолжало оставаться в том, что от неё оставалось некоторое время. Однако межэтнические конфликты стали нормой и в 1995 году переросли в полноценное противостояние. В войне часто не бывает правых и виноватых, но к чем это привело в 1999 году мы все помним. Почему-то НАТО решило обвинить во всём сербов и стало на этом основании бомбить Белград. К 2008 году страны НАТО решили признать независимость автономной республики на том основании, что албанцы жёстко угнетались сербским большинством и эту независимость выстрадали.

Естественно, Сербия не признала и не собирается признавать независимость Косова. Посему подобный акт признания со стороны ведущих стран был, в общем то, самоуправством. Другой вопрос, что последние годы позиция Сербии по ситуации с Косово довольно вялая — желание интегрироваться в ЕС как-то не позволяет ставить этот вопрос ребром, постоянно его поднимая.
До войны на территории Косова жило до 30-40% сербов. В частности, столица Приштина ими была населена где-то на 60-70%. Многим из них пришлось бежать с родных мест. А места для сербов очень важные. На Косовом поле — местечке около Приштины произошла в 1389 годубитва князя Лазара с турецкими захватчиками, итогом которой стало 500-летняя оккупация сербского народа Османской империей. Сербы жили здесь многие сотни лет, в то время как албанцы стали массово появляться здесь лишь с конца 19 века. Собственно, это одна из основных причин почему по этому вопросу у сербов так «болит».
Главное, что надо понимать. Даже в данный момент значительный процент жителей Косова составляют сербы. Они проживают в нескольких анклавах, самый крупный из которых — Северное Косово. Значительная территория, включающая в себя часть города Косовская Митровица, муниципалитеты Звечан, Лепосавич и другие. Немало сербов живёт и в остальных частях Косово. Их поселения фактически образуют анклавы — Грачаница, Штрпце и другие.

Можно подумать, что это сербы, которых принудили жить в албанском социуме, но это не совсем так. Все эти анклавы разительно отличаются от остального Косова — повсюду сербские флаги, надписи и вывески на сербском, монастыри, церкви и т.д. Такой концентрации флагов нет нигде в самой Сербии. Оно и понятно, там не надо постоянно доказывать своё право быть сербами. Похожая ситуация с Крымом, где российских флагов в 2014 было намного больше, чем в самой России.

Более того, здесь действуют сербские школы, больницы, управляемые из Белграда (!).

Приштинский университет, который в связи с политическими событиями вынужден был переехать в Косовскую Митровицу.
Приштинский филиал службы заняности республики Сербия, успешно функционирует, несмотря на то, что, вроде бы, Сербия не контролирует Косово.

А в случае, скажем, Северного Косова — ещё и дорожные службы и не только.

Косовские сербы фактически имеют свою автономию внутри автономии. Понять как оно работает очень сложно. За пару дней общения с разными гражданами, я смог вынести только небольшую часть. Как мининимум, тут свои выборы и свои кандидаты в местные советы, никак не связанные с албанскими.
Также сербы голосуют и за депутатов Скупщины всей страны (Сербии).
Так что, «Косово — je Србиjа» — в какой-то степени соответствует действительности. Школы, техникумы — обучение всё только на сербском. Албанского здесь вы не встретите, сербы его не учат и не хотят учить. Однако же, полиция вся косовская. Суды — тоже косовские.
Военные — вообще международные миротворческие силы. ОБСЕ, ООН, всё тут есть.
Прямо как на Донбассе.
Можно перечислять все существующие в природе службы и с удивлением выяснять что часть подчиняется Белграду, а часть Приштине. При этом, соотношение ещё может зависеть от конкретного анклава.
Скажем, дорожные указатели в Митровице — сербские, а в Грачанице — косовские. Вот типичные косовские указатели с сокращениями и с типичной сербской топонимикой (в албанских городах так улицы не назовут).
Сербы, кстати, служат в косовской полиции. За что их свои соплеменники очень не любят.
Военных действий уже не ведётся много лет. Обстановка на первый взгляд — довольно спокойная. Сами албанцы вам скажут, что уж теперь то всё у них хорошо. Никаких тёрок с сербами у них больше нет.
Однако напряжённость витает в воздухе. Эта резкая смена среды и всего вообще при переходе или переезде из косовской в сербскую части и наоборот.
В основной части Косово вы почти не встретите машин с сербскими номерами. Машины из центральной Сербии ещё сюда в теории могут приехать (Но их так же мало, как и машин с российскими номерами на Украине). А вот машины с номерами КМ (Косовская Митровица), выдаваемые сербскими ГАИ на территории Северного Косова в албанской части фактически под запретом.
Ситуация очень напоминает Израиль и Палестину. Где примерно также всё перемешано. Там идёшь — то арабская деревня, то еврейская. Тут — то албанская, то сербская. Между сербскими анклавами ходят маршрутки.
С той разницей что тут никакого погранконтроля, никаких проверок между разными частями нет в принципе. Спокойно переходишь из одного квартала в другой и обратно. Подобное, кстати, встречал ещё в Приднестровье-Молдавии. Всё это властями Косово считается Косово.
На сербскую часть Косова с недавнего времени из центральной Сербии (Кральево) ходит рельсовый автобус. При этом в основном Косово есть и свои железные дороги, но они никак не связаны с сербскими (но есть поезд в Македонию).
Разумеется, косовские власти не очень рады такому влиянию Сербии на территории, которую считают своей. Терпят присутствие её институтов на своей территории, скрипя зубы, всячески желая его уменьшить. Так, например, косовская полиция в сербских районах появилась не так давно, до этого была своя, сербская. Периодически поднимается вопрос о школах, которые Приштина тоже хочет забрать под своё крыло. Косовские сербы же противятся этому и не очень довольны тем, что Белград недостаточно сильно их поддерживает.
При кажущемся спокойствии, проявления напряжённости встречаешь постоянно. Сербские храмы на албанских территориях почти все полуразрушены и заброшены. Где-то обнесены колючей проволокой. Где-то то, что от них осталось, охраняется полицией или военными.
Перед поездкой я писал запросы членам клуба couchsurfing. Стараясь проявлять деликатность, понимая обстановку, но не до конца зная ситуацию, я писал жителям города Косовска Митровица что-то типа «хочу посмотреть город, как живут в сербских районах в Косово». Попав на одного албанца, получил жёсткий ответ «Mitrovica is not serbian. Bye!». Да, моя вина что я, не очень хорошо подготовившись, думал, что Митровица вся сербская, а реально она поделена на 2 части. Но это, опять же, хорошо демонстрирует уровень напряжённости.
Пообщался с митровицкими сербами. Каждый второй тут — беженец. Историй про то, как пришлось бежать из контролируемых теперь албанцами городов и деревень, тут более чем достаточно.
У албанцев же своя правда и свои претензии которым они сербам могут предъявить. В данный момент, наверное, единственное место в мире за пределами США и ассоциированными с ними территориями где можно видеть такое обилие американских флагов. Да, Америку тут любят, видят в ней своего спасителя и покровителя. Про проспект Билла Клинтона и памятник ему же, знают многие. А кто не знает — подождите, расскажу ещё.
Но, всё-таки хотелось понять. Даже если предположить что по мнению американцев и их коллег албанцы имеют право на независимость, то почему в этом независимом албанском государстве должны жить сербы? Которые всегда жили в Сербии, которая независимость этого Косова не признавала и не признаёт?
Так что, если претензии то тут какие и есть, то не к албанцам, которые стали разменной монетой в большой политической игре, и которые сами от неё сильно пострадали. И не к сербам, отстаивающим своё право жить в своей стране. А к тем, кто решился взять на себя роль судей в этом непростом споре, наделил себя правом опрелять правых и виноватых.
И по мне так, даже при такой очевидной поддержке одной из сторон, явно не стоило признавать на официальном уровне её независимость. Это создало очень нехороший прецедент, который, как видим, уже аукнулся, и ещё неизвестно как аукнется в будущем.

Цэтлікі: Балканы, Косово, Политика, Сербия

Много истории и немного футбола – поднимаем текст Александра Ткача о нашем сегодняшнем сопернике.

Почему Косово – спорная территория?

На Балканах и в Югославии всегда хватало проблемных регионов, но даже по местным меркам Косово – особый случай. Здесь, в отличие от остальных горячих точек, межэтническая напряженность по сути существует в последние сто лет без перерывов.

В нынешнем виде Косово досталось Сербии в 1913 году при распаде Османской империи. К тому времени это было отсталое захолустье, где албанцы уже стали многочисленнее сербов, – но за 500 лет до этого здесь существовало раннее сербское государство, после краха которого от рук турков сербы начали массово мигрировать на север, в Австро-Венгрию. Ирония в том, что для албанцев Косово тоже было символически важно: в конце XIX века именно тут зародилась идея о том, что албанцы – это отдельный народ, который достоин большего, чем место в длинном ряду лояльных подданных-мусульман. Отбившись от Османской империи, примерно половина албанцев оказалась в еще более чуждом им государстве.

Почему дело закончилось войной?

После Второй мировой войны югославское руководство в отношениях с этническими албанцами пробовало самые разные методы. Сначала был кнут: на ключевые посты в Косово назначались сербы, за сепаратизм активно преследовали. В 1970-х пришла очередь пряника: в депрессивном регионе начали активно развивать промышленность, его де-факто приравняли в статусе к остальным республикам Югославии, а в столице края Приштине открылся университет и массовое высшее образование на албанском. Тем не менее, албанцам этих уступок все еще было мало, а сербам – уже слишком много.

Пришедший к власти после смерти Тито Слободан Милошевич гайки опять закрутил, но стало только хуже. Албанцы, составлявшие к тому времени 90 процентов населения Косово, «ушли в отказ”. Они бойкотировали все сербские органы власти, создали собственное параллельное теневое образование, здравоохранение и налогообложение, перестали ходить на выборы и объявили о создании независимой Республики Косово.

В 1995 году после войны от Югославии откололись Хорватия с Боснией, но в итоговых соглашениях о Косово не оказалось ни слова – Запад признал право на самоопределение республик, а Косово этого статуса не имело. Разочарованные косовары перешли от тактики Махатмы Ганди к тактике ОУН-УПА. В регионе набрала вес вооруженная повстанческая организация «Армия освобождения Косово” (АОК), которая нападала на сербских полицейских, проводила акции устрашения и этнические чистки против местного сербского населения и не брезговала террором тех албанцев, кто продолжал «сотрудничать” с югославскими властями.

В ответ Милошевич начал собственную АТО, она затянулась и превратилась в полномасштабную партизанскую войну. Стороны конфликта пытались установить нужный этнический баланс в регионе, соревнуясь друг с другом в жестокости к мирному населению «не той” национальности. Югославская армия, полиция и добробаты с одной стороны и АОК с другой проводили операции устрашения и этнические чистки, которые унесли жизни не менее 8 тысяч албанцев и по меньшей мере 2 тысяч сербов.

Как Косово стало независимым?

Наблюдавший за войной Запад требовал от Милошевича прекратить операцию в Косово и пойти на компромисс с албанцами. Тот упорно отказывался, и спустя полтора года НАТО начала бомбардировки Сербии. Милошевич сдался, согласившись вывести из Косово силовиков. Следующие десять лет прошли в попытках найти какой-то вариант существования Косово, устраивающий и албанцев, и сербов. Процесс зашел в тупик, и в 2008 году Республика Косово в одностороннем порядке объявила о независимости.

В первый же год она была признана 55 странами мира, включая США, Великобританию, Германию и Францию. Сейчас таких стран уже 110 – это больше половины стран-членов ООН, в том числе 23 из 28 участниц ЕС.

Позиция Запада заключается в следующем: Косово – это не албанское, а многонациональное государство всех живущих там народов, потому что по конституции оба языка – государственные, на флаге страны очертания ее границ, а в парламенте есть квота для сербов. Создание таких государств «нового типа” (предыдущим была Босния и Герцеговина) – единственный оставшийся способ не допустить новой войны на Балканах.

Однако на практике албанцы составляют 92% населения Косово, а сербы – всего 1,5%, да и опыт существования Боснии сложно назвать успешным. В итоге низкий уровень жизни и недовольство «искусственностью” Косово привел к тому, что в 2015 году оно уступило по количеству кандидатов в беженцы в ЕС только Сирии, Ираку и Афганистану. Заявки на предоставление убежища подало 4% населения двухмиллионной страны, 70% из них хотели в Германию, 98% обработанных заявок получили отказ.

Почему Украина не признает Косово?

Помимо Сербии и традиционно покровительствующей ей России, а также Китая, признавать независимость Косово отказались страны, представившие себя на месте Сербии. В первую очередь это Испания – для мадридских властей прецедент Косово выглядит как совет баскским террористам из ЭТА: «Были б вы настойчивее, добились бы уже своего”. Также в Европе новое государство не признают Греция (потому что тоже традиционный союзник Сербии), Румыния и Словакия (потому что опасаются венгерского сепаратизма), Босния (там правом вето пользуются местные сербы) и страны бывшего СССР.

Украина поначалу, скорее, воздерживалась от признания независимости Косово, чем возмущалась им. Крыму тогда ничего страшного не грозило, ссориться с европейскими партнерами, массово признавшими новое государство, не хотелось – но на всякий случай было решено подстраховаться. Потому, как ни парадоксально, официальная позиция Украины по Косово эволюционировала постепенно – от уклончивого «надо подумать” при Ющенко к вполне определенному «не будем признавать” уже при Януковиче.

Почему их вообще приняли в УЕФА и ФИФА?

Косово начали принимать в международные спортивные федерации с 2008 года (а в настольном теннисе, по давней традиции, это сделали даже раньше). В 2014 году страну приняли в МОК, в 2015-м – в легкоатлетическую ИААФ. На Летней Олимпиаде-2016 в Рио-де-Жанейро – хоть Бразилия официально и не признала Косово – выступила сборная из 8 спортсменов, которая завоевала одну медаль – золото дзюдоистки Майлинды Кельменди.

Процесс футбольного признания Косово был куда более медленным и неоднозначным. Первую заявку на вступление ФИФА в 2008 году отвергла – мол, мы не принимаем в свои ряды тех, кто не признан мировым сообществом. В 2012 году Косово все же разрешили играть товарищеские матчи со сборными стран ФИФА, а не только Абхазии и Курдистана. После протестов Сербии разрешение отменили, но в 2014 году восстановили – с условием, что на форме команды не будет никакой государственной символики и гимн страны исполняться не будет. Даже майское голосование на конгрессе УЕФА закончилось с очень конкурентным результатом – 28 на 24. Против голосовали все не признающие Косово страны – помимо Украины, это Испания, Греция, Кипр, Румыния, Словакия, Сербия, Босния и Герцеговина, Израиль, Россия, Белоруссия, Казахстан, Молдова, Азербайджан, Армения и Грузия.

Косово сильно помогло то, что его попытки добиться вступления совпали по времени с попытками Гибралтара. Пиренейцам УЕФА и ФИФА в свое время отказали под давлением Испании, угрожавшей лишить еврокубки «Реала” и «Барселоны”. Однако Гибралтар обратился в Лозаннский спортивный арбитражный суд (CAS), который обязал принять их. В итоге голосование на конгрессе ФИФА получилось однозначным: 172 на 12.

Можно ли было играть первый домашний матч с Косово в Украине?

Все зависит от желания политического руководства страны. Дело в том, что признание независимости страны и действительности ее паспортов для пересечения границы – это, на самом деле, не одно и то же. Не признающие Косово (и голосовавшие против нее на конгрессе УЕФА) соседи Греция, Румыния, Словакия и Босния, тем не менее разрешают въезд граждан по косовским паспортам.

Даже Россия готова пускать косовских спортсменов в страну – правда, в особом порядке. В 2014 году посольство РФ в Сербии уже дало официальное объяснение по этому поводу: исключение делается для тех, кто едет в страну с косовским паспортом на международные соревнования и другие мероприятия с аналогичным статусом. Через год после этого сборная Косово даже приняла участие в чемпионате мира по водным видам спорта в Казани. В общем, если футбольное Косово вдруг выйдет из группы I, на ЧМ-2018 его сборную пустят.

Сама Украина тоже допускает граждан из непризнанных официально стран. Например, обладатели паспортов Тайваня, признание которого чревато проблемами с Китаем, получают визы и въезжают в Украину, как любые другие иностранцы. За день изменение правил для косоваров, конечно, не делается – но таких проблем и хаоса, как возникли при проведении матча в Кракове, вероятнее всего, можно было избежать. Эта мера пригодилась бы и украинским баскетболистам: в рамках отбора на Евробаскет-2017 им пришлось играть с косоварами в Вильнюсе.

Как скоро мы столкнемся с этой проблемой в будущем, неизвестно. Пока что ФИФА и УЕФА планируют разводить косоваров при жеребьевке только со сборной Сербии. Все остальные страны, даже не признающие Косово, должны будут провести с ними матчи наравне с теми, кто признает их независимость. Однако в еврокубках сезона-2016/2017 косовских клубов не будет: ни чемпион страны, ни обладатель кубка не смогли пройти лицензирование.

9 самых известных игроков сборной Косово

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *