Для использования в других целях, см Православная Церковь в Америке (значения) .

Православная Церковь в Америке

Классификация

Восточно-православный

Политика

Епископальный

Примас

Митрополит Тихон Моллард

Епископы

Приходы

Монастыри

Язык

Английский , церковнославянский , испанский , русский , арабский , греческий койне , румынский , болгарский , албанский , сербский

Литургия

Византийский обряд

Штаб-квартира

Oyster Bay Cove, Нью-Йорк , США

Территория

США, Канада

Владения

Мексика , ранее Австралия и Южная Америка

Основатель

Святой Алексис из Уилкс-Барре
Святой Герман из Аляски
Святой Иннокентий из Аляски

Признание

Автокефалия признана Российской (с 1970 г.), Болгарской , Грузинской , Польской , Чешской и Словацкой Церквями.

Разветвленный от

Русская Православная Церковь (1963)

Разлуки

Антиохийская православная архиепископия Северной Америки (1924 г.), Американская православная католическая церковь (1927 г.)

Члены

1 миллион приверженцев, 90000 (постоянные посетители)

Официальный сайт

oca .org

Часть серии о

Восточная Православная Церковь

Мозаика Христа Вседержителя , Собор Святой Софии

Обзор

Автокефальные юрисдикции Автокефальные церкви, официально входящие в общину:

Автокефалия признана повсеместно де-факто некоторыми автокефальными церквями де-юре.

Частично признанная автокефалия Константинополем, Греческой церковью и Александрией.

  • Первые семь Вселенских соборов :
  • Другие вселенские соборы:
  • Другие важные советы:

  • Отцы Церкви
  • Пентархия
  • Византийская империя
  • Христианизация Болгарии
  • Христианизация Киевской Руси
  • Великий раскол
  • Россия
  • Османская империя
  • Северная Америка
  • Московско-константинопольский раскол
    • 15–16 вв.
    • 1996 г.
    • 2018 г.

  • Пасхальный цикл
  • 12 великих праздников
  • Другие застолья:
  • Четыре периода голодания:

  • ACOBUSA
  • IOCC
  • OCEC
  • OCF
  • OCL
  • OCMC
  • OISM
  • OTSA

  • SCOBA

Эта статья является частью серии
Восточное православие
в Северной Америке
История
люди
Юрисдикции ( список )
Архиерейское собрание Другой
Монастыри
Список монастырей в США
Семинарии
Организации
Активный Несуществующий

Православная Церковь в Америке ( ПЦА ) является восточная православная церковь христианская основана в Северной Америке . ПЦА частично признана автокефальной и состоит из более чем 700 приходов , миссий, общин, монастырей и учреждений в США , Канаде и Мексике . В 2011 году в Соединенных Штатах насчитывалось 84 900 членов.

OCA имеет свои истоки в миссии , установленной на восемь русских православных монахов на Аляске , то часть Русской Америки , в 1794 году Это переросло в полную епархию в Русской Православной Церкви после того, как Соединенные Штаты приобрели Аляску из России в 1867. К В конце 19 века Русская Православная Церковь выросла в других частях Соединенных Штатов из-за прибытия иммигрантов из регионов Восточной и Центральной Европы , многие из которых ранее принадлежали к Восточно-католическим церквям («греко-католики»), а также из Ближний Восток . Эти иммигранты, независимо от национальности или этнического происхождения, были объединены в единую Североамериканскую епархию Русской Православной Церкви.

После большевистской революции , патриарх Московский Тихон направил все православные храмы России за пределами России , чтобы управлять собой самостоятельно. Православные церкви в Америке стали самоуправляющейся Русской Православной Греко-Католической Церковью в Америке в 1924 году под руководством митрополита Платона (Рождественского), в народе называемой Митрополией (от русского метрополия ). Русская Православная Греко-Католическая Церковь в Америке получила автокефалию от Русской Православной Церкви в 1970 году и переименовала Православную Церковь в Америке. Его иерархи входят в Ассамблею канонических православных епископов Соединенных Штатов Америки .

В отличие от большинства ортодоксальных юрисдикций в Соединенных Штатах, ПЦА не имеет отношения к какой-либо конкретной иностранной национальности, но большинство членов ПЦА являются этнически евроамериканскими , а большинство духовенства ПЦА — это те, кто родился и вырос в Соединенных Штатах. Однако у ПЦА есть другие епархии этнических меньшинств для румынских, болгарских и албанских иммигрантов. Кроме того, в силу исторических обстоятельств определенные этнические группы (особенно русинские американцы и коренные жители Аляски ) непропорционально представлены в ПЦА по сравнению с населением в целом. Литургические и церковные традиции, такие как формы пения, облачения, иконография, использование церковнославянского языка и архитектура, в целом отражают традиции русского православия .

Он официально признан автокефальным несколькими православными церквями, в основном расположенными в славянских странах. Остальные церкви не признают автокефальную ПЦА, хотя признают самоуправляемую природу церкви. Хотя это противоречие является предметом политических и церковных споров, оно не нарушает общения между ПЦА и Восточной Православной Церковью в целом.

15 октября 2018 — Заявление Священного Синода Русской Православной Церкви в связи с посягательством Константинопольского Патриархата на каноническую территорию Русской Церкви

Заявление принято на заседании Священного Синода Русской Православной Церкви 15 октября 2018 года в Минске

С глубочайшей болью Священный Синод Русской Православной Церкви воспринял опубликованное 11 октября 2018 года сообщение Константинопольской Патриархии о принятых решениях Священного Синода Константинопольского Патриархата: о подтверждении намерения «предоставить автокефалию Украинской Церкви»; об открытии в Киеве «ставропигии» Константинопольского Патриарха; о «восстановлении в архиерейском или иерейском чине» лидеров украинского раскола и их последователей и «возвращении их верующих в церковное общение»; об «отмене действия» соборной грамоты Константинопольского Патриархата 1686 года, касающейся передачи Киевской митрополии в состав Московского Патриархата.

Эти беззаконные решения Синод Константинопольской Церкви принял в одностороннем порядке, проигнорировав призывы Украинской Православной Церкви и всей полноты Русской Православной Церкви, а также братских Поместных Православных Церквей, их Предстоятелей и архиереев к всеправославному обсуждению вопроса.

Вступление в общение с уклонившимися в раскол, а тем паче отлученными от Церкви равносильно уклонению в раскол и сурово осуждается канонами Святой Церкви: «Если… кто из епископов, пресвитеров, диаконов или кто-либо из клира окажется сообщающимся с отлученными от общения, да будет и сам вне общения церковного как производящий замешательство в церковном чине» (Антиохийского Собора правило 2; Апостольские правила 10, 11).

Решение Константинопольского Патриархата о «восстановлении» канонического статуса и принятии в общение бывшего митрополита Филарета Денисенко, отлученного от Церкви, игнорирует ряд последовательных решений Архиерейских Соборов Русской Православной Церкви, правомерность которых не подлежит сомнению.

Решением Архиерейского Собора Украинской Православной Церкви в Харькове от 27 мая 1992 года митрополит Филарет (Денисенко) за невыполнение клятвенно данных им перед крестом и Евангелием на предшествующем Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви обещаний был смещен с Киевской кафедры и запрещен в священнослужении.

Архиерейский Собор Русской Православной Церкви определением от 11 июня 1992 года подтвердил решение Харьковского Собора и изверг Филарета Денисенко из сана, лишив всех степеней священства, по следующим обвинениям: «Жестокое и высокомерное отношение к подведомственному духовенству, диктат и шантаж (Тит. 1. 7-8; Апостольское правило 27); внесение своим поведением и личной жизнью соблазна в среду верующих (Мф. 18:7; I Вселенского Собора правило 3, VI Вселенского Собора правило 5); клятвопреступление (Апостольское правило 25); публичная клевета и хула на Архиерейский Собор (II Вселенского Собора правило 6); совершение священнодействий, включая рукоположения, в состоянии запрещения (Апостольское правило 28); учинение раскола в Церкви (Двукратного Собора правило 15)». Все рукоположения, совершенные Филаретом в запрещенном состоянии с 27 мая 1992 года, и наложенные им прещения были признаны недействительными.

Несмотря на неоднократные призывы к покаянию, после лишения архиерейского сана Филарет Денисенко продолжал раскольническую деятельность, в том числе и в пределах иных Поместных Церквей. Определением Архиерейского Собора Русской Православной Церкви 1997 года он был предан анафеме.

Означенные решения были признаны всеми Поместными Православными Церквами, в том числе и Константинопольской Церковью. В частности, Святейший Патриарх Константинопольский Варфоломей 26 августа 1992 года в ответе на письмо Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II по поводу низложения митрополита Киевского Филарета писал: «Наша Святая Великая Христова Церковь, признавая полноту исключительной по этому вопросу компетенции Вашей Святейшей Русской Церкви, принимает синодально решенное о вышесказанном».

В письме Святейшего Патриарха Варфоломея Святейшему Патриарху Алексию II от 7 апреля 1997 года об анафематствовании Филарета Денисенко указано: «Получив уведомление об упомянутом решении, мы сообщили о нем иерархии нашего Вселенского Престола и просили ее впредь никакого церковного общения с упомянутыми лицами не иметь».

Ныне, спустя более двух десятилетий, Константинопольский Патриархат по политическим мотивам изменил свою позицию.

В своем решении оправдать лидеров раскола и «узаконить» их иерархию Священный Синод Константинопольской Церкви ссылается на несуществующие «канонические привилегии Константинопольского Патриарха принимать апелляции архиереев и клириков из всех автокефальных Церквей». Эти претензии в том виде, в каком они ныне Константинопольским Патриархом осуществляются, никогда не имели поддержки полноты Православной Церкви: они лишены оснований в священных канонах и прямо противоречат, в частности, 15 правилу Антиохийского Собора: «Если какой-нибудь епископ… судим будет от всех епископов той области, и все они согласно произнесут ему единый приговор, — таковой другими епископами отнюдь да не судится, но согласное решение епископов области да пребывает твердым», — они также опровергаются практикой решений Святых Вселенских и Поместных Соборов и толкованиями авторитетных канонистов византийского и нового времени.

Так, Иоанн Зонара пишет: «Константинопольский признается судьей не вообще над всеми митрополитами, но только над подчиненными ему. Ибо ни митрополиты Сирии, ни палестинские, ни финикийские, ни египетские не привлекаются помимо воли на его суд, но сирийские подлежат суждению Антиохийского Патриарха, палестинские — Иерусалимского, а египетские судятся Александрийским, которым они рукополагаются и которому подчинены».

О невозможности принятия в общение осужденного в иной Поместной Церкви говорит 116 (118) правило Карфагенского Собора: «Кто, быв отлучен от общения церковного… прокрадется в заморские страны, дабы принятым быть в общение, тот подвергнется извержению из клира». О том же говорится и в каноническом послании Собора к Папе Келестину: «Те, которые в своей епархии отлучены от общения, да не явятся восприемлемыми в общение твоею святынею… Какие бы ни возникли дела, они должны оканчиваемы быть в своих местах».

Преподобный Никодим Святогорец в своем «Пидалионе», который является авторитетным источником церковно-канонического права Константинопольской Церкви, толкует 9-е правило IV Вселенского Собора, отвергая ложное мнение о праве Константинополя на рассмотрение апелляций из других Церквей: «Константинопольский Предстоятель не имеет права действовать в диоцезах и областях других Патриархов, и это правило не дало ему права принимать апелляции по любому делу во Вселенской Церкви…» Перечисляя целый ряд аргументов в пользу этого толкования, ссылаясь на практику решений Вселенских Соборов, преподобный Никодим делает вывод: «В настоящее время… Константинопольский Предстоятель есть первый, единственный и последний судья над подчиненными ему митрополитами — но не над теми, которые подчиняются остальным Патриархам. Ибо, как мы сказали, последний и всеобщий судья всех Патриархов — это Вселенский Собор и никто другой». Из вышесказанного следует, что Синод Константинопольской Церкви не имеет канонических прав для отмены судебных решений, вынесенных Архиерейским Собором Русской Православной Церкви.

Присвоение себе полномочий отмены судебных и иных решений других Поместных Православных Церквей — лишь одно из проявлений нового ложного учения, провозглашаемого ныне Константинопольской Церковью и приписывающего Патриарху Константинопольскому права «первого без равных» (primus sine paribus) со вселенской юрисдикцией. «Такое видение Константинопольским Патриархатом собственных прав и полномочий вступает в непреодолимое противоречие с многовековой канонической традицией, на которой зиждется бытие Русской Православной Церкви и других Поместных Церквей», — предупреждал Архиерейский Собор Русской Православной Церкви 2008 года в определении «О единстве Церкви». В том же определении Собор призвал Константинопольскую Церковь «впредь до общеправославного рассмотрения перечисленных новшеств проявлять осмотрительность и воздерживаться от шагов, могущих взорвать православное единство. Особенно это относится к попыткам пересмотра канонических пределов Поместных Православных Церквей».

Акт 1686 года, подтверждающий пребывание Киевской митрополии в составе Московского Патриархата и подписанный Святейшим Константинопольским Патриархом Дионисием IV и Священным Синодом Константинопольской Церкви, пересмотру не подлежит. Решение об его «отзыве» канонически ничтожно. В противном случае было бы возможно аннулирование любого документа, определяющего каноническую территорию и статус Поместной Церкви — вне зависимости от его древности, авторитетности и общецерковного признания.

В Синодальной грамоте 1686 года и иных сопутствующих ей документах ничего не сказано ни о временном характере передачи Киевской митрополии в ведение Московского Патриархата, ни о том, что данный акт может быть отменен. Попытка иерархов Константинопольского Патриархата в политических и своекорыстных видах пересмотреть данное постановление спустя более трехсот лет после того, как оно было вынесено, противоречит духу священных канонов Православной Церкви, не допускающих возможности пересмотра установившихся и не оспариваемых на протяжении длительного времени церковных границ. Так, правило 129 (133) Карфагенского Собора гласит: «Если кто… обратил какое место к кафолическому единению и в продолжение трех лет имел оное в своем ведении, и никто оного не требовал от него, то после да не будет оное от него взыскуемо, если, притом, в сие трехлетие существовал епископ, долженствующий взыскать, и молчал». А 17 правило IV Вселенского Собора устанавливает тридцатилетний срок давности для возможного соборного рассмотрения споров о принадлежности даже отдельных церковных приходов: «Приходы в каждой епархии… должны неизменно пребывать под властью епископов, заведующих ими — и в особенности, если в продолжении тридцати лет бесспорно они имели их в своем ведении и управлении».

Да и как возможна отмена решения, действовавшего на протяжении трех веков? Это означало бы попытку почитать «яко не бывшей» всю последующую историю развития церковной жизни. Константинопольский Патриархат как будто не замечает, что Киевская митрополия 1686 года, о возвращении которой в его состав заявлено ныне, имела пределы, существенно отличавшиеся от современных границ Украинской Православной Церкви, и охватывала лишь меньшую часть последней. Киевская митрополия наших дней как таковая включает в себя город Киев и несколько прилегающих к нему районов. Наибольшая же часть епархий Украинской Православной Церкви, особенно на востоке и юге страны, была основана и получила развитие уже в составе автокефальной Русской Церкви, являясь плодом ее многовековой миссионерской и пастырской деятельности. Нынешнее деяние Константинопольского Патриархата — попытка похитить то, что никогда ему не принадлежало.

Деяние 1686 года положило предел двухсотлетнему периоду вынужденного разделения в многовековой истории Русской Церкви, которая, несмотря на менявшиеся политические обстоятельства, неизменно сознавала себя единым целым. После воссоединения Русской Церкви в 1686 году на протяжении более трех столетий ни у кого не возникало сомнений, что православные Украины являются паствой Русской Церкви, а не Константинопольского Патриархата. И сегодня, вопреки давлению внешних антицерковных сил, эта многомиллионная паства дорожит единством Церкви всея Руси и хранит верность ей.

Попытка Константинопольской Патриархии решать судьбу Украинской Православной Церкви без ее согласия является антиканоническим посягательством на чужие церковные уделы. Церковное правило гласит: «Да соблюдается и в иных областях и повсюду в епархиях, дабы никто из боголюбезнейших епископов не простирал своей власти на чужую епархию… да не преступаются правила отцов, да не вкрадывается под видом священнодействия надменность мирской власти, и да не утратим постепенно и неприметно той свободы, которую даровал нам Своей Кровию Господь наш Иисус Христос, освободитель всех человеков» (III Вселенского Собора правило 8). Под осуждение этого правила подпадает и решение Константинопольской Патриархии об учреждении по соглашению со светскими властями своей «ставропигии» в Киеве без ведома и согласия канонического священноначалия Украинской Православной Церкви.

Лицемерно оправдываясь стремлением к восстановлению единства украинского Православия, Константинопольская Патриархия своими безрассудными и политически мотивированными решениями вносит еще большее разделение и усугубляет страдания канонической Православной Церкви Украины.

Принятие в общение раскольников и анафематствованного в другой Поместной Церкви лица со всеми рукоположенными ими «епископами» и «клириками», посягательство на чужие канонические уделы, попытка отречься от собственных исторических решений и обязательств, — все это выводит Константинопольский Патриархат за пределы канонического поля и, к великой нашей скорби, делает невозможным для нас продолжение евхаристического общения с его иерархами, духовенством и мирянами. Отныне и впредь до отказа Константинопольского Патриархата от принятых им антиканонических решений для всех священнослужителей Русской Православной Церкви невозможно сослужение с клириками Константинопольской Церкви, а для мирян — участие в таинствах, совершаемых в ее храмах.

Переход архиереев или клириков из канонической Церкви к раскольникам или вступление с последними в евхаристическое общение является каноническим преступлением и влечет за собой соответствующие прещения.

С прискорбием вспоминаем предсказание Господа нашего Иисуса Христа о временах прельщения и особых страданий христиан: И, по причине умножения беззакония, во многих охладеет любовь (Мф. 24:12). В условиях столь глубокого подрыва основ межправославных отношений и полного пренебрежения тысячелетними нормами церковно-канонического права Священный Синод Русской Православной Церкви считает своим долгом выступить на защиту фундаментальных устоев Православия, на защиту Священного Предания Церкви, подменяемого новыми и чуждыми учениями о вселенской власти первого из Предстоятелей.

Призываем Предстоятелей и Священные Синоды Поместных Православных Церквей к надлежащей оценке вышеупомянутых антиканонических деяний Константинопольского Патриархата и совместному поиску путей выхода из тяжелейшего кризиса, раздирающего тело Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви.

Выражаем всестороннюю поддержку Блаженнейшему Митрополиту Киевскому и всея Украины Онуфрию и всей полноте Украинской Православной Церкви в особо трудное для нее время. Молимся об укреплении ее верных чад в мужественном стоянии за истину и единство канонической Церкви в Украине.

Просим архипастырей, духовенство, монашествующих и мирян всей Русской Православной Церкви усилить молитвы о единоверных братьях и сестрах в Украине. Молитвенный покров Пресвятой Царицы Небесной, преподобных отцов Киево-Печерских, преподобного Иова Почаевского, новомучеников, исповедников и всех святых Церкви Русской да пребудет над всеми нами.

Русская православная церковь признала т. н. Константинопольский патриархат находящимся вне Церкви.

На заседании Священного синода РПЦ, впервые в истории прошедшем в Белоруссии, было принято следующее заявление: «Принятие в общение раскольников и анафематствованного в другой поместной церкви лица со всеми рукоположенными ими «епископами» и «клириками», посягательство на чужие канонические уделы, попытка отречься от собственных исторических решений и обязательств — всё это выводит Константинопольский патриархат за пределы канонического поля и, к великой нашей скорби, делает невозможным для нас продолжение евхаристического общения с его иерархами, духовенством и мирянами».

Под «анафематствованным в другой поместной церкви лицом» подразумевается отлучённый от Церкви Московским патриархатом Михаил Денисенко (ныне именующий себя «патриархом Филаретом»). А «посягательство на чужие канонические уделы, попытка отречься от собственных исторических решений и обязательств» — это вторжение Варфоломея на каноническую территорию Московского патриархата на Украине абсурдно «обоснованной» «отменой» актов почти 350-летней давности.

«Отныне и впредь до отказа Константинопольского патриархата от принятых им антиканонических решений для всех священнослужителей Русской православной церкви невозможно сослужение с клириками Константинопольской церкви, а для мирян — участие в таинствах, совершаемых в её храмах», — указывается в документе. Это означает, что служители Экуменического патриархата отныне переходят в разряд еретиков, совместная молитва с которыми запрещена канонами Православной церкви.

С одной стороны, состоявшийся ровно месяц назад синод РПЦ предупреждал об этом Фанар. С другой стороны, признаемся, никто из экспертов не прогнозировал то, что произошло на последнем заседании синода Экуменического патриархата.

Ожидали либо предоставления «томоса для Украины», либо провозглашения «Украинского экзархата Экуменического патриархата», либо продолжения красивых и решительных заверений о том, что «автокефалия» обязательно состоится «в надлежащее время».

Поясним сразу, что в кавычки взяты «томос», «автокефалия», «экзархат» и т. п., потому, что все эти акты и статусы, «дарованные» Экуменическим патриархатом на территории другой поместной церкви (в данном случае Московского патриархата), вопиюще антизаконны, а потому априори канонически ничтожны. Ну а «Экуменический» (Οἰκουμενικὸς) — подлинное название того патриархата, который у нас по отжившей традиции ошибочно именуют «Вселенским».

Начнём разбор деяний Экуменического синода от 11 октября 2018 г. с того самого неожиданного и самого важного на данный момент решения, а именно третьего пункта.

В соответствии с каноническими прерогативами Константинопольского патриарха получать петиции от иерархов и другого духовенства всех автокефальных церквей, принять и рассмотреть ходатайства об апелляции Филарета Денисенко, Макария Малетича и их последователей, оказавшихся в расколе не по догматическим причинам. Таким образом, вышеупомянутые канонически восстановлены до их иерархического или священнического звания, и их последователи восстановлены в общении с Церковью.

Ещё летом 2018 г. Михаил Денисенко, именующий себя «патриархом Украины-Руси Филаретом», направил Варфоломею апелляцию на отлучение его от Церкви Московским патриархатом в далёком 1997 г.

Денисенко прекрасно знал, что апелляция к патриарху, не имеющему отношения к канонической территории Московского патриархата (в которую входит и Украина), абсолютно абсурдна. Но знал Денисенко и то, как относится к канонам Варфоломей, и что давно уж тот видит себя «православным папой», которому якобы позволено вмешиваться в дела всего мирового православия.

На самом деле это попрание важнейшего принципа православия — соборности, при которой все поместные церкви и их предстоятели равны между собой. Никто не имеет первенства власти (каковым обладает папа римский в католичестве). Есть лишь символическое первенство чести: «первым среди равных» именуется т. н. Константинопольский патриарх в знак уважения к его некогда столичной кафедре в православной империи.

Однако в сентябре нынешнего года Экуменический патриарх объявил о присвоении себе и первенства власти. По сути, это такая же ересь папизма, каковая привела к «Великому расколу» 1054 г. Вернее, к отколу от православия латинского сообщества.

Так что старый проныра Денисенко оказался прозорлив. Более того, тогда же, 3 сентября, на собрании епископов Экуменического патриархата было объявлено, что Константинопольский патриархат, дескать, никогда не передавал Московскому патриархату Киевскую митрополию. Эта ложь довольно легко опровергается, но главное сейчас не соответствие исторической истине, а то, что претензии на Украину «обоснованы» и эти «обоснования» устраивают украинские власти. Из этой лжи вытекало то, что акты, совершённые священноначалием Русской церкви на территории Киевской митрополии, объявлялись сомнительными. В том числе анафема Мазепе и анафема Филарету.

И вот 11 октября Экуменический синод объявляет, что «в соответствии с каноническими прерогативами Константинопольского патриарха получать петиции от иерархов и другого духовенства всех автокефальных церквей» он «восстанавливает в общении с Церковью» Денисенко, его конкурента Николая Малетича (главу также самопровозглашённой и непризнанной «Украинской автокефальной православной церкви») и «их последователей». Мол, отлучение Денисенко от Церкви было актом не догматическим, а по политическим мотивам («Москва мстила за поддержку незалежности Украины»), хотя на самом деле Филарет совершил целый ряд поступков, несовместимых не то, что с епископским и монашеским положением, но и со званием христианина как такового. В конце концов, он добровольно ушёл из Церкви, дабы создать под покровительством президента Кравчука новую структуру. В ту же структуру ушёл из Церкви и Малетич. Это потом она в свою очередь раскололась.

Но Денисенко и Малетича «восстановили» просто в «епископском звании» — отнюдь не «патриархом» и «митрополитом» соответственно. Не признал Фанар церквами и возглавляемые ими т. н. «Киевский патриархат» и «УАПЦ».

Но кому же тогда давать автокефалию, если нет даже той «Киевской митрополии», к памяти которой обращаются фанарские «историки»?

Значит, её надо создать, чтобы ей и «даровать автокефалию». То есть для получения «томоса» всем этим «рогам и копытам» нужно пройти промежуточный этап: созвать некий «объединительный собор» всех жаждущих автокефалии, чтобы это сборище Варфоломей либо «восстановил в статусе Киевской митрополии Экуменического патриархата», либо наделил статусом «Украинского экзархата» того же Экуменического патриархата.

Главное в основном пункте октябрьского синода даже не удовлетворение апелляции Денисенко и Малетича (там вообще сказано, что она только направляется на рассмотрение), а «восстановление их последователей в общении с Церковью». То есть тех 5–6 тысяч служителей «КП» и «УАПЦ» и сотни-другой тысяч захожан этих «церквей», которые и составят будущую структуру Экуменического патриархата на Украине. И главное, шести десятков «епископов», чтобы было кому участвовать в упомянутом «соборе».

А сами «патриарх» с «митрополитом» пошли уже к этой критической массе вынужденным прицепом — они же, в конце концов, «высвячивали» весь этот «епископат» и «клир».

Наверное, тут только поняли Денисенко и Макарий вместе с Порошенко, какую ловушку им устроили «лукавые греки»: непоколебимая и волелюбивая европейская нация из русского «ярма» вернулась в турецкое.

Нет, конечно, октябрьский синод самым первым пунктом заверяет:

«Подтвердить уже принятое решение о том, что Экуменический патриархат приступает к предоставлению автокефалии Церкви Украины».

Но обещать, как известно, не значит жениться. С апреля уж «Экуменический патриархат приступает к предоставлению автокефалии Церкви Украины (sic!)», тогда как Украинская православная церковь (Московского патриархата) — единственная церковная структура на Украине, признанная мировым православием (в т. ч. Экуменическим патриархатом), никакой автокефалии не просила. Тем более у Экуменического патриархата, который не является для неё правящей церковью (но, как мы уже отметили, для Экуменического патриархата отныне не существует безусловно правящих поместных церквей в пределах своих канонических территорий).

А придумывать всё новые и новые отсрочки, «не позволяющие в данный момент даровать автокефалию», Варфоломею не составит труда.

Да и придумывать не надо даже. Денисенко уже не исполняет решение вроде как теперь «Матери-Церкви»: не поминает на службе «своего патриарха» Варфоломея и заявляет, что сам он «был, есть и будет патриархом» (36:58 на видео).

Но не может же быть двух патриархов в пределах одного патриархата! Поэтому, учитывая, что наиболее вероятный итог «объединительного собора» — победа именно Денисенко на выборах предстоятеля главы структуры, Стамбул может признать собор лишь в части прошения о создании экзархата или митрополии. А затем предложит уже «украинскому епископату Экуменического патриархата» решить эту «последнюю трудность в обретении Украиной автокефалии».

Значит, понадобится «Второй собор». Администрация Порошенко готовит к нему кандидатуру митрополита Винницкого Симеона, а Фанар определяется между гражданами США Д. Зелинским (нынешним легатом Экуменического патриарха на Украине) и И. Гэчэй (выходцем из украинской диаспоры). Впрочем, поскольку и у Экуменического патриархата, и у киевского режима одни и те же кукловоды, то, как скажет Госдеп, так и будет.

Для американцев явно предпочтительнее, если «украинским православием» управлять будет не украинская власть, которую в условиях всё более усугубляющейся нестабильности могут смести в любой момент, а уж век как «подотчётный» Фанар. То есть США не нужна никакая «автокефалия», если можно устроить «митрополию» или «экзархат».

А Порошенко (или любому другому кто его сменит на посту президента) всегда смогут объяснить очередное колебание генеральной линии партии.

Впрочем, если Вашингтонскому обкому на каком-то этапе станет выгодна автокефалия — будет автокефалия. И тот же Варфоломей, уже изощрившийся в сломе о колено тысячелетних канонов и просто логики, обеспечит и её, и «патриарха Филарета» в лучшем виде.

Но пока второй пункт решения Экуменического синода работает на версию «экзархата/митрополии»:

«Восстановить ставропигию Экуменического патриарха в Киеве, одну из его многочисленных ставропигий на Украине, которая там всегда существовала».

Ставропигия — это монастырь, независимый от местной епархиальной власти и подчинённый непосредственно патриарху или синоду. Так, например, Почаевская лавра подчиняется не Тернопольскому епископу, а непосредственно блаженнейшему митрополиту Киевскому. Так и Киево-Печерская лавра с 1592 по 1688 г. (т. е. менее ста лет) была ставропигией Константинопольского патриарха. Так что «всегда на Украине» — это привычное для Варфоломея и его окружения враньё. Никаких ставропигий на территории других поместных церквей каноны не допускают. Но отныне же у Экуменического патриархата свои собственные каноны.

Отменить юридическое обязательство Синодального письма 1686 года, выданное по обстоятельствам того времени, которое предоставило право через икономию Московскому патриарху назначить митрополита Киевского, избранного Ассамблеей священнослужителей его епархии, которая будет отмечать Вселенского патриарха в качестве Первого иерарха на любом праздновании, провозглашая и подтверждая свою каноническую зависимость от Константинопольской материнской Церкви.

В своих «исторических обоснованиях» Фанар пытается доказать, что грамота 1686 г., по которой Киевская митрополия передавалась Московскому патриархату, была совсем не о том. А теперь Варфоломей просто отзывает эту грамоту, не мудрствуя лукаво. Спустя три с половиной века! Что попирает не только каноны (отводившие на решение территориальных споров 30 лет), но и логику права как такового.

Обратиться ко всем участвующим сторонам с призывом избегать присвоения церквей, монастырей и других объектов, а также любого другого акта насилия и возмездия с тем, чтобы мир и любовь Христа могли преобладать.

Цинизм этого пункта просто зашкаливает. Варфоломей прекрасно знает, что «присвоение церквей, также другие акты насилия» со стороны «последователей» только что «канонизированного» им Денисенко уже четыре с половиной года как идут полным ходом. После победы Евромайдана захвачены или находятся в осаде более полусотни храмов УПЦ (МП).

Правила захвата храмов на Украине просты: если прихожане храма против его захвата — не беда, автобусы всегда смогут привезти других прихожан.

Сейчас захваты храмов происходят большей частью на западе Украины, где общий уровень русофобии населения выше и захватчики пользуются поддержкой избранной этим населением местной власти. В центре и восточнее Днепра даже у местных властей в целом остаётся почтение к пусть «московской», но канонической Церкви (пользующейся поддержкой населения). Однако, как только появится «не московская каноническая церковь», последние сдержки для глав райадминистраций отпадут. Они просто не смогут противостоять риторике и напору «патриотической общественности» в рясах и камуфляже.

И тогда может начаться религиозная война уже по всей Украине. Вернее, бойня. Потому что захватчики храмов (а это, как правило, военизированные формирования) обладают и оружием (вплоть до гранатомётов), и собственным транспортом (поставленным волонтёрами или «отжатым» в Донбассе), и средствами связи, но, главное, мощными координационными центрами (вспомним, что некоторые формирования не только являются официальными подразделениями МВД, но и открыто сотрудничают с СБУ).

«Прочь кацапские церкви» — уже давно не слоган, а призыв к действию.

В то же время защитники храмов обладают разве что самопожертвованием…

И это прекрасно понимает Варфоломей, чьи ближайшие помощники активно сотрудничают с ЦРУ. Так что никакие отговорки не позволят ни ему, ни его синоду избежать ответственности. Пред Богом уж точно. Даже если он в Него и не верит.

Впрочем, у Варфоломея есть ещё все шансы успеть предстать и пред земным судом церкви.

В начале октября патриарх Московский Кирилл разослал предстоятелям всех поместных церквей письма с предложением начать обсуждение «вопроса т. н. украинской автокефалии и возможных негативных последствий действий Константинопольского патриархата для единства вселенского православия». 14 сентября с таким же обращением к поместным церквам выступил синод РПЦ.

Эти предложения уже поддержали папа и патриарх Александрийский и всея Африки Феодор II, занимающий 2-е место в диптихе предстоятелей поместных церквей; синод Антиохийской церкви, основанной апостолами Петром и Павлом за триста лет до основания Константинопольского патриархата; затем повторно патриарх Антиохийский и всего Востока Иоанн X, третий по чести среди пятнадцати предстоятелей поместных церквей; митрополит Варшавский и всей Польши Савва; патриарх Сербский Ириней; митрополит всей Америки и Канады Тихон; Митрополит Чешских земель и Словакии Ростислав. Остальные 7 поместных церквей ещё не высказали своего окончательного мнения (если не считать таковыми открытые заявления против Варфоломея многих синодалов и авторитетных богословов), но и никоим образом не поддержали вторжение Экуменического патриархата на Украину.

Теперь перед мировым православием новая задача: осознать судьбоносность новых шагов Русской церкви. И принять нелёгкий, но единственно возможный выбор, в котором компромиссы невозможны.

Поддержка украинской автокефалии Александрийским патриархом Феодором II особенно болезненна для Русской церкви. Фото с сайта patriarchateofalexandria.com

Осенью 2019 года сразу два первоиерарха внесли имя главы Православной церкви Украины (ПЦУ) митрополита Киевского Епифания (Думенко) в свои церковные диптихи – списки для поминания за богослужением. Для РПЦ это стало серьезным сигналом: раскол в мировом православии продолжается и все больше поместных церквей склоняются на сторону патриарха Варфоломея.

Первой прорвала блокаду ПЦУ Элладская православная церковь (ЭПЦ). 12 октября на внеочередном заседании Архиерейского собора иерархи во главе с архиепископом Афинским и всей Греции Иеронимом II пришли к заключению, что «Вселенский патриархат имеет право предоставлять автокефалию», то есть практически признали каноничность ПЦУ. 17 октября в Москве было созвано чрезвычайное заседание Синода РПЦ, на котором было решено прекратить «молитвенное и евхаристическое общение с теми архиереями Элладской церкви, которые вступили или вступят в общение с представителями украинских неканонических раскольнических сообществ». После этого в храмах Московского патриархата на литургии имя архиепископа Афинского, как и главы Константинопольской церкви, упоминать перестали. Но Иеронима это не остановило, и 21 октября он направил Епифанию так называемую мирную грамоту – документ, подтверждающий законность рукоположения, а 10 ноября глава ЭПЦ впервые упомянул имя Думенко во время богослужения.

Пока в Московском патриархате пытались убедить общественность, что на Элладскую церковь оказывалось сильное давление как со стороны Константинополя, так и правительства Греции, а также представителей Госдепа США, ситуация усугубилась. 8 ноября каноничность ПЦУ признал глава одной из старейших православных церквей мира – патриарх Александрийский и всей Африки Феодор II.

В Украинской православной церкви Московского патриархата, которую африканский иерарх осенью 2018 года заверял в своей поддержке, действия Феодора назвали «слабостью и предательством». В РПЦ с громкими заявлениями на этот раз решили не спешить. Назначили было на 22 ноября заседание Синода, на котором должна была быть выработана позиция по поводу признания Феодором ПЦУ, но потом без объяснения причин епископское собрание отменили. Вместе с тем патриарх Кирилл за литургией вовсе перестал поминать имена восточных патриархов. В Москве приостановили деятельность подворья Александрийского патриархата.

Поскольку сообщения о совместных богослужениях архиереев поместных церквей с представителями ПЦУ стали учащаться, со стороны Московского патриархата были активизированы межцерковные двусторонние переговоры. Иерархи РПЦ встречались с главами Кипрской, Антиохийской, Польской церквей, а также Православной церкви чешских земель и Словакии и Иерусалимского патриархата. Патриарху Иерусалимскому и всей Палестины Феофилу III в Москве была вручена премия Фонда единства православных народов за «непоколебимую твердость и следование каноническому порядку». Феофил в ответ предложил собрать Всеправославное совещание в Иордании для разрешения проблем между церквами.

Наконец, 26 декабря Синод РПЦ принял решение прекратить поминовение патриарха Феодора, но cохранить церковное общение с теми архиереями, которые не признали ПЦУ. Также все приходы РПЦ , находящиеся в Африке, были выведены из юрисдикции Александрийской церкви и подчинены Московскому патриарху.

Москва. 24 ноября. INTERFAX.RU — Решение Московского патриархата разорвать общение с Константинополем из-за его действий на Украине стало чрезмерным шагом, и его нужно отменить, по крайней мере, для мирян, считает архиепископ Хариупольский Иоанн, экзарх православных русских церквей в Западной Европе.

В пастырском послании, в субботу поступившем в «Интерфакс», он заверяет, что для Архиепископии православных русских церквей, находящейся в юрисдикции Константинополя, это решение Москвы — «великое страдание».

«В силу своего одностороннего (и, на наш взгляд, чрезмерного) характера решение, принятое Священным Синодом Московского патриархата, очевидно, неприменимо в церквях Архиепископии. В нынешней ситуации наши священники и дьяконы не допускаются к сослужению в церквях, принадлежащих к Московскому патриархату (…) Но, согласно православной экклезиологии, этот запрет не может относиться к мирянам», — говорится в послании экзарха патриарха Варфоломея.

По мнению архиепископа Иоанна, «крещеные люди не являются собственностью епископов, они — члены единого церковного тела, собранного в том месте, где они находятся»: например, православный верующий Петербурга, переселяясь на Крит, «перестает быть членом Российской церкви и становится полноправным членом церкви Критской, которая принадлежит к Вселенскому патриархату».

«В отличие от клириков, миряне не нуждаются в каноническом отпуске своего епископа при изменении места жительства», — отмечает представитель Константинополя.

В заключение он выражает надежду на то, что разрыв общения между двумя Церквами вскоре будет преодолен.

«Мы заверяем духовенство Московского патриархата в нашей братской любви и надеемся, что как можно скорее сможем снова участвовать в совместных богослужениях», — пишет в послании архиепископ Иоанн.

11 октября Синод в Стамбуле лишил юридической силы свой указ от 1686 года о передаче Киевской митрополии Москве, объявил о создании своего подворья в Киеве и реабилитировал лидеров неканонических православных церквей на Украине. Московский патриархат эти решения не признал и в ответ объявил о полном разрыве отношений с Константинополем.

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *