Мстислав Удатный (Удалой) ок. 1175–1228

Сражения и победы

Древнерусский князь и полководец, князь Трипольский, Торопецкий, Новгородский, Галицкий и др. Победитель в Липицкой битве. Первый из русских князей, оказавший сопротивление монголам, — в битве на Калке…

Князя Мстислава Мстиславича чаще называют Удалым, что привычнее для современного русского уха, однако «удалой» означает, скорее, «лихой», тогда как «удатный» — «удачливый». Казалось бы, первое для воина более почетно, но ведь и удача для него важна не менее, а для правителя и подавно, тем более что она — дар Всевышнего.

Мстислав был сыном Мстислава Храброго и праправнуком Владимира Мономаха. Он стал дедом одного из самых знаменитых героев древнерусской истории — Александра Невского. Однако это все генеалогия, и то, что кто-то был чьим-то отцом или сыном, еще не свидетельствует о значимости его самого. Но само лестное прозвище Мстислава говорит о многом. Да и историки позднейших времен высоко оценивали князя — достаточно сказать, что его смертью завершает второй том своей «Истории России с древнейших времен» С.М. Соловьев. Нашлось ему место и на памятнике «Тысячелетие России». Удивляться не приходится — он правил в Новгороде и Галиче, с его именем связаны битвы на Липице и на Калке.

Мстислав Ростиславович Храбрый, отец героя

Хронология жизни и деятельности Мстислава Удатного весьма запутанна, и в исторической литературе можно встретить изложение событий с разными датировками и в не совпадающей последовательности. Начать с того, что неизвестен год его рождения. Наиболее вероятно, что Мстислав появился на свет около 1175 г. Правил он поначалу в Треполе, под Киевом – его дед великий князь киевский Ростислав Мстиславич позаботился, чтобы его детям достались города Киевской земли, которые не раз служили для них плацдармом в борьбе за Киев. Впервые как полководец Мстислав заявил о себе в 1196 г., приняв участие в борьбе своего дяди Рюрика Ростиславича Киевского и его союзников против Романа Мстиславича Волынского и Ольговичей.

Выбыв позднее из борьбы за Киев, Мстислав оказался надолго втянут в политические дела Северо-Западной Руси, прежде всего Новгорода. Здесь с 1205 г. сидел сын владимирского князя Всеволода Большое Гнездо Константин, опиравшийся на группировку Мирошкиничей. В 1209 г. в условиях обострившейся политической борьбы в городе на Волхове Всеволод посадил Константина князем в Ростове, а вместо него отправил младшего сына Святослава. Противники Мирошкиничей Михалковичи задумали изгнать его и, видимо, тайно обратились с предложением о союзе к Мстиславу. Тот напал на Торжок, схватил там дворян Святослава Всеволодовича и его наместника и отправил послов в Новгород, официально предложив им свою помощь:

Пришьл есмь к вам к вам, слыша насилье от князь, и жаль ми своея отцины.

Ведь здесь княжил и умер в 1180 г. его отец. После этого противники Святослава восстали и арестовали Святослава вместе с боярами. Мстислав, принятый в качестве князя новгородцами, собрал ополчение и вновь двинулся к Торжку, готовясь встретить суздальские полки. Всеволод, очевидно, не готовый к схватке с Новгородом и Мстиславом, за которым стояли Ростиславичи, предпочел мирное соглашение и обменял схваченных им было новгородских купцов с их товарами на Святослава и его людей.

Печать Мстислава

Став князем новгородским, Мстислав обратился к делам прибалтийским. В это время Орден меченосцев, завершивший покорение Ливонии, готовился к захвату Эстонии, после чего на очереди оказывались новгородско-псковские земли. Наилучшим способом избежать такого варианта событий было создать сферу своего влияния в землях эстов. В 1209 г. Мстислав направил посадника Дмитра Якунича с отрядом новгородцев в Великие Луки, велев ему «ставить города» (т.е. укрепленные пункты) на границе с Орденом. Затем он сам проинспектировал границу, побывал в Торжке, Торопце, а потом прибыл к Дмитру в Великие Луки. Здесь Мстислав договорился со своим братом Владимиром, князем псковским, о совместном походе в земли чуди. В 1212 г. их рати вторглись в Унганию близ Дерпта (Юрьева), нанесли поражение местным князькам, захватили множество пленников и скота, а затем после восьмидневной осады взяли Медвежью Голову (Оденпе). Побежденных обложили данью и начали обращать в христианство по православному обряду…

В боях, походах и осадах на Северо-Западе, Юго-Западе и Юге прошло еще несколько лет. Хитросплетения древнерусской политики вокруг Новгорода, Галича, Киева разрубались мечом. Мстислав Удатный приближался к своей главной победе и одной крупнейших битв в истории междоусобных войн Древней Руси.

Провладимирская группировка в Новгороде добилась приглашения князя Ярослава — сына Всеволода Большое Гнездо, отца Александра Невского и, кстати, зятя Мстислава Удатного. Однако самовластие Ярослава, который среди прочего преследовал сторонников своего тестя, вызвало сильнейшее недовольство новгородцев. Когда жители Прусской улицы восстали против сторонников князя и убили двоих из них, он перенес свою резиденцию в Торжок и перекрыл подвоз хлеба, чем вызвал голод в Новгороде. Дважды прибывавших оттуда с просьбой о снятии блокады и возвращении послов князь арестовал, как и многих новгородских купцов. Тогда новгородцы обратились к Мстиславу с призывом спасти их, и он, вновь заняв новгородский стол, предложил зятю отпустить арестованных и покинуть Торжок. Получив отказ, князь созвал вече, на котором призвал изгнать Ярослава из Торжка: «Да не будеть Новый търг Новгородом, ни Новгород Тържьком. (…) А и в мнозе бог, и в мале бог и правда!»

1 марта 1216 г. Мстислав вместе с братом Владимиром выступил в поход, вызволил из осады Ржев, овладел Зубцовом, куда подоспел с войском и смоленский князь Владимир Рюрикович. Дойдя до Холохни, что близ Старицы, князья предложили Ярославу мириться, но тот гордо отказался: «Миру не хощу».

Двинувшись вдоль Волги, союзники вступили в Тверскую волость, грозя отрезать Ярослава от Суздальской земли. Он спешно покинул Торжок (чего так хотели новгородцы) и выслал авангард к Твери. Поняв, что Ярослав уже в Твери или вот-вот будет там, Мстислав обошел ее с востока, продолжив движение на Переяславль. Ярославу пришлось оставить Тверь, а потом — бежать к Юрию-Польскому. Здесь, на Липицком поле, встретились армии противников. С одной стороны — отряды из Ростовской, Новгородской, Псковской, Смоленской земли, с другой — из Владимира, Суздаля, Переяславля-Залесского, Юрия-Польского и других городов.

Вступление Мстислава в битву на Липице

Новгородский летописец уверяет, будто на пиру перед Липицкой битвой бояре «с суздальской стороны» кричали, что закидают врагов седлами («навержем их седлы»). Юрий и Ярослав заранее-де поделили Русскую землю: Юрию — Владимир и Ростов, Ярославу — Новгород, им обоим — Галицкая земля, Святославу — Смоленск, а Ольговичам — Киев. На этом они будто бы целовали крест и подписали грамоты, которые после боя захватили смоляне. Все это часто повторяется в научной литературе безо всяких сомнений. Сомнения, однако, вполне уместны, учитывая пристрастность новгородских летописцев, которым вряд ли кто-то рассказывал, чтó творилось в княжеском шатре перед битвой. И уж тем более сомнительно, чтобы подвыпившие князья и бояре стали заниматься таким скучным делом, как составление грамот — в те времена, как верно указывает А.А. Кузнецов, вполне обошлись бы устными декларациями, а фиксация с помощью актов, да еще в столь конкретной форме, больше напоминает практику XV-XVI вв., когда соответствующие летописи и составлялись.

Однако факт остается фактом: к битве Юрий и Ярослав оказались не готовы. Мстислав, впрочем, не торопился лезть в драку, а вновь прибег к маневру, двинувшись на Владимир в обход Авдовой горы, где стояли воины Юрия. Как только они стали сходить с нее, чтобы атаковать наступающего на стольный город врага, ратники Мстислава обратились против них и сильным контрударом заставили отступить.

Главная битва произошла 21 апреля. Владимир Смоленский стоял на фланге против Ярослава, Мстислав и Всеволод (сын Мстислава Романовича) стояли в центре против Юрия с его суздальскими полками, а Константин на другом крыле — против Святослава и Владимира, младших братьев Юрия и Ярослава.

Нача же Мстислав с Володимеромъ укрепляти новогородци и смолняны, ркуще: «Братье, се вошли есми в землю силну, а позряче на Богъ, станем крепко, не озираимся назадъ: побегше, не уйти. А забудем, братье, домы, жены и дети, а коли любо умирати, хто хочеть пешь, или кто на коне.

Перед боем Мстислав среди прочего заявил воинам: «А кто хощеть пешь, а кто хощеть — на конех». Многие новгородцы, заявив, что хотят сражаться, «яко отци наши билися», не только «съседьше с конь», но и «порты и сапози сметавше» (стало быть, и доспехи). Кое-кто из смолян также спешился и разулся, но не до конца, а «перевив» себе ноги, доспехи же снимать не стали. Часть смолян, полк воеводы Ивора Михайловича, пошел на конях через густой лес («дебри»). Пехота вступила в схватку с людьми Ярослава, не дожидаясь кавалерии, и опрокинули один из стягов Ярослава, а затем, когда подоспели конники, — и второй.

Теперь атаковал и Мстислав с Всеволодом и Владимиром. Летописец уверяет, будто удалой князь проскакал «сквозе полкы» Юрия и Ярослава, обращая на себя внимание, ибо был у него «топор с паворозою» (ремнем или петлей, привязывавшим оружие к руке), которым он рубил врагов. В конце концов его воины «досекошася и до товаров», т.е. прорвались к обозу, после чего Юрий, Ярослав и их младшие братья бежали с поля боя, где осталось лежать будто бы 9233 побежденных, 60 попало в плен, тогда как новгородцев пало лишь 4 или 5, а смолян и вовсе один (!).

Бегство Юрия (Георгия) после Липицкой битвы

Вся эта картина требует множества поправок и разъяснений. Поведение снявших доспехи, обувь и спешившихся новгородцев объясняется, видимо, не только сугубо практическими соображениями (для новгородцев кавалерийский бой вообще не характерен), но, как полагает А. С. Щавелев, и неким воинским обычаем, напоминающим обычаи викингов, демонстрировавшим готовность биться насмерть… Очевидным результатом риторического осмысления текста стал эпизод с троекратным прохождением Мстислава через вражеский строй и неправдоподобно огромные цифры потерь — 9233. Многие ученые уверенно повторяют их как вполне достоверные, но нет уверенности, что столько людей с одной из сторон вообще участвовало в сражении. Истинный же масштаб потерь отражает скромное число пленных суздальцев.

Простояв на поле битвы, на следующий день победители неспешно двинулись к Владимиру, где заперся Юрий. Жители отнюдь не рвались защищать князя перед лицом сильного врага (не первый случай в истории Руси). Пока союзники стояли под стенами, «думаху отъкуду взятии», ночью во Владимире начались пожары. Мстислав и Владимир не дали новгородцам и смолянам, рвавшимся пограбить беззащитный город, войти в него, а на следующее утро Юрий капитулировал и ушел в Радилов Городец, оставленный ему в удел победителями.

Шлем Ярослава Всеволодовича, брошенный им на поле Липицкой битвы

Что касается Ярослава, то ему пришлось вернуть оставшихся в живых новгородских и новоторжских пленников, а кроме того, Мстислав забрал у него свою дочь, хотя Ярослав и уговаривал оставить ее ему (впоследствии брак возобновится, и Феодосия станет матерью Александра Невского). Спорные земли на Волоке, надо думать, также были возвращены новгородцам. Зато Ярослав, в отличие от Юрия, остался княжить там, где и прежде, хотя его вина в конфликте была, пожалуй, больше.

Для Новгорода победа на Липице означала крах попыток суздальских князей самовластно распоряжаться на берегах Волхова. Потом Ярослав еще не раз будет княжить там, но таких самодурских выходок, как прежде, себе уже не позволит. А победитель на Липице, несмотря на просьбы новгородцев, в конце концов навсегда покинет берега Волхова — Галич представлялся куда более заманчивой целью.

В 1219 или 1220 г. Мстислав Удатный и Владимир Рюрикович с русскими и половецкими отрядами вторглись в Галицкую землю. Венгерско-польско-моравское войско выступило ему навстречу, но потерпело полное поражение и попал в плен. Победители овладели городскими воротами и вступили в Галич. Венгры укрылись в церкви Богородицы, превращенную ими в крепость, и отстреливались оттуда. Осаждающим помогли горожане, охотно выступившие против завоевателей. Венграм, у которых кончилась вода, пришлось сдаться. Те из интервентов, кто спасся из города, «смерды избьени быша» – сельские жители также не жаловали захватчиков. Однако Мстислав понимал, что прежде всего надо наладить отношения с местными боярами, чье влияние решало здесь куда больше, чем в других княжествах.

Когда венгерский ставленник Судислав стал молить князя о пощаде, «обуимая нозе его, обещася работе быти ему», т.е. обещая быть рабом, победитель на Липице, «веровавшю словесемь его и честью великою почтив его», назначил наместником Звенигорода.

В 1223 г. к Мстиславу обратился за помощью его тесть половецкий хан Котян, которого теснили новые завоеватели — монголы. Победитель на Липице предложил князьям обсудить просьбу Котяна о помощи. Они собрались в Киеве, где приняли решение помочь половцам. В походе приняли участие помимо самого Мстислава, его тезки — князья киевский, черниговский и луцкий, а также Владимир Рюрикович Смоленский, Даниил Романович Волынский и другие правители Руси, не говоря уже о половецких ханах Котяне, Бастые и прочих.

Мстислав Мстиславович
Художник Б. Чориков

В апреле войско выступило в поход, и у г. Заруба, у переправы на левый берег Днепра, их встретили монгольские послы. Они заявили, что монголы воюют с половцами, врагами русских, а против самих русских ничего не имеют — так они обманули в свое время самих половцев, когда те хотели помочь аланам и черкесам. Князья не поверили лживым словам послов и велели убить их.

Причина столь сильной реакции неясна, но такие случаи происходили подозрительно часто — монгольских послов убивали в Хорезме, Венгрии… А.А. Немировский, обративший внимание на это обстоятельство, объясняет его тем, что монголы считали себя вправе вырезать народы, чьи правители убивали их послов, и ханы поручали своим представителям делать такие заявления, которые вызывали законное возмущение принимающей стороны — так, хорезмшаха они сразу назвали от имени Чингисхана одним из его любимых сыновей, т.е. вассалом, а потом потребовали выдачи его ближайшего родственника, по чьей вине погиб монгольский караван в Отраре. Неудивительно, что одного из послов в итоге казнили, зато его соплеменники считали себя вправе не соблюдать в отношениях с Хорезмом никаких правил. Возможно, что-то подобное произошло и в Зарубе — представители монголов повели себя столь заносчиво, что разгневанные князья просто не могли не убить их.

Вскоре Мстислав столкнулся с передовым отрядом неприятеля во главе с Гемябеком и разгромил его, сам Гемябек пытался спрятаться, но его нашли и убили (по другой версии, это случилось с Семеябеком, а Гемябек бежал). Продолжив поход, у Хортицкого брода союзники встретились с подошедшим из Галича подкреплением под командованием Юрия Домамерича и Держикрая Володиславича. Сюда же подошли половецкие отряды. После недолгой задержки союзные рати двинулись дальше и вскоре столкнулись с передовым отрядом неприятеля.

Стрелци же Рускыи победиша и (их. – А.К.) и гнали в поле, далеце секуще и взяша скоты их.

Через восемь дней русские полки достигли реки Калки. Передовой русско-половецкий отряд завязал с вражеской «сторожей» бой, в котором погиб воевода Иван Дмитриевич и еще двое безымянных ратников (или тоже воевод?).

Битва на Калке

31 мая Мстислав Удатный приказал Даниилу переправиться через Калку, а затем сделал это сам. Обнаружив перед собой главные силы неприятелей под командованием Джебе и Субедея, князья решили атаковать. Дальнейшее не вполне ясно. Непонятно прежде всего, осознали ли князья, что это именно главные силы, а не очередной передовой отряд, хотя и более многочисленный, Ибн ал-Насир пишет, что монголы заманили русских и половцев и атаковали, когда те этого не ожидали. Ипатьевская летопись сообщает, будто бы Мстислав, призвавший других князей к оружию, ничего не сообщил киевскому и черниговскому князьям, «бе бо котора (ссора. – А.К.) велика межю има», но почему-то прежде о ней ничего не говорилось. В битве приняли участие, помимо галицкого и волынского князей, Олег Курский и Мстислав Немой, правитель Луцка. Похоже, сражался и Мстислав Черниговский — его за уклонение от битвы, как киевского князя, летописцы не упрекают. Даниил проявлял чудеса храбрости, «не чюяше ран, бывших на телеси его». Новгородский летописец уверяет, будто во всем виноваты половцы — «побегоша не успевъше ничтоже Половци назад, и потъпташа бежаще станы русскых князь». Так или иначе, союзники потерпели полное поражение, Мстислав Киевский, не принявший участия в битве, был окружен в лагере и через три дня (цифра, впрочем, сугубо условная) сдался под честное слово, которое ему дал союзник монголов, предводитель бродников Плоскиня. Но после убийства своих послов Джебе и Субедей считали себя вправе нарушать любые обещания и расправились с князем и его приближенными.

Очевидно, Мстислав стал жертвой собственной удали — он начал бой, не дождавшись сосредоточения главных сил. Видимо, прежние успехи вскружили ему голову. Вина половцев за поражение представляется сильно преувеличенной — вряд ли они были столь многочисленны, что своим бегством решили исход битвы. Кроме того, следует учесть, что союзники столкнулись с сильнейшими воинами своего времени, прекрасно обученными, храбрыми, опытными, которыми руководили способные полководцы, применившие здесь, судя по Ибн ал-Насиру, отработанную тактику заманивания. Битва на Калке стала грозным предвестием того, что ждет Русь в недалеком будущем.

Расправа с русскими князьями после битвы при Калке глазами П. Рыженко

Последняя битва Мстислава была с венграми под Звенигородом.

Мстислав победи я и гнаша по них до станов королевых, секуще и, тогда же Мартиниша убиша, воеводу королева. Король же смятеся умом и поиде и земли борзо.

Трудно сказать, чем руководствовался Мстислав, когда в конце концов передал Галич и уехал в Торческ. Там в 1228 г. «Мьстислав великыи удатныи князь умре».

Мстислав Удатный не прославился победами над половцами, как Владимир Мономах, над крестоносцами, как Александр Невский, или над татарами, как Дмитрий Донской. После сражения под Звенигородом Мстислав почти сразу потерял Галич, за который так долго боролся. Остается Липицкая победа, которая укрепила положение Новгорода и заставила впоследствии Ярослава вести себя на берегах Волхова, как подобает государственному мужу, а не разбойнику с большой дороги. Если смотреть на дело шире, Мстислав боролся в той войне за соблюдение правил. Нельзя сказать, что все действия этого князя вызывают одобрение, но мы не слышим, чтобы его упрекали в предательстве, клятвопреступлении или подлости.

М.О. Микешин, И.Н. Шредер.
Памятник Тысячелетию России.
1862 г. (Фрагмент)

Теперь обратимся к особенностям полководческого почерка. Мстислав был, выражаясь высоким стилем, рыцарем без страха и упрека, не раз лично участвовал в боях и проявлял себя как храбрый воин. Конечно, можно обвинить князя в опасном молодечестве, но даже о его ранениях мы не слышим, к тому же это работало на его репутацию как в глазах общества, так и собственных воинов. Конечно, стремительная атака явно была по душе Мстиславу, но во время похода к Липице он показал себя умелым стратегом, мастером маневра, постоянно вынуждая Ярослава отступать. Единственное крупное поражение Мстислава — Калка, но здесь многое объясняется неизученностью противника, к тому же не имевшего себе в те времена равных. И даже если бы на Калке князьям удалось победить, это, к несчастью, не спасло бы Русь от Батыева погрома.

Следует также отметить умение Мстислава удачно выбирать время для нанесения удара (политический расчет — неотъемлемая часть стратегии). Однако в случае с Галичем налицо и важный недостаток Мстислава — он выбрал себе цель не по силам. Здесь оказалось слишком много врагов (венгры, поляки, часть местных князей и бояр), а силы его были весьма скромны. Между тем руководствовался Мстислав явно не самыми благородными соображениями, просто желая себе более престижного стола. Но такова была психология практически всех князей, и трудно упрекать его за это.

А.В. КОРОЛЕНКОВ, Академиздатцентр «Наука»

Литература

Грушевський М.С. Iсторiя Украïни-Русі. Львiв, 1905 Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей.
Т. 1. СПб., 1873 Пашуто В.Т. Очерки по истории Галицко-Волынской Руси. М., 1950 Соловьев С.М. Сочинения. Кн. I. М., 1988 Эммаусский А.В. Мстислав Удалой. Из истории Древнерусского государства накануне монголо-татарского завоевания. Киров, 1998

Интернет

Изяслав Давыдович

Время и место рождения Изяслава Давыдовича неизвестны.

Отец — Давыд Святославич (1050-1123), князь переяславский (1073-1076), князь муромский (1076-1093), князь смоленский (1093-1095, 1096-1097), князь новгородский (1094-1095), князь черниговский (1097-1123), средний из пятерых сыновей великого князя киевского Святослава Ярославича. Почитается как первый святой (благоверный) в Черниговской земле (день памяти 20 сентября по юлианскому календарю в Соборе Брянских святых).

Мать — Феодосия.

После смерти киевского князя Всеволода Ольговича (двоюродного брата Изяслава) в 1146 году Изяслав Давыдович вместе со своим братом, князем черниговским Владимиром, активно участвовал в междоусобице. Преследовал изгнанного из Новгород-Северского княжества двоюродного брата Святослава Ольговича и был разбит в 1147 году. В 1149 году вместе с Изяславом Мстиславичем выступил против осаждавшего Переяславль Юрия Долгорукого и проиграл сражение.

В 1151 году братья приняли участие в сражении на речке Малый Рутец, причем Изяслав выступил на стороне Изяслава Мстиславича, а Владимир (он в этой битве погиб) — на стороне Юрия Долгорукого. Битва завершилась победой Изяслава Мстиславича, а Изяслав Давыдович получил черниговский престол. Вскоре после этого Юрий Долгорукий с половцами осаждал Чернигов, но не сумел его взять.

13 ноября 1154 года Изяслав Мстиславич умер. Киевляне призвали на престол смоленского князя Ростислава Мстиславича, но Изяслав Давыдович с войсками Глеба Юрьевича, сына Юрия Долгорукого, и половцами разбил Ростислава и сам занял престол. Вскоре он был вынужден уступить Киев Юрию Долгорукому, который привел войско с севера, и вернуться в Чернигов. Однако он продолжал претендовать на Киев, где в отличие от других черниговских князей приобрел определенную популярность — в частности потому, что вместе с женой выкупал взятых половцами в плен воинов и союзников Ростислава Мстиславича, среди которых был и князь Святослав Всеволодович.

Юрий Долгорукий умер (предположительно, был отравлен боярами) 15 мая 1157 года. Изяслав во второй раз стал великим князем. Он попытался оставить за собой Черниговское княжество, но после недолгого конфликта согласился уступить Чернигов Святославу Ольговичу, хотя удержал за собой часть черниговских земель.

В 1158 году он отказался выдать галицкому князю Ярославу Осмомыслу его соперника, двоюродного брата-изгоя — Ивана Берладника, который был давно изгнан из своего удела и, скитаясь по Руси и степям, служил по найму другим князьям. В ответ Ярослав образовал против Изяслава коалицию с волынским князем Мстиславом Изяславичем и Владимиром Андреевичем пересопницким. Ольговичи отказались поддержать Изяслава Давыдовича. Он привлек на свою сторону половцев, но в сражении под Киевом (конец 1158 года) изменили берендеи, и Изяслав вынужден был бежать в землю вятичей. Мстислав отдал киевское княжение Ростиславу Мстиславичу.

Вскоре после этого Изяслав был разбит галицко-волынским отрядом, который опустошил землю вятичей. В ответ Изяслав привел половцев и с ними совершил поход в Смоленское княжество. На его сторону перешли князья северский, курский и вщижский, после чего он осадил Глеба Юрьевича в Переяславле. Осада была отбита, но Изяслав с половцами 8 февраля перешел замерзший Днепр у Вышгорода и 12 февраля 1161 года внезапным ударом захватил Киев. Ростислав по совету дружины бежал из Киева и укрылся в Белгороде.

Осада в течение 4-х недель Белгорода войском Изяслава не увенчалась успехом, а тем временем подошли союзники Ростислава — Мстислав Изяславич, Рюрик Ростиславич, Владимир Андреевич и правивший в Поросье Василько Юрьевич. Половцы Изяслава разбежались, бежал и сам Изяслав, торки нагнали и разбили его войско, а сам он получил смертельное ранение.

Похоронен в Чернигове в церкви Бориса и Глеба.

Личная жизнь Изяслава Давыдовича:

Жена неизвестна.

Дочь Изяслава Давыдовича в 1156 году вышла замуж за Глеба Юрьевича, князя переяславского.

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *