Музыка Николая Бакалейникова
Слова Н. фон Риттера

Ах, зачем эта ночь
Так была хороша!
Не болела бы грудь,
Не страдала б душа…

Ароматной весной
Повстречался я с ней.
Расцветали цветы,
Сладко пел соловей.

Всей душой отдался,
Лишь одной ею жил,
Целовал, миловал
И безумно любил.
Не внимая мольбам
И рыданьям моим,
Вдруг пошла под венец
Не со мной, а с другим.

И никто не видал,
Как я в церкви стоял,
Прислонившись к стене,
Безутешно рыдал.
Так к чему ж мне страдать,
Для чего же мне жить,
Коль ее злой судьбой
Не дано мне любить.

<1916>



Исполняет Екатерина Шаврина

Николай Бакалейников (1881-1957)
Н. А. фон Риттер

«Ах, зачем эта ночь так была хороша» — русский романс начала ХХ века; название дано по первой стихотворной строчке.

  • Автор стихов: Николай Алексеевич фон Риттер
  • Автор музыки: Николай Романович Бакалейников.

Точная дата появления романса неизвестна, но зато известно, что его название послужило названию снятому в 1916 году фильму, из чего можно сделать вывод, что романс появился раньше — возможно, в первой половине 1910-х годов и что он получил большую популярность.

Поэт Николай Алексеевич фон Риттер, чьи стихи были положены в основу романса, до революции был автором многих лирических стихотворений, в том числе положенных на музыку разными композиторами, один из самых известных романсов на его стихи: «Ямщик, не гони лошадей». Происходил он из обрусевших немцев; родился и вырос в интеллигентной семье, отец его был известным литератором и журналистом. После революции 1917 года он эмигрировал. Больше о нем ничего неизвестно.

Композитор Николай Романович Бакалейников (1881—1957) происходил из музыкальной семьи: и его отец, и его братья были музыкантами. Н. Р. Бакалейников одно время работал в оркестре московского императорского Большого театра; в 1931 году переехал в Свердовск, работал в музыкальном театре и преподавал музыку в Свердовской консерватории. Он — автор нескольких романсов, один из самых известных, не утерявших современности, «Ах, зачем эта ночь…», сочиненный им еще в начале творческого пути.

Романс в начале ХХ века вдохновил режиссёра Александра Аркатова на создание художественного (немого) фильма с тем же названием, который и был создан в 1916 году. Это была драма по сюжету популярной песни — о несчастной любви, но творчески переработанная и дополненная: там действовали три персонажа — сын коннозаводчика, фабрикант и дочь фабриканта. Автором сценария выступил сам же режиссер. Надо сказать, что тогда это был не единственный фильм по романсу — появилась даже мода на подобные немые («великий немой» еще не обрел голос) фильмы; на сюжеты фильмов переделывались романсы «Ухарь-купец» (1909 г.), «Гай-да, тройка» (1913 г.), «Нищая» (1916 г.), «Колокольчики-бубенчики звенят» (1916 г.), «На последнюю пятерку» (1916 г.) и множество других.


ВАРИАНТЫ

Ах, зачем эта ночь
Так была хороша!
Не болела бы грудь,
Не страдала б душа.

Полюбил я ее,
Полюбил горячо.
А она на любовь
Смотрит так холодно.

Не понравился ей.
Моей жизни – конец.
И с постылым на зло
Мне пошла под венец.

Не видала она,
Как я в церкви стоял,
Прислонившись к стене,
Безутешно рыдал.

Звуки вальса неслись,
Веселился весь дом.
Я в каморку свою
Пробирался с трудом.

И всю ночь напролет
Я все думал о ней:
Как без милого жить
Каково будет ей.

Исполнителем многих музыкальных произведений Н. Р. Бакалейникова был певецА. М. Давыдов, романс «Ах, зачем эта ночь» тоже входил в его камерный репертуар. Он отредактировал текст романса на собственный лад, таким образом появился второй вариант текста.


Ах, зачем эта ночь…

Ах, зачем эта ночь
Так была хороша!
Не болела бы грудь,
Не страдала б душа.

Полюбил я ее,
Полюбил горячо.
А она на любовь
Смотрит так холодно.

Не понравился ей.
Моей жизни – конец…
И с постылым назло
Мне пошла под венец.

Не видала она,
Как я в церкви стоял,
Прислонившись к стене,
Безутешно рыдал.

Звуки вальса неслись,
Веселился весь дом.
Я в каморку свою
Пробирался с трудом.

И всю ночь напролет
Я все думал о ней:
Каково будет ей
Без милого жить век?

И решил я тогда
Жизнь покончить свою.
Вышел на берег я…
Над рекою стою…

Вынул острый кинжал
И пронзил себе грудь –
Пусть невеста моя
Похоронит мой труп.



Ах, зачем эта ночь?

Ах, зачем эта ночь
Так была хороша!
Не болела бы грудь,
Не страдала б душа.

Припев:
Ах, зачем эта ночь
Так была хороша!
Не болела бы грудь,
Не страдала б душа.

Полюбил я ее,
Полюбил горячо.
А она на любовь
Смотрит так холодно.

Знать хотела узнать
Моей жизни конец,
С нелюбимым она
Вдруг пошла по венец.

Не видала она,
Как я в церкви стоял,
Прислонившись в углу
Безутешно рыдал.

И решил я тогда
Жизнь покончить с собой,
Вышел на берег я —
Небосклон голубой.


Пластинка Сирена Грандъ Рекордъ.
Содержимое этикетки:
Русская песня
исп. Хор под упр. К. Башарин

. 1. «А я хожу в церковь» – 5
2. «У меня Бог в душе» – 7
3. «Я еще не созрел» – 10
4. «Не хожу в церковь, потому что это модно» – 10
5. «В церковь стало ходить много людей напоказ, политики стоят со свечками в руках, ходят бандиты — не хочу им уподобляться» – 12
6. «Нас не воспитывали в вере. Теперь уже поздно менять свое мировоззрение» – 13
7. «Я не знаю, как себя вести в церкви. А вдруг меня плохо встретят?» – 14
8. «Я не такой уж сильно верующий» – 14
9. «На Бога надейся, а сам не плошай» – 15
10. «А что в церкви делать?» – 16
11. «Я такой грешный, куда мне еще в церковь?» – 22
12. «У меня нет времени. Мне некогда» – 23
13. «В церковь ходить не получается» – 24
14. «Еще успею, не сейчас, потом как-нибудь» – 27
15. «Я не могу ходить в храм, мне там бывает плохо» – 28
16. «Я не понимаю, что в церкви говорят» – 29
17. «Читать и слушать Евангелие трудно» – 31
18. «Но мы же светские люди, мы же не монахи» – 32
19. «Но есть ведь не только Православная Церковь» – 33
20. «Можно и дома молиться» – 35
21. «Все так живут» – 36
22. «Но если начинать ходить в церковь, тогда ведь надо будет жить по-другому» – 37
23. «Я просто не хожу. При чем тут дьявол?» – 39
24. «Как я пойду на исповедь, когда я не могу/не хочу отказаться от некоторых своих грехов?» – 42
25. «Есть и недостойные священники. А вдруг к такому попадешь?» – 43
26. «Как я могу совершенно незнакомому человеку открывать свою душу?» – 46
27. «А что люди скажут?» – 50
28. «Пойду в церковь — дома будут недовольны» – 51
29. «Главное — быть хорошим человеком и делать добрые дела» – 52
30. «Я ходил в церковь, молился, ставил свечи, а все равно ничего не изменилось. Бог меня не услышал» – 62
31. «А кто знает, что всё это — правда? Я не могу верить на слово. Если бы я сам увидел какое-то чудо…» – 68
32. «Но ведь и у тех, кто в церковь ходит, бывают и несчастья, и болезни» – 69
33. «Пока живем, надо жить, а не думать о смерти» – 70_______Приложение 1. Почему я хожу в церковь. Из сочинений учеников 28-й Кратовской средней шкоды Московской области – 75
Приложение 2. Из слова святителя Иоанна Златоуста – 89

Неделю назад я увидела в соцсетях пост петербурженки, чей друг умер в Калининграде от коронавируса. Так уж вышло, что незадолго до этого он сходил на пасхальную службу в церковь. Еще и всю семью заразил. Так как больше никто из них из дома не выбирался, закономерно предположить, что пневмонию человек поймал именно в храме. Ну, или он уже был болен и сам принес инфекцию в церковь.

Я написала об этом с сожалением и призывами не ходить в храм. И получила в ответ море оскорблений. Несколько публичных людей написали мне, что я «ку-ку». Кто-то сказал, что я — мразь. А один очень известный экономист даже написал: «Миронова, вы идиотка? Через святое причастие заразиться нельзя».

Говорят, что после пандемии мир не будет прежним. Я не верю. Германия восстанавливается и забывает о беде. Даже итальянцы собрались открывать свои курорты.

Повздыхают немного, помянут умерших и заживут прежней жизнью. И, может быть, даже лучше, потому что этой весной получили небывалый опыт самообъединения и настоящей национальной консолидации.

А вот нашу страну точно ждут большие перемены. Такими, как раньше, мы не будем. В том числе из-за оставшихся обид.

Я человек не религиозный, но и не воинствующий безбожник. Когда-то в юности я была верующей. У меня нет никакого отторжения православия. Я люблю ходить в храмы, читать церковную литературу, мне интересны православное искусство и история старчества. К православию я отношусь как к национальному культурному феномену. Это часть культурной среды, в которой я выросла.

Так вот, в последние два месяца у меня образовалось серьезное чувство обиды и на руководство РПЦ, и на некоторых верующих. Обида прежде всего за неготовность закрыть храмы. Сколько РПЦ упиралась, даже грозила исками в Конституционный суд. В результате лишь несколько регионов посмели объявить о закрытии храмов. И если в Карелии запрет сразу стали более или менее соблюдать, то в Петербурге дело дошло до прямого противостояния. И даже когда сидеть дома призвал сам патриарх, петербургские храмы не просто не хотели закрываться, они не желали запретить пускать к себе верующих. Да и от патриарха, кроме призыва в проповеди, вытянутого у него как будто бы через силу, никаких действий не последовало. Хотя он мог закрыть храмы одной своей волей.

Упорство РПЦ я восприняла как решение рискнуть общественным благом и здоровьем прихожан.

Были конфессии, которые сразу прислушались к призывами о запрете богослужения. В первую же волну самоизоляции закрылась Русская православная автономная церковь, закрылись сразу синагоги, почти все протестантские церкви.

По большому счету, санитарным призывам последовали безоговорочно религии и конфессии, не пользующиеся покровительством государства.

РПЦ же, очевидно осознавая себя под защитой государства, пошла против его воли. Ведь государство свою волю изъявило внятно: чтобы все сидели дома. Но проговорило ее не очень уверенно, так, чтобы избежать последствий, в том числе от ссоры с РПЦ. Церковь ослушалась государства, вероятно, потому, что поняла его неготовность идти на противостояние.

Православные храмы, работавшие до последнего и по факту почти не закрывшиеся — то, что россияне еще долго будут вспоминать. Такое отношение к общественному благу стало и удивительным, и обидным.

Замечу, что обида останется не только у нерелигиозных людей. Множество воцерковленных православных были обескуражены упрямством патриархии в продолжении богослужения и открытии монастырей. Были, конечно, и те, кто идиотами обзывал за призывы воздержаться от похода на богослужение.

При этом призывы закрыть храмы я слышала в том числе от православных монахов. Но патриархия их не воспринимала, а отдельные экзальтированные верующие даже оскорбляли монахов. Ладно я — в глазах многих верующих такие, как я, это пропащий материал, чего с нами церемониться? Но ведь грубили и монахам, грубили священникам, которые призывали сидеть дома. И не только таким критикам РПЦ, как Андрей Кураев. У меня в Facebook есть френды из числа обычных многодетных провинциальных батюшек, есть в ленте и монахи: на них рядовой православный обыватель вылил не один ушат оскорблений. Все потому, что батюшки посмели усомниться в убежденности, будто при богослужении коронавирус поймать нельзя.

РПЦ – это ведь десятки, может, даже сотня тысяч не только священников, но и прислужников, работников и работниц храмов. Не все они до последнего верили, что храм защищает от инфекции. И не все могли самовольно отказаться от похода в церковь — многие там трудоустроены. Кто-то работает официально в храме и не был вправе сидеть дома. Не все эти люди единогласно поддерживали желание ходить в храм, но не могли бросить службу. В том числе потому, что часто они дают обет служения и без закрытия храма не могут от него отказаться. Православные деятели о них не пишут, как и вообще о несогласных в теле церкви. А неверующие эту проблему не поднимали, потому что плохо знают, как устроена жизнь воцерковленных людей, каким законам она подчиняется и по каким мотивам развивается.

В общем, в нашей прессе мало писали о тысячах и тысячах самих православных верующих, которые остались обижены на московскую патриархию за то, что та ими рискнула.

Ради чего риски? Совершенно непонятно. Неужели ради пожертвований? Если дело не в деньгах, почему не смогли сразу закрыть храмы?

И что нам, россиянам, на которых в борьбе за это закрытие, вылили столько оскорблений, делать? Был хоть один православный человек, который выступил бы публично с сожалением? Сказал бы честно: «Мы ошиблись, из-за этой ошибки многие люди заболели, а кто-то пострадал от грубости и агрессии сторонников богослужения». Никто не выступил.

Меня, взрослую образованную женщину, называли идиоткой, когда на постсоветском пространстве были уже целые монастыри, где насельники слегли с коронавирусом. И никто не сказал хотя бы слова сожаления!

Именно в эпидемию стало понятно, сколь незавидно сегодня положение нерелигиозных людей в России. На нас смотрят свысока, перед нами не считают нужным держать лицо, соблюдать правила приличия. Нас можно открыто называть дураками, идиотами.

В стране сложилась традиция: на неверующих смотрят как на младенцев или дурачков, которым вера еще не открылась. А права в ответ точно также посмотреть на людей религиозных у нас нет — их достоинство защищено законом. За называние человека идиотом только потому, что он не верит в бога, никому ничего не будет.

Такое положение было неприятно, но терпимо. Если, конечно, держать язык за зубами и уходить от религиозных тем.

Все изменилось с приходом эпидемии. Религиозность вдруг стала фактором риска, а вопрос закрытия храмов стал вопросом общественного блага.

Верующие идут на богослужение, заболевают, потом отправляются в магазин, к врачу, заражают других. Они попадают в больницы, занимают койки, аппараты ИВЛ… На этом фоне Папа Римский призывает сидеть дома и выступает перед пустой площадью. А у нас тебя называют идиотом за призывы закрыть храмы.

Эпидемия пройдет. Худо-бедно, но жизнь восстановится. Скорее, конечно, бедно и худо. Мир не обрушится и Россию беспощадный фатум в тартарары не заберет: выплывем, выживем. И как же мы потом будем жить, помня, что одни пренебрегали здоровьем других и вдобавок грубили? Как взрослые образованные люди, верующие, неверующие и не очень верующие, будут смотреть на своих сограждан, которые вдруг объявили себя умнее, а свои ценности — важнее здоровья окружающих?

Если бы верующие рисковали только своими жизнями, их религиозное рвение еще можно было принять. Даже если бы они заражали только свои семьи, к ним было бы меньше вопросов: ну хорошо, если семья не может тебя вразумить, пускай несет риски. Но рисковали-то здоровьем всех других! Один человек после той службы в Калининграде заразил только свою семью и сам умер. Священники могут, конечно, сказать, что больной не в храме заразился. Допустим, он поймал инфекцию в магазине, но потом пришел на службу. Заразил другого. Тот сходил в продуктовый ларек, где надышал на какого-нибудь командировочного из Уссурийска, который на следующий день увез инфекцию домой.

Этой весной от каждого в мире человека, хоть сколько-нибудь включенного в жизнь общества, потребовалось принять жесткие правила круговой поруки. Карантин и самоизоляция есть не что иное, как общинная порука. Ты берешь на себя обязательства по соблюдению правил безопасности, и на этих условиях продолжают работать магазины и больницы. Твоя семья, твои соседи, твои коллеги зависят от твоих поступков. А ты зависишь от их сознательности.

Ты можешь умереть, если коллега твоего соседа безответственно отнесся к санитарным требованиями. А можешь — потому, что он пошел на службу в храм.

Надо, чтобы кто-то уже назвал произошедшее своими словами: в минувшие месяцы многие верующие проявили пренебрежение к чужим жизням и здоровью. И горечь — самое мягкое слово для обозначения того чувства, которое будет диктовать новые отношения большинства граждан с православными клириками и ортодоксальными верующими.

Горечь и обида. Горько, что церковь поставила свои интересы выше чужих жизней. Обидно, что ей сойдет это с рук… Тихон Шевкунов назвал нечестивцами тех, кто утверждал, будто в храме заболеть нельзя.

Простите, на этом все? Тем, кого обозвали идиотами и даже заразили, церковь ничего в ответ сказать не хочет?

/ Характеристики героев / Островский А.Н. / Гроза / Катерина

-Вариант 1
-Вариант 2
-Вариант 3
-Вариант 4
-Вариант 5

Драма А. Н. Островского «Гроза” была опубликована в 1860 году, накануне революционной ситуации в России. В тоже время, премьера этой пьесы была в 1859 году. В произведении отразились впечатления от путешествия писателя по Волге летом 1856 года. Но не какой-то определенный волжский город и не какие-то конкретные лица изображены в «Грозе”. Все свои наблюдения над жизнью Поволжья Островский переработал и превратил их в глубоко типичные картины русской жизни. А.Н. Островский, автор многочисленных пьес, поистине считается «певцом купеческого быта”. Именно изображение мира купечества второй половины XIX века, названного Добролюбовым в одной из статей «темным царством”, стало главной темой творчества Островского.
Жанр драмы характеризуется тем, что в ее основе лежит неразрешимый конфликт, решаемый лишь смертью. В пьесе Островского «Гроза» конфликт раскручивается вокруг Катерины Кабановой и «темным царством», в результате чего Катерина погибает. Она совершает самоубийство, что на первый взгляд кажется трусливым поступком, поступком душевно слабого человека, но так ли это на самом деле?
Перед тем, как рассмотреть точки зрения по этому вопросу, хочется описать главную героиню произведения. Катерина олицетворяет собой нравственную чистоту, душевную красоту русской женщины. Н. А. Добролюбов писал, что она – «луч света в темном царстве». Поражают также естественность, искренность, простота героини. Она искренне влюбляется в Бориса, но угрызений совести пытается противостоять ей и забыть Бориса. Совершивши грех, она прилюдно признается об этом мужу. Катерина религиозна. Но это не ханжество Кабанихи, а искренняя, глубокая вера в Бога. Она часто посещает церковь и делает это с удовольствием и наслаждением: «И до смерти я любила в церковь ходить! Точно, бывало, я в рай войду…”; сны Катерины — о «храмах золотых”. Еще одна характерная черта Катерины — стремление к свободе, духовному раскрепощению. Не зря в пьесе неоднократно повторяется образ птицы — символ воли. Отсюда постоянный эпитет «вольная птица”. Катерина, вспоминая о том, как ей жилось до замужества, сравнивает себя с птицей на воле. «…Отчего люди не летают так, как птицы? — говорит она Варваре. — Знаешь, мне иногда кажется, что я птица”. Но вольная птица попала в железную клетку. И она бьется и тоскует в неволе. В конце хочется заметить, что Островский так же хотел показать характер Катерины, как русский национальный характер.
Существую две спорные точки зрения относительно характера такого поступка Катерины. Первую точку зрения поддерживает русский писатель, Д. И. Писарев, рассматривающий этот поступок как слабость характера Катерины. С другой стороны, Н. А. Добролюбов принимает этот поступок за протест против темного царства, что показывает силу характера Катерины. Он писал, что образ Катерины «неуклонно верен чутью естественной правды и самоотвержен в том смысле, что ему лучше гибель, нежели жизнь при тех началах, которые ему противны. В этой цельности и гармонии характера заключается его сила. Вольный воздух и свет, вопреки всем предосторожностям погибающего самодурства, врываются в келью Катерины, она рвется к новой жизни, хотя бы пришлось умереть в этом порыве. Что ей смерть? Все равно — она не считает жизнью и то прозябание, которое выпало ей на долю в семье Кабановых».
В свою очередь я не могу согласиться не с одним из этих мнений. Я считаю, что независимо от ситуации человек с сильным характером избежит самоубийства. С другой стороны у Катерины не было другого выхода: она больше не могла терпеть издевательств свекрови, но и совершить грех, сбежав со своим любимым от мужа, она не могла, так как она была душевно чиста и яро верила в бога.

Добавил: hamster113
Сохранить
[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *