Эта статья о том, как должна выглядеть православная женщина и мать.

Православная женщина должна выглядеть так, чтобы:
1. Угодить Господу
2. Быть примером для детей и окружающих
3. Нравиться супругуНачнем по порядку.
Как должна выглядеть женщина, чтобы угодить Богу?
Вот что говорят по этому поводу Святые Отцы, Священное Писание.

— Истинная красота познается не по внешнему виду,а по нравам и пристойному поведению (св.Иоанн Златоуст)
— На женщине не должно быть мужской одежды,и мужчина не должен одеваться в женское платье,ибо мерзок пред Господом Богом твоим всяк делающий сие (Втор.22;5)
— Никакому мужу не одеваться в женскую одежду,ни жене в одежду,мужу свойственную (62 правило 6-ого Вселенского Собора)
— ..если женщина растит волосы, для нее это честь (1Послание св.ап.Павла к Кор.11;15)
— Да будет украшением вашим не внешнее плетение волос,не золотые уборы. или нарядность в одежде.но сокровенный сердца человек в нетленной красоте кроткого и молчаливого духа,что драгоценно перед Богом»(1Петр.34 3-4)
— Какая-то скромность. Умеренность, простота и естественность наблюдаема была в одежде. Одежда, по мнению христиан, имеет только две цели, которым и должна быть сообразна. Именно, содержать тело в надлежащей теплоте, защищая его от вредного влияния воздуха, и прикрывать неприличные части тела… Одежда для блеска и пышности не могла быть допущена и введена в употребление для детей (Святитель Василий Великий)
— Один цвет любезен в женщинах – это добрый румянец стыдливости… Придай красоте твоей бледность, изнуряя себя подвигами для Христа, молитвами, воздыханиями. А красильные вещества побережем для стен… (Святитель Григорий Богослов)

Как видим, Господь через своих угодников дал образ, к которому должна стремиться женщина.
В первую очередь, женщина (как и мужчина) должна быть довольна той внешностью, которой наделил ее Творец. Это значит, что женщина не должна изменять цвет своих волос с помощью краски, цвет глаз — с помощью линз, цвет губ — с помощью помады, и изменять черты своего лица и тела с помощью пластической хирургии.
Во-вторых, женщина своим видом не должна соблазнять людей, вводить их в грех. Чрезмерно открытая одежда соблазняет мужчин на блуд и прелюбодеяние, женщин — на осуждение.
Горе тому, через кого соблазн приходит на землю!
И в-третьих, женщина должна носить женскую одежду.


Недаром Господь создал мужчину и женщину, а не человека пола «унисекс», как это модно сейчас говорить. Именно этим словом обозначается стиль одежды, одинаковой как для мужчин, так и для женщин: штаны, рубашки, галстуки. С английского слово переводится как «унивесальный пол».
В природе универсальный пол встречается у мух, с биологической точки зрнеия это называется гермафродизм. К счастью, люди не гермафродиты. Мужчины и женщины отличаются телесно, психически и по предназначению.

Внешность женщины сильно влияет на ее духовный мир. Облачаясь в мужские одежды, женщина забывает предназначение, данное ей Богом, — деторождение, — и начинает стремиться к другим идеалам — учеба, карьерный рост, богатство, слава. Проходят годы, и умная, успешная, но бездетная женщина начинает чувствовать себя несчастной.

«Что же теперь, — возмутятся многие, — монашеские рясы одевать?»

Как-то епископ в Троице_- Сергиевой Лавре, увидев женщин, одетых во все черное, хотя и не было поста. Сказал: «Почему, вы, православные мои, так мрачно одеты, стоите с такими понурыми лицами? Найдите золотую середину, чтобы выглядеть и благочестиво, и празднично, радостно, опрятно. Потому что вера православная – это радость, надежда на милосердие Божие, отсутствие уныния».

Да, православие — религия радостная, и проповедующие ее должны одеваться так, чтобы это поняли окружающие. Мы проповедуем Господа своим видом.
Сами подумайте, кто захочет стать православным, если будет видеть перед собой православных христиан с постными минами в черных одеждах? Он подумает: «Это не религия, это мучение!»
Так давайте же проповедовать окружающим своим видом радостную весть: Христос Воскрес!!!
Конечно, это не означает, что одежда должна быть «кричащая», привлекающая к себе чрезмерное внимание, не забывайте, женщина должна быть скромной.


А еще нужно не забывать, что замужняя женщина должна носить головной убор. Необязательно платок, это может быть шарфик, шляпка, бандана, наконец.

Православная женщина везде и всегда должна выглядеть хорошо, аккуратно. В обществе, в храме — понятно, но почему она не может расслабиться дома и одеть, что хочется? Есть много тому причин.
Во-первых, Бог вездесущ, Он и на улице, и дома. Если женщина на улице выглядит хорошо, а дома как замарашка, не будет ли это лицемерием перед Богом? Или на улице вы Его любите сильнее, чем дома?
Во-вторых, дома — муж. Вы же старались выглядеть хорошо, когда очаровывали его? Так почему сейчас вы все бросили, «забили» на свою внешность, ходите перед ним в старом халате и с непричесанной головой. Или вы думаете, теперь он от вас никуда не денется? Не боитесь ли вы, что он потеряет к вам интерес?
В-третьих, дома дети. Мама для ребенка — идеал. Девочки стараются копировать маму, мальчику ищут себе жену, похожую на маму. Какой бы вы хотели видеть свою дочь через пару десятков лет, какую жену вы бы хотели для своего сына? Представили? Вот и будьте такой!

Итак, православная жена и мама должна выглядеть так, чтобы нравиться супругу и быть примером для детей. А еще своей внешностью она не должна приносить соблазн в мир, она должна выглядеть скромно, но в то же время празднично, красиво, чтобы в любой момент ей не стыдно было предстать перед Господом.

Доклад Пелагеи Тюренковой на I Форуме Православных женщин.

Ваше Святейшество, досточтимые отцы, дорогие сестры и… братья!

С огромной благодарностью к устроителям, сегодня мы открываем Первый Форум православных женщин. Мне хотелось бы поднять тему собирательного образа сегодняшней главной героини – образа современной православной женщины. Точнее, двух его аспектов – нынешнего искажения и необходимости последующего медиаформирования.

Сегодня, будучи окруженной тысячей красивых и активных воцерковленных дам, особенно трудно поверить в то, что в сознании подавляющего большинства «внешних» людей православная женщина может быть двух «видов»: либо одинокая неудачница (семейное положение: разведена, воспитывает одного взрослого ребенка; род занятий – либо при церкви, либо на малооплачиваемой работе; внешний вид – неопрятная юбка, угрюмость, платочек, кроссовки, рюкзачок). Либо – толстая замученная мать многодетного семейства – в вечном безденежье, при унылом муже и сопливых детишках в одежках с соседского плеча.

Любые «исключения» из сложившихся в умах нецерковных граждан «правил» вызывают лишь осуждение, из серии ныне почти уже пережитого «попа на Мерседесе».

Почему за последние 20 лет сформировалось именно такое мнение – вопрос долгий и непростой, а некоторые настаивают на том, что он еще и спорный: мол, образчик нечесаной Фотиньи, читающей в метро молитвослов, обернутый в позапрошлогодний МК – дела давно минувших дней. Я занимаюсь этой темой не первый год и всегда с надеждой вслушиваюсь в аргументы тех, кто «не встречал» женщин, из смирения и традиции обернутых поверх джинс аляповатым платком или положившим на голову целлофановый пакет… К моему глубокому сожалению, спор почти всегда приходится выигрывать. Вспоминается комментарий одной ярой оппонентки, которая призналась, что увидела проблему только после того, как ее подруга попросила сводить ее в храм. Когда она увидела обычно аккуратную и более чем миловидную девушку, нацепившую на себя почти лохмотья, а на недоуменное «Что с тобой?» ответившую: «Ну так мы же в церковь!»

Надо признать, что мы самолично проложили тропу последовательной маргинализации образа современной православной женщины. Вопрос в том, как сойти с протоптанной колеи и во всеуслышание заявить, что женщина, находящаяся в церковной ограде, оказалась тут не из-за убогости, а наоборот. Она может не только «молиться, поститься и слушать радио Радонеж». Стать православной женщиной не так-то просто, а, следовательно, почетно. Что воцерковленность, патриархальная семья и дети (не один и даже не два), соблюдение традиций и постов не мешает ей иметь хорошее образование, прекрасную работу и ухоженную внешность. Она счастлива.

Надеюсь, все понимают, что данный случай из разряда тех, когда мы видим «большое через малое» и, ведя разговор о стоптанных башмаках, на самом деле говорим о намного более важном, даже, не побоюсь утверждать, что о миссии. Святейший Патриарх Кирилл, еще будучи Митрополитом, поделился с журналистами тем, что был потрясен, получив от зрителей своей программы «Слово пастыря» письмо с вопросом, почему православные женщины так убого выглядят. Тогда владыка подверг критике тех верующих, которые с чрезмерным пренебрежением относятся к своему внешнему виду, создающему, по его словам, негативное впечатление от православия в целом : «Мы не должны производить впечатление странных, придурковатых людей, если мы хотим быть Церковью народа, а не замыкаться в гетто. Мы должны показать пример народу, в том числе и своим внешним обликом. Православие — это не убожество, это красота жизни!»

Сформировав адекватный образ православной женщины, мы должны поставить перед собой глобальную цель конкурировать с такими популярными женскими медиаобразами, как «Cosmo-girl» и «женщина-Vogue». На арену журнального рынка, который, будем честны, уже воспитывает и будет воспитывать наших дочерей, должен выйти образ «ortho-woman»: консервативной девушки (женщины), которая отлично вписывается в современные реалии, но опирается на вечные ценности, проповедуемые Православием.

Мы уже делаем первые шаги в этом направлении: православный женский журнал «Славянка» выходит в отличном полиграфическом качестве. Однако контент-наполнение опять же опускает нас на грешную землю. Мой любимый пример – это комментарий священника к статье о женщине за рулем:

«Мы не имеем права осуждать женщину, которая покупает автомобиль и начинает водить: это вынужденная мера, иначе она просто не сможет исполнять своих обязанностей перед мужем и детьми».

Или описание одной матушки:

«Она не станет блистать остроумием и привлекать к себе внимание своим личным мнением и рассказами. Как школьница, она говорит только тогда, когда ее спрашивают».

В сочетании с обложками, на которых размещены фото красивых женщин, но сделанные для семейного архива, это производит то самое убогое впечатление.

Кто-то возразит, что, мол, мы живем честно, и если светский глянец «отфотошопит» кавер-героиню до неузнаваемости, то задача православной журналистики – передать сиянье ее глаз и т.п. Однако известно, что в православных изданиях не брезгуют тем, чтобы пририсовать женщине на картинке из фотобанка юбку вместо брюк. Или заставить героиню материала, пришедшую на фотосъемку в штанах – обмотаться специально припасенным для таких случаев куском материи. И это нормально! Мы должны соответствовать заданной планке, но во всем! Благо для этого у нас есть все ресурсы, ведь даже первая леди страны соглашается появляться исключительно на обложках православных журналов, а это о многом говорит!

Внешность от внешнего?

Я немало размышляла о том, стоит ли вообще браться за написание этого текста. Разве нет у нас других животрепещущих тем для рассуждений и разговоров?! По большому счету, ходи хоть в рубище, только следи за тем, кто ты в очах Божиих. Но вот мы видим, что не всё так просто. И если уж те, кто стоит с нами в храме, считают, что хорошо бы это «рубище» было еще и приятным для глаз, то что говорить об остальных окружающих — членах семьи, близких и друзьях, коллегах по работе? По моим наблюдениям, женщин, которые одеваются красиво, в храмах все-таки немало. По крайней мере, в городе. Может, это они не правы? А как же смирение и кротость, как же целомудрие, как же, наконец, слова апостола Петра: Да будет украшением вашим не внешнее плетение волос, не золотые уборы или нарядность в одежде, но сокровенный сердца человек в нетленной кроткого и молчаливого духа, что драгоценно пред Богом (1 Пет. 3, 3–4)?

Как говорит мой духовник, одна из главных христианских добродетелей — рассудительность. И в вопросах внешнего вида нужна своя разумная мера, золотая середина. Но даже у тех, кто над поиском ее трудится, не сразу получается ее найти. Поэтому и мелькают то и дело в толпе прихожан неофитские юбки «в пол» и темные платки «по брови». Помню, мне тоже в начале воцерковления казалось, например, что надевать красивую, пусть и скромную одежду, когда собираешься на исповедь, грешно: ну не сочетается покаянный настрой с ощущением себя в таком наряде! Некоторые мои знакомые признавались, что тоже, вопреки привычке, старались одеваться в храм как можно незаметнее. Думаю, объясняется это просто: человеку, еще не имеющему опыта борьбы со своими страстями, кажется, что покаянное чувство или смирение зависят от этих внешних факторов. И лишь со временем под руководством опытного духовника и с Божией помощью хоть немного начинаешь понимать, что любое достижение в христианской жизни — плод кропотливого и тяжелого труда над своим сердцем, в котором и живут все страсти, мешая пребыванию там Бога.

Внешнее иногда помогает в борьбе с собой, но не определяет всё. А вот внутреннее на внешнее оказывает намного большее влияние. Вера, церковная жизнь меняют взгляды человека, образ жизни, подчас круг общения и даже вкус в одежде.

— В юности я носила очень коротенькие юбочки,— рассказывает Мария (филолог, 23 года), — и мне казалось — как, собственно, и сейчас кажется, — что длина юбки в этом возрасте не имеет значения: с нравом и умом это никак не связано. В храм я, конечно, одевалась подобающе, а в остальное время носила привычные мини, и менять образ не хотелось. Он изменился сам собой постепенно, то ли от какого-то его несоответствия зарождающейся новой жизни, то ли от страха ввести в искушение окружающих. И оказалось, что красиво одеваться не значит показывать «все самое лучшее», а значит быть женственной, живой.

— С воцерковлением в манере одеваться, в моем образе изменилось всё, — подтверждает Ирина (юрист, 39 лет).— Я любила кричащие наряды, яркий макияж, броские прически. Да и сама по себе была вся, как расстроенное пианино. А потом, придя в храм, как будто попала в руки хорошего настройщика: стала возвращаться к естественности — конечно же, естественности ухоженной, ее не стоит путать с натурализмом, которым порой страдают в неофитском пылу некоторые церковные люди. У меня такое чувство, что я вернулась к себе самой — пианино заиграло наконец гармоничную, красивую музыку. И сейчас, когда смотрю на женщин, которые выглядят так же, как я раньше, то с горечью вижу эту гримасу неестественности.

— Помню, как в школьные годы обращал внимание на людей, ходящих в храм, — на то, во что они были одеты, как выглядели,— признается Андрей (IT-специалист, 30 лет).— В ту пору началась мода на джинсы, дамы и девушки стремились носить либо их, либо брюки, и стало сложно встретить женщину в юбке, тем более в длинной. Это казалось пережитком прошлого, чем-то уж совсем несовременным. Тогда же я обратил внимание, что женщины в храме не используют макияж и духи. Это тоже играло не в их пользу, как я тогда считал. Повзрослев, я почти не обращал внимания на таких женщин, взгляд невольно притягивался к ярким и манким. Для меня самого в этом возрасте одежда и парфюм стали чем-то очень важным, значимым, почти даже определяющим меня как личность. Но вот я сам стал постепенно тянуться к вере, и что же произошло? Собираясь на службу, я доставал из шкафа скромную рубашку, простые брюки, и в этом виде ничтоже сумняшеся спешил на Литургию. Сейчас для меня простая и невычурная одежда стала обычной и приятной. Столь же сильно изменилось и отношение к противоположному полу: я стал больше ценить личность, а не только внешний вид. Скромная одежда и едва заметный макияж больше не воспринимаются как отсутствие красоты, наоборот — женщину украшает ее естественность, а современное разнообразие вещей позволяет легко подобрать стильную одежду, не выходящую при этом за рамки скромности. Более того, у воцерковленной женщины — определенные ценности в жизни, и в общении чувствуешь себя с ней на одной волне, а это имеет большое значение. Все это вкупе — естественная красота, скромная одежда и духовная жизнь — и составляет, по моему мнению, образ современной православной женщины, на которую хочется обращать внимание.

Однако, по свидетельству некоторых прихожанок, с приходом в Церковь никаких существенных изменений в их внешности не произошло. Почему так? Вернее всего на этот вопрос, как мне кажется, отвечает комментарий Юлии (журналист, 40 лет):

— Для меня всегда важнее было, кем человек является и что он из себя представляет как личность, нежели то, как он выглядит. Соответственно, и мой внешний вид никогда не был для меня в числе приоритетных жизненных вопросов. С приходом в Церковь изменилось немногое. В гардеробе появилось больше юбок и платьев, потому что в удобных джинсах, в которых можно при необходимости и с горки с ребенком скатиться, и на дачу поехать, в храм не придешь. На этом, пожалуй, и всё.

— Мой образ с воцерковлением не изменился никак, — говорит Валерия (редактор, 31 год).— Вкус и манера одеваться сильно изменились после замужества, и связано это с осознанием и принятием своей женственности, то есть с процессами психологическими, а не с требованиями традиций. Мне кажется, отношение к внешности — это штука, параллельная церковной жизни, оно идет изнутри. А некая религиозная регламентация — вещь внешняя, во многом искусственная. Она связана, скорее, с желанием принадлежать «православной субкультуре», а не с внутренней потребностью.

Православная «форма»

Возможно, именно это желание принадлежать традиции, с одной стороны, и неверное понимание сути христианской жизни, с другой, и приводит к тому, что люди начинают свой внешний вид подгонять под некий шаблон. Особо впечатлительные, начитавшись о подвигах монахов или столкнувшись с какими-то строгими монастырскими правилами и неверно их истолковав, начинают по дерзости и неразумию принимать на себя подобное духовное, как им кажется, делание. Так, одна знакомая мне женщина начала носить исключительно черную одежду, не снимала платок даже на рабочем месте (а работала она в светской организации), в знак противопоставления себя миру, который, как известно, во зле лежит, перестала ухаживать за собой. Хотя подобным заблуждением страдают и мужчины. Постоянно можно видеть в храмах прихожан с длинными бесформенными и нечесаными бородами и длинными же волосами, подчас неопрятными и даже не вполне чистыми: мол, что Господь дал, то и правильно, а корректировать образ Божий грешно. Почему эти люди ставят знак равенства между неухоженностью и православным христианством — остается загадкой…

Другое дело, когда какие-то метаморфозы происходят с только-только начинающими церковную жизнь людьми, воспринимающими сперва форму, а не содержание, и при этом не имеющими пока способности вместить, как эти форма и содержание соотносятся.

— Мое воцерковление началось с паломнических поездок, поэтому представление о том, как должна выглядеть православная женщина, складывалось под влиянием требований, предъявляемых к паломницам в строгих мужских обителях, — рассказывает Ольга (парикмахер, 39 лет). — Длинная широкая юбка, кофточка с длинным рукавом и воротником-стоечкой, если на ногах босоножки, то непременно носки, чтобы не было видно голых пяток, косынка, завязанная впереди, как у бабушек. Это сейчас я понимаю, что монахи, скорее всего, желают таким образом свести к минимуму искушения для себя и, конечно, имеют право требовать от своих гостей-паломников того вида, который для них удобнее. Но тогда я думала, что надо ходить в храм только так и не иначе, и, честно говоря, меня это очень удручало. Купить на мой размер нечто красивое, но длинное было невозможно. Поэтому вид был старушечий и унылый, и он совсем не гармонировал с моим внутренним миром. Если кому-то из знакомых я попадалась на глаза в этих странных одеждах, то приходилось терпеть, в том числе, и насмешки. Я ужасно стеснялась и, выходя за ворота храма, сразу же старалась снять с себя хоть что-то. В каком-то смысле это, наверное, даже было лицемерием. Потом я стала робко шить что-то посимпатичнее, а когда попала на библейские беседы, которые проводил священник из храма, в который я хожу, то поняла: христианство вовсе не запрещает выглядеть красиво — главное, чтобы это было не вульгарно, целомудренно. Слава Богу, стало что-то подобающее в магазинах появляться и даже нужного мне размера, а потом я привыкла, нашла свой стиль. Вместо прежних мини и брюк — женственные красивые юбки и платья, пусть даже чуть ниже колен. Новый образ оценили и коллеги, и родные. Я стала снова использовать косметику, только уже более скромно: просто чтобы не выглядеть уставшей или больной. Это особенно во время поста необходимо, а то обязательно кто-нибудь спросит: «Олечка, ты заболела? Что с тобой?». А подкрасишься, улыбнешься — никто и не догадается, что тебе тяжело или трудно бывает. Я считаю, что православная женщина должна одеваться со вкусом, красиво выглядеть. Ведь людям нецерковным часто кажется, что Православие — религия грустных и мрачных людей, и в храм вместе с такими не всякий захочет войти в поисках Бога.

— Я думаю, что внешний вид человека выражает его внутренний мир и состояние души, и при этом, в идеале, он должен соответствовать конкретным целям и задачам, — размышляет Виталий (алтарник, 41 год).— Если человек с воцерковлением начинает изменяться в сторону невзрачности, неопрятности и безвкусности до такой степени, что это отчетливо заметно окружающим,— это, на мой взгляд, знак того, что он воспринимает христианскую жизнь слишком односторонне или вовсе неверно. Это знак тревожный, в первую очередь, для его близких. Православные люди — совсем не те, кто имеет «постный вид» и носит рубище или рванину. От этого Сам Господь предостерег в Евангелии… И это касается не только женщин, но и мужчин, пусть и в меньшей степени.

А если человек стремится привести свой внутренний настрой к любви, к единству с Богом, то и его внешний вид, скорее всего, будет выражать красоту, радость и гармонию, а никак не вызывать тоску и неприятие окружающих. Другое дело, что и «попугайские», «клоунские», откровенно вызывающие или соблазнительные наряды нельзя назвать подходящими для православных христиан. Степень яркости и нарядности может определяться чувством такта, меры и эстетического вкуса, а главное — соответствием месту и времени. И если в храм человек приходит, как на праздник, то почему бы и его наряду не быть торжественным, праздничным, «брачным»?..

«Так это же праздник»

До революции верующие надевали в церковь все самое лучшее. Моя бабушка рассказывала, как до храма шли босиком, чтобы не занашивать туфли, а перед входом обувались, чтобы в дом Божий войти уже в подобающем виде. Так ли мы, нынешние христиане, ощущаем эту молитвенную встречу с Богом?

Один из саратовских священников, иерей Святослав Пармакли, рассказывает такой случай. В храм, где он служит, стал приходить какой-то мужчина буквально в домашнем, словно из квартиры вышел, в чем был, да и зашел в церковь по-соседски. Придет, сядет в уголке недалеко от алтаря и внимательно наблюдает. Никто его не тревожил, он тоже никому не мешал, разве что только этот странный его домашний вид немного настораживал. А потом в один прекрасный день он снова явился, только уже в костюме, галстуке, с женой и с детьми, захотел исповедоваться и причаститься. Его спрашивают, откуда, мол, такая перемена, а он отвечает: «Я смотрел-смотрел и понял: так служба — это же праздник!».

Думаю, что это ощущение праздника бытия с Богом надо нести людям всеми удобными способами. Поэтому и внешний вид может стать своего рода миссией, особенно в наше время, когда столь сильны мифы об унылом и примитивном Православии, приверженцы которого только плачут о своих грехах и ходят с печальными лицами в бесформенных балахонах, а в храмах заставляют носить платки и злобно шипят на всех новеньких. Ведь для того, чтобы твой образ был интересным и привлекательным, необязательно носить откровенные наряды, которые, безусловно, притягивают внимание, но только внимание совершенно определенного рода. Сколько сейчас можно найти элегантных платьев, юбок, джемперов, жакетов самых разнообразных фасонов, которые способны подчеркнуть, прежде всего, человеческое достоинство женщины, ее природную мягкость, нежность — то есть все самое лучшее, что дал ей Господь. При желании можно отыскать подходящие предложения на любой кошелек. Замечательным решением становятся различные швейные мастерские, которые нередко организуют верующие женщины для изготовления как раз такой одежды — модной, красивой, даже яркой, но при этом не вульгарной, в которой не стыдно ни в храме показаться, ни на работу прийти.

Хорошо, если христианка будет выглядеть так. Она молода и хочет создать семью? Порядочный молодой человек обязательно оценит ее целомудрие и тонкий вкус и обратит на нее внимание. Она замужняя? Пусть цветет для своего супруга и радует его сердце. Она вынуждена быть одинокой? Опрятно одетая, без щегольства, она может нести в своем образе радость о Христе, Который дает ей утешение.

Цельность — гармония — красота

Думаю, самое верное определение, на которое надо ориентироваться,— это «целомудренно». Ведь целомудрие — внутренняя чистота, цельность помыслов и поступков, которые не обусловливаются внешними факторами. Именно об этой истинной красоте и говорит в своем послании апостол Петр. Почти все, с кем я, подготавливая этот материал, беседовала о внешности, о нарядах и стилях, так или иначе переходили на размышления о содержании человека.

— Я как фотограф и до воцерковления, и сейчас стараюсь не особо обращать внимание на одежду женщины. В ней должны запоминаться взгляд, выражение глаз, голос, еще что-то неуловимое. Одним словом, самое ценное для меня — это впечатление от женщины, — делится Иван (фотограф, 36 лет). — Вместе с тем это не означает, что прихожанки должны нарочито пренебрегать заботой о внешнем виде, натягивая на себя непонятные серые балахоны. Наша вера — это свет и радость, ведь и храмы украшаются, чтобы это подчеркнуть. И христианки должны этому соответствовать: одеваться красиво, при необходимости в меру пользоваться косметикой. Одним словом, должны тоже служить украшением храма.

— Да, хочется, чтобы в жизни было больше красоты, но красота все же не в количестве и разнообразии нарядов и не в броском макияже, — подчеркивает Юлия (журналист, 40 лет). — По моим наблюдениям, искренние, открытые люди, да если еще и увлеченные каким-то хорошим делом, всегда вызывают симпатию. В Церкви я встречала немало таких, они для меня и являются образцом настоящей красоты.

—  Однажды я увидела в маршрутке девушку, внешность которой меня просто поразила, — вспоминает Наталья (певчая, 33 года). — Не помню, в чем она была одета, но ее лицо без смущения можно назвать одухотворенным. И так она отличалась от стоявших тут же рядом ярких и заметных красавиц! В руках у нее были листы А4. «Ноты», — почему-то подумала я. И вскоре, присмотревшись, убедилась в своей догадке. «Песнопения, не иначе», — я была почти уверена. И не ошиблась. Наверное, так или почти так и выглядит целомудрие, его тихая, сокровенная красота.

Как прийти к такой цельности, где найти заветную грань между щегольством и по-настоящему достойным внешним видом? Я попросила ответить православного священника — настоятеля храма преподобного Серафима Саровского, преподавателя Саратовской семинарии протоиерея Димитрия Усольцева:

— Цельность, среди прочего, это в некотором смысле еще и честность, когда нет несоответствия между внутренним и внешним. Если мы наденем на себя какие-то мешки, как некие смиренники, то это будет двуличие: ведь внутри-то у нас совсем иное. Были такие святые, которые раздавали не только имущество, но и все свои одежды другим, но такова была высота их жизни. Церковь — не система запретов: туда не ходи, это не носи, и истинная свобода — вовсе не вседозволенность, а способность встать над грехом, победить его. И когда человек по-настоящему идет ко Хрис­ту, молится, живет по Евангелию, то постепенно и его внешний вид приходит в соответствие этому его внутреннему пути. Но при этом Евангелие призывает нас: не будь лицемером, желая показаться благочестивым, помажь голову твою и умой лице (Мф. 6, 17). То есть вовсе не грешно и даже правильно выглядеть достойно и красиво. Однако к этому не должно примешиваться некое низменное желание, превращая наше естественное эстетическое чувство в страсть. Наряжаясь, всегда можно задать себе вопрос: для чего я это делаю? А не разрушает ли этот образ мою цельность? И если человек не будет перед собой лукавить, то получит искренний ответ.

Фото Александра Курочкина и Марии Ковалевой

Газета «Православная вера» № 19 (567)

Почему женщина надевает платок в храме? Многие прихожанки, заходя в храм и по традиции надевая платок, задаются этим вопросом. Поговорим сегодня о традиции ношения этого атрибута.

Откуда пошла традиция ношения платка в храме?

Еще в древности, во времена Ветхого Завета замужние женщины на Востоке покрывали голову. Это означало смирение и покорность перед своим супругом. Считалось неприличным замужней женщине выходить на улицу с непокрытой головой, ведь волосы мог видеть только муж. Сегодня эта традиция также сохранена в странах Востока.

В христианстве обычай женщине покрывать голову при входе в храм возник ещё в апостольские времена, благодаря словам апостола Павла: «И всякая жена, молящаяся или пророчествующая с открытою головою, постыжает свою голову» (1 Кор. 11:5).

Апостол Павел как бы одобрил и утвердил обычай, который был в то время в Иудее. Но здесь же, кроме подчинения своему мужу, возникает и другое значение: смирение перед Богом и стремление выглядеть как можно скромнее и неприметнее, когда находишься в храме, дабы не отвлекать окружающих и не вводить в смущение.

С принятием христианства обычай покрывать голову пришел на Русь вместе с другими церковными обычаями. (Кстати, на Руси в те времена отличительной чертой замужней женщины был не только платок, но и наличие двух кос, которые заплетались между собой, а у незамужних девушек была одна коса).

Девушкам дозволялось в храме стоять с непокрытой головой.

С.И. Грибков «В церкви» (1860-е)

В нашем языке можно найти примеры, отображающие традицию ношения платка. К примеру, слово «опростоволоситься» означало оказаться с непокрытыми волосами, оно было равносильно слову «опозориться», т.к. замужние не ходили с непокрытой головой, это считалось неприличным.

По тому, как завязан платок, можно было узнать о его обладательнице: например, представительницы купеческого сословия завязывали платок на лбу (по-купечески), девушки завязывали платок спереди (по-девичьи), а замужние женщины перевязывали концы платка за спиной (по-бабьи).

Почему мужчина снимает головной убор при входе в храм?

А что же мужчины?Почему они, заходя в церковь, снимают головной убор? Эта традиция в христианстве, опять же, утвердилась благодаря посланиям апостола Павла. К слову, иудеи покрывали головы в знак смирения во время молитвы. Но апостол Павел пишет: «Всякий муж, молящийся или пророчествующий с покрытою головою, постыжает свою голову. Итак, муж не должен покрывать голову, потому что он есть образ и слава Божия» (1 Кор. 11:4, 11:7). В другом послании к Коринфянам апостол Павел говорит: «Посему ты уже не раб, но сын; а если сын, то и наследник Божий через Иисуса Христа» (Гал.4:7).

Таким образом, с утверждением христианства ветхозаветная «покорность раба» заменяется на «сыновство».

До наших дней сохраняется традиция мужчинам снимать головной убор во всех жилых помещениях или учреждениях, не только в храмах. Связано это с тем, что в прежние времена, заходя в избу, мужчины кланялись святым образам, которые находились в красном углу напротив входа. Сняв шапку, гость показывал свое почтение к иконам и уважение к хозяевам.

Монахи и священники имеют головные уборы, являющиеся частью их облачения, которые не снимают в храме. С одной стороны их уборы символизируют терновый венец, который был надет на Спасителя во время казни, а с другой — шлем воина (ежедневная борьба с темными силами).

М.В. Нестеров «Монах» (1913)

Традиция ношения платка сегодня

Сегодня женщины также покрывают голову в храме, девочкам и девушкам делать это не обязательно.

Как и в древности, в наши дни существует благочестивый обычай надевать платочки в храм разных цветов. Цвет платка может зависеть от того, какой праздник отмечается Церковью (про цвет церковных облачений мы писали в нашей статье). Например, белый платок многие женщины надевают в праздник Рождества Христова, красный — на Пасху, зеленый — на Троицу, в голубых платочках бывают в праздники, связанные с Пресвятой Богородицей и т.д.

Напоследок скажем, что не стоит удивляться, когда в некоторых балканских православных странах вы увидите, как женщина, заходя в храм, наоборот снимает головной убор. Связано это с тем, что эти страны долгое время были под властью турок, и местным жителям хотелось отличаться от традиций захватчиков.

Будем также помнить, что не следует приходить в храм в слишком

коротком платье или платье с открытыми плечами

11 ЯНВАРЯ 2016 (Понедельник) 14:00:41 В зимние месяцы в разных уголках нашей планеты традиционно проходят многочисленные конкурсы красоты – от локальных до международных. Как к подобным конкурсам относиться православному человеку: стоит ли их смотреть? О чём следует знать и чего остерегаться? Какое место в жизни христианина должна занимать внешняя красота? Как быть привлекательной и при этом не вводить окружающих в соблазн? На эти и другие вопросы Sobor.by попросил ответить председателя Синодального миссионерского отдела Белорусской Православной Церкви иерея Сергия Тимошенкова. Отец Сергий на протяжении 14 лет руководит молодёжным миссионерским братством при Минской духовной семинарии и пользуется репутацией «молодёжного» священника.
— Отец Сергий, стоит ли православному человеку, который старается жить по-евангельски, ходит в храм, участвует в церковных таинствах, смотреть конкурсы красоты?
— Всё зависит от мотива. Если я смотрю конкурс красоты, чтобы увидеть некую красоту, а в идеале именно так и должно быть, то теоретически в этом ничего плохого нет. Тут можно вспомнить мысль, озвученную блаженным Августином: смысл женской красоты в том, что когда пройдёт этот мир и все воскреснут и предстанут перед Богом, то в каждой представительнице женского пола просияет удивительная красота — такая, что остальная часть человечества (мужчины), прославят её Творца. В таком контексте конкурс красоты вполне допустим для просмотра и проведения. Вопрос в другом – кто сможет бесстрастно наблюдать за тем, что в этом конкурсе происходит?
Есть, конечно, история про святого, который увидел проходящую мимо красивую девушку, известную своим нецеломудренным поведением. Все с осуждением смотрели на неё и отводили взгляд. А он вздохнул и сказал, эх, если бы мы хоть чуть-чуть так заботились о красоте нашей души, как эта девушка заботится о своей внешности. И заплакал. Для него эта ситуация стала поводом возвращения к Богу.
В нашем случае подобное отношение к конкурсу красоты, будем откровенны, мало возможно, поэтому в любом случае он возбуждает в нашей греховной природе нечистые чувства. В этом смысле я бы не рекомендовал смотреть современные конкурсы красоты даже какой-то любящей друг друга православной паре. Нужно понимать, что грехи, связанные с нарушением субординации относительно полов очень часты. Если у человека нет желания держаться за внутреннюю чистоту, а возникает оно только при твёрдой вере в Бога, то грехи, связанные с полом, его поглощают. И вкусивший этот плод потом уже не может без него жить. Это не преувеличение, а это то, что я вижу, исповедуя каждые выходные не один десяток людей. Поэтому лучше не попадать туда, где тебя поджидает соблазн похоти. Теоретически, в идеале, там ведь только красота, это как сходить посмотреть на оранжерею, но на практике – лучше не стоит.
Кстати, вспомнить и сказку Вересаева «Город мастеров», когда два художника представили свои картины на суд общества: старший мастер изобразил неземную, казалось бы, заморскую принцессу. Но, когда он показывал свою работу, то на площади, где собрался народ, как будто похолодало. Все увидели, что это неземная красота не имеет ничего общего с их близкими. Мужчины отвернулись от своих спутниц, а те поняли, что они не соперницы той, которая изображена на мольберте. А второй мастер нарисовал свою жену в домашней одежде за чисткой посуды и все узнали в её образе своих любимых, и на площади стало тепло… Красота – она внутри.
Стоит задуматься и над мотивом организаторов, которые проводят конкурсы красоты. Возможно, они лоббируют интересы производителей косметики, одежды и идеального тела, чтобы люди покупали больше препаратов для похудения и разных атрибутов внешней красоты …
Не формируют ли подобные конкурсы культ внешности?
— Действительно, конкурсы красоты в их современном виде связаны с античным древнеязыческим культом тела. Если посмотреть на масс-медиа, то они формируют образ чего-то недостижимого. Отовсюду с рекламных щитов на нас смотрят идеально правильные внешне люди, обработанные в Фотошопе. Возможно, поэтому у нас и сформировался культ внешней красоты в полном отрыве от красоты внутренней. Поэтому, возможно, у нас и столько разводов.
Если человек всё же смотрит подобные конкурсы, какое духовное состояние после их просмотра можно назвать здоровым?
— Если он чувствует восхищение красотой Божьего творения. Если после этого конкурса он с большим трепетом будет относиться к женщинам, которые его окружают (жена, сестра, подруга), то это хорошо. Вид красивой женщины должен вызывать не зависть, мол, она лучше, чем моя, и не похоть, а восхищение женским образом, Божьим творением. Ведь именно женская красота всегда считалось образцом красоты.
Изначально любование другим полом – это образ отношений между человеком и Богом. А эти отношения – самые желанные. Ведь все мы подсознательно стремимся именно к Богу. И каждое наше чувство – это что-то изначально чистое и Богоданное. Так жадность – это трансформированная жажда благодати, гнев – извращённое неприятие греха, похоть – желание слиться воедино с тем, кого ты любишь…
Какое место в жизни православного человека должна занимать внешняя красота?
— Несомненно, что она должна занимать в его жизни определённое место, но не первое. Безусловно, должна быть забота о своём виде: почему бы девушкам и женщинам не славить Творца своей красотой? Это как уход за природой. Адаму было поручено возделывать сад, в котором он жил. А мы говорим о теле – это часть нашего существа, оно связано с природой. Возделывать значит заботиться. Поэтому допустимо украшать себя, но в меру.
— А где эта мера? Ведь прославить Творца можно и красотой ног, надев короткую юбку…
— Есть границы между красотой и тем, что однозначно будет возбуждать нечистые желания противоположного пола. Вид обнажённого тела в любом случае включает внутренние механизмы, хотим мы этого или нет.
Здесь есть, конечно, мысль – насколько мы должны ориентироваться на греховность этого мира? Почему я должен постоянно жить с оглядкой на озабоченных маньяков женского или мужского пола и во всём за собой следить?
Как быть? Не нужно притворяться. Если мы отчётливо знаем о законах и традициях нашего общества, о том, что принято и что нет, то не надо делать вид, что если я надену на себя шарфик с радугой, то он никак не будет напоминать людям о флаге гей-движения. Но если я об этом ничего не знаю, то не надо что-то специально выискивать.
Ни для кого не секрет, что если девочка очень хочет понравиться парню, соблазнить его, то один из атрибутов будет короткая юбка. С другой стороны, если девочка чиста и не думает вообще про это, то не надо вводить её в курс дела, всё это ей рассказывая. Другое дело, хорошо, если бы родители или старшие сёстры, подруги могли её немного ограничить, потому что, как ни крути, это создаст нездоровый образ доступности.
Желание женщины, девушки внешне нравиться окружающим оно греховно?
— Нет, греховно – это соблазнять.
А где грань между красотой и соблазном?
— Нужно следить за собой. Что ты подчёркиваешь – красоту, легкость, женственность или сексуальность, желанность в плане тела. Что сама ты в это вкладываешь? Что подсознательно вложишь, то и сработает.
На самом деле тех, табу, которые лучше не нарушать, учитывая греховность общества (ведь в Раю не было нужды в одежде – никто там не соблазнялся) всего три: обнажённость, полупрозрачность, чрезвычайно облегающая одежда. Просто потому, что у нас в обществе культ похоти и он настолько всех заразил, настолько мы все податливы, что нужно быть очень наивным, чтобы думать – ну и что, я пройдусь и ничего не будет. Будет. Достаточно понаблюдать за женскими и мужскими взглядами летом в метро. К сожалению, все этим загрязнено.
А если в семье муж просит жену одеваться определённым образом, чтобы его радовать…
Если радовать только его – то, пожалуйста, при условии, конечно, что это не будет смущать детей. В супружеских отношениях свои правила. То, что происходит между двумя любящими людьми, которые заключили брак, там совершенно другие критерии. В своём супруге каждый призван видеть Бога во всей Его красоте – внешне, внутренне, в одежде, в обнажённости. Главное здесь – бороться с эгоизмом. Когда ты от человека требуешь чего-то только ради себя без внимания к его настроению, вкусу, то это уже эгоизм, нужно притормозить, иначе это приведёт к кризису.
Что можно посоветовать православным девушкам, женщинам, которым хочется хорошо выглядеть, при этом не вызывать в окружающих греховных помыслов?
— Есть огромное количество средств, позволяющих девушке выглядеть оригинально: от фасона до серёжек. Но важно помнить, что всё внешнее должно быть отражением внутреннего. Иначе будут возникать старые байки – либо красива, либо умна.
Как воспитать в себе вкус, развить внутреннюю красоту?
— Близость к Богу развивает чувство красоты. Человек, ощущающий Божье присутствие, как правило, обладает хорошим вкусом.
Не секрет, что давно сложился стереотип о скучном внешнем виде православных ребят и девушек…
— Об этой скучности я слышу от обоих полов. От парней, что они хотят себе девушку верующую, но не воцерковленную, мол, я сам её воцерковлю насколько нужно. И тоже слышу от девушек. И те, и те знают, о чём говорят, т.к. примеров отрицательных действительно полно.
С чем это связано?
— С неофитством. С приходом к вере. У нас в Церкви нет учения, адаптированного к молодым. Всё ориентировано на взрослых либо на людей всех возрастов. Но молодёжь – это отдельная субкультура и христианское учение должно воплощаться в их среде с оглядкой на их восприятие мира. Молодой человек хочет понять, как ему быть, он не просто хочет бороться с грехом, но и найти вторую половинку, найти себя в этой жизни. И что ему предлагают? Писание иеромонаха о воспитании девиц. Естественно, что он не находит ответа и, встречая примитивную церковную литературу, начинает следовать её предписаниям. А у молодых людей ярко выраженная самоотдача, они готовы к безоговорочному служению. Встречая такое примитивное «православие», они сразу его принимают и, если никто не вернёт их в нормальное состояние, становятся хмурыми и замоленными.
Как повлиять на человека, который махнул рукой на свой внешний вид, вступив на духовный путь?
— Нужно своим вниманием, своим уважением к нему, дать почувствовать, что ты интересуешься его жизненным опытом, что он внутренне красив. Постепенно он преобразится и внешне.
Какую духовную литературу Вы посоветуете для молодёжи?
— Книги отца Андрея Кураева, но ранние, не его публицистику: «Ответы молодым», «Церковь и молодёжь», «Почему православные такие», «Школьное богословие». Очень советую митрополита А. Сурожского. С одной стороны его книги чисты, они дышат настоящим знанием христианства православного, а с другой стороны, это книги современного человека, который до старости не потерял запал молодости. Огромный кредит доверия у статей сайта pravmir.ru, у журнала «Фома». Видеолекции А.И. Осипова.
Как православному человеку не впадать в крайности и развиваться гармонично: быть красивым внутри и снаружи?
— Всегда помнить, что христиане призваны свидетельствовать о Христе, чтобы глядя на нас, видя наши мысли, манеры, поступки, окружающие прославляли нашего Бога — Христа. Если человек – это образ Божий, то моё существование на земле должно напоминать о Нём. Самые лучшие любовные и дружеские отношения – когда я в другом человеке вижу отблеск Божий, а не просто того, кто рядом. Такие отношения всегда крепче. Помня это, мы должны облегчать другому человеку видеть в нас Христа. И внешний облик может нам в этом помогать, подталкивать нас к красоте внутренней. Ведь какой-то период можно влюбляться во внешность, но потом ты почувствуешь, что нужно что-то большее, то, что всегда будет рядом.
/ sobor.by/
(просмотров 9860)

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *