1. Введение в церковную историю I. Предварительные понятия 1. Понятие об истории 2. Понятие о Церкви 3. Работа историка 4. Объективность и конфессионализм в церковной истории II. Вспомогательные науки для церковной истории Палеография. География. Ономатология. Право. Метрология. III. Источники церковной истории 1. Монументальные источники 2. Книжные источники общего характера и их фундаментальные издания 3. Специальные источники церковной истории Греческая церковная историография Латинская церковная историография Церковная историография на восточных языках IV. Разделение церковной истории на периоды 2. История церкви в период до Константина Великого Общий характер этого периода Отдел первый. Христианство и мир языческий: борьба христианства с язычеством в жизни и мысли I. Церковь послеапостольская и Римская империя 1. Мученичество 2. Причины гонений на христиан 1) Отношение к христианству простого народа 2) Отношение к христианству правительства. Общие причины гонений на христиан со стороны правительства Юридические основания гонений на христиан Формы судопроизводства над христианами 3) Отношение к христианству интеллигенции 3. История гонений. Классификация Период первый Церковь sub umbraculo religionis licitae (judaicae) под покровом дозволенной религии (иудейской) Положение христиан до гонения при Нероне Гонение при Нероне Гонение при Домициане Период второй Христианство как religio illicita (недозволенная религия) Век Антонинов Рескрипт Траяна и его значение Мученики при Траяне Рескрипты с именами Адриана, Антонина Пия и Марка Аврелия Мученики при Адриане, Антонине Пие и Марке Аврелии Положение христиан при Коммоде Положение христиан при императорах восточного происхождения и их преемниках до гонения при Декии Период третий. Христианская церковь как общество, гонимое самим правительством Гонение Декия Гонение Валериана Эдикт Галлиэна и положение христиан до гонения при Диоклетиане Гонение при Диоклетиане и его соправителях и положение христиан при их преемниках Действительный характер гонения Диоклетиана и неудача попытки Максимина Христианство как религия дозволенная II. Апологии Христианства и языческая полемика III. Борьба Христианства с языческой мыслью в форме гносиса Опасность для Христианства со стороны гносиса 1. Происхождение и общий характер гносиса 2. Схема содержания гностических систем и их классификация 3. Важнейшие гностические системы Офиты Василид Валентин Сатурнин Маркион Приложение: Манданты (так называемые «христиане Иоанна Крестителя») IV. Распространение христианства 1. Источники сведений о распространении христианства 2. Распространение христианства на Востоке Миссионерская деятельность апостолов в пределах Понто-Боспорского царства, Малой Азии и Парфии (в широком смысле). Христианство в Эдессе Христианство в Египте, Ливии и Пентаполе Христианство в Персии Христианство в Аравии Приложение: Христианство в Эфиопии 3. Распространение христианства на Западе Христианство в Италии и Африке Христианство в Испании Христианство в Галлии Христианство в Германии и на Дунае Христианство в Британии и Ирландии Отдел второй Внутренняя жизнь церкви: выяснение догматического учения и начал церковной дисциплины и обряда. I. Раскрытие учения о Богочеловеке («богословская» стадия по преимуществу: учение о Св. Троице) 1. Учение о Христе, как Боге и теория о Логосе 2. Монархианство А. Монархиане динамисты Б. Монархиане модалисты 3. Учение о Св. Троице Тертуллиана и Оригена и общая схема построения этого учения в доникейский период 4. Учение о человеческой природе Христа в доникейский период 5. Динамическое монархианство Павла Самосатского II. Опыт системы христианского гнозиса Оригена III. Монтанизм IV. Споры о дисциплине и расколы в древней Церкви 1. Раскол Каллиста и Ипполита 2. Расколы Новата и Новатиана 3. Спор о крещении еретиков 4. Раскол донатистов 5. Мелитианский раскол V. Споры о времени празднования пасхи VI. Церковный строй в первые три века христианства 3. История церкви в период вселенских соборов. (I. Церковь и государство. II. Церковный строй) Общий характер этого периода Отдел первый. Церковь и государство I. Обращение в христианство Константина Великого II. Значение национальных особенностей греков и римлян и традиций римского государства и христианской церкви при установлении отношений между церковью и государством III. История отношений между Церковью и государством со времени Константина Великого 1. Религиозная политика Константина Великого и его сыновей 2. Языческая реакция при Юлиане Отступнике 3. Религиозная политика императоров после Юлиана IV. Борьба христианства с язычеством в жизни и мысли V. Права и привилегии церкви в христианском государстве 1. Имущественные права 2. Свобода от податей и повинностей (иммунитет) 3. Судебные привилегии 4. Право ходатайства и право убежища 5. Прочие менее важные законы в пользу Церкви Отдел второй. Церковный строй I. Клир и иерархия 1. Условия вступления в клир 2. Увеличение клира и новые церковные должности 3. Диаконы и пресвитеры 4. Епископы II. Формы церковного союза 1. Парикия, управляемая епископом, и образование приходов в позднейшем смысле 2. Митрополии 3. Экзархаты 4. Патриархаты 5. Притязания римского епископа на главенство в Церкви Вселенской: Римский епископ как папа 6. Соборы 7. Перемены в форме церковного союза 4. История церкви в период вселенских соборов. III. История богословской мысли Предисловие Отдел третий. История богословской мысли I. Споры о Св. Троице (завершение «богословской» стадии споров о Богочеловеке. 1. Арианский спор Происхождение арианства и история арианского спора до первого вселенского собора Первый вселенский собор Борьба с арианством после Никейского собора (325–381) Второй вселенский собор 2. Заблуждения, возникшие в период борьбы с арианством Маркелл Анкирский Фотин, еп. Сирмийский II. Споры христологические («христологическая» стадия споров о Богочеловеке) 1. Время до возникновения несторианского спора Переход от триадологических споров к христологическим: Аполлинарий Лаодикийский Христология противников Аполлинария. Феодор Мопсуэстийский Экскурс: Оригенистические споры в конце IV и начале V века 2. Несторианский спор Догматическая основа спора Побочные осложнения спора и история его до третьего вселенского собора Третий вселенский собор Продолжение спора после собора и примирение Вопрос об осуждении Феодора Мопсуэстийского 3. Монофизитский спор История спора до четвертого вселенского собора Четвертый вселенский собор Спор о догматическом авторитете четвертого вселенского собора и отношение к православию и к монофиситству императоров до Юстина I Распадение монофиситства на толки Торжество православия при Юстине I и осложнения, вызванные папистическими притязаниями Рима. Спор о выражении: «Един Св. Троицы пострада» Юстиниан I и его униональная политика. 4. Спор о трех главах Эдикты Юстиниана о трех главах Причины разногласия между восточными и западными богословами в вопросе о трех главах Пятый вселенский собор Следствия пятого вселенского собора. Общие итоги церковной политики Юстиниана. Политика его ближайших преемников 5. Монофелитский спор Причины возникновения спора и первая его стадия: спор о действиях во Христе Вторая стадия: спор о волях Шестой вселенский собор Марониты III. Иконоборческий спор Мотивы иконоборческого движения История иконоборства Седьмой вселенский собор Причины возобновления иконоборчества после седьмого вселенского собора Иконоборцы второй генерации. Торжество православия Иконоборчество на западе

Профессор В.В. Болотов (1854-1900)-выдающийся православный церковный историк, человек энциклопедических знаний, отлично владевший древними классическими и рядом европейских языков; изучил коптский, сирийский, армянский, грузинский, арабский и персидский языки. Все это позволяло ему в полной мере работать с первоисточниками церковной истории и смежных с ней отраслей.

«Лекции по истории Древней Церкви» (1-4 тт.) впервые были отредактированы и изданы уже после смерти В.В. Болотова его коллегой по Спб Дух. академии — проф. А. Бриллиантовым. «Лекции» охватывают период церковной истории по Вселенские соборы включительно.

Первый том — Введение в Курс церковной истории, с определением его понятий, терминологии и источниковедческой базы; завершается — главой о разделении церковной истории на периоды.

Настоящее четырехтомное издание дополнено биографическим очерком о В.В. Болотове его соученика по Тверской Дух. семинарии -М. Рубцова (с илл.), семинарской работой В.В. Болотова — «Аналогия истории распространения христианства в России с историей распространения христианства в Римской империи». Текст «Лекций» приведен в соответствие с современными нормами грамматики и снабжен переводами с греческого и латинского языков, значительно расширен именной указатель.

В настоящей публикации использован текст издания: Проф. В.В. Болотов. «Лекции по истории Древней Церкви». Посмертное издание под ред. проф. А. Бриллиантова. Спасо-Преображенский Валаамский ставропигиальный монастырь, 1994 — репринтное воспроизведение одноименного издания: СПб-Петроград, 1907-1918 гг.

Второй том «Лекций по истории Древней Церкви» проф. В.В. Болотова посвящен послеапостольскому периоду существования Христианской Церкви до правления в Римской империи имп. Константина Великого, с рассмотрением специфики взаимоотношений Церкви и Римского государства.

Первый отдел II-го тома — Христианство и мир языческий: борьба христианства с язычеством в жизни и мысли (апологии), распространение христианства на Западе и Востоке Империи.

Второй отдел — внутренняя жизнь Церкви: выяснение догматического учения (учение о Богочеловеке и учение о Св. Троице) и начал церковной дисциплины и обряда (церковные расколы, споры о времени празднования Пасхи, церковный строй в первые три века христианства).

В третьем томе «Лекций по истории Древней Церкви» проф. В.В. Болотова рассматривается история Христианской Церкви в период Вселенских соборов.

В первом отделе III-го тома представлены материалы по истории взаимоотношений Церкви и Римского государства в различных аспектах: значение обращения императора в христианство и значение национальных особенностей греков и римлян -в контексте традиций Империи и Церкви; религиозная политика имп. Константина Великого и его сыновей и языческая реакция при Юлиане Отступнике, религиозная политика императоров после Юлиана.

Во втором отделе автором детально рассматривается структура Христианской Церкви в таких разделах, как «Клир и иерархия» и «Формы церковного союза».

Четвертый том «Лекций по истории Древней Церкви» проф. В.В. Болотова представляет собой завершающую часть периода Вселенских соборов: борьба с еретическими направлениями, споры о Св. Троице и «трех главах».

«Особенно важен четвертый том, — писал прот. Георгий Флоровский, — посвященный истории богословской мысли в период Вселенских соборов…, все построение методически проверено во всех частностях и подробностях. У Болотова всегда чувствуется эта особая надежность и достоверность».

В Приложении к IV т. читателю предлагаются Правила I-IV Вселенских соборов и Послание III Вселенского собора о митрополите Памфилийском Евстафии.

1. Расколы Каллиста и Ипполита

Почва, на которой велась борьба, разрешавшаяся расколами, это вопросы церковной дисциплины, имевшие такое важное значение и в монтанизме. В истории сохранились некоторые следы того, как постепенно смягчалась строгая дисциплинарная практика в церкви. Из сохранившихся до нас данных видно, что, например, в римской церкви существуют друг подле друга два воззрения, — можно бы сказать: две партии, если бы это название не вызывало представления о чем–то организованном и оформленном, — воззрение умеренное и строгое. На римской кафедре является ряд лиц умеренного воззрения. Виктор (189—198 или 199) еще довольно ригористичен, как показывает положение, занятое им в споре о пасхе; и быть может, не Елевфер, а Виктор колебался в суждении о монтанизме. Зефирин (198 или 199—26 августа? 217) бесспорно не был ригористом; своею церковного дисциплиною он вызвал негодование монта–ниста Тертуллиана: «audio edictum esse propositum et quidem pe–remptorium. Pontifex scilicet maximus, quod est episcopus episcopo–rum, edicit: ego et moechiae et fomicationis delicta poenitentia functis dimitto». Наконец, правление Каллиста (217—14 октября 222) отмечает собою торжество снисходительной дисциплины. Реформа Каллиста была так широка, что повела к формальному разрыву с партиею строгого соблюдения, которая противопоставила Каллисту своего епископа, первого исторически известного антипапу, св. Ипполита .

В своем сочинении Ипполит дает крайне невыгодное изображение своего противника. В лице Каллиста римская кафедра получила, действительно, «многоопытного мужа». Раб по происхождению, он от имени своего господина, христианина Карпофора, вел банкирские операции, обанкротился, хотел спастись бегством, настигнут был Карпофором в ту минуту, когда садился на корабль, бросился в воду, был вытащен и отправлен своим господином работать на ручных мельницах. Христианские друзья упросили Карпофора освободить Каллиста и дать ему возможность оправдаться. Но, сознавая невозможность оправдаться, Каллист задумал покончить с собою мученическою смертию. В одну субботу он явился в иудейскую синагогу, произвел здесь беспорядок и за этот беспорядок отдан был под суд (Ланген делает остроумную догадку, не затем ли в действительности Каллист пришел в синагогу, чтобы поймать нескольких евреев, может быть, состоявших в долгу у него). Praefectus Urbis Фускиан (189—192) отправил Каллиста в сардинские рудники. Но вскоре затем известная Маркия выхлопотала освобождение сардинским исповедникам за имя Христово. Епископ Виктор отделил дело Каллиста от дела исповедников и, не желая освобождения Каллиста, пропустил его имя в поданном списке, но пресвитер Иакинф, приводивший в исполнение указ Ком–мода, освободил почему–то и Каллиста. Вьгждав смерти своего господина, Каллист явился в Рим, вошел в доверие Зефирина и сделался самым влиятельным римским пресвитером. Известно, что ему Зефирин поручил устройство обширного христианского кладбища, так называемого coemeterium Callisti.

В 217 г. этот человек, вращавшийся в разнообразных слоях общества, испытанный всеми бурями жизни, но не зачерствевший и не озлобленный, сделался преемником Зефирина и так смягчил все еще строгую церковную дисциплину, что в Риме поднялись против него вопли. Ипполит обвиняет Каллиста 1) в том, что он принимает в церковное общение всех отлученных, равно как и возвращающихся из еретических обществ; 2) что он утверждает, будто бы епископ не подлежит низложению, если бы даже впал в смертный грех; 3) он поставил в иерархические степени лиц второбрачных и троебрачных и не низложил даже и тех, которые женились, занимая клировые должности, как будто сделавшие это не согрешили; 4) Каллист покровительствует прелюбодеянию и убийству; 5) при нем дерзнули ввести в церкви второе крещение. В особенных пояснениях нуждаются лишь некоторые из этих обвинений.

Прежде всего вопрос о второбрачных. Второбрачных в иерархических степенях, даже в сане епископа, знает уже Тертуллиан. Невозможно решить с положительностию, имеются ли в виду здесь браки, заключенные до крещения, или после него, т. е. затронуто ли было уже здесь различие в воззрениях между римскою и греческою церковью. Дело в том, что восточная церковь утверждала, что крещение — второе рождение, что человек выходит из купели, как отроча младо. Стоя на этой точке зрения, она не хотела знать жизни человека, предшествовавшей крещению, и потому придавала значение только бракам, совершенным после крещения. Крещаемый до крещения мог состоять в трех или четырех браках, но все они по вступлении в церковь забывались. Не так думала западная церковь в лице Иеронима. Обращая внимание на слова: «исповедую едино крещение во оставление грехов», она говорила, что в крещении оставляются только грехи, брак же не грех; следовательно, браки, совершенные до крещения, законны. Каллист не стал на западную точку зрения. Новый шаг он сделал, по–видимому, только в том, что не низложил женившихся после хиротонии клириков. Соборы начала IV века признают тот факт, что нужно считаться с желаниями посвящаемых. Поэтому, только в том случае, если человек при вступлении в клир не заявил о своем желании вступить в брак, а потом женился, он был извергаем. Раннее вдовство для клирика было обстоятельством непредвиденным, и можно думать, что тогдашняя церковь не смотрела в подобных случаях так строго, как современная. Могло быть, что и Каллист разрешал вступать в брак по принятии хиротонии. Контекст дает право думать, что речь идет о высших иерархических степенях клира: об епископах, пресвитерах и диаконах. Сам Ипполит рассматривает эти деяния Каллиста, как вопиющие нарушения церковной дисциплины; следовательно, о низших клировых должностях здесь не должно быть речи. Далее, Каллист обвиняется в покровительстве прелюбодеянию и убийству. В основании этого обвинения лежит вот какой факт. Пока христианство держалось преимущественно в низших слоях общества, оно избегало одной чрезвычайно тяжелой коллизии с тогдашним римским правом. Но со времени Коммода христианство начинает быстро распространяться в аристократических кругах Рима, и в римской церкви оказываются молодые христианки сенаторского происхождения, с слишком пылкою кровью, чтобы оставаться незамужними, но найти мужа, равного по общественному положению, было очень нелегко. Между тем христиане уже и тогда относились неодобрительно к смешанным бракам, в особенности бракам христианок с язычниками. Уже Тертуллиан насчитывает чрезвычайно много неудобств, которые вытекают для христиан из подобных сочетаний. Жена — христианка, например, должна скрывать от мужа, куда исчезает ночью, когда праздновалась память мучеников, должна скрывать свои посещения мучеников и исповедников в темницах и пр. А христиан сенаторов в то время, нужно думать, было значительно меньше христианок высокого происхождения. Между тем римское законодательство чрезвычайно ревниво охраняло чистоту аристократической крови, и женщинам сенаторских родов, носившим титул «feminae clarissimae», позволяло браки только с аристократами же. Браков этих женщин с рабами и вольноотпущенниками (liberti) закон не признавал вовсе. Подобные брачные сожития с точки зрения римского права были только concubinatus (в смысле юридического явления, как это было в античной жизни); такие супруги поэтому назывались не мужьями, a concubinarii. Браки патрицианок со свободнорожденными мужьями из низшего сословия закон признавал, но за такой mesalliance наказывал женщин лишением сенаторских родовых прав; они теряли титул clarissimae (сиятельных). А если они хотели сохранить свое звание, вступая в подобные браки, то должны вступать с лицами низшими не в браки в точном смысле этого слова, не в connubium, а только в contubernium.

Таким образом, брачное римское право ставило христианок сенаторского происхождения пред весьма тяжелою альтернативою: или, выходя замуж, числиться незамужнею, или отказаться от своих прав по происхождению. Христианки не желали последнего, и понятно, как церковь, для которой не было ни раба, ни свободного, могла относиться к таким бракам, которые были незаконны с точки зрения государства. Каллист, как сам раб по происхождению, меньше всего, конечно, был расположен поддерживать аристократические претензии тогдашнего законодательства вопреки точке зрения христианской, меньше, чем другой епископ, способен был смотреть на раба или вольноотпущенника, как на существо низшей природы. Поэтому Каллист признал подобные неравные браки законными по суду церкви. Что подобные граждански незаконные браки (или законные contubernia) действительно практиковались — это доказано эпиграфически. Есть надгробные написи, на которых читаются имена христианских супругов и муж не носит титула clarissimus, а жена, например, Cassia Feretria, титулуется femina clarissima. Жены, следовательно, не утрачивали сенаторских прав, вступая в брак.

Постановление Каллиста, с точки зрения церкви, единственно законное и единственно возможное, но оно далеко не развязывало всех узлов общественных отношений. Ипполит упрекает своего соперника в том, что он покровительствует прелюбодеянию и убийству. Не знаю, есть ли какая–либо возможность дать удовлетворительный комментарий к первому обвинению. Может быть, Ипполит только выпукло обрисовывает то сомнительное положение, в какое ставили себя патрицианки такими неравными браками. В самом деле, они имели законное гражданское право бросить своих христианских мужей, неравных им по происхождению, и выйти за сенаторов. Закон словно вызывал их на подобный поступок. Но вторую половину обвинения разъясняет сам Ипполит. Подобные браки вели к роковому вопросу о детях и об их правах. Некоторые аристократические матери желали не иметь совсем детей от своих худородных супругов, а для иных вовсе не желательно было, чтобы в большом свете говорили об их замужестве. Подобный мотив весьма возможен в ту пору, когда огонь первого христианского одушевления охладел (как показывает самая возможность вопроса о сенаторских правах). Были покушения на детоубийство.

Последнее обвинение против Каллиста одно из самых темных. При нем дерзнули в церковь ввести второе крещение. Комментарии на это место самые запутанные. Наиболее рискованное мнение принадлежит Гризару. Каллист, по его мнению, признавал крещение еретиков состоятельным, т. е. подле единого церковного крещения допускал другое крещение. По Бауру, здесь речь идет об упомянутом в «Философуменах» элкесаите Алки–виаде, который действительно повторял крещение. Дёллингер полагает, что Ипполит упрекает Каллиста лишь за то, что он не прервал церковного общения с Агриппином, епископом карфагенским, который узаконил на соборе перекрещивание еретиков. Ланген полагает, что Каллист перекрещивал еретиков, т. е. суровый и трудный путь примирения их с церковью чрез покаяние заменял легким актом крещения. Но в этом случае при Кал–листе римская церковь держалась бы совсем не той практики, какой спустя 30 лет при Стефане. Поэтому приходится отдать преимущество гипотезе Дёллингера.

Все эти дисциплинарные послабления Каллиста осложнились еще его весьма не точной терминологией в учении о Троице. Каллист обзывал субординациониста Ипполита двубожником, Ипполит считал Каллиста ноэтианином или савеллианистом. Горючего материала было достаточно для того, чтобы ригористическая партия с епископом Ипполитом во главе составила особое общество. Ипполит третирует сторонников Каллиста, как секту (?????). Но у него самого там и здесь прорывается сознание, что он почти одинок в протесте своем против своего соперника. Видимо, огромное большинство было на стороне Каллиста, а малочисленная партия Ипполита теряла своих членов очень быстро: на сторону Каллиста переходили все те, которые становились объектом суровой дисциплины ригористов.

Полагают, что раскол пережил и Каллиста и его преемника Урбана. Основание для этого — известие в Catalogue Liberianus, что одновременно сосланы были епископ Понтиан и пресвитер Ипполит в 235 г. в Сардинию. Может быть, эта ссылка вызвана была последними вспышками борьбы между разделившимися христианами, которые, затем соединившись между собою, поставили епископом Антероса. Во всяком случае, в известных нам документах, касающихся раскола Новатиана, нет никакого намека на этот предшествующий разрыв в римской церкви. Это молчание говорит не в пользу продолжения раскола Ипполита; от Понтиана до Корнелия всего 16 лет.

Западные ученые обыкновенно сардинскою ссылкою и оканчивают историю Ипполита: полагают, что он не перенес вредного сардинского климата. Наш ученый Иванцов–Плато–нов отождествляет нашего Ипполита с Ипполитом, подателем послания Дионисия александрийского (???????? ?????????) римским христианам (Eus. h. e. VII, 46), затем с Ипполитом, ан–тиохийским пресвитером, с Ипполитом пустынником и Ипполитом священномучеником, пострадавшим при Клавдии II (268—270), и полагает, что Ипполит антипапа мог дожить до 270 года. Из всех этих позднейших Ипполитов хорошо засвидетельствован исторически только Ипполит, податель послания Дионисия александрийского.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *