13.07.2020 09:05

Настоятельница Покровского женского монастыря на Таганке игуменья Феофания. Фото: Московская городская епархия Русской Православной Церкви

Игуменья Феофания, в миру Ольга Мискина, пять лет руководящая гостиницами РПЦ, приобрела автомобиль Mercedes-Benz S-класса почти за 10 млн рублей, обнаружили «Открытые медиа».

Феофания уже 25 лет возглавляет Покровский женский монастырь на Таганской, где находятся мощи святой Матроны Московской. Также она управляет православной гимназией в Троице-Лыкове. Летом 2015 года она стала руководителем пятизвездочной гостиницы «Покровская», построенной по программе гостиниц для паломников, а с 2018 года руководит ещё и четырёхзвездочной «Даниловской» рядом с подворьем патриарха. В том же 2018 году она получила из рук президента Путина орден «За заслуги перед Отечеством» IV степени.Владимир Путин в Кремле 27 ноября 2018 года вручил настоятельнице Покровского монастыря Феофании орден «За заслуги перед Отечеством» IV степени Фото: kremlin.ru

Преданность бренду

Автомобилям немецкого бренда игуменья не изменяет почти двадцать лет. С тех пор как она стала настоятельницей Покровского монастыря, в её личном автопарке сменилось как минимум четыре Mercedes-Benz, следует из данных ГИБДД, с которыми ознакомились «Открытыми медиа». Правда, до 2011 монахиня ездила на сравнительно бюджетных моделях — в 2007—2011 годах ей принадлежал Mercedes-Benz B170, а до этого — Mercedes-Benz Е320 2002 года выпуска.

В 2011 году Феофания приобрела свой первый Mercedes представительского класса — Mercedes-Benz S500 4MATIC. Тогда эта модель стоила около 5 млн рублей в базовой комплектации.

В 2016, спустя год после открытия гостиницы «Покровской», игуменья обновила машину, купив S500 4MATIC нового поколения. По данным «Открытых медиа» автомобиль обошёлся ей в 9,5 млн рублей. Судя по базе штрафов ГИБДД, Mercedes-Benz Ольги Мискиной несколько раз нарушил скоростной режим Фото: база нарушений ГИБДД

Живёт игуменья Феофания неподалеку от монастыря. С 2001 года, по данным Росреестра, на в одном из кирпичных многоэтажек на Таганской улице ей принадлежит квартира площадью 53,2 кв. м. Квадратный метр в этом доме оценивается примерно в 300 000 рублей. Выходит, приблизительная стоимость квартиры игуменьи — 16 млн рублей.Представитель гостиницы РПЦ переадресовал вопросы об автопарке игуменьи Феофании в Покровский монастырь, на запрос «Открытых медиа» к моменту публикации не ответили.

Откуда у РПЦ гостиницы в Москве

Именно на имени этой почитаемой святой построен бизнес в гостинице «Покровская» (расположена на ул. Таганская, 58, стр. 12).

Гостиница «Покровская» должна была стать первым проектом в сети отелей для паломников, которую 20 с лишним лет назад решила создать РПЦ. По просьбе Московского патриархата правительство Москвы выделило Покровскому монастырю в безвозмездное пользование участок под гостиницу и одобрило проект. Городской бюджет потратил не менее 13,6 млн рублей на подведение коммуникаций к отелю (кстати, в 2017 году монастырь оформил свою землю в собственность). Само строительство «Покровской» обошлось в 265,9 млн рублей, эти деньги пожертвовали монастырю благотворители. После открытия «Покровской» в 2015 году выяснилось, что паломникам она не по карману. Гостиница получилась пятизвездочной, номера в ней стоят от 6 000 до 180 000 рублей за ночь. Среди услуг, которые она предлагает постояльцам — доступ к мощам Матроны Московской вне очереди.

Ещё одна гостиница РПЦ — «Даниловская», построена ещё в 90-х по соседству с официальной резиденцией патриарха всея Руси Кирилла (Большой Староданиловский пер., 5). С открытия её возглавлял известный менеджер проектов РПЦ Евгений Пархаев. Он также управлял художественным предприятием «Софрино», выпускающим церковную утварь. В 2018 году в «Софрино» неожиданно пришли полицейские с обысками. Официальных заявлений или уголовных дел за этим не последовало, но Пархаев покинул церковные предприятия, а его должность в «Даниловской» заняла Феофания. Она стала и.о. генерального директора гостиницы.

С её приходом «Даниловская», по данным базы «Контур.Фокус», стала получать госконтракты от ЗАГСа Москвы на аренду помещений для проведения выездных регистраций. В 2020 году «Даниловская» получила таких контрактов на сумму 3,1 млн рублей.

По данным «Контур.Фокус», чистая прибыль гостиниц РПЦ под управлением Феофании с 2015 года составила около 5,8 млн рублей при общей выручке в 486 млн рублей.

Подробнее о том, как устроен гостиничный бизнес РПЦ, подробно можно прочитать в расследовании «Открытых медиа».

Основательницей и первой настоятельницей Южно-Уссурийского женского монастыря стала игумения Павла (Трегубова).

Матушка Павла, в миру Параскева Николаевна Трегубова, родилась в 1830 году в деревне Трегубово Слободского уезда Вятской губернии. Благочестивые родители ее — Николай Алексеевич и Марфа Исидоровна Трегубовы держали кузнечно-слесарную мастерскую и мукомольную.
По увольнении из крестьянского общества в 1854 году матушка Павла, тогда еще Параскева, поступила в Христово-Рождественский Слободской женский монастырь. 14 октября 1865 года Параскева Трегубова была пострижена в рясофор с наречением ей имени Парфении, а 23 апреля 1866 года она была пострижена в мантию под именем Павлы. Своей благочестивой и подвижнической жизнью матушка Павла давала добрый пример для подражания сестрам обители.

Проживши 30 лет в Слободском монастыре, матушка Павла 20 лет ходила за сбором добровольных пожертвований в пользу монастыря. Большую часть времени была на этом очень трудном послушании в Петербурге и в Москве. Нетрудно себе представить, как тяжело было нести это послушание: матушке приходилось терпеть голод и холод, и насмешки неверующих людей, и т.п. Исполняя это послушание, матушка нажила себе катар желудка, который в течение 35 лет подтачивал ее и без того незавидное здоровье. Она почти самая первая из российских монахинь-сборщиц проникла в Сибирь за сбором.

В 1880 году Высокопреосвященнейший архиепископ Вениамин стал убеждать матушку Павлу строить в Забайкальской области женский монастырь. После долгих раздумий и колебаний матушка, наконец, согласилась, и в 1884 году прибыла в Иркутск, чтобы приступить к строительству монастыря в Чите. Вскоре, благодаря неустанным трудам и неутомимой энергии матушки монастырь был устроен.
Но 23 июня 1899 года мать Павла оставила Читу. Энергичная 69-летняя игуменья со своей верной помощницей матушкой Марией и еще с 15-ю сестрами-послушницами отправилась на Дальний Восток строить новую обитель.

Нелегко было матушке и ее спутницам проделать далекий путь от Читы до Владивостока. При выезде из Читинского монастыря у них было на дорогу 300 рублей, да три лошади с экипажем и более ничего. Верст 400 по рекам Ингоде и Шилке наши путешественницы плыли на плотах, затем от Сретенска до Хабаровска — на пароходе. Дальше — на перекладных.

Еще до прибытия в Никольск-Уссурийский матушка игуменья обратились к правящему архиерею Владивостокско-Камчатской епархии Владыке Евсевию с прошением о принятии ее с сестрами во вверенную ему епархию и о разрешении приехать им во Владивосток для разыскания подходящего места для устройства женской обители.

Прибыв в Никольск-Уссурийский, матушка с сестрами поселилась в наемном частном доме на средства благотворения, ибо своих денег у них не было. И матушка Павла занялась поисками места, где могла бы расположиться будущая обитель. Ее выбор остановился на месте в пяти верстах от Никольск-Уссурийского на площади мерою 434 десятины 1575 саженей.

Благодаря деятельным хлопотам матушки Павлы уже к началу 1900 года были заготовлены стройматериалы, 16 февраля того же года отслужен молебен и водружен крест. К весне был выстроен барак в лесу, где и разместились сестры. 20 мая 1900 года протоиреем отцом Павлом Мичуриным была совершена закладка во имя Рождества Пресвятой Богородицы. Одновременно была начата постройка на пожертвованные средства двух жилых домов: одного, предназначавшегося для сестер, число которых достигло к тому времени шестидесяти, другого — для кухни с трапезной.

Нелегко было созидать обитель: сестры сами на себе возили воду, по горам собирали валежник для дров и на себе таскали его домой, ночью сами окарауливали монастырь.

К началу 1901 года храм в основном был построен. Так как ощущалась великая нужда в богослужении, то игуменья Павла вынуждена была просить Преосвященнейшего Владыку Евсевия освятить новосооруженный храм, хотя последний не совсем готов был к освящению. Однако правящий архиерей, входя в положение обители, удовлетворил просьбу настоятельницы.

16 января 1901 года новый храм был освящен. С открытием храма сюда потекли богомольцы — жители города Никольск-Уссурийского, ближних и дальних деревень Уссурийского края, из Манчжурии, Хабаровска, Владивостока. С увеличением числа посетителей возникла нужда в постройке странноприимницы. Вскоре был построен и этот дом, а также небольшой домик на пасеке.

Так в лесной чащобе возникла деятельная жизнь, представлявшая собойсоединение труда и бдения, поста и молитвы, телесных скорбей и духовных радостей.

Количество насельниц монастыря непрерывно росло, причем в числе новоприбывших были и вдовые женщины с малолетними девочками, которых приходилось брать на воспитание, а так же девочки-сироты в возрасте от 6 и более лет. Их начали приучать к клиросному послушанию, но так как они не умели ни читать, ни писать, то матушка игуменья открыла при монастыре школу для живущих там девочек, а также для ребятишек соседних деревень Линевичи и Кугуки. С благословения матушки здесь учительствовала сестра Екатерина Левченко. Затем матушка на уступленном городом для монастырского подворья участке выстроила еще одно здание — для женской церковно-приходской школы. Выстроенная в 1903 году школа на 50 человек была рассчитана на городских девочек. Обучение в ней вела матушкина воспитанница инородка П. Казанцева, а законоучительствовал священник Косьма Серговский.

Ревность престарелой игумении о благоустроении обители сей духовной была достойно оценена правящим архиереем нашей епархии епископом Владивостокским и Камчатским Евсевием (Никольским) по представлении которого в Святейший Правительствующий Синод матушка Павла была награждена в 1902 году наперстным крестом.

24 октября 1903 года стараниями матушки настоятельницы Владыка Евсевий мог уже освящать домовую церковь при настоятельском корпусе во имя Образа Нерукотворного Спаса.

Заботилась матушка и о здоровье насельниц монастыря: обитель по ее благословению посещала женщина-врач Никольск-Уссурийской городской больницы Надежда Ракович, оказывая безвозмездное подаяние медицинской помощи, за что в 1908 году ей было даже преподано благословение Святейшего Синода с выдачей соответствующей грамоты.

Трудясь над устройством монастыря, матушка Павла часто недомогала и за последние 2 -3 года стала болеть все чаще и чаще. Но с терпением и кротостью переносила матушка игумения жестокие боли, вызываемые страшной болезнью — раком желудка. 7 февраля 1909 года она окончательно слегла в постель, с которой уже более не встала. Во время болезни матушка настоятельница соборовалась и до 15 раз исповедовалась и приобщалась Святых Тайн. Чувствуя приближение смерти, она просила окружавших ее одр сестер читать акафисты.
1 марта в 11 часов 40 минут 12 ударов колокола возвестили о смерти матушки игумении. Она скончалась во время чтения акафиста Архангелу Михаилу. Последние слова умиравшей были обращены к читавшей акафист сестре: «Читай, читай».

В воскресенье состоялось монашеское погребение матушки Павлы. Божественную литургию и чин погребения совершал специально прибывший сюда Высокопреосвященнейший архиепископ Евсевий. За литургией пели хоры седанкинский и монастырский, на погребении — седанкинский. Проводить матушку в последний путь прибыло очень много людей, благоговейно почитавших ее. В надгробном слове Владыка вспомнил историю созидания и обители и труды матушки Павлы по ее устройству и призвал присутствовавших, и особенно сестер, молиться за усопшую.

Так основательница и первая настоятельница Южно-Уссурийского Рождество-Богородицкого женского монастыря закончила свое земное послушание. Да упокоит Господь ее душу с праведными и ее молитвами вновь возродит монашескую обитель.

ПРОЗОРОВА Г.

Найдено захоронение первоосновательницы Южно-Уссурийского женского монастыря Благовест №6, 2003
Фотографии места захоронения Игумении Павлы

Скончалась игуменья Покровского монастыря в Бюси-ан-От мать Ольга

Rappel à Dieu de la Mère abbesse Olga
Игуменья Ольга (род. 1915), игумения, настоятельница Бюсси-ан-Отского Покровского женского монастыря (Архиепископия православных русских церквей в Западной Европе).
В миру Елена Ивановна Слёзкина, родилась 29 октября 1915 году в Петрограде в дворянской семье.

После революции эмигрировала с семьей во Францию. Стала доктором филологических наук и доцентом Института восточных языков в Париже.

Являлась активной прихожанкой храма Христа Спасителя в городе Аньер близ Парижа. Исполняла обязанности чтеца в храме и преподавала в церковной школе при храме. Посещала русских больных в госпиталях.

Её духовным наставником в течение многих десятилетий был епископ Мефодий (Кульман), настоятель Аньерского Спасского храма и возобновитель русского паломничества на Святую Землю из зарубежья в начале 1950-х годов. В течение четверти века она была организатором этих паломничеств.

Приняла тайный монашеский постриг. Вела работу по изданию журнала «Вечное”.

В 1988 году, после кончины матери, поступила в Покровский женский монастырь вБюсси-ан-От.

После кончины в 1992 году игумении Феодосии (Соломянской) была возведена в сан игумении Покровского монастыря.

В годы её игуменства был прославлен в лике святых протоиерей Алексий Южинский, мощи которого почивают в монастыре; был возведен новый большой храм обители; умножилось число сестер и паломников.

В одиннадцатом часу вечера (!) в пятницу игуменья Калисфения (Шамайло) зачем-то была вызвана в митрополию.

По источникам «Нового Региона” – лично секретарем предстоятеля УПЦ МП Александром Драбинко.

Вызванная игуменьей машина такси довезла ее вместе с келейницей до Киево-Печерской Лавры, где находится комплекс зданий митрополии.

С тех пор вот уже третьи сутки о судьбе игуменьи и ее келейницы ничего не известно. Их телефоны не отвечают.

Последний раз настоятельница выходила на связь, когда около полуночи вызывала из Лавры такси. Водитель прождал ее полчаса и уехал.

Вместе с тем, в самой митрополии утверждают, что «ничего об этой истории не знают”.

Один из авторитетнейших среди верующих Покровский монастырь известен своим ключевым положением, когда требуется выразить позицию УПЦ МП по тем или иным вопросам.

Владыка Павел отдал журналистке телефон, присовокупив шоколадку с иконкой

Так, митрополит Филарет (ныне преданный анафеме) в свое время принуждал настоятельницу монастыря поставить подпись под обращением к тогдашнему патриарху РПЦ Алексию II с требованием предоставить УПЦ МП автокефалию. Игуменья выполнила требование Филарета только после того как тайно встретилась с Патриархом. Ему она объяснила, что монастырь категорически против отрыва УПЦ от Московского Патриархата, но в случае проявления этой позиции Филарет просто разгонит насельниц обители. Алексий благословил поставить подпись под обращением, пообещав, что автокефалию УПЦ не предоставят.

Между двух частей света

Каждое утро жители села Кизильское гонят своих коров из Европы в Азию – пастись. Чтобы перейти границу, нужно всего лишь пройти мост через реку Урал – она разделяет на карте две части света. Это только звучит внушительно, а на самом деле — на двух берегах одинаково громко квакают лягушки. Да еще заливаются трелями неизвестные птички.
— Не знаем, что за птицы, — чешут в затылках местные. – Года три как у нас поселились, но точно не соловьи.

Кто есть кто в монастыре

Трудницы – мирянки, т.е. женщины, живущие в миру, которые захотели приехать в монастырь пожить и потрудиться.
Послушницы – женщины, которые находятся на послушании в монастыре, нулевая ступень монашества.
Инокини – уже не трудницы, но еще и не монахиня. Первая ступень монашества. Когда происходит постриг, мирское отступает, а приобретение нового имени очень обязывает, кроме того, в этом случае монахиня получает нового небесного покровителя.
Монахини отличаются от инокини тем, что они дают клятву, обещание. Проводит пострижение обязательно иеромонах. Во процессе он бросает ножницы на пол, и спрашивает: «Хочешь ты или не хочешь?» Монахиня сама поднимает ножницы, отвечает «Да», отдает ему в руки. Затем выстригаются небольшие пряди волос в виде креста.
Следующая – высшая ступень – схима. Это еще один постриг, когда имя меняется еще раз. Схима – это уже отречение от любого общения с людьми. Имеющим схиму связь с Богом нельзя прерывать ни на минуту. В Челябинской области монахинь-схимниц нет.
Игуменья – наместница Пресвятой Богородицы. Это высочайшая духовная степень в монашестве. В Челябинской области их всего две.

Вокруг Кизильского постоянно дуют ветры и колышут ковыль. Степь. Самая южная часть Челябинской области.
— А вы из Челябинска что ли? – не унимаются местные жители. – Пойдемте чай пить!

Так и норовят гостеприимно затащить в дом, да побеседовать «за жизнь». Это точно – наследие старых времен.
Русские люди появились в этих сухих степях 250 лет назад. Дело было так: соседние племена башкир и казахов сильно враждовали. Постоянно совершали набеги друг на друга, и разоряли, как могли. Но Башкирия вошла в состав Российской империи, и царь встал на защиту своих подданных. Было решено направить сюда казаков: сторожить государственную границу да отражать казахские набеги.

Место для крепости искал лично губернатор Оренбуржского края Неплюев. Приглянулась ему точка, где сливаются реки Урал и Кизилка. Там и поставили казачий форпост. Первым делом заложили фундамент для храма и стены. Так в 1743 г. началась история русского села посреди мусульманских степей.

— У нас ведь до сих пор соблюдаются некоторые казачьи традиции, — рассказывает депутат районного совета Александр Селезнёв – Для боевого казака считалось позором принести из колодца воду. С ведрами да коромыслами управлялись бабы. До сих пор не сыщете в Кизиле ни одного мужика с ведром воды. Так-то…

«Иди и строй»

Канули в историю те казаки. И Урал уж не тот: славный Чапай не утонул бы в его водах, а задохнулся – в реку сливают канализацию из Верхнеуральска. Но все равно, место необычное. После падения советской власти именно в Кизильском была восстановлена церковь, первая на юге Челябинской области. А история восстановления звучит почти как легенда.

Дело было в начале 90-х годов. Был в ту пору главой района Александр Сергеевич Смирнов. У его товарища тяжело заболела жена, и отправились друзья в Сергиеву Лавру – помолиться (Смирнов за компанию). Жил в Лавре старец-монах, к которому все старались попасть на благословение. А он прошел через толпу людей прямо к Смирнову. Сказал: «Строй храм», развернулся и ушел. А глава начал строить.

В 1994 году в Кизильском был возведен трехпрестольный храм святых праведных Симеона Богоприимца и Пророчицы Анны. На фундаменте от старого храма стоял районный дом культуры, поэтому новую церковь ставили на краю села, но название оставили прежнее. Для росписи стен пригласили местного художника Федора. Он и расписал весь храм – без копейки денег, администрация только краски закупала. Вот так вроде бы спонтанно все началось, а в итоге на ровном месте построили красивейшую церковь.

А глава района все не унимался. Решил основать в Кизильском женский монастырь. И ведь основал, но и тут не обошлось без страшных историй и деревенских легенд.

Дом с привидениями

По всем документам выходит: не было в Кизиле женского монастыря никогда. И на всем юге Челябинской области монастырей не было. И как тут быть, с чего начинать? Рассказывают, что священники предлагали поставить обитель на территории старого кладбища на окраине села. Но почему-то власти эту идею отвергли и закатали кладбище в асфальт, а потом на его месте организовали стадион «Синий камень». А рядом – профессиональное училище.

Однажды, во время районного спортивного праздника на глазах у сотен людей разбился дельтапланерист. С тех пор суеверный деревенский люд обходит «Синий камень» стороной. А в профучилище несколько лет по ночам слонялись привидения.

Прямо с рабочего места сбежали несколько сторожей, а потом рассказывали по селу ужасные подробности своих ночных бдений. Только после того, как батюшка окропил здание святой водой, да отслужил молебен, текучка кадров в училище прекратилась. Вроде бы и привидения затихли…

А монастырь поставили рядом с новым храмом. Первое время это был простой деревянный сарайчик без воды, газа и элементарных удобств.

Послушание превыше всего…

Они идут, тяжело ступая, на ногах – у кого домашние тапочки, у кого — калоши. Натруженными руками прижимают к груди иконы. Ветер сыплет им песок в глаза, треплет их черные одежды. Они обходят храм со всех сторон, останавливаются, произносят: «Господи, помилуй, благослови!», идут дальше. Каждый день, в семь часов вечера, в любую погоду монахини совершают крестный ход — намаливают это место: монастырь, храм, село Кизильское и даже стадион «Синий камень»…

В 2004 году кизильский женский монастырь обрел второе рождение. В него прибыла новая настоятельница – игуменья Феодора (Подоплелва) из Белорецка. Вскоре к ней присоединились еще несколько монахинь, инокинь и послушниц.

Матушка Феодора рассказывает, как устроена монастырская жизнь: — Послушание выше всего. Послушание выше молитв.

Монахини должны от всего отказаться и жить только молитвой и послушанием. У них даже своих мыслей не должно быть. Вот что сказали – должен делать. Не всегда это получается. Вот скажешь человеку: «Выбрось это», а она – «Нет, это еще пригодится». Я говорю: «Где ж послушание?» Надо бы построже с ними быть, но я их жалею, я самая молодая из них.

Монастырь – это не дом престарелых и не место, где можно укрыться от всех своих проблем. Образы, созданные в кино, или в собственном воображении, очень-очень далеки от действительности. На самом деле монашество – тяжелейшее дело, и не каждому по силам.

Три обета монашества

Девство
Нестяжание
Послушание

«Вот я теперь старенькая стала, пришла, на коленочках ползу, не могу молиться…Не могу стоять, вот я и пришла, Боже, к тебе…» А где ж ты был раньше? Здесь же не дом престарелых. И чтобы стать монахиней, нужно пройти долгие испытания. Я сама три года готовилась. И здесь я двоих готовила к монашеству, но не говорила им, что будет постриг. Но Господь Бог их не допустил. Одна сама ушла, хотя я на нее уже и облачение заказала. А на вторую подала прошение владыке, а он мне сказал: «Я тебе подпишу, но ты не торопись». Так и вышло, эта тоже не выдержала и уехала. Владыки все наперед видят, и все владыки такие.

Великое нашествие детворы

Раннее воскресное утро. На территорию монастыря забегает стайка веселых девчушек, одна надевает наушники и взбирается на колокольню храма. Через несколько минут над Кизильским звучит веселый перезвон. Те, что внизу, смеются, радуются. Вот деловито шагает баянист — и исчезает за дверью с надписью «воскресная школа». К храму начинают подтягиваться местные жители: одни садятся на лавочки побеседовать, у других тоже находятся какие-то дела. Несколько старичков вытягивают шеи: где же там мать Варвара. А она уже спешит, отпирает монастырскую библиотеку, рассказывает:

— Библиотека оформилась в 2006 г. До этого книги у нас были в храме, но вот так, отдельным помещением удобнее. Наши читатели приходят не просто за книгой, они еще любят и обсудить прочитанное, поделиться друг с другом мыслями. У нас есть просто уникальные издания, и детская, и взрослая литература. Зарегистрировано 1712 книг. А постоянных читателей 104. А вот и сто пятый!

В библиотеку заходят две девчушки-первоклассницы. Одна из них, Ксения, любительница сказок – привела записаться подружку Настеньку.

А после воскресной службы на территории монастыря просто праздник какой-то: в воскресной школе оживает баянист, и вот уже хор малышей разучивает новую песенку. На втором этаже монастыря собирается на репетицию детско-юношеский театр «Огонек»: актеры сплошь темпераментные – веселые и по-детски шумные. По дорожкам вышагивает годовалая «мелочь», норовя потоптать красивые монастырские клумбы.

Тут же – несколько детских колясок и сами родители, не спешат расходиться. Старики надолго оккупировали лавочки и обмениваются новостями. Матушка-настоятельница встречает очередных гостей и ведет их угощать в трапезную. Все вертится, живет и дышит. Вокруг храма. Вокруг монастыря.

Притча из монастыря

У одного мальчика спросили: какой Бог, как ты его представляешь? Он ответил: он такой огромный, что не объять его взглядом, и такой маленький-маленький, что входит в мое сердце.

Спрашиваю матушку-настоятельницу, не утомляет ли их такое количество людей.
— Вы что! Это же наши люди, наши дети. Мы, как только поселились в монастыре, сразу же открыли воскресную школу. Это радость, что дети сюда тянутся, и родителей тянут. К тому же, у нас так многолюдно и шумно только по воскресеньям. А потом – обычная тихая жизнь.

И то правда: солнце село за крыши домов, и полилась из монастыря тихая молитва. Они молятся за нас, даже когда мы спим и не знаем об этом…

PS: дорога в Кизильское (ехать в сторону Магнитогорска, там поворот на Кизильское) заняла у нас шесть с половиной часов, хотя ехали на хорошей машине не меньше 120 километров в час. В обратный путь нас провожали всем монастырем. «Мы помолимся, чтобы вы доехали благополучно», — сказали сестры, и сунули нам в руки по конфете. Машина шла ровно 100 км/ч. Но дома мы были уже через четыре часа. Вот и не верь после этого в силу монашеской молитвы.

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *