27 сентября — Неделя 16- по Пятидесятнице. ВСЕМИРНОЕ ВОЗДВИЖЕНИЕ ЧЕСТНОГО И ЖИВОТВОРЯЩЕГО КРЕСТА ГОСПОДНЯ.
В нашем храме в 9:30 совершается ИСПОВЕДЬ, а в 10:00 ЛИТУРГИЯ.
ИСТОРИЯ.
В этот день пра­во­слав­ные хри­сти­а­не вс­по­ми­на­ют два со­бытия. Как го­во­рит Свя­щен­ное Пре­да­ние, Крест был най­ден в 326 го­ду в Иеру­са­ли­ме. Про­изо­шло это око­ло го­ры Гол­го­фы, где был рас­пят Спа­си­тель. И вто­рое со­бытие — воз­вра­ще­ние Жи­во­тво­ря­ще­го Кре­ста из Пер­сии, где он на­хо­дил­ся в пле­ну. В VII ве­ке его вер­нул в Иеру­са­лим гре­че­ский им­пе­ра­тор Ирак­лий. Оба со­бытия объеди­ня­ет в на­зва­нии празд­ни­ка то, что об­ре­тен­ный Крест пе­ред на­ро­дом воз­дви­га­ли, то есть под­ни­ма­ли.
Празд­ник Воз­дви­же­ния, по­свя­щен­ный Кре­сту Хри­сто­ву, выра­жа­ет ли­тур­ги­че­ский (бо­го­слу­жеб­ный) ас­пект по­чи­та­ния хри­сти­а­на­ми Гол­гоф­ско­го Кре­ста как ору­дия спа­се­ния че­ло­ве­че­ства. На­зва­ние ука­зы­ва­ет на тор­же­ствен­ное под­ня­тие Кре­ста вверх («воз­дви­же­ние») по­сле об­на­ру­же­ния его в зем­ле. Это един­ствен­ный дву­на­де­ся­тый празд­ник (т. е. один из две­на­дца­ти ве­ли­чай­ших празд­ни­ков го­до­во­го цик­ла), исто­ри­че­ской ос­но­вой ко­то­ро­го яви­лись не только но­во­за­вет­ные со­бытия, но и бо­лее позд­ние – из об­ла­сти цер­ков­ной исто­рии.
Рож­де­ние Бо­го­ма­те­ри, празд­но­вав­ше­е­ся ше­стью дня­ми ра­нее, – пред­д­ве­рие тай­ны во­пло­ще­ния Бо­га на зем­ле, а Крест воз­ве­ща­ет о Его бу­ду­щей жерт­ве. По­это­му празд­ник Кре­ста то­же сто­ит в на­ча­ле цер­ков­но­го го­да (14/27 сен­тяб­ря).
* * *
С празд­ни­ком Воз­дви­же­ния Кре­ста Гос­под­ня Пра­во­слав­ная Цер­ковь со­еди­ня­ет бла­го­го­вей­ное и бла­го­дар­ное вос­по­ми­на­ние о са­мом Кре­сте, на ко­то­ром был рас­пят наш Спа­си­тель, и от­рад­но-груст­ное вос­по­ми­на­ние со­бытий об­ре­те­ния чест­но­го и до­сто­по­кло­ня­е­мо­го дре­ва это­го Кре­ста Гос­под­ня.
В этот день Пра­во­слав­ная Цер­ковь при­гла­ша­ет ве­ру­ю­щих воз­дать бла­го­го­вей­ное по­кло­не­ние Чест­но­му и Жи­во­тво­ря­ще­му Кре­сту, на ко­то­ром Гос­подь наш и Спа­си­тель пе­ре­нес ве­ли­чай­шие стра­да­ния ра­ди на­ше­го спа­се­ния.
На этом Кре­сте, по сло­вам цер­ков­ных пес­но­пе­ний, «смерть умерщ­в­ля­ет­ся и ны­не пу­ста яви­ся», на нем «со­де­ла спа­се­ние Пред­веч­ный Царь по­сре­ди зем­ли» и им осу­ществ­ле­на «веч­ная прав­да»; для нас же Крест Хри­стов – бо­же­ствен­ная лест­ни­ца, «ею­же вос­хо­дим на не­бе­са»; спа­си­тель­ное это дре­во – «ору­жие ми­ра, не­по­бе­ди­мая по­бе­да», ко­то­рое «воз­не­се нас на пер­вое бла­жен­ство, яже преж­де враг сла­стию украд, из­гна­ны нас от Бо­га со­тво­ри», и мы – «зем­нии обо­жи­хом­ся» и «вси к Бо­гу при­вле­ко­хом­ся». Как же нам не бла­го­да­рить Гос­по­да в этот празд­ник, воз­да­вая по­кло­не­ние Кре­сту Хри­сто­ву, ко­то­рый явил­ся для нас «за­ря­ми не­тлен­ны­ми» на­ше­го спа­се­ния, ко­то­рым от­крыт для нас до­ступ в цар­ство Бо­жие, к не­бес­но­му бла­жен­ству, че­рез ко­то­рый мы по­лу­чи­ли «бес­смерт­ную пи­щу»!
По сло­вам од­но­го ве­ли­ко­го от­ца Церк­ви, «Крест – гла­ва на­ше­го спа­се­ния; Крест – при­чи­на бес­чис­лен­ных благ. Че­рез не­го мы, быв­шие преж­де бес­слав­ны­ми и от­вер­жен­ны­ми Бо­гом, те­перь при­ня­ты в чис­ло сы­нов; че­рез не­го мы уже не оста­ем­ся в за­блуж­де­нии, но по­зна­ли исти­ну; че­рез не­го мы, преж­де по­кла­няв­ши­е­ся де­ре­вьям и кам­ням, те­перь по­зна­ли Спа­си­те­ля всех; че­рез не­го мы, быв­шие ра­ба­ми гре­ха, при­ве­де­ны в сво­бо­ду пра­вед­но­сти, че­рез не­го зем­ля, на­ко­нец, сде­ла­лась не­бом». Крест – «твер­ды­ня свя­тых, свет всей все­лен­ной. Как в до­ме, объя­том тьмою, кто-ни­будь, за­жег­ши све­тиль­ник и по­ста­вив его на воз­вы­ше­нии, про­го­ня­ет тьму, так и Хри­стос во все­лен­ной, объя­той мра­ком, во­дру­зив Крест, как бы не­ко­то­рый све­тиль­ник, и под­няв его вы­со­ко, рас­се­ял весь мрак на зем­ле. И как све­тиль­ник со­дер­жит свет ввер­ху на сво­ей вер­ши­не, так и Крест ввер­ху на сво­ей вер­ши­не имел си­я­ю­щее Солн­це прав­ды» – на­ше­го Спа­си­те­ля1.
«Воз­дви­же­ние Кре­ста Гос­под­ня» Вот чем яв­ля­ет­ся для нас Крест Хри­стов, и мы свя­то и бла­го­го­вей­но долж­ны по­чи­тать и по­чи­та­ем его. Каж­дый из нас всю жизнь свою освя­ща­ет кре­стом и крест­ным зна­ме­ни­ем. С ран­не­го дет­ства и до са­мой смер­ти каж­дый хри­сти­а­нин но­сит на се­бе, на гру­ди сво­ей крест как зна­ме­ние Хри­сто­вой по­бе­ды и на­шей за­щи­ты и си­лы; каж­дое де­ло мы на­чи­на­ем и окан­чи­ва­ем крест­ным зна­ме­ни­ем, де­лая все во сла­ву Хри­сто­ву. Как та­кую за­щи­ту и охра­ну, мы на­чер­ты­ва­ем зна­ме­ние кре­ста на всем для нас до­ро­гом и свя­том, и на сво­их до­мах, и на сте­нах, и на две­рях. Крест­ным зна­ме­ни­ем мы на­чи­на­ем день, и с крест­ным зна­ме­ни­ем мы по­гру­жа­ем­ся в сон, за­кан­чи­ва­ем день.
Те­перь крест – на­ша ве­ли­чай­шая свя­ты­ня, на­ша сла­ва, наш ду­хов­ный все­по­беж­да­ю­щий меч, и та­ким его сде­лал для нас Хри­стос сво­ей смер­тью и сво­и­ми стра­да­ни­я­ми на Кре­сте.
Спа­си­тель при­нял на Кре­сте му­чи­тель­ней­шую из каз­ней, «гре­хи на­ша воз­не­се на Те­ле Сво­ем на дре­во» (1Пет.2:24), «сми­рил Се­бе, по­слуш­лив быв да­же до смер­ти, смер­ти же крест­ныя» (Флп.2:8). Ка­кое, в са­мом де­ле, по­ра­зи­тель­ное, пре­вы­ша­ю­щее че­ло­ве­че­ское по­ни­ма­ние зре­ли­ще. «Вот, – вос­пе­ва­ет се­го­дня Цер­ковь, – Вла­дыка тва­ри и Гос­подь сла­вы при­гвож­да­ет­ся на Кре­сте и про­бо­да­ет­ся в реб­ра; Сла­дость Церк­ви вку­ша­ет желчь и оцет; По­кры­ва­ю­щий не­бо об­ла­ка­ми об­ла­га­ет­ся тер­но­вым вен­цом и оде­ва­ет­ся одеж­дой по­ру­га­ния; Со­з­дав­ший ру­кою че­ло­ве­ка за­у­ша­ет­ся тлен­ною ру­кою; Оде­ва­ю­щий не­бо об­ла­ка­ми при­ни­ма­ет уда­ры по пле­чам, при­ни­ма­ет за­пле­ва­ния и ра­ны, по­но­ше­ния и за­у­ше­ния и все тер­пит ра­ди нас, осуж­ден­ных» (сти­хи­ра). Как же мы, обла­го­де­тельство­ван­ные крест­ной смер­тью и стра­да­ни­я­ми Спа­си­те­ля, мо­жем не пре­кло­нять­ся в бла­го­го­вей­ном тре­пе­те пе­ред «треб­ла­жен­ным дре­вом, на нем­же рас­пя­ся Хри­стос, Царь и Гос­подь», не чтить свя­то Крест, – на­шу сла­ву, на­шу по­бе­ду во Хри­сте и со Хри­стом.
Та­кое вы­со­кое и свя­щен­ное зна­че­ние Кре­ста Гос­под­ня, есте­ствен­но, де­ла­ло в гла­зах хри­сти­ан ве­ли­чай­шей свя­ты­ней и са­мое дре­во Кре­ста Гос­под­ня, тот са­мый де­ре­вян­ный крест, на ко­то­ром был рас­пят Спа­си­тель. Но пер­во­на­чаль­но этот свя­той Крест не был со­хра­нен хри­сти­а­на­ми, не был до­сто­я­ни­ем ве­ру­ю­щих, в те­че­ние це­лых трех сто­ле­тий не бы­ло да­же из­вест­но точ­но ме­сто, где эта хри­сти­ан­ская свя­ты­ня укрыта. По рав­вин­ско­му пред­пи­са­нию, «ка­мень, ко­то­рым кто-ни­будь был убит, де­ре­во, на ко­то­ром кто-ли­бо был по­ве­шен, меч, ко­то­рым кто-ни­будь был обез­глав­лен, и ве­рев­ка, ко­то­рой кто-ни­будь был за­ду­шен, долж­ны быть по­гре­бе­ны вме­сте с каз­нен­ны­ми»2. Но, не го­во­ря о том, что Спа­си­тель был пре­дан смер­ти по за­ко­нам рим­ской каз­ни, это тре­бо­ва­ние рав­вин­ско­го за­ко­на не мог­ло быть ис­пол­не­но в от­но­ше­нии ко Хри­сто­ву Кре­сту еще и по­то­му, что пре­чи­стое те­ло Спа­си­те­ля бы­ло по­гре­бе­но ру­ка­ми Его уче­ни­ков и дру­зей. Во вся­ком слу­чае, весь­ма ве­ро­ят­но, что все три кре­ста (Спа­си­те­ля и двух раз­бой­ни­ков) бы­ли по­ло­же­ны или за­рыты вбли­зи от ме­ста рас­пя­тия и смер­ти Спа­си­те­ля. Бла­го­го­вей­ная па­мять не­по­сред­ствен­ных сви­де­те­лей и оче­вид­цев рас­пя­тия Спа­си­те­ля – Его лю­бя­щих уче­ни­ков и уче­ниц, ко­неч­но, свя­то хра­ни­ла сво­им по­чи­та­ни­ем и по­кло­не­ни­ем это ме­сто. Ни­ка­кие по­сле­ду­ю­щие об­сто­я­тельства жиз­ни пер­вых хри­сти­ан, как бы тя­же­лы для них эти об­сто­я­тельства ни бы­ли, не мог­ли заста­вить их за­быть ме­ста, освя­щен­ные ве­ли­чай­ши­ми со­быти­я­ми жиз­ни Спа­си­те­ля. Впо­след­ствии хра­ни­те­ля­ми вос­по­ми­на­ний о свя­тых ме­стах смер­ти и по­гре­бе­ния Спа­си­те­ля бы­ли пер­вые иеру­са­лим­ские еписко­пы и по­сле­ду­ю­щие хри­сти­а­не. Уже св. Ки­рилл Иеру­са­лим­ский сви­де­тельству­ет, что со вре­мен апо­стольских на­ча­лись пу­те­ше­ствия в Иеру­са­лим для по­кло­не­ния ме­стам, освя­щен­ным вос­по­ми­на­ни­я­ми о раз­ных со­быти­ях зем­ной жиз­ни Гос­по­да Ии­су­са Хри­ста3. Взя­тие и раз­ру­ше­ние Иеру­са­ли­ма Ти­том4 в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни из­ме­ни­ли мно­гие ме­ста го­ро­да, – мог­ли под­верг­нуть­ся из­ме­не­нию, за­сы­па­нию му­со­ром и раз­ва­ли­на­ми так­же и свя­щен­ные ме­ста рас­пя­тия и смер­ти Спа­си­те­ля. Кро­ме то­го, исто­рик IV в. Ев­се­вий сви­де­тельству­ет, что вра­ги хри­сти­ан – языч­ни­ки – при­ни­ма­ли ме­ры к то­му, что­бы скрыть и да­же осквер­нить свя­тые для хри­сти­ан ме­ста; что не­че­сти­вые лю­ди с на­ро­чи­той безум­ной це­лью со­вер­шен­но из­ме­ни­ли вид мест­но­сти Гол­го­фы и свя­то­го Гро­ба. Свя­тую пе­ще­ру они за­сы­па­ли му­со­ром, на­сыпь свер­ху вы­мо­сти­ли кам­нем и здесь воз­двиг­ли ал­тарь бо­ги­ни сла­до­страст­ной люб­ви5. Дру­гие исто­ри­ки сви­де­тельству­ют, что осо­бен­но ста­рал­ся осквер­нять все свя­тые ме­ста бе­сов­ски­ми идо­ла­ми и жерт­ва­ми не­че­сти­вый им­пе­ра­тор рим­ский Ад­ри­ан (117–138 гг. по Р.Х.). Воз­двиг­нув на ме­сте ра­зо­рен­но­го Ти­том Иеру­са­ли­ма го­род, он ве­лел за­сы­пать гроб Гос­по­день зем­лей и мно­же­ством кам­ней, а на той го­ре, где был рас­пят Спа­си­тель (на «ска­ле Кре­ста»), он по­стро­ил храм язы­че­ской бо­ги­не рас­пут­ства Ве­не­ре и по­ста­вил ее идол, а над Гро­бом Гос­под­ним по­ста­вил идол Юпи­те­ра. Но ни раз­ру­ше­ние Иеру­са­ли­ма Ти­том, ни вос­ста­нов­ле­ние его Ад­ри­а­ном не мог­ли так из­ме­нить го­род и свя­тые ме­ста, что­бы бла­го­го­вей­но пом­нив­шие эти ме­ста хри­сти­а­не не узна­ли бы их, не мог­ли бы их найти. А стрем­ле­ния не­че­стив­цев и языч­ни­ков осквер­нить и скрыть эти ме­ста до­сти­га­ли со­вер­шен­но об­рат­ной це­ли: сво­и­ми на­сы­пя­ми и идольски­ми со­ору­же­ни­я­ми они проч­но от­ме­ча­ли эти ме­ста, де­ла­ли не­воз­мож­ным за­б­ве­ние их ве­ру­ю­щи­ми и да­же са­ми­ми языч­ни­ка­ми. Так раз­ру­ша­ет Гос­подь «со­ве­ты не­че­сти­вых» и са­мое зло люд­ское об­ра­ща­ет к бла­гу Церк­ви сво­ей!
Бла­го­го­вей­но хра­ни­мое в па­мя­ти ве­ру­ю­щих и проч­но от­ме­чен­ное языч­ни­ка­ми, хо­тя и осквер­нен­ное ими, свя­тое ме­сто смер­ти Гос­под­ней оста­ва­лось в не­при­кос­но­вен­но­сти до вре­ме­ни ца­ря Кон­стан­ти­на Ве­ли­ко­го. Этот хри­сто­лю­би­вый им­пе­ра­тор, еще бу­дучи внеш­не языч­ни­ком, а по де­я­тель­но­сти яв­ля­ясь хри­сти­ан­ским го­су­да­рем, имел ос­но­ва­ния осо­бен­но чтить Крест Хри­стов. Это зна­мя Хри­сто­вой по­бе­ды, по Бо­же­ствен­но­му устро­е­нию, три­жды по­слу­жи­ло для Кон­стан­ти­на Ве­ли­ко­го зна­ме­ни­ем его по­бе­ды над вра­га­ми. В 312 г. Кон­стан­тин во­е­вал про­тив же­сто­ко­го Мак­сен­тия, во­ца­рив­ше­го­ся в Ри­ме, пре­сле­до­вав­ше­го и уби­вав­ше­го хри­сти­ан, про­во­див­ше­го не­че­сти­вую жизнь. По сло­вам то­г­даш­не­го исто­ри­ка (Ев­се­вия), Мак­сен­тий, го­то­вясь к борь­бе с Кон­стан­ти­ном, при­бе­гал к раз­ным вол­шеб­ствам и суе­вер­ным об­ря­дам; Кон­стан­тин же, не со­всем по­ла­га­ясь на си­лу сво­е­го вой­ска, чув­ство­вал не­об­хо­ди­мость в сверхъесте­ствен­ной по­мо­щи над вра­гом, а по­то­му раз­мыш­лял о том, ка­ко­му Бо­гу он дол­жен мо­лить­ся об этой по­мо­щи. В эту тя­же­лую ми­ну­ту вс­пом­нил Кон­стан­тин о том, что его отец Кон­стан­ций, ока­зы­вав­ший по­кро­ви­тельство хри­сти­а­нам, поль­зо­вал­ся бла­го­со­сто­я­ни­ем, то­г­да как го­ни­те­ли хри­сти­ан име­ли бед­ствен­ную кон­чи­ну, – и по­то­му ре­шил­ся об­ра­тить­ся с мо­лит­вой к Бо­гу Кон­стан­ция, еди­но­му, вер­хов­но­му Су­ще­ству. И вот, ко­г­да он от­дал­ся усерд­ной мо­лит­ве, то око­ло по­лу­д­ня уви­дел на не­бе лу­че­зар­ный крест, си­яв­ший силь­нее сол­неч­но­го све­та, с над­пи­сью на нем: «сим по­бе­ди­ши». Это чу­дес­ное зна­ме­ние ви­де­ли и во­и­ны, сре­ди ко­то­рых был пол­ко­во­дец Ар­те­мий, впо­след­ствии за­му­чен­ный (при Юли­а­не От­ступ­ни­ке) за Хри­ста. По­ра­жен­ный не­обы­чай­ным не­бес­ным ви­де­ни­ем, Кон­стан­тин впал в глу­бо­кий сон, и во сне явил­ся ему сам Спа­си­тель, опять по­ка­зал ему то же зна­ме­ние кре­ста, по­ве­лел ему упо­треб­лять изоб­ра­же­ние кре­ста, как зна­мя в вой­с­ках, и обе­щал ему по­бе­ду не только над Мак­сен­ти­ем, но и над все­ми вра­га­ми. Прос­нув­шись, Кон­стан­тин по­ве­лел сде­лать Крест Гос­по­день, по по­до­бию ви­ден­но­го им зна­ме­ния, из дра­го­цен­ных кам­ней, а так­же на­чер­тать изоб­ра­же­ние кре­ста на зна­ме­нах, на ору­жии, шле­мах и щи­тах во­и­нов. С тех пор вой­ска Кон­стан­ти­на со­вер­ша­ли по­хо­ды, имея сво­им зна­ме­ни­ем крест, со­еди­нен­ный с пер­вы­ми бук­ва­ми име­ни Спа­си­те­ля. В бит­ве на Мельвийском мо­сту (че­рез Тибр) Кон­стан­тин одер­жал бле­стя­щую по­бе­ду над Мак­сен­ти­ем (28 окт. 312 г.). Сам Мак­сен­тий уто­нул с мно­же­ством сво­их во­и­нов в ре­ке, а Кон­стан­тин по­бе­до­нос­но во­шел в Рим. По­сле это­го он воз­двиг в Ри­ме ста­тую се­бе, дер­жав­шую в пра­вой ру­ке крест, а в над­пи­си на ста­туе по­бе­да над Мак­сен­ти­ем при­пи­сы­ва­лась «спа­си­тель­но­му зна­ме­нию» кре­ста. Так­же в вой­не с ви­зан­тий­ца­ми и ски­фа­ми еще два­жды Кон­стан­тин ви­дел на не­бе чу­дес­ное зна­ме­ние кре­ста, ко­то­рое воз­ве­сти­ло ему по­бе­ду над вра­га­ми.
Лег­ко по­нять, ка­ким бла­го­го­ве­ни­ем к Кре­сту Гос­под­ню бы­ло пре­ис­пол­не­но по­сле этих со­бытий серд­це хри­сто­лю­би­во­го ца­ря Кон­стан­ти­на. И вот этот им­пе­ра­тор, «не без вну­ше­ния свы­ше, но по­буж­да­е­мый Ду­хом са­мо­го Спа­си­те­ля» ре­шил не только отыс­кать чест­ное дре­во Кре­ста Гос­под­ня, воз­дать ему по­кло­не­ние, но и «свя­щен­ней­шее ме­сто спа­си­тель­но­го вос­кре­се­ния в Иеру­са­ли­ме сде­лать пред­ме­том все­об­ще­го бла­го­го­вей­но­го по­чи­та­ния» – по­стро­ить над ним храм7. Ис­пол­ни­тель­ни­цей бла­го­че­сти­во­го на­ме­ре­ния им­пе­ра­то­ра яви­лась его мать, бла­жен­ная ца­ри­ца Еле­на, по на­сто­я­ни­ям са­мо­го им­пе­ра­то­ра при­няв­шая хри­сти­ан­ство, от­ли­чав­ша­я­ся бла­го­че­сти­ем и пла­мен­ной рев­но­стью по ве­ре Хри­сто­вой. В 326 г. Еле­на от­пра­ви­лась в свя­тую зем­лю с це­лью отыс­кать и по­се­тить ме­ста, освя­щен­ные глав­ней­ши­ми со­быти­я­ми жиз­ни Спа­си­те­ля. При­быв в Иеру­са­лим, ис­пол­нен­ная бла­го­че­сти­во­го же­ла­ния найти пе­ще­ру гро­ба Гос­под­ня и чест­ное дре­во Кре­ста, она рев­ност­но при­ня­лась ис­кать их. Пат­ри­ар­хом в Иеру­са­ли­ме был в то вре­мя Ма­ка­рий, встре­тив­ший ца­ри­цу с по­до­ба­ю­щи­ми по­че­стя­ми и ока­зы­вав­ший ей по­мощь в ее свя­том де­ле.
По пре­да­нию8, в де­ле об­ре­те­ния Чест­но­го Кре­ста Гос­под­ня ока­зал по­мощь один ев­рей, по име­ни Иу­да. К ев­ре­ям, жив­шим в Иеру­са­ли­ме, ца­ри­ца Еле­на об­ра­ти­лась с прось­бой ука­зать ей ме­сто, где скрыт Крест Гос­по­день. Они от­ка­за­лись сде­лать это, ссы­ла­ясь на свое не­зна­ние, и только по­сле угроз ца­ри­цы му­че­ни­я­ми и смер­тью ука­за­ли на не­ко­е­го стар­ца Иу­ду как мо­гу­ще­го ука­зать ца­ри­це это ме­сто. Но и Иу­да дол­го не со­гла­шал­ся ис­пол­нить тре­бо­ва­ние ца­ри­цы и только по­сле ис­тя­за­ний при­вел ее к то­му ме­сту, где был на­сы­пан боль­шой холм из зем­ли, му­со­ра и кам­ней и где не­ко­г­да рим­ский царь Ад­ри­ан по­стро­ил ка­пи­ще в честь язы­че­ской бо­ги­ни Ве­не­ры. Ко­г­да раз­ру­ши­ли идольский храм, раз­бро­са­ли му­сор и рас­ко­па­ли зем­лю, бы­ли об­ре­те­ны ме­сто Гро­ба Гос­под­ня и Вос­кре­се­ния, а так­же Лоб­ное ме­сто – ме­сто рас­пя­тия Хри­ста. Чу­дес­ное бла­го­у­ха­ние ука­за­ло рыв­шим зем­лю и при­сут­ство­вав­шим эти ме­ста. Вбли­зи Лоб­но­го ме­ста на­шли три кре­ста, гвоз­ди и ту до­щеч­ку с над­пи­сью на трех язы­ках, ко­то­рая бы­ла при­би­та над го­ло­вой рас­пя­то­го Спа­си­те­ля.
Од­на­ко те­перь она ле­жа­ла от­дель­но от кре­стов, и по­это­му не бы­ло воз­мож­но­сти узнать, на ко­то­ром из трех кре­стов был рас­пят Спа­си­тель. Ве­ли­ка бы­ла ра­дость ца­ри­цы Еле­ны и пат­ри­ар­ха, ко­г­да они уви­де­ли свя­щен­ней­шие для хри­сти­а­ни­на ме­ста и пред­ме­ты. Но для пол­но­ты этой ра­до­сти не до­ста­ва­ло зна­ния, ка­ко­му из трех кре­стов воз­дать бла­го­го­вей­ное по­кло­не­ние, как Кре­сту на­ше­го Спа­си­те­ля. То­г­да пат­ри­арх Ма­ка­рий пред­ло­жил про­из­ве­сти ис­пыта­ние: бы­ла при­не­се­на на ме­сто об­ре­те­ния кре­стов од­на на­хо­див­ша­я­ся при смер­ти жен­щи­на; при­сут­ство­вав­шие, с Ма­ка­ри­ем во гла­ве, воз­нес­ли мо­лит­вы, что­бы Крест Хри­стов был ука­зан че­рез ис­це­ле­ние этой жен­щи­ны, – и по­сле это­го сна­ча­ла два кре­ста без успе­ха бы­ли при­ло­же­ны к бо­ля­щей, а при при­кос­но­ве­нии тре­тье­го со­вер­ши­лось ис­це­ле­ние боль­ной9.
В пол­но­те бла­го­го­вей­ной ра­до­сти и ду­хов­но­го уми­ле­ния ца­ри­ца и все быв­шие с ней воз­да­ли по­кло­не­ние и це­ло­ва­ние Кре­сту. А так как, вслед­ствие мно­же­ства на­ро­да, не все мог­ли по­кло­нить­ся чест­но­му дре­ву Кре­ста Гос­под­ня и да­же не все мог­ли ви­деть его, то пат­ри­арх Ма­ка­рий, став на вы­со­ком ме­сте, под­ни­мал – воздви­зал св. Крест, по­ка­зы­вая его на­ро­ду. На­род по­кло­нял­ся Кре­сту, вос­кли­цая: «Гос­по­ди, по­ми­луй!» От­сю­да и по­лу­чил свое на­ча­ло и на­зва­ние празд­ник Воз­дви­же­ния Чест­но­го и Жи­во­тво­ря­ще­го Кре­ста Гос­под­ня. Это со­бытие об­ре­те­ния Чест­но­го Кре­ста Гос­под­ня и чу­де­са, со­про­вож­дав­шие его, про­из­ве­ли ве­ли­кое впе­чат­ле­ние не только на хри­сти­ан, но и на иу­де­ев. Иу­да, так не­о­хот­но ука­зав­ший на­хож­де­ние свя­тых мест, вме­сте с мно­ги­ми ев­ре­я­ми уве­ро­вал во Хри­ста и кре­стил­ся, по­лу­чив в свя­том кре­ще­нии имя Ки­ри­а­ка. Впо­след­ствии он был пат­ри­ар­хом Иеру­са­лим­ским и пре­тер­пел му­че­ни­че­скую кон­чи­ну при им­пе­ра­то­ре Юли­а­не От­ступ­ни­ке. Сам Кон­стан­тин впо­след­ствии в по­сла­нии к Иеру­са­лим­ско­му пат­ри­ар­ху Ма­ка­рию пи­сал об об­ре­те­нии Чест­но­го Кре­ста Гос­под­ня: «нет слов для до­стой­но­го опи­са­ния это­го чу­да. Зна­ме­ние свя­тей­ших стра­стей, скры­вав­ше­е­ся так дол­го под зем­лей и оста­вав­ше­е­ся в не­из­вест­но­сти в те­че­ние це­лых ве­ков, на­ко­нец вос­си­я­ло»10. Свя­тая ца­ри­ца Еле­на, при мо­гу­ще­ствен­ном со­действии сво­е­го сы­на ца­ря Кон­стан­ти­на, на­ча­ла стро­ить в Иеру­са­ли­ме и по всей Па­ле­сти­не хра­мы на ме­стах, освя­щен­ных со­быти­я­ми из жиз­ни Спа­си­те­ля. И преж­де все­го бы­ло, по во­ле ца­ри­цы и ца­ря, по­ло­же­но ос­но­ва­ние и при­ступ­ле­но к по­строй­ке на ме­сте Гро­ба Гос­под­ня и об­ре­те­ния св. Кре­ста церк­ви Вос­кре­се­ния Гос­по­да на­ше­го Ии­су­са Хри­ста, освя­ще­ние ко­то­рой бы­ло со­вер­ше­но 13 сен­тяб­ря 335 г.11 По­том бла­го­че­сти­вая ца­ри­ца при­ка­за­ла со­ору­дить храм в Геф­си­ма­нии на ме­сте, где на­хо­дил­ся гроб Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, во имя Ее успе­ния и, кро­ме то­го, во­сем­на­дцать церк­вей в раз­ных ме­стах свя­той зем­ли.
Что ка­са­ет­ся судь­бы са­мо­го об­ре­тен­но­го св. Еле­ной чест­но­го дре­ва Кре­ста Гос­под­ня, то она, к со­жа­ле­нию, не мо­жет быть ука­за­на точ­но и впол­не опре­де­лен­но. Это дре­во Кре­ста Гос­под­ня пред­став­ля­ло для хри­сти­ан столь ве­ли­кую свя­ты­ню, что хри­сти­а­не, уже при са­мом об­ре­те­нии его в боль­шом ко­ли­че­стве на­пол­няв­шие Иеру­са­лим, не только го­ре­ли же­ла­ни­ем по­кло­нить­ся ему, но, ес­ли воз­мож­но и удаст­ся, по­лу­чить от не­го ча­стич­ку. Действи­тель­но, св. Ки­рилл Иеру­са­лим­ский (IV в.) сви­де­тельству­ет, что уже в его вре­мя ма­ленькие ча­сти Жи­во­тво­ря­ще­го Кре­ста бы­ли рас­про­стра­не­ны по всей зем­ле12. И св. Ио­анн Зла­то­уст (IV в.) сви­де­тельству­ет, что «мно­гие, как му­жи, так и же­ны, по­лу­чив ма­лую ча­сти­цу это­го дре­ва и об­ло­жив ее зо­ло­том, ве­ша­ют се­бе на шею»13.
Но не все дре­во крест­ное бы­ло уне­се­но та­ким об­ра­зом из Иеру­са­ли­ма. Часть об­ре­тен­но­го дре­ва Кре­ста и гвоз­ди от не­го ца­ри­ца Еле­на по­сла­ла сво­е­му сы­ну Кон­стан­ти­ну, а осталь­ное бы­ло за­клю­че­но в се­реб­ря­ный ков­чег и вру­че­но пред­сто­я­те­лю Иеру­са­лим­ской Церк­ви с при­ка­за­ни­ем хра­нить для гря­ду­щих по­ко­ле­ний14.
И св. Ки­рилл Иеру­са­лим­ский под­твер­жда­ет, что чест­ное дре­во Кре­ста Гос­под­ня в его вре­мя хра­ни­лось и по­ка­зы­ва­лось на­ро­ду в Иеру­са­ли­ме. А в опи­са­нии бо­го­слу­же­ния Ве­ли­кой Пят­ни­цы в Иеру­са­ли­ме, сде­лан­ном не­ко­ей знат­ной па­лом­ни­цей IV в. (Сильви­ей, или Ете­ри­ей), мы на­хо­дим ин­те­рес­ное опи­са­ние са­мо­го об­ря­да по­кло­не­ния дре­ву Кре­ста Гос­под­ня с ука­за­ни­ем тех мер, ка­кие при этом при­ни­ма­лись про­тив рас­хи­ще­ния свя­то­го дре­ва бла­го­че­сти­вы­ми па­лом­ни­ка­ми. «На Гол­го­фе, – го­во­рит­ся в этом опи­са­нии, – за Кре­стом, т.е. за хра­мом в честь св. Кре­ста, еще до ше­сто­го ча­са утра по­став­ля­ет­ся еписко­пу ка­фед­ра. На эту ка­фед­ру са­дит­ся епископ, пе­ред ним ста­вит­ся стол, по­крытый плат­ком, кру­гом сто­ла сто­ят диа­ко­ны и при­но­сит­ся се­реб­ря­ный по­зо­ло­чен­ный ков­чег, в ко­то­ром на­хо­дит­ся свя­тое дре­во Кре­ста; от­кры­ва­ет­ся и вы­ни­ма­ет­ся; кла­дет­ся на стол как дре­во Кре­ста, так и до­щеч­ка (titulus). Итак, ко­г­да по­ло­же­но на стол, епископ си­дя при­дер­жи­ва­ет сво­и­ми ру­ка­ми кон­цы свя­то­го дре­ва; диа­ко­ны же, ко­то­рые сто­ят во­круг, охра­ня­ют. Оно охра­ня­ет­ся так по­то­му, что су­ще­ству­ет обы­чай, по ко­то­ро­му весь на­род, под­хо­дя по оди­ноч­ке, как вер­ные, так и огла­шен­ные, на­кло­ня­ют­ся к сто­лу, ло­бы­за­ют свя­тое дре­во и про­хо­дят. И так как, рас­ска­зы­ва­ют, не знаю ко­г­да, кто-то от­грыз и украл ча­сти­цу свя­то­го де­ре­ва, то по­это­му те­перь диа­ко­ны, сто­я­щие во­круг, так и охра­ня­ют, что­бы ни­кто из под­хо­дя­щих не дерз­нул сде­лать то­го же. И так под­хо­дит весь на­род по­о­ди­ноч­ке, все пре­кло­ня­ясь и ка­са­ясь спер­ва че­лом, по­том оча­ми Кре­ста и до­щеч­ки и, об­ло­бы­зав Крест, про­хо­дят; ру­ку же ни­кто не про­тя­ги­ва­ет для при­кос­но­ве­ния»15. На­хож­де­ние ча­сти дре­ва Кре­ста Гос­под­ня в Иеру­са­ли­ме под­твер­жда­ет­ся и дру­ги­ми исто­ри­че­ски­ми дан­ны­ми16. В VII в. в цар­ство­ва­ние ви­зан­тийско­го им­пе­ра­то­ра Фо­ки (602–610 гг.) эта ве­ли­кая хри­сти­ан­ская свя­ты­ня на вре­мя по­па­ла в ру­ки пер­сов. Хоз­рой, царь пер­сид­ский, всту­пив в вой­ну с Фо­кой, по­ко­рил Еги­пет, Аф­ри­ку и Па­ле­сти­ну, взял Иеру­са­лим, раз­гра­бил его со­кро­ви­ща и в чис­ле этих со­кро­вищ взял из Иеру­са­ли­ма и дре­во Жи­во­тво­ря­ще­го Кре­ста Гос­под­ня и от­вез его в Пер­сию. Но Гос­подь не по­пу­стил не­вер­ным дол­го вла­деть хри­сти­ан­ской свя­ты­ней. Пре­ем­ник Фо­ки имп. Ирак­лий не­ко­то­рое вре­мя не мог по­бе­дить Хоз­роя, и то­г­да он об­ра­тил­ся к Бо­гу с мо­лит­вой о по­мо­щи. Он при­ка­зал и всем ве­ру­ю­щим сво­е­го цар­ства со­вер­шать мо­лит­вы, бо­го­слу­же­ния и по­сты, что­бы Гос­подь из­ба­вил от вра­га. Гос­подь да­ро­вал Ирак­лию по­бе­ду над Хоз­ро­ем, ко­то­рый сам был убит сво­им сы­ном. Ирак­лий по­сле это­го ото­брал у пер­сов мно­го­цен­ную свя­ты­ню хри­сти­ан – чест­ное дре­во Кре­ста Гос­под­ня и ре­шил пе­ре­не­сти его тор­же­ствен­но сно­ва в Иеру­са­лим. В 628 г. им­пе­ра­тор Ирак­лий, до­стиг­нув Иеру­са­ли­ма, воз­ло­жил св. дре­во на свои пле­чи, нес его, оде­тый в свои цар­ские одеж­ды. Но вдруг у во­рот, ко­то­ры­ми вос­хо­ди­ли на Лоб­ное ме­сто, не­ожи­дан­но оста­но­вил­ся и не мог сде­лать даль­ше ни ша­гу. И то­г­да За­ха­рии, пат­ри­ар­ху кон­стан­ти­но­польско­му, вы­шед­ше­му вме­сте с жи­те­ля­ми Иеру­са­ли­ма на­встре­чу ца­рю, бы­ло от­кро­ве­ние от све­то­нос­но­го ан­ге­ла, что не­воз­мож­но дре­во, ко­то­рое нес Хри­стос в со­сто­я­нии уни­чи­же­ния, не­сти в цар­ских одеж­дах. То­г­да царь об­лек­ся в про­стую и бед­ную одеж­ду и, с бо­сы­ми но­га­ми, в та­ком ви­де внес св. дре­во в цер­ковь на то ме­сто, где оно на­хо­ди­лось до взя­тия Хоз­ро­ем. Здесь чест­ное дре­во Кре­ста Гос­под­ня на­хо­ди­лось и в по­сле­ду­ю­щее вре­мя. По край­ней ме­ре, в на­ча­ле IX в. в чис­ле кли­ра хра­ма Вос­кре­се­ния бы­ли два пре­сви­те­ра ст­ра­жа, на обя­зан­но­сти ко­то­рых ле­жа­ло охра­нять св. Крест и су­да­рий. При кре­сто­нос­цах св. дре­во так­же, не­со­м­нен­но, на­хо­ди­лось в Иеру­са­ли­ме и не раз слу­жи­ло обод­ре­ни­ем и охра­ной их вой­с­кам в бит­вах с не­вер­ны­ми17. Од­на­ко даль­ней­шая судь­ба чест­но­го дре­ва Кре­ста Гос­под­ня в точ­но­сти не из­вест­на. Весь­ма ве­ро­ят­но, что с те­че­ни­ем вре­ме­ни, по­сте­пен­но умень­ша­ясь в сво­ем объе­ме, вслед­ствие бла­го­че­сти­во­го же­ла­ния раз­лич­ных оби­те­лей и мо­на­стырей иметь у се­бя ча­сти­цу св. дре­ва, оно со­вер­шен­но бы­ло раз­дроб­ле­но на от­дель­ные ча­сти­цы, ко­то­рые и ука­зы­ва­ют­ся те­перь во мно­гих хра­мах и мо­на­стырях. В част­но­сти, в Ри­ме в ба­зи­ли­ке Свя­то­го Кре­ста хра­нит­ся де­ре­вян­ная до­щеч­ка, ко­то­рую вы­да­ют за ту до­щеч­ку, titulus, ко­то­рая бы­ла при­би­та над го­ло­вой Спа­си­те­ля и по­сле най­де­на св. Еле­ной ле­жа­щей от­дель­но от Кре­ста.
И ны­не, в день празд­ни­ка Воз­дви­же­ния Чест­но­го и Жи­во­тво­ря­ще­го Кре­ста Гос­под­ня, мы, хри­сти­а­не, мо­жем лишь мыс­лен­но воз­дать бла­го­го­вей­ное по­кло­не­ние чест­но­му дре­ву Кре­ста, на ко­то­ром был рас­пят наш Спа­си­тель. Но этот Крест не­из­гла­ди­мо на­чер­тан на бла­го­дар­ных серд­цах на­ших, а ве­ще­ствен­ный об­раз его – пе­ред на­ми в хра­ме и на нас – на на­шей гру­ди, в на­ших жи­ли­щах.
«При­и­ди­те, вер­нии, жи­во­тво­ря­ще­му дре­ву по­кло­ним­ся, на нем­же Хри­стос, Царь сла­вы, во­лею ру­це рас­про­стер, воз­не­се нас на пер­вое бла­жен­ство!» (сти­хи­ра са­мо­гл.)

Построена графом А. Р. Воронцовым по просьбе родного брата С. Р. Воронцова в память его рано умершей жены Екатерины Алексеевны. Замечательный образец классицизма, каменная одноглавая церковь, возведенная по проекту Н. А. Львова. Основу здания составляет высокий четверик с полукруглой алтарной апсидой и симметричным ей притвором. Входы в храм с южной и северной сторон оформлены портиками. На четверике поставлена восьмигранная деревянная звонница, над которой стоит деревянная 10-колонная ротонда, перекрытая куполом с главкой. В виде ротонды был устроен и иконостас. Иконы в иконостасе принадлежали кисти В. Л. Боровиковского. В 1934 г. сняты колокола, окончательно закрыта в 1941 г. В послевоенные годы в церкви располагался склад. Здание было доведено до аварийного состояния. В 1968 г. последовало решение сносе, которое чудом не было выполнено. В 1970-х г.г. использовалась под скульптурные мастерские. Храм возвращён верующим в 1988 г., восстановлен.

В 1783 г. Семена Романовича Воронцова назначают на должность посланника в Венецию, куда он и уезжает со всей семьей. Зима была там чрезвычайно суровой и Екатерина Алексеевна заболела чахоткой и в 1784 г. (25 августа) умерла. Горе Семена Романовича было неутешным. Во всех осенних письмах 1784 г. он просит брата увековечить память жены, построив церковь в Мурино, где они были так счастливы.

В 1785 г. Николай Александрович Львов (друг обоих братьев Воронцовых, сохранилась их переписка) приступает к проектированию церкви. К 1785 г. Н. А. Львов был уже известным архитектором, автором церкви Пресвятой Троицы («Кулич и Пасха»), Могилевского собора, Невских ворот, почтамта и многих частных построек, в том числе выполнил некоторые работы в доме Воронцовых в Москве, следил за ремонтом их дома в Петербурге. Проект церкви был завершен в 1785 г. 20 января 1786 г. А. Р. Воронцов обратился к митрополиту Гавриилу с просьбой дать разрешение на строительство церкви в Мурино, которое получил 2 мая 1786 г.

Строительство началось сразу, и в августе 1787 г. Н. А. Львов писал Семену Романовичу: «…сейчас еду в Мурино для окончания последнего свода на церкви, которая нынешним летом будет под кровлею». По замыслу Н. А. Львова, Муринская церковь имеет некоторые архитектурные особенности — совмещение в одном здании четырех, расположенных по вертикали, различных по назначению частей: цокольный этаж — сводчатые помещения усыпальницы; церковь, занимающая основной объем здания; ярус звона (колокольня); бельведер (ротонда) с колоннадой коринфского ордера. Последние 2 яруса выполнены из дерева. Основные размеры здания: длина с востока на запад — 20м, ширина — 24,5м, высота (с крестом) — 34м.

В интерьере церковного зала преобладают плавные полуциркульные линии, и иконостас был решен в форме полуротонды. Свет поступал только через небольшие окна в апсидах, поэтому в зале всегда было сумеречно, что отвечало представлению о храме — мавзолее с усыпальницей.

Вопрос о надстройке здания колокольней встал в процессе строительства. Вот почему для окончания работ потребовалось еще почти три года. Семен Романович поначалу хотел перевезти в Мурино тело жены, поэтому торопил со строительством церкви. Но Екатерина Алексеевна была похоронена в Венеции, в греческой церкви св. Георгия, а в Муринской церкви никаких захоронений никогда не производилось.

В 1790 г. (14 февраля) Александр Романович Воронцов сообщил митрополиту Санкт-Петербургскому Гавриилу о готовности церкви и в этом же году она была освящена. «… в мызе Мурино каменная церковь мною сего же февраля 17-го числа освящена, о чем Санкт-Петербургской духовной консистории сим почтительнейше и репортую».

В 1917 г. усадьба Мурино была национализирована советской властью. Владельцы усадьбы эмигрировали.

Трудные годы храма

В 1922 г. из церкви были изъяты ценности, запечатаны и доставлены в уездную комиссию по Муринской волости. (Из протокола заседания уездного комитета по изъятию церковных ценностей от 12.06.1922 г.). В 1938 г. 3 мая, в Радоницу, было последнее богослужение перед закрытием церкви. Настоятель прот. Илья (Илья Васильевич Попов) был переведен в Александро-Невскую церковь в Шувалово. Вскоре исчезли архив церкви и ее иконы.

22 июля 1941 г. Исполком Парголовского Райсовета принимает решение о ликвидации Екатерининской церкви в с. Мурино с использованием здания под клуб. В военные годы здание служило наблюдательным пунктом и временным убежищем. Война пощадила храм — уникальный памятник архитектуры. Первыми арендаторами здания в послевоенные годы были Парголовская контора «Заготпункт» и Муринское сельпо, превратившие усыпальницу в склад соли, а алтарь — в место хранения моркови.

В 1968 г. Всеволожский райисполком принимает решение «О снятии с учета и сносе памятника архитектуры XVIII в. в селе Мурино». Промыслом Божиим и заступничеством честных и добрых людей снос церкви не состоялся. В 70-е гг. новым арендатором непорушенной церкви стал Худфонд РСФСР, который разместил в ней Экспериментальный скульптурно-производственный комбинат. В результате было полностью утрачено внутреннее убранство храма вплоть до штукатурки, но зато появилась 10-метровая скульптура хоккеиста, занимавшая весь объем церкви. За сохранение храма как памятника архитектуры XVIII в. боролись многие организации. В 1986-87 гг. началась добровольная помощь членов объединения «Мир», которые проводили субботники по уборке территории, починили кровлю, осуществили «вынос» скульптуры хоккеиста.

Возрождение

После многолетних усилий, на волне грядущей перестройки общества церковь, наконец, возвращают верующим. В августе 1988 г. назначен исполняющим обязанности, а затем с 1 января 1990 г. утверждён настоятелем храма протоиерей Николай Тетерятников. В еще полуразрушенном пустом храме зазвучали первые молитвы и сразу развернулись ремонтно — строительные, архитектурно-восстановительные, художественно-реставрационные и другие работы. В первую очередь начались работы по обеспечению безопасности прихожан (аварийное удаление штукатурки, установка страховочной сетки под куполом и апсидами). Выщербленные колонны затянули белым материалом, по всему периметру церкви установили панели из оргалита, на которых разместились пожертвованные иконы. Были сооружены Престол и временный Иконостас. Ко дню святой великомученицы Екатерины — престольному празднику, храм был готов к освящению.

Освящение храма

6 декабря 1988 г., вечером, состоялось освящение храма св. вмц. Екатерины митрополитом Ленинградским и Новгородским, Святейшим Патриархом Московским и Всея Руси Алексием II. Владыка подарил храму икону св. вмц. Екатерины с надписью: «Сей святой образ вмч. Екатерины был вручён Митрополиту Таллинскому и Эстонскому Алексию 25 ноября 1980 года Митрополитом Китроским Варнавой в городе Катарини, Греция, в память его служения в городе, носящим её имя.» С начала открытия церквей храм был освящен вторым в Санкт-Петербургской (Ленинградской) епархии после собора Михаила Архангела в Ломоносове (21 ноября 1988 г.).

После окончания юридических процедур и аварийных работ в 1988 г. весной наступающего 1989 г. начались капитальные работы по восстановлению фасада и колокольни храма. 26 сентября 1989 г., накануне праздника Воздвижения Креста Господня, на купол храма был поднят новый позолоченный крест. Это было знамением победы над мраком прошлых, разрушивших храм лет.

Убранство храма

Церковь верующим была возвращена в полуразрушенном состоянии с полной потерей внутреннего убранства. Неоценимую поддержку оказали многие храмы и прихожане, пожертвовавшие иконы и церковную утварь.

С использованием документов, старых фотографий, чертежей, воспоминаний старожилов, предпринимаются усилия максимально приблизить интерьер храма к его первоначальному облику. В 1990 г. написаны на парусах евангелисты — копии с икон Владимира Лукича Боровиковского для Казанского собора. В 1994 г. в связи с 250-летием со дня рождения Семена Романовича Воронцова у поминального креста помещены гербы родов Воронцовых и Сенявиных. В 1996 г. были восстановлены металлические решетки амвона и солеи (по последним фотографиям 1950-х г.г.). В 1996 г. написан запрестольный образ «Воскресение» — копия с эскиза Карла Павловича Брюллова для храма Христа Спасителя в Москве легла в основу при написании этого образа. В 1997 г. к празднику Рождества Христова установлена алтарная преграда, восстановленная по чертежам и рисункам, выполненным Н. А. Львовым. После этого встала задача дальнейшего написания икон в иконостасе, которые, по историческим свидетельствам, принадлежали кисти В. Л. Боровиковского. Этот известный художник был многолетним другом и соратником архитектора Н. А. Львова в создании интерьера новых храмов.

Известно из последней описи 1919 г., какие были образа в иконостасе. Велись поиски этих сюжетов прежде всего в иконах Боровиковского или у художников его времени. С этой целью было изучено большое количество материалов о жизни и творчестве художника. Местонахождение образов для иконостаса церкви в Мурино неизвестно, сказано в самом полном исследовании творчества художника (Т. В. Алексеева — В. Л. Боровиковский и русская культура на рубеже 18-19 веков. М. Искусство, 1975). Поиски привели в фонды Русского музея. Для иконостаса были подобраны образа, написанные В. Л. Боровиковским и художниками того времени Шебуевым, Варнеком, Брюлловым и другими. В 1997 г. к празднику Покрова Пресвятой Богородицы на Царских Вратах установлены иконы Благовещения и евангелистов — копии с икон А. Г. Варнека на Царских вратах церкви св. вмц. Екатерины при Академии художеств. В 1997 г. ко дню Святой Пасхи выполнена «Тайная вечеря” — копия с иконы работы В. К. Шебуева из иконостаса церкви св. вмц. Екатерины при Академии художеств. В 1998 г. были написаны иконы для иконостаса: «Богоматерь с младенцем» — копия с иконы работы неизвестного художника 1-й четверти XIX в., поступила в 1997 г. в Русский музей из православной церкви Воронцовского дворца (Пажеского корпуса). «Христос-Вседержитель», копия с иконы, приписываемой Боровиковскому, в церкви Архангела Михаила при Русском музее. Образа Архангелов Гавриила и Михаила для северных и южных дверей иконостаса. Эти иконы, написанные В. Л. Боровиковским в 1790 г. (год освящения храма), были найдены в г. Могилеве, где были сделаны с них копии. «Святые Апостолы Петр и Павел” — копия с иконы работы неизвестного художника середины XIX в. «Святая Екатерина» — копия с образа работы В. Л. Боровиковского для Казанского собора.

Часовня

В 150 м юго-восточнее церкви стоит часовня, возвращенная церкви. Часовня была построена в 1882 г. на пожертвования крестьян в память мученической кончины Александра II, «чтобы ежегодно 1-го марта в церкви совершалась заупокойная литургия, а потом в часовне — панихида, в память почившего Монарха». Позднее перед часовней был установлен памятник императору Александру II. Как и церковь, часовню постигла варварская участь: был снесен шатер, глава с крестом, исчез памятник Александру II, а в здании расположилась керосиновая лавка. В 1997 г. здание часовни было восстановлено.

Церковь Святой Великомученицы Екатерины в поселке Мурино находится по адресу: Мурино, Кооперативная улица, 21

Храм был освящён в феврале 1790 года. Вероятно, образа для иконостаса написал В. Л. Боровиковский. В храме хранилась икона Божией Матери «Всех скорбящих Радость», которая ранее принадлежала царевне Наталье Алексеевне.

Ночью 18 октября 1918 года был убит сторож и ограблена церковь. 2 мая 1922 года изъяты ценности из церкви, запечатаны и доставлены в уездную комиссию по Муринской волости.

В церкви снимались сцены венчания из кинофильма «Дубровский».

3 мая 1938 года на Радоницу состоялось последнее богослужение перед закрытием церкви. В 1940 году здание передано под клуб.

Группа Вконтакте: https://vk.com/caterini

Расписание

Церковь Екатерины Великомученицы в Мурино работает:

  • ежедневно, 9:00–18:30.

Контакты:

  • +7 (812) 595-50-79;
  • +7 (812) 595-70-79.

В 1968 году Всеволожский райисполком принял решение «О снятии с учёта и сносе памятника архитектуры XVIII века в селе Мурино». К счастью, оно не было приведено в исполнение. Летом 1988 года церковь передали православной общине.

После этого началась интенсивная косметическая реставрация. 6 декабря того же года, накануне престольного праздника, митрополит Ленинградский и Новгородский Алексий освятил восстановленный храм. При этом митрополит подарил церкви икону святой великомученицы Екатерины с надписью: «Сей святой образ вмц. Екатерины был вручен митрополиту Таллинскому и Эстонскому Алексию 25 ноября 1980 г. Митрополитом Кипрским Варнавой в городе Катарини, Греция, в память его служения в городе, носящем ее имя».


[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *