Юношеские и молодые годы

Фудель Сергей Иосифович известен верующим как литературовед, христианский мыслитель, писатель, автор множества религиозно-философских и богословских произведений.

Сергей родился в Москве, в семье православного священника Иосифа Фуделя (служившего тогда при Бутырской тюрьме) и Емельяновой Евгении Сергеевны, 13 января 1900 года.

Будучи сыном ответственного священнослужителя, с ранних лет он приобщался к основам христианской веры, культуры и нравственности; приучался к молитве, посещал храмовые богослужения.

Когда С. Фудель достиг надлежащего возраста, его определили в московскую гимназию, которую он закончил в 1917 году.

В круг общения священника Иосифа Фуделя входило множество известных в то время мыслителей, таких как философы Василий Розанов и Константин Леонтьев, отец Павел Флоренский. Вероятно, мировоззрение Сергея формировалось не без влияния этих людей.

Шли годы. По выпуске из гимназии Сергей решил продолжить образование в Московском университете и поступил на историко-филологический факультет.

Деятельность С. Фуделя в послереволюционный период

Завершить обучение в университете Сергей Иосифович так и не успел. Вслед за двумя революциями, Февральской и Октябрьской, до основания потрясшими страну, рухнули многие государственные и общественные институты.

Сергею, как и многим прочим студентам, пришлось прервать обучение.

Развернутые властями гонения и репрессии, затронувшие многих верующих, коснулись и С. Фуделя. В июле 1922 года за ним пришли, после чего его взяли под стражу. Причиной ареста послужило участие в антиобновленческой деятельности.

Обновленческое движение не встраивалось в традиции Церкви. Оно возникло в связи с революционным хаосом и было направлено на осуществление кардинальных внутрицерковных преобразований. Обновленцы поддерживали новый режим. Этим они отличались в глазах светских властей от о наиболее ревностной части Православного духовенства. Можно сказать, что обновленцы были ближе и понятней властям, с ними было легче договариваться, их было легче взять под контроль.

Противодействуя обновленческому расколу, Сергей Иосифович разъяснял людям, в чём состояла опасность такого явления. Вместе с другими единомышленниками он лично расклеивал по этому поводу листовки.

В 1923 году ему было предъявлено обвинение по печально известной 58-й статье Уголовного Кодекса, после чего его выслали в Зырянский край, в Усть-Сысольск.

Невеста Сергея Иосифовича, Сытина Вера Максимовна, последовала за ним. Вскоре состоялась их венчание. Таинство совершалось в жилище ссыльного владыки Афанасия (Сахарова), при участии трех архиереев: самого епископа Афанасия, архиепископа Фаддея (Успенского) и епископа Николая (Добронравова). Венцы для венчания были изготовлены из подручного материала — ивовых прутьев.

Впоследствии Сергий Фудель стал одним из ближайших сторонников владыки Афанасия.

В 1933 году С. И. Фудель был вновь арестован, и опять по той же статье. На этот раз его отправили в ИТЛ в город Вель.

В период с 1934 по 1941 год местом жительства Фуделей стал город Загорск. Несмотря на материальные трудности и опасность очередных обвинений, семья дала приют гонимому тогда архимандриту Серафиму (Битюгову).

В 1941 году, с началом Великой Отечественной войны, С. Фудель был призван в ряды Красной Армии. До конца войны он служил Родине в звании рядового, в подразделении, занимавшимся охраной воинских грузов.

Послевоенные годы

После Великой Победы С. И. Фудель вновь попал в поле зрения силовых органов. В 1946 году его арестовали по делу гражданина Алексия Габрияника, священнослужителя катакомбной Церкви (отец Алексей состоял в браке с сестрой Н. Голубцова, с которым С. Фуделя объединяла дружеская связь).

По приговору суда Сергей Иосифович был выслан в Минусинск, потом — в село Большой Улуй (территория Красноярского Края).

Возвратившись из мест отбывания наказания, в 1952 году он поселился в Загорске. Однако, в связи с запретом на проживание уголовных и политических преступников в зоне Москвы и Московской области, вынужден был искать себе новое жительство.

Выбор пал на небольшой городок Лебедянь. Прожив там какое-то время, семья Фуделей перебралась в Усмань (Липецкая область). Здесь они приобрели дом, здесь, после многих часов размышлений, он завершил работу над одним из самых известных своих сочинений: «Путь отцов».

В 1958 году С. И. Фудель поселился в Покрове (Владимирская область), где продолжил писательскую деятельность.

Помимо этого он занимался переводами, как и его жена. С. И. Фудель владел семью языками, а его супруга — пятью. Работа над переводами помогала им латать скудный семейный бюджет (пенсии у них были очень маленькими).

При конце жизни силы С. Фуделя стали ослабевать. 6 марта 1977 года он потерял сознание. В тот день он уже практически ни на что не реагировал, не пил и не вкушал пищи, но когда к нему поднесли Святые Дары, он их принял и потребил.

В последнюю ночь земной жизни Сергея Иосифовича жена и сын поочередно читали Псалтирь. Под утро последний слегка задремал. Мать разбудила его, сообщив, что отец отходит. Дыхание умирающего становилось всё реже, и вскоре его сердце остановилось. Это случилось 7 марта, на рассвете.

8 марта, когда искали, как отвести тело в церковь, для отпевания, машину найти не удалось. Гроб был положен на двое детских саней. Так его и доставили в храм. Отпевание состоялось на утро следующего дня. Обряд совершали двое священников.

Провожать С. И. Фуделя собралось множество людей. После отпевания процессия с песнопениями и молитвами отправилась на городское Покровское кладбище. Здесь тело было предано земле.

Интересные факты

  • Венчали Сергея Иосифовича и Веру Максимовну Сытину три архиерея: два епископа — Афанасий (Сахаров), Николай (Добронравов) и архиепископ Фаддей (Успенский).
  • С. И. Фудель был одним из любимых писателей Александра и Натальи Солженицыных.
  • Рукопись «Наследства Достоевского» готовили к печати Людмила Ивановна Сараскина и Никита Алексеевич Струве.
  • С. И. Фудель знал семь языков, его супруга, Вера Максимовна, — пять. Благодаря этому писатель мог подрабатывать репетитором и выполнять переводы для Издательского отдела Московской Патриархии.

12 3 4 5 6 7 …25

У стен церкви

ПРЕДИСЛОВИЕ

Это и воспоминания, и размышления.

Жизнь определенно кончается, а в душе еще много невысказанного. Вспоминаются слова:

Мы вериги носим на теле

Нерассказанных этих лет.

Сил на что–то цельное и большое у меня совсем нет, а поэтому решил записать то, что успею, в надежде, что и это может кому–нибудь пригодиться.

*

Совсем особенное чувство нетленной жизни испытывает человек, когда сознает себя стоящим около действительной святости Церкви. Это длится недолго, а человек в эти минуты еще не знает наверное, — находится ли он сам в этой Святости, т.е. в Святой Церкви, на какой–то блаженный миг он чувствует, что стоит около ее пречистых стен.

Ибо наше бытие в Церкви — это не право наше, а всегда Чудо и Нечаянная Радость.

*

Церковь есть тайна преодоления одиночества. Это преодоление должно ощущаться совершенно реально, так что, когда ты стоишь в храме, то тогда только истинно приходишь к стенам Церкви Божией, когда луч любви робко, но и внятно начал растапливать лед одиночества, и ты уже не замечаешь того, что только что воздвигало вокруг тебя колючую проволоку: ни неверия священника, воображаемого тобой только или действительного, ни злости «уставных старух», ни дикого любопытства двух случайно зашедших парней, ни коммерческих переговоров за свечным ящиком. Через все это ты идешь к слепой душе людей, к человеку, который, может быть, через минуту услышит лучшее, чем ты, — голос Человека и Бога: Иисуса Христа.

*

Старец архимандрит Серафим (Батюгов) провел в затворе — не в монастыре, а в миру — примерно 12 лет, главным образом, в Загорске, где и умер 19 февраля 1942 г. В затвор он ушел по послушанию. Он был в Дивееве у блаженной Марьи Ивановны, рассказывал ей о своей работе на приходе (в церкви Кира и Иоанна в Москве), работе, очень его вдохновляющей, а она его прервала и говорит: «Иди в затвор». Он еще раз попытался привести какие–то разумные доводы против такого решения, но она в третий раз сказала ему то же.

«И тогда, — рассказывал он мне, — я ей сказал: «Благословите, матушка». В затворе он пробыл до самой смерти. Так простая, так сказать, женщина, не имевшая никаких иерархических прав, имевшая только личную святость, решила судьбу архимандрита. Обычные нормы отношений, наблюдаемые на поверхности Церкви, как–то изменяются на ее глубине. Епископы, духовные дети простого иеромонаха, о. Алексея Зосимовского, помню, кланялись ему в ноги при свидании. У праведников иные законы.

Старец Серафим рассказывал мне как–то раз один случай из его практики, говорящий о том же. Главным по сану в его храме был одно время епископ. Однажды возник спор по важному духовному вопросу. С мнением о. Серафима епископ был не согласен, и о. Серафим находился в большом смущении, не зная, как поступать. Это продолжалось до тех пор, пока его мнение не подтвердил о. Нектарий Оптинский, и тогда о Серафим как настоятель поступил вопреки мнению епископа. Слово простого Оптинского иеромонаха решило вопрос. В иерархическом культе Рима это было бы немыслимо.

Помню серебро длинных волос на плечах о. Серафима, а сам он в синей толстовке и брюках, без подрясника, этим народ смущает, а, может быть, испытывает меня: «Вот вы так снисходительны, — говорит он, — не обращайте внимания на мой костюм». — «Батюшка, — восклицаю я совершенно искренно, — какое же это может иметь значение?» Он молчит, но я вижу, что он доволен: значит, нет преграды между его теплой заботой о моей жизни и мной, ничего внешнее этому не мешает.

Около тепла святой души тает лед сердца. Мне трудно в каком–то смысле, быть рядом со старцем, и в то же время, около него я снова, словно в материнском лоне. Может быть, и в лоне младенцы не всегда чувствуют себя уютно. Бесконечность человеческой заботы о всяком, кто к нему подходит, или кто нуждается в духовной помощи, в сочетании с уже не человеческой, но сверхчеловеческой силой, много духовного зрения, — вот как можно было бы приблизительно определить обаяние всякого истинного старца.

Помню, я переписывал одно его письмо к какой–то духовной дочери по его поручению, и оно начиналось так: «Чадо мое любимое». Вот он стоит в подряснике, опоясанный кожаным поясом, в полумантии, — со всеми нами на молитве. Иногда крестит кого–то в пространстве пред собой — какого–то отсутствующего своего духовного ребенка. Иногда останавливает чтеца и начинает читать сам, но на середине псалма или молитвы вдруг замолкает, так глубоко вздыхая, что дыхание наполняет комнату. И мы молчим и ждем, зная, что его молитва именно сейчас не молчит, но кричит Богу. Или бывает так: он начинает читать молитву обычным голосом, размеренно, «уставно», но вдруг голос срывается, делается напряженным, глаза наполняются слезами, и так продолжается иногда несколько минут. Обычно для нас колея уставного молитвенного строя при нем иногда явно нарушалась. С ним могло быть, так сказать, неудобно молиться, так же «неудобно», как не умеющим плавать идти за умеющим в глубокую воду. О. Владимир (Криволуцкий) однажды выразил ему свое смущение и осуждение. Он промолчал — и не изменился. И я думаю, что еще в большем неудобстве мы бы почувствовали себя на апостольском богослужении, когда простые миряне получали откровения, говорили на незнакомых языках и пророчествовали. Для нас такое богослужение — только предмет исторического интереса, а для святых оно, очевидно, есть реальная возможность. Отец Серафим с большим уважением относился к уставу, считал, что нарушение его по дерзости или небрежности гибельно («вне Устава, — как–то сказал он мне — когти диавола»), но сам в своем служении входил фактически в какую–то иную эпоху Церкви, которая, наверное, во многом будет походить на первохристианскую.

*

Молиться без икон трудно. Икона собирает в себе внимание молитвы, как увеличительное стекло собирает в себе рассеянные лучи в одно обжигающее пятно. Икона — учили отцы — есть утверждение реальности человеческой плоти Христовой, и, кто отвергает икону, тот не верит в реальность Боговоплощения. т.е. человеческой природы Богочеловека.

*

Христианство не умирает при умирании иконы как исторического факта. Догмат об иконе имеет вечный смысл, отразив вечную правду реальности вочеловечения Бога. Но самих икон может и не быть. Я помню, как люди молились в тюрьме, стоя перед пустой стеной. В тюрьме молиться и трудно, и легко. Трудно потому, что сначала вся камера уставится тебе в спину, и все, что у многих на уме («ханжа» или еще что–нибудь), будет на уме у тебя. Легко потому, что, когда преодолеваешь это «назирание», то правда, что стоишь несколько минут у «врат Царства». В тюрьме «Господь близ есть, при дверех». А насколько это противоречит установившемуся в веках понятию «православный», стало однажды мне ясно.

Биография

Родился в семье священника московской Бутырской тюрьмы — Иосифа Фуделя. В 1917 году окончил 5-ю московскую гимназию, после чего с 1918 по 1920 год учился на историко-филологическом факультете Московского университета, — на философском отделении; затем служил в армии, учился в Высшей военно-педагогической школе на отделении русского языка и литературы.

23 июля 1922 года был арестован за антиобновленческую деятельность и в декабре был отправлен в Усть-Сысольск, куда прибыл в январе 1923 года, а затем в Княж-Погост Усть-Вымского уезда, где отбывал ссылку до апреля 1925 года.

23 июля 1923 года в комнате ссыльного епископа Ковровского Афанасия (Сахарова) Сергей Фудель венчался с Верой Максимовной Сытиной (1901—1988), которая, будучи его невестой, поехала вместе с ним из Москвы в ссылку; 26 мая 1924 года у них родился сын Николай.

В 1925—1932 годах семья Фуделей жила в Москве; Сергей Иосифович работал старшим научным сотрудником Института плодоовощной промышленности; 11 ноября 1931 года родилась дочь Мария.

1 января 1933 года был снова арестован и приговорён на три года к новой ссылке по обвинению в «антисоветской агитации», а также «недонесении о контрреволюционном преступлении» и в феврале отправлен в Явенгу, а 30 мая сослан на лесозаготовки в лагерь под Вельском, в июле переведён в Вологду, где находился в ссылке до января 1936 года. После Вологды до 1942 года семья Фуделей жила в Загорске, где Сергей Иосифович работал бухгалтером в артели, а затем — на заводе. 11 июля 1941 года родилась дочь Варвара. В это время их дом был местом проведения тайных богослужений и пристанищем скрывавшихся от преследования священнослужителей таких как, к примеру, архимандрит Серафим (Битюгов).

Во время Великой Отечественной войны, до августа 1945 года, Фудель служил рядовым в железнодорожных войсках в охране воинских грузов.

17 мая 1946 года был арестован в третий раз по делу об «антисоветском церковном подполье» и 30 ноября приговорён к пятилетней ссылке, которую отбывал сначала в Минусинске (по август 1947 или по сентябрь 1948), затем, до июля 1951, в селе Большой Улуй Красноярского края. По окончании ссылки Фудели жили в Усмани (до осени 1962 года), где Сергей Иосифович работал счетоводом в артели «Красное знамя» и подрабатывал частными уроками английского языка.

С 1955 года началась литературная деятельность С. И. Фуделя. Первая работа, «Моим детям и друзьям», была закончена в 1956 году, в 1957, в первоначальной редакции — «Путь отцов», в 1959—1961 — «Церковь верных», «Свет Церкви», «Соборность Церкви и экуменизм». Характер и направленность творчества Фуделя делало его произведения заведомо запрещёнными.

В ноябре 1962 года семья переехала в Покров, где Сергей Иосифович служил псаломщиком в Покровском храме. В этот период он также выполнял переводы для Издательского отдела Московской патриархии. В Покрове, в 1963 году была закончена книга «Наследство Достоевского», началась работа над книгой о Павле Флоренском «Начало познания Церкви» (была издана в 1972 году в Париже издательством «YMCA-Press» без ведома автора под псевдонимом Ф. Уделов); В 1970-е годы в самиздате появились его книги «Священное Предание», «Причастие вечной жизни», «У стен Церкви», «Славянофильство и Церковь», «Записки о литургии и Церкви».

Сергей Иосифович Фудель скончался в Покрове 7 марта 1977 года от злокачественного заболевания лимфатических узлов; 9 марта похоронен на покровском городском кладбище. 9 сентября 2017 года останки С. И. Фуделя и его супруги, В. М. Сытиной, были перенесены на территорию городского Покровского храма.

Основные идеи и жизненная позиция

Свою жизнь Сергей Иосифович видел не как нескончаемую череду несчастий и злоключений, а как должное, идущий за Христом должен нести крест:

В каком-то смысле я умираю в бесплодии. Тем не менее, это странным образом уживается во мне с благодарностью за жизнь и, что ещё удивительней, с надеждой на прощение.

— С. И. Фудель. «Воспоминания»

Церковь для Сергея Фуделя была местом общения, местом собрания людей, преодоления одиночества:

Он чувствовал необходимость передать то ощущение, которое он сам имел — Церкви как света, Церкви как общества святых. Именно это, как он считал, позволит победить образ её тёмного двойника, который иногда возникает от видения церкви в истории. Он сам был членом церкви и помогал другим жить в ней с терпением, радостью и надеждой.

С. Фудель рассматривал литургию как квинтэссенцию Церкви, выражение её сути:

Литургия стоит в центре христианства, а в центре литургии — «Агнец, закланный от создания мира» (Откр. 13, 8)

— С. И. Фудель. «Записки о литургии и Церкви»

Сергей Фудель постоянно поддерживал и развивал идею монастыря в миру как противопоставление разделению жизни в вере и жизни в мире. Из письма епископа Афанасия (Сахарова) Сергею Иосифовичу в конце 50-х годов:

Милость Божия буди с Вами, милый и дорогой мой Серёженька… Господь да поможет Вам шествовать «путём Отцов»… Идея «монастыря в миру» для меня особенно дорога, и пропаганду её я считаю совершенно необходимой… Ваша книга — богословское обоснование «монастыря в миру»… С любовью обнимаю Вас и лобызаю, и паки прошу прощения. Спасайтесь о Господе. С любовью, богомолец Ваш, епископ Афанасий.

— С. И. Фудель. «Воспоминания»

Примечания

  1. 1 2 Ю. Зайцева. Новое издание биографии Сергея Фуделя дополнено материалами из архивов ФСБ. Благовест-Инфо (9 марта 2012). Дата обращения 14 июня 2011.
  2. Свидетель тихий — мартир иларон. 13 января исполняется 110 лет со дня рождения С.И. Фуделя. Газета «КИФА» (12 января 2010). Дата обращения 19 июня 2012. Архивировано 25 сентября 2012 года.
  3. Light in the Darkness (англ.) (недоступная ссылка — история ). St Vladimir’s Orthodox Theological Seminary (1 July 2006). Дата обращения 19 июня 2012.
  4. 1 2 3 4 5 6 Воспоминания (предисловие прот. Н. Балашова), 2012, с. 3.
  5. 1 2 3 4 Сергей Иосифович Фудель (недоступная ссылка). СФИ. Дата обращения 15 июня 2012. Архивировано 25 сентября 2012 года.
  6. 1 2 3 Фудель Сергей Иосифович (1900-1977). Воспоминания о ГУЛАГе и их авторы. Музей и общественный центр «Мир, прогресс, права человека» имени Андрея Сахарова. Дата обращения 15 июня 2012. Архивировано 25 сентября 2012 года.
  7. 1 2 Жизнь Сергея Фуделя. Библиотека «Благовещение». Дата обращения 15 июня 2012. Архивировано 25 сентября 2012 года.
  8. 1 2 3 Воспоминания (предисловие прот. Н. Балашова), 2012, с. 4.
  9. 1 2 3 Воспоминания (предисловие прот. Н. Балашова), 2012, с. 5.
  10. Фудель С.И.. Благотворительный фонд «Предание». Дата обращения 14 июня 2012. Архивировано 25 сентября 2012 года.
  11. Воспоминания (предисловие прот. Н. Балашова), 2012, с. 6.
  12. Перезахоронение С. И. Фуделя.
  13. 1 2 И начавши последний канон, я открою окно над полями…. Газета «КИФА» (март 2011). Дата обращения 19 июня 2012. Архивировано 25 сентября 2012 года.
  14. Ветер перемен, или Издательский Совет РПЦ рекомендует. Газета «КИФА» (10 декабря 2011). Дата обращения 19 июня 2012. Архивировано 25 сентября 2012 года.
  15. Балашов Н., прот. Сергей Фудель и его «записки о литургии и Церкви» / Фудель С.И. Записки о литургии и Церкви. — Москва: Русский путь, 2012. — С. 7.
  16. Сергей Фудель: биография «самого сокровенного духовного писателя» XX века. «Татьянин День». Дата обращения 15 июня 2012. Архивировано 25 сентября 2012 года.
  17. Надгробная плита на Новодевичьем кладбище
  18. Переписка С. И. Фуделя
  19. Вера Максимовна Сытина. «Родовод». Дата обращения 19 июня 2012. Архивировано 25 сентября 2012 года.
  20. Фудели. Три поколения одной семьи. Издательство «Русский путь». Дата обращения 19 июня 2012. Архивировано 25 сентября 2012 года.
  21. Фудель С. И. Собрание сочинений. В 3-х тт. Т.1. / Сост. и коммент. прот. Н. В. Балашова, Л. И. Сараскиной; предисл. прот. В. Н. Воробьева.. — М.: Русский путь, 2001. — С. 577. — 648 с. — ISBN 5-85887-086-4. — ISBN 5-85887-120-8.
  22. Про церковную археологию, всемирное наследие и найденных родных. Газета «Кифа» (6 октября 2009). Дата обращения 21 июня 2012. Архивировано 25 сентября 2012 года.
  23. Головко О. «Бывший зэк» Фудель. Православие и мир (3 апреля 2012). Дата обращения 14 июня 2012. Архивировано 25 сентября 2012 года.
  24. Гальперина А. «Я верю его вере»: заметки с презентации книги «Сергей Фудель». АНО «ЦИТ МДА» (4 марта 2011). Дата обращения 15 июня 2012. Архивировано 25 сентября 2012 года.

Публикации

  • Об о. Павле Флоренском. — 2-е изд. — Paris: YMCA-press, 1988. — 133 с. : портр. — ISBN 2-85065-152-4
  • Записки о Литургии и Церкви; . — М.: Изд-во Православ. Свято-Тихонов. богослов. ин-та, 1996. — 114 с. : портр. — ISBN 5-7429-0020-1
  • Путь отцов. — : Сретен. монастырь, 1997. — 431, с.
  • Наследство Достоевского; . — М. : ЗАО «Рус. путь», 1998. — 285, с. : ил.; 19 см; ISBN 5-85887-025-2 : Б. ц.
  • Фудель С.И. Собрание сочинений в 3 т. / сост. и коммент. прот. Н. В. Балашова, Л. И. Сараскиной; предисл. прот. В. Н. Воробьева. — Москва: Русский путь, 2001. — Т. 1. — 648 с. — ISBN 5-85887-086-4.
  • Фудель С.И. Собрание сочинений в 3 т. / Сост., подгот. текста и коммент. прот. Н.В.Балашова.. — Москва: Русский путь, 2003. — Т. 2. — 448 с. — ISBN 5-85887-087-2.
  • Фудель С.И. Собрание сочинений в 3 т. / Сост., подгот. текста и коммент. прот. Н.В.Балашова, Л.И.Сараскиной. — Москва: Русский путь, 2005. — Т. 3. — 456 с. — ISBN 5-85887-120-8.
  • Црква и њен тамни двоjник; прев.: Родољуб Лазић. — Стари Бановци : Бернар, 2009. — 97, с. — ISBN 978-86-87993-05-1. — (Библиотека: Тихи глас).
  • Воспоминания; . — Москва: Русский путь, 2009. — 201, с. — ISBN 978-5-85887-323-5
    • Воспоминания. — Москва: Русский путь, 2012. — 207 с. — ISBN 978-5-85887-395-2.
    • Воспоминания. — Сергиев Посад, Московская обл. : Свято-Троицкая Сергиева лавра ; 2016 : Русский путь. — 201, с. — ISBN 978-5-00009-126-5. — 3 000 экз.
  • Записки о литургии и церкви; . — Москва : Русский путь, 2009. — 104, с. — ISBN 978-5-85887-324-2
    • Записки о литургии и Церкви. — Москва: Русский путь, 2012. — 112 с. — ISBN 978-5-85887-397-6.
  • Наследство Достоевского. — Москва: Русский путь, 2016. — 340 с. — ISBN 978-5-85887-458-4.
  • Путь отцов. — Москва: Русский путь, 2012. — 352 с. — ISBN 978-5-85887-401-0.
    • Путь Отцов; . — Москва : Русский путь, 2012. — 339, с. — ISBN 978-5-85887-401-0
  • У стен Церкви; Моим детям и друзьям; . — Москва: Русский путь, 2009. — 263, с. — ISBN 978-5-85887-322-8
    • У стен Церкви. Моим детям и друзьям / Сост., подгот. текста, вступ. ст. и примеч. прот. Н.В.Балашова. — Москва: Русский путь, 2012. — 272 с. — ISBN 978-5-85887-396-9.
    • У стен Церкви; Моим детям и друзьям; . — Сергиев Посад: Свято-Троицкая Сергиева Лавра; Москва: Русский путь, 2016. — 263, с. — ISBN 978-5-00009-125-8. — 3000 экз.
  • Церковь верных. — Москва: Русский путь, 2012. — 208 с. — ISBN 978-5-85887-402-7.
Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *