География, 6 класс

Урок № 4

Дата: ________

Тема урока: Положение Земли в Солнечной системе, форма и размеры Земли

Цель урока: изучить Земли в Солнечной системе, формы и размеры Земли.

Задачи:

  1. Сформировать представления ученых в разные периоды о форме и размерах Земли;

  2. Развивать знания о космическом пространстве.

Методы и методические приемы: словесные (беседа, рассказ, объяснение), обобщение, работа с учебником.

Оборудование: Презентация, глобус, учебник «География» 6 класс.

Ход урока:

I. Организационный момент (2-3 мин.)

Приветствие учащихся. Выявление отсутствующих. Проверка готовности к уроку.

– Сегодня на уроке мы изучим новую тему «Положение Земли в Солнечной системе, форма и размеры Земли».

II. Проверка домашнего задания (5 мин)

– Но перед этим, ответьте мне на вопросы по предыдущей теме «Организация наблюдений за природными явлениями»:

  1. Что такое наблюдение? (Наблюдение – способ изучения предметов и явлений с помощью органов чувств – зрения, слуха, обоняния, осязания, вкуса)

  2. Что собой представляют природные явления? (Изменения, которые происходят в природе, независимо от воли человека называются природными явлениями)

– Теперь приступим к изучению нового материала.

III. Изучение нового материала (35 мин.)

Запись в тетрадь:

Тема нашего урока «Положение Земли в Солнечной системе, форма и размеры Земли».

– Вокруг Солнца вращаются 9 крупных небесных тел, включая Землю. Это – планеты. (От греч. планета – «блуждающая»)

Запись в тетрадь:

Орбита – путь вращения планет вокруг Солнца.

Работа учащихся с учебником:

– На с.11 обратите внимание на рис.6 «Орбиты планет Солнечной системы»

– Самая близко вращающаяся планета к Солнцу – Меркурий, затем проходят орбиты Венеры, Земли, Марса, Юпитера, Сатурна, Урана, Нептуна и Плутона.

– Запишите в тетрадь все планеты в порядке их удаленности от Солнца.

– Земля вращается вокруг Солнца на расстоянии 150 млн. км. Среди всех планет Солнечной системы лишь на Земле развита жизнь. Это связано с оптимальным расположением, наличием толстого атмосферного слоя и т.д.

– Доказательством шарообразности Земли являются космические фотоснимки. Понятия о форме и размерах Земли формировались тысячелетиями. Древние люди считали, что Земля плоская, кто то изображал ее в виде круглого плоского диска. Одна в результате дальнейших наблюдений у древнегреческих ученых возникла гипотеза о шарообразности Земли.

– Используя измерительные приборы, ученые определили длину меридиана и диаметр Земли. Было установлено, что наша планета имеет сплюснутую форму.

Запись в тетрадь:

Земля имеет сплюснутую форму. Полярный радиус Земли короче экваториального примерно на 21 км.

– Поскольку это небольшая величина по сравнению со всем размером Земли, то стали считать, что Земля – шар со средним радиусом 6371 км и длиной экватора 40 000 км.

Запись в тетрадь:

Земля – шар со средним радиусом 6371 км и длиной экватора 40 000 км.

– Так как Земля круглая, то солнечное тепло и свет распределяется неравномерно, потому что угол падения солнечных лучей на разных широтах разный

Запись учителя на доске:

– С изменением угла падения солнечных лучей от экватора к полюсам в том же направлении изменяется и количество тепла, получаемое земной поверхностью от Солнца.

– Знание формы и размеров Земли необходимо для создания ее точной карты.

IV. Заключительная часть (2 – 3 мин.)

Запишите домашнее задание: § 3-4 читать, пересказ; самостоятельно изучить § 5-6

Урок окончен! Всем спасибо! До свидания!

К мастеру обратились ученики с вопросом:
– Как необходимо поступать со своими пороками и добродетелями?

Мастер в ответ спросил их:
– Что будет с хорошими семенами, если закопать их в землю?

Ученики ответили:
– Они взойдут и дадут хороший урожай.

– А что будет, если эти семена оставить лежать на поверхности земли под палящими лучами солнца? – продолжал спрашивать мастер.

– Они погибнут! – не сомневаясь ответили ученики.

– А если тоже самое проделать с плохими семенами?

– Если их закопать в землю, то получим бесполезные и вредные заросли сорняков. А если оставить их на солнце, то они также погибнут.

На это мастер им ответил:
– Люди глубоко ошибаются, когда свои добродетели выставляют на показ, а свои пороки стараются спрятать как можно глубже в тайниках своей души. Это приводит лишь к тому, что пороки, как и плохие семена в земле, пускают корни и дают обильные дурные всходы. Нужно делать всё наоборот: свои добродетели прячьте глубоко в душе и они прорастут великими добрыми делами. А свои пороки выставляйте на палящие лучи солнца и оно уничтожит их.

Рекомендовано к публикации Издательским советом Русской Православной Церкви

ИС Р17-705-0178

© ООО ТД «Никея», 2017

© Издательский дом «Никея», 2017

© Владимир Хулап, прот., 2017

* * *

Издательство выражает глубокую благодарность протоиерею Дмитрию Юревичу, зав. кафедрой библеистики Санкт-Петербургской духовной академии, за помощь в подготовке книги

От автора

Открыв Библию, мы найдем в ней разные литературные формы: величественную поэзию, краткие изречения, законодательные документы, исторические повествования, возвышенные гимны, развернутые проповеди, богословские трактаты, личные послания, пророческие видения и многое другое. Все это помогало библейским авторам донести до своих читателей голос Бога, говорящего о вечных и непреходящих ценностях. Иисус Христос тоже общался с людьми по-разному: Он проповедовал в классическом смысле этого слова, учил Своим примером, отвечал на вопросы и рассказывал истории, которые мы называем притчами. Каждое воскресенье, приходя в храм, мы слышим на литургии евангельские чтения, значительную часть которых составляют именно эти яркие и запоминающиеся новозаветные тексты. Они кажутся простыми и понятными, но, вникая в них повнимательней, мы не перестаем открывать для себя все новые глубины духовного богатства.

В основе этой книги – проповеди, катехизические беседы, материалы встреч с самой разной аудиторией. Перед вами не научный экзегетический комментарий, а размышления о прекрасных и многогранных текстах, которые играли важную роль в благовестии Иисуса Христа и остаются таковыми в проповеди Его Церкви. Мы вместе прочтем некоторые притчи, не только рассматривая их в историческом контексте евангельской эпохи, но и через призму проблем современного общества, и увидим, что они продолжают оставаться жизненно важными для каждого. Православное понимание Священного Писания всегда основывалось на его прочтении в Церкви и вместе с Церковью – обществом верующих, охватывающим континенты и тысячелетия. Поэтому прикосновение к Евангелию немыслимо без знакомства с опытом святых – людей, которые не просто красиво говорили о христианстве, но смогли действительно реализовать его в своей жизни. Тексты святых отцов и богословов прошлого будут сопровождать все наши размышления, помогая читателю прикоснуться к этой не изведанной для многих области и узнать, что вопросы, которыми мы задаемся сегодня, волновали умы и сердца христиан на протяжении двух тысячелетий.

Из всего многообразия евангельских притч были выбраны самые известные, особо, как нам представляется, значимые и актуальные для современного человека. Книга представляет собой значительно переработанное издание «Истории, рассказанные Христом. Как понимать евангельские притчи», дополненное толкованием притчи о брачном пире. Книга будет интересна как воцерковленным христианам, так и тем, кто делает в храме первые шаги или пока еще далек от него.

Перед вами – приглашение к совместному размышлению над словом Божиим. Открывая Евангелие, мы вновь слышим обращенный к каждому из нас голос Христа. И ответить на него должны всей нашей жизнью.

Почему притчами говоришь?

Косвенная прямота

Сегодня, включив телевизор или радио, несложно заметить, что политики, чиновники, журналисты стараются выразить свои мысли прямо и ясно, иногда такая прямота даже становится одним из способов заработать политические очки и популярность. Для достижения необходимого эффекта используется масса цифр, статистические данные, диаграммы, иллюстрирующие динамику развития того или иного процесса. Препарированное общество предстает перед нами в любом необходимом разрезе. Наверное, нередко это действительно необходимо: ведь цифры могут шокировать человека и побудить его к соответствующей реакции; однако чаще всего они остаются чем-то абстрактным и чуждым, поскольку нам сложно по-настоящему идентифицировать себя с цветным сектором на диаграмме.

Совершенно не так обстояло дело две тысячи лет назад в далекой Палестине, где Иисус Христос ходил по городам и весям, возвещая Царствие Божие. Если мы посмотрим на евангельские тексты, то увидим, что значительная часть Его учения открывается именно в притчах, цель которых – сообщить людям ту или иную истину, однако не напрямую, не в лоб, а в некой завуалированной форме. В то время это был обычный стиль учения, и иудейские религиозные лидеры – книжники и фарисеи – очень часто и успешно использовали его. До нас дошло множество иудейских притч той эпохи, что свидетельствует об их востребованности и популярности. Слушатели ожидали, что к ним будут обращаться именно в такой форме, и те раввины, которые лучше рассказывали назидательные истории, обретали большее число последователей. Притчи широко использовались уже в Ветхом Завете: наверное, наиболее известную из них рассказал пророк Нафан для обличения греха царя Давида (см.: 2 Цар. 12: 1–6). Истории остаются в голове намного дольше, чем сухие и длинные лекции, оторванные от реальной жизни. Это объясняет популярность притч не только в Библии, но и в других культурах. К примеру, именно они принесли известность Эзопу: этические уроки этого знаменитого раба были облечены в форму историй, понятных людям из самых разных слоев общества. Притча – прекрасный способ растолковать то, что иначе может и не привлечь к себе внимания.

Словарь В. Даля определяет притчу как «поучение в примере», а современное литературоведение рассматривает как «небольшой нравоучительный рассказ в иносказательной форме». Мы будем считать притчей изречение или историю, имеющую не только очевидный поверхностный, но и скрытый глубинный смысл. Притча иллюстрирует скрывающуюся истину, она всегда заключает в себе некий важный духовный или нравственный смысл, для понимания которого от слушателей требуется интеллектуальное усилие. Еврейское слово «машаль», переводимое как «притча», также означает «пример» и «образец». Тем самым притча задает определенные модели поведения, помогает человеку сделать правильный выбор в той или иной непростой ситуации. Притча всегда включает в себя иносказание, имеет символический подтекст; греческое слово «параболи» (отсюда русское «парабола»), которым был переведен еврейский термин, буквально означает «находящийся рядом» и указывает на наличие в притче связи между двумя (как минимум) уровнями понимания. Наше слово «притча» также содержит в себе эту идею связи, поскольку его славянское значение – «сплетенное с другим».

В Новом Завете под «притчей» может подразумеваться наглядная иллюстрация, основанная на реалиях обыденной жизни: пространная – притча о сеятеле (Лк. 8: 5-18); краткая – притча о жемчужине (Мф. 13: 45–46), либо рассказ о чем-то, якобы происходившем в действительности, – притча о блудном сыне (Лк. 15: 11–32). Почти треть слов Христа, дошедших до нас в Евангелиях, – это притчи. Особенно много притч содержится в Евангелии от Луки – он считал их очень важными.

Каждая притча обычно говорит об одной основной истине, для понимания которой необходимо вдуматься либо в предисловие (притча о безумном богаче), либо в заключительную часть (притча о немилосердном должнике); также важен контекст, в котором прозвучал назидательный рассказ.

Истина и жизнь

В Евангелии Христос не говорит академическим языком схоластики, не излагает тот или иной раздел учебника по догматическому богословию. Его цель – быть понятным для слушателей, которые по большей части были неграмотными крестьянами и ремесленниками, не способными усвоить сложные философские построения. Именно поэтому в притчах Христос всегда ведет речь о вещах, хорошо известных окружающим. Он берет реальный пример, событие повседневной жизни и использует для того, чтобы разъяснить глубокую духовную мысль. Человек лучше всего постигает информацию, сравнивая ее с имеющимся у него багажом знаний. Поэтому Христос и рассказывает эти истории, используя сравнения из области, хорошо известной слушателям. При этом в одном и том же предложении могут использоваться самые возвышенные и самые обыденные понятия, например: Царство Небесное подобно закваске, которую женщина, взяв, положила в три меры муки, доколе не вскисло всё (Мф. 13: 33). Христос говорит о пшенице, поле, горчичном зерне – вещах, с детства известных каждому иудею. Притчи показывают, что Христос прекрасно знал человеческую жизнь во всех ее проявлениях и что эта жизнь была Ему небезразлична. Тем самым они демонстрируют единство всего творения, которое даже в самых «профанных» аспектах может многое сказать о своем Творце.

Местность Галилеи, северной области Палестины. В евангельские времена была заселена преимущественно еврейским населением.

Каждая такая земная история обретает небесное измерение. Поэтому в притчах истина никогда не выступает как абстрактная, отвлеченная идея: тесно связанная с нашей жизнью, она открывается нам как живая и близкая.

Евангельские притчи отличаются простотой, естественностью и безыскусностью. Христос видит засеянное поле и рассказывает притчу о сеятеле; сидит за столом и уподобляет Царство Божие радостному пиру; проходит мимо виноградника и говорит о виноградной лозе и ее ветвях. Так Он учит нас обращаться к людям, до которых мы хотим достучаться, используя их опыт, словарный запас и общественный контекст, – тогда эффект наших слов будет намного большим. Мы же для правильного понимания притч должны принимать во внимание отразившиеся в них исторические, географические и политические обстоятельства, ведь условия жизни в современном мегаполисе разительно отличаются от быта палестинских крестьян.

Источник у внешних городских ворот Вирсавии. Датируется XIII–XII вв. до н. э., но не исключено, что восходит к патриархальным временам: Авимелех же… сказал: семь агниц сих возьми от руки моей, чтобы они были мне свидетельством, что я выкопал этот колодезь. Потому и назвал он сие место: Вирсавия (Быт. 21:28–32).

Притчи-истории (о милосердном самарянине, о мытаре и фарисее, о блудном сыне) вполне могли быть взяты из повседневной жизни, однако их «историчность» не важна, поскольку текст представляет собой лишь оболочку для изъяснения духовных истин. Эти истории – примеры, говорящие нам о том, как следует поступать и чего избегать. Они адресованы не человечеству вообще, а нацелены на конкретного человека, слушающего или читающего притчу. Мы должны поставить себя на место одного из действующих лиц, чтобы оценить свое поведение евангельской меркой, которую предлагает нам Христос. Каждая притча требует от нас выбора – выбора веры: если мы принимаем слова Христа как обращенные к нам, они должны что-то изменить в нашей жизни, в противном случае притча так и останется красивой историей.

Духовная глухота

Евангельские притчи стремятся открыть людям истину. Однако настоящее понимание дается лишь тем, кто по-настоящему серьезно относится к поиску Бога. Хотя в притчах говорится о всем понятных вещах, они нередко скрывают истину от тех, кто не желает открыть свое сердце Богу. Об этом написано еще в Ветхом Завете: Человек рассудительный скрывает знание (Прит. 12: 23). Это не означает, что знание похоронено, но, чтобы достичь его, от нас требуется усилие ума и очищение сердца. Сам Христос говорит, что иногда Его притчи открывают учение лишь некоторым из слушателей, оставляя остальных в недоумении: И, приступив, ученики сказали Ему: для чего притчами говоришь им? Он сказал им в ответ: для того, что вам дано знать тайны Царствия Небесного, а им не дано, ибо кто имеет, тому дано будет и приумножится, а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет; потому говорю им притчами, что они видя не видят, и слыша не слышат, и не разумеют; и сбывается над ними пророчество Исаии, которое говорит: «слухом услышите – и не уразумеете, и глазами смотреть будете – и не увидите, ибо огрубело сердце людей сих, и ушами с трудом слышат, и глаза свои сомкнули, да не увидят глазами, и не услышат ушами, и не уразумеют сердцем, и да не обратятся, чтобы Я исцелил их». Ваши же блаженны очи, что видят, и уши ваши, что слышат, ибо истинно говорю вам, что многие пророки и праведники желали видеть, что вы видите, и не видели, и слышать, что вы слышите, и не слышали (Мф. 13: 10–17). Тем, кто действительно стремится постичь истину, притчи открывают глубокое духовное знание, для других они становятся свидетельством черствости их сердца, знаком того, что они пришли ко Христу за чем угодно, только не для обращения и исцеления.

Правда, не режущая глаза

В притчах можно сказать то, что иначе могло бы вызвать отторжение, поскольку заложенное в них послание зачастую резко противоречит господствующим взглядам. Именно поэтому многие притчи Христа раздражали фарисеев: Он излагал мысли, которые были им неприятны, однако, поскольку это было в косвенной форме, открытый конфликт не возникал. Можно напрямую сказать людям, что следует любить всех, в том числе иностранцев и иноверцев, а можно рассказать об этом притчей о милосердном самарянине – и тогда на вопрос, кто же этот ближний, ответил фарисей, побуждаемый очевидностью ответа. Можно прочитать длинную проповедь о том, что Бог есть любовь, используя для доказательства тезиса библейские цитаты, богословские и философские построения, а можно сказать об этом с помощью трогательной притчи о блудном сыне с ее образом отца, бегущего навстречу сыну. Притчи не вынуждают нас согласиться с теми или иными взглядами, но естественно приводят к принятию их, помогая наименее болезненно переосмыслить то, что казалось незыблемым и не имело ничего общего с Истиной Христа. И решение, к которому побуждает притча, становится решением собственного сердца.

Евангельские притчи нередко застигали слушателей врасплох, удивляя неожиданной, поразительной или провокационной концовкой. Именно это пробивало броню духовной слепоты и самодовольства слушателей, заставляя их задуматься о том, о чем они бы иначе никогда не задумались. Люди с удовольствием слушали историю, одобряли ее мораль и вдруг начинали осознавать, что сказанное касается их самих, более того, что их жизнь противоречит тому, с чем они согласились умом. Еще одно важное качество притч Спасителя: они всегда давали слушателям некоторую временную отсрочку, посеяв в душе семена, которые могли взойти намного позже. Наверняка люди потом вспоминали и обсуждали притчи Христа, пытаясь их осмыслить, и таким образом Его учение распространялось за пределы аудитории, перед которой они были произнесены.

Голос через века

Евангельские притчи, несмотря на кажущуюся простоту, не всегда легко понять, мы должны глубоко и личностно осмысливать их, поскольку только в этом случае они смогут изменить нас. Именно поэтому большая часть притч оставлена Христом без объяснений – чтобы привлечь внимание слушающих, приучить их мыслить, возвести от уровня земных реалий в мир духовной жизни. Только в двух случаях Он делает исключение и объясняет смысл рассказанных притч ученикам по их просьбе (притча о сеятеле объясняется в Лк. 8: 11–15; о пшенице и плевелах – в Мф. 13: 37–38). Христос призывает нас: …будьте мудры, как змии, и просты, как голуби (Мф. 10: 16). Поэтому объединение духовной мудрости Церкви и простоты верующего сердца является залогом понимания того, что хочет сказать нам Христос. Если мы не понимаем ту или иную притчу сейчас, это не означает, что мы не поймем ее позже. Если у нас есть искреннее желание постигать Евангелие и жить со Христом, тогда Он даст не просто понимание текста, но откроет путь ко все более глубокому его усвоению всей нашей жизнью.

Притчи помогают нам легче понять и применить в своей жизни учение Христа, поэтому возвращаться к ним мы должны в различных жизненных обстоятельствах. Например, когда нам тяжело, мы можем вспомнить притчу о блудном сыне, в которой Небесный Отец ожидает нашего возвращения к Нему. Если перед нами встает необходимость оказать человеку помощь, а мы сомневаемся, стоит ли это делать, обратимся к притче о милосердном самарянине, где объясняется, кто наш ближний, – и многие вопросы снимутся сами собой. Эта яркая образность и ясная повествовательность притч позволяют глубже усвоить и закрепить в памяти содержащийся в них урок. Притчи легко запоминаются, и поэтому даже если с первого раза слушатель поймет не всю их глубину, то позже он всегда сможет вернуться к ним и открыть другие, прежде незамеченные аспекты.

Социальные и общественные проблемы приходят и уходят. Проповеди, произнесенные несколько столетий назад и касающиеся исторически обусловленных вопросов (например, рабства, античного театра, принесения жертв идолам), становятся неактуальными. Евангельские же притчи говорят об основополагающих для духовной жизни человека принципах, которые неизменны на протяжении веков. Притчи продолжают жить и в XXI веке – веке компьютеров, нанотехнологий и генной инженерии. Были открыты новые континенты, сделано множество научных открытий, произошли кардинальные общественно-политические изменения, однако эти тексты продолжают волновать сердца и умы, что свидетельствует о непреложности содержащихся в них вечных ценностей. Евангельские притчи – это не идеология определенной группы людей и не философская концепция, но обращенный к каждому из нас голос Бога, который неизменен, несмотря на меняющиеся реалии окружающей жизни; поэтому и притчи всегда сохраняют свою универсальную и вечную ценность.

Путь домойПритча о блудном сыне

У некоторого человека было два сына; и сказал младший из них отцу: «отче! дай мне следующую мне часть имения». И отец разделил им имение. По прошествии немногих дней младший сын, собрав всё, пошел в дальнюю сторону и там расточил имение свое, живя распутно. Когда же он прожил всё, настал великий голод в той стране, и он начал нуждаться; и пошел, пристал к одному из жителей страны той, а тот послал его на поля свои пасти свиней; и он рад был наполнить чрево свое рожками, которые ели свиньи, но никто не давал ему. Придя же в себя, сказал: «сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода; встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих». Встал и пошел к отцу своему. И когда он был еще далеко, увидел его отец его и сжалился; и, побежав, пал ему на шею и целовал его. Сын же сказал ему: «отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим». А отец сказал рабам своим: «принесите лучшую одежду и оденьте его, и дайте перстень на руку его и обувь на ноги; и приведите откормленного теленка, и заколите; станем есть и веселиться! ибо этот сын мой был мертв и ожил, пропадал и нашелся». И начали веселиться. Старший же сын его был на поле; и, возвращаясь, когда приблизился к дому, услышал пение и ликование; и, призвав одного из слуг, спросил: «что это такое?» Он сказал ему: «брат твой пришел, и отец твой заколол откормленного теленка, потому что принял его здоровым». Он осердился и не хотел войти. Отец же его, выйдя, звал его. Но он сказал в ответ отцу: «вот, я столько лет служу тебе и никогда не преступал приказания твоего, но ты никогда не дал мне и козленка, чтобы мне повеселиться с друзьями моими; а когда этот сын твой, расточивший имение свое с блудницами, пришел, ты заколол для него откормленного теленка». Он же сказал ему: «сын мой! ты всегда со мною, и всё мое твое, а о том надобно было радоваться и веселиться, что брат твой сей был мертв и ожил, пропадал и нашелся».

Лк. 15: 11-32

Странный дар

Многие наши современники говорят, что верят в Бога, но вопрос о том, в какого Бога они верят, очень часто повергает их в замешательство. Зачастую их образ Бога эклектичен, сформирован на основании собственных воззрений, предпочтений, жизненного опыта, страхов и ожиданий. Каков же Бог, в Которого верят христиане? О Нем говорится во многих притчах, но среди них есть одна, которую обычно называют притчей о блудном сыне, хотя ее вполне можно было бы назвать и притчей о любящем Отце. Чарльз Диккенс назвал ее прекраснейшим рассказом, написанным за всю историю человечества. Однако перед нами не просто замечательное литературное произведение, а евангельская притча, которая относится к каждому из нас. Рассказывая ее, Христос открывает нам истинный образ Бога – не просто сотворившего наш мир и давшего нам жизнь, но чрезвычайно близкого и неравнодушного к каждому из нас, Бога, Который есть любовь (см.: 1 Ин. 4: 8).

Как видно из первых стихов притчи, Бог любит нас настолько, что позволяет делать свой собственный выбор, – и именно это обычно больше всего смущает нас. На протяжении последних столетий человечеству настойчиво и успешно внушали основные положения детерминизма, учения об обусловленности всех наших действий: мы не в ответе за свои поступки, мы – игрушка в руках внешних обстоятельств. Еще Спиноза сравнивал рассуждения человека о его свободе с мыслями падающего камня, говоря, что мы обладаем лишь иллюзией свободы. Карл Маркс доходчиво объяснял, что человек – продукт окружающих его экономических условий, Зигмунд Фрейд стремился показать, что поведение определяется неудовлетворенными половыми желаниями, а генетика уверяет нас, что жизнь в значительной мере предопределена еще до момента рождения полученным от родителей хромосомным набором. Люди охотно используют эти и другие подобные теории для оправдания своих ошибок и падений – чтобы не нести за них ответственность.

Однако Священное Писание являет нам иной взгляд на человека: с первых страниц Книги Бытия и до заключительной панорамы Апокалипсиса мы видим человека, наделенного свободой. Это слово означает сегодня для многих совсем не то, что вкладывает в него христианство. Сейчас, говоря о свободе, мы чаще всего имеем в виду свободу индивидуума от тех или иных предписаний (в том числе этических), которые рассматриваются как некое «внешнее бремя». Однако уже в Ветхом Завете мы читаем простые и глубокие слова, обращенные Богом к Израилю и к каждому из нас: …жизнь и смерть предложил я тебе, благословение и проклятие. Избери жизнь (Втор. 30: 19). Каждого Бог рассматривает как обладающего свободой выбора и, как следствие, несущего личную ответственность перед Ним. Каждый человек – не просто космическая пылинка в вихре мировой истории, но участник диалога с Богом, который длится всю нашу жизнь. Более того, основные этические категории «добра» и «зла», «добродетели» и «греха» также возможны только при условии свободного волеизъявления.

«Существо нашей души одарено свободой, – пишет митрополит Московский Платон. – Поэтому мы не как машины, управляемые стремлением, но с рассуждением и советом без принуждения избираем доброе или злое. Если человеческий ум способен немного проникать в тайны советов Божьих, я полагаю, что Премудрый Творец дарованной свободой предуготовлял для нас путь к блаженству. Ибо известно, что где нет свободы, там нет места ни наказанию, ни награде. Если бы ты был всегда склонен только к добру, невозможно было бы тебе приписать ни добродетели, ни заслуги, ни чести; ты был бы тогда неким невольным орудием, которым действует другой, а не ты сам. Ты казался бы хорошим, но эта доброта, как не твоя, не от твоего произволения и усилия происшедшая, не приносила бы тебе ни чести, ни славы, ни награды. Нет! Премудрый Бог устроил тебя иначе, чтобы более тебя прославить и возвеличить: дал тебе свободную волю; поэтому ты стал склонен к добру, но стал склонен и к злу». Дар свободы велик и одновременно страшен, поскольку цена его верного или ложного использования чрезмерно высока – наша жизнь или смерть.

Мы нередко задаемся вопросом: почему Бог не вмешивается и не останавливает нас или других людей от совершения ошибок? Нам хочется, чтобы Бог шлепал ошибающихся по рукам, осуществлял больший контроль – особенно над другими людьми, чьи недостатки и грехи мы видим как на ладони. Но если бы Бог принуждал человека творить добро из-под палки и предохранял от зла, наш мир превратился бы в общество бездушных роботов, запрограммированных на совершение добра, и оно потеряло бы смысл из-за отсутствия необходимого пространства свободы. Богу нужно именно сердце человека, а не хорошо отлаженная и выдающая один ответ программа. Следовательно, мы можем сделать ложный выбор, оказаться на неправильном пути, зайти в тупик, – и это наш собственный выбор, винить за который мы должны только себя.

Святитель Василий Великий пишет о даре свободы: «Но говорят, почему в самом устройстве не дано нам безгрешности, чтобы нельзя было согрешить, хотя бы и хотели? Потому же, почему и ты не признаешь слуг достойными, если держишь их связанными, но когда видишь, что добровольно выполняют перед тобою свои обязанности. Поэтому и Богу угодно не вынужденное, но совершаемое добровольно; добродетель же происходит от свободной воли, а не от необходимости, а свобода воли зависит от того, что в нас; и что в нас, то свободно. Поэтому, кто порицает Творца, что не устроил нас безгрешными, тот не что иное делает, как предпочитает природу неразумную, неподвижную и не имеющую никаких стремлений природе, одаренной произволением и самостоятельностью».

В Евангелиях рассказано, как Сын Божий разговаривал с людьми с помощью иносказаний, удобных для понимания. «И поучал их много притчами» (Мф. 13:3). В притчах Господних суть христианской веры, облеченная в метафору, дана ярко и «осязаемо» — лишь бы душа была открыта для восприятия. Но притча слишком универсальный жанр, чтобы ограничиваться только Евангелиями. Бог рассказывает их нам от начала истории. Воцерковленные историки это знают: «Господь рассказывает человекам притчи о человеках и через человеков». Человеческие судьбы и их тайны — те же притчи Господни, только не словесные, как в Евангелиях, а бытийные, поведанные через людские жизни. Стоит в них всматриваться и понимать их смысл, потому что «кто имеет, тому дано будет и приумножится» (Мф. 13:12) — кто разумеет, тому будет дана благодать для претворения разумения в веру и в дела веры.

В житии севернорусского святого Варлаама Керетского притча настолько ярка и выразительна, что невозможно пройти мимо не поразившись. Эта притча о грехе и покаянии, рассказанная четыре века назад, слишком необычна и даже страшна для обыденного человеческого сознания. Поэтому людская память предпочла предать ее полузабвению, исказить, раскромсать на фрагменты и обессмыслить, хотя покаянный подвиг этого человека проходил практически на виду у жителей Поморья и Кольского полуострова. Однако есть в этой притче нечто такое, что будоражит ум и воображение. С уровня Господня иносказания она просто перешла на более низкую ступень, в фольклорные жанры: в присловья, легенды, поморские песни-старины. Писатель Борис Шергин в середине прошлого века записал «Старину о Варлаамии Керетском», а в книгах авторов-путешественников XIX — начала XX в., описывавших те края, встречаются обрывки предания о Варлааме, на разные лады «обработанного» фольклором. История подвижника в них изувечена до совершенного отсутствия христианского смысла. Лишь недавно обнаруженный церковный «Канон преподобному Варлааму Керетскому», созданный в XVII в., позволил узнать ключевые подробности жития святого и заново осмыслить.

Варлаам Керетский жил в XVI в. Родиной его было село Кереть на берегу Кандалакшской губы (залива) Белого моря, а имя до монашеского пострига — Василий. В 1535 г. его назначили приходским священником в Колу — маленькое рыбачье поселение на Ледовитом океане (ныне Кола — пригород Мурманска). Мурманский край тогда только начинал познавать христианство трудами просветителей — Феодорита Кольского и Трифона Печенгского. Северной нечисти, державшей в плену идолослужения местное население — саамов-лопарей, был нанесен лишь первый удар. У окрестных народов Лапландия пользовалась дурной славой как страна сильных колдунов — приемами колдовского общения с бесами владел чуть ли не каждый лопарь. Одно из многочисленных идольских капищ находилось на скале у Кольской губы, но ко времени служения в Коле иерея Василия оно, видимо, запустело. Предание гласит, что там поселился бес, который препятствовал рыбакам выходить в море, топил корабли. И крещеные поморы начали оставлять на скале продукты в качестве жертвы — только тогда бес пропускал их. Узнав об этом, кольский священник пришел на скалу и молитвами прогнал нечистого. А через несколько лет демон отомстил ему.

К тому времени отец Василий был переведен на приход в родную Кереть. Там все и случилось. Нечистый вселился в жену священника, и тот решился на проведение чина изгнания беса. Во время обряда он, вовсе того не желая, нанес ей смертельную рану литургическим копием. Священник стал невольным убийцей собственной жены. Потрясенный своим преступлением, он отправился в Колу к духовному отцу — Феодориту Кольскому. На исповеди тот наложил на кающегося небывалую епитимью: взять из могилы гроб жены и идти с ним в море; оплакивать грех, плавая вокруг Кольского полуострова до тех пор, пока не истлеет мертвое тело.

Покаянное плавание в Белом и Баренцевом морях длилось три года — летом и зимой. Карбас (поморская лодка) стал для него плавучим «гробом», который, как надеялся отчаявшийся женоубийца, вскоре найдет свою могилу в море. Сильные шторма, подводные скалы, частые туманы… Белое море считается тяжелым для мореходства — в летний период. Зимой, когда ко всему этому добавляются полярная ночь и ледяные торосы, навигация практически невозможна. А если среди льдов плывет даже не большая промысловая ладья поморов, а маленькая лодка на веслах?

Но море не хотело хоронить в себе кающегося грешника. Оно лишь максимально затрудняло ему покаянный труд. Карбас женоубийцы всегда сопровождала непогода с туманом, дождем и встречный ветром. В Поморье доныне существуют присловья: «пошел как Варлаам против ветра» и «Варлаамьева лодья пришла», когда с моря надвигается туман, а в северной Норвегии в этом случае говорят «русский поп жену привез».

В год он совершал 12 ходов — из Кандалакшской губы в Колу и обратно, около тысячи километров в один конец. 36 путей за три года — на веслах через волны, ветра и льды. При жесточайшем посте — употреблять рыбу ему было позволено лишь раз в год на Пасху. И все это время перед глазами стоял гроб с тлеющим телом убитой жены.

А теперь посмотрим на это с притчевой стороны всей истории.

Изгнание демона со скалы-капища. Повелевая именем Божьим нечистым духам, человек тем самым участвует в божественной славе своего Творца, владыки всего тварного мира. Для этого участия и сопричастности Богу и были созданы невещественные духи и телесные человеки. Но часть духов отпала, вознамерившись стать на равных с Богом, и была низвержена с небес. Они возжелали себе божественных почестей, для чего научили людей языческим культам, идолопоклонству. Кольская история с бесом — это аллегория падения сатаны и его воинства. С неба их изгнали ангельские силы, а на земле то же самое совершает человек, сохранивший верность Богу, неподвластный самозванным «богам».

Беснование жены и убийство. Месть демона священнику — это иносказание об изначальной ненависти сатаны к человеку («Лукавый змей не терпяще зрети тя Богу предстояща» — из «Канона Варлааму») и о грехопадении людей, которых подтолкнул к этому нечистый дух. Первой он обманом соблазнил жену и через нее Адама, тем самым подвигнув обоих на самоубийственное деяние — падение из блаженного и бессмертного состояния в скорбное и смертное. Неизвестно, в чем именно выражалось беснование супруги священника, «Канон» говорит лишь, что она стала вести себя «соблазнительно» («Старина о Варлаамии Керетском», однако, передает классическую картину одержимости бесом). Кроме «соблазна» через жену в этой истории видны и другие составляющие грехопадения: нарушение человеком заповеди послушания и дьявольский обман. Приходской священник берется провести обряд изгнания нечистого духа из бесноватой, тогда как церковное правило запрещает это для белого, немонашеского духовенства. Он должен был везти жену в ближайший монастырь — в Соловецкий или в ту же Колу, где его духовник старец Феодорит уже основал свою обитель. Но он не сделал этого, понадеявшись на себя. В храме он приближается к жене с копием в руке, чтобы читать над ней молитвы — но вдруг «с яростию» устремляется на нее и «поражает смертною язвою». Со стороны это выглядело как намеренное убийство. Изнутри, глазами священника, это был удар святым копием по бесу — очевидно, в тот миг нечистый дух показал себя, чтобы спровоцировать его ярость, «состояние аффекта», говоря нынешним языком.

Убийство мужем жены — той, с кем он соединен в венчании нерасторжимыми узами, с кем стал «в плоть едину», — это гибель не одного человека, а двух. Обеих половин целого. Убийство и одновременно духовное самоубийство. Точно такое же двойное человекоубийство произошло в раю — через те же соблазн, обман и непослушание.

Гроб с телом жены в лодке. Любой грех, тем более смертный, ложится тяжестью на совершившего его. Человек носит свой грех с собой, даже исповеданный, пока не истлеют все его последствия, пока он не загладится делами покаяния, пока не оживет умерщвленная им душа. Гроб в карбасе непрестанно напоминал кающемуся, что он нанес смертельную рану собственной душе. И даже двойную рану — как убийца, и как женоубийца.

Карбас и гребец в нем. Телесная храмина и душа человеческая. Тело же может быть храмом, если в нем прославляются дела Божии, а может — гробом для души, если наполнено страстями и похотями. Три года в карбасе Василия звучали псалмы и покаянный плач. Кающийся грешник вел свою лодку против волн и ветров, великими трудами очищая себя, претворяя свою человеческую немощь в подвиг. Морской подвиг стал подвигом христианским и в жизни, и в иносказании.

Море. Символ настолько ясный и распространенный, настолько употребительный в церковном обиходе, что вряд ли нуждается в дополнительном объяснении. Житейское море, полное бурь и иных опасностей, переплывает от рождения к смерти каждый. По неверным водам над морской бездной плывет и корабль спасения — Церковь.

Противные (встречные) ветра и туманы. Всякий идущий узким путем спасения знает о противлении этому врага рода человеческого, о коварстве нечистых духов, живущих в воздушной стихии между землей и небом. Их козни грозят опрокинуть лодку спасающегося, а мороки — соблазны и обманы — сбивают с пути, не дают видеть ориентиры. Оказавшийся во власти морока (мара — по-поморски туман) рискует насадить свою лодку на мель или подводную скалу, разбить ее в щепы о камни и погибнуть. Нужно быть очень опытным мореходом и подвижником, чтобы держать верный курс в тумане-мороке. И надо не выпускать весла, натруживая руки до кровавых мозолей, чтобы противостоять злым ветрам.

Морское скитание в утлой лодке. Любой грех отрезает человека от Церкви до покаяния, до разрешительной молитвы священника, воссоединяющей с церковным Телом Христовым («…Примири и соедини его святой Твоей Церкви»). С корабля Церкви, плывущего по морю, постоянно падают за борт, в бурные волны, его пассажиры — кто с небольшим камушком в кармане, кто с булыжником на шее. Кому-то вслед летят спасательные канаты и круги, для других спускают на воду лодку. Но есть грехи, для которых недостаточно спасательного круга разрешительной молитвы. Смертный грех, даже прощеный на исповеди, оставляет метастазы в душе. И сохраняются ветви (страсти), давшие этот плод (грех). Нужно длительное деятельное покаяние, чтобы вырезать то и другое. По древнему правилу, невольное убийство отлучало от церковного единства и причастия на 10 лет, убийство сознательное — на 20 лет. С церковного корабля спускают лодку и отправляют кающегося в долгое одинокое плавание-епитимью.

Через три года покаянного скитания по морским «непроходимым местам» иерей Василий был прощен Богом. Открылось это через совершение чуда. На севере Кольского полуострова есть длинный мыс Святой Нос, разделяющий воды Белого и Баренцева морей. Поморы не рисковали огибать его: течения двух морей рождают там сильные хаотичные волны и риск для кораблей очень велик. Ладьи тянули сухим волоком через мыс, но в бухте моряков ждала другая опасность — моллюск-древоточец, «корабельное сверлило». Этот «червь» вгрызался в обшивку судов, незаметно продырявливая ее насквозь, что грозило гибелью в море.

Руки, обагренные некогда кровью жены, были воздеты в молитве об очищении Святого Носа от «червя». И молитва была исполнена, пакостное «сверлило» ушло «в пучину моря». Волоковый путь стал чист и «благопоспешен». «Люди возрадовались радостью неизглаголанною» — мореходы получили избавление от смертельной опасности.

Святоносский древоточец, «червь» неусыпающий — жало ада, несущее смерть. Но — «стяжи дух мирен, и вокруг тебя спасутся тысячи». Вот что говорит эта притча о прощении и чуде с «червем». Победи свои страсти, спасись сам, стань сосудом благодати Святого Духа — и избавишь от гибели многих.

Лишь после совершения своего морского подвига Василий стал Варлаамом, приняв монашество. Его земная жизнь длилась еще полвека, проходя в лесной келье отшельника недалеко от Керети. К нему приходили как имеющему дар исцелений, почитали как чудотворца. Через годы после его кончины начали происходить чудеса спасения на море. К терпящим бедствие являлся сгорбленный старец в монашьей одежде, помогал справиться со стихией и называл себя: «Аз есмь из Керети Варлаам». Поморы стали почитать его своим покровителем наряду с Николой Угодником.

Собственно, смысл притчи, рассказанной Богом через Варлаама Керетского прост и вечен. Грех убивает и мертвит, а животворит и исцеляет покаянный труд, совершаемый в вере и терпении.

Но как же красива и глубока эта притча.

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *