Кому и зачем нужно креститься?
Слово в Навечерие Богоявления

5/18.01.2004

Воспоминание Таинства Крещения. Зачем оно нужно? Два случая, в которых только можно крестить человека. Суеверия, связанные с крещением. Креститься нужно не для того, чтобы быть крещеным, а для того, чтобы стать членом Церкви; если этого сознания нет, то крещение будет только во вред. Кому и когда можно советовать принять крещение.

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Сегодня, в канун Богоявления, традиционный для Церкви день, в который совершалось крещение. Точнее, крещение совершалось в разные дни, в том числе и в древней Церкви оно совершалось в разные дни, но великие праздники были излюбленным временем для крещения, и особенно, конечно, праздник Крещения Господня. И излюбленным временем для крещения людей, которые подолгу к этому готовились, была ночь праздника. И именно в память об этом обычае крестить ночью оглашенных происходит после вечерни освящение воды. Освящение этой воды было нужно прежде всего для того, чтобы в ней крестить людей. И именно такой смысл имеет освящение воды в сочельник, чтобы в ночь на сам праздник можно было бы покрестить тех, кто готовился к крещению. А вот освящение воды в сам день Богоявления появилось уже больше для того, чтобы эту воду раздавать всем верным православным христианам. Но в то же время это одно и то же освящение, одна и та же вода.

И поэтому сегодня мы слушали слово святого Григория Паламы, сказанное накануне праздника Богоявления, посвященное значению Таинства Крещения, которое каждый из нас принял в свое время. И надо сказать, что нам надо вспоминать значение этого таинства не только затем, чтобы вспомнить, для чего мы крещены, зачем мы стали христианами, что мы обещали Богу, на что Бог нам обещал дать Свою помощь, если мы сами захотим это делать, и вообще для чего мы живем. Все это, конечно, правильно, об этом нужно вспоминать, и для этого и существует воспоминание Таинства Крещения. Но, к сожалению, не только для этого. Потому что даже среди членов Истинной Церкви, а тем более, экуменических сообществ, относительно крещения процветают всевозможные суеверия, и, впадая в них, мы грешим и, может быть, даже вводим в грех наших ближних. Например, считается — и это распространено очень широко, — что любому человеку надо креститься. Для чего? Некоторые ответят откровенно: "Для того, чтобы ребенок был здоров", или чтобы не болел, или потому, что у него в жизни какие-то неудачи, и чтобы эти неудачи кончились, или вообще "на всякий случай". Это вот самый популярный аргумент в пользу крещения. Постоянно приходят люди, которые хотят креститься, и хуже того — члены нашей Церкви постоянно хотят кого-нибудь крестить из своих знакомых и родственников; а если спросить их, для чего они хотят их крестить, они либо ничего не скажут, а если припереть их к стенке, скажут: "На всякий случай", — потому что другой мотивировки-то и нет. Откуда мы вообще взяли представление о том, что кому-то нужно креститься? Из Церкви? Да, вроде бы из Церкви. Но почему мы тогда, из Церкви узнавая о том, что существует какое-то крещение, что оно для чего-то нужно, не хотим в Церкви же узнать, для чего именно оно нужно, когда можно креститься, а когда нельзя, кого нужно крестить, а кого не нужно, кого можно, кого нельзя? Ведь если Церковь установила Таинство Крещения, она не может совсем ничего об этом не сказать.

ЗАЧЕМ КРЕСТИТЬ РЕБЕНКА

Есть какие-то установления, церковные правила, святоотеческие наставления о том, когда и кого нужно крестить. Почему же, не справившись с ними, мы обращаемся к какому-то обычаю, который неизвестно среди кого устоялся — среди духовно одичавших людей XIX века, которые только на словах были православными, а на самом деле готовы были устроить революцию и устроили, в конце концов, или среди еще более одичавших советских людей, которые даже тех представлений о христианстве, которые еще сохранялись в XIX веке, уже не имели, у которых совершенно свои какие-то понятия о крещении. И что, мы на них должны ориентироваться? И к чему же мы тогда придем?.. Поэтому хотелось бы напомнить, кому и зачем нужно крещение.

Крещение может преподаваться Церковью только в двух случаях. Первый и самый обыкновенный случай — когда сам некрещеный человек приходит и хочет стать членом Церкви. Он хочет не креститься — креститься ради крещения просто он не хочет, — а хочет стать членом Церкви и для этого сделать то, что надо, — а для этого нужно креститься, и поэтому он хочет креститься. Но акцент ставится на том, что он хочет стать членом Церкви, хочет жить по-православному, хочет причащаться, исповедоваться, соблюдать заповеди — и все это он хочет потому, что верит тому, что написано в Евангелии, и толкованию Церкви на то, что там написано; он верит тому, что именно это является правдой, а все прочее — ложь. Такого человека можно крестить.

Второй случай — когда среди христиан, живущих христианской жизнью и понимающих, что это такое, появляется (обычно рождается, но может быть, как-то иначе появляется) ребенок несознательный, которого они воспитывают, и они обязаны его воспитывать по-христиански. Тогда они должны крестить его в детстве и дальше стараться его воспитывать. И по вере если не самого этого ребенка, то его родителей, ребенку преподается крещение, и родители берут на себя обязательство его воспитать в вере.

Если нет ни того, ни другого, если человек просто думает, что "в Церкви что-то есть" или что "Евангелие неплохая книжка", — "пойду-ка я покрещусь"; или если он решает пойти "поучаствовать в поэтическом обряде"; или думает: "Что-то я вот так болею, вдруг помру… пойду-ка я покрещусь", — чем это может быть хорошо? Конечно, если человек болеет и умрет без покаяния и крещения, то это плохо; но если он перед этим согрешит еще и попранием церковной святыни, то что хорошего это ему прибавит? Господь в Евангелии говорит, что "нехорошо бросать святыню псам", и Он не говорит, что люди, попирающие святыню, являются сами по себе псами, но, тем не менее, сравнение такое проводит. Поэтому ничего хорошего в крещении такого вот несознательного человека не будет, даже если он будет находиться в смертной опасности. Потому что надо, чтобы он осознал не то, что ему надо креститься, а то, что ему надо стать членом Церкви, — пусть даже он и не успеет осознать, в чем это состоит; постепенно, если останется жив, узнает. Но прежде всего надо не креститься, потому что крещение не есть какой-то магический обряд, который может принести здоровье, а это таинство, через которое человек становится членом Церкви. А вхождение в Церковь само по себе тоже не есть магический обряд, который может принести здоровье или что-то такое, а это то, что может принести спасение души. Если для спасения души человеку полезно покаяться, то крещение принесет ему столько здоровья, сколько нужно, чтобы подольше пожить и успеть покаяться. Но и только. Все, что в Церкви преподается, в том числе крещение, не есть оздоровительная процедура.

Поэтому не надо думать, что мы сделаем хорошее дело, если покрестим какого-то ребенка, которого неизвестно кто будет воспитывать; не надо думать, что мы сделаем хорошее дело, если уговорим креститься кого-то, кто совсем не понимает, что такое православие, чем оно отличается от ересей, кто не знает, как нужно жить по-христиански, и потом будет жить неизвестно как. Мы не сделаем этих людей христианами через то, что их покрестим. И мы сами будем виноваты в том, что они окажутся поносителями таинства.

Поэтому если кто-то нас спросит о христианстве, то мы, конечно, обязаны ему рассказать то, что сами знаем, и в пределах того, что сам человек способен выслушать от нас. Но мы должны думать о том, что и зачем мы рассказываем; мы должны думать, для чего вообще нужна Церковь; мы должны объяснять, что такое Церковь; а когда человек уже действительно решит, что Церковь ему нужна, — только тогда мы можем ему сказать, что нужно креститься, если он некрещен, и дальше причащаться, исповедоваться и жить церковной жизнью. А крещение в качестве магического обряда распространять — это, конечно, просто грех. Я уж не говорю о том, что есть храмы, где это поставлено на поток: плати деньги — и тебя покрестят, ничего не спрашивая. Это, конечно, безобразие, хотя это больше грех духовенства, а не рядовых прихожан. Но и прихожане тоже могут влиять, чтобы такого происходило поменьше. Не надо подавать таких вот безумных советов — креститься, чтобы быть крещеным. Потому что если нас просят совета православного, то и надо давать его от святых отцов и от канонов, а не от каких-то дурацких обычаев, которые установили в своей среде люди, отпадавшие и потом совершенно отпавшие от православия. Мы должны понимать, что Церковь не имеет с ними ничего общего, и что мы сами, приобщаясь к этим обычаям, отпадаем от Церкви или, по крайней мере, тяжко согрешаем. Поэтому будем стараться понимать, для чего существует крещение; будем стараться приносить плоды этого крещения, которые прежде всего суть плоды покаяния, а потом плоды жизни вечной, в своей собственной жизни; будем стараться помогать тем людям, с которыми мы так или иначе соприкасаемся, тоже приносить эти плоды. И будем держаться как можно дальше от всяких безумных суеверий относительно крещения, которые, к сожалению, бытуют в православном народе. Аминь.

Крестное знамение — это малое священнодействие, в котором христианин, изображая на себе знамение (знамение — знак церковнославянск.) Креста Господня с призыванием Имени Божьего, привлекает на себя (или на того, кого он осеняет, например, своего ребёнка) Божественную Благодать Святого Духа.

Благодатная сила дана крестному знамению потому, что Христос Своей смертью на Кресте, являющейся актом величайшего Божественного Самопожертвования из любви к Своему погибающему творению, победил Сатану с его гордыней, освободил человека от рабства греха, освятил Крест как победоносное оружие, и даровал это Оружие нам для борьбы с врагом рода человеческого — диаволом.

Крещение взрослого человека правила, что нужно делать

     Нам же, православным христианам, должно знать, что крестное знамение тогда только имеет благодатную силу, когда совершается благоговейно и правильно

Так как же креститься, причем правильно креститься, как крестятся православные?

"Беспорядочному маханию бесы радуются", — говорит нам опыт святых отцов.Так вот, чтобы не радовать, но прогонять нечистых духов крестным знамением и получать от Бога благодатное освящение, совершать его положено так: 

Мы складываем пальцы правой руки так: три первых пальца (большой, указательный и средний) слагаем вместе концами ровно, а два последних (безымянный и мизинец) пригибаем к ладони.

Сложенные вместе три первых пальца выражают нашу веру в Бога Отца, Бога Сына и Бога Святого Духа как единосущную и нераздельную Троицу, а два пальца, пригнутые к ладони, означают, что Сын Божий по воплощении Своем, будучи Богом, стал человеком, то есть означают Его две природы — Божескую и человеческую. 

 Осенять себя крестным знамением надо не торопясь: возложить его на лоб (1), на живот (2), на правое плечо (3) и затем на левое (4) :

Когда мы осеняем себя крестным знамением, то мысленно произносим: "Во имя Отца и Сына и Святаго Духа, аминь", выражая этим нашу веру в Святую Троицу и наше желание жить и трудиться во славу Божию. 

Опустив правую руку можно делать поклон.

О тех же, которые знаменуют себя всей пятерней, или кланяются, не окончив еще креста, или махают рукой своей по воздуху или по груди своей, святитель Иоанн Златоуст сказал: «Тому неистовому маханию бесы радуются». Напротив, крестное знамение, совершаемое правильно и неспешно, с верою и благоговением, устрашает бесов, утишает греховные страсти и привлекает Божественную благодать.

Сознавая свою греховность и недостоинство перед Богом, мы, в знак нашего смирения, сопровождаем нашу молитву поклонами. Они бывают поясными, когда наклоняемся до пояса, и земные, когда, кланяясь и становясь на колена, касаемся головою земли.

 «Обычай делать крестное знамение берет начало со времен апостольских» (Полн. Правосл. богослов. энциклоп. Словарь, СПб. Изд. П.П.Сойкина, б.г., с. 1485).Во время Тертуллиана крестное знамение уже глубоко вошло в жизнь современных ему христиан. В трактате «О венце воина» (около .) он пишет, что мы ограждаем свое чело крестным знамением при всех обстоятельствах жизни: входя в дом и выходя из него, одеваясь, возжигая светильники, ложась спать, садясь за какое-либо занятие.

Крестное знамение не является лишь частью религиозного обряда. Прежде всего, это – великое оружие. Патерики, отечники и жития святых содержат много примеров, свидетельствующих о той реальной духовной силе, которой обладает образ Креста.

Сколько раз нужно креститься при входе в храм и при выходе из него?

Обязательно ли креститься

Обязательно ли креститься еврею, ищущему христианского спасения, спрашивает Михаил Агурский. Только в мыслительной путанице, которая составляет непременный и тяжкий фон идущего теперь повсеместного выяснения нашего пути, можно было ставить этот вопрос, уже содержащий в себе ответ, и в целой статье ( «О перспективах христианства среди евреев» — и заглавие-то как бы перевернутое) доказывать, что «евреи, исполняющие закон и пророков, не нуждаются в обращении для своего спасения».

Конечно, весь Израиль спасется, твердо говорит апостол Павел (Рим 11, 26); но не законом и пророками(Евр 10, 1; Рим 3, 21; 9, 32), а «если устами твоими будешь исповедывать Иисуса Господом и сердцем твоим веровать что Бог воскресил Его из мертвых» (Рим 10, 9). В «мире» с Богом, который мы, получив доступ к хранящей нас благодати, «имеем через Господа нашего Иисуса Христа» (5, 1–2), нет дискриминации между верующими (3, 22) и нет «никакого преимущества» у «иудеев» (3, 9). Здесь все совершенно ясно, и всякое обсуждение может только эту ясность затемнить.

Больше того. Сам проповедник христианства без обращения знает, что действительное, не игрушечное христианство всегда и оказывалось в реальной истории сильнее национального начала. «Количество евреев-христиан за весь исторический период», пишет он, «было настолько велико, что они могли бы образовать многочисленный народ, но все они ассимилировались среди окружающих народов, не оставив и следа в своем собственном народе. Евреи, принимавшие крещение, приняли и другую культурную традицию, другой язык, другое богослужение». Общая вера значит для людей больше чем национальные и родственные связи.

Достаточно в выражениях «еврейское христианство», «русское христианство» делать, как оно и положено, ударение на вторую часть, чтобы заметить абсурдность разговора о «конфликте», который возник в христианской Церкви «на почве появления значительного количества евреев». Где такой конфликт возник, там нет ни Церкви ни христианства, и весь разговор надо вести иначе и о другом. Для настоящих верующих сама речь о возможности такого конфликта среди них обидна, служит им лишь еще одним вызовом, еще одним поводом проверить чистоту своего христианства: когда и как они дали повод, если дали, для такой обиды.

Положительным содержанием за сомнениями М. Агурского стоит по-видимому вот что. Апостол Павел говорит (Рим 3,1), что иудеи имеют огромную фору, запас (????????) в сравнении с остальными. У них большое богатство закона и пророков, у них земные корни. Из этих корней, говорил наш Владимир Соловьев, выросла «девственная лилия христианства». Но напрасно думать будто это дает иудеям какое-то преимущество в деле спасения или назначает им в христианстве особое место (Рим 3, 9). Скорее наоборот.

Зачем человеку креститься?

Когда идешь по деревне, почему-то наперед знаешь, что в зажиточный дом не пустят, не накормят там и не напоят, а примут в бедном. Примерно так же приучило за долгие века смотреть на себя иудейство, хранящее богатства слова Божия и не потому ли «с грустью отходящее» в ответ на призыв Христа следовать за Ним.

Поэтому когда снова и снова (а идет всё издавна, см. напр. «Новозаветный Израиль» о христианской еврейской общине в Кишиневе В. С. Соловьева) строятся замыслы взрастить христианство заново из иудейского корня, приходится спрашивать,  хватит ли у иудеев энергии, не сливаясь с соседними великими христианскими народами, вырваться из того сонного помрачения, из которого их не вывела живая апостольская и святоотеческая проповедь в первые века христианства. Дело ведь должно идти не об абстрактных возможностях насаждения «еврейского христианского движения» в синагоге, а о практических силах для того. Есть ли силы или вся забота не о Христе вовсе, а о своем, домашнем? Я пойду за тобою, Господи, как бы говорится тут, но прежде позволь мне проститься с домашними моими. «Но Иисус сказал ему: никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Божия» (Лук 9, 61–62).

Мы уж не говорим о том что принадлежность к иудейству намного сложнее чем отметка в паспорте о национальности… Не плоть здесь определяет (Рим 9, 8) и «не тот Иудей, кто таков по наружности, и не то обрезание, которое наружно, на плоти; но тот Иудей, кто внутренно таков, по духу, а не по букве: ему и похвала не от людей, но от Бога» (Рим 2, 28–29).

Следующая глава >

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *