Римо — католическое учение о филиокве

Иван Валерьев

В Никео-Константинопольском Символе веры исповедуется вера в Духа Святого, «от Отца исходящего». У римокатоликов в тексте восьмого члена Символа веры сделана вставка «и Сына (Filioque)». Тем самым этот член Символа приобретает вид: «от Отца и Сына исходит» (Patre Filioque procedit).

Основы этого учения были заложены блаж. Августином, триадология которого существенно отличалась от тринитарного учения восточных отцов IV в. и оказала решающее влияние на последующее развитие западного тринитарного богословия.
В своих размышлениях о Троице блаж. Августин исходит не из созерцания троичности Лиц, а из идеи единства абсолютно простой Божественной сущности, которая проявляется в Трех Божественных Лицах. При этом Лица мыслятся блаж. Августином как некоторая система дифференцирующих сущность внутрисущностных отношений503, для понимания которых человек должен обратиться к внутреннему миру собственной души, сотворенной по образу Божию. В человеческой душе блаж. Августин усматривает триединство памяти, мышления и воли. Эту психологическую аналогию он переносит с образа на Первообраз и мыслит отношения Божественных Лиц по образу отношения памяти, мышления и воли в человеке: Память, или Ум (Отец), Мышление, или Знание (Сын), Воля (Святой Дух).

Впрочем, филиоквистские высказывания встречаются у блаж. Августина только в трактате «О Троице». В других его произведениях содержатся высказывания, являющиеся прямым отрицанием учения о двойном исхождении Святого Духа: «Мы называем Его не Сыном и не Отцом, но именно Святым Духом… Дух Святой не есть рожденный от Отца, подобно Сыну… не есть от Сына, как внук верховного Отца, но , что Он всем, что Он есть, никому не должен, кроме Отца, из Которого все, – чтобы не допустить нам двух начал без начала (duo… principia sine principio), что совершенно ложно и нелепо и свойственно не кафолической вере, а заблуждению некоторых еретиков».

Широкое распространение Filioque получило в IX столетии благодаря деятельности императора Карла Великого, насаждавшего эту тринитарную доктрину в пределах своей империи. Римские папы в течение долгого времени были противниками внесения вставки Filioque в текст Символа веры. Так, папа Лев III (795–816 гг.) не только отказался выполнить требование Карла, но, желая предотвратить и в будущем возможность искажения Никео-Константинопольского Символа веры, приказал вырезать текст Символа без Filioque на двух серебряных досках – на греческом и латинском языках – и положил их рядом с гробницами свв.

Что такое филиокве с точки зрения православной догматики?

апостолов Петра и Павла, сопроводив надписью: «Я, папа Лев, сделал это по любви к православной вере и ради сохранения ее». В начале XI в. Рим и папский престол оказались во власти германского императора. В 1014 г. император Генрих I, движимый антивизантийскими настроениями, сумел принудить папу Бенедикта VIII внести Filioque в Символ веры . Собор в г. Бари (1098 г.) под председательством папы Урбана II объявил всех, кто не разделяет учение о Filioque, еретиками. Окончательно это учение было сформулировано и догматизировано Католической церковью в 1438 г. на Ферраро-Флорентийском соборе.

На Востоке учение о двойном исхождении Святого Духа не имело приверженцев. Обстоятельная критика учения о Filioque впервые была дана свят. Фотием Константинопольским.

Латинское учение о двойном исхождении Святого Духа (от обоих, лат. ab utroque) следует отличать от высказываний некоторых восточных отцов, согласно которым Святой Дух исходит от Отца через Сына (лат. per Filium).

© Copyright: Иван Валерьев, 2017
Свидетельство о публикации №217121501244

Список читателей / Версия для печати / Разместить анонс / Заявить о нарушении

Другие произведения автора Иван Валерьев

Рецензии

Написать рецензию

Другие произведения автора Иван Валерьев

Добавьте в закладки эту страницу, если она вам понравилась. Спасибо.

История сюрреализма. Сюрреализм Сальвадора Дали

см. также Манифест Андре Бретона, Сюрреалистические стихи

Понятие сюрреализма

Сюрреализм (фр. surrealisme — сверхреализм) — модернистское направление в литературе, изобразительном искусстве и кино, зародившееся во Франции в 1920-х гг. и оказавшее большое влияние на западную культуру. Для сюрреализма характерно пристрастие ко всему причудливому, иррациональному, не соответствующему общепринятым стандартам. Само движение было разнородным, но ставило своей основной целью раскрепощение творческих сил подсознания и их главенство над разумом.
В определённый мере предшественниками сюрреалистов были дадаисты (члены этого движения рассматривали искусство как декадентское и искусство среднего класса. Они устраивали акции (сейчас это часто называется "хэппенинг"), имеющие целью шокировать общество, и создавали работы из нетрадиционных или "случайно найденных" материалов).
По определению основателя и идеолога этого направления Андре Бретона: "Сюрреализм есть чистый психический автоматизм, имеющий целью выразить, или устно, или письменно, или другим способом, реальное функционирование мысли. Диктовка мысли вне всякого контроля со стороны разума, вне каких бы то ни было эстетических или нравственных соображений".
Вокруг писателя и теоретика искусства Андре Бретона группируется ряд единомышленников — это художники Жан Арп, Макс Эрнст,литераторы и поэты — Луи Арагон, Поль Элюар, Филипп Супо и др. Они не просто создавали новый стиль в искусстве и литературе, они, в первую очередь, стремились переделать мир и изменить жизнь. Они были уверены в том, что бессознательное и внеразумное начало олицетворяет собой ту высшую истину, которая должна быть утверждена на земле.
Свои собрания эти люди называли термином sommeils — что означает "сны наяву". Во время своих "снов наяву" сюрреалисты (как они себя назвали, позаимствовав слово у Гийома Апполинера) занимались странными вещами — они играли. Их интересовали случайные и бессознательные смысловыне сочетания, которые возникают в ходе игр типа "буриме": они поочереди составляли фразу, ничего не зная о частях, написанных другими участниками игры. Так однажды родилась фраза "изысканный труп будет пить молодое вино".

Римско-католическое учение об исхождении св. Духа от отца и сына ("филиокве")

Целью этих игр была тренировка отключения сознания и логических связей. Таким образом из бездны вызывались глубинные подсознательные хаотические силы.
Теоретик и основоположник сюрреализма Андре Бретон утверждал, что это направление должно разрешить противоречие между мечтой и действительностью и создать некую абсолютную реальность, сверхреальность. Несмотря на все попытки Бретона сплотить сюрреалистов, им недоставало единодушия: они постоянно спорили, выступали с взаимными обвинениями и исключали из своих рядов несогласных.
В основе сюрреализма лежат теория Фрейда о подсознании и его метод "свободных ассоциаций" для перехода из сознания в подсознание. Однако формы выражения этих идей были у сюрреалистов весьма различны. Например, Дали со скрупулёзной точностью, "правдоподобием", выписывал каждую деталь на своих алогичных, похожих на кошмарные сны картинах, усугубляя впечатление галлюцинации или бреда, тогда как Макс Эрнст работал над полотнами как бы автоматически, "отключив" разум, предпочитая произвольные образы, нередко переходящие в абстракцию. Жан Миро, тем не менее, отличался от остальных художников сюрреалистов разнообразием и жизнерадостностью полотен.

В период между двумя мировыми войнами сюрреализм стал самым распространённым, хотя и самым противоречивым направлением. Его последователи появились не только в Европе, но и в США, куда многие писатели и художниками эмигрировали в военную пору. Отличаясь широтой подхода и богатством форм, Сюрреализм облегчил восприятие кубизма и абстрактного искусства, а его методы и техника повлияли на творчество писателей и художников многих стран мира.

Предпосылки образования сюрреализма (Дадаизм)

В формировании сюрреализма важное место занимает предшествовавшее ему течение — дадаизм.
Дадаизм (франц. dadaizme, от dada — "конёк", деревянная лошадка, в переносном смысле бессвязный детский лепет) — модернистское литературно-художественное течение, существовавшее между 1916 — 1922 гг.
Возникло в Цюрихе в среде анархиствующей интеллигенции, воспринявшей 1-ю мировую войну как развязывание в человеке извечных звериных инстинктов, а разум, мораль и эстетику — как их лицемерную маскировку.
Методы дадаистов (художники французы М. Дюшан, Ф. Пикабия, Ж. Арп, немцы М. Эрнст и К. Швиттерс, французский поэт, румын по происхождению Т. Тцара, немецкий поэт Р. Гюльзенбек, румынский писатель М. Янко и др.) сводились к разного рода скандальным выходкам — заборным каракулям, псевдотехническим чертежам, бессмысленным сочетаниям слов и звуков, комбинациям случайных предметов и наклейкам на холст (коллаж) и т.д.
Дадаисты первыми положились на Случай как на главный рабочий инструмент. Художники стали бросать на холст краски, предоставляя красочному веществу и силе броска самим образовывать иррациональные конфигурации. Сам творец рассматривался при этом как орудие, марионетка каких-то мировых сил.
Дадаисты выпускали в Цюрихе журнал "Кабаре Вольтер" ("Cabaret Voltaire", 1916-1917 гг.).
После войны группа разделилась. В 1919 Тцара переехал во Францию и возглавил группу т.н. абсолютных дадаистов (А. Бретон, ранние Л. Арагон и П. Элюар, Ж. Рибмон-Дессень и др.), выпускавшую альманах "Дада" и журналы "Литератюр" ("Literature"), "Проверб" ("Proverbe"), "Каннибаль" ("Cannibale") и др. Группа ратовала за "абсолютное", лишенное социальной функции, искусство
В Германии группы дадаистов сложились в Берлине (1917-1920 гг.), Кёльне (1918-1920 гг.) и Ганновере (1919 г.). Особняком стояла группа "политических дадаистов", чьи выходки приобретали подчас характер анархического протеста против милитаризма и буржуазного строя.
В 20-х гг. во Франции дадаизм слился с сюрреализмом (перенявшим парадоксальность приемов дадаизма), а в Германии — с экспрессионизмом. некоторые из "политических дадаистов" впоследствии порвали с безыдейностью дадаизма и, перейдя на позиции революционного пролетарского искусства, применили в новых целях приемы уличного рисунка в сатирической графики (Ж. Грос) и монтажа в политическом плакате (Дж. Хартфилд).
Сюрреалистическое отношение к бессознательному, к стихии хаоса прямо вырастает из дадаистского "посева". Однако направленность творческой активности у сюрреалистов была иной: не просто разрушительной, а созидательной, но через разрушение.

Основные идеи и направления сюрреализма

По-мнению Макса Эрнста — одним из первых революционных актов сюрреализма было то, что он настаивал на чисто пассивной роли так называемого автора в механизме поэтического вдохновения и разоблачал всяческий контроль со стороны разума, морали и эстетических соображений. Чтобы освободиться от "контроля разума" сюрреалисты применяли два вида приемов. Это были чисто механические методы "охоты за случайностью" (например, подкладывали под лист бумаги шероховатые поверхности и натирали бумагу сухими красками, получая при этом фантастические конфигурации, напоминавшие заросли фантастического леса — техника "фроттажа").
Ведущие мастера не могли удовлетвориться такими примитивными методами. Они добивались и внутренней, личностной иррациональности, отключения разума на уровне психической жизни. Для этого практиковались своеобразные формы зрительного самогипноза. "Завораживающая" сила, как известно, проявляется при длительном наблюдении языков пламени, движения облаков и т.п.
Переход от "механических" приемов к "психическим" (или психоаналитическим) постепенно захватил всех ведущих мастеров сюрреализма.
Андре Массон сформулировал три условия бессознательного творчества:

  • освободить сознание от рациональных связей и достичь состояния, близкого к трансу;
  • полностью подчиниться неконтролируемым и внеразумным внутренним импульсам;
  • работать по возможности быстро, не задерживаясь для осмысления сделанного.

Под этими рекомендациями мог бы подписаться и Сальвадор Дали. Сам Дали возлагал большие надежды на освобождающую силу сна, поэтому принимался за холст сразу же после утреннего пробуждения, когда мозг еще полностью не освободился от образов бессознательного. Иногда он вставал среди ночи, чтобы работать. По сути дела, метод Дали соответствует одному из фрейдовских приемов психоанализа: записывание сновидений как можно скорее после пробуждения (считается, что промедление приносит с собой искажение образов сна под воздействием сознания).
Своеобразными "тренировками" были собрания сюрреалистов, которые они называли термином sommeils — что означает "сны наяву". Во время своих "снов наяву" они играли. Их интересовали случайные и бессознательные смысловые сочетания, которые возникают в ходе игр типа "буриме": они по очереди составляли фразу, ничего не зная о частях, написанных другими участниками игры. Так однажды родилась фраза "изысканный труп будет пить молодое вино". Целью этих игр была тренировка отключения сознания и логических связей. Таким образом из бездны вызывались глубинные подсознательные хаотические силы.

Сюрреализм Сальвадора Дали

Сам Дали так пишет о том, как начиналось его сюрреалистическое творчество: "Но вот случилось то, чему суждено было случиться, — явился Дали. Сюрреалист до мозга костей, движимый ницшеанской "волей к власти", он провозгласил неограниченную свободу от какого-либо эстетического или морального принуждения и заявил, что можно идти до конца, до самых крайних, экстремальных пределов в любом творческом эксперименте, не заботясь ни о какой последовательности или преемственности"(3).
Для сюрреализма в том виде, как его исповедовал Дали, нет ни политики, ни интимной жизни, ни эстетики, ни истории, ни техники и ничего другого. Есть только Сюрреалистическое Творчество, которое превращает в нечто новое все то, к чему оно прикасается.
Дали прикасался буквально ко всему, что было существенно для человека его времени. Его картины не обошли таких тем, как сексуальная революция ("Загадка желания", "Великий мастурбатор") и гражданские войны ("Лицо войны", "Предчувствие гражданской войны"), атомная бомба ("Расщепление атома") и нацизм ("Загадка Гитлера"), католическая вера ("Corpus hupercubus", "Христос святого Хуана де ля Крус") и наука, классическое искусство музеев и даже приготовление еды. И почти обо всем он высказывал что-то немыслимое, что-то шокирующее практически всех здравомыслящих людей. И этот вызов был не только его личным делом, это было целью сюрреализма. Дали действительно был сюрреалистом до мозга костей. В сюрреалистические образы превращалось все, что он делал или говорил. Дали всерьез пестовал и культивировал свое сюрреалистическое "Я" теми самыми способами, которые особенно ценились и почитались всеми сюрреалистами. В глазах "разумных и нравственных" людей радикальная философия сюрреализма, взятая совершенно серьезно и без всяких оговорок (как у Дали), вызывает протест.
В той или иной степени Дали обошелся дерзко, провокационно, парадоксально, непочтительно буквально со всеми теми идеями, принципами, ценностями, явлениями и людьми, с которыми он имел дело. Это относится к политическим силам ХХ века, к собственной семье, к правилам приличий, к картинам старых мастеров. Он взял идеи сюрреализма и довел их до крайности. В таком виде эти идеи действительно превратились в динамит, разрушающий все на своем пути, расшатывающий любую истину или принцип, если они опираются на основы разума, порядка веры, добродетели, гармонии, идеальной красоты — всего того, что стало в глазах радикальных новаторов искусства и жизни синонимом обмана и безжизненности. Парадоксальные суждения Дали об искусстве приводили в ярость как сторонников радикального авангардизма, так и консерваторов-традиционалистов. С одной стороны он проповедовал "музейный стиль" в живописи, а с другой стороны — предлагал разрушить исторический центр Барселоны, чтобы постоить на этом месте город будущего. Дали настроил против себе своих друзей-сюрреалистов, которые стали его всерьез отрицать и опровергать.
Но бессмысленно упрекать Дали в непоследовательности, т.к. алогизм и иррациональность — его программа и его стихия. Именно таков был метод творчества Дали и в жизни, и в искусстве. Он похож на рискованный эксперимент со смыслами и ценностями европейской традиции. Дали словно испытывает их на прочность, сталкивая между собой и причудливо соединяя несоединимое. Но в результате создания этих чудовищных образных и смысловых амальгам явно распадается сама материя, из которой они состоят. Дали опасен для тихого и уютного устройства человеческих дел, для человеческого "благосостояния", потому что он дискредитирует смысл и ценности культуры. Он дискредитирует и религию и безбожие, и нацизм и антифашизм, и поклонение традициям искусства, и авангардный бунт против них, и веру в человека и неверие в него.

Сюрреализм в действительности есть не течение в искусстве, а именно тип мышления, система ментальности, способ взаимодействия с миром и, соответственно, стиль жизни. Когда один из журналистов спросил Сальвадора Дали, что же такое сюрреализм, художник ответил: "Сюрреализм — это Я".

Список литературы:

  1. А.К. Якимович "Сюрреализм и Сальвадор Дали": Вступительная статья. "Дневник одного гения" М.: "Искусство", 1991, с.5-43.
  2. Большая Советская энциклопедия, Издательство "Советская энциклопедия", Москва, 1972
  3. Сальвадор Дали, "Дневник одного гения", Издательство "Эксмо", Москва, 2006

предыдущая глава     К оглавлению     следующая глава

Вероучение Римо-католической Церкви

Учение об исхождении Св. Духа не только от Бога-Отца,
но "и от Сына" (filioque)

Учение Римо-католической Церкви об исхождении Св. Духа не только от Отца, но и от Сына, явилось одной из основных догматических причин разделения Церквей и до сих пор остается важнейшим вероучительным заблуждением католичества, которое препятствует любому возможному единению.

В качестве богословского мнения учение о filioque возникло задолго до разделения Церквей. Оно исходит из своеобразного толкования ряда евангельских отрывков, в которых можно усмотреть указания на такое исхождение. Например, в Евангелии от Иоанна (15:26) Спаситель говорит: "Когда же приидет Утешитель, Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, Который от Отца исходит", и в Его словах усматривается прямое доказательство исхождения от Него Св. Духа, Которого Иисус обещает послать от Себя. Очень часто используются стих из Ин.20:22, когда Иисус "сказав это, дунул, и говорит им: приимите Духа Святаго" и слова ап. Павла в Послании к Галатам "Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего" (Гал.4:6), а также ряд других отрывков.

Следует учитывать, что евангельское представление о Третьем Лице Св. Троицы не отличается такой же полнотой и определенностью как ветхозаветное учение о Боге-Отце и новозаветное учение о Боге-Сыне. Почти все, известное нам о Третьем Лице Св. Троицы, содержится в прощальной беседе Господа с учениками на Тайной Вечери в изложении Евангелия от Иоанна. Парадоксальным образом мы больше знаем о благодатном участии Св. Духа в жизни мира, чем о его Троическом бытии. Принципиальная ограниченность земных представлений в описании троических отношений, о которой писал Св. Григорий Богослов: "Объясни … мне нерожденность Отца, тогда и я отважусь естествословить о рождении Сына и об исхождении Духа" более всего коснулась образа исхождения Св. Духа. Достаточно рано односторонние воззрения на Второе Лицо Св. Троицы проявились в савеллианской и македонианской ересях.

Значительное развитие это учение получило на II Вселенском Соборе, отцы которого вместо краткой никейской формулы "веруем и во Святаго Духа" дали развернутое определение "и в Духа Святаго, Господа Животворящего, Иже от Отца исходящего", которое достаточно определенно свидетельствует о способе исхождения Св. Духа и не дает оснований для разномыслии, впоследствии утвердившихся в западном богословии в учении об исхождении Его "и от Сына".

Распространение на Западе учения о filioque связывают с именем блж. Августина, который учил о Св. Духе как "о самом общении Отца и Сына и, … той самой божественности, под которой разумеется … взаимная любовь между собою Того и Другого". На его авторитет прямо ссылается Толедский собор 688 г.: "Мы принимаем учение великого учителя Августина и следуем ему".

Действительно, именно блж. Августин впервые авторитетно заявил об исхождении Св. Духа "и от Сына" в толковании эпизода из Евангелия от Иоанна (20:22), когда Иисус "сказав это, дунул, и говорит им: приимите Духа Святаго". По мысли блж. Августина "почему нам не веровать, что Св. Дух исходит и от Сына, когда Он есть Дух также Сына? Ибо если бы Он не исходил от Него, то, явившись ученикам после Своего Воскресения, Он — Сын — не дунул бы на них, говоря: приимите Духа Святаго, ибо что другое означало оное, если не то, что Св. Дух исходил и от Него".

Однако, многие исследователи справедливо обращают внимание на то, что "Августин в различных смыслах понимал исхождение Духа от Отца и исхождение от Сына … под исхождением Духа от Отца он разумел исхождение Его … по началу Своего бытия", тогда как "под исхождением Духа от Сына он разумел … совечное с Его исхождением от Отца пребывание в Сыне". Блж. Августин, несомненно, стоял у истоков учения о filioque, но он не придавал этим словам того значения, которое оно приобрело в позднейшем развитии, и отнюдь не считал его догматической истиной.

Тем не менее, богословские мнения об участии Сына в изведении Св. Духа получили распространение в Западной Церкви, например, в лице папы Льва Великого, Проспера Аквитанского, Павлина Ноланского, а позднее, — папы Гормизда и Исидора Севильского. Впервые filioque получило церковное признание в Испании, на Толедском соборе 589 г., причем, скорее по практическим чем догматическим соображениям. На этом соборе Православие приняли вестготы-ариане и для того, чтобы догматически восполнить арианское умаление троического достоинства Второго Лица Св. Троицы оно было усилено дополнительным троическим качеством изведения Св. Духа. Равночестное со Отцем участие Сына в изведении Третьего Лица Св. Троицы должно было утвердить в глазах ариан равное троическое достоинство Сына и Отца.

Учение о filioque, очевидно, не было известно за пределами латинского мира вплоть до VII в., когда внимание восточного богословия привлекло исповедание веры папы Феодора I, содержавшее filioque. Разрешением этого недоумения занялся Св. Максим Исповедник, и, по изучении дела, он пришел к выводу о том, что "многочисленными свидетельствами они доказали, что они не делают из Сына причину Св. Духа, ибо они знают, что единое начало и Сына и Духа есть Отец — Одного через рождение, Другого — через исхождение. Но их формулировка имеет целью показать, что Дух исходит через Сына и, таким образом, установить единство и тождество сущности". В этом определении Св. Максима мы встречаем несколько двусмысленную формулировку "через Сына", об истинном значении которой будет сказано позже.

Послание Св. Максима Исповедника умиротворило Восток, пока в 808 г. не произошел второй случай с франкскими монахами-паломниками, прибывшими в Иерусалим. Во время совершения литургии они пели Символ веры с filioque, что не ускользнуло от внимания местных иноков и послужило поводом для нового разбирательства. Заслуживает внимания то, что прещений на франков Иерусалимская Церковь не наложила.

Первая попытка добиться общего признания filioque Западной Церковью произошла на Аахенском соборе 809 г. Причины вновь были более историческими чем собственно церковными. Решение об исхождении Духа Святаго от Отца и Сына было принято под влиянием франкского императора Карла Великого, который участием в догматических делах Церкви стремился утвердить свое не только государственное, но и церковное равноправие с византийскими императорами.

Следует сказать, что признание filioque в Западной Церкови было далеко не всеобщим. Попытки догматизировать это учение послужили причиной серьезных догматических споров в конце VII-VIII вв. Против изменения соборно утвержденного Символа веры высказывались многие видные западные богословы, например, Алкуин. Папа Лев III не мог заставить Карла отказаться от filioque, но сам решительно отказался принять эту вставку, потому что "незаконно писать или петь ее там, где она была запрещена Вселенскими Соборами".

Критическое богословское рассмотрение западного учения об исхождении Св. Духа предпринял в IX столетии патриарх Константинопольский Фотий, который изложил четыре группы доводов против такого образа мыслей в сочинении "Тайноводство о исхождении Духа Святаго". На Свято-Софийском соборе 879-80 г. было запрещено измененять Никео-Цареградский Символ веры и Западная Церковь в лице папы Иоанна VIII подтвердила это фактическое осуждение filioque.

Однако, решения Свято-Софийского собора лишь на время приостановили догматизацию учения об исхождении Св. Духа "и от Сына". В 1014 г. папа Бенедикт VIII включил filioque в западный символ веры и ускорил этим назревавшее разделение Церквей. Многие исследователи соглашаются в том, что истинной причиной раскола 1054 г. была не столько догматическая сторона учения об исхождении Св. Духа от Отца и Сына, сколько сам факт "посягательства епархиального мнения на вселенское единоверие". Как частное богословское мнение Запада и даже как теологумен оно было известно Востоку как минимум в течение нескольких столетий, но "многие западные отцы древней Церкви, проповедавшие filioque жили и умирали в общении с Восточной Церковью, которая равно чтит их память. Патриарх Фотий, боровшийся с этим учением, тем не менее имел общение с Западной Церковью" . Решительное осуждение вызвало, скорее, не само учение о filioque, а попытка его догматизации. Восточная Церковь восстала против открытого попрания правил целого ряда соборных постановлений, в частности, 7 правила III Вселенского Собора, которое категорически запрещало любое изменение Никео-Цареградского Символа веры.

После Великого раскола учение об исхождении Св. Духа неизменно оказывалось в центре любой полемики или унии Востока с Западом. Обоснованию этого догматического мнения посвящали свои труды выдающиеся схоластики Запада, прежде всего Фома Аквинский. Окончательное догматическое утверждение в Римо-католической Церкви оно приобрело как раз на объединительных соборах: Лионском (1274 г.) и Ферраро-Флорентийском (1431-39 гг.). На Востоке тема filioque получила основательную богословскую разработку, в частности, в трудах Константинопольского патриарха Григория Кипрского и святителя Григория Паламы.

Осуждение учения о filioque было подтверждено "Окружным посланием восточных патриархов" 1848 г., где прямо говорится о том, что "учение … об исхождении Святаго Духа есть и именуется ересью, а умствующие так еретиками, по определению святейшего Дамаса, папы Римского, который говорил так "кто об Отце и Сыне мыслит право, а о Духе Святом неправо, тот еретик".

В конце XIX — начале XX вв. значительное участие в изучении проблемы filioque принимали русские православные богословы. Обостренный интерес к ней был вызван попытками воссоединения с Православной Церковью старокатолического движения, вероисповедание которого унаследовало римо-католическое учение об исхождении Св. Духа. В русской богословской науке сложилось два основных мнения о подлинной природе этого учения.

Одно из них представлено, в частности, В. Болотовым в его знаменитых тезисах о filioque. Вместе с рядом других богословов он считал, что учение о filioque можно признать теологуменом, имеющим право на существование и получившим еще в древности косвенное признание Восточной Церкви.

Другое мнение, которого придерживался, ряд современников В. Болотова, а затем, в частности, В. Лосский отстаивало глубокую догматическую разницу между православным пониманием исхождения Св. Духа и римо-католическим учением, усматривая в нем причину различного понимания триадологии.

Если историческая роль filioque представляется достаточно ясной, то его богословская оценка затрудняется тем, что некоторые восточные отцы, в частности, Св. Максим Исповедник, чьи слова были приведены выше, Св. Василий Великий, Св. Григорий Нисский и Св. Григорий Богослов, а также Св. Иоанн Дамаскин допускали выражения, предполагавшие ис-хождение Св. Духа от Отца чрез Сына. Например, Св. Иоанн Дамаскин писал "Бог … всегда был Отцом, имея из Себя Самого Свое Слово и чрез Свое Слово исходящего из Него Своего Духа". В "Определении православия … патриарха Тарасия", одобренном VII Вселенским Собором и папой Адрианом, говорится: "Верую во Единого Бога Отца Вседержителя, и во единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия … и в Духа Святаго, Господа животворящего, от Отца чрез Сына исходящего".

Догматический смысл формулировки "чрез Сына" состоит в том, что такого рода исхождение Св. Духа "от Отца чрез Сына" отличается по своей природе от Его вневременного исхождения "от Отца", в котором Он обретает Свое троическое бытие. Исхождение от Отца есть исхождение от Первопричины в пределах Св. Троицы, тогда как исхождение "чрез Сына" понимается православным богословием как "энергийное сияние", исхождение Св. Духа из пределов Св. Троицы для благодатного освящения мира.

Константинопольский патриарх Григорий Кипрский в XIII столетии весьма поэтично изъяснил догматическое значение исхождения Св. Духа "чрез Сына": "Дух имеет Свое бытие от Отца, Который есть единственная Причина, из Которой Он исходит вместе с Сыном Своим, свойственным Ему способом, являясь одновременно через Сына, через Него и при Нем возсия-вая — так же как свет исходит от солнца вместе с лучом, сияет и является через него и при нем и даже от него … ведь и вода, которую черпают из реки существует из нее; так и свет существует из луча. Но ни тот, ни другая не имеют причиной своего бытия эти две вещи" .

В своем богомыслии как Запад так и Восток исходил из тех наименований и ипостасного порядка Лиц Св. Троицы, которые были указаны Самим Господом в заповеди "идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Св. Духа" (Мф. 28:19).

С другой стороны, человеческий разум невольно пытался постичь тайну небесного бытия Лиц Св. Троицы, прилагая к Ним смысловую окраску, которую Их имена имели в земных представлениях. При этом общее представление о Третьем Лице Св. Троицы во многом определялось Его наименованием в Евангелии, т.к. более полного знания о Нем Откровение нам не дает.

Рассматривая filioque как соблазн человекоуподобления в представлениях о божественном бытии Св. Троицы мы видим как искажающее воздействие человеческого сознания проникает чрез наименование Лиц Св. Троицы в образ постижения Их неизреченного бытия. Слово Божие — Вторая Ипостась Св. Троицы — имеет вечное бытие с Богом-Отцом, временнòе Его воплощение превосходило пределы нашего постижения, поэтому, если Родителю усвояется имя — Отец, а Родившемуся — Сын, то только в Их явлении человеку. Наименование Третьего Лица Духом Святым также не что иное как снисхождение к человеческим понятиям. Неизбежность такого снисхождения остается единственной причиной того, что Первая, Вторая и Третья Ипостаси Св. Троицы умопредставляются как Отец, Сын и Св. Дух. Суждение об Их внутренней жизни не может быть основано на этом человеческом умопредставлении. Нам известно только, что Первое Лицо Св. Троицы является причиной бытия Сына и Св. Духа, внутренняя же жизнь Божества недоступна человеческому определению. Другими словами, богословие может только утверждать, что в Боге Три Ипостаси одинаковой совечности, и что Одна из Них — причина бытия Двух Других. Об остальном блж. Августин говорил, что "это не может изъяснить язык даже ангельский, а не то человеческий" .

Два первых Лица Св. Троицы обладают совершенно определенными собственными чертами, которые позволяют различать род Их троического бытия без всякого смешения. Логическая связь Отца и Сына есть связь непосредственная … Оба понятия немыслимы одно без другого, ибо когда мы произносим слово "Отец", то мы тем самым мыслим эту личность обладающей свойствами отца, то есть имеющим Сына. Логическая связь Отца и Духа Святаго уже не имеет такой силы, ибо между словами "Отец" и "Дух" нет столь же непосредственной связи как между "Отец" и "Сын". У нас нет и Господь не открыл нам какого-либо особого наименования третьей Ипостаси, которое связывало бы ее с именем первой столь же необратимо как последняя связана со второй. "Отец" и для Духа Святаго является прежде всего как Отец Сына . В этом и заключается логический соблазн рассудочного восприятия откровения о Св. Троице как идущего от Отца к Сыну и чрез Сына ко Св. Духу .

Кроме того сама историческая последовательность откровения Лиц Св. Троицы в Св. Писании, повествующем вначале о Боге-Отце и прикровенно — о Боге-Сыне, затем — о Боге-Сыне и прикровенно — о Св. Духе может восприниматься рациональной богословской мыслью как обоснование того неравноценного рода троического бытия Св. Духа, который утвердился на Западе с принятием filioque.

Св. Дух в учении о Св. Троице отличает, по словам В.Лосского "характерная безымянность". По мысли Фомы Аквинского у Третьего Лица Св. Троицы нет собственного имени и имя "Дух Святый" дано ему согласно обычаю Священного Писания. Наименование Святаго Духа указывает черты бытия, приложимые, в известной степени, и к Отцу и к Сыну, Которым присуща и духовная природа и святость. Таким образом, определяющие бытие Св. Духа признаки могут более выражать содержание всей троичной жизни, нежели собственное ипостасное бытие Третьего Лица или, по словам В. Лосского, "наименование "Дух Святой" как таковое можно было бы также относить не к личностному различению, а к общей природе Трех" . С известной долей уверенности, мы можем говорить, что в этом же русле развивалась и мысль блж. Августина, когда он говорил Св. Духе как "о самом общении Отца и Сына и, … той самой божественности, под которой разумеется … взаимная любовь между собою Того и Другого". В данном случае мы опять-таки видим указание на личное, ипостасное свойство Третьего Лица Св. Троицы, соотнесенное с бытием двух первых Лиц и Св. Дух становится как-бы зависимым, служебным Лицом Св. Троицы, Его собственное ипостасное бытие угнетено.

Подобная же неопределенность отличает наше человеческое представление об образе обретения Св. Духом Своего Троического бытия, ибо "термин "исхождение" можно принимать за выражение, относящееся не к одному только Третьему Лицу". Оно не имеет той силы единосущия Отцу, которую предполагает рождение Сына.

Соблазн filioque состоит, прежде всего в том, что вносится разделение в единую Первопричину бытия лиц Св. Троицы, Которой является Бог-Отец. Появляются два источника троической жизни, некий намек на двоицу: Отец, рождающий Сына и Отец вместе с Сыном, изводящие Св. Духа. Становится непонятным, как можно мыслить Бога-Отца — Единой причиной видимого и невидимого мира, если рядом с Ним будет существовать сопричина, хотя бы и в лице Сына.

Учение об исхождении Св. Духа "и от Сына" укрепляет преобладание усийного начала в троической природе, "превосходство природного единства над личностной троичностью" . Сохранить ипостасное различение Лиц Св. Троицы возможно только в пределах православного богословия, которое укрепляет это различение двумя особыми способами происхождения — рождением Сына и ничем не умаленным по сравнению в Ним исхождением Св. Духа.

Принимая во внимание трудности богословского осмысления образа Троического бытия Третьего Лица Св. Троицы, православное сознание в любом случае не может согласиться с фактом произвольного изменения соборно утвержденного Символа веры, которое послужило основной причиной Великого раскола и несомненно остается на совести духовных вождей Запада.

  1. Филарет (Вахромеев) архиеп. О филиокве. (К дискуссии со Старокатолической Церковью). — "Журнал Московской Патриархии", 1972, 1, с. 72. ^
  2. Огицкий Д.П., Козлов М. свящ. Православие и западное христианство. МДА, 1995, с. 89. ^
  3. Воронов Л. свящ. Вопрос "О Филиокве" с точки зрения русских богословов. — "Богословские труды", сборник, посвященный 175-летию ЛДА, с. 101-2. ^
  4. Лосский В.Н. Исхождение Святого Духа в православном учении о Троице. — "Журнал Московской Патриархии", 1973, № 9, с. 63. ^
  5. Филарет (Вахромеев), архиеп. О филиокве. (К дискуссии со Старокатолической Церковью). — "Журнал Московской Патриархии", 1972, 1, с. 66. ^
  6. Лосский В.Н. Исхождение Святого Духа в православном учении о Троице.

    Филиокве как искажение учения о Пресвятой Троице.

    — "Журнал Московской Патриархии", 1973, № 9, с. 67. ^

  7. Там же, с. 63. ^

предыдущая глава     К оглавлению     следующая глава

Одним из основных различий между православными и франко-латинянами является учение о Святом Духе, так называемое Filioque. Франко-латиняне добавили в Символ веры эту фразу потому, что якобы Святой Дух исходит от Отца и от Сына (Filioque), искажая таким образом слово Христа и учение Отцов Церкви, как оно было выражено соборно на II Вселенском Соборе и на других Соборах. На этом пункте была сосредоточена антиеретическая полемика многих Отцов. Здесь я напомню главным образом о трех великих Светильниках, то есть свт. Фотие Великом, свт. Григорие Паламе и свт. Марке Эфесском Евгенике.

В западной части объединенной Римской империи очень рано начало развиваться учение о том, что Святой Дух исходит от Отца и от Сына, тем самым разрушалось внутритроичное отношение между Лицами Святой Троицы. Однако, с течением времени, эта тема в конечном итоге стала центральным пунктом отличия Западной «Церкви» от Восточной Церкви. Мне хотелось бы отметить несколько характерных положений в которых проявляется упорство папизма в еретическом учении.

Когда в 1054г. кардинал Гумберт сообщал папе о том, что он положил на престол Святой Софии Константинопольской во время Божественной литургии либеллиум, в котором анафематствовался Патриарх и все православные как еретики, главным же осуждением Патриарха и православных было то, что они посеяли множество плевел и «как духоборцы и богоборцы изъяли из Символа веры исхождение Духа и от Сына». То есть нас осуждали за то, что мы удалили эту фразу из Символа веры, который установил II Вселенский собор!!

Некоторые утверждают, что эти анафемы ушли в прошлое и, следовательно, не существует проблемы. Конечно, все-таки проблема существует потому, что лишь простым деянием удалены анафемы, но не удалена ересь Filioque, которая конечно позже даже весьма усилилась.

Величайший богослов папистов Фома Аквинский, которого называют Doctor angelicus защищает эту ересь. В одном из замечаний на это учение он пишет: « Следовательно причина Святаго Духа является общей Отец и Сын». И в другом замечании он пишет: « Отец и Сын являются единой причиной Святого Духа». И он продолжает: « Хотя говорилось, что Святой Дух исходит только от Отца, но не исключается и Сын в этом исхождении».

Все попытки для соединения «Церквей» после схизмы 1054г. имели своим центральным вопросом ересь Filioque, с тем различием, что православные предлагали изъять добавление из учения Символа веры, в то время как латины чрезмерно удерживали это учение и конечно же утверждали, что православные убрали из Символа веры эту фразу. Показательным является то, что на Соборе в Лионе в 1274г. и на Соборе Ферраро-Флорентийском 1438–39гг. Filioque было центральным вопросом собеседований и конечно же позже после оказанного давления и насилия рассматривалось у православных как необходимое для исключения, как об это говорил свт. Марк Евгеник. Но и все стремления православных привести латинян к православной вере наталкивались на их догматическое учение о Filioque.

Итак, схизма между двумя Церквами произошла из-за ереси Filioque, и по этому поводу Геннадий Схоларий сказал: «Схизма конечно же произошла из-за добавки в Символ, является достойным вернуть латинян через отвращение от прибавки». И Отцы Церкви утверждают, что невозможно вернуть обратно Папизм в Православную Церковь от которой он отпал, если он не отвратится от ереси Filioque.

Давайте же обратим наше внимание на основные положения ереси Filioque, чтобы выявить большую важность этого вопроса.

а) Согласно решению III Вселенского собора нельзя прибавлять или удалять ни одного слова из употребляемого Символа веры. И конечно Символ Никео-Константинопольский признается, потому что каждый Собор признал решения предшествующего Собора.

б) Вопрос о Святой Троице является тайной, которую невозможно понять человеческой логикой. Только догмат о таинстве Святой Троице мы можем понять, но не таинство. Это означает, что находимся в состоянии доверия богооткровенным словам Христа, не подвергая их исследованию рассудком.

в) Христос нам открыл связь Лиц Святой Троицы. Апостолы достигли личностного ведения в день святой Пятидесятницы. Таким образом таинство Святой Троицы является вопросом откровения Самого Бога а не откровения человека. Это откровение человек получил «однажды» в день святой Пятидесятницы (посл. Иуды, 3). Святые на протяжении веков участвуют в этом откровении, которое они унаследовали от Апостолов в день Пятидесятницы. Об этом говорится потому, что латиняне развили любопытную теорию, что с течением веков мы лучше начинаем понимать и углубляться в Откровение. Это имеет непосредственную связь со схоластикой. В Православии говорится, что догмат таинства Святой Троицы переживают те, которые постигают Откровение и его выражают соответственно нуждам каждой эпохи.

г) Христос открыл, что Бог Слово родился и Святой Дух исходит от Отца. Таким образом, Отец является нерождённым, Сын является рождённым и Святой Дух является исходящим. Лица Святой Троицы обладают общей сущностью, или природой, а не общими личными свойствами, которые суть – нерождённость, рождённость и исхождение. Путаница между свойствами разрушает связи Лиц Святой Троицы. Если бы Святой Дух исходил и от Отца и от Сына, тогда произошло бы следующее:

Сын должен родиться от Отца и Святого Духа, в противном случае Святой Дух был бы ниже, поскольку была бы составлена диада (Отец-Сын). Если бы было так, то для того, чтобы и Святой Дух был равнозначен другим лицам, необходимо, чтобы и из Него происходило нечто, но в таком случае исчез бы Троичный Бог, поскольку вводится четвёртое лицо.

д) Оставаясь верными слову Христову, мы говорим, что Бог Слово рождается от Отца и Святой Дух исходит от Отца (Ин. 15, 26). Однако, мы не можем понять, как Он рождается и почему так происходит. К этому вопросу мы подходим апофатически. В данном случае мы нуждаемся в так называемом апофатическом богословии. Что относится к Богу, то мы признаем, « что Он есть», то есть что Он существует, но мы не понимаем насколько « Он есть» сущность, настолько и « кто есть» личность. Ипостасные свойства, нерождённость Отца, рождённость Сына, исхождёние Святого Духа, являются образом существования, то есть является образом способом с помощью которого существуют Лица.

Таким образом Святой Дух исходит от Отца и посылается через (διὰ τοῦ Ὑιοῦ) Сына. На греческом языке иным является исхождение и иным ниспослание. Ниспослание не является ипостасным свойством, не является образом существования, но миссией. Исхождение же является ипостасным свойством, образом существования Святого Духа, в то время как ниспослание является миссией и явлением в мире, которое происходит через Сына, как и Сын воплощается через Святого Духа. Как вочеловечение Бога Слова посредством (διὰ) Святого Духа не отождествляется с причиной рождения Бога Слова от Отца, так точно и ниспослание Святого Духа через (διὰ) Христа не отождествляется с исхождением Святого Духа от Отца.

е) Свт. Григорий Палама и свт. Марк Эфесский понимают миссию и ниспослание Святого Духа через Сына как это становится очевидным при знакомстве с некоторыми древними святоотеческими текстами, в смысле явления Святого Духа в мире по энергии и во времени. То есть, иным является предвечное по сущности исхождение Святого Духа, которое совершается только от Отца, и иным является явление по энергии во времени Святого Духа, которое совершается от Отца через Сына, или даже от Отца и от Сына. Это незначительное отличие, которое является существенным, не поняли латиняне и перетолковывают соответствующие тексты.

ж) Самые основное отличие между Православием и Папизмом обнаруживается в вопросе о сущности и энергии Бога. Мы, православные, верим, что поскольку сущность Божия является нетварной, то и энергия Его является нетварной. Сущность не существует без энергии-действия. Если сущность является нетварной, то нетварной является и ее действие-энергия, и если сущность является тварной, то тварной является и её действие-энергия. Фома Аквинский и современные папские богословы верят в actus purus. (чистое действие). То есть он считает, что нетварная энергия-действие абсолютно ассоциируется с чистым действием Бога и человек не может прийти к общению и связи с Богом с помощью actus purum, но с помощью тварной энергии Бога. Таким образом в Божество латиняне вводят тварные энергии, что в действительности делает невозможным спасение человека, поскольку оно не может быть достигнуто с помощью тварных энергий.

Если кто-либо проявит внимательность, то он убедиться в том, что обсуждение вопроса об исхождении и ниспослании Святого Духа имеет отношение к вопросу о сущности и энергиях-действиях Бога. Характерно то, что диалог между свт. Григорием Паламой и схоластом Варлаамом начался с filioque и сразу же перешел к вопросу о том, является ли энергия-действие Бога нетварным или тварным.

з) История введения filioque весьма интересна. Исследования, которые были сделаны профессором протопресвитером Иоанном Романидисом, излили свет на исторические события. Он считал, что filioque использовалось франками против римлян, как западной, так и восточной частей единой Римской империи.

98. Православный и католический взгляд на Святую Троицу. О философском смысле филиокве

Римские православные папы героически сопротивлялись введению filioque в Символ веры. В конечном итоге оно было внесено, когда в первый раз на кафедру Ветхого Рима взошел итало-франкский папа Бенедикт VIII (1009–1014). Западные и восточные римляне в IX в. были православными и боролись с франками как инославными. Схизма произошла не между Римскими Папами и Римскими Патриархами, но между между Римскими Папами-Римскими Патриархами с одной стороны и франками еретиками – с другой.

и) На Ферраро-Флорентийском соборе свт. Марком Евгеником были доказаны православные взгляды. Подписание унии присутствующими православными за исключением свт. Марка Евгеника и некоторых других, было продуктом и результатом давления и трудных обстоятельств той эпохи. В итоге уния не восторжествовала по двум причинам. Первая, потому что последующие соборы её осудили, а во-вторых, потому что народ оказал сопротивление, но не потому, что он был богословски неосведомленным, но потому, что был достаточно просвёщен относительно предательства, которое было совершено. Это показывает, что собеседования необходимо проводить в духе взаимного уважения, а не с помощью политических давлений и тенденций.

к) В итоге использование различных терминов, которые возникли в западном богословии, становится средством для того, чтобы понять с помощью точного слова вопросы, относящиеся к богооткровенному богословию. Это является выражением схоластики, которая не может различить ограниченные термины рассудка, и термины, которые будут рождаются как катафатическим, так и апофатическим богословием. Но даже различные термины создали в западном богословии некий целый образ мышления, которые лишь порождает настоящий проблематизм. Поэтому различная догматическая терминология в действительности связана с отрицанием или переоценкой православного исихазма, согласно анализу свт. Григория Паламы, который является основанием православного богословия и духовной жизни.

Следовательно, истолкование терминов, которые ипспользовались с течением времени не является только темой научного анализа, но условиями для открытия истинного исихазма и жизнью им.

Что такое «филиокве»?

Вопрос: Что такое «филиокве»?

Ответ: Тезис о «филиокве» (от лат. filioque) является спорным пунктом в христианской церкви. Вопрос заключается в том, от кого приходит Святой Дух – лишь от Отца или от Отца и Сына. Латинское слово «филиокве» означает «…и Сына». Этот тезис назван так, поскольку слова «и Сын» были добавлены в Никейский символ веры, обозначая то, что Святой Дух исходит от Отца «и Сына». Данный вопрос вызвал множество споров и, в конечном итоге, привел к расколу между Римской Католической и Восточной Православной церковью в 1054 году н.э.

«Хула на Духа Святого не прощается ни в этой жизни, ни в вечной»

Между этими двумя церквями по-прежнему нет согласия по тезису «филиокве».

В Евангелии от Иоанна 14:26 нам сказано: «Заступник же, Дух Святой, которого ради Меня пошлет вам Отец…» (тут и далее современный перевод Российского Библейского Общества). Далее, в Иоанна 15:26 написано: «Но когда к вам придет Заступник – от Отца исходящий Дух Истины, которого Я вам пошлю от Отца, – он и будет Моим свидетелем». См. также Иоанна 14:16 и Филиппийцам 1:19. Эти места Священного Писания, как представляется, указывают на то, что Дух был послан Отцом и Сыном. Важным моментом в дискуссии о «филиокве» является стремление защитить божественность Святого Духа. Библия ясно учит, что Святой Дух является Богом (Деяния 5:3–4). Противники «филиокве» считают, что Святой Дух, исходя от Отца и Сына, тем самым является подчиненным Отцу и Сыну. Сторонники же «филиокве» считают, что Святой Дух, исходя от Отца и Сына, все равно является божеством в той же степени, что и Бог Отец и Бог Сын.

Противоречия в вопросе «филиокве» оспаривают аспект Божьей личности, который мы никогда не сможем полностью осознать. Как бы ни было, вечный Бог непостижим для нашего ограниченного разума. Святой Дух является Богом, и Он был послан Богом для того, чтобы «заменить» Иисуса Христа здесь на земле. На вопрос, был ли Святой Дух послан Отцом, или Отцом и Сыном, вероятно, не может быть однозначного ответа, да и нет необходимости давать на это ответ. «Филиокве», скорее всего, так и останется спорным вопросом.

English

Вернуться на русскую стартовую страницу

Что такое «филиокве»?

Все права защищены.

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *