УДК 271.21+27-9

БЫТ И НРАВЫ КОНСТАНТИНОПОЛЬСКИХ ВЛАДЫК ВО ВТОРОЙ

ПОЛОВИНЕ XIX СТОЛЕТИЯ Венедиктов В.Ю.

Автор статьи анализирует церковные конфликты второй половины XIX века между греками и болгарами. На фоне общего обострения церковного конфликта весьма интересно обратиться к истории быта, нравов и материального положения константинопольских патриархов этого времени. На основе источников Архива Внешней Политики Российской Империи автор восстановил картину быта и нрава константинопольских владык. Раскол 1872 года лишь обострил и до того напряженные отношения в среде высшей греческой иерархии Константинопольской Церкви.

Ключевые слова: церковная история, схизма, быт, нравы, грекоболгарский церковный конфликт, Константинопольский Патриархат, Константинопольская Патриархия, Константинопольский Патриарх.

THE EVERYDAY LIFE AND CUSTOMS OF CONSTANTINOPLE PATRIARCHS IN THE SECOND HALF OF THE XIX-TH CENTURY

Venedictov V.Y.

I. Правовое положение Константинопольской Церкви в XIX веке

Константинопольская Церковь (Вселенский Патриархат) по сей день сохранила название своей бывшей столицы Византийской империи -Константинополя. Благодаря этому городу Церковь получила первенство чести в семье Поместных Православных Церквей.

С падением столицы и постепенным исчезновением Восточной Римской империи роль Константинопольской Церкви среди ее паствы не упала а, наоборот, значительно возросла. Сразу после завоевания Царьграда турками в 1453 г., Константинопольский патриарх был объявлен церковным и

гражданским представителем всех христиан, входивших в состав Турецкой империи, без различия народностей. В его руки и в руки греческой иерархии перешла не только церковная, но и гражданская, и судебная власть над всем христианским населением Империи. Ведению патриарха (и архиереев) подлежали судебные дела, в особенности по вопросам семейного, наследственного и брачного права, дела школьные и др. Правительственные власти обязаны были содействовать исполнению приговоров патриарха (и архиереев).

«Патриарх, оставшись по-прежнему патриархом со властью, свойственною этому сану, сделался кроме того еще милет-баши, неограниченным гражданским владыкою всех своих единоверцев» . Вселенский (Константинопольский) патриарх был представителем и ответственен пред Портой за всех христианских подданных султана в их церковно-общественном положении. «Все помыслы ромейской райи были сосредоточены в скромном помещении на Фанаре, взоры всех были устремлены на ярко сиявший крест храма св. Георгия, все интимные мечты слагались к патриаршему престолу, на котором восседал духовный владыка всех христиан, их господин и даже василевс, — руководитель и представитель Церкви и народа во всей полноте их подневольной жизни, носитель и выразитель народных стремлений и идеалов, передовой, облеченный

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru авторитетной властью, деятель в церковно-общественной жизни греков, которой он сообщал тот или иной характер, давал то или иное направление» . В своей внутренней жизни Церковь была наделена правами полного самоуправления. При открытии, новых епархий патриарх действовал совершенно самостоятельно, не извещая даже об этом турецкое правительство . Турки при организации христианских общин игнорировали национальный принцип, руководствуясь лишь религиозными началами. Поэтому Константинопольский патриарх оказался главою всех православных христиан в Турции, без различия национальностей. Все православные национальности были объединены в Турции под общим названием «урум-миллет» — греческий народ, в смысле принадлежности к греческому вероисповеданию .

Привилегированное положение Вселенского патриарха налагало вместе с тем на него и значительные обязанности чисто политического характера. Он, как епископ, был ответственным лицом за подведомственное ему население. «Одним словом, турки связали до некоторой степени судьбу греческой иерархии с судьбой своего государства, а с другой стороны — наложили некоторое самоограничение на последнее в пользу первой» . По мере расширения турецких владений, расширялась и власть греческой иерархии в землях негреческих — не только в Болгарии, но и в Сербии, Боснии, Румынии, даже в Венгрии. И, наоборот, по мере освобождения этих земель от политической турецкой власти, они освобождались и от греческой церковной власти.

Несмотря на все трудности и перипетии османского владычества, уважение к султану сохранялось в патриархии вплоть до крушения Османской империи в 1918-23 гг. Так, в памятной записке святейшего Константина V от января 1900 года императору Российскому Николаю II (Архив Внешней Политики Российской Империи) повествуется о сакральном для Церкви значении власти падишаха. Балканские церкви, — говорится в записке, -«спасены промыслом Божьим, ибо сильная рука Всевышнего, полагающая

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru основание к благоденствию народов, дивным образом управляющая и нашими делами, вдохнула доброе в сердца первых поставленных здесь славных императоров Османцев, вследствие чего и при свершившейся перемене распорядок церковных дел остался неизменным: Церквам Востока и

православным христианским народам дарованы были, в лице патриарха Константинопольского, драгоценные попечители-начальники, благодаря коим твердо установились организм и отправление церковного управления в духе религиозной свободы и автономии» .

В XIX столетии турецкий государственный механизм проводит реформы, подвергшие изменениям традиционные устои жизни. Эпоха Танзимата отразилась и на положении Константинопольской Церкви. Учреждение Смешанного совета при патриархии, реформа Патриаршего синода имели целью поставить Церковь под контроль светской власти и постепенно превратить ее в государственный департамент . С первыми трудностями патриархия столкнулась в восьмидесятые годы при Иоакиме III. В Турции начались судебные реформы. В текст бератов (султанские ставленые грамоты), выданных двум новопоставленным греческим митрополитам, не были включены обычные статьи, касающиеся присвоенной им судебной власти. Патриарх эти бераты вернул Порте. Вследствие чего начались пререкания, повлекшие за собою весьма серьезные осложнения. Новая судебная реформа исходила из того положения, что все подданные Империи должны быть равны перед законом. Новые законы требовали распространение компетентности общих судебных учреждений на преступления, совершенные лицами духовного звания .

Патриарх ответил обширным мемуаром от 15 июня 1883 года, в котором указал несоответствие нового турецкого судебного устава с прежними бератами. Иоаким III выделил гражданские и судебные дела, касающиеся патриарха, митрополитов, епископов и их поверенных; дела, находящиеся в связи с браком, разводом и временным разлучением супругов, а также дела, связанные с завещаниями. Мемуар святейшего Иоакима (АВПРИ) турецким

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru министрам показывает, что наряду с церковными привилегиями, патриарх считал своею обязанностью отстаивать и права греческой национальности, «естественной охранительницы православия» .

По вопросу бератов возникли разногласия между патриархией, синодом и советом светских представителей. Представители крайнего греческого направления оказались с перевесом в синоде и совете. «Не желавший в интересах православия, делаться слепым орудием политических страстей, святейший Иоаким предпочел подать в отставку», но вскоре «под гнетом гнусных клевет патриарх склонился в сторону синода и совета». Между тем, «фанатические поборники великой эллинской идеи, господствующей в Фанаре, позволили себе самые отчаянные и бесстыдные выходки против России» .

II. Быт и нравы высшего духовенства Константинопольской Церкви

За два столетия (XVIII и XIX вв.) на Константинопольском патриаршем престоле сменились пятьдесят патриархов . Некоторые из них переизбирались до трех и четырех раз. Многочисленные интриги и распри на Константинопольском престоле составляют отличительную особенность этой Церкви XVIII-го и последующего столетий. Лишь немногие из патриархов того времени отличались значительными нравственными достоинствами. Мало здесь найдется таких патриархов, которые соответствовали бы по своему поведению их сану и призванию. Историю Греко-восточной (Константинопольской) церкви в XVIII веке можно разделить на два периода: до патриарха Самуила I (1763-1768; 1773-1774) и после.

Во время Самуила I авторитет патриарха в Константинопольской Церкви достигает наибольшей широты и влиятельности. Как справедливо заметил выдающийся дореволюционный историк А.П. Лебедев, после патриарха Самуила I Церковь «могла или держаться на той же высоте или еще более подняться в своем значении. Но этого не случилось. Напротив, характеристическою чертою в истории патриархии от конца XVIII века и до

Патриарх Самуил происходил из знатной греческой фамилии. Это был человек образованный и хороший администратор, который более других был способен привести в некоторую стройность запутанные дела патриархии. К его времени Константинопольская патриархия находилась в печальном положении: патриархи возводились и низводились на патриарший престол по произволу корыстолюбивого турецкого правительства; искания патриаршего престола, сопровождавшиеся интригами и подкупами, продолжались; управление патриархатом было беспорядочное; долги патриархии были чрезмерны и т.п.

Самуил I решился очистить Церковь от порока симонии (покупка священнических должностей) и сделать назначение патриарха независимым от влияния турецкого правительства . Для этого он учредил при патриархе Великий синод, от которого впредь должно было зависеть постановление и низложение патриарха. Самуил определил, чтобы в состав его входили 10 или 12 митрополитов, епархии которых находятся по близости к Константинополю. Доступ в синод имели и миряне-архонты, а также один представитель патриаршего двора — великий логофет (чрез него патриарх осуществлял внешние связи с турецким правительством). Великий синод служил верховным судилищем для греко-православного клира, апелляционной инстанцией на все судебные решения епископов. Одному Великому синоду принадлежала власть судить и наказывать патриарха.

Султан Мустафа III согласился на реформу Самуила I в патриаршем управлении и утвердил все его постановления. Но это было только формально. На деле все осталось по-прежнему. «Сам патриарх Самуил первый лишен был патриаршества на основании тех постановлений, которые сам он предложил относительно перемены патриарха, и изгнан, как человек тяжелый и излишне строгий» .

В XIX столетии двадцать шесть патриархов управляли Константинопольскою церковью . Из патриархов первой половины XIX века наиболее замечательным является патриарх Григорий V (годы правления: 1797-1798, 1806-1808 и 1818-1821^). Характеристики этого патриарха противоречивы. С одной стороны, еще во времена, когда Григорий тринадцать лет управлял Смирнской епархией, — он обнаружил весьма почтенную и разностороннюю деятельность. И не был лишен многих, достойных уважения, качеств. «Вообще, Григорий был уважаемым за свою нравственную высоту мужем, отличался простотою в жизни и скромностью в одежде, был ревностным в делах веры и весьма энергичным в управлении» . С другой стороны, Григорий «не желал лишиться благосклонности Порты и многое делал, чтобы проявлять свою лояльность.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

В начале восстания придунайских княжеств в 1820 г., незадолго до своей известной несчастной кончины, патриарх, сообразуясь с видами Порты, поразил торжественной анафемой главаря восстания Александра Ипсилантиса и всех так называемых этеристов (т. е. членов тайной организации, готовившей Греческую революцию 1821 г. — В.В.) Этот же самый Григорий при другом случае пошел еще далее. В 1807 г. англичане расположились флотом напротив Стамбула и грозили взять столицу Турции. Тогда Порта стала подозревать, что греки в заговоре с иностранцами и что сам патриарх на стороне врагов. Для того чтобы очистить себя от подозрений, Григорий предложил правительству помощь своего народа в защите города. Предложение было принято. И вот патриарх вооружился заступом и повел с собой 30 тыс. греков для укрепления береговых крепостей. Султан смотрел из сераля на зрелище и радовался. В награду ревностный патриарх получил от султана роскошную шубу, которую, по его словам, никогда не носил, но, конечно, хранил как зеницу ока» . Его казнь стала сильным потрясением для Восточной Церкви. По мнению А.П. Лебедева печальная смерть Григория «нисколько не удивительна: патриарх хотел служить и нашим, и вашим и, как всегда бывает в таких случаях, — прогадал» .

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru

Знаменательно в связи с вышеизложенным, что Григорий V посмертно стал почитаться скорее как национальный герой, чем мученик за веру. В греческом языке слова «национальный герой» (е0уо^артира<;) и «мученик» (^арти^) — одного корня. Национальные герои несли в себе греческий национальный дух (еХХ^гкотпта). Григорий V в православном месяцеслове значится как геро^артира<; (священномученник), а в светской литературе и народном сознании фигурирует как 80уо^артира^. Таким образом, е0уо^артире<; стали выразителями новой духовной традиции: если мученики несли в себе христианскую духовность, то национальные герои — греческий национальный дух (еХХ^гкот^ш) .

Среди Константинопольских патриархов были такие разносторонние и образованные личности, как, например, патриарх Агафангел (1826-1830 годы патриаршества). Агафангел прекрасно знал болгарский, русский, турецкий и французский языки. В 1800 г. служил священником греческого прихода в Москве. Во время греческого восстания 1821 года Агафангел в качестве заложника был посажен турками в тюрьму, где содержался несколько лет .

Положение Константинопольского патриарха было неустойчивым в сравнении с другими Поместными Церквами Востока. Двухлетнее или трехлетнее пребывание главы Константинопольской Церкви на патриаршем

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru престоле ставило его в ряд второстепенных и многочисленных общественнополитических деятелей Востока. По справедливому замечанию русских дипломатов на Востоке, «патриарх едва успевает освоиться со своим положением и делами, как уже какой-либо из легко возникающих кризисов полагает конец его власти» . Патриархам приходилось заботиться о личном самосохранении, что поглощало большую часть их внимания и времени. Немалое влияние на дела патриархии оказывало и денежное пособие из Афин. Неустойчивое положение патриарха печально сказывалось на общем церковном правлении.

Нравственные характеристики Константинопольских владык часто оказывались небезупречными, а иногда, наоборот, превосходили всякие ожидания. Например, А.П. Лебедев относил патриарха Кирилла VII к разряду «недостойных или малодостойных патриархов константинопольских», ссылаясь на отзывы Московского митрополита Филарета (Дроздова), историк отзывался о Кирилле, как о патриархе ограниченном, лишенным твердости воли . Ссылаясь на труд греческого автора Мануила Гедеона («Патргар%жш л!уаке<;»), Лебедев пишет о нравственном облике патриарха Иоакима II: «Иоаким II оставил по себе память, как правитель милостивый, но в то же время известен был чрезмерною стяжательностью и деспотизмом сатрапа» . Софрония III Лебедев относит к лучшим патриархам того времени. «Софроний III, сделавшись патриархом Константинопольским, показывал себя исполненным ревности о благе Церкви и народа; впоследствии, по удалении с этой кафедры, он избран был в патриарха Александрийского, долгое время управлял Церковью Александрийскою и стяжал себе здесь любовь и уважение» . Патриарх Анфим VI «известен, как человек лукавый и крайний любитель золота» .

Давая оценку действиям святейшего Григория VI, современники отмечали отсутствие «в намерениях патриарха какой-либо властолюбивой или корыстной мысли» . Разные отзывы находим в архиве русских дипломатов по патриарху Иоакиму III, жившему после первой его отставки на

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru Афоне с 1889 по 1901 гг. В монастыре патриарх стал придавать особое значение своим сновидениям. «Неужели наш Иоаким вступил в возраст бабий? Обыкновенно бабы любят рассказывать сны и верят в них. Неужели и патриарх верит снам?» Дипломаты посоветовали русским монахам подсунуть святейшему толковник снов. «Бедный Иоаким, видимо, скучает от безделья и сделался «сновидцем» . Незадолго до своего повторного переизбрания в сентябре 1899 года Иоаким оказался кандидатом на Александрийский престол. По замечанию А. Бреневского, «Иоаким III, личность независимая, не относящаяся к России с враждебностью, недоброжелательностью и предубеждением, подобно большинству греческого духовенства» .

Политические взгляды греческих иерархов могли изменяться с течением обстоятельств. Например, патриарх Дионисий V до своего избрания в патриархи отличался русофобскими взглядами. «Сделавшись Вселенским патриархом, искренне изменил свое отношение к великой православной державе» .

Некоторые патриархи удостаивались весьма щепетильных характеристик со стороны российского дипкорпуса. Так, описывая изменения в составе Константинопольского синода в начале января 1894 года, посол в Константинополе А.И. Нелидов употребляет в адрес патриарха Неофита VIII весьма порядочные слова: «Неофит — человек добрый, честный и

благонамеренный» . При всех высоких нравственных достоинствах: благонамеренности, беспристрастности и благодушии — патриарх «не обладал необходимыми качествами политической ловкости и административной твердости, без которых немыслимо успешное управление Вселенскою патриархиею» . ВВ. Жадовский писал: «Сам Неофит, следуя преданиям Иоакима III, не допускал симонии и заботился о поддержании беспристрастия к народностям, входившим в состав его паствы и добрых отношений к другим Православным церквам» . После избрания на патриарший престол в 1897 году святейший Константин V был охарактеризован следующими словами: «уравновешен, далек от крайностей, знаток церковной истории,

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru России не доверяет» . Без внимания не оставалось и физическое состояние предстоятеля: «У патриарха Константина воспаление слепой кишки: он уже дней десять лежит в постели. «Я бы уже считал себя мертвым», -говорит он, «но чувствую, что голова моя и сердце на месте, а потому сознаю, что жив» .

Отрадным фактом из повседневной жизни Константинопольской Церкви было взаимодействие пастырей со своими пасомыми. Собственно греческая паства была немногочисленной. Иерархи Константинопольской Церкви не чуждались общения и довольно близко подпускали к себе своих духовных чад из мирян, обладая достаточным для подобного общения образованием. Высшее духовенство Греческой Церкви подготавливалось к своему призванию если не в каком-нибудь западном учебном заведении, то в Халкинском богословском училище (вблизи от Константинополя), отличающимся строго воспитательным и церковным характером. Духовенство низшее было лишено сколько-нибудь достаточной школьной подготовки. Попытка в патриаршество Иоакима III (1878-1884 гг.) завести центральное духовное училище для образования священства закончилась неудачей.

Огромное большинство епархий довольствовалось священниками весьма малограмотными. Такое положение дел не позволяло человеку образованному посвятить себя этому высокому призванию. В то же время существование приходского духовенства в областях отличалось от столичных правил и некоторых епархий (например, Халкидонской и Дерконской). Для областного духовенства общим правилом являлось посвящение в иереи по соглашению прихода с епархиальным начальником и местными жителями-собственниками.

Ничтожность церковных доходов не позволяла образоваться особому духовному сословию, в особенности в деревне, и, делаясь священником, бывший крестьянин продолжал возделывать свое поле или виноградник. Рядовое священство подчинялось высшему духовенству. Отношения были не всегда безупречными. «Обращение греческих епископов со священниками, -пишет А.П. Лебедев, — было в высшей степени недостойно. Нередко епископы

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru били священников у алтаря. Многие епископы имели обыкновение держать священников у себя в услужении, заставляя их работать в своих дворах, конюшне или садах. Дело доходило до того, что иногда священник, которому архиерей давал приказание «таскать на двор из конюшни епископского дома в коробе навоз», не желая выносить такого унижения, даже отказывался от христианства и принимал магометанство» .

А хуже всего то, что «в дело управления Церковью вмешивались геронтессы (греч. уєрюу,-оухо^ — старец, старик), «наложницы» архиереев или, как их еще иронически называет епископ Порфирий, «преосвященные монахини». Они настраивали архиереев против неприятных этим особам лиц, а архиереи уничижались до того, что в угоду геронтессам произносили анафему на совершенно невинных, но несчастных людей… Греческие епископы, -рассказывает один историк, — столь же мало были образцами бескорыстия, как и образцами христианской нравственности. От преследования фанариота не была обеспечена ни одна женщина и девица в селе» .

Областная жизнь менее возмущаема нравственно. Для такого уклада свойственен патриархальный строй. Заботы епархиальных начальников ограничивались паствою в 30-40 тыс. душ. Архиереи в областях не имели постоянных денежных отношений со священниками. Лишь в пригородных епархиях Константинополя (Дерконской и Халкидонской) священники вносили сами ежегодную сумму в уплату архиерейского содержания. В других областях сумма для архиерея собиралась с каждого христианского семейства.

Положение духовенства в больших городских центрах характеризовалось русскими наблюдателями следующими словами: «Духовенство столицы

пополняется исключительно извне пришлыми, случайными личностями» . Недостаточность средств при сравнительной дороговизне жизни привела к образованию нового, ненормального для Православной церкви XIX столетия явления безбрачного приходского духовенства из монашествующих. Сверху это духовенство было лишено того наблюдения и руководства, которое оказывалось в областях епархиальным начальством. «Архиепископ

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru Константинополя — Вселенский патриарх поглощен общими церковными делами, а вопросами епархий занимается протосингел, обыкновенно молодой человек, остающийся на этом месте 2-3 года до получения архиерейской кафедры. Чуждые своим прихожанам священники связаны с ними более всего унизительными поборами, в формах неизвестных в России» .

Обильное распространение светского образования в больших центрах увеличивало пропасть между прихожанами и их малообразованным пастырем. На глазах происходило нарушение древнего обычая, при котором пастыри являлись естественными учителями пасомых. Следствием интеллектуальной деградации приходского духовенства по данным на 1896 год являлось то, «что преподавание Закона Божия во всех начальных училищах в Турции перешло в руки светских преподавателей» . Важной церковной дисциплине отводилось второстепенное место, что не могло служить к укреплению религиозного сознания народа. Кроме того, в среду законоучителей попадали преподаватели из Афин, где распространилось атеистическое направление. Ко всем внутренним недугам Константинопольской Церкви добавлялись последствия раскола 1872 г.

Миряне, жившие в Константинополе и его окрестностях, составляли около 10% греческого населения Турции. Греки-фанариоты имели первенствующее влияние на ход церковных дел не только в силу своего пребывания в центре, но и по самому уставу патриархии, представляющему жителям Константинополя исключительное право выбора членов совета патриархии. В церковно-нравственном отношении население столицы стояло в значительно худших условиях, чем областное население.

Большое влияние на жизнь грека имели священники, обычные труженики, отличавшиеся добротой, любовью и сочувствием к окружающим. Традиция передачи духовного опыта из поколения в поколение была выработана еще в византийские времена, когда святость производила на византийца намного более сильное впечатление, чем славный ритуал императорского дворца или Великой церкви.

2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru

Византиец видел эту святость в рамках другого мира: в бедности, простоте и самоотвержении. Смиренный приходской священник, или монах, занимающийся благотворительностью, имел на него сильнейшее влияние. Такие люди (подвижники) понимали народ; они разделяли их чувства и руководили их взглядами. В каждом восточном городе высшая власть всегда опиралась на толпу, вернее, на демагогов, главенствующих в толпе. В Византии демагогами были беднейшие священники и монахи, люди, большинство из которых хотя и уважали власти и образование, но которые находились под властью эмоциональной и несовершенной веры в Священное Предание, наследниками которого они являлись. Несмотря на все уважение, испытываемое народом к императору и патриарху, никто из них не мог рассчитывать на поддержку народа, если он противопоставлялся его инстинктивному чувству правды и неправды. «И, если верно утверждение, что глас народа — это глас Божий, то в Византии глас Божий был слышен из уст самых смиренных служителей Его Церкви» . В XIX столетии подобное свидетельство вряд ли было применимо к большинству клириков Константинопольской Церкви. Но, тем не менее, несмотря на пороки и недуги греческого клира, сами греки не потеряли любви и уважения к своей Церкви.

Список литературы:

1. Курганов Ф. Исторический очерк греко-болгарской распри // Православный собеседник. 1873. № 1.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

2. Соколов И.И. Константинопольская церковь в XIX веке. СПб., 1904. Т.

3. Гиргас В. Права христиан на Востоке по мусульманским законам. СПб., 1865.

4. Скабаланович Н.А. Политика турецкого правительства по отношению к христианским подданным и их религии (от завоевания Константинополя до конца XVIII ст.) // Христианское чтение. 1878. Ч. II.

ISSN 2308-8079. Studia Humanitatis. 2013. № 3. www.st-hum.ru

5. Верюжский В. прот. Происхождение греко-болгарского церковного вопроса и болгарской схизмы // Журнал Московской Патриархии. 1948. № 7.

6. Венедиктов В. Россия и Константинопольский Патриархат. Этноконфессиональный диалог России и Константинопольского Патриархата во второй половине XIX века. LAP Lambert Academic Publishing. Saarbrücken, 2011.

7. Г ерд Л.А. Константинополь и Петербург: церковная политика России на православном Востоке (1878-1898). М., 2006.

9. Лебедев А.П. История греко-восточной церкви под властью турок: В 2 кн. СПб., Кн.1. 2004.

10. Розов И. Очерки истории восточной церкви со времени взятия Константинополя турками до настоящего времени. М., 1880.

11. Петрунина О.Е. Православная церковь в формировании концепции нации и подготовке освобождения греков от османского ига (XVIII-XIX века) // Религии мира: История и современность. М., 2003.

12. История Христианской Церкви в XIX веке / Изд. А.П. Лопухина. В 2-х т. Петроград, 1901. Т. 1: Православный Восток.

13. Поместные Православные Церкви. М., 2004.

14. Филиппов Т.И. Современные церковные вопросы. СПб., 1882.

Сведения об авторе:

Венедиктов Вадим Юрьевич — кандидат исторических наук, эксперт Института современных гуманитарных исследований (Москва, Россия).

Жилище
Быт русского крестьянина и горожанина на продолжении столетий изменялся очень медленно и мало. Русский традиционный дом, сложившийся в древности, оставался все той же однокомнатной постройки с маленькими окнами, заткнутыми бычьим пузырем или материей, пропитанной в конопляном масле. Внутри дома значительную часть занимала печь, топившаяся по черному: дым скапливался под крышей (потолков не было) и выходил через дверь и особые окна, сделанные в верхней части стены. Эти черты были общими как для сельского, так и для городского дома. Сельский дом дворянина или сына боярского отличался от крестьянского только немного большими размерами. Судя по некоторым остаткам старинных домов в Трубчевске, городской дом иногда строился из камня. Стены делались очень толстыми – до двух метров. Нижняя полуподземная часть дома – подклет – имела сводчатые потолки. В потолке были железные кольца для подвешивания продовольствия. Верхняя часть дома порой украшалась лепными дверными и оконными наличниками. В окна вставлялись художественно выполненные решетки. Такими были редкие дома очень зажиточных людей.
Как и раньше, главной мебелью в доме был стол и неподвижные лавки. На полках хранилась деревянная и глиняная посуда. В наиболее богатых домах бытовала посуда из стекла. В больших и малых сундуках лежало различное добро: одежда, скатерти, полотенца. Отдельно складывалось приданное на свадьбу дочери. Наиболее ценной частью обстановки были иконы, висевшие в «красном» (красивом) углу.
Дверь из дома вела в сени – неотапливаемое помещение, сделанное обычно не из бревен, а из досок или прутьев. В сенях хранились различные орудия труда, часть хозяйственных запасов.
В целом жилой дом представлял собой либо избу (главным образом на севере и востоке Брянщины), либо хату – на юге и юго-западе. Крыша у избы двухскатная, у хаты – четырехскатная. Избы ставились узкой (торцовой) частью на улицу, хаты – широкой. Хата нередко делалась из столбов, между которыми укладывались бревна или жерди. Вся постройка обмазывалась глиной. Общей чертой для избы и хаты было то, что на Брянщине они ставились обычно без подклета, характерного для русского Севера. Дом на подклете лучше, чем наземный, приспособлен для защиты от глубокого снега и весеннего половодья. Дверь из сеней вела во двор. По сравнению с XIV-XV веками количество надворных построек у крестьян и горожан выросло. Это говорит о росте благосостояния населения. Во дворах стояли амбары, сараи, клети, бани. Торговые люди устраивали при доме склады для товаров. У ремесленника, если он работал вне дома, было специальное помещение для работы. При доме располагался огород.
Мир вещей, который окружал семейный быт человека XVI-XVII веков, состоял в основном из деревянных предметов. В лесном крае дерево было самым доступным и легко обрабатываемым материалом. Кроме дерева часто использовалась глина. Железные изделия были сравнительно редкими. Из них делали рабочие части инструментов, орудий труда, оружие. Металлические изделия очень ценились.

Поселения
Выйдя за пределы своего двора, человек оказывался на улице деревни, села или города. До XVI века в России в ходе освоения территорий возникали новые и новые деревни в один-два двора. Теперь стало расти количество дворов в сельских населенных пунктах. Уже к концу XVI века привычными становились деревни в 10-20 дворов. Были села и в несколько десятков дворов, как, например, Супонево, принадлежавшее Свинскому монастырю и протянувшееся вдоль большой торговой дороги. Усадьбы крестьян располагались в одну линию в тех случаях, если село застраивалось вдоль дороги или по берегу реки. В других случаях заметного порядка в планировке поселений не было. Только в XVII веке стала появляться уличная планировка сел. Заметным строением в селе была церковь, как правило, деревянная. При церкви стояли дворы церковнослужителей.
Города имели более однотипную постройку. В XVI-XVII века продолжала существовать система застройки городов, сложившаяся еще в древности. В центре города стояла крепость. От крепости лучами расходились дороги. Вдоль этих дорог возникали улицы. Эти улицы образовывались не домами, как в современных городах, а усадьбами, огороженными более или менее высокими заборами. Признаком городской застройки было то, что усадьбы примыкали друг к другу. Ровной линии они не образовывали, и одна усадьба выдаться вперед, ближе к дороге, другая – отступить от нее. От этого улица местами становилась то уже, то шире. Улицы, а так же слободы нередко отделялись друг от друга огородами, ручьями, лужками. Они были несколько изолированы друг от друга, тем более, что обычно слободы были заселены людьми одного рода службы. Таковы Стрелецкие, Пушкарские, Затинные, Казацкие, Солдатские, Ямские слободы в Брянске, Карачеве, Севске. По ночам улицы не освещались и не были замощены.
В городах юго-запада России центральные крепости были деревянными. Стены брянской крепости были сделаны из дуба и покрыты тесом. В крепости было 9 башен, причем две из них имели ворота для входа в крепость. Во второй половине XVII века к старой крепости была сделана пристройка из нескольких башен с воротами. Территория крепости расширилась вдвое. Среди серых деревянных построек и зелени выделялись высотой церкви, особенно сделанные из камня. Много церквей было в Брянске, Севске, Стародубе. Большинство из них было выстроено из дерева, видимо, в традиционном для XVI-XVII веках шатровом стиле – с высокими пирамидальными навершиями, напоминавшему русскому человеку шатер. Такие каменные шатры сохранил в своем архитектурном облике Спасо-Преображенский монастырь около Севска. Хотя он и выстроен в самом начале XVIII столетия, в его постройках проявляются черты архитектуры предшествующей эпохи. Посреди Стародуба в наши дни стоит Рождественский собор, поставленный в XVII веке. Он состоит как бы из трех больших и широких башен, прилепившихся друг к другу. Так строились храмы на Украине. Здание украшено выпуклыми, как бы выступающими из стен деталями – узорчатыми наличниками на окнах, лопатками – плоскими выступами по углам собора. Каждую башню венчает купол. Со временем украшений на церквах становилось все больше – приближалась эпоха господства причудливого, нарядного стиля барокко. Черты этого стиля заметны в архитектуре каменной надвратной церкви Свенского монастыря. В облике церквей Брянщины сочетались черты русского и украинского искусства.
В центре города на площади располагался рынок, куда ежедневно приходили городские жители. Это было самое оживленное место в городе. Лавки на рынке стояли рядами – одна линия лавок как бы смотрела на такую же противоположную линию. В ряду, как правило, торговали определенным набором товаров. Так, в Брянске на рынке стояли ряды рыбный, мясной, москательный (галантерейный). Рядом с рынком находился гостиный двор, где останавливались приезжие купцы.

Облик населения. Повседневная жизнь
Одежда рядовых жителей края мало изменилась с древних времен. Жители сел и городов носили рубахи из домотканой материи. У женщин рубахи украшались вышивкой. Зимой носили одежду из овечьей шкуры – овчины. Обувь была в основном кожаной, в некоторых случаях обували лапти.
Обычная жизнь как в городе, так и в селе начиналась рано. Еще до рассвета женщины вставали, чтобы отправить скотину в общее сельское или городское стадо. Завтрака в современном нашем представлении не было, ели остатки вчерашней пищи. Потом начиналась работа в поле или мастерской. В обед семья собиралась вновь вместе. Мужчины садились обедать, женщины им прислуживали. Затем весь дом погружался в сон. Спали часа два. Потом снова возобновлялась работа до вечера. После ужина семья отдыхала и ложилась спать.
Праздничные дни вносили разнообразие в привычный распорядок. Семья шла на торжественное богослужение в церковь, выходила смотреть на игры молодежи в городе или на лугу близ города. Многие игры носили древний, языческий характер. Гостей принимали на пиршество, которое происходило днем до вечера.

Духовная жизнь
Духовные потребности населения удовлетворяло чтение религиозных книг, богослужение. Каждая церковь, каждый монастырь имели хотя бы небольшое собрание богослужебных книг. Вместе с переселенцами-старообрядцами в юго-западных уездах России появлялись рукописные и печатные книги. Некоторые из них вышли из типографии Ивана Федорова.
Большое значение в быту населения имело песенное творчество, Некоторые дошедшие до нашего времени песни отразили исторические события, черты быта в русском пограничье, в частности в землях Севска. В некоторых песнях отразились впечатления народа от Смутного времени. В них высмеивались люди, которые из интересов выгоды и наживы легко перебегали от одного претендента на власть к другому. Песенному творчеству сродни были пословицы и поговорки. Из среды, явно враждебной Лжедмитрию I и его сторонникам, вышли поговорки, в которых в виде басен самозванец назывался поросенком и раком: «Севчане рака с колоколами встречали», «Смотри-ка, брат, воевода ползет и щетинку в зубах волочет», «Севчане поросенка на насест сажали, приговаривая: «Не убейся, не убейся – курочка на двух лапках да держится». То же стремление унизить, высмеять участников антиправительственного движения заметно и в таких поговорках: «Орел да Кромы – первые воры (преступники), а Елец всем ворам отец, а Карачев на поддачу (вариант: им впридачу), а Ливны – всем ворам дивны, а Дмитровцы (вариант: комаринцы) старым ворам не выдавцы». «Брянцы-куролесы: они сами Брянск сожгли». Эти присловья родились, вероятно, уже после гражданской войны, но по свежим воспоминаниям, когда можно было посмеяться над жителями тех местностей, которые пытались поддержать неудачных претендентов на Московский престол. Как и прежде, в народе бытовали старинные обрядовые песни, связанные с событиями в семье. Укрепление семьи, усложнение свадебных обрядов рождало новые и новые песни. Свадьбы длились по нескольку дней, и каждому из них соответствовали определенные обычаи. С песнями и обрядами проходили сельскохозяйственные работы, особенно сев и уборка урожая.
Быт жителей юго-западных уездов России отличался сохранением многих старинных черт. Это объясняется тем, что значительные районы этого края были изолированы густыми лесами от больших торговых дорог и городов, от центральной и местной власти.

Быт России в XVII веке

Заметные сдвиги во всех областях русской культуры мало влияли на общую культурную панораму страны.
Новые веяния в области быта коснулись лишь верхушки города – царского двора, бояр, богатых посадских людей. Постепенно европейская модель жизни проникала в материально обеспеченную русскую среду. Главной чертой этих новшеств была забота о комфорте. За столом появились приборы для еды и салфетки. В ход пошли скатерти и индивидуальная посуда. Для каждого члена семьи выделялась отдельная комната. Люди использовали индивидуальные предметы туалета. В богатых семьях встречалась посуда фаянсовая, оловянная и медная. В застолье обильно были представлены напитки — пиво, квас, меды на ягодах, привозные вина.
В больших каменных домах бояр Голицыных, Нарышкиных, Одоевских, Морозова и др. стены были покрыты дорогими обоями, тканями, кожей, коврами. В простенках висели зеркала и картины. В комнатах стояла красивая мебель. Люстры и множество свечей освещали помещения. Отдельные помещения выделялись под библиотеки.
Одежда хозяев и слуг таких домов была на западный манер, короткая и легкая, из дорогих тканей, украшенная золотым и серебряным шитьем и драгоценными камнями. Европейское платье должно было стать нормой для русского общества, но эта тенденция обрела свою силу не сразу, она должна была пробивать себе дорогу сквозь прочные устои вековых традиций народа. Тем не менее, общеевропейская мода, диктовавшаяся общепризнанным лидером — Парижем, в первой половине XVIII в. была уже принята привилегированными сословиями России.
Экипажи были легкие, на рессорах, со слугами на запятках. Концерты, различные развлечения, шахматы стали элементами быта богатых людей. В шахматной игре русские легко обыгрывали европейцев. Европеизировавшиеся люди делали прически, брили лицо, некоторые использовали парики.
Представители посадской верхушки жили скромнее (суконное платье, скромные мебель и посуда). Но в их среде также наблюдалось стремление к комфорту.
В XVII в. изменился царский быт. Охрана царя доходила до 2000 человек. Специальные слуги-спальники, конюшие, сокольничьи, каретные помогали ему в течение дня. Царские дворцы в XVII в. отличались большим великолепием. Появляются постоянные летние резиденции — Коломенское и Измайловское.
В помещениях появляются картины, часы, зеркала. Для приема гостей используются парадные залы. На пирах зачастую накрывались столы на несколько тысяч гостей. Главным развлечением царя были псовая и соколиная охота.
Хоромы дворян были копией царских покоев в миниатюре. Они состояли из комплекса деревянных и каменных сооружений. В центре находилась печь. В окна вставляли слюду, или рыбьи пузыри. Мебель делалась из резного дерева. Полы делали деревянные, часто покрывали их коврами. Посуда была золотой и серебряной. Стеклянная посуда была редкостью.
Быт горожан был более скромным. Подворье включало жилой дом и хозяйственные постройки. Основой мебели были столы, лавки, сундуки. Основным украшением считался красный угол с иконами. В XVII в. посадские жители стали возводить кирпичные дома, но такое жильё могли позволить себе лишь зажиточные горожане.
Крестьянский двор включал избу, хлев, сарай. Избы топились по черному, печи были редкостью. Для освещения применялась лучина. Из мебели были столы и лавки. Спали на печи и лежанках около нее. Посуда была деревянной и глиняной. Основой питания были зерновые культуры, рожь, просо, овес, пшеница, горох. Мясо готовили на большие праздники. На севере и в Центре собирали грибы и ягоды. Семья состояла не более чем из 10 человек. В брак вступали юноши с 15,а девушки с 12 лет. Браки могли заключаться до 3 раз. С XVII в. венчание в церкви стало обязательным. Одежда шилась из домотканного холста и шкур животных. Обувью служили лапти из лыка, или моршни из кожи.
Все новые явления быта были каплей в море старорусских обычаев. Миллионы людей жили в курных избах, с лучиной в общей комнате. Крестьянские и посадские семьи ели из общей миски деревянными ложками. Носили они одежду из домотканого холста или грубого сукна, летом лапти, зимой валенки, спали на лавках в общих комнатах. В редкие дни отдыха люди наслаждались ряженьем, занимались гаданьем, с удовольствием плясали и пели песни и частушки.
Новые веяния оставались элитарными. Они лишь подчеркивали огромную пропасть между жизнью широких народных масс (крестьян и посадских людей) и чрезвычайно узкого слоя тянувшихся к образованию и культуре представителей верхов общества. И все же храмы и дома стояли на виду, вход в церкви был открыт для всех прихожан. Это откладывало на облик сознания народа цивилизационную печать.
По сравнению с XVI веком XVII век имел хоть какие-то преобразования в быту. Ведь в XVI веке быт различных слоев народа менялся медленно. Жизнь на огромных просторах России оставалась традиционной, как многие века назад. Оставалась все та же длинная и тяжелая одежда. Те же курные избы, та же деревянная посуда, те же развлечения. Лишь в крупных городах происходили некоторые сдвиги. Кое-где появились слюдявые и стеклянные окна вместо прежних, затянутых бычьими пузырями.

СЕМЬЯ И ДЕТИ

В целом население было значительно моложе, нежели сегодня: доля тех, кому исполнилось менее двадцати, составляла по различным оценкам до 40 %. Сознательное регулирование рождаемости, как правило, отсутствовало. Среднее количество детей в семье в это время оценивается весьма по-разному и колеблется в диапазоне от четырех до десяти рожденных и от двух до пяти доживших до вступления в брак. Несомненно, однако, что в более зажиточных семьях выживших детей обычно было больше, чем в бедных, в том числе и по причине отсутствия перерывов на кормление ребенка, который нередко передавался кормилице.

Согласно постановлению Тридентского собора, в католических странах ребенок должен был быть как можно быстрее крещен, однако далеко не везде и не всегда это происходило в тот же день. В протестантских странах требование о срочности крещения обычно не выдвигалось вовсе, церемонию нередко проводили в ближайший воскресный или праздничный день. При крещении ребенок получал имя, которое везде выбиралось из ограниченного списка, однако принципы наречения и количество имен варьировались в зависимости от страны и социального слоя.

Детская смертность в благополучные времена составляла от 20 до 50 % появившихся на свет; как заметил один из историков, «требовалось двое детей, чтобы получился один взрослый». Это объяснялось не только отсутствием должного уровня помощи и гигиены при родах и многочисленными болезнями, которые подстерегали детей в первые годы жизни, но и процветавшим преднамеренным или непреднамеренным детоубийством: в бедных семьях порой избавлялись от младенцев, выкидывая их на улицу; множество детей погибало во сне, придавленные и задушенные родителями, с которыми они спали в одной постели; детей было принято оставлять дома одних, что влекло за собой соответствующий уровень бытового травматизма.

Во всех слоях общества при воспитании ребенка активно использовалось так называемое «педагогическое запугивание». Процветали телесные наказания. Популярностью пользовались посещения казней: так внушалась мысль о неотвратимости наказания за преступления, а красочные рассказы про ад и дьявола должны были подтолкнуть к добродетельной жизни. Чтобы заставить детей ночью не покидать свои кровати или днем не отходить далеко от дома, им рассказывали о злобных существах, всегда готовых их украсть, съесть или выпить кровь: про ведьм и ночных демонов, евреев (в христианской среде), волков-оборотней, Синюю Бороду.

По сравнению со Средневековьем значение женщины в обществе на протяжении XVI–XVII вв. постепенно увеличивается, она все чаще начинает выходить на первый план, играть самостоятельную роль. Едва ли не самые известные королевы Англии и Франции — Мария Тюдор, Елизавета I, Екатерина Медичи, Анна Австрийская — жили именно в эту эпоху. Женщины становятся хозяйками модных светских салонов; во время Английской революции они впервые начинают подавать петиции в парламент. Неудивительно, что для рубежа веков гендерные историки отмечают усиление противостояния полов. В публицистике женщину все чаще называют коварной, несовершенной, хитрой, пагубной, жестокой.

Брак, как правило, заключался между мужчиной и женщиной, принадлежавшими к одной социопрофессиональной категории и жившими в одной местности. С XVI–XVII вв. господствовала так называемая европейская брачная модель, для которой был характерен «отсроченный брак» — он заключался довольно поздно (и чем дальше, тем позже), женщины хранили невинность до свадьбы. Так, во Франции XVI–XVII вв. средний возраст вступления в брак для женщин составлял, в зависимости от региона, от 23 до 27 лет, для мужчин — от 25 до 27 лет. В городах женились позже, на селе — раньше. В народной среде жених порой оказывался моложе невесты, тогда как в зажиточных социальных слоях он как правило был старше, а то и существенно старше: в XVII в. герцоги и пэры Франции в среднем женились в 25,5 лет, тогда как их невестам не было и 20. Для английских сквайров средний возраст первого брака наследников меняется с 21 года в начале XVI в. до 26 лет на рубеже XVII–XVIII вв.

Очевидно, что на формирование этой модели повлиял не только религиозный аспект. Не исключено, что немаловажную роль здесь сыграли не осознаваемые явно современниками попытки ограничения рождаемости, поскольку значительную часть репродуктивного периода женщина проводила не замужем, а около 40 лет уже переставала рожать детей. Невелика была и средняя продолжительность брака, вызванная смертью одного из супругов: известно, скажем, что в XVII в. в парижском регионе треть браков не длилась и 10 лет, средней же цифрой принято считать 17–20 лет. Потеряв жену или мужа, люди очень часто стремились сразу же вступить в повторный брак (от общего числа браков повторных заключалось 25, а то и 30 %). Однако удавалось это, разумеется, не всем, причем мужчин по понятным причинам ждал успех чаще.

Другим резоном для позднего создания семьи стало доминирование представления о том, что мужчина готов к браку, когда может содержать жену и детей: по европейским традициям пара стремилась сразу после свадьбы покинуть родительский кров и поселиться отдельно (исключением был ряд крестьянских обществ). С родителями жили крайне редко, разве что в некоторых аристократических семьях, где женились очень рано. Необходимые средства к существованию в этой ситуации предоставляла либо смерть родителей, либо, гораздо чаще, предполагалось, что глава семьи сам способен зарабатывать на жизнь, а родители готовы помогать молодой паре по мере возможности (деньгами, связями, обустройством жилья).

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Быт и нравы города Калинова
в пьесе А.Н. Островского «Гроза».
«Жестокие нравы, сударь, в нашем городе, жестокие!
А.Н. Островский
Пьеса » Гроза» А.Н.Островского создана в 1859 году. В своем произведении автор ярко показал
множество обычаев и нравов, существующих в то время в России. На примере вымышленного города Калинова, мы видим угнетение слабых, корысть, зависть и множество других пороков, которые до Островского никто так подробно не описывал.
В самом начале пьесы мы видим трех жителей города Калинова: Кулигина, Шапкина и Кудряша. Из их разговора мы узнаем., что в городе живет самодур Дикой, богатый купец и значительное лицо в городе, который ни с кем не считается и делает все, что хочет, не только в отношении себя, но и других: «Ему везде место. Боится он, что ль, он кого.» «Уж такого – то ругателя, как у нас Савел Прокофьич, поискать еще. Ни за что человека оборвет». Из этого же разговора мы узнаем о богатой купчихе Кабанихе, которая ни чем не лучше Дикого, но отличается лишь тем, что тиранит у себя дома, а на людях этого не показывает: «Хороша тоже и Кабаниха.» «Ну, да та хоть, по крайности, все под видом благочестия…»
Позднее мы узнаем историю Бориса, племянника Дикого. Дикой обокрал его, сказав, что выплатит часть наследства, если Борис будет к нему почтителен. А Борис понимает, что наследства ему не видать никогда: «Он прежде наломается над нами, надругается всячески, как его душе угодно, а кончит все таки тем, что не даст ничего или так, какую-нибудь малость. Да еще станет рассказывать, что из милости дал, что и этого бы не следовало».
В третьем явление первого действия Кулигин описывает нравы города Калинова: «Жестокие нравы, сударь, в нашем городе, жестокие! В мещанстве, сударь вы ничего кроме грубости да бедности нагольной не увидите…» Кулигин понимает, что честным трудом заработать деньги невозможно.
В третьем явление третьего действия Кулигин рассказывает об обычаях Калинова: «Вот какой, сударь, у нас городишко!» Из этого диалога мы можем понять обстановку в городе и в семьях горожан: «Бульвары сделали, а не гуляют. Гуляют только по праздникам и то один вид делают, что гуляют, а если ходят туда наряды показывать.» Кулигин рассказывает о том, что бедным людям гулять некогда, потому что они работают день и ночь, чтобы хоть как то выжить; а богатые тиранят у себя дома: » Ограбить родственников, племянников, заколотить домашних так, чтобы ни об чем, что он там творит пискнуть не смели.» «… до семьи моей тебе дела нет; на это, говорит, у меня есть замки, да затворы, да собаки злые. Семья, говорит, дело тайное, секретное…»
Еще один обычай Калинова описывается в первом явлении третьего действия. Богатые купцы считали обязанностью принимать странников у себя дома, расспрашивать у них, что в мире делается. Так познание мира купцов — это всего лишь рассказы пришлых людей.
«Гроза» стала одним из известнейших произведений Островского. Многие знаменитые писатели восхищались этой пьесой. Одним из них был Н.А. Добролюбов, который дал точное название обществу города Калинова — «темное царство» .
Мне понравилась пьеса » Гроза». Поражают многие пороки, олицетворявшие в то время жестокие нравы и глупые обычаи.

[ad01]

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *