Знакомьтесь! Петя, Вика, Катя, Алена, Саша, Костя, Рита и, конечно, мама и папа! А еще три собаки, одна кошка, ручные крысы, красноухая черепаха, голуби… Вся эта большая семья живет в небольшом приморском городке, и жизнь ее напоминает веселую чехарду из приключений. Например, к Алене каждую ночь прилетает дракон, Саша все время что-то изобретает, старший Петя проспорил уже целых два миллиарда рублей двухлетней Рите, Вика обожает лошадей и поэтому научилась скакать галопом, как лошадь, Костя чемпион по боданию, Катя знает все на свете и всегда готова дать совет, а все вместе они пытаются вырыть тоннель до центра Земли!

  • Глава первая — Все начинается 1

  • Глава вторая — Папа ищет дом 3

  • Глава третья — Виноградная, дом 6 4

  • Глава четвертая — Летающий ботинок 6

  • Глава пятая — Вечерняя сказка 9

  • Глава шестая — Страшная тайна Риты 11

  • Глава седьмая — Зверье мое 12

  • Глава восьмая — Самая глубокая яма в мире 13

  • Глава девятая — Любовь и голуби 14

  • Глава десятая — Музейные фанаты 16

  • Глава одиннадцатая — Рита записывается в щеночки 18

  • Глава двенадцатая — "Скоро кончится лето, скоро лету конец…" 20

  • Глава тринадцатая — Дядя Бубубу 22

  • Глава четырнадцатая — Как Петя проиграл Рите миллиард 23

  • Глава пятнадцатая — Приезд комбинирующей тети 26

  • Глава шестнадцатая — Рита мирит старушек 27

  • Глава семнадцатая — Сердце и дрель 29

  • Глава восемнадцатая — Ура! Шум! 30

  • Глава девятнадцатая — Фото на память 32

  • Сноски 33

Дмитрий Емец
Бунт пупсиков

© Емец Д., 2015

© Оформление. ООО "Издательство "Эксмо", 2015

Светлой памяти моего папы

Александра Ивановича

Глава первая
Все начинается

Двое детей – это уже много, а трое – это еще мало.

Общеизвестный факт

В городе Москве в двухкомнатной квартире жила-была семья Гавриловых. Семья состояла из папы, мамы и семерых детей.

Папу звали Николай. Он писал фантастику и боялся даже ненадолго отойти от компьютера, чтобы мелкие дети не впечатали в текст какие-нибудь посторонние буквы. Но буквы еще ладно. Много хуже, когда дети случайно ухитрялись удалить кусок текста, а папа обнаруживал это только месяц спустя, когда начинал править книгу.

И еще папу все время дергали, потому что он работал дома, а когда человек работает дома, всем кажется, что он всегда свободен. Поэтому папа вставал в четыре утра, прокрадывался с ноутбуком на кухню и замирал, когда слышал, что в соседней комнате по полу начинают стучать детские пятки. Это означало, что ему не удалось выбраться из комнаты незаметно и сейчас на нем повиснут один-два ноющих ребенка.

Маму звали Анна. Она работала в библиотечном центре главной умелой рукой в кружке "Умелые руки". Правда, чаще она сидела дома, потому что у нее рождался очередной малыш. И еще у мамы одно время был интернет-магазин развивающих игр и учебных пособий. Интернет-магазин находился на застекленном балконе. Там он обитал на множестве полок, которые папа сколотил, попадая молотком себе по пальцам. Детям очень нравилось, что у них есть свой магазин. А еще больше нравилось, когда мама в большой комнате собирает заказы, раскладывая на ковре десятки разных интересных игр.

Они тогда сидели и говорили друг другу: "Главное – ничего не трогать!" При этом старшие на всякий случай держали младших за руки. Младшие же или кусались, потому что не очень приятно, когда тебя держат, или проникались чувством ответственности и тоже поучали друг друга: "Главное – положить все на место!" и "Главное – если открыл пакетик, потом его аккуратно закрыть!"

Но все равно, если мама ненадолго отлучалась, чтобы выключить молоко или ответить по телефону, бандероли покупателям уходили с неправильно рассортированными кубиками, выгрызенной мозаикой или совсем без фишек. А один заказчик получил в коробке папину тапку и был недоволен примерно в той же степени, что и папа. Они оба потом долго созванивались, договариваясь, где им встретиться, чтобы вернуть тапку, но так и не встретились. Около полугода папа Гаврилов утаскивал вторую тапку у кого-нибудь из детей или у мамы, а они его все хором разоблачали.

Кроме детей, умелых рук и игр на маме была работа семейного доедалы. Как только у нее появлялось свободное время, она сразу доедала все с детских тарелок и шла спать.

– Меня не кантовать! – заявляла она.

Пете, самому старшему из гавриловских детей, было пятнадцать. Он целыми днями с кем-то таинственно разговаривал по телефону, выскочив на лестничную площадку, где его могли слышать только пять этажей соседей, уроки делал глубокой ночью и дома отгораживался от братьев и сестер мебелью, на которую вешал таблички " Не входить! ". В школьных анкетах Петя писал, что он единственный ребенок в семье, а на улице шел в стороне от всех, чтобы не подумали, что вся эта толпа – его родственники.

При этом, когда младшие дети иногда на неделю уезжали к бабушке, Петя явно скучал. Ходил по пустой квартире, заглядывал под кровати и задумчиво говорил: "Чего-то тихо как-то! А эти-то когда приедут? Скоро уже?"

Его сестре Вике было тринадцать. Она не могла сесть за стол, пока на нем была хотя бы одна крошка. И не могла лечь в кровать, пока не разгладит простыню так, что исчезнет последняя складочка. Еще Вика постоянно танцевала сама с собой и принципиально читала только те книги, в которых действуют или хотя бы просто попадаются лошади. Например, в "Войне и мире" лошади встречаются – значит, "Войну и мир" она читала. А в "Горе от ума" лошадей нет – значит, "Горе…" оставалось навеки непрочитанным, хоть бы учительница даже повесилась на шторах.

Бунт пупсиков

И не важно, что "Горе…" в семь раз короче и в пять раз проще.

Домашнее задание Вика всегда выполняла с огромной тщательностью и по полчаса страдала, когда строчка подходила к полям, а у нее оставалось еще три буквы или цифры. На новую строчку переносить глупо, а если закончить на этой, то придется залезть за поля!

Мама и папа не уставали удивляться, как Вика ухитряется совмещать в себе романтика, любящего лошадей, и все эти складочки на простынях, страдание из-за залезания на поля и крошек на столе.

Кате недавно исполнилось одиннадцать. У нее было прозвище Екатерина Великая. Она единственная из всех детей знала пароль от "большого компьютера", и братьям и сестрам приходилось умолять ее, чтобы она его включила. "Зачем? А ты уроки сделала? Ты руки помыла? Ты вещи свои убрал? Зубы когда ты последний раз чистил?" – строго спрашивала Катя, после чего обличаемый с воплем "у-у-у" и слезами нетерпения на глазах мчался торопливо давиться кашей или чистить зубы.

Однажды папе это надоело, и он вообще удалил с компьютера пароль. Но от этого всем стало только хуже. Дети ссорились – каждый хотел смотреть или делать на компьютере что-то свое, а малыши сидели перед монитором столько времени, что падали со стульев. Поэтому пришлось вернуться к системе Катиного самовластия, и опять все стало спокойно.

В свободное от активного руководства время Катя ходила по квартире и расклеивала желтые бумажки с объявлениями: "Стулья не красть! Они поставлены окончательно!" или "Поигранные игрушки должны быть убраны до 19.00!" .

А вы говорите, что современные дети не читают! В екатеринбургском Доме книги на встрече с Дмитрием Емцом полно юных читателей и даже юных писателей. Один из самых популярных и самых издаваемых современных писателей-фантастов, автор сериалов про любимцев нынешних подростков Таню Гроттер и Мефодия Буслаева, доброжелательно отвечает на любые вопросы – опыт общения с детьми у него огромный. У самого дома семеро по лавкам.  

Текст: Валерия Костюник

— Дмитрий, как удается дома управляться с такой оравой?

— У нас семеро детей, четыре девочки, три мальчика. У них разница в возрасте 2-2,5 года, старшему сейчас 19, младшей — шесть. Какие-то  наши семейные истории описаны в книгах «Бунт пупсиков», «День карапузов» и «Таинственный Ктототам», это такие автобиографичные книги с небольшой долей вымыслов, они очень хорошо передают атмосферу многодетной семьи. Была книга Анне Вестли «Папа, мама, бабушка, восемь детей и грузовик», которую я очень люблю,  мои книги чем-то похожи на нее, но только российские, современные.

— В многодетной семье приходится быть строгими родителями?

— Нет, мы не строгие, с одной стороны это плюс, а с другой, конечно, минус. У строгих родителей с какими-то вещами бывает проще до определенного возраста, но зато потом может потеряться контакт с ребенком. Педагоги мы, наверное, неправильные – если и пытаемся вводить какие-то педагогические принципы, не всегда получается доводить дело до конца. Девочки учатся лучше мальчиков, поэтому на родительское собрание к девочке идешь как на праздник, а к мальчику — как на общественную порку. Конечно, есть какие-то правила, например, если сажаешь двух мальчиков на второй ряд в машине — у нас микроавтобус – то надо обязательно между ними кого-то посадить, чтобы они не дрались, не уставали друг от друга.

— Кто в семье главный?

— Наверное, я. Последние годы так получилось, что мы с женой поменялись ролями. У жены несколько образований, мы с ней оба филологи, но я еще кандидатскую защищал, а Маша заинтересовалась скульптурой, гипсом, графикой, изобразительным искусством. Так что сейчас она получает высшее образование и практически не бывает дома, а я больше нахожусь с детьми. Но так как я еще и работаю, то дети сами себя воспитывают.

— Как строится рабочий день многодетного папы-писателя?

— Я стараюсь работать рано утром, пока дети еще спят и потом, когда они в школе. Дальше начинается логистика – отвезти, привезти, секции, уроки, и это съедает практически всю вторую половину дня. Обычно к этому времени я уже успеваю поработать и надеюсь, что моя работа не страдает. Наоборот, когда вокруг шум, мне пишется лучше. В командировке или в поездке, казалось бы, график менее плотный, но я не могу работать, я привык к своему ритму, когда тебя дергают, мешают.

— А нет какого-то табу, что если папа работает за компьютером, то нельзя мешать, шуметь?

— Нет. Я когда-то даже пытался сделать кабинет, но как-то не прижилось, сейчас я просто работаю в большой комнате. У нас свой дом, очень много животных, четыре собаки, три кошки, морские свинки, черепахи, рыбки, разные насекомые –  богомолы, палочники, бабочки разных видов, муравьи. Это все заводится для детей, но со временем становится моей заботой. Мне это даже нравится, я уверен, что смогу работать в любом зоомагазине.

— Каждому ребенку заводили то животное, которое он просил?

— Я бы сказал, по десятку разных животных, если не по 20-30.

«Бунт пупсиков» — Дмитрий Александрович Емец

Обычно пик любви к животным приходится на возраст с 9 до 13 лет. Потом, если это не собаки, с которыми можно дольше дружить, ребенок обычно охладевает. Большая часть животных, которых вы заведете ребенку до 13 лет, будут вашими, если у них достаточно продолжительный срок жизни.

Три книги, которые Дмитрий Емец советует прочитать подросткам:
Роберт Льюис Стивенсон «Черная стрела»
Александр Торик «Dimon: сказка для детей от 14 до 114 лет»
Корнелия Функе «Чернильное сердце»

— Вы своим детям советуете, какие книги надо прочитать?

— Да, у нас дома много книг. Я сначала стараюсь детей расчитать, чтобы возникала потребность чтения, это достаточно сложный процесс. Мы не строгие родители и у нас система «Сделай так, потому что я так сказал» — не работает. Работает система «Осторожно научи, чтобы я этого не заметил». Во-первых, мы многих детей запускаем в чтение через аудиокниги. Если вы слушаете аудиокниги, то это дополнительно 3-4 больших текста в неделю, это очень хороший бонус. Потом от аудиокниг переходим постепенно на более серьезные книги. Обычно начинаем с беллетристики, потом когда видим, что костер уже разгорелся, начинаем подбрасывать более сложные тексты.

— Большинство детей не любят читать книги из школьной программы. Она для современных детей слишком сложная или причина в чем-то другом?

— Десять лет назад средний человек читал 1 час 10 минут в день. Сейчас — 9 минут в день. Чтобы выработать навык к хорошему качественному чтению, нужно 500 часов. Вот и считайте, если вы будете читать по 9 минут, когда эти 500 часов пройдут. Большая проблема школы в том, что у школьников просто слабая вычитанность. Человек «Золотой ключик» не читал, а его заставляют читать Тургенева, Достоевского или Толстого. Может быть, хорошим методом было бы в начальной школе каждую четверть каждому ученику сдавать по 5-6 книг. Любых, какие нравятся. Любишь про насекомых — читай про насекомых, любишь про динозавров — читай про динозавров. Главное, чтобы была вычитанность.

Три книги Дмитрия Емца, которые писатель советует прочитать подросткам:
Таня Гроттер – 14 книг, для того, чтобы привить любовь к чтению не читающим детям
Мефодий Буслаев – 19 книг, подойдет для прокачивания навыка чтения, сериал многограннее и сложнее, чем история про Таню Гроттер
Школа ныряльщиков (ШНЫР) – сериал, который требует определенного читательского навыка.

— Пробуют ли писать ваши дети?

— Я буду рад, если они начнут писать, другое дело, что к этому нельзя вынуждать, здесь надо даже немного притормаживать. Например, если ты танцуешь, и я буду говорить — танцуй, здорово, у тебя так хорошо получается, то ты, скорее всего, танцевать бросишь. А если я буду мрачно косить — перестань танцевать, пора в школу, делай уроки, сколько можно танцевать – то в этом случае, скорее всего, будет желание продолжать заниматься танцами. Поэтому тут надо немного притормаживать, но не настолько чтобы задушить желание. И потом, писатель рождается из читателя. У человека, который прочитал 3-4 тысячи книг, есть шансы стать писателем, а если книг прочитано меньше, то автору может не хватить какого-то опыта. Когда-то ставили эксперимент — в пустую комнату с белыми стенами по очереди заходят трое одинаково одетых мужчин, садятся на стул, пять секунд молча смотрят в камеру, потом встают и уходят. И вы должны определить, кто из них прочитал 3 книги, кто 10 книг, а кто тысячу. И никто не ошибается, это всегда видно. Поэтому желаю всем прочитать не одну тысячу книг.

Фото: Екатеринбургский Дом книги

Комментарии

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *