Авраамические религии

Иудаизм

В иудаизме аскетизм не занимает существенного места, кроме практики поста, однако практиковался в некоторых течениях:

  • Ветхозаветные пророки,
  • Эссеи,
  • Терапевты
  • Кумранская община
  • Назореи
  • Рехавиты и др.

Христианство

В христианстве аскеза понимается как устремление человеческой воли посредством подвигов к стяжанию Божественной благодати, спасающей, исцеляющей, преображающей и обновляющей человеческое естество, подвергшееся грехопадению. Аскетизм — это напряженное усилие человека в стяжании благодати Святого Духа как залога спасения и Царства Небесного.

Христианство восприняло термин из античной культуры в значении напряжения, труда, усилия и упражнения, наполнив его новым духом и смыслом, незнакомым языческому миру.

Христианский аскетизм стал усилием по приобретению неизвестных языческому миру добродетелей, выраженных в заповедях любви к Богу и ближнему. Христианский аскетизм стал означать особое волевое действие. Это волевое действие человека, поддерживаемое действием Бога, который желает внутреннего преображения и изменения человека, помогает ему Своей благодатью на пути исполнения заповедей. Именно в синергизме (сотрудничестве, согласовании) двух воль, Божественной и человеческой, заключается основополагающий принцип христианского аскетизма.

По учению святых отцов, аскетические усилия (подвиги) сами по себе ещё не ведут к совершенству. Выделяя телесные и душевные подвиги (телесное и душевное или умное делание), святые отцы утверждают их необходимость для подтверждения ревности и желания человека в деле спасения, но в то же время указывают, что все аскетические усилия не имеют самоценности. Спасти, преобразить, исцелить и обновить человеческое естество может только Божественная благодать. Только через её осеняющие действие человеческие подвиги приобретают смысл.

Святитель Феофан Затворник подчеркивает, что все человеческие подвиги — пост, труд, бдение, уединение, удаление от мира, хранение чувств, чтение Священного Писания и другие останутся лишь упражнениями, если через них не пройдет Божественная благодать. «Вступая в подвиг, не на нём останавливай своё внимание и сердце, — говорит святитель, — но минуй его как нечто стороннее, — разверзай себя для благодати, как готовый сосуд, полным Богу преданием». Присутствие благодати в человеческой душе знаменует себя соуслождением всему духовному, любовью к Богу и ближнему, обилием духовных сил для исполнения евангельских заповедей. Стяжание благодати есть живое Богообщение.

Христианское понимание аскезы синтетически может быть определено как свободно-разумный подвиг и борьба за достижение христианского совершенства. Но совершенство не заключено в тварной природе человека, и потому не может быть достигнуто простым развитием возможностей этой природы, взятой в самой себе, в своей ограниченности. Совершенство мыслится лишь в Самом Боге, в даре Святого Духа. Отсюда аскеза, как таковая, никогда не становится целью; она лишь средство, лишь проявление свободы и разумности на пути к стяжанию дара Божия. Как разумный подвиг в своем развитии, аскеза становится наукой, искусством, культурой. Как бы ни была высока эта культура, взятая в своем человеческом аспекте, она имеет весьма условную ценность.

Посты, воздержание, бдения, суровый образ жизни, нищета, понимаемая как нестяжание, как нежелание «иметь», как свобода от власти над нами вещественного мира, послушание, как победа над своей эгоистической, «индивидуальной» волей и как одно из высоких и прекрасных выявлений нашей любви к Богу и ближнему, отшельничество, как следствие искания внутренней клети, где можно «помолиться Отцу втайне», поучение в слове Божием, не в смысле «внешнего», так сказать, академического знания, а как напоение себя тем духом благодатной жизни и богопознания, который заключен в Священном Писании и в творениях святых отцов, целомудрие как преодоление плотских «бессловесных» движений и вообще «комплекса плоти» чрез пребывание в памяти Божией, мужество, долготерпение и смирение, сострадание и милостыня, как выражение любви к Богу и ближнему, вера, как тот же подвиг любви, — все это может и должно быть разумным и свободным подвигом человека, но доколе не придет всеутверждающее действие Божественной благодати, дотоле все это останется лишь человеческим действием и следовательно — тленным. Всё это понимается в христианстве как аскеза.

> Античная эпоха

  • Киники
  • Диоген
  • Эпикурейцы
  • Стоицизм

Ислам

Основная статья: Зухд

В исламе аскетизм обозначается термином зухд (араб. زهد‎), а аскеты называются захидами. В первые века хиджры аскетические настроения затронули практически все направления ислама. Чаще всего они использовали термины ниск («благочестие», «подвижничество»), кана’а («умеренность и подчинение желаний») и вара’ («крайняя осмотрительность в различении дозволенного и запрещенного религиозным законом»), но в VIII в. эти понятия заменил термин зухд.

Тема зухда прослеживается уже в ранних сборниках хадисов, агиографической литературе и суфийских «учебных» сочинениях X—XIII вв. Концепция зухда оформилось в среде видных деятелей раннего мусульманского благочестия (зуххад), среди которых Хасан аль-Басри, Суфьян ас-Саури, Ибрахим ибн Адхам и др. Концепция зухда формировалась, возможно под влиянием христианского монашества, манихейства и индийской традиции, и развививалась в русле суфийской традиции. Суннитское (особенно в ханбалитское) понимание зухда подразумевает подавление страстей путём воздержания от мирских благ, бедности, уменьшения сна и пищи, а также практики «повеления одобряемого и запрещения осуждаемого».

Большинство средневековых исламских богословов прибавляли к своему имени эпитет захид. Ислам запрещает крайний аскетизм и призывает к умеренности в нём. Крайние проявления зухда наблюдались в практике суфиев, приводя к совершенной индифферентности к лишениям и полнейшему квиетизму. Среди таких проявлений: отказ от всего преходящего, сосредоточение на Боге своих помыслов, очищение сердца от всего, что может отвлечь от него.

Осознание опасности искушений (тайная гордыня, лицемерие) и введение школой маламатия и аль-Мухасиби методов внутреннего самонаблюдения привели к выработке в суфийской концепции аз-зухд фи-з-зухд («воздержание в воздержании»). Суть этой концепции состоит в том, что суфий освобождается от всего мирского (дунья) и воздерживается от своего воздержания. При этом он достигает состояния, при котором он может безбоязненно обращать внимание на мирскую жизнь и идти дальше по пути познания потустороннего мира (ахират). Это состояние аль-Газали называл «удовлетворенность Богом» (аль-истигна’ би-Ллах).

В современном в мусульманском мире понятие зухд и захид употребляются преимущественно в значении благочестивой жизни и благочестивого человека.

Литература

  • Аскеты // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  • Сборник Добротолюбие в переложении на русский язык свт. Феофана Затворника — Аскетизм в Православии
  • Аскетизм в Православии // Статья на портале «Азбука веры»
  • Николай Бердяев, «Дух и реальность», гл. IV. Смысл аскезы
  • Королькова Е. Смысл аскезы в философии Н. А. Бердяева // Феномен удовольствия в культуре. Матер. междунар. науч. форума. — СПб.: Центр изучения культуры, 2004, с. 38-41
  • Петросян А. Р. Зухд // Ислам: энциклопедический словарь / Отв. ред. С. М. Прозоров. — М. : Наука, ГРВЛ, 1991. — С. 80. — ISBN 5-02-016941-2.
  • Пономарёв П. П. Аскетизм // Православная богословская энциклопедия. — Петроград, 1900—1911.
  • Свенцицкий В. П. Мировое значение аскетического христианства // Собрание сочинений. М.: Даръ, 2011.

Словари и энциклопедии

Нормативный контроль

BNE: XX525399 · BNF: 11960540q · GND: 4003223-1 · LCCN: sh85008537 · NDL: 00565881

Для улучшения этой статьи желательно:

  • Найти и оформить в виде сносок ссылки на независимые авторитетные источники, подтверждающие написанное.

Пожалуйста, после исправления проблемы исключите её из списка параметров. После устранения всех недостатков этот шаблон может быть удалён любым участником.

Аскетизм

1. Что такое аскетизм
2. Священное Писание об аскетизме
3. Аскетизм – это не цель, а средство стяжания благодати
4. Аскетические подвиги необходимы каждому, желающему спасения

1. Что такое аскетизм

Аскетизм — подвижничество, постоянное совершение подвигов при помощи благодати Божией ради пребывания в общении с Богом в этой жизни и в будущей.

Это — постоянная борьба христианина со всеми проявлениями в нём греха, взращивание добродетелей с участием всех его сил, и телесных и душевных.
Цель аскетизма – стяжание благодати и спасение. Аскетизм направлен на восстановление утраченных в грехопадении гармонии всех сил человека, внутренней свободы и богообщения.
Слово “аскетизм” происходит от греческого глагола “аскео”, означающего искусно и со старанием обрабатывать грубый материал, а также заниматься разными упражнениями с целью достижения более совершенного уровня.

В I-III веках аскетами назывались христиане, которые упражнялись в строгой и воздержанной жизни, оставаясь в обществе. Тех же, кто для этой же цели уединялся в пустынные места, называли анахоретами. С распространением и развитием монашества аскетизм стал характеризовать монашеский образ жизни, воплотивший в себе строгое и последовательное подвижничество. Таким образом в результате исторически сложившегося положения вещей слова «аскетизм», «подвижничество» и «монашество» стали синонимами. Евсевий Кессарийский первый стал употреблять слова “монах” и “аскет” как равнозначные. Однако по своей сущности слово «аскетизм» имеет более широкий смысл.

2. Священное Писание об аскетизме

В Священном Писании жизнь христианина определяется как борьба, с привлечением всех сил и усилий человека для достижения Царства Божьего. Господь Иисус Христос учит:

“Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его” (Мф. 11, 12), а так же говорит: “подвизайтесь войти сквозь тесные врата…” (Лк. 13, 24).

Он, говоря о несении креста христианином, прямо указывает на необходимость подвига для верующего на пути ко спасению. Иисус Христос говорит Своим ученикам:

«…если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною, ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее» (Мф. 16, 24-25);

«Любящий душу свою погубит ее; а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную» (Ин. 12, 25);

«Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое; а как вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир» (Ин. 15, 18-19).

«Многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие», — говорит Слово Божие (Деян. 14, 22)

3. Аскетизм – это не цель, а средство стяжания благодати

Святые отцы понимали под аскетизмом пути приобретения праведности, благочестия и достижение святости в жизни.
По учению святых отцов Церкви аскетизм не самоценен. Сам по себе он не составляет совершенства.
Аскетизм – это средство, применяемое ради того, чтобы сделать человека способным к восприятию божественной благодати, богообщению, спасению, достижению вечной жизни. По мысли, например, преподобного Иоанна Кассиана Римлянина, «посты, бдения, нищета, отшельничество, упражнение в Священном Писании, расточение всего имущества не составляют совершенства, но суть только средства к совершенству; не в них состоит цель искусства, но посредством их достигается цель. Напрасно будет упражняться в них тот, кто довольствуется ими, как высшим благом; это значит — иметь орудие для искусства и не знать его цели».
Аскетические подвиги – это свидетельство человека о том, что он действительно жаждет спасения, действительно ищет Бога и Его правды. К деятельно ищущему Бога приходит Божественная благодать и обновляет, освящает, спасает его.
Св. Игнатий (Брянчанинов) пишет об этом так:
«Способность дается просящим ее у Бога от искренности сердца, — говорит блаженный Феофилакт Болгарский: «просите», сказал Господь, «и дастся вам; всяк просяй, приемлет» (Мф. 7, 7-8). Искренность прошения доказывается жительством, соответствующим прошению, и постоянством в прошении, хотя бы исполнение прошения отсрочивалось на более или менее продолжительное время, хотя бы желание наше наветовалось различными искушениями. Собственные подвиги, которыми инок усиливается победить и изменить свойство падшаго естества, суть только свидетели истиннаго произволения. Победа и изменение естества принадлежит единому Богу. «Где побеждено естество, — говорит святый Иоанн Лествичник, — там признается пришествие Того, Кто превыше естества» (Слово 15, гл. 8). Изменяет естественное влечение Бог в том, кто всеми зависящими от него средствами докажет свое искреннее желание, чтоб влечение это изменилось: тогда Дух Божий прикасается духу человеческому, который, ощутив прикосновение к себе Духа Божия, весь, со всеми помышлениями и ощущениями, устремляется к Богу, утратив сочувствие к предметам плотскаго вожделения (Святый Исаак Сирский, Слова 43 и 38). Тогда сбываются слова Апостола: «прилепляяйся Господеви, един дух есть с Господем» (1 Кор. 6,17). Тогда самое тело влечется туда, куда стремится дух».
«Непорочность, достойная рая, является по истреблении из сердца страстей. Единый Святой Дух может вполне очистить человека от страстей и возвратить ему власть над самим собою, похищенную диаволом».
«Необходим подвиг для христианина; но не подвиг освобождает христианина от владычества страстей: освобождает его десница Вышнего, освобождает его благодать Святого Духа.
Обузданием и умерщвлением плоти, трудами благочестия при тщательном соблюдении евангельских заповедей доставляется христианину истинное смирение. Истинное смирение заключается в полном самоотвержении, в полной преданности Богу, в непрестанном служении Богу. Такое смирение привлекает в душу Божественную благодать. Божественная благодать, осенивши душу, преподает ей духовное ощущение, – и страсти, эти ощущения и влечения плотские и греховные, остаются праздными (св. Исаак Сирский, Слово 43)».
«Вступая в подвиг, не на нем останавливай свое внимание и сердце, — учит св. Феофан Затворник, — но минуй его как нечто стороннее, — разверзай себя для благодати, как готовый сосуд, полным Богу преданием».

Авва Исаия, отшельник пишет:
«Все добродетели наши в Боге — отнюдь не наша собственность. Бог спасает нас; Он ниспосылает нам силу храниться от зла; Он покрывает нас промыслом Своим и подает нам возможность пребывать в нестяжании; Он дарует нам обращение к Нему, и когда обратимся к Нему, это бывает последствием действия Его на нас; Он внушает нам благодарить Его, и благодарим Его по дару Его; Он ниспосылает в нас благодать, действием которой возбуждается в нас благодарение Богу; Он защищает нас от врагов наших демонов, исторгает нас из рук и челюстей их».

4. Аскетические подвиги необходимы каждому, желающему спасения

Православие признаёт аскетизм непременным и необходимым условием подлинно-христианской жизни, независимо от того, в миру или в монастыре спасается христианин.
«…Каждый из нас, через преуспеяние в добродетели, должен доводить себя до меры возраста мужа совершенного…» — пишет св. Григорий Нисский.
При этом формы аскетизма могут быть различны в монашестве и в мирской жизни, монашество же лишь наиболее приспособлено для занятий человека аскетическими упражнениями.
Конкретная форма и степень аскетического подвига каждого человека определяется данными им обетами, условиями жизни, мерой духовного возраста и советами духовника. Подвиг должен соответствовать силам христианина и усиливаться постепенно, по мере его духовного возрастания. Преждевременный чрезмерный подвиг приводит к тому, что духовная жизнь расстраивается, силы надрываются и человек или оставляет всякое делание, даже и малое правило, или впадает в прелесть.

Св. Никодим Святогорец пишет «о кознях врага против тех, которые вступили на добрый путь»:
«…враг не оставляет его и здесь и переменяет только тактику, а не злое свое желание и чаяние преткнуть его о камень искушения какого-либо и погубить. И святые отцы изображают такого обстреливаемым со всех сторон: сверху и снизу, справа и слева, спереди и сзади — отовсюду летят на него стрелы. Стрелы сверху — внушения чрезмерностей непосильных в трудах духовных; стрелы снизу — внушения умалить или совсем оставить такие труды по саможалению, нерадению и беспечности…
Первым делом у врага, после того как решится кто оставить недобрые пути и действительно оставляет их, бывает — очистить для себя место действия против него, чтоб никто не мешал ему. Успевает он в этом, когда внушит вступившему на добрый путь действовать самому по себе, не обращаясь за советом и руководством…
Следствием такого самопрельщения бывает для одних то, что они бросаются на чрезмерные подвиги не по силам и не по времени. Сильное возбуждение энергии самонадеянностью дает им на первый раз силу протянуть такие подвиги несколько времени; потом силы их истощаются и они не находят уже их в себе столько, чтоб держать самые умеренные подвиги, а нередко и от этих отказываются. Иные же, разжигая свою самодеятельную энергию все более и более, доходят до такой самоуверенности, что считают все для себя возможным. В этом возбужденном состоянии они делают пагубные шаги: бросаются в колодцы высохшие или с утесов, где живут в пещере какой, совсем отказываются от пищи и подобное. Все это устраивает враг незаметно для прельщаемых.
Для других следствием самопрельщения, приписывания себе самим своих успехов бывает то, что они дают себе право на разные послабления и льготы. Есть такая прелесть, что когда вводится в жизнь человека что-то новое, как, например, у покаявшегося, тогда дни кажутся месяцами, а недели годами. От этого потрудившемуся немного в порядках новой жизни враг легко вбивает в голову мечты: сколько я потрудился, сколько времени постился, сколько раз ночи не спал и подобное. Можно немного и отдохнуть. «Отдохни,- толкует враг,- дай покой плоти; немножко и развлечься можно». Как только согласится на это неопытный новичок, пойдут у него льготы за льготами, пока наконец расстроятся все порядки богоугодной жизни, и он спустится в ту же жизнь, которую оставил, и начинает опять жить в нерадении и беспечности, спустя, как говорится, рукава».
Архимандрит Мелхиседек (Артюхин) пишет:
«Начинать надо с малого, идти к чему-то постепенно. У греков был замечательный девиз: ничего сверх. Ничего сверх! И Оптинские старцы жили в таком же духе: крайности – бесовские. Отказываюсь от всякой пищи, в храм хожу каждый день, молитвенное правило прежде ни разу не читал, не знал даже, что это такое – утренние и вечерние молитвы, а теперь заставляю читать себя полностью и все утренние, и все вечерние молитвы… Да лучше начать с Трисвятого и закончить упованием «Отец, виждь и упокой мой дух» – минутное правило. Кстати, отцы так и говорили: «Правилу маленькому, но постоянно исполняемому, цены нет». Святитель Игнатий пишет: за большим и непосильным правилом следует тотчас оставление всякого правила. Это очень важно – знать меру. Всё красит мера. Пусть это будет по чуть-чуть, но ежедневно и постоянно».

Преподобный Никон Оптинский советует:
Оставив несбыточные мечты о непосильных подвигах и возвышенных образах жития, начнем во смирении с терпения скорбей. Когда уготовятся души наши, аще будет воля Божия на то, дано будет нам и высшее.

Сергей Нилус описал один из ужасных примеров прелести, постигающей неразумное рвение:
«В начале каникул лета того года, в Оптину пустынь к настоятелю и старцам явился некий студент одной из Духовных Академий, кандидат прав университета. Привез он с собою от своего ректора письмо, в котором, рекомендуя подателя, отец ректор (преосвященный) просит начальство пустыни дать ему возможность и указания к деятельному прохождению монашеского послушания во все его каникулярное время.
Аспирант монашеского подвига был принят по-оптински, — радушно и ласково. Отвели ему номерок в гостинице, где странноприимная, а послушание дали то, через которое, как чрез начальный искус, оптинские старцы проводят всякого, кто бы ни пришел поступать к ним в обитель, какого бы звания или образования он ни был: на кухне чистить картошку и мыть посуду. Так как у нового добровольца-послушника оказался голос и некоторое умение петь, то ему было дано и еще послушание — петь на правом клиросе. Оптинские церковные службы очень продолжительны, и круг ежедневного монастырского богослужения обнимает собою и утро, и полдень, и вечер, и большую часть ночи*: чистить картошку и посещать клиросное послушание — это такой труд, добросовестное исполнение которого под силу только молодому, крепкому организму и хорошо дисциплинированной воле, одушевленной к тому же ревностью служения и любви к Богу. Но этого труда ученому послушнику показалось недостаточно, и он самовольно (по-монастырски — самочинно) наложил на себя сугубый молитвенный подвиг: стал молиться по ночам в такое время, которое даже и совершенным положено для отдохновения утружденной плоти. Это было замечено гостиником той гостнницы, где была отведена келья академисту; пришел он к настоятелю и говорит:
— Академист-то, что-то, больно в подвиг ударился: по ночам не спит, все молится; а теперь так стал молиться, что, послушать, страшно становится; охает, вздыхает, об пол лбом колотится, в грудь себя бьет.
Призвали старцы академиста, говорят:
— Так нельзя самочинничать: этак и повредиться можно, в прелесть впасть вражескую. Исполняй, что тебе благословлено, а на большее не простирайся.
Но усердного не по разуму подвижника, да еще ученого, остановить уже было нельзя: что, мол, понимает монашеская серость? Я все лучше их знаю!
И, действительно, узнал, — дошел до таких степеней, до каких еще никто не доходил из коренных подвижников оптинских!..
Вскоре после старческого увещания, певчими правого клироса была замечена явная ненормальность поведения академиста: он что-то совершил во время церковного пения, такое, что его с клироса отправили в монастырскую больницу; а в больнице у него сразу обнаружилось буйное умопомешательство. Пришлось его связать и посадить в особое помещение, чтобы не мог повредить ни себе, ни людям. За железной решеткой в небольшом окне, за крепкой дверью и запором, и заключили, до времени, помешанного, а тем временем дали о нем знать в его академию.
Событие это произошло первого августа 1904 года, а второго августа оно разрешилось такой катастрофой, о какой не только Оптина пустынь, но и Церковь русская не слыхивала, кажется, от дней своего основания.
Во Введенском храме (летний оптинский собор) шла утреня. Служил иеромонах, отец Палладий, человек лет средних, высокой духовной настроенности и богатырской физической силы. На клиросах пели «Честнейшую Херувим»; отец Палладий ходил с каждением по церкви и находился в самом отдаленном от алтаря месте храма. Алтарь был пуст, даже очередной пономарь, и тот куда-то вышел. В церкви народу было много, так как большая часть братии говела, да было немало говельщиков и из мирских богомольцев… Вдруг, в раскрытые западные врата храма, степенно и важно, вошел некто совершенно голый. У самой входной двери этой, с левой стороны, стоит ктиторский ящик, и за ним находилось двое или трое полных силы, молодых монахов; в трапезной — монахи и мирские; тоже — и в самом храме. На всех нашел такой столбняк, что никто, как прикованный, не мог сдвинуться с места… Так же важно, тою же величественною походкой, голый человек прошел мимо всех богомольцев, подошел к иконе Казанской Божией Матери, что за правым клиросом, истово перекрестился, сделал перед нею поклон, направо и налево, по-монашески, отвесил поклоны молящимся и вступил на правый клирос.
И во все это время, занявшее не менее двух-трех минут, показавшихся очевидцам, вероятно, вечностью, никто в храме не пошевельнулся, точно силой какой удержанные на месте.
Не то было на клиросе, когда на него вступил голый: как осенние сухие листья под порывом вихря, клирошане — все взрослые монахи, — рассыпались в разные стороны, — один даже под скамейку забился, — гонимые паническим страхом. И тут, во мгновение ока, голый человек подскочил к царским вратам, сильным ударом распахнул обе их половинки, одним прыжком вскочил на престол, схватил с него крест и Евангелие, сбросил их на пол далеко в сторону и встал во весь рост на престоле, лицом к молящимся, подняв кверху обе руки, как некто, кто «в храме Божием сядет, как Бог, выдавая себя за Бога… (2 Сол. 2.4)
Мудрые из оптинских подвижников так это и поняли.
Этот голый человек был тот самый академист, что, вопреки воле старцев и без их благословения, затеял самовольно подвижничать и впал в состояние омрачения души, которое духовно именуется прелестию…
Тут сразу, как точно кандалы спали с монахов — все разом бросились на новоявленного бога, и, не прошло секунды, как уже он лежал у подножия престола, связанный по рукам и ногам, с окровавленными руками от порезов стеклом, когда он выламывал железную решетку и стеклянную раму своего заключения, и с такой сатанинской, иронически злой усмешкой на устах, что нельзя было на него смотреть без тайного ужаса.
Одного монаха он чуть было не убил, хватив его по виску тяжелым крестом с мощами; но Господь отвел удар, и он только поверхностно скользнул, как контузия, по покрову височной кости. Он ударил того же монаха вторично кулаком по ребрам, и след этого удара, в виде углубления в боку, у монаха этого остался виден и доселе.
Когда прельщенного академиста вновь водворили в его келью, где, казалось, он был так крепко заперт, он сразу пришел в себя, заговорил, как здоровый…
— Что было с вами? — спросили его, — помните ли, что вы наделали?
— Помню, — ответил он, — все хорошо помню. Мне это надо было сделать: я слышал голос, который повелевал мне это совершить, и, горе было бы мне, если бы я не повиновался этому повелению… Когда, разломав раму и решетку в своем заключении и скинув с себя белье, я нагой как новый Адам, уже не стыдящийся наготы своей, шел исполнить послушание «невидимому», я вновь услыхал тот же голос, мне говорящий: — «иди скорее, торопись, а то будет поздно!» — Я исполнил только долг свой перед пославшим меня.
Так объяснил свое деяние новейший Адам, сотворивший волю пославшего его отца лжи и духовной гордости.
Отправили прельщенного в Калугу, в «Хлюстинку» — больницу для душевнобольных, а оттуда его вскоре взял на свое попечение кто-то из его ближайших родственников».

См. тж.: Страсть. Духовная брань. Трезвение. Хульные помыслы. Пост. Молитва. Старец

Свиток «Зачем нужны посты». Свиток «Духовная борьба» Свиток «Молитва»

Святитель Феофан Затворник. Что есть духовная жизнь и как на неё настроиться
Св. Феофан Затворник. Внутренняя жизнь
Авва Дорофей. Душеполезные поучения
Душеполезные поучения преподобного Амвросия Оптинского
Душеполезные поучения преподобного Макария Оптинского
Святитель Игнатий (Брянчанинов). Аскетические опыты
Святитель Игнатий (Брянчанинов). Аскетическая проповедь
Св. Игнатий (Брянчанинов). Слово о спасении и о христианском совершенстве
Святитель Феофан Затворник. Путь ко спасению. Краткий очерк аскетики
Лествица или скрижали духовные преподобного отца нашего Иоанна игумена Синайской горы
Святой праведный Иоанн Кронштадтский. Моя жизнь во Христе
Преподобный Никодим Святогорец. Невидимая брань
Симфония по творениям преподобных Варсануфия Великого и Иоанна
Симфония по творениям преп. Исаака Сирина
Священник Павел Гумеров. Восемь смертных грехов и борьба с ними
Преподобный Нил Сорский. Устав о скитской жизни
Память смертная
Старец Паисий Святогорец. Слова. Т. 1. С болью и любовью о современном человеке
Старец Паисий Святогорец. Слова. т. 2. Духовное пробуждение
Старец Паисий Святогорец. Слова. Т. 3. Духовная борьба
Старец Паисий Святогорец. Слова. Т. 4. Семейная жизнь
Старец Паисий Святогорец. Слова. Том 5. Страсти и добродетели
Святые отцы о страстях
Древний патерик
Схиигумен Иоанн (Алексеев). Письма Валаамского старца

Святые отцы о помыслах
Евагрий Понтийский. О помыслах

Преподобный Макарий Египетский. Семь слов

Преподобный Макарий Египетский. Духовные беседы

Преподобный Иустин (Попович). Христианство по учению преподобного Макария Египетского

Преп. Никон Оптинский. Завещание духовным детям

Св. Игнатий (Брянчанинов). Письма к мирянам

Преп. Симеон Новый Богослов. Слово сорок восьмое. Никто да не дерзает думать, что возможно спастись одною верою, без делания добрых дел

Профессор И. М. Андреевский. Православно-христианское нравственное богословие

Св. Николай Сербский. Жатвы Господни

Телесные и душевные подвиги

Преподобных отцев Варсонофия Великого и Иоанна руководство к духовной жизни в ответах на вопрошения учеников

Игумения Арсения (Себрякова). Жизнеописание. Записки. Письма

Аскетизм — это инструмент саморазвития. Для правильного его использования важно понимать, как он работает, какие аскезы, как и когда практиковать, чтобы результат шёл во благо. Я начала соблюдать аскезы задолго до практики йоги, но не понимала, чем именно я пользуюсь, и что мне это даёт. Став преподавателем, и увидев аскетизм под новым для себя углом, я поняла, что мои аскезы скорее шли мне во вред, а никак не были инструментами развития. В данной статье я постараюсь разобраться в этом вопросе и обозначить важные моменты осознанной и ответственной работы с аскезами, ибо, как за любое действие в этой жизни за совершение аскез и наше отношение к ним, мы также несём ответственность.

Что такое аскеза?

Аскеза — это добровольное принятие дискомфорта (физического, психологического или любого другого), а также определённые усилия, которые мы к этому прикладываем. Важный акцент на слова «добровольное» и «принятие». То есть мы не страдаем и не рассчитываем на то, что это «зачтётся». Более того, мы спокойно и смиренно это принимаем.

Какими бывают аскезы?

Аскезы бывают разными. Йоги и буддисты выделяют 3 типа: аскезы Тела; аскезы Речи и аскезы Ума.

Аскезы Тела:

  • питание, способствующее духовному росту (саттвичное, неубойное, без интоксикаций),
  • умеренные физические нагрузки,
  • паломничества,
  • нахождения только в благостных местах,
  • чистота тела и одежды,
  • простота,
  • ненасилие (может быть аскезой речи и ума тоже), контроль страстей и пр.

Совершая аскезы для тела, важно помнить, что цель ни в коем случае не навредить телу и пострадать, а через аскезу научиться контролировать свои желания и чувства. Фанатизм и садо-мазохизм неуместны, более того, самоистязание не имеет с аскезой ничего общего. Здесь можно возразить и вспомнить массу примеров из жизнеописаний йогов, которые вытворяли со своими телами, с нашей точки зрения, именно садо-мазо. Я это объясняю разными уровнями духовного развития: что для нас аскеза, для них — естественное состояние, поэтому для действенного неудобства нужно что-то более изощрённое.

Кайлаш

Аскезы Речи:

  • сатья (правдивость),
  • не критиковать,
  • не обсуждать,
  • не злословить,
  • не говорить плохо о ком-либо за спиной,
  • не перебивать,
  • не кричать,
  • не «насиловать» речью тех, кто не хочет слушать или не готов принять сказанное,
  • избегать споров,
  • не переубеждать никого ни в чём и не стремиться «перетянуть в свою веру, йога-кружок и т.д.».

Аскезы Ума:

  • контроль чувств и эмоций,
  • чтение Писаний и размышления,
  • джняна-йога,
  • самоанализ,
  • обуздание чувств,
  • усмирение гордыни,
  • покаяние (раскаяние),
  • почтительное отношение к людям,
  • проявление уважения и тому подобное.

Хочу поделиться своим опытом. Аскезы Тела для меня просты и не утруждают так сильно, как аскезы Ума или Языка. Голодание, физические упражнения, ранний подъём и прочие относящиеся к Телу лишения я проживаю достаточно легко и практикую их часто. Раньше даже не задумывалась про существование аскез для Ума и Речи. В астрологии считается, что женщины находятся под влиянием Луны, а мужчины — Солнца. Лунная энергия отвечает за эмоциональность, психическую силу человека, Солнце — это активная энергия действия на физическом плане, страсть и деятельность. Поэтому женщинам советуют выполнять больше аскез именно Ума и Речи, в то время как мужчинам — Тела, что увеличивает их Солнечную силу. Действительно, выполняя мужские аскезы, я чувствую в себе напряжение и раздражительность, несмотря на то, что сами аскезы даются легко.

Аскезы могут делиться на вынужденные и добровольные. Хотя, это не совсем верно. То, что можно назвать вынужденной аскезой — «отработка» кармы, и аскезой не является. Вынужденный дискомфорт и боль напоминают о неизбежности страданий в этом мире и необходимости работы над собой, добровольные помогают отработать или уменьшить долги будущего. Интересно, что не все добровольные пойдут на благо. Аскезы желательно совершать предписанные.

На мой взгляд, весьма показательной является история Гандхари — жены Дхритараштры из Махабхараты.

Гандхари

Образ царицы очень благочестив и скромен, как и предписано женщине, но страшная аскеза, на которую она себя обрекла, не была предписанной. Женщине надлежит спрашивать совета и разрешения у отца или мужа, ибо она находится под их защитой и пожинает плоды их деятельности. Гандхари из самых благих побуждений сострадания и желания понять слепого от рождения мужа обрекла себя на добровольную слепоту. Муж это воспринял как насмешку. Мудрецы также не одобрили сей поступок, ибо в писаниях он не упоминался и доселе не использовался, но, тем не менее, принимая во внимание благие мотивы, аскеза была разрешена Гуру династии, хотя и против воли мужа. Кармические связи трудны для понимания, так как нелинейны. Точно сказать, к чему привела данная аскеза, трудно. Но счастья в том воплощении у Гандхари не было — 100 сыновей родились с демоническими наклонностями, мужа не оставляла ни на мгновение и туманила его ум жажда власти, принося массу страданий его жене и подданным. А брат Шакуни считается главным зачинщиком боя на Курукшетре. Конечно, причиной не является одна лишь аскеза, но в непонятной до конца «многоходовке» всё играет роль.

В любом случае, аскеза — дело серьёзное и требует чёткого понимания цели и инструментария. Лучше пользоваться предписанными, по крайней мере, до тех пор, пока уровень личной практики и духовного роста не позволит видеть вещи глубже и сопоставлять действие с последствием.

Как и любой поступок, аскеза может совершаться в разных гунах — в страсти (раджас), невежестве (тамас) или благости (саттва). Зависит это, в первую очередь, от цели аскезы. Аскезы с целью духовного развития — это аскезы в благости, с целью получения для себя материальных благ — в страсти, и аскезы с целью получения энергии для проклятия других — это уже невежество. Нужно различать аскезы для своего блага и на благо других. Это совершенно разные категории, однако, последовательность выполнения должна быть такой — сначала очищаем внутренним огнём себя, затем работаем на благо других.

Какие плоды от аскез мы можем получить?

  1. Сжигание кармы («Совершившие великий грех и остальные, совершающие недостойные дела, освобождаются от греха хорошо исполненным аскетическим подвигом» Ману-смрити, XI 240).
  2. Накопление тонкой энергии шакти (или тапаса) переработкой грубой энергии накопленных заслуг, что увеличивает жизненную энергию и повышает наш потенциал.
  3. Получение материальных или духовных благ — удачное замужество, благословение богов, деньги, сиддхи, могущество, власть, уважение и многое другое.

В соответствии с законом кармы, все события в мире сбалансированы между тем, что мы получаем и тем, что отдаём простым механизмом. Механизм этот известен как 3-ий закон Ньютона: «Действию всегда есть равное и противоположное противодействие, иначе, взаимодействия двух тел друг на друга равны и направлены в противоположные стороны». И если мы переживаем аскезы, то, согласно механизму кармы, это страдание должно быть компенсировано неким количеством «счастья», чаще всего исполнением желаний (выздороветь, выйти замуж, получить много денег и т.д.). «Вознаграждение» во многом зависит от уровня развития аскета.

Цель аскезы.

Цель должна быть чёткой и ясной. Иначе легко попасться на удочку Эго, и совершать аскезы ради самих аскез. При этом взращивая чувство собственного Я, параллельно «просвещая» всех и вся вокруг, и наблюдая за взлетом чувства важности, как собственной, так и совершаемых действий, привязываясь к результату и ещё крепче сжимая руки кармы на своей шее.

Видеть и понимать цель очень важно. Нам неизвестно, почему йоги Индии подолгу морят себя голодом, холодом и Бог знает ещё чем. Это другой уровень. И нет смысла практиковать такие вещи во имя Эго. Например, мы решаем совершить аскезу и 10 дней не мыться. Это серьёзная аскеза. Но какова цель? Ведёт ли это к повышению уровня сознания и духовному росту? В качестве примера приведу такую притчу:

Умер человек и попал на Божий суд и спрашивает Бога:
— Господи, что с долей моей? Я заслужил царствие небесное? Я ведь страдал! — с достоинством заявил человек.
— А с каких это пор, — удивился Бог, — страдания стали считаться заслугой?
— Я носил власяницу и вервие, — упрямо нахмурился человек. — Вкушал отруби и сухой горох, не пил ничего, кроме воды, не притрагивался к женщинам. Я изнурял своё тело постом и молитвами…
— Ну и что? — заметил Бог. — Я понимаю, что ты страдал — но за что именно ты страдал?
— Во славу твою, — не раздумывая, ответил человек.
— Хорошенькая же у меня получается слава! — усмехнулся грустно Господь. — Я, значит, морю людей голодом, заставляю носить всякую рвань и лишаю радостей любви?
Повисло молчание… Бог всё так же задумчиво взирал на человека.
— Так что с моей долей? — напомнил о себе человек.
— Страдал, говоришь, — тихо произнёс Бог. — Как тебе объяснить, чтобы понял… Вот, например, плотник, что был перед тобой. Он всю жизнь строил дома для людей, в жару и холод, и голодал порой, и часто попадал себе по пальцам, через это и страдал. Но он всё-таки строил дома. И потом получал свою честно заработанную плату. А ты, получается, всю жизнь только и делал, что долбил себе молотком по пальцам.
Бог на мгновение замолчал…
— А где же дом? Дом где, Я спрашиваю?!

Как совершать аскезы?

Кришна в Бхагавад-Гите говорит: «Что бы ты ни делал, что бы ты ни ел, что бы ни приносил в жертву или в дар, какой бы подвиг ты ни совершал, о Каунтея, — всё это совершай как приношение Мне!» (БГ 9.27). «Знай, что свершающие не предписанные святыми Писаниями жестокие аскетические подвиги ради самолюбования и с гордостью, в то же время одолеваемые половой страстью, привязанностями и насильственностью, неразумные, терзающие элементы, из которых состоят их тела, а также Меня, находящегося внутри их тел, — знай, что их решения демонические!» (БГ 17.5-6).

Самая главная опасность, подстерегающая любого аскета, состоит в том, что, получая шакти (тапас) посредством аскез, гордыня начинает «зашкаливать». Благодаря аскезам уважение к практику в социуме автоматически повышается, и Эго радостно потирает ручки. Без веры и без Бога внутри, аскезы превращаются в палача. Все результаты следует предлагать Богу и делать на благо всех живых существ (даже совершая аскезы для своего собственного очищения и духовного роста, необходимо понимать, что в долгосрочной перспективе это должно принести благо всем).

Поэтому важно не обсуждать аскезу с другими, не хвастаться, не выставлять напоказ, а лучше не говорить вообще про неё ни с кем, кроме как с Учителем (Наставником), если таковой имеется. На этот счёт есть замечательная притча:

Во времена Будды Шакьямуни жил один богатый царь, вознамерившийся поднести Будде и сотням сопровождающих его монахов несметные дары. Он пригласил их всех на особый праздник, который проходил в его саду. Много недель подряд царь подносил всем собравшимся бесчисленные дары в виде вкуснейшей еды, одежды и денег. По традиции того времени после совершения благого действия выполнялось посвящение заслуг, так что человек получал награду за свои дела. Когда грандиозное торжество подходило к концу, царь попросил о посвящении заслуг последних нескольких недель. Будда согласился выполнить его просьбу, но прежде чем сделать это, задал очень необычный вопрос: «Должен ли я за все твои материальные подношения и подарки совершить посвящение в твою пользу или в пользу того человека, который в действительности накопил наибольшую заслугу?».

Царь был сбит с толку. Он думал, что самая большая заслуга принадлежит ему, ведь это он организовал праздник и был столь щедр со всеми, однако ответил: «Разумеется, ты должен посвятить заслугу тому, кто её заслужил».

Тогда Будда посвятил заслугу старухе-нищенке, сидевшей у ворот сада. Собравшиеся были потрясены. Спутник Будды Ананда спросил его: «Почему ты посвятил заслугу от этого праздника нищенке, которая совершенно ничего не сделала, а не царю, который всё это оплатил?» Будда ответил: «Деньги потратил царь, а у нищенки нет и рупии, но она радовалась, что совершаются такие обильные подношения. Поскольку сама она ничего не давала, она не испытывала гордости. Царь был щедр, но самодоволен, восхищаясь собственными благими поступками. Заслуга старухи оказалась больше заслуги царя благодаря тому, что она была искренней и скромной».

Собираясь соблюдать аскезу, необходимо заранее спланировать продолжительность аскезы и следовать плану. Если появляется соблазн соблюдать дольше — вероятно, Эго укрепилось; если же наоборот появилось желание быстрее покончить с ней это показатель того, что сила воли слабая или внешние силы мешают. Фанатичность, равно как и потакание слабостям, показатель неблагой аскезы. Предписанные аскезы имеют определённое время входа-выхода согласно писаниям. Например, жительницы Индии соблюдают пост на Навратри — 9 дней и 9 ночей ограничений. И эти дни определены весенним и осенним равноденствием (существует летнее и зимнее Навратри, но их меньше празднуют). Также на постящегося может оказывать влияние планета, соответствующая конкретному дню недели во время соблюдения поста и других аскез. Например, экадаши выпадают на 11-ые лунные сутки, и время выхода чётко обозначено. Православные посты тоже имеют временные рамки и другие условия. То есть временной фактор важен как с точки зрения продолжительности, так и начала-окончания аскезы. Для себя я поняла, что хорошо бы следовать уже существующим предписаниям и не изобретать велосипед.

«Пост как приносит пользу тем, которые разумно к нему приступают, так и вредит неразумно его начинающим. Посему заботящиеся о пользе поста, должны беречься вреда его, то есть тщеславия». (Преподобный Марк Подвижник)

«Правила» выполнения аскез, которые я вывела для себя:

Во-первых, постоянство (признак саттвы). Как и любой другой аспект садханы, аскеза должна быть постоянной, если не предусмотрен конкретный период её выполнения.

Во-вторых, предложение результатов аскез Богу, и изначально делать это для Бога, другими словами, не привязываться к плодам. Стоит быть благодарными просто за возможность совершить аскезу, служить людям и двигаться на пути самосовершенствования.

В завершение хотелось бы сказать. Лучшая аскеза — следовать своей дхарме и налаживать отношения с Богом, каждое действие совершать беЗкорыстно и подносить плоды Всевышнему. Тогда кармические узелки будут постепенно уменьшаться, и жизнь будет проходить в благих аскезах. Вот что говорится в Ману-смрити про дхарму «Аскетизм для брахмана — приобретение священного знания, аскетизм для кшатрия — охрана народа, аскетизм для вайшу — хозяйственная деятельность, аскетизм для шудры — служение» (XI 236).

Пусть все живые существа будут счастливы!

Как делать аскезу?

Аскеза – практика, существующая во многих религиозных конфессиях и, чтобы начать ее совершать необходимо правильно к этому подойти. Импульс, возникающий в душе, является сигналом к потребности что-то поменять в своей жизни и это — начало размышлений об аскезе. Следующим важным шагом является обращение за информацией к тому религиозному источнику, к которому человек принадлежит- везде есть свои тонкости. Сила аскезы заключается в искреннем стремлении души и наибольшая польза, когда упражнения в аскезе совершаются в благости:

  1. Аскеза – телесные практики. Тело – храм души, если человек посмотрит на это с духовной позиции, все становится на свои места. Внешняя чистота заключается в применении прохладного душа 2 раза в день. Внутренняя чистота – прием простой и полезной пищи. Соблюдение постов направлено на очищение организма. Умеренная физическая нагрузка также очень важна.
  2. Аскеза умственная. Изучение литературы о благих людях, которые оставили след в истории, благодаря своей жертвенности и человеколюбию, преодолели себя в пороках и возвысились в добродетелях. Анализ своих поступков в течение дня и отслеживание мыслей помогает увидеть, с чем надо работать.
  3. Аскеза речи направлена на уменьшение отрицательных вибраций в пространстве. Сплетни, осуждение, недовольные высказывания и нравоучения забирают энергию того, кто злословит. Полезна аскеза молчания – человек практикует неговорение в течение определенного периода времени (сутки) и отмечает улучшение самочувствия и повышение энергетики. Правдивость в речи повышает интуицию и экстрасенсорику.

Истинное следование аскетическим путем базируется и на следующих немаловажных правилах:

  1. Уважение к родителям и старшим по возрасту. Без этого человек не может достигнуть успеха в социуме.
  2. Простота – видеть в другом личность, не быть высокомерным. Гордыня – тяжкий грех.
  3. Ненасилие – всякая жизнь священна. Любой человек имеет право на свой выбор пути и видение. Использование манипуляций с сознанием других приводит к иллюзии власти, но в итоге может привести к психическому нездоровью. Ненасилие в мыслях, словах, действиях – путь благого человека.
  4. Целомудрие как женское, так и мужское усиливают благость.

Аскеза для женщины

Женские аскезы очень благотворно воздействуют на семью и окружающих. Духовный путь женщины заключен в служении семье и развитии своей женской сущности. Суровые аскезы – это не для представительниц слабого пола. Вся та деятельность, которая совершается женщиной каждый день и есть путь аскезы. Да, женские обязанности, которые многие так не любят, но если начать их делать с удовольствием и осознанно женщина получает все блага. Женская аскеза – это:

  • создание вокруг себя гармоничного пространства;
  • рукоделие (любое по душе) соединяет женщину с родовыми многовековыми традициями;
  • доброе слово для каждого члена семьи;
  • правдивость в высказываниях;
  • развитие мудрости опираясь на опыт старших;
  • уважение и внимание к своим родственникам и мужа;
  • выполнение домашних обязанностей с любовью (готовить, убирать, стирать и т.д.), тогда в содеянное вкладывается добрая энергия;
  • заботиться о своей внешности (красивые наряды, прическа).

Аскезы для женщин, чтобы выйти замуж

Большинство девушек в обществе консервативны во взглядах, и встречаясь с парнями до замужества, проповедуя свободные связи — в глубине души надеются когда-нибудь встретить одного единственного и на всю жизнь. Молодость проходит, а желаемого кандидата так и нет. Что делать женщине в таком случае? Размышление и пересмотр взаимоотношений с людьми могут дать ответы. Существующие женские аскезы для замужества:

  1. Отец и мать – гармоничное отношение с родителями. Если есть конфликты и непринятие родителей, отсутствие благодарности и уважения к ним, особенно к отцу – замуж выйти будет тяжело. Аскеза будет заключаться в принятии родителей и снятия своих претензий и ожиданий по отношению к тому чего они не дали.
  2. Помощь нуждающимся.
  3. Общение с замужними женщинами. Семейная атмосфера помогает проникнуться благостью, такая женщина становится интересной для мужчин ищущих спутницу жизни.
  4. Молитвы или мантры помогают выстроить мостик между женщиной и Божественными силами, у которых можно попросить себе мужа. Для женщин это могут быть Дева Мария, Параскева Пятница, Древняя славянская богиня Макошь, Зеленая Тара.

Аскеза для рождения детей

Аскезы для зачатия требуют от супругов высокой концентрации на желаемом. Если женщина бесплодна она может прибегнуть к аскезе через пост и молитвы. Очень сильное намерение иметь ребенка проговаривается женщиной, перед тем как начать поститься, ею дается обет практиковать медитацию или пост в течение определенного отрезка времени, взамен соблюдения она просит о малыше. Вся та энергия, которая накапливается от такой аскезы трансформируется в исполнение желания.

Как быть аскетом?

Фотон Авдеев 267 3 года назад Родился в Кембрии. Живу в Перми

Раз Вас интересует практическая рекомендация, то я не буду рассказывать предысторию. Впрочем, могу порекомендовать фильм «Симеон Пустынник» для общего представления. Теперь что касается базовых требований к аскету.

1. Заставьте себя отказаться от социальных сетей и любого развлекательного контента. В идеале от интернета и мобильной связи в целом, если ваш путь самосовершенствования позволяет обходиться без сканов книг и записей лекций, размещенных в мировой паутине. Разумеется, никаких сериалов, фильмов, музыки, игр и телевизора.

2. Если Вы не обременены долгом перед семьей, заставьте себя жить без привязанностей перед людьми. Никакого секса, никаких удовольствий. Никакого веселья и смеха.

3. Никаких напитков кроме воды. Только самая простая еда в небольшом количестве. Никаких специй, приправ, сахара и соли. Еда должна быть предельно пресной, бесвкусной и по возможности всегда одинаковой.

4. Минимум сна. Спать только на жестком. Лучше всего, на досках. Никаких излишеств в одежде и обуви. Только то, без чего физически невозможно обойтись в вашем климате. Купание тоже свести к минимуму. Вода должна быть либо ледяной, либо очень горячей. Никакого купания в море, плавания, загорания.

5. Все деньги нужно предварительно раздать родственникам или на благотворительность. Иметь можно только минимум денег, требуемый для физического выживания. Чтобы их заработать, идите на самую тяжелую или неприятную работу: грузчиком или мойщиком унитазов.

6. Если болит голова, не пить обезболивающих. Терпеть. Лекарства только при ситуациях, угрожающих жизни и здоровью.

7. Избегать транспорта. В пределах города ходить вообще только пешком.

8. Спортом заниматься можно, но так чтобы не чувствовать от этого эйфории.

9. Отказаться от гордости и всех амбиций.

10. ГЛАВНОЕ. Отрекшись от всех радостей жизни и своих амбиций, не посягать на право всех и каждого жить своей обычной «греховной» жизнью. Человеку дарована свободная воля, и он вправе распоряжаться своей жизнью, временем и телом так, как он хочет, если это не идет в ущерб остальным. Поэтому «праведник» имеет право только советовать, но не навязывать. Насаждение «святости» — от дьявола. Примеры насаждаемой «праведности» многочисленны: от Святой Инквизиции до ИГИЛ (террористическая организация, запрещена в РФ).

>Аскетизм: Зачем мирянину аскетика?

Аскетизм, аскетика: что это такое?

Что такое аскетизм? Аскетизм – это христианство в действии и размышлении. Это и жизнь, и мировоззрение, это единство теории и практики христианской жизни, основывающееся на том, что отцы Церкви называли греческим словом «пейра» — опыт. Это некая целостность, которая трудно, мучительно, но и радостно достигается в единении человека с Богом.

Аскетизм – удел не только монахов или отшельников. Аскетизм – это жизненный ответ христианина на то призвание, которое Богом обращено к каждому. «…Будьте совершенны, как Отец Ваш небесный совершен есть» (Мф. 5: 48). Это касается всех христиан.

Аскетика

Христианство в действии

Что такое аскетика? Она для всех или для избранных? Что общего и различного в аскетике монашествующих и мирян? Какие опасности подстерегают мирянина на пути христианской аскезы? На эти вопросы отвечают митрополит Тульский и Белевский АЛЕКСИЙ (Кутепов) и патролог, специалист по истории христианского аскетизма, профессор Московской духовной академии Алексей СИДОРОВ.

Режим исцеления

Митрополит АЛЕКСИЙ (Кутепов):

Макарий, Онуфрий и Петр Афонские

— Обычно под аскетикой понимают некую культуру по отношению к телу. Но человек — это не только физиология и биология, но и психическая жизнь, и духовная. Мы рождаемся в эту жизнь в противоестественном состоянии, принимаем искаженную, поврежденную ядом греха природу. Поэтому возвращение к правильной жизни, исцеление этой природы, конечно, требует усилий. Грех — это болезнь. Для того чтобы выздороветь от телесной болезни, нужно соблюдать определенный медицинский режим: не есть острого, избегать сквозняков. Аскетика — это такой «режим», к которому прибегают христиане, чтобы исцелиться от греха.

Профессор Алексей СИДОРОВ:

— Необходимо сразу подчеркнуть, что христианство с самого момента своего первоначального становления не принесло в мир нового языка, но использовало и преображало язык уже имеющийся. И таким языком преимущественно был греческий, обладавший к рубежу нашей эры огромным и многообразным арсеналом словесной культуры.

Аскетическая терминология, как и богословская, возникла не сразу. Она выросла из опыта аскетической жизни, использовав при этом многие античные термины, в том числе военные и спортивные. Само слово «аскетизм» происходит от греческого глагола «аскео» — «упражняться», которое обозначало в классическом греческом языке, помимо прочего, и упражнение тела. В языке же церковной письменности оно стало обозначать прежде всего «упражнять (тренировать) душу», «осуществлять (или стяжать) добродетели» и «подвизаться».

В любом христианском аскетическом произведении ставятся два тесно взаимосвязанных вопроса: о смысле жизни и «как человеку спастись». Без этих вопросов, без сотериологии, то есть учении о спасении, христианский аскетизм останется лишь системой телесных упражнений. Акцент тем самым переносится с телесного делания на духовное.

Аскетизм совсем не сводится к некоей «философии» или «умствованию» о природе страстей, о греховном естестве человека и т. д., иначе возникнет серьезная опасность интеллектуализации Православия, сведения Православия только к интеллектуальной культуре, в том числе и аскетической: классификации страстей, помыслов и т. п. Например, у нас одно время было модно «философствовать об исихазме», причем делали это люди далекие не только от истинной «исихии» и монашества, но и практически не живущие церковной жизнью.

А ведь только действенное стяжание «исихии» и христианских добродетелей и открывает путь к богомыслию. Так, преподобный Антоний совсем не был «интеллектуалом», и при этом он ясно понимал, что в догматическом споре Ария и святителя Афанасия Великого, имевшем много богословских нюансов, — истина за святым Афанасием и Никейским символом веры. Он понимал это как сердцем, так и умом.

Я в начале своей церковной жизни (это был 1980-1981 год) встретился с архимандритом Иоанном (Крестьянкиным). Тогда в Псково-Печерский монастырь я приехал еще, по сути, светским человеком. При этом уже «весьма научно» занимался, как я тогда не без гордости говорил, историей раннего христианства, преимущественно историей раннехристианских ересей, особенно гностицизмом и манихейством. Для меня, еще сравнительно молодого ученого, это было действительно увлекательной игрой, чем-то вроде «игры в бисер» Германа Гессе, которого я тоже в то время ценил и даже читал на немецком языке.

В таком качестве молодого интеллектуала, разбиравшего раннехристианские тексты и занимавшегося греческой философией, я и приехал в Печерский монастырь. И увидел отца Иоанна. Он разговаривал с людьми, ему задавали разные вопросы. Беседуя, отец Иоанн обернулся ко мне, и меня как будто обожгло! Я почувствовал, что Истина, которую я так долго искал, — вот она! Передо мной живой свидетель этой Истины, подлинный стяжатель Ее. Глаза отца Иоанна, великого старца нашего времени, излучали свет Истины Христовой. И для меня это навсегда стало тем самым опытом, свидетельством подлинного подвижничества.

Что такое аскетизм? Аскетизм — это христианство в действии и размышлении. Это и жизнь, и мировоззрение, это единство теории и практики христианской жизни, основывающееся на том, что отцы Церкви называли греческим словом «пейра» — опыт. Это некая целостность, которая трудно, мучительно, но и радостно достигается в единении человека с Богом.

Древнее монашества

Профессор Алексей СИДОРОВ:

— Иногда у людей складывается мнение, что аскетизм предназначен только для узкого круга, для монахов или каких-то «избранных подвижников», но на самом деле аскетизм — это явление очень широкое и, позволю себе сказать, доступное для каждого православного христианина. Нет аскетизма монашеского или мирского, аскетизм один. Но есть разные его формы и степени: одни у монаха-отшельника, другие у инока, живущего в киновии, третьи у мирянина. Что соединяет эти формы? Единая цель, то есть стремление к спасению. И монах, и мирянин воздерживаются, но каждый по-своему.

Могу сказать, что путь монашества более прямой, а путь мирянина более извилистый: в миру труднее собраться, молиться, легче впасть в страсти. Монах более защищен, он меньше уклоняется и поэтому идет более прямым путем, хотя искушений он преодолевает часто больше. Но путь в конечном итоге один.

Конечно, про аскетический опыт в миру меньше писали, он менее отрефлексирован, поэтому мы о нем меньше знаем. Монахи же, имея опыт аналогичный, хотя и своеобычный, имели возможность более активно этот опыт осмысливать и описывать. Но принципиально данный «опыт мирянина» по своей сущности не отличается от опыта монашеского, требуется только воспользоваться этим опытом и как бы адаптировать его к жизни в миру.

Кроме того, следует помнить тот факт, что практически все отцы Церкви, запечатлевшие аскетический опыт в своих творениях, были монахами. Наше святоотеческое Предание это — по преимуществу монашеское Предание, и в этом состоит его непреходящая ценность. Правда, имеются некоторые исключения. Например, Николай Кавасила, написавший знаменитое сочинение «Жизнь во Христе», формально был мирянином, хотя по сути своей являлся монахом. Таковым же следует считать и преподобного Иоанна Кронштадтского. Замечательный образец подвижника в миру являет и наш современник Николай Евграфович Пестов, сочинения которого лишь сравнительно недавно увидели свет.

Естественно, что монашество в своем идеальном выражении подразумевает высокую степень аскетизма, оно является сосредоточением всего восточнохристианского аскетизма, но аскетизм существовал и без монашества. Аскетизм древнее монашества, просто монашество как бы сконцентрировало в себе опыт предшествующих христианских подвижников. Аскетизм святых отцов, авторов сочинений, которые мы читаем сегодня, это тот же аскетизм, носителями которого были и апостолы, и первые христиане. Аскетизм практически современен Церкви. Пахомиевские иноки, последователи святого Пахомия Великого, египетского подвижника IV века и родоначальника общежительного или киновийного монашества, рассматривали свою общину как прямое продолжение первохристианской апостольской общины. Именно не возрождение, а продолжение! И эта глубинная связь монашества и древнего апостольского аскетизма несомненна. Об этом я писал в своей книге «Древнехристианский аскетизм и зарождение монашества».

Кто такой апостол Павел? Он же тоже подвижник! «Подвигом добрым подвизался», — говорит он про себя (см. 2 Тим. 4: 6-8). Известно, что святой Павел являлся одним из великих первых благовествователей или, как сейчас говорят, миссионеров. У нас сейчас на слуху такие слова, как «миссионерская деятельность», которая, конечно же, необходима. Но следует всегда помнить, что миссия без личного духовного делания (или аскетики) невозможна. Все первоначальное христианство было пронизано этим чувством. Мы представляем апостола Павла неким активным общественным деятелем, и это в какой-то степени верно, но он же был прежде всего подвижником, делателем непрестанной молитвы, усердно подвизавшимся также и в телесной аскезе. Поэтому его делание было связано не только с внешней проповедью, поскольку миссионер не может заниматься внешним деланием без внутреннего.

Мировоззрение вырастает из конкретного живого опыта, миссионер проповедует не только словом, но и своим духовным деланием. Ведь общеизвестна фраза, выражающая суть и христианского подвига, и христианского миссионерства: «Спасешься сам — спасутся тысячи вокруг тебя». Единство христианской аскезы на протяжении многих веков несомненно. Я уверен, что опыт внутреннего делания, о котором мы читаем у святых отцов поздневизантийского времени, таких как преподобный Григорий Синаит или святитель Григорий Палама, был известен и апостолу Павлу.

Аскетизм и жизнь в миру

Митрополит АЛЕКСИЙ (Кутепов):

— Аскетизм — удел не только монахов или отшельников. Аскетизм — это жизненный ответ христианина на то призвание, которое Богом обращено к каждому. «…Будьте совершенны, как Отец Ваш небесный совершен есть» (Мф. 5: 48). Это касается всех христиан. Мирянин, как и монах, имеет полную возможность ходить перед Богом, но вот образ действования и мера у каждого будут различны. Да и в монастыре все разные, подравнять всех под одну гребенку и там нельзя. У каждого свои страсти и свои таланты, возможности, данные Богом. Но борьба со страстями доступна и в миру, и в монастыре.

Есть один набор примеров аскезы для монаха, а другой для мирянина. Суть же остается одна. Выше мы говорили о грехе как о болезни. От болезни греха человек может лечиться в миру, а может в монастыре. Чем занимается монах? Труд и молитва. Но разве труд не нужен в миру? Разве христианин в миру может жить без молитвы? Нет.

Как может выглядеть аскетический «амбулаторный режим» для мирянина? Утром, если есть возможность прочитать правило, встань и прочти его спокойно. Нет возможности? Прочитай краткое правило Серафима Саровского. Трижды Символ веры, трижды «Отче наш», трижды «Богородице, Дево, радуйся!». Но прочитай внимательно, не просто глазами пробеги. Не можешь выдержать короткого правила, прочитай одну молитву. Просто скажи: «Господи, помилуй» — и помолчи. Вот это и будет аскетика. Господь говорит: будь верен в малом и Я тебя поставлю над многим (см. Мф. 25: 21).

Вот закончилось твое утреннее правило, ты сел в троллейбус и поехал на работу. На работе ты не можешь молиться, там ведь нужно работать. Поэтому говоришь: «Господи, благослови и не попусти мне и тут забыть Тебя! Будь со мною!» — и вот тогда ты уже не просто исполняешь работу для начальника или для себя. Ты трудишься перед лицом Божиим, и это твоя аскетическая практика. Закончил — благодари Бога и отправляйся домой.

Дома семья. В семье главная аскетическая практика — это прежде всего любовь. Что такое любовь? Это высвобождение в себе пространства для другого. Это не просто сказать «я тебя люблю», чмокнуть в щечку, и все. Нужно стараться пребывать в любви со своими ближними, с домочадцами, и это большая, серьезная работа, доступная и монаху, и мирянину — каждому в своих условиях. Даже, может быть, мирянину больше, чем монаху, который может уйти в свою келью, где его никто не тронет. В семье, где какие-то острые углы нужно обойти, а какие-то потихоньку и обтесать, приходится на каждом шагу смиряться друг перед другом: кто пойдет посуду мыть, а кто картошку чистить? И это аскетизм.

Вечером, перед сном, в молитвенном правиле что особенно важно — проверить себя, видел ли ты свои грехи за сегодняшний день? А их сложно увидеть. Ты вроде все сделал правильно, хорошо день прожил, даже понравился себе. Тогда почитай святых отцов, они тебе подскажут. Если совесть ничего не чувствует, если ты не видишь своего греха, попроси: «Господи, помоги мне увидеть свои грехи!» — чтобы знать о себе правду. Что является индикатором того, что ты идешь по правильному пути? Если ты видишь свои грехи. И не просто какое-то «кино» на эту тему, а когда совесть тебя угрызает, сердце болит.

И так нужно жить изо дня в день. Постоянно. Чтобы больному выздороветь — часто нужно много потрудиться и много потерпеть. Свободу нужно выстрадать, тогда ты научишься ею пользоваться. И аскеза здесь — путь исцеления.

Борьба со страстями: отсекать их или преображать?

Профессор Алексей СИДОРОВ:

— Греческое слово «патос» — страсть, так же как и «апатейя» — состояние отсутствия страсти, существовали и до христианства, и учение о страстях и преодолении их особенно активно разрабатывалось в стоицизме. Под страстью часто понималось воздействие на человека извне, некое состояние подверженности чему-либо. Например, известна любовная страсть, которая овладевает человеком, и он становится ей полностью подвластен, не имея сил преодолеть ее.

Что внесло христианство в это известное уже с древности понятие страсти? Прежде всего то, что страсть является результатом грехопадения. При грехопадении извратился весь состав человека, весь его физический и эмоциональный мир, так же как и способность его познания. Для древних же греков страсть была неким естественным состоянием человека. С христианской точки зрения борьба со страстью должна иметь конечным результатом возвращение к тому состоянию, в котором человека создал Бог, то есть к жизни «по природе», но природе, созданной Богом; нынешнее же состояние человека является противоестественным.

Бесстрастие, или «апатейя», состояние, противоположное «страсти», у стоиков понимается как подавление страсти, лишение ее всякого движения, влияния, энергии, потенции. Таким образом, «апатейя» — величина лишь отрицательная. Логичным следствием этого состояния может быть только смерть. Как «лучшим лекарством от зубной боли является гильотина».

Православное значение этого термина совершенно другое. «Апатейя» как христианское бесстрастие — это не просто уничтожение страстей, а преображение их в добродетели, стяжание добродетелей. Средством в борьбе со страстью может быть привлечение противоположной ей добродетели. Например, гнев — это следствие недостатка любви.

В античной Греции было принято деление души на разумную и неразумную; последняя же включала в себя начало яростное («тимос») и начало вожделеющее («эпитюмия»). «Тимос» — мужское начало, «эпитюмия» — женское. Эти «тимос» и «эпитюмия» являются естественными свойствами души, они присущи человеку, но их действие извращено после грехопадения. У человека в нынешнем его греховном состоянии «тимос» перерастает в «орге» — в гнев, в злобу на ближнего; такая греховная страсть может преображаться лишь через любовь. Поэтому бороться с гневом нужно не только не делая ничего злого, сдерживая злость, раздражение, но и стараясь делать человеку, вызывающему гнев, что-то доброе.

Любая борьба со страстью связана в конечном итоге с ее преображением. Христианское бесстрастие — это не безразличие и равнодушие, но борьба с неправильными действиями естественных сил души и их выправление. Это стяжание «исихии» — состояния внутреннего покоя, мира, выход из порочного круга вращения страстей — тот выход, который достигается в постоянной устремленности к единству с Богом.

Наиболее подробно эта тема была разработана в поздней монашеской письменности у т. н. «исихастов», но практику и идеи исихии в каком-то смысле начинают разрабатывать уже ученики преподобного Антония Великого, человека, с чьим именем ассоциируют вообще зарождение православного монашества в IV веке. О доступности этой «исихии» мирянину свидетельствует опыт отца святителя Григория Паламы, который, будучи сенатором, однажды даже на заседании сената погружался в такую молитвенную «исихию». Конечно, стяжание подобного молитвенного безмолвия требует великого подвига.

Есть ли у аскетики эволюция?

Профессор Алексий СИДОРОВ:

— Мы живем в меняющемся мире, и формы церковной жизни тоже меняются, а соответственно, меняются порой терминология и конкретные формы проявления аскетизма. Однако, так как аскетика по своей сути и по своей конечной цели, которую мы понимаем не только умом, но и сердцем, остается неизменной, то обретение ею некоторых новых форм не влечет изменения сути православного подвижничества. Так, упоминаемый мной покойный отец Иоанн Крестьянкин подвизался тем же подвигом добрым, как и преподобный Антоний.

Естественно, что православное подвижничество никогда не существовало и не может существовать вне Церкви и ее Таинств. Иногда спрашивают, почему все восточные отцы-аскеты много пишут про различение помыслов, борьбу со страстями, Боговидение, но часто почти ничего не говорят о Евхаристии. Неужели аскетизм отцов был оторван от церковных Таинств? Безусловно, это не так.

Из свидетельств о ранних отцах-подвижниках, мы знаем, что Евхаристия была одним из главных центров их аскетического опыта. Подвижники в египетской пустыне Келлий собирались раз в неделю из своих уединенных мест в храм, где все причащались, не говоря уже о киновийных монастырях. Евхаристия была наиважнейшим и необходимым элементом аскетизма всегда. Другое дело, что далеко не все отцы или подвижники могли участвовать в общем богослужении. Отшельники, живущие далеко в пустыне, часто имели с собою запасы Святых Даров и причащались келейно. Говорить о том, что практика монашеского аскетизма была когда-то независима от Евхаристии, — это неправильно и некорректно. Тогда отцы-подвижники мало об этом писали просто потому, что для них Евхаристия была естественной «средой обитания», воздухом, которым они дышали. А что писать про воздух? О нем задумываешься только тогда, когда начинаешь задыхаться, а у отцов вся жизнь была Евхаристией.

Это мы сейчас иногда начинаем говорить о некоем «евхаристическом возрождении». Но подобное словоупотребление вызывает предположение, что до нас был и некий «Евхаристический упадок», а этого никогда не было. Я стал воцерковляться еще в советский период, но подобного «упадка» как-то не заметил. И не думаю, что тот же отец Иоанн Крестьянкин или недавно скончавшийся отец Матфей Мормыль были свидетели подобного рода «декаданса». Наоборот, они являются яркими носителями именно Евхаристического расцвета.

Издержки подвига

Митрополит АЛЕКСИЙ (Кутепов):

— Какова должна быть аскетическая практика для мирянина, чтобы он не надломился? Во-первых, при неудачах здесь нужно всегда благодарить Бога за то, что он тебе показывает твои грехи и ошибки, показывает твою меру. Но как подобрать нагрузку? Если посчастливится — то найти духовного советника, духовника или просто старшего человека, которому ты доверяешь. Если такого человека нет, то можно взять несколько хотя бы самых простых книг: святого Феофана Затворника «Что есть духовная жизнь и как на нее настроится». Беседу преподобного Серафима Саровского с Мотовиловым — читать их иногда и молиться о том, чтобы Господь тебе послал советника.

Опыт приходит не мгновенно, как волшебная палочка, которой добрая фея дотронулась до Золушки, и та вся заиграла блестками! Это работа. И главное в ней — избегать самонадеянности, с одной стороны, но и советы принимать с рассуждением.

Делание аскетики — не только ограничивать себя, уклоняться от зла, но и творить благо, сознательно и волево, исполнять евангельскую заповедь, понуждать себя к ее осуществлению. «Уклонись от зла и сотвори благо» (1 Петр 3: 11). А чтобы на месте зла, от которого ты отказался, появилось что-то доброе, должно появиться смирение. Смирение — это такое устроение внутреннего мира, которое позволяет переживать то, что мы просим всегда в молитве Господней: «Да будет воля Твоя на земле, как на небе». Где это на земле? Во мне! Внутри меня, в моем духе и моем самосознании, которое обладает всей полнотой космоса. А какая должна быть воля Божия? — Как на Небе. Это где? — В ангельском мире! То есть я должен жить, как живет ангел. А кто живет равноангельно? Только преподобные, святые. Я так не живу. И вот отсюда появляется покаяние. Апостол Павел пишет в послании к Римлянам: «Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю» (Рим. 7: 19). И такое состояние покаяния привлекает Божественную благодать, только тогда добро и может в нас действовать, а своею добротной силою, которая в нас вложена от Бога, мы можем совсем немногое.

Чем проверять себя, на правильном ли ты пути? Если чувствуешь, что грешен, видишь свои грехи, находишься на правильном пути. Петр Дамаскин говорит: первый признак исцеления, когда я начинаю видеть в себе грех. А некоторые вместо грехов видят «видения», «чудеса», «откровения». Кто я такой, чтобы у меня были какие-то видения, чтобы ко мне Христос приходил? Такие свидетельства, так же как бесстрастие, — удел немногих, но любой христианин должен взять свой крест и идти, стопа в стопу за Христом. Потому что это путь исцеления. Наши — действия, а результат — у Бога.

АЛЕКСИЙ (Кутепов), митрополит Тульский и Белевский, родился в Москве. В 1970 году поступил на химический факультет МГПУ им. В. И. Ленина. В 1972-м, оставив институт, поступил в Московскую духовную семинарию. 7 сентября 1975 года в Троице-Сергиевой лавре пострижен в монашество, в 1979-м окончил МДА со степенью кандидата богословия. В мае 1980-го назначен секретарем архиепископа Владимирского и Суздальского, настоятелем кафедрального Успенского собора города Владимира, с 27 марта 1984 года — наместник Троице-Сергиевой лавры. С 1988-го по 1990 год – председатель хозяйственного управления МП. 1 декабря 1988 года хиротонисан во епископа Зарайского, викария Московской епархии, 20 июля 1990 года назначен на Алма-Атинскую и Казахстанскую кафедру, определением Священного синода от 7 октября 2002 года переведен в Тульскую епархию.

Алексей Иванович СИДОРОВ, профессор МДА, доктор церковной истории, кандидат исторических наук, кандидат богословия. Родился в1944 году. В 1975-м окончил исторический факультет МГУ им. М. В. Ломоносова по специальности «история древнего мира». С 1975 года — научный сотрудник Института истории СССР АН СССР (ныне Институт всеобщей истории РАН). С1981-го — кандидат исторических наук. В 1987-м — преподаватель МДАиС. В 1991 году окончил экстерном Московскую духовную академию с присуждением ученой степени кандидата богословия за диссертацию на тему «Проблема гностицизма и синкретизм позднеантичной культуры». С 1997 года — профессор МДА. С 1999 года — доктор церковной истории. Автор множества научных статей и монографий, в том числе работы «Древнехристианский аскетизм и зарождение монашества».

Православная аскетика, изложенная для мирян

Книга отца Павла Гумерова призвана помочь православному христианину в его борьбе со страстями и греховными привычками. Опираясь на Священное Писание, труды святых отцов и свой собственный священнический опыт, автор раскрывает психологические особенности поведения и мышления человека, которому Бог судил жить и спасаться в XXI веке.

Приводим отрывок из книги.

НУЖНА ЛИ СОВРЕМЕННОМУ МИРЯНИНУ АСКЕТИКА?

В старину на Руси любимым чтением всегда были «Добротолюбие», «Лествица» св. Иоанна Лествичника и другие душеполезные творения. Современные православные христиане, к сожалению, редко берут в руки эти великие книги. А жаль! Ведь в них содержатся ответы на вопросы, которые очень часто задают на исповеди: «Батюшка, как не раздражаться?»; «Как бороться с унынием и леностью?»; «Как жить в мире с близкими?»; «Почему мы постоянно возвращаемся к одним и тем же грехам?». На эти вопросы отвечает наука, которая в богословии называется аскетика. Говорит она о том, что такое страсти и грехи, как с ними бороться; как обрести мир душевный; как стяжать любовь к Богу и ближним.

Слово «аскетика» сразу вызывает ассоциации с древними подвижниками, египетскими пустынниками, монастырями. Аскетические опыты, борьбу со страстями многие считают делом сугубо монашеским.

«Ну, а мы люди немощные, в миру живём, мы уж так как-нибудь». Это, конечно, глубокое заблуждение. К ежедневной борьбе, войне со страстями и греховными привычками призван каждый православный христианин без исключения. Об этом говорит нам апостол Павел: Те, которые Христовы, (т. е. все христиане. — Свящ. П.) распяли плоть со страстями и похотями (Гал 5, 24).

Как солдаты принимают присягу и дают клятву защищать Отечество и сокрушать его врагов, так и христианин, как воин Христов в Таинстве крещения присягает на верность Христу и «отрекается от дьявола и всех дел его», то есть от греха. А значит, предстоит бой с лютыми врагами нашего спасения: падшими ангелами, страстями и грехами. Бой не на жизнь, а на смерть, бой трудный и ежедневный, если не ежечасный — «покой нам только снится». И поэтому изложение православной аскетики более всего уместно на основании учения о восьми человеческих страстях и противоборстве с ними.

Слова аскетика, аскетизм произошли от греческого глагола аскео, что в переводе означает: искусно и старательно перерабатывать, обрабатывать грубые материалы и в этом упражняться. В древней языческой Греции аскетами называли атлетов, так как они проводили время в постоянных тренировках и упражнениях и при этом вели строгий, воздержанный образ жизни.

Позже именование аскет закрепилось за людьми, подвизающимися в воздержании и стяжании добродетелей. Таким образом, труд христианина по спасению своей души можно сравнить с работой спортсмена, укрепляющего свое тело и волю в постоянных занятиях, или воина, упражняющегося в боевом искусстве, чтобы быть всегда готовым к военным действиям.

Свой скромный труд я составил на основании Священного Писания, святоотеческой аскетической письменности и собственного небольшого священнического опыта. Учение Церкви о страстях и борьбе с ними переложено в книге на современную почву, для православных христиан, которым Бог судил жить и спасаться в веке ХХI. Также я взял на себя смелость использовать некоторые знания из багажа практической, прикладной психологии, переосмыслив их согласно с учением святых отцов о борьбе со страстями, ибо и святитель Феофан Затворник приводил в своих сочинениях психологические аналогии и даже призывал составить учебник, в котором можно было совместить христианство и психологию. Психология изучает механизмы человеческого поведения и мышления.

Практическая психология помогает человеку справиться со своими дурными наклонностями, победить депрессию, на учиться ладить с самим собой и людьми, и психологические знания могут быть весьма полезными в духовном делании.

Беда в том, что психология не является единой научной дисциплиной, такой как физика, математика, химия или биология. Существует множество школ, направлений, которые называют себя психологией.

К психологии относятся и психоанализ Фрейда и Юнга и новомодные течения типа нейролингвистического программирования (НЛП). Некоторые направления в психологии совершенно неприемлемы для православных христиан. Поэтому приходится собирать какие-то знания по крупицам, отделяя зёрна от плевел.

Перед тем как начать изучение основных страстей и методов борьбы с ними, давайте зададим себе вопрос: для чего мы боремся с нашими грехами и страстями? Недавно услышал, как один известный православный богослов, профессор Московской духовной академии (не буду называть его имени, так как очень уважаю его, он был моим преподавателем, но тут я в корне не согласен с ним) сказал: «Богослужение, молитва, пост — всё это, так сказать, строительные леса, подпорки для возведения здания спасения, но не цель спасения, не смысл христианской жизни. А цель — избавление от страстей».

Не могу с этим согласиться, так как избавление от страстей тоже не самоцель, а о настоящей цели говорит преподобный Серафим Саровский: «Стяжи дух мирен — и вокруг тебя спасутся тысячи». Цель жизни христианина — стяжание любви к Богу и ближним. Сам Господь говорит только о двух заповедях, на которых зиждется весь Закон и пророки. Это возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим» и «возлюби ближнего твоего, как самого себя (Мф 22, 37–39). И далее: на сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки (Мф 22, 40). Это самые главные заповеди, исполнение которых — смысл и цель христианской жизни. А избавление от страстей лишь средство, как молитва, богослужение и пост. Если бы это было целью, то недалеко ушли бы мы от буддистов, которые тоже ищут бесстрастия, нирваны.

Но человеку невозможно исполнить две главные христианские заповеди, пока над ним господствуют страсти. Подверженный страстям, грехам, он любит себя и свою страсть. Разве может тщеславный, гордый любить Бога и ближних? А находящийся в унынии, гневе, служащий сребролюбию? Вопрос риторический.

Служение страстям и греху не позволяет христианину исполнить ключевую заповедь Нового Завета — заповедь о любви.

  • Нужна ли современному мирянину аскетика?
  • Глава I. СТРАСТИ И СТРАДАНИЯ
  • Глава II. ПОКАЯНИЕ — ОСНОВА ДУХОВНОЙ ЖИЗНИ
  • Глава III. БОРЬБА С ПОМЫСЛАМИ
    • Щит веры
  • Глава IV. О ВРЕДЕ НЕКОТОРЫХ ИСТОЧНИКОВ ИНФОРМАЦИИ
  • Глава V. ЧРЕВООБЪЯДЕНИЕ. «ИХ БОГ — ЧРЕВО»
    • «Молитвой и постом»
    • Духовно-телесная зависимость
    • Нет греха в куренье табака?
  • Глава VI. ЛЮБОДЕЯНИЕ. «ДЕМОН НЕЧИСТОТЫ»
    • Храни сердце твое
    • Горе миру от соблазнов
    • Бог в помощь!
  • Глава VII. СРЕБРОЛЮБИЕ. «КУЛЬТ ЗОЛОТОГО ТЕЛЬЦА»
    • Почему тяжело спастись богатому?
    • Не очерстветь сердцем
    • Сребролюбие и другие грехи
    • Виды сребролюбия
    • Противоборство с любостяжанием
  • Глава VIII. ГНЕВ. «УБИЙЦА ЛЮБВИ»
    • Причины гнева
    • Виды гнева
    • Гнев и молитва — вещи несовместимые
  • Глава IX. ПЕЧАЛЬ. «ЧЕРВЬ В СЕРДЦЕ»
    • Виды печали
    • Возложи надежду на Бога
    • Вкус жизни
    • Смысл страданий
    • Трудотерапия
    • Грехи умножают печаль
  • Глава X. УНЫНИЕ. «БЕС ПОЛУДЕННЫЙ»
    • Охлаждение
  • Глава XI. ТЩЕСЛАВИЕ. «ДОМАШНИЙ ВОР»
    • Тщеславие прикровенное и явное
    • Борьба со страстью
  • Глава XII. ГОРДОСТЬ. «ГРЕХ ЛЮЦЕФЕРА»
    • Суд и осуждение
    • Гордость и раскол
    • Прельщение
    • Брань с гордостью
  • «Царство Небесное силою берется». Вместо заключения
  • ПРИМЕЧАНИЯ
Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *