Исторический контекст

В 1971 году одного из самых популярных исполнителей авторской песни Александра Галича исключили из Союза писателей СССР, в 1972 году – из Союза кинематографистов и вынудили эмигрировать из страны. Что же такого крамольного и неугодного властям было в текстах знаменитого барда?

Изгнание Галича произошло в эпоху «развитого социализма», когда литература находилась в сложном положении. Период хрущёвской «литературной оттепели», в котором ослабли идеологический и цензурный гнет, закончился. «Застой», охвативший экономическую и общественно-политическую сферы жизни в Советском Союзе, затронул и творческую сферу. И без того небольшой круг тем, связанных с болезненными проблемами истории и современными реалиями жизни, которые удавалось обсуждать, оказался под запретом.

К 70-м годам произошло разделение литературы на официальную и «подпольную», которая государством не признавалась. Если в сталинское время несогласные с властью авторы подвергались репрессиям, то теперь с ними боролись не столь грубыми методами. Не было необходимости в громких судебных процессах. Оказать давление на поэта или художника можно было иначе, лишив контакта с читателем, слушателем или зрителем. Единственным способом абсолютно свободно, безо всякой цензуры достучаться до своей аудитории оставался либо так называемый «самиздат», либо магнитофонные записи. Творчество А. Галича в основном распространялось именно в виде магнитофонных катушек с его песнями. Люди их копировали, передавали друг другу и слушали вместе.

Автор

В 1949-1950-е годы Галич был известен как драматург, автор киносценариев. Причем за фильм «Государственный преступник» он даже был награжден премией КГБ СССР. Разрыв Галича с господствующей идеологией начался в 60-е годы. Он постепенно осознавал себя убежденным противником советской системы и не стал скрывать своих оппозиционных взглядов. Напротив, появились его остросоциальные песни о терроре 1920-1930-х годов, Холокосте, ужасах лагерей и ссылок, неприглядных моментах Второй мировой войны. Особенно остро он высмеивал советские порядки, сложившиеся ко временам «застоя», которые связываются с именем Брежнева. Параллельно с этим, он выпустил в «антисоветском» зарубежном издательстве свою книгу, которая не могла быть опубликована в СССР по цензурным соображениям.

Одновременно он отказывается от атеистических взглядов и осознает себя верующим человеком, делая выбор в пользу православной веры.

Поэт принял крещение в 1973 г. Как отмечал духовник поэта протоиерей А. Мень: «Галича влекло христианство». Несомненно, крещение было обдуманным решением, вызванным постоянным исканием правды и верного пути.

Протоиерей Александр Мень

Все произошедшее с Галичем вызвало жесткую реакцию власти. Александру Аркадьевичу было открыто предложено уехать из страны, в противном случае ему грозил суд. Галич решил уехать.

Перед самым вылетом за границу таможенники остановили Галича и потребовали снять золотой крестик. Поэт же ответил: «В таком случае я остаюсь!» Только после долгих переговоров Галича все-таки пропустили.

Он прошел сложный путь от богоотрицания к вере. Воцерковленным Галич так и не стал, он не изменил светского образа жизни. Но крещение, по словам самого поэта, было «единственной возможностью осознавать себя человеком».

Лучше всего его религиозный поиск отразился в стихотворении «Псалом», написанном за два года до крещения. Это стихотворение с полной уверенностью можно назвать духовной автобиографией автора.

Отсылки к Библии

Трижды герой старается создать бога по своим собственным представлениям, и трижды слышит грозное: «Иди и убей!». Такой призыв – нарушение одной из главнейших заповедей: «Не убивай» (Исх. 20: 13). Однако он продолжает поиски «доброго Бога». Давайте рассмотрим эти три попытки героя.

Бог первый: Бог из глины, или «Не сотвори себе кумира»

Начальные строки стихотворения отсылают нас к библейскому описанию начала времен, только не Бог лепит человека из глины, а наоборот – человек творит бога: «Я вылепил руки и ноги, / И голову вылепил я». Герой создает себе глиняную фигурку, идола, что противоречит еще одной из библейских заповедей: «Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, что на земле внизу, и что в воде ниже земли» (Исх. 20: 4). Герой мечтает, что бог «будет добрым и мудрым, / Что Он пожалеет меня!». Однако такой бог призывает: «Иди и убей!..»

Обращение к библейским образам помогло Галичу выразить свои взгляды на культ, который сформировало советское время. Почитание вождей (особенно Сталина) насаждалось буквально с детского сада. Поэт говорит о разочаровании в собственном доверии начальству, которое перерастало практически в религиозную веру. Теперь же автор прощается с верой в советских идолов.

Бог второй: Бог из слова, или Евангелие наоборот

Материал по теме

50 великих стихотворений. Николай Гумилёв. Слово

Мы продолжаем рассматривать стихотворения русских поэтов в проекте 50 великих стихотворений, акцентируя внимание на христианских образах и мотивах. На этот раз в центре внимания — Николай Гумилёв и одно из его последних стихотворений — «Слово». Можно ли словом разрушить город? Остановить солнце? Что такое «мёртвые слова»? И отчего они омертвели? Разбираемся вместе!

Через несколько лет герой сотворил нового Бога — из слова. Этот образ перекликается с евангельскими словами «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог» (Ин. 1: 1).

В христианской традиции Слово – это символ созидания мира Богом. Однако в «Псалме» Галича Бог-Слово заменен богом, созданным из слова человеческого, что противоречит евангельскому контексту. Слово человеческое отличается от Божьего своим несовершенством, поэтому и второй бог говорит герою: «Иди и убей!» Здесь же – отношение автора к слову в коммунистическую эпоху, в которой оно утрачивает сакральный смысл. Слова становятся «мёртвыми» (именно о таких словах писал Николай Гумилёв в своем знаменитом «Слове»), используются властью в качестве пропаганды. А для советского человека и вовсе правильнее было промолчать.

И от такого божества Галич отрекается.

Бог третий: Бог из страха, или «Не надо, люди, бояться!»

Путь к Истине противоречив и тяжел, но герой «Псалма» продолжает отчаянный поиск: «И шел я дорогою праха, / Мне в платье впивался репей».

Возникает третий бог, созданный из страха. Очевидно, что речь здесь идет о той части коммунистической системы, которая наряду с попыткой вдохновить людей утопией о светлом будущем, параллельно запугивала и уничтожала тех, кто отказывался идти за коммунистами. Угроза для человека, который воспротивился этой системе, не была чем-то гипотетическим. Это была реальная опасность столкнуться со всей мощью системы, включая потерю работы, травлю и, в конечном итоге, тюремное заключение. Этого Галич принимать не хочет и не может.

«Блаженны изгнанные правды ради»

Бог-начальство, бог-пропаганда, бог-насилие и страх: кланяться им автор «Псалма» не желает. Где же искать истинное божество? В Боге, который исповедует любовь. Но автор еще не называет Его. Для него образ Божий открылся не до конца, но движение к Нему уже началось, и уже началась молитва. Стихотворение заканчивается словами: «да поможет мне Бог!»

Кладбище Сент-Женевьев-де-Буа (Франция)

«Псалом» – описание духовного взросления, когда человек, подвергшийся стольким лишениям, внутренним метаморфозам, в какой-то момент сознательно обращается к Богу. А. Галич был вынужден покинуть родину, но это изгнание – только внешний факт. Сам он всю жизнь находился в пути, несмотря на ошибки и жизненные проблемы. И символом этого пути вполне могут стать слова, написанные на могиле поэта: «Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство небесное» (Мф. 5:10).

  1. Галич — 21 августа
  2. Галич — Абсолютно ерундовая песня
  3. Галич — Ах, поле, поле, поле
  4. Галич — Баллада о вечном огне
  5. Галич — Баллада о прибавочной стоимости
  6. Галич — Баллада о сознательности
  7. Галич — Баллада о стариках и старухах
  8. Галич — Баллада о том, как едва не сошел с ума
  9. Галич — Баллада о том, как одна принцесса
  10. Галич — Баллада о Фрези Грант
  11. Галич — Баллада о чистых руках
  12. Галич — Бежит речка да по песочку
  13. Галич — Берчикин сандаль
  14. Галич — Бессмертный Кузьмин
  15. Галич — Билет
  16. Галич — Бирюльки
  17. Галич — Больничная цыганочка
  18. Галич — Вальс его величества
  19. Галич — Вальс, посвященный уставу караульной службы
  20. Галич — Вальс-баллада про тещу из Иванова
  21. Галич — Век нынешний и век минувший
  22. Галич — Веселый разговор
  23. Галич — Вечный транзит
  24. Галич — Виновники найдены
  25. Галич — Возвращение на Итаку
  26. Галич — Воспоминания об Одессе
  27. Галич — Вот он скачет, витязь удалой
  28. Галич — Вот пришли и ко мне седины
  29. Галич — Всё наладится, образуется
  30. Галич — Все не вовремя
  31. Галич — Голгофа
  32. Галич — Горестная ода счастливому человеку
  33. Галич — Городской романс
  34. Галич — Гусарская песня
  35. Галич — Два корабля
  36. Галич — Дикий запад
  37. Галич — Ей страшно, и душно, и хочется лечь
  38. Галич — Еще раз о черте
  39. Галич — Желание славы
  40. Галич — Жуткое столетие
  41. Галич — За семью заборами
  42. Галич — Заклинание
  43. Галич — Заклинание Добра и Зла
  44. Галич — Закон природы
  45. Галич — Занялись пожары
  46. Галич — Запой под Новый год
  47. Галич — Засыпая и просыпаясь
  48. Галич — Из беседы с туристами из Западной Германии
  49. Галич — Из речи на встрече с интеллигенцией
  50. Галич — История одной любви
  51. Галич — Кадиш
  52. Галич — Как могу я не верить в дурные пророчества
  53. Галич — Канарейка
  54. Галич — Когда я вернусь
  55. Галич — Когда-нибудь дошлый историк
  56. Галич — Колыбельный вальс
  57. Галич — Командировочная пастораль
  58. Галич — Композиция N 27, или троллейбусная абстракция
  59. Галич — Комсомольская
  60. Галич — Королева материка
  61. Галич — Кошачьими лапами вербы
  62. Галич — Красный треугольник
  63. Галич — Кресты, или Снова август
  64. Галич — Кумачёвый вальс
  65. Галич — Левый марш
  66. Галич — Легенда о табаке
  67. Галич — Леночка
  68. Галич — Летят утки
  69. Галич — Маленькая поэма
  70. Галич — Марш (Прощание славянки)
  71. Галич — Марш мародеров
  72. Галич — Мы не хуже Горация
  73. Галич — На реках Вавилонских Русские Плачи
  74. Галич — На сопках Манчжурии
  75. Галич — Не Надо Люди Бояться
  76. Галич — Неоконченая песня
  77. Галич — Несбывшееся
  78. Галич — Новогодняя фантасмагория
  79. Галич — Номера
  80. Галич — Ночной дозор
  81. Галич — О пользе ударений
  82. Галич — О принципиальности
  83. Галич — О принципиальности (философский этюд)
  84. Галич — О том, как Клим Петрович восстал против экономической помощи
  85. Галич — О том, как Клим Петрович выступал
  86. Галич — О том, как Клим Петрович добивался
  87. Галич — О том, как Клим Петрович сочинил научно-фантастическую колыбельную
  88. Галич — Облака плывут в Абакан
  89. Галич — Олимпийская сказка
  90. Галич — Он убирал наш бедный двор
  91. Галич — Опыт ностальгии
  92. Галич — Опыт отчаянья
  93. Галич — Опыт прощания
  94. Галич — Опять меня терзают страхи
  95. Галич — От беды моей пустяковой
  96. Галич — Отрывок из радиотелевизионного репортажа
  97. Галич — Отчий дом
  98. Галич — Ошибка
  99. Галич — Памяти А. Галича
  100. Галич — Памяти Галича
  101. Галич — Памяти Жеваго
  102. Галич — Памяти Пастернака
  103. Галич — Пейзаж
  104. Галич — Первая песенка шута
  105. Галич — Переселение душ
  106. Галич — Песенка о диком Западе
  107. Галич — Песенка про Красного петуха
  108. Галич — Песенка-молитва
  109. Галич — Песня исхода
  110. Галич — Песня о концерте, на котором я не был
  111. Галич — Песня о ночном полете
  112. Галич — Песня о последней правоте
  113. Галич — Песня о Прекрасной даме
  114. Галич — Песня о синей птице
  115. Галич — Песня о Тбилиси
  116. Галич — Песня об Отчем Доме
  117. Галич — Песня про велосипед
  118. Галич — Песня про майора Чистова
  119. Галич — Песня про несчастливых волшебников
  120. Галич — Песня про острова
  121. Галич — Песня про счастье или Попытка Чистого Верлибра
  122. Галич — Песня-баллада про генеральскую дочь
  123. Галич — Песок Израиля
  124. Галич — Петербургский романс
  125. Галич — Письмо в семнадцатый век
  126. Галич — Плач Дарьи Коломийцевой
  127. Галич — Плясовая
  128. Галич — По ночному ледку озноба
  129. Галич — По образу и подобию
  130. Галич — Поезд
  131. Галич — После вечеринки
  132. Галич — Последняя песня
  133. Галич — Поэма О Сталине (Глава 1)
  134. Галич — Поэма о Сталине (Глава 2)
  135. Галич — Поэма о Сталине (Глава 3)
  136. Галич — Поэма о Сталине (Глава 4)
  137. Галич — Поэма о Сталине (Глава 5)
  138. Галич — Поэма о Сталине (Глава 6)
  139. Галич — Право на отдых
  140. Галич — Предостережение
  141. Галич — Предполагаемый текст
  142. Галич — Признание в любви
  143. Галич — Прилетает по ночам ворон
  144. Галич — Притча
  145. Галич — Про маляров, истопника и теорию относительности
  146. Галич — Прощание
  147. Галич — Прощание с гитарой
  148. Галич — Радиация
  149. Галич — Разговор с музой (Лирическая песня)
  150. Галич — Рассказ старого конармейца
  151. Галич — Рассказ, который я услышал в привокзальном шалмане
  152. Галич — Реквием по неубитым
  153. Галич — Салонный романс
  154. Галич — Священная весна
  155. Галич — Сердце, молчи
  156. Галич — Слава героям
  157. Галич — Слушая Баха
  158. Галич — Смерть Ивана Ильича
  159. Галич — Снеги белые, тучи низкие
  160. Галич — Спрашивайте, мальчики
  161. Галич — Ставок больше нет
  162. Галич — Старательский вальсок
  163. Галич — Старая песня
  164. Галич — Старая песня (Бились стрелки часов)
  165. Галич — Стихи о России
  166. Галич — Сто первый Псалом
  167. Галич — Странно мы живем в двадцатом веке
  168. Галич — Счастье было так возможно
  169. Галич — Так жили поэты
  170. Галич — Телефон, нишкни, замолкни
  171. Галич — Трубачи
  172. Галич — Ты прокашляйся, февраль
  173. Галич — У причала
  174. Галич — Упражнения для правой и левой руки
  175. Галич — Уходят Друзья
  176. Галич — Фантазии на русские темы для балалайки
  177. Галич — Фарс-гиньоль
  178. Галич — Фестиваль песни в Сопоте в августе 1969
  179. Галич — Хоть иногда подумай о других
  180. Галич — Цыганский романс
  181. Галич — Черновик эпитафии
  182. Галич — Чехарда с буквами
  183. Галич — Читая «Литературную газету»
  184. Галич — Шел дождь, скрипело мироздание
  185. Галич — Юз
  186. Галич — Я в путь собирался всегда налегке
  187. Галич — Я выбираю свободу
  188. Галич — Я не чикался на курсах, не зубрил сопромат

Александр ГАЛИЧ

КОГДА Я ВЕРНУСЬ

(Полное собрание стихов и песен)

«НЕ ГРУСТИ! Я ВСЕГО ЛИШЬ НАВЕК УЕЗЖАЮ…»

Трудно писать о поэте, которого не просто любишь, но чьи произведения оказали столь сильное влияние на всю твою жизнь. Еще труднее, если знаешь, что тебе вряд ли удастся свое преклонение перед талантом разложить на профессионально-аналитические составляющие. Да и нужно ли это? Ведь о Галиче – гражданине, поэте, барде, драматурге, актере – уже написаны десятки статей, написаны людьми, близко и хорошо знавшими Александра Аркадьевича, любившими его, написаны искренне и профессионально. Так стоит ли непременно искать еще не сказанные слова? Не лучше ли перелистать страницы журналов и книг и вспомнить те строки, которые наиболее точно, и многосторонне оценивают творчество поэта? И дают портрет его самого – нашего Галича…

В Галиче поистине сочетался чеховский идеал человеческой красоты: «и душа, и лицо, и одежда». Его глубоко укорененный И поразительно естественный артистизм сказывался во всем: в быту, в творчестве, в отношении к людям. Всякая дисгармония, касалось ли это этики или эстетики, вызывала в нем мучительное страдание. Мне кажется, что именно это качество его души и характера в конце концов привело этого чистого артиста, поэта, певца в ряды нашего демократического движения. Чуткое к несчастьям «униженных и оскорбленных» сердце Александра Галича не могло спокойно выносить того надругательства над Совестью Человека, которое безраздельно властвует в его стране. Долгим и непростым был путь этого художника от невинных комедий и остроумных скетчей до песен и поэм протеста, исполненных пафоса гнева и боли, от респектабельного положения в официальном Совете писателей до жизненно опасного членства в Комитете Прав Человека, возглавленного в те поры Андреем Сахаровым, с которым Галича до конца жизни связывала самая сердечная дружба. Но тем значительнее и выше прозревается нам сейчас его высокая судьба. Владимир Максимов. («Они и мы», «Континент» #23)

Давние знакомые и приятели, слушая песни, поражались: откуда у этого потомственного интеллигента, прослывшего эстетом и снобом, этот язык, все это новое мироощущение? В каких университетах изучал он диалекты и жаргоны улиц, задворок, шалманов, забегаловок, говоры канцелярий, лагерных пересылок, столичных и переферийных дешевых рестораций? Но и самые взыскательные мастера литературы говорили, что этот язык Галича – шершавая поросль, вызревающая чаще на асфальте, чем на земле, – в песнях обретает живую силу поэзии. Корней Иванович Чуковсий целый вечер слушал его, просил еще и еще, вопреки правилам строгого трезвенника сам поднес певцу коньяку, а в заключение подарил свою книгу, надписав: «Ты, Моцарт, – Бог, и сам того не знаешь!»

Лев Копелев («Памяти Александра Галича» – «Континент» #16)

ПОКОЛЕНИЕ ОБРЕЧЕННЫХ

Я ВЫБИРАЮ СВОБОДУ

СТАРАТЕЛЬСКИЙ ВАЛЬСОК

Мы давно называемся взрослыми И не платим мальчишеству дань И за кладом на сказочном острове Не стремимся мы в дальнюю даль Ни в пустыню, ни к полюсу холода, Ни на катере… к этакой матери. Но поскольку молчание – золото. То и мы, безусловно, старатели. Промолчи – попадешь в богачи! Промолчи, промолчи, промолчи! И не веря ни сердцу, ни разуму, Для надежности спрятав глаза, Сколько раз мы молчали по-разному, Но не против, конечно, а за! Где теперь крикуны и печальники? Отшумели и сгинули смолоду… А молчальники вышли в начальники. Потому что молчание – золото. Промолчи – попадешь в первачи! Промолчи, промолчи, промолчи! И теперь, когда стали мы первыми, Нас заела речей маята. Но под всеми словесными перлами Проступает пятном немота. Пусть другие кричат от отчаянья, От обиды, от боли, от голода! Мы-то знаем – доходней молчание, Потому что молчание – золото! Вот как просто попасть в богачи, Вот как просто попасть в первачи, Вот как просто попасть – в палачи: Промолчи, промолчи, промолчи!

ПЕТЕРБУРГСКИЙ РОМАНС

…Быть бы мне поспокойней, Не казаться, а быть! …Здесь мосты, словно кони – По ночам на дыбы! Здесь всегда по квадрату На рассвете полки – От Синода к Сенату, Как четыре строки! Здесь, над винною стойкой, Над пожаром зари Наколдовано столько, Набормотано столько, Наколдовано столько, Набормотано столько, Что пойди – повтори! Все земные печали – Были в этом краю… Вот и платим молчаньем За причастность свою! Мальчишки были безусы, Прапоры и корнеты Мальчишки были безумны К чему им мои советы?! Лечиться бы им, лечиться, На кислые ездить воды – Они ж по ночам: «Отчизна! Тираны! Заря свободы!» Полковник я, а не прапор, Я в битвах сражался стойко. И весь их щенячий табор Мне мнился игрой, и только. И я восклицал: «Тираны!» И я прославлял свободу, Под пламенные тирады Мы пили вино, как воду, И в то роковое утро, (Отнюдь не угрозой чести!) Казалось, куда как мудро Себя объявить в отъезде. Зачем же потом случилось, Что меркнет копейкой ржавой Всей славы моей лучинность Пред солнечной ихней славой?! …Болят к непогоде раны, Уныло проходят годы… Но я же кричал: «Тираны!» И славил зарю свободы! Повторяется шепот, Повторяем следы. Никого еще опыт Не спасал от беды! О, доколе, доколе, И не здесь, а везде Будут Клодтовы кони Подчиняться узде?! И все так же, не проще, Век наш пробует нас – Можешь выйти на площадь, Смеешь выйти на площадь, Можешь выйти на площадь, Смеешь выйти на площадь В тот назначенный час?! Где стоят по квадрату В ожиданьи полки – От Синода к Сенату, Как четыре строки?!

Рубрики: Разное

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *